Дело № 2-1-73/2017 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Собинка 17 марта 2017 года

Собинский городской суд Владимирской области в составе: 

председательствующего Кондратьевой И.В.,

при секретаре судебного заседания Демидовой И.А.,

с участием истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску ФИО1,

представителя истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску ФИО2,

представителя ответчика по первоначальному иску, истца по встречному иску адвоката Кондалеева В.В., представившего удостоверение № NN и ордер № NN от NN, 

рассматривая в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, а также по встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, причиненных дорожно-транспортным происшествием. В обоснование иска указал, что 30 апреля 2016 года в 21 час. 00 мин. на 153 км. а/д «М-7 Волга» ответчик, управляя автомобилем «Volvo FH 12», государственный регистрационный знак NN, в нарушение п. 6.2 ПДД РФ, проехал регулируемый перекресток на запрещающий сигнал светофора, в результате чего совершил столкновение с автомобилем «Mitsubishi Outlander», государственный регистрационный знак NN, под управлением истца. В результате ДТП водитель ФИО1 получил телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью. Гражданская правовая ответственность ФИО3 застрахована в САО «ВСК» (страховой полис серии ЕЕЕ № NN). Согласно экспертному заключению независимой технической экспертизы «Mitsubishi Outlander» № 169 от 23 июня 2016 года стоимость ущерба после ДТП с учетом стоимости годных остатков составляет 629924 руб. Страховая компания произвела страховую выплату в размере 400000 рублей. Таким образом, невозмещенный ущерб составил 229924 рубля. Стоимость эвакуации автомобиля истца после ДТП составила 3500 рублей. Вследствие ДТП ФИО1 причинен тяжкий вред здоровью, он испытывал физические и нравственные страдания. Причиненный моральный вред оценивает в 500000 рублей. Просил суд в иске взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в возмещение вреда, причиненного его имуществу в результате дорожно-транспортного происшествия 229924 рубля, расходы на эвакуацию автомобиля в размере 3500 рублей, государственную пошлину в размере 5534 рубля; компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей; издержки, связанные с рассмотрением дела: расходы на оплату услуг юриста за оказание юридической помощи в размере 20000 рублей, расходы на автоэкспертные услуги в сумме 7000 рублей. 

В процессе рассмотрения дела истец по первоначальному иску ФИО1 уточнил исковые требования. Просит суд взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в возмещение вреда, причиненного его имуществу в результате дорожно-транспортного происшествия 179086 рублей, расходы на эвакуацию автомобиля в размере 3500 рублей, государственную пошлину в размере 4781 руб. 72 коп.; компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей; издержки, связанные с рассмотрением дела: расходы на оплату услуг юриста за оказание юридической помощи в размере 35000 рублей, расходы на автоэкспертные услуги в сумме 7000 рублей. 

ФИО3 обратился в суд со встречным иском к ФИО1, в котором указал, что 30.04.2016 года в 21.00 час. на 152+500 м автодороги «М-7 Волга» произошло ДТП с участием автомобиля «Вольво FH 12» под управлением ФИО3 и автомобилем «Mitsubishi Outlander» под управлением ФИО1 С места ДТП была изъята запись видеорегистратора, после ознакомления с которой следует, что ФИО1 проехал на запрещающий сигнал светофора. Полагает, что у него, ФИО3, не было технической возможности избежать столкновения, а при этом водитель автомобиля «Mitsubishi Outlander» не имел преимущественного права на движение и должен был пропустить все транспортные средства, двигавшиеся во встречном направлении, должен был дать закончить проезд перекрестка грузовой автомашине. Именно выезд автомобиля «Mitsubishi Outlander» на полосу движения грузовой автомашины является моментом возникновения опасности. Считает, что именно водитель «Mitsubishi Outlander» виноват в данном ДТП, в результате которого его автомобиль получил механические повреждения. На момент ДТП гражданская ответственность ФИО1 не была застрахована. С целью расчета суммы убытков, была организована оценка стоимости ремонта автомобиля «Вольво FH 12», государственный регистрационный знак NN. Согласно экспертному заключению рыночная стоимость автомобиля составляет 1 058 300 рублей. Рыночная стоимость годных остатков автомобиля составляет 171016 рублей. В связи с изложенным, причиненный вред его автомобилю составляет 887 284 рубля (1058300-171016). Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях. Так как степень вины каждого водителя не установлена, она считается равной. Согласно экспертному заключению № 3726688, составленному ООО «РАНЭ-МО», предоставленному страховой компанией, рыночная стоимость автомобиля ФИО1 составляет 650 000 рублей, рыночная стоимость годных остатков составляет 212940 рублей. Таким образом, размер ущерба, причиненный ФИО1, составляет 437 060 рублей. Обязательства возникшие между ФИО1 и ФИО3 в результате указанного дорожно-транспортного происшествия являются встречными и однородными. Закон предусматривает возможность прекращения возникших встречных однородных требований их зачетом. Полагает, что расчет зачета встречных обязательств составляет 887 284 рубля (ущерб причиненный ФИО3) – 437 060 рублей (ущерб, причиненный ФИО1) = 450 224 рубля. Просит суд взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 ущерб в размере 450 224 рубля (л.д.22-24 том 2).

В процессе рассмотрения к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные исковые требования относительно предмета спора, было привлечено САО «ВСК», страховая компания, в которой была зарегистрирована ответственность ФИО3 (л.д.77). 

Истец ФИО1 в судебном заседании просил первоначальные исковые требования удовлетворить, в удовлетворении встречных требований просил суд отказать. 

Представитель истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску ФИО2, действующий по доверенности, в судебном заседании пояснил, что основное требование о взыскании с ответчика денежных средств в размере 179 086 руб., расходов, понесенных по эвакуации автомобиля в размере 3000 рублей, а также расходов на представителя. На основании экспертизы, проведенной ООО «Владимир-Тест», установлено, что действия водителя Вольво с технической точки зрения не соответствовали требованиям Правил дорожного движения и находятся в причинной связи с фактом ДТП. Водитель ФИО4 не имел техническую возможность остановить автомобиль до въезда на перекресток путем применения экстренного торможения. Ответчик при соблюдении Правил дорожного движения мог предотвратить ДТП. Соответственно, согласно данным экспертизы в действиях ФИО5 не усматривается нарушений правил дорожного движения, а следовательно вина с его стороны отсутствует. Страховая компания выплатила ФИО4 400 000 рублей. В результате ДТП пострадал не только автомобиль ФИО1, но и его жизнь подверглась опасности. ФИО6 была превращена в груду металла. Заявленный моральный вред находит соразмерным. Он до настоящего дня испытывает сильные боли. После ДТП изменилась его жизнь. Присутствует страх при езде на автомобиле, нарушился сон, снятся кошмары. Перед обращением в суд истец обращался к специалисту ИП ФИО7, которая определила стоимость ущерба. Также полагает, что подлежат возмещению денежные средства, затраченные на эвакуацию автомобиля. Относительно встречных требований, полагает, что учитывая данные судебной экспертизы, вины ФИО4 в ДТП не имеется, а следовательно ФИО4 не несет ответственность перед ФИО3 по возмещению вреда. Просил суд отказать в удовлетворении встречного иска. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился. Извещен надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела телефонограммой. 

Представитель ответчика по первоначальному иску, истца по встречному иску ФИО3, адвокат Кондалеев В.В., участвовавший в судебном заседании с помощью системы видеоконференцсвязи с Советским районным судом г.Брянска, действующим на основании ордера, без наличия соответствующей доверенности, возражал против удовлетворения первоначального иска, на удовлетворении встречных требований настаивал. Полагает, что в материалах уголовного дела имеется три экспертизы, которые подтверждают, что ФИО4 ехал на запрещающий сигнал светофора. На запрещающий сигнал светофора проезжал и грузовой автомобиль, за которым ехал ФИО4. ФИО3 не мог избежать столкновения и применить экстренное торможение. Оснований для удовлетворения требований ФИО4 не имеется. Вред здоровью причинен по вине потерпевшего, поскольку им нарушены правила дорожного движения. Оснований для взыскания морального вреда не имеется, поскольку ФИО1 12 дней лежал в больнице, а затем за лечением не обращался. Обращение за оценкой к ИП ФИО7 полагает является нецелесообразным. Просил суд учесть, что ФИО7 является супругой представителя ФИО1 ФИО7, а следовательно ее заключение является недопустимым доказательством по делу. Сумма, заявленная на услуги представителя, является, по его мнению, завышенной. 

Представитель третьего лица, САО «ВСК» в судебное заседание не явился. Извещались судом о дате, времени и месте рассмотрения дела. В суд уведомление не вернулось. 

Выслушав истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску и его представителя, представителя ответчика по первоначальному иску, истца по встречному иску, исследовав письменные материалы дела, суд находит первоначальные исковые требования подлежащими удовлетворению, в удовлетворении встречных требований полагает необходимым отказать. 

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, 30 апреля 2016 года в 21 час. 00 мин. на 152 км. + 500 м а/д «М-7 Волга» произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Вольво FH 12», государственный регистрационный знак NN под управлением ФИО3 и автомобилем «Mitsubishi Outlander», государственный регистрационный знак NN, под управлением истца ФИО1 (л.д.19 том 1). 

В соответствии со справкой о дорожно-транспортном происшествии виновным в дорожно-транспортном происшествии является ФИО3, который в нарушение п. 6.2 ПДД РФ, проехал регулируемый перекресток на запрещающий сигнал светофора, в результате чего совершил столкновение с автомобилем «Mitsubishi Outlander», находившимся под управлением ФИО1 Поскольку в действиях ФИО3 усматривался состав административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 КоАП РФ, определением от 30.04.2016 года было возбуждено дело об административном правонарушении (л.д.24 том 1). В связи с данными медицинского заключения о получении ФИО1 в результате ДТП телесных повреждений, влекущих тяжкий вред здоровью, дело об административном правонарушении было прекращено (л.д.25 том 1). В отношении ФИО3 было возбуждено уголовное дело № 38479 на основании постановления от 23.06.2016 года по части 1 статьи 264 УК РФ (л.д.34, 74-102 том 1). До настоящего времени уголовное дело находится в стадии предварительного расследования. 

Согласно справке о ДТП ФИО1 Правила дорожного движения Российской Федерации не нарушал. 

В момент дорожно-транспортного происшествия свидетелем ДТП велась запись на видеорегистраторе, которая находится в материалах уголовного дела. 

В процессе рассмотрения настоящего гражданского дела была назначена автотехническая экспертиза, проведенная по письменным материалам и по данным видеозаписи. 

В соответствии с заключением экспертов ООО «Владимир-Тест» № 5\17-Э от 17.02.2017 года, в данной дорожно-транспортной ситуации в момент включения зеленого мигающего сигнала светофора водитель автомобиля «Вольво FH 12» (государственный регистрационный знак NN) с полуприцепом Krone SDP 27 (государственный регистрационный знак NN) имел техническую возможность выполнить требования Правил дорожного движения и остановить транспортное средство до въезда на перекресток путем применения служебного торможения. 

В момент включения желтого сигнала светофора, запрещающего движение, водитель автомобиля «Вольво FH 12» (государственный регистрационный знак NN) с полуприцепом Krone SDP 27 (государственный регистрационный знак NN) не имел техническую возможность выполнить требования ПДД и остановить ТС до въезда на перекресток путем применения экстренного торможения. 

В момент включения желтого сигнала светофора, запрещающего движение, водитель автомобиля «Mitsubishi Outlander», государственный регистрационный знак NN, не имел техническую возможность выполнить требования Правил дорожного движения и остановить транспортное средство до въезда на перекресток путем применения экстренного торможения. 

В данной дорожно-транспортной ситуации в момент включения зеленого мигающего сигнала светофора водитель автомобиля «Вольво FH 12» (государственный регистрационный знак М NN) с полуприцепом Krone SDP 27 (государственный регистрационный знак NN) имел техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем «Mitsubishi Outlander», государственный регистрационный знак NN путем применения служебного торможения. 

В момент включения желтого сигнала светофора, запрещающего движение, водитель автомобиля «Вольво FH 12» (государственный регистрационный знак NN) с полуприцепом Krone SDP 27 (государственный регистрационный знак NN) не имел техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем «Mitsubishi Outlander», государственный регистрационный знак NN, путем применения экстренного торможения. 

В момент включения желтого сигнала светофора, запрещающего движение, водитель автомобиля «Mitsubishi Outlander», государственный регистрационный знак NN, при выбранном направлении движения не имел техническую возможность предотвратить столкновение путем применения экстренного торможения. 

В данной дорожно-транспортной ситуации водители автомобилей «Вольво FH 12» (государственный регистрационный знак NN) с полуприцепом Krone SDP 27 (государственный регистрационный знак NN) и «Mitsubishi Outlander», государственный регистрационный знак NN, должны были руководствоваться требованиями пунктов 1.3; 1.5 абз.1; 6.2; 6.13; 10.1; 10.2 Правил дорожного движения РФ, а именно:

- п.1.3 - Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами;

- п.1.5 абз.1 - Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда;

- п.6.2 - Круглые сигналы светофора имеют следующие значения:

ЗЕЛЕНЫЙ СИГНАЛ разрешает движение;

ЗЕЛЕНЫЙ МИГАЮЩИЙ СИГНАЛ разрешает движение и информирует, что время его действия истекает и вскоре будет включен запрещающий сигнал (для информирования водителей о времени в секундах, остающемся до конца горения зеленого сигнала, могут применяться цифровые табло);

ЖЕЛТЫЙ СИГНАЛ запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных пунктом 6.14 (п.6.14 Водителям, которые при включении желтого сигнала или поднятии регулировщиком руки вверх не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению в местах, определяемых пунктом 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение) Правил, и предупреждает о предстоящей смене сигналов;

ЖЕЛТЫЙ МИГАЮЩИЙ СИГНАЛ разрешает движение и информирует о наличии нерегулируемого перекрестка или пешеходного перехода, предупреждает об опасности;

КРАСНЫЙ СИГНАЛ, в том числе мигающий, запрещает движение.

Сочетание красного и желтого сигналов запрещает движение и информирует о предстоящем включении зеленого сигнала.

-п.6.13 - При запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) или регулировщика водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16), а при ее отсутствии:

на перекрестке - перед пересекаемой проезжей частью (с учетом пункта 13.7 Правил), не создавая помех пешеходам;

в других местах - перед светофором или регулировщиком, не создавая помех транспортным средствам и пешеходам, движение которых разрешено.

- п.10.1 - Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

- п.10.2 - В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч;

Кроме того, водитель автомобиля «Mitsubishi Outlander», государственный регистрационный знак NN, должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.3; 1.5 абз.1; 6.2; 6.13; 10.1; 10.2 Правил дорожного движения РФ. 

В соответствии с п.13.7 Правил дорожного движения РФ, водитель, въехавший на перекресток при разрешающем сигнале светофора, должен выехать в намеченном направлении независимо от сигналов светофора на выходе с перекрестка.

С технической точки зрения, соблюдение водителями автомобилей Volvo FH 12» (государственный регистрационный знак NN) с полуприцепом Krone SDP 27 (государственный регистрационный знак NN) и «Mitsubishi Outlander», государственный регистрационный знак NN указанных выше пунктов Правил дорожного движения РФ могло предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие.

Действия водителя автомобиля Volvo FH 12» (государственный регистрационный знак NN) с полуприцепом Krone SDP 27 (государственный регистрационный знак NN) с технической точки зрения в данной дорожно-транспортной ситуации не соответствовали требованиям п.п. 1.3; 1.5 абз.1; 6.2; 6.13; 10.1; 10.2 Правил дорожного движения РФ и находятся в причинной связи с фактом ДТП.

Действия водителя автомобиля «Mitsubishi Outlander», государственный регистрационный знак NN с технической точки зрения не противоречили требованиям п.п. 1.3; 1.5 абз.1; 6.2; 6.13; 10.1; 10.2; 13.7 Правил дорожного движения РФ (л.д.119-158 том 2). 

По данным экспертного исследования действительная скорость автомобиля Volvo FH 12 с полуприцепом Krone SDP 27 до столкновения была выше расчетной 110,8 км\час. Указанная площадь была рассчитана с учетом данных схемы места совершения административного происшествия. Суд полагает, что возражения представителя ФИО3, Кондалеева В.В. о том, что расчет скорости был произведен на основании следов торможения, которых не было, суд находит необоснованным, поскольку в экспертном заключении при расчете скорости движения не имеется ссылки на следы торможения, а учитывается, что на основании заключения эксперта № 1490 от 19.05.2016 года, предоставленного из материалов уголовного дела, первоначальное столкновение транспортных средств произошло передней частью автомобиля Volvo FH 12 с полуприцепом Krone SDP 27с правой боковой стороной автомобиля «Mitsubishi Outlander», а их продольные оси в момент столкновения располагались под углом около 135 +\-5 градусов. После удара произошло отбрасывание автомобиля «Mitsubishi Outlander» в направлении первоначального движения автомобиля Volvo FH 12 от полосы движения автомобиля Volvo FH 12 вперед и слева направо через обочину в кювет. Согласно схеме места совершения административного правонарушения от 30.04.2016 года автомобиль Volvo FH 12 переместился от места удара на расстояние около 94,4 м. Соответственно путем расчета эксперт приходит к вводу, что остаточная скорость движения автомобиля Volvo FH 12 после удара до остановки составляла около 111 км\час. При этом в расчетах не учтена энергия, затраченная на образование деформаций транспортного средства, отбрасывание автомобиля «Mitsubishi Outlander и трения шин с дорогой. Следовательно, действительная скорость автомобиля Volvo FH 12 до столкновения была выше расчетной 110,8 км\час. 

Соответственно, автомобиль Volvo FH 12, под управлением ФИО3 проехал перекресток на запрещающий сигнал светофора, не пропустив завершавшего маневр поворота на перекрестке ФИО1 У суда нет оснований сомневаться в содержании экспертного заключения, поскольку заключение является полным, обоснованным, эксперты предупреждены об уголовной ответственности. Как отмечалось ранее, экспертиза была проведена не только на основании представленных письменных материалов, но и на основании содержания видеозаписи с видеорегистратора в автомобиле свидетеля дорожно-транспортного происшествия, находящейся в материалах уголовного дела. 

Учитывая экспертное заключение, суд приходит к выводу, что действия водителя автомобиля Volvo FH 12 ФИО3 не соответствовали требованиям правил дорожного движения РФ, а следовательно находятся в причинной связи с фактом ДТП. Следовательно, виновным в данном дорожно-транспортном происшествии является ФИО3 

В результате дорожно-транспортного происшествия у автомобиля «Mitsubishi Outlander» был полностью деформирован кузов, что отражено в справке о дорожно-транспортном происшествии (л.д. 19 том 1). 

Указанный автомобиль на момент ДТП принадлежал ФИО1 на основании договора купли-продажи от 19 апреля 2016 года (л.д. 12 том 1). 

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 1 статьи 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

На основании пункта 3 статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ).

Истец обращался к независимому оценщику с целью определения причиненного ущерба. В соответствии с экспертным заключением, выполненным ИП ФИО8 23 июня 2016 года, стоимость транспортного средства «Mitsubishi Outlander», VIN NN до повреждения составляет с 680 000 рублей. Стоимость годных остатков автомобиля составляет 50 076 рублей. Соответственно стоимость ущерба после ДТП с учетом стоимости годных остатков составляет 629 924 рубля (л.д.41-65 том 1).

В соответствии с заключением судебной экспертизы, выполненным ООО «Владимир Тест» № 5\17-Э с технической точки зрения, с учетом Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, ремонт автомобиля «Mitsubishi Outlander», государственный регистрационный знак NN, после ДТП экономически нецелесообразен. Стоимость годных к реализации остатков автомобиля «Mitsubishi Outlander», государственный регистрационный знак NN, составляет 46495 рублей. Стоимость автомобиля «Mitsubishi Outlander», государственный регистрационный знак NN с учетом его текущего состояния, года выпуска, износа, особенностей комплектации на момент ДТП составляет 625581 руб. 

Суд полагает необходимым учесть данные судебной экспертизы, поскольку экспертиза была назначена судом по материалам гражданского дела. Заключение является обоснованным и полным, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Представитель ответчика по первоначальному иску свои возражения по размеру ущерба не представил. В связи с изложенным, суд признает результаты судебной экспертизы в качестве допустимого доказательства, подтверждающего размер причиненного ущерба. 

В соответствии с пп. "а" п. 18 ст. 12 ФЗ "Об ОСАГО" размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется в случае полной гибели имущества потерпевшего - в размере действительной стоимости имущества на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков. Под полной гибелью понимаются случаи, при которых ремонт поврежденного имущества невозможен либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна стоимости имущества на дату наступления страхового случая или превышает указанную стоимость.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.01.2015 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", в соответствии с подпунктом "а" пункта 18 и пунктом 19 статьи 12 Закона об ОСАГО размер подлежащих возмещению страховщиком убытков в случае полной гибели имущества потерпевшего определяется его действительной стоимостью на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков с учетом их износа.

Истец ФИО1 5 мая 2016 года обратился в страховую компанию САО «ВСК», где была застрахована гражданская ответственность владельца автомобиля «Вольво FH 12» ФИО3, за страховым возмещением. Указанный случай был признан страховым. Экспертом страховой компании ИП ФИО9 был произведен осмотр указанного транспортного средства. В соответствии с экспертным заключением № 3726688, выполненным 15.06.2016 года ООО «РАНЭ-МО» стоимость ремонта автомобиля составляет 1 415 662 рубля, размер материального ущерба составляет 803 947 рублей. Эксперт делает вывод, что поскольку стоимость восстановительного ремонта превышает стоимость транспортного средства на дату дорожно-транспортного происшествия, следовательно проведение восстановительного ремонта нецелесообразно. На основании платежного поручения № 57768 от 16.06.2016 года САО «ВСК» перечислило ФИО1 страховое возмещение в размере 400 000 рублей на основании акта о страховом случае № NN (л.д.103-160 том 1). 

Согласно подпункта «б» статьи 7 Федерального закона от 25.04.2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

Соответственно, страховая компания выплатила возмещение в пределах установленного лимита. 

Согласно п. п. 1, 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу п. 1 ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Поскольку выплаченное страховое возмещение не возместило истцу в полном объеме ущерб, причиненный в результате повреждения его автомобиля, с ответчика, как виновника ДТП в пользу истца подлежит возмещению определенный размер ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в сумме 625 581 рубль (стоимость автомобиля на момент ДТП) за вычетом годных остатков в размере 46495 рублей и за вычетом выплаченного лимита страховой ответственности в размере 400 000 рублей, то есть 179086 рублей.

Кроме того, поскольку автомобиль был не на ходу, истец воспользовался услугами эвакуатора, стоимость которого составила 3500 рублей, что подтверждается квитанцией № 926648 от 30.04.2016 года (л.д.36 том 1). В квитанции отражено наименование автомобиля и его государственный регистрационный номер, указано, что эвакуация осуществлялась с места ДТП. У суда нет оснований сомневаться в том, что данные расходы были действительно понесены ФИО1, поскольку он был госпитализирован с места ДТП, автомобиль был не на ходу, а следовательно он был эвакуирован. 

Учитывая принцип полного возмещения причиненных убытков, суд полагает законным и обоснованным взыскание с ответчика, как виновника дорожно-транспортного происшествия, в пользу истца стоимость эвакуации автомобиля истца в размере 3500 рублей, поскольку указанная сумма превышает установленный и выплаченный лимит ответственности страховой компании.

В результате случившегося 30 апреля 2016 года дорожно-транспортного происшествия ФИО1 были получены телесные повреждения в виде 

<

...>. В соответствии с заключением эксперта № 232, составленного 11.05.2016 года, имеющиеся у ФИО1 телесные повреждения причинили ему тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и могли быть получены 30.04.2016 года в результате тупой травмы в условиях дорожно-транспортного происшествия (л.д.26-28 т.1).

Факт причинения вреда здоровью ФИО1 в результате дорожно-транспортного происшествия подтверждается справкой-эпикризом из истории болезни № 1578, выданной ГБУЗ ВО «Собинская районная больница», в соответствии с которой ФИО1 был госпитализирован и находился в стационаре с 30.04.2016 года по 10.05.2016 года. Диагноз, указанный в справке совпадает с диагнозом, указанном в заключении эксперта, то есть 

<

...>. Было рекомендовано амбулаторное лечение у травматолога (л.д.35 том 1). 

В соответствии с положениям статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

На основании положений статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Суд полагает, что с ответчика по первоначальному иску ФИО3 в пользу истца по первоначальному иску ФИО1 подлежит возмещению компенсация морального вреда, поскольку в результате дорожно-транспортного происшествия и в связи с дальнейшим восстановлением после ДТП, истец испытал сильнейший шок, физическую боль, неудобства в жизни, связанные с неподвижностью тела после перелома, то есть не мог как прежде осуществлять бытовую деятельность. Длительность лечения и невозможность полноценной жизнедеятельности, безусловно привели к значительным моральным страданиям истца. Однако, суд полагает заявленную сумму в размере 500 000 рублей значительно завышенной и считает подлежащей возмещению с ответчика в пользу истца компенсацию причиненного морального вреда в размере 170 000 рублей.

На момент дорожно-транспортного происшествия, случившегося 30 апреля 2016 года, автомобиль «Mitsubishi Outlander» принадлежал ФИО1 на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Тот факт, что на момент ДТП автомобиль не был поставлен на учет за истцом ФИО1, не является основанием к освобождению ответчика по первоначальному иску ФИО3 от ответственности. 

При отчуждении транспортных средств действует общее правило, закрепленное в п. 1 ст. 223 ГК РФ, согласно которому право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи. 

Закон не устанавливает возникновение права собственности на автомобиль, приобретенный по договору купли - продажи, именно со дня его государственной регистрации.

На момент дорожно-транспортного происшествия за рулем автомобиля находился истец ФИО1, что отражено в справке о дорожно-транспортном происшествии. В соответствии с договором купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ именно он являлся покупателем данного автомобиля, а следовательно его владельцем. 

Пунктом 3 Постановления Правительства РФ от 12 августа 1994 года N 938 "О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории РФ" предусмотрено, собственники транспортных средств либо лица, от имени собственников владеющие, пользующиеся или распоряжающиеся на законных основаниях транспортными средствами (далее именуются - владельцы транспортных средств), обязаны в установленном порядке зарегистрировать их или изменить регистрационные данные в Государственной инспекции, или военных автомобильных инспекциях (автомобильных службах), или органах гостехнадзора в течение срока действия регистрационного знака "Транзит" или в течение 10 суток после приобретения, выпуска в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза и законодательством Российской Федерации о таможенном деле, снятия с учета транспортных средств, замены номерных агрегатов или возникновения иных обстоятельств, потребовавших изменения регистрационных данных.

В соответствии с пунктом 4 указанного постановления, регистрация транспортных средств, принадлежащих юридическим или физическим лицам, изменение регистрационных данных, связанное с заменой номерных агрегатов транспортных средств, производятся на основании паспортов соответствующих транспортных средств, а также заключенных в установленном порядке договоров или иных документов, удостоверяющих право собственности на транспортные средства и подтверждающих возможность допуска их к эксплуатации на территории Российской Федерации.

Соответственно, в органах ГИБДД регистрируется не переход права собственности на автомобиль, а регистрируется транспортное средство. Регистрационные данные меняются в течение 10 дней после приобретения автомобиля. 

Гражданским законодательством для договора купли-продажи транспортных средств специальные правила его заключения не предусмотрены. Переход права собственности на транспортное средство не связан с регистрацией транспортного средства в органах ГИБДД. Договор считается заключенным с момента достижения сторонами соглашения по всем существенным условиям.

В соответствии с приведенными нормами права независимо от регистрации транспортного средства в органах ГИБДД, право собственности на автомобиль возникает с момента передачи покупателю приобретенного им по договору купли-продажи автомобиля. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что истец ФИО1 на момент указанного дорожно-транспортного происшествия, случившегося 30 апреля 2016 года, на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ являлся законным владельцем автомобиля «Mitsubishi Outlander», пострадавшего в ДТП.

Встречные исковые требования ФИО3 о взыскании с ФИО1 ущерба, причиненного его автомобилю «Вольво FH 12» в размере 450 224 рублей основаны на позиции о равной степени вины в дорожно-транспортном происшествии его участников. Поскольку судом установлено, что виновником дорожно-транспортного происшествия являлся ФИО3, следовательно учитывая принцип ответственности виновного лица, суд не находит оснований для удовлетворения встречного иска. 

В соответствии со статьями 88, 94 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, расходы на оплату услуг представителей, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, другие признанные судом необходимыми расходы. 

Согласно статье 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны, все понесенные по делу судебные расходы. 

В соответствии с п.1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу. 

При обращении с иском в суд истцом была оплачена государственная пошлина в размере 5534 руб. 24 коп.

В процессе рассмотрения дела истец уменьшил размер заявленных исковых требований материального характера. 

С учетом удовлетворения исковых требований ФИО1, на основании положений статьи 98 ГПК РФ, а также учитывая сумму государственной пошлины, подлежащую уплате по пункту 1 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с ФИО3 в пользу ФИО1 подлежит возмещению государственная пошлина в размере 4851 руб. 72 коп. 

За удовлетворенные требования неимущественного характера о взыскании компенсации морального вреда, не оплаченные истцом при подаче иска государственной пошлиной, на основании положений пункта 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с ФИО3 в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей. 

В соответствии с п.2 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», перечень судебных издержек, предусмотренный ГПК РФ, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. В том числе, могут быть возмещены расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность. 

До обращения с иском в суд истец обращался к ИП ФИО8 с целью определения стоимости поврежденного автомобиля и оценки годных остатков, то есть с целью установления размера ущерба. Было составлено экспертное заключение № 169 от 23.06.2016 года (л.д. 41-65). Услуги специалиста по проведению независимой автотехнической экспертизы транспортного средства составили 7000 рублей. Факт оплаты указанной суммы ФИО1 подтверждается соответствующей квитанцией на сумму 7000 рублей, договором на оказание услуг и актом приемки-передачи выполненных работ (л.д. 37-40 том 1). 

Истец просит суд взыскать с ответчика расходы по проведению независимой оценки транспортного средства в размере 7000 рублей.

Суд находит указанные расходы объективно понесенными, подтвержденными в суде и подлежащими взысканию, поскольку определение размера причиненного вреда необходимо было истцу для предъявления иска в суд, в том числе и при определении размера государственной пошлины подлежащей оплате, соответственно указанные судебные расходы были необходимы истцу для определения суммы иска, в связи с чем суд полагает необходимым взыскать их с ответчика ФИО3 в пользу истца в полном объеме, то есть в размере 7000 рублей. Ссылку представителя ответчика по первоначальному иску на тот факт, что специалист ИП ФИО8 является супругой представителя истца по первоначальному иску ФИО2, суд полагает не имеющей юридического значения по делу, поскольку истец ФИО1 обратился к указанному специалисту ФИО8 с целью определения размера причиненного ущерба и последующего обращения в суд. По данным сведениям было вынесено заочное решение суда, которое было отменено по инициативе ответчика по первоначальному иску ФИО3 соответственно, получение заключения о размере причиненного ущерба было необходимо истцу с целью обращения его в суд. Выбор того ли иного представителя и оценщика является правом заявителя. 

В соответствии со ст.48 ч.1 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя. 

Статьей 53 ГПК РФ предусмотрено, что полномочия представителя должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с законом. 

Истец ФИО1 воспользовался предоставленным ему законом правом и оформил 24.06.2016 года доверенность с правом на подписание искового заявления, предъявления его в суд, на имя ФИО2 (л.д.9 том 1). 

Между ФИО1 и ИП ФИО2 был заключен договор оказания юридических услуг № 136\2016 от 24.06.2016 года, по условиям которого ФИО2 взял на себя обязательство по оказанию юридических услуг (юридического заключения, подготовке и правовому сопровождению различных документов по вопросам, связанным с возмещением материального и морального вреда в результате ДТП, произошедшего 30 апреля 2016 года) (л.д.66-67 том 1). 

За составление искового заявления и участия в судебных заседаниях, из расчета 6000 рублей за 1 судодень, ФИО1 24 июня 2016 года было оплачено ФИО2 21 000 рублей, что подтверждается квитанцией серия АБ № NN (л.д.68 том 1).

16 марта 2017 года между ФИО1 и ИП ФИО2 было заключено Дополнительное соглашение № 1, по которому в связи с возобновлением производства по делу была определена стоимость дополнительно оказанных услуг в размере 15 000 рублей, то есть 5 000 рублей за составление уточненного искового заявления в суд, и 10 000 рублей – за представительство в двух судебных заседаниях – 19 декабря 2016 года и 16 марта 2017 года из расчета 5000 рублей 1 судодень. На основании квитанции к приходному кассовому ордеру № NN от 16 марта 2017 года ФИО1 было оплачено 15 000 рублей. 

Согласно статье 100 ч.1 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Следовательно, взыскание расходов на оплату услуг представителя законодатель ставит в зависимость от категории разумности пределов, с учетом конкретных обстоятельств. Неразумными могут быть сочтены значительные расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права либо несложностью дела.

ФИО1 просит суд в иске взыскать в его пользу расходы на оплату услуг представителя в размере 35 000 рублей. Фактически подтверждены расходы на сумму 36 000 рублей.

Суд находит заявленный размер компенсации понесенных расходов на оплату услуг представителя в размере 35000 рублей завышенным. Факт участия представителя заключался в составлении и подписании искового заявления, ходатайств, участии в подготовке дела к судебному разбирательству, участии в судебном заседании 22 августа 2016 года, 6 сентября 2016 года, когда дело было рассмотрено по существу и вынесено заочное решение. Также представитель участвовал в суде 29 ноября 2016 года по вопросу отмены заочного решения, 19 декабря 2016 года, когда была назначена судебная экспертиза и производство по делу приостановлено, и в настоящем судебном заседании. С учетом фактически оказанных услуг представителем, суд полагает необходимым взыскать с ФИО3 в пользу ФИО10 расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 рублей. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда удовлетворить. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в возмещение вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 179086 рублей, а также расходы, понесенные на эвакуацию автомобиля в размере 3500 рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 170 000 рублей. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в возмещение расходов, понесенных на оплату оценки ущерба, 7000 рублей и в возмещение расходов, понесенных на оплату услуг представителя, 30 000 рублей. 

В удовлетворении встречного иска ФИО3 к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия отказать. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в возмещение расходов по оплате государственной пошлины 4851 руб. 72 коп. 

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Собинский городской суд Владимирской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: /подпись/ И.В.Кондратьева