Дело № 1-108/2019 

УИД: 66RS0011-01-2019-000626-13

ПРИГОВОР

 

Именем Российской Федерации

г. Каменск - Уральский 10 июля 2019 года

Красногорский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области в составе: председательствующего судьи Шаблакова М.А.,

при секретаре Петровой Ю.А.,

с участием государственного обвинителя прокуратуры г. Каменска-Уральского ФИО1, 

подсудимого ФИО2 и его защитника - адвоката Кондрашова С.Г.,

подсудимого ФИО3 и его защитника – адвоката Марченко Ю.А., 

представителя потерпевшего * - Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО2, *, ранее судимого:

- 29.09.2017 мировым судьей судебного участка № 4 Синарского судебного района г. Каменска-Уральского Свердловской области по ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации к 8 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, 28.05.2018 освобожден по отбытию наказания;

осужденного:

- 07.03.2019 Красногорским районным судом г. Каменска-Уральского Свердловской области по п. «а» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (5 преступлений) к 1 году лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; 

имеющего меру пресечения по данному уголовному делу в виде подписки о невыезде, в порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не задерживавшегося, 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации;

ФИО3, *, 

осужденного:

- 28.12.2018 Красногорским районным судом г. Каменска-Уральского Свердловской области по п. «а» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (5 преступлений) к исправительным работам на срок 1 год 6 месяцев с удержанием из заработка 10% в доход государства. Постановлением Красногорского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области от 23.05.2019 неотбытое наказание в виде исправительных работ заменено лишением свободы на срок 5 месяцев 19 дней с отбыванием наказания в колонии-поселении, 

имеющего меру пресечения по данному уголовному делу в виде подписки о невыезде, в порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не задерживавшегося, 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации;

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 и ФИО3 совершили кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Кроме того, ФИО2 и ФИО3 дважды совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение. 

Преступления совершены в г. Каменске-Уральском Свердловской области при следующих обстоятельствах:

в период с 01.07.2018 по 20.08.2018 в вечернее время, ФИО2 и ФИО3, находясь в подвальном помещении *, вступили между собой в преступный сговор, направленный на тайное хищение шаровых кранов системы теплоснабжения, принадлежащих * расположенных в указанном подвальном помещении. Реализуя задуманное, ФИО2 действуя совместно и согласованно с ФИО3, убедившись, что за их действиями никто не наблюдает и не может их пресечь, в целях незаконного обогащения, скрутил шаровые краны, внутренним диаметром 15 мм., в количестве 5 штук, стоимостью 27,34 рублей за 1 шт., общей стоимостью 136,70 рублей. ФИО3 в это время, действуя согласно отведенной ему роли, наблюдал за окружающей обстановкой, стремясь, чтобы их совместные преступные действия, не приобрели открытый характер. Затем ФИО2 и ФИО3, сложили указанные краны в пакет и скрылись с места преступления, тем самым тайно похитили имущество * причинив материальный ущерб на общую сумму 136,70 рублей.

Кроме того, в период с 01.07.2018 по 20.08.2018, после совершения хищения шаровых кранов из подвального помещения * в вечернее время, ФИО2 и ФИО3, вновь вступили между собой в преступный сговор, направленный на тайное хищение шаровых кранов системы теплоснабжения, принадлежащих * расположенных в подвальных помещениях домов на территории Красногорского района г. Каменска-Уральского Свердловской области. Реализуя задуманное ФИО2 и ФИО3, проследовали к входу в подвальное помещение *, где ФИО3, путем подбора ключа открыл замок двери в указанное подвальное помещение, после чего ФИО3 и ФИО2 прошли в подвальное помещение, тем самым незаконно проникли в него. Находясь в указанном помещении ФИО3 и ФИО2, продолжая реализацию совместного преступного умысла, действуя в целях незаконного обогащения, убедившись, что за их действиями никто не наблюдает и не может их пресечь, совместными усилиями скрутили шаровые краны, внутренним диаметром 15 мм., в количестве 5 штук, стоимостью 27,34 рублей каждый, общей стоимостью 136,70 рублей.

С похищенным имуществом ФИО2 и ФИО3 с места преступления скрылись, тем самым тайно похитили его, распорядившись им в последствии по своему усмотрению, причинив своими умышленными преступными действиями * материальный ущерб на общую сумму 136,70 рублей.

Кроме того, в период с 01.07.2018 по 20.08.2018, после совершения хищения шаровых кранов из подвального помещения *, в вечернее время, ФИО2 и ФИО3, вновь вступили между собой в преступный сговор, направленный на тайное хищение шаровых кранов системы теплоснабжения, принадлежащих * расположенных в подвальных помещениях домов на территории Красногорского района г. Каменска-Уральского Свердловской области. Реализуя задуманное ФИО2 и ФИО3, проследовали к входу в подвальное помещение *, где ФИО3 путем подбора ключа открыл замок двери в указанное подвального помещения, после чего ФИО3 и ФИО2 прошли в подвальное помещение, тем самым незаконно проникли в него. Находясь в указанном помещении, ФИО2 и ФИО3, продолжая реализацию совместного преступного умысла, действуя в целях незаконного обогащения, убедившись, что за их действиями никто не наблюдает и не может их пресечь, совместными усилиями скрутили шаровой кран, внутренним диаметром 50 мм., стоимостью 1 175,61 рублей, шаровые краны, внутренним диаметром 40 мм., в количестве 4 штук, стоимостью 501,24 рублей за 1 шт., общей стоимостью 2004,96 рублей, а также сняли металлическую решетку, стоимостью 1730,41 рублей.

С похищенным имуществом ФИО2 и ФИО3 с места преступления скрылись, тем самым тайно похитили его, распорядившись им в последствии по своему усмотрению, причинив своими умышленными преступными действиями * материальный ущерб на общую сумму 4 910,98 рублей.

В судебном заседании при выяснении отношений к предъявленному обвинению подсудимые ФИО2 и ФИО3 заявили, что вину в инкриминируемых им преступлениях не признают, данных преступлений они не совершали. ФИО2 указал, что явки с повинной им были даны под психологическим и физическим давлением со стороны осужденных содержащихся в ИК-* и оперативных сотрудников данного учреждения, признательные показания в ходе предварительного следствия он давал, опасаясь дальнейшего давления. ФИО3 также пояснил, что явки с повинной и первоначальные признательные показания им были даны под психологическим давлением сотрудников уголовного розыска ОП № *. От дачи показаний в судебном заседании оба подсудимых, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ отказались.

Виновность ФИО2 и ФИО3 в совершении инкриминированных им преступлений установлена достоверными и допустимыми доказательствами, совокупность которых является достаточной для их осуждения.

Так из оглашенных с согласия сторон показаний представителя потерпевшего * - К. следует, что она является начальником ЖЭУ *. В сентябре 2018 года при проверке сетей теплоснабжения в подвальных помещениях многоквартирных домов * по * и * по *, было обнаружено отсутствие шаровых кранов, диаметром 15 миллиметров. В каждом из указанных домом отсутствовало по 5 шаровых кранов. В январе 2019 года к ней приехали сотрудники полиции и сообщили, что имеется информация о том, что в августе 2018 года из домов * по * и * по *, ФИО3 и ФИО2 совершили кражу вентилей. В тот момент она вспомнила о хищении вентилей из указанных домов и решила обратиться с заявлением в полицию. Также указала, что дворовую территорию * обслуживала дворник Т., у которой в подвальном помещении данного дома хранился инвентарь. В служебных целях Т. был предоставлен ключ от подвального помещения от замка типа «черепаха». Данные замки установлены на всех подвальных помещениях домов, обслуживаемых их жилищным участком, в том числе и на подвальных помещениях домов * по * и * по ул. *. Ключ от данного замка подходит к любому из замков типа «черепаха». Ей известно, что у Т. есть знакомый - ФИО3, который не имеет постоянного места жительства. В период лета и осени 2018 от жильцов * в ЖЭУ поступали неоднократные жалобы о том, что ФИО3 проживает в подвале данного дома и мешает жителям дома (т.1 л.д. 113-116).

Допрошенный на предварительном следствии свидетель Ч., также показал, что работает в должности мастера в * В обязанности их организации входит обеспечение теплоснабжения жилых домов. В сентябре 2018 года при подаче отопления было обнаружено, что из подвальных помещений домов * по * и * похищены латунные вентили (краны), которые были установлены на трубы водоснабжения. О данном факте он сообщили в ЖЭУ *. Их организацией были проведены восстановительные работы по установке вентилей, оплачивал материалы и работу ЖЭУ * (т.1 л.д.119-120).

Показания представителя потерпевшей К. и свидетеля Ч. суд принимает в качестве достоверных доказательств, подтверждающих факты хищения шаровых кранов из подвальных помещений домов * по * и *. 

Из материалов дела следует, что заявления представителя потерпевшей К. о принятии мер по фактам хищений шаровых кранов из подвальных помещений * и * были поданы в правоохранительные органы 22.01.2019 года (т.1 л.д.85, 100). 

Справками об ущербе подтверждено, что стоимость одного шарового крана составляет 27, 34 рублей, общая стоимость похищенного имущества из подвального помещения * составила 136,70 руб. (т.1 л.д.86), из подвального помещения * - 136,70 руб. (т.1 л.д.101). 

Свидетель О. (технический смотритель ЖЭУ *) в судебном заседании пояснила, что 20 августа 2018 года в связи с обращением жителей было осмотрено подвальное помещение дома № * по ул. *. При осмотре обнаружено отсутствие на системе отопления четырех сбросных кранов диаметром 40 мм. и одного крана диаметром 50 мм., кроме того отсутствовала металлическая решетка на подвальном продухе первого подъезда. В мае 2018 при промывке системы отопления данного дома, была проведена проверка, в ходе которой все сбросные краны были на месте и функционировали. Полагает, что в указанный подвал проникли через двери подвального помещения первого подъезда, так как замок на данной двери был просто навешен, в личинке замка находился сломанный ключ. 

Свидетель М. (сотрудник *) на предварительном следствии также указал, что 20 августа 2018 вместе с техническим смотрителем О. он осматривал подвальное помещение * осмотре было обнаружено отсутствие на системе отопления сбросных кранов - четырех диаметром 40 мм. и одного диаметром 50 мм., также установлено, что на подвальном продухе первого подъезда отсутствует металлическая решетка. Замок на входной двери подвального помещения первого подъезда был поврежден, в личинке замка находился сломанный ключ (т.1 л.д.57-59).

Представитель потерпевшего *» - Е. (начальник ЖЭУ *) в судебном заседании подтвердила, что о факте хищения сбросных кранов и решетки продуха из подвального помещения * ей сообщила технический смотритель О. После чего она (Е.) обратилась с заявлением в полицию. 

Показания вышеуказанных лиц суд берет в основу обвинительного приговора в качестве подтверждения факта хищения имущества * совершенного из подвального помещения *.

Из имеющейся в материалах дела справке об ущербе следует, что общая стоимость похищенного имущества составила 4 910,98 руб. (т.1 л.д. 52).

17.01.2019 года подсудимым ФИО2 были оформлены три протокола явки с повинной, в которых последний собственноручно указал, что в августе 2018 года он вместе со своим знакомым ФИО3 совершили три хищения латунных вентилей из подвальных помещений домов по * и * (т.1 л.д. 166,171,176).

Свидетель С. (оперуполномоченный оперативного отдела *) в судебном заседании показал, что о совершенных вместе с ФИО3 хищениях латунных вентилей, ФИО2 добровольно сообщил ему в ходе проведения профилактической беседы, после чего ФИО2 оформил явки с повинной по данным фактам хищений, собственноручно описав обстоятельства совершения преступлений. При этом какого-либо давления физического либо психологического на ФИО2 не оказывалось. 

Допрошенный 18.01.2019 года в качестве подозреваемого ФИО2 показал, что у него есть знакомый ФИО3 ФИО3 не имел постоянного места жительства, проживал в подвалах домов, куда попадал с помощью имеющегося у него универсального ключа. Данный ключ подходил к большинству замков на подвальных дверях. В первых числах августа 2018 года в вечернее время он и ФИО3 распивали спиртное в подвальном помещении *, где в тот момент проживал ФИО3. Когда спиртное закончилось, они решили похитить из указанного подвала металлические изделия, сдать их в пункт приема, а вырученные деньги потратить на спиртное. После чего он (ФИО2) руками, а также с помощью найденной металлической трубы открутил с труб водоснабжения несколько вентилей. Далее он и ФИО3 сложили похищенные вентиля в пакет, а на следующий день сдали их в пункт приема металла по *. Вырученные деньги совместно, потратили на спиртное. Через пару дней он и ФИО3 вновь решили совершить кражу металлических изделий из повалов домов. В этот день после 22 часов они подошли к дому * по *, ФИО3 с помощью своего ключа открыл дверь в подвал этого дома, проникнув в подвал, он и ФИО3 руками открутили около 5 вентилей с труб, которые положили в пакет и вышли из подвала, при этом ФИО3 запер замок на двери подвала своим ключом. Похищенные вентиля вновь сдали в пункт приема металла. Через несколько дней, после этого в ходе распития спиртного, он и ФИО3 решили похитить металл, около 22:00 часов проходя по улице, подошли к девятиэтажному дому по *. ФИО3, с помощью универсального ключа открыл подвальную дверь, при этом замок ФИО3 открыл с трудом. Далее они зашли в подвал, где руками открутили вентили, не менее пяти штук. Похищенные вентили положили в пакет, когда вышли из подвала, то увидели металлическую решетку на вентиляции подвала и решили её похитить. Вырвав решетку, они также забрали её с собой. Похищенные металлические изделия сдали в пункт приема металла по * (т.1 л.д. 185-187).

Свои признательные показания подсудимый ФИО2 подтвердил при проверке показаний на месте, аналогичным образом воспроизвел обстоятельства произошедшего, указал на подвальные помещения домов * по *, * по * и * по *, пояснив, что в августе 2018 он и ФИО3 из данных подвальных помещений похитили металлические вентиля с труб водоснабжения, а из *, также металлическую вентиляционную решетку (т.1 л.д.190-198).

Данное следственное действие было проведено в соответствии с требованиями ст. 194 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, что подтвердили свидетели Т. и В. принимавшие участие в качестве понятых при проверке показаний ФИО2 на месте происшествия. Из показаний указанных свидетелей в судебном заседании и в ходе предварительного расследования по делу (т.1 л.д. 128-129,130-131) следует, что пояснения об обстоятельствах совершения хищений ФИО2 давал добровольно, без какого-либо принуждения, самостоятельно указывал на дома, из подвальных помещений которых он и ФИО3 похищали имущество, подробно описывал, каким-образом они проникали в данные подвалы.

В ходе очной ставки с подсудимым ФИО3 ФИО2 также подтвердил свои показания, изобличая себя и ФИО3 в совершении преступлений, тождественным образом описав обстоятельства их совершения (т.1 л.д.228-233).

Допрошенный в качестве обвиняемого 28.02.2019 ФИО2 заявил, что вину в инкриминируемых ему преступлениях признает полностью, подтверждает свои показания данные в качестве подозреваемого, при проверке показаний на месте и в ходе очной ставки с ФИО3 От дачи дальнейших показаний отказался (т.1 л.д.203-205).

Подсудимым ФИО3 18.01.2019 также были оформлены три протокола явки с повинной, в которых указал, что в августе 2018 года он и ФИО2 предварительно договорившись, из подвальных помещений *, дома по * и * похитили краны для сброса воды, а из * также похитили металлическую решетку вентиляции (т.1 л.д. 207, 209, 211).

Допрошенный в ходе судебного следствия свидетель М. (оперуполномоченные ОУР ОП *) указал, что, что в ходе доследственной проверки какого-либо давления физического либо психологического со стороны сотрудников полиции на подсудимого ФИО3 не оказывалось, явки с повинной последний давал добровольно.

При допросе 23.01.2019 года в качестве подозреваемого ФИО3 показал, что с лета 2018 года знаком с ФИО2, вмести с ним они часто употребляли спиртное. В середине августа 2018 года во время распития ФИО2 предложил ему похитить из подвального помещения *, где он (ФИО3) периодически ночевал латуньевые шаровые краны. Он согласился на предложение ФИО2. После чего находясь в указанном подвале ФИО2 скрутил 5 кранов, данные краны они вместе вынесли из подвала, а утром сдали в пункт приема металла, деньги потратили на спиртное. Через два дня после указанной кражи в вечерне время Забитчук вновь предложил ему совершить хищение кранов из подвала. После чего они прошли к дому * по *, подошли к двери, ведущей в подвальное помещение, которая расположена со стороны проезжей части. Он (ФИО3) с помощью имеющегося при себе универсального ключа открыл замок на указанной двери. Далее они зашли в подвальное помещение, где ФИО2 руками открутил 5 шаровых кранов. С указными кранами они вместе вышли из подвала, при этом он (ФИО3) закрыл дверь подвала на замок. Похищенные краны сдали в пункт приема металла, вырученные деньги потратили на спиртное. На следующий день Забитчук вновь предложил похитить краны из подвала *, он согласился. Далее он и ФИО2 подошли к первому подъезду указанного дома, где располагалась дверь в подвал. Он открыл замок на двери с помощью своего универсального ключа. Из указанного подвала он и ФИО2 похитили четыре латунных крана (вентиля), кроме этого, ФИО2 с вентиляционного окна руками оторвал металлическую решетку. Данные предметы он и ФИО2 на следующий день сдали в пункт приема металла по *. (т.1 л.д.221-225).

Оснований для признания вышеуказанных протоколов допроса подсудимых, на предварительном следствии недопустимыми доказательствами, у суда не имеется. Как видно из материалов дела, ФИО2 и ФИО3 при допросах разъяснялись процессуальные права, в том числе положения ст. 51 Конституции Российской Федерации о праве не свидетельствовать против себя, а также возможность использования их показаний в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при отказе от этих показаний. Показания подсудимые давали по собственному желанию, в присутствии защитников, т.е. в обстоятельствах, исключающих применение недозволенных мер. По окончании допросов, от ФИО2 и ФИО3, а также их защитников заявлений и замечаний не поступило. Правильность сведений, изложенных в протоколах допросов, подсудимые и их защитники удостоверили своими подписями. Каких-либо жалоб о недозволенных методах ни подсудимые, ни их защитники не заявляли.

Вышеуказанные показания ФИО2 и ФИО3 о причастности к совершенным преступлениям, суд считает достоверными, поскольку они являлись последовательными и логичными, подтверждаются совокупностью иных доказательств по делу в связи с чем суд берет данные показания за основу обвинительного приговора. Более того суд отмечает, что протоколы явок с повинной, в том числе по фактам хищений из подвальных помещений домов * по * и * по * были составлены подсудимыми раньше, чем представителем потерпевшего поданы заявления, явившиеся основанием для возбуждения уголовных дел, то есть на момент составления указанных документов правоохранительным органам не было известно о совершении данных преступлений. При этом давая признательные показания на предварительном следствии подсудимые сообщали о таких деталях преступлений, которые могли быть им известны только как лицам совершившим преступление. 

Последующее изменений показаний подсудимым ФИО3 в ходе предварительного расследования, непризнание вины подсудимыми в судебном заседании и их доводы о самооговоре при написании явок с повинной и даче показаний на предварительном следствии, вследствие оказания давления со стороны сотрудников правоохранительных органов суд расценивает, как линию защиты, избранную подсудимыми с целью избежать ответственности за действительно ими содеянное. 

Признательные показания подсудимых на предварительном следствии согласуются с показаниями свидетеля Т., которая в ходе досудебного производства по делу (л.д. 127) и в судебном заседании пояснила, что ранее работала дворником, в данной работе ей помогал сожитель ФИО3 В подвале * у неё имелось подсобное помещение, где хранился рабочий инвентарь. ФИО3, когда распивал спиртное, проживал в указанном подвальном помещении, в том числе в период августа-сентября 2018 года. В указанный период она передала ФИО3 универсальный ключ от замка на входной двери данного подвала. Этот ключ подходил к большинству замков на дверях подвальных помещений других домов. Впоследствии ФИО3 ключ ей не вернул, сказал, что потерял его, но при каких обстоятельствах не пояснял. 

Допрошенная на предварительном следствии свидетель Л. пояснила, что работает в пункте приема металла по *. При приеме металлических изделий паспорт не требуется, документация не ведется. В июле-августе 2018 года, в пункт приема металла несколько раза приходил мужчина, который сдавал металлические вентили, и металлическую решетку. Она не помнит, как выглядел мужчина, описать не сможет, мужчина был в темной одежде (т.1 л.д.133-134). 

В судебном заседании свидетель Л. подтвердила, что в их пункт приема металла неоднократно сдавали шаровые краны из латуни, не помнит, чтобы кто-то сдавал металлическую решетку. Указала, что летом 2018 года ФИО3 и ФИО2 ей ничего не сдавали, металл они начали приносить только в октябре 2018 года. 

Показания Л. в судебном заседании не свидетельствуют о непричастности подсудимых к инкриминируемым им преступлениям, поскольку как следует из её пояснений она не является единственным сотрудником данной организации и похищенное имущество от подсудимых мог принимать другой человек. 

Анализируя вышеприведенные доказательства, которые являются относимыми и допустимыми, а в совокупности достаточными для установления вины подсудимых, суд приходит к выводу о том, что вина ФИО2 и ФИО3 в совершении преступлений подтверждена и доказана, а доводы стороны защиты о непричастности подсудимых к совершению данных преступлений, подлежащими отклонению. 

Факты хищений подсудимыми имущества, принадлежащего * из подвальных помещений домов * по *, * по ул. * и * по *, установлены судом на основе совокупности вышеуказанных доказательств.

Давая юридическую оценку действиям подсудимых суд исходит из того, что квалифицирующий признак совершения хищений группой лиц по предварительному сговору нашел свое подтверждение, поскольку из исследованных доказательств, в том числе из показаний самих подсудимых, следует, что они заранее договорились о хищениях имущества, дальнейшие действия ФИО2 и ФИО3 носили совместный, согласованный и целенаправленный характер, все их действия были взаимно обусловлены на достижение единого преступного результата.

При совершении хищений имущества, из домов * по * и * по * подсудимые незаконно проникали в подвалы указанных домов, то есть в помещения.

С учетом вышеизложенного действия ФИО2 и ФИО3 каждого, суд квалифицирует:

- по факту хищения имущества * совершенного из подвального помещения * по п. «а» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору;

- по факту хищения имущества * совершенного из подвального помещения * по п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение;

- по факту хищения имущества * совершенного из подвального помещения * по п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение.

При назначении вида и меры наказания в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации суд учитывает следующее.

В качестве характера и степени общественной опасности суд учитывает, что ФИО2 и ФИО3 каждым, совершены три преступления, относящиеся к категории средней тяжести. Данные преступления посягают на собственность, совершены с прямым умыслом и являются оконченными.

При обсуждении данных характеризующих личность ФИО2 суд учитывает то, что подсудимый * 

В силу ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 являются оформление явок с повинной по каждому инкриминируемому ему преступлению (п. «и»), наличие у него малолетнего ребенка (п. «г»). Помимо этого в соответствии с ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации суд признает смягчающими наказание обстоятельствами, полное признание подсудимым вины в совершенных преступлениях в ходе предварительного следствия, а также его неудовлетворительное состояние здоровья.

При обсуждении данных характеризующих личность ФИО3 суд учитывает то, что подсудимый *

В силу п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации обстоятельством, смягчающим наказание ФИО3 являются оформление явок с повинной по каждому из инкриминируемых ему преступлении.

Из предъявленного подсудимым обвинения, следует, что инкриминируемые им преступления ФИО2 и ФИО3 совершили в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, однако данных о том, что именно состояние алкогольного опьянения повлияло на поведение подсудимых и послужило катализатором совершения преступлений, не имеется. Само по себе совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. В этой связи обстоятельств отягчающих наказание виновных, предусмотренных ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации суд не усматривает.

Судимость ФИО2 по приговору от 29.09.2017 в соответствии с ч. 4 ст. 18 Уголовного кодекса Российской Федерации не образует рецидива преступлений, поскольку ФИО2, был осужден за преступление небольшой тяжести, однако учитывается судом на основании ч. 1 ст. 86 Уголовного кодекса Российской Федерации при определении вида и размера наказания.

С учетом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности, суд не находит основании для изменения категорий совершенных ФИО2 и ФИО3 преступлений в соответствии с ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации на менее тяжкую.

Учитывая, наличие ряда обстоятельств, смягчающих наказание и отсутствие обстоятельств отягчающих наказание, необходимость соответствия наказания характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, руководствуясь принципом социальной справедливости, суд приходит к выводу, что исправление ФИО2 и ФИО3 без изоляции от общества невозможно, и считает необходимым назначить каждому из них наказание, связанное с реальным лишением свободы. 

Назначая подсудимым наказания, суд учитывает правила ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, регламентирующей назначение наказания при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, и отсутствии отягчающих обстоятельств.

При этом суд не находит оснований для назначения ФИО2 и ФИО3 дополнительных видов наказаний предусмотренных санкцией ч.2 ст.158 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновных, их поведением во время или после совершения преступлений, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, предусмотренных ст.64 Уголовного кодекса Российской Федерации и оснований для применения положений ст.73 Уголовного кодекса Российской Федерации при назначении наказания ФИО2 и ФИО3 суд не усматривает.

Назначая ФИО2 и ФИО3 наказание в виде лишения свободы суд, учитывая характер и обстоятельства совершенных преступлений, а также данные о личности подсудимых не находит оснований для замены лишения свободы принудительными работами. 

Отбывание наказания в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации ФИО3 следует определить в колонии-поселении.

Отбытие наказания ФИО2 необходимо определить в исправительной колонии общего режима, поскольку ему подлежит назначению наказание по правилам ч.5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности с наказанием назначенным приговором от 07.03.2019 года, которым указанный режим определен местом отбытия наказания.

Принимая во внимание категорию совершенных ФИО2 и ФИО3 преступлений, данные о их личности, назначая им наказание в виде лишения свободы на определенный срок, суд считает необходимым в целях обеспечения исполнения приговора изменить подсудимым меру пресечения на заключение под стражу.

Гражданские иски потерпевшего * о возмещении материального ущерба причиненного преступлениями на основании п.1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат удовлетворению в объёме стоимости похищенного имущества. 

Руководствуясь ст.ст.307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2, признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание:

-по п. «а» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (по факту хищения имущества * совершенного из подвального помещения *) в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) месяцев;

- п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (по факту хищения имущества * совершенного из подвального помещения * в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) месяцев; 

- п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (по факту хищения имущества * совершенного из подвального помещения *) в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) месяцев.

На основании ч. 2 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы на срок 10 (десять) месяцев.

На основании ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания, назначенного по настоящему приговору с наказанием, назначенным приговором от 07.03.2019 Красногорского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области окончательно назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 5 (пять) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Для обеспечения исполнения приговора меру пресечения ФИО2 - подписку о невыезде - изменить на заключение под стражу, взяв осужденного под стражу в зале суда.

Вновь избранную осужденному меру пресечения - заключение под стражу - оставить без изменения до вступления приговора в законную силу. 

Срок отбытия наказания исчислять с 10 июля 2019 года. 

Зачесть ФИО2 в срок отбытия наказания время отбытия наказания по приговору от 07.03.2019 Красногорского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области, то есть период с 14 января 2019 года по 09 июля 2019 года включительно. 

ФИО3, признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание:

-по п. «а» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (по факту хищения имущества * совершенного из подвального помещения *) в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) месяцев;

- п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (по факту хищения имущества * совершенного из подвального помещения *) в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) месяцев; 

- п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (по факту хищения имущества * совершенного из подвального помещения *) в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) месяцев.

На основании ч. 2 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы на срок 10 (десять) месяцев.

На основании ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания, назначенного по настоящему приговору с наказанием, назначенным приговором от 28.12.2018 Красногорского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области окончательно назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 1 (один) месяц с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Для обеспечения исполнения приговора меру пресечения ФИО3 - подписку о невыезде - изменить на заключение под стражу, взяв осужденного под стражу в зале суда.

Вновь избранную осужденному меру пресечения - заключение под стражу - оставить без изменения до вступления приговора в законную силу. 

Срок отбытия наказания исчислять с 10 июля 2019 года. 

Зачесть ФИО3 в срок отбытия наказания время отбытия наказания по приговору от 28.12.2018 Красногорского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области, то есть период с 23 мая 2019 года по 09 июля 2019 года включительно. 

Взыскать солидарно с ФИО3, ФИО2 в пользу *, в счет возмещения материального ущерба причиненного преступлениями 5 184 (пять тысяч сто восемьдесят четыре) рубля 38 копеек.

Вещественных доказательств по уголовному делу нет. 

Приговор может быть обжалован в Судебную коллегию по уголовным делам Свердловского областного суда в течение 10 суток со дня его провозглашения путем подачи жалобы через Красногорский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области. 

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции и предоставлении защитника.

Апелляционным постановлением Свердловского областного суда от 09.10.2019 года приговор Красногорского районного суда г.Каменска-Уральского Свердловской области от 10 июля 2017 года, в отношении ФИО2 

и ФИО3 изменить:

- в соответствии с п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО2 под стражей с 10 июля 2019 года по 9 октября 2019 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений ч.3.3 ст.72УК РФ;

- в соответствии с п. «в» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО3 под стражей с 10 июля 2019 года по 9 октября 2019 года из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО2 без удовлетворения. Апелляционное определение вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в порядке, предусмотренном гл.47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. 

Приговор вступил в законную силу 09 октября 2019 года. 

СУДЬЯ Шаблаков М.А.