ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Иркутск 15 октября 2018 года 

Иркутский областной суд в составе:

Председательствующего Сундюковой А.Р.,

при секретарях Ланиной Е.А., 

с участием государственного обвинителя Шаталова Д.В., потерпевших Л., А., И., подсудимых ФИО1, ФИО2, защитников – адвокатов Евстигнеева Е.А., Холодовой М.В., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении: 

ФИО1, родившегося 

<

...> в 

<

...>, гражданина Российской Федерации, имеющего среднее образование, военнообязанного, холостого, проживавшего по адресу: 

<

...>, не работавшего, судимого:

10 января 2014 г. Читинским гарнизонным военным судом по ч.3 ст.335 УК РФ к 3 годам лишения свободы, освобожденного 9 января 2017 года по отбытию срока, содержащегося под стражей с 17.07.2017 года, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162, п.п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, 

ФИО2 родившейся 

<

...>, в 

<

...>, гражданки Российской Федерации, имеющей среднее образование, не работающей, 

<

...>, не замужней, имеющей одного малолетнего ребенка, проживающей по адресу: 

<

...>, не судимой, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 162 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 совершила разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имуществ с применением насилия опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору.

ФИО1 совершил разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества с применением насилия опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а также убийство, умышленное причинение смерти другому человеку, сопряженное с разбоем.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах.

В период с 14 июля 2017 г. по 15 июля 2017 г. ФИО1, находясь в г. Иркутске, узнал, что у ФИО2 среди её друзей имеется Н., в пользовании которого находится автомобиль марки «Хонда Цивик» с государственным регистрационным знаком № В этой связи, ФИО1 решил совершить разбойное нападение на Н., с целью хищения указанного автомобиля с находящимися в нём материальными ценностями, а также убийство Н. в ходе разбоя. С целью облегчить совершение разбоя и убийства, ФИО1 привлек ФИО2, предложив ей совместно с ним совершить хищение принадлежащего Н. имущества путем применения к Н. насилия, после которого тот на время потеряет сознание, при этом не ставя её в известность о том, что намеревается причинить смерть Н. в ходе разбойного нападения. Для чего ФИО1 собирался вооружиться колюще-режущим предметом. ФИО2 с предложением ФИО1 согласилась. После чего ФИО2 с целью хищения имущества потерпевшего, по предложению ФИО1 убедила Н. приехать к ней 16 июля 2017 года по адресу 

<

...> на своём автомобиле. В осуществление своего совместного умысла, ФИО1 и ФИО2, распределили между собой роли, где ФИО2 должна была обратиться к потерпевшему с просьбой довезти ФИО1 на автомобиле, после чего по пути следования попросить Н. остановить автомобиль и выйти из него, а ФИО1 напасть на Н. и применит к нему насилие, опасное для жизни и здоровья. После этого ФИО1 и ФИО2 рассчитывали похитить у Н. автомобиль с находившимися в нём другими ценностями и в дальнейшем распорядиться похищенным имуществом по своему усмотрению. При этом ФИО1, не ставя в известность ФИО2, намеревался выйти за пределы их совместного умысла и, применяя имеющийся при себе колюще-режущий предмет, причинить Н. тяжкий вред здоровью и совершить убийство потерпевшего.

16 июля 2017 г. в период между 23 часами 15 минутами и 24 часами Н. по просьбе ФИО2 приехал на своём автомобиле «Хонда Цивик» к дому № по 

<

...>, где ФИО2 и ФИО1, действуя согласованно, обратились к Н. с просьбой довезти их до улицы Ленской г. Иркутска, на что Н. согласился. Следуя в автомобиле под управлением Н.., ФИО2 будучи на переднем пассажирском сиденье, согласно отведённой ей роли, обратилась к Н. с просьбой остановить автомобиль около дома 

<

...> и вышла из него, отойдя в сторону. ФИО1, находясь на заднем сиденье в салоне автомобиля, действуя по предварительному сговору с ФИО2, напал на Н. с целью хищения его имущества, применяя к нему насилие, опасное для жизни и здоровья. При этом ФИО1, выходя за пределы совместного с ФИО2 умысла, желая устранить препятствия к совершению хищения, умышленно, с целью убийства, нанёс Н. имевшимся у него неустановленным следствием колюще-режущим предметом, используя его в качестве оружия, множественные удары в жизненно важные части тела - в область шеи и головы.

Н., спасаясь от преступного посягательства, выбежал из автомобиля и побежал в направлении улицы Новогодней г. Иркутска. ФИО1 догнал Н. у дома 

<

...> и применяя к потерпевшему насилие, опасное для жизни и здоровья, повалил Н. на землю, после чего, умышленно, с целью причинения смерти, нанёс ему тем же колюще-режущим предметом, используя его в качестве оружия, множественные удары в жизненно важные части тела - голову, шею, грудную клетку. 

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил потерпевшему Н. следующие телесные повреждения: 

- в виде множественных колото-резаных ран: три раны головы с повреждением надкостницы затылочной кости справа; рану средней трети левой боковой поверхности шеи, проникающую в полость глотки; три раны нижней трети задней поверхности шеи; две раны правой боковой поверхности грудной клетки, проникающие в плевральную полость, брюшную полость с повреждением нижней доли правого лёгкого, сквозного повреждения купола диафрагмы справа, правой доли печени; две раны левой боковой поверхности грудной клетки, проникающие в плевральную полость с повреждением нижней доли левого лёгкого; четыре раны задней поверхности грудной клетки слева, проникающие в плевральную полость с повреждением лопатки, нижней доли левого лёгкого, верхней доли левого лёгкого; две раны задней поверхности грудной клетки слева, не проникающие в плевральную полость; рану задней поверхности грудной клетки по срединной линии, не проникающую в плевральную полость; шесть ран в трапециевидной области - спереди слева и справа, сзади справа; шесть ран в дельтовидной области - спереди слева и справа, сзади слева и справа; рану верхней трети правого плеча спереди и две раны средней трети правого плеча сзади; рану средней трети левого плеча; четыре раны правой кисти, а также резаную рану лица слева, которые расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью, опасный для жизни. 

В результате умышленных действий ФИО1 смерть Н. наступила на месте происшествия 16 июля 2017 г. в указанный выше период времени от множественных колото-резаных ранений головы, шеи, верхнего плечевого пояса, грудной клетки, резаной раны лица слева, с последующим развитием массивной кровопотери.

Затем ФИО1 и ФИО2, доводя до конца свой преступный умысел, направленный на хищение имущества Н. путём разбоя, попытались похитить принадлежащий ему автомобиль марки «Хонда Цивик» с государственным регистрационным знаком №, стоимостью 200 000 рублей, однако не смогли этого сделать ввиду того, что ФИО2 сломала ключ в замке зажигания. После этого ФИО1 и ФИО2 забрали из указанного автомобиля, находившегося у дома № по 

<

...> имущество Н.: сотовый телефон марки «ЭйчТиСи Битсаудио» стоимостью 8 000 рублей, с защитной пленкой на экране стоимостью 100 рублей; карту памяти марки «Кингстон СиДиЭс2/16ДжиБи» на 16 гигабайт стоимостью 300 рублей; крепление для сотового телефона стоимостью 

<

***> рублей; знак (шашку) для такси стоимостью 1 300 рублей; спортивную мастерку фирмы «Адидас» стоимостью 2800 рублей; «Эф Эм» - трансмиттер марки «АВС» стоимостью 800 рублей; разветвитель прикуривателя на 2 выхода с «Ю Эс Би» разъёмом стоимостью 

<

***> рублей; удлинитель прикуривателя с «Ю Эс Би» разъемом стоимостью 

<

***> рублей; карту памяти марки «микро ЭсДи питтасофт 16 джиби» стоимостью 300 рублей, а всего на общую стоимость 15 400 рублей. Похитив указанное имущество, ФИО1 скрылся с места происшествия, распорядившись им по собственному усмотрению.

В судебном заседании подсудимая ФИО2 вину признала в полном объеме. Подсудимый ФИО1 вину по предъявленному обвинению не признал. 

Суд, допросив подсудимых, потерпевших А., И., Л., свидетелей К., Е., Р., У., Б., О., С., З., Д., В., Т., Ж., П., огласив показания с согласия сторон свидетеля Э., исследовав представленные сторонами письменные доказательства, приходит к выводу, что вина ФИО1 и ФИО2 в совершении установленных судом преступлений доказана. 

Так, в судебном заседании подсудимая ФИО2 суду показала, что весной 2017 года через Ж. познакомилась с ФИО1 14 июля 2017 года ФИО1 сообщил ей об имеющихся у его брата денежных проблемах в размере 300 000 рублей, после чего поинтересовался имеются ли у нее знакомые с личным автомобилем с целью хищения, на что ФИО2 сообщила о своем знакомом Н., при этом показав в интернете страничку с фотографиями Н. на фоне своего автомобиля. После этого, они стали обсуждать способы хищения автомобиля Н., затем ФИО1 сообщил ФИО2 о том, что он похитит автомобиль Н., отключив сознание последнего на пару часов специальным приемом, ударив Н. по голове, на что она согласилась. Она по просьбе ФИО1 стала приглашать Н. на встречу, на что он потерпевший согласился. За несколько минут до приезда Н., она и ФИО1 договорились, что она попросит Н. подвезти ФИО1, затем по дороге попросит Н. остановить машину и покинет ее, а ФИО1 в этот момент применит прием Н. и отключит последнего, путем удара по голове, после чего ФИО1 заберет автомобиль. Когда Н. подъехал к ее дому, она села на переднее пассажирское сидение, а ФИО1 сел позади водителя. По дороге ФИО2, согласно плана, попросила Н. остановить автомобиль, после чего покинула его (автомобиль), в том числе для личных нужд. При этом никакого конфликта между Н. и ФИО1 не было. Находясь на небольшом расстоянии от автомобиля увидела, как Н. выбежал из автомобиля со словами «помогите, убивают», а за ним из данного же автомобиля выскочил ФИО1 с криками «стой, убью». Никаких третьих лиц, кроме указанных, она не наблюдала. После увиденного она пошла по направлению движения Н. и ФИО1, навстречу ей попался ФИО1 и сообщил, что Н. уже не поможешь и ей там нечего делать. После этого, она и ФИО1 вернулись к автомобилю Н., где открыв дверцу салона сработала сигнализация. Вместе с ФИО1 они стали искать ключи, после чего ФИО1 сказал ей сходить к месту, где остался Н., и взять у него ключи с сигнализацией от автомобиля. Она направилась в сторону Н., и подойдя к нему стала искать ключи у него в карманах, при этом Н. уже признаков жизни не подавал, был весь окровавленный. В это время к ней подошла женщина и сказала ей, что бы она (ФИО2) перестала лазить по карманам потерпевшего. Вернувшись к машине, она увидела, что ФИО1 уже нашел ключи от автомобиля и попросил ее завести автомобиль. Испугавшись, действий ФИО1, а также не разбираясь в автомобиле, она сломала ключ в замке зажигания. Затем к ним подошел мужчина, а также подъезжала женщина на автомобиле, которых ФИО1 попросил помочь отключить сигнализацию, однако все отказались. Поскольку сигнализацию они не смогли отключить, ФИО1 попросил ее вытащить документы Н. из бардачка автомобиля и передать их ему, после этого ФИО1 стал собирать все автомобильные принадлежности из автомобиля Н. в числе которых были сотовый телефон, крепление для сотового телефона, спортивная мастерка, трансмиттер разветвитель прикуривателя и его удлинитель. Кроме того, ФИО1 и она стали стирать отпечатки пальцев в машине, затем ФИО1 сказал остаться ей и ждать приезда скорой помощи и полиции, а сам ушел. Когда приехала скорая помощь, она выбросила ключи от автомобиля у колонки, врачам она сообщила, что не знает, кто убил Н., оказалась на месте происшествия случайно, но видела, как Н. убил какой-то мужчина. Затем подъехала полиция, у нее были отобраны объяснения, в которых она рассказал обстоятельства убийства Н. ФИО1, такие же показания ФИО2 дала относительно убийства Н. в качестве свидетеля, позже в связи с тем, что ей было очень стыдно и она раскаивалась, указала корыстный мотив и умысел ФИО1 направленный на убийство Н., подробно изложив свою роль в данных преступлениях. Кроме того, она также ранее до убийства видела у ФИО1 раскладной ножик. 

Аналогичные показания данным в судебном заседании ФИО2 дала, будучи допрошенной на предварительном следствии в качестве подозреваемой и обвиняемой (т.2 л.д.113, 150-160, 165-178, 179-184, 199-204), которые подтвердила в суде, указав, что все показания она давала добровольно, никакого физического или психологического насилия, либо иного воздействия на нее не оказывалось, во всех следственных действиях проводимых с ней присутствовал защитник.

Суд, анализируя показания подсудимой ФИО2, которые она дала в качестве обвиняемой, подозреваемой, а также при проверке показаний на месте преступления, на очных ставках, в ходе предварительного расследования, а также в судебном заседании пришел к выводу, что эти показания соответствуют истинным обстоятельствам дела, и они полностью подтверждаются доказательствами, собранными в ходе судебного следствия, к тому же суд не видит никаких оснований для самооговора подсудимой ФИО2 Доводы ФИО2 о том, что ФИО1 при хищении автомобиля Н. не применит и не причинит потерпевшему насилие опасное для здоровья и жизни последнего является - не состоятельными, суд их отвергает и расценивает показания подсудимой в этой части, как способ изменить квалификацию преступления и смягчить вину, поскольку как следует из показаний самой ФИО2, в том числе данных в судебном заседании, подсудимая знала, что в целях хищения автомобиля ФИО1 применит насилие в отношении потерпевшего и нанесет удар в жизненно важную область тела – голову, что приведет к потере сознания и утрате памяти Н., кроме того, показания в этой части опровергаются совокупностью доказательств приведенных ниже.

Что касается доводов подсудимого ФИО1 о навязанных показаниях ФИО2 правоохранительными органами на предварительном следствии, то показания ФИО2, данные в качестве подозреваемой и обвиняемой, суд находит допустимыми и относимыми доказательствами по делу, поскольку они получены в установленном законном порядке, в условиях, исключающих применение к ней физического либо психологического насилия, и на их основании возможно сделать выводы об обстоятельствах, подлежащих доказыванию по данному уголовному делу. 

При таких обстоятельствах, считать показания ФИО2, в которых она подробно рассказывала о мотиве, умысле, об обстоятельствах и способе убийства ФИО1 потерпевшего Н., воссоздала картину происшествия, которая не могла быть известна ФИО2, если бы она не была свидетелем убийства Н. и не участвовала с ФИО1 в хищении имущества Н. путем разбоя, а также сокрытии следов преступлений, навязанными органами предварительного следствия оснований не имеется. Связь ФИО2 и ФИО1 с событием преступления являлась неочевидной и была известна лишь лицам, совершившим преступления. Из этого следует, что ФИО2 информацию об убийстве Н. сообщенную ею при допросе, не могла заранее получить от сотрудников правоохранительных органов, которые по указанным выше причинам не могли знать об этом. Кроме того, показания ФИО2 подтверждаются приведёнными ниже доказательствами.

Подсудимый ФИО1 суду показал, что в июне 2017 года познакомился с ФИО2 через Ж. 16 июля 2017 года он потерял ключи от квартиры Ж., в связи с чем, ФИО2 пригласила его к себе домой, вечером он вызвал себе такси, что бы добраться до своего знакомого проживающего на 

<

...>. Однако ФИО2 предложила ему добраться туда на автомобиле ее знакомого. Со своим знакомым ФИО2 созванивалась, переписывалась с его телефона. Ближе к 24.00 часам ночи подъехал знакомый ФИО2, которого звали Н., и повез его вместе с ФИО2 на ул. Ленскую. В какой-то момент, ФИО2 попросила остановить машину для личных нужд и вышла, а Н. понял, что заблудился. В этот момент к машине потерпевшего подошел неизвестный мужчина, между мужчиной и Н. завязался конфликт, затем Н. выскочил из машины и напал на данного мужчину, они валялись на земле, он вышел из машины и увидел, как к ним приближается автомобиль, из данного автомобиля вышел мужчина, как он понял, по имени Х., и обратился к мужчине который боролся с Н. В этот момент Н. побежал в сторону, а мужчина который боролся со Н. стал говорить, что Н. нужна медицинская помощь. Он пошел в след за Н., и увидел как последний уже полз по земле, а затем упал на землю, он попытался ему помочь. В этот момент к ним подошла женщина, которую он попросил вызвать скорую помощь для Н., но женщина сказала оставить Н., что он и сделал. После этого, он решил вернуться к машине Н., на перекрестке встретил ФИО2 Подойдя к машине, стал искать аптечку, но в этот момент подошел свидетель Б., при этом сработала сигнализация. Б. поинтересовался в чем дело, и он сообщил ему, что на перекрестке лежит мужчина которому плохо. В этот момент он решил, что у него также могут быть проблемы, поэтому он стал затирать свои следы в автомобиле Н., взял из бардачка документы последнего, а также решил забрать его некоторые предметы, после чего пошел в сторону от места произошедшего. По дороге он встретил ФИО2, которой сказал оставаться на месте, сообщив ей, что сейчас вернется, после этого он направился к ФИО2 домой, где был задержан сотрудниками. В отделе полиции его начали бить и угрожать, что подбросят наркотические средства его родному брату, в связи с чем, он вынужден был принять условия оперативных сотрудников и взял всю вину связанную с убийством Н. на себя, данных показаний он придерживался до 12 января 2018 года, после этого сообщил брату о возможном совершении преступления в отношении него и дал правдивые показания о своей непричастности. Считает, что ФИО2, свидетель С. его оговаривают. Автомобиль он (ФИО1) водить не умеет. Переписка, обнаруженная в его телефоне между им и ФИО2 о необходимости помощи со стороны ФИО2, была связана с поиском ключей от квартиры Ж., переписка со свидетелем М. по прозвищу М. о перегоне им (ФИО1) автомобилей, в том числе «малометражки», при отсутствии у него прав к делу не имеет отношения, поскольку связана с обменом машин. У него действительно ранее имелся раскладной ножик, когда его задержали, данный нож забрали сотрудники полиции и не приобщили к делу.

Аналогичные показания ФИО1 давал в качестве обвиняемого 12 января 2018 года (т.2 л.д. 12-24, 28-31, 47-49), где впервые указал, что к нему было применено физическое и психологическое насилие в целях дать признательные показания относительна убийства Н.

Будучи допрошенным на предварительном следствии в качестве подозреваемого 17 июля 2017 года (т.1л.д.198-203), ФИО1 признал вину в убийстве Н., показал, что с 15 июля 2017 года находился в городе Иркутске, в доме ФИО2 Вечером 16 июля 2017 года к ФИО2 приехал Н., которого она попросила довезти его до ул. Ленской г. Иркутска, на что Н. согласился. Проезжая по ул. Щапова г. Иркутска ФИО2 попросила остановить автомобиль и вышла из него. В этот момент между ним и Н. завязался конфликт, так как последний приревновал его к ФИО2 В ходе конфликта он увидел в руках Н. нож, опасаясь за себя он выхватил складной - нож у Н., порезав себе палец, и нанес им удар в шею потерпевшего. Н. после этого выскочил из машины, прихватив лежащую рядом, как ему показалось, отвертку с собой. Этой отверткой Н. пытался нанести удар ему через заднее пассажирское окно, в связи с чем, он вышел через соседнюю дверцу автомобиля, и разозлившись решил нанести удары ножом Н. Последний увидев его, стал убегать и кричать, что его (Н.) убивают. Догнав Н., он подставил ему подножку, от чего Н. упал, после чего нанес последнему два удара в область левой лопатки. После этого, Н. перевернулся и схватил камень, в связи с чем, он разозлился и решил убить Н. и стал наносить беспорядочно удары ножом в область головы, плеч, груди последнего. Перестав наносить удары, понял, что Н. умирает и стал перетаскивать его к машине, стянув с Н. окровавленную рубашку. В этот момент к ним подошла женщина, и сказала оставить Н. на земле, при этом он попросил ее вызвать скорую помощь. Он оставил Н. лежать на спине, а сам стал возвращаться к машине, по пути встретив ФИО2 Вместе с ней они подошли к автомобилю Н., где сработала сигнализация, пытались ее отключить, однако у них не получилось. В связи с этим он попросил ФИО2 сходить к Н. и поискать у него ключи от автомобиля. Когда ФИО2 вернулась от Н., он обнаружил ключи в автомобиле и пытался ими его завести, но у него не вышло. Тогда, он стал собирать предметы из автомобиля, забрав документы от автомобиля, видеорегистратор, сотовый телефон и шашечки принадлежащие Н., после чего стал затирать окровавленные следы его рук. В кустах он выбросил документы, нож которым он причинил телесные повреждения Н. выкинул на остановке, после этого направился в квартиру ФИО2, где сняв с себя запачканные кровью вещи положил в пакет и выбросил с окна.

Аналогичные показания ФИО1 дал при проверки показаний на месте от 18.07.2017 г. (т.1 л.д.204-213), в качестве обвиняемого 18.07.2017 г. (т.1 л.д.220-224), в том числе при дополнительном допросе от 23.08.2017 г., от 09.11.2017 г., от 10.11.2017 г.(т.1 л.д.230-244, т.2 л.д.1-11).

В судебном заседании была осмотрена видеозапись допроса подозреваемого ФИО1 от 18.07.2017 г., при проверке показаний на месте (т.1 л.д.213), при этом в протоколе данного следственного действия (т.1 л.д.204-212) описаны те же обстоятельства, которые визуально наблюдал суд при ее воспроизведении. Данных, свидетельствующих о том, что ФИО1 давал показания, читая с листа, выданного ему оперативными сотрудниками, либо под давлением сотрудников правоохранительных органов, указанная видеозапись не содержит, как и не содержит фактов нарушения права на защиту.

Показания ФИО1, данные в судебном заседании, в прениях, а также в качестве обвиняемого начиная с 12.01.2018 года, в части непричастности к совершению убийства и хищению имущества Н., а также отсутствия умысла на разбой, суд отвергает. Находит его показания в данной части недостоверными, относится к ним критически, и расценивает их как желание подсудимого уйти от уголовной ответственности за совершение особо тяжких преступлений, кроме того данные показания в указанной части опровергаются показаниями ФИО2, а также совокупностью доказательств приведенных ниже, в том числе признательные показаниями самого ФИО1 данные им на предварительном следствии об убийстве Н.

Оглашенные показания ФИО1 от 17.07.2017г., от 18.07.2017г., от 23.08.2017г., от 09.11.2017г., от 10.11.2017г., данные в качестве подозреваемого и обвиняемого, в части касающиеся причинения ФИО1 Н., в том числе ножевых, телесных повреждений, способа их причинения, описание предмета используемого в качестве оружия, места и времени совершения преступлений, действий после совершения преступлений суд находит допустимыми и относимыми доказательствами по делу, поскольку они получены в установленном законом порядке и в условиях, исключающих применение к нему физического либо психологического насилия, в связи с чем суд берет их за основу, поскольку эти показания соответствуют истинным обстоятельствам дела, и они полностью подтверждаются доказательствами, собранными в ходе судебного следствия, к тому же суд не видит никаких оснований для самооговора подсудимого ФИО1

При таких обстоятельствах считать показания ФИО1, в которых он подробно рассказывал об обстоятельствах, способе, месте времени убийства потерпевшего Н., воссоздал картину происшествия, которая не могла быть известна ФИО1, если бы он не совершал преступления, и которая согласуется с протоколами осмотра места происшествия; на манекене показал динамику, механизм и локализацию причинения им ножом телесных повреждений потерпевшему Н. подтверждаются фактическими данными, полученными при исследовании трупа Н. и согласуется с заключениями судебно-медицинских экспертиз, в том числе заключение 09-18(т.5 л.д. 77-86), недобровольными суд оснований не усмотрел. Поэтому его связь с событием преступления являлась неочевидной и была известна лишь лицу, совершившему преступление. 

Из этого следует, что ФИО1 информацию об указанном предмете (ноже), сообщенную им при допросе, обстоятельства нахождения трупа на расстоянии от своего автомобиля не мог заранее получить от сотрудников правоохранительных органов, которые по указанным выше причинам не могли знать о характеристиках предмета используемого в качестве орудия преступления.

Заявление ФИО1 в судебном заседании о том, что он оговорил себя под психологическим и физическим давлением, ничем не подтверждается, не нашло своего подтверждения, и отвергается судом, как надуманное, имеющим цель избежать ответственности за содеянное.

Данные обстоятельства, подтверждаются также результатами проверки, в ходе которой, согласно постановлению от 20.03.2018 года об отказе в возбуждении уголовного дела, факты о применении физического и психологического насилия не подтвердились.

В судебном заседании были также допрошены оперативные сотрудники непосредственно проводившие задержание и присутствующие на следственных действиях К., Е., Р., которые также опровергли доводы подсудимого ФИО1 о применении физического и психологического насилия указав, что во всех следственных действиях участвовал адвокат, никаких заявлений, замечаний от участвующих лиц не поступало. Что касается заключения судебно-медицинской экспертизы в отношении ФИО1 о наличии у него телесных повреждений, не причинивших вреда здоровью (т.5 л.д.98-99), то она также не ставит выводы суда под сомнения, поскольку свидетель С. суду подтвердила, что при задержании ФИО1, последний пытался скрыться от правоохранительных органов и выкинул черный пакет из окна, в связи с чем сотрудниками были предприняты меры по его (ФИО1) задержанию и применению спец средств – наручников. Также свидетель С. сообщила, что когда ФИО1 в ночь на 17.07.2017 года появился у них в квартире по адресу 

<

...>, то он сообщил ей, что убил человека, но вместо него взяли ФИО2, поэтому он собирался пойти в полицию и об о всем рассказать.

Из показаний потерпевших А., И. следует, что Н. являлся их братом, из показаний Л., потерпевший являлся ее сыном. Ранее Н. проживал в 

<

...>, в собственности имел автомобиль марки «Хонда Цивик» с государственным регистрационным знаком №, который приобрел за 250 000 рублей, также у него имелся сотовый телефон марки «ЭйчТиСи Битсаудио» стоимостью 8 000 рублей, с защитной пленкой на экране стоимостью 100 рублей, картой памяти марки «Кингстон СиДиЭс2/16ДжиБи» на 16 гигабайт стоимостью 300 рублей, крепление для сотового телефона стоимостью 

<

***> рублей; знак (шашечки) для такси стоимостью 1 300 рублей; спортивная мастерка фирмы «Адидас» стоимостью 2800 рублей; «Эф Эм» - трансмиттер марки «АВС» стоимостью 800 рублей; разветвитель прикуривателя на 2 выхода с «Ю Эс Би» разъёмом стоимостью 

<

***> рублей; удлинитель прикуривателя с «Ю Эс Би» разъемом стоимостью 

<

***> рублей; карту памяти марки «микро ЭсДи питтасофт 16 джиби» стоимостью 300 рублей. В пользовании Н. было три телефонных номера 

<

...>, 

<

...>, 

<

...>, также имел страничку в контакте со своими фотографиями. Об убийстве Н. узнали от правоохранительных органов.

Кроме того, потерпевшая Л. указала, что у Н. была девушка ФИО2, фотографию которой он показывал ей (Л.) на компьютере.

Из протокола задержания ФИО1 следует, что у ФИО1 изъято два телефона, один из которых «ЭйчТиСи Битсаудио», принадлежащий потерпевшему Н., «Самсунг», принадлежащий ФИО1, кроме того изъят трансмиттер с картой памяти с разветвителем прикуривателя и удлинителем принадлежащие Н. 

Из детализации телефонных соединений между номерами находящихся в пользовании Н. (

<

...>), ФИО1 (

<

...>), ФИО2(

<

...> следует, что с 15.07.2017 года - 16.07.2017 года между ФИО2 и Н. поддерживалась активная телефонная связь (т.4 л.д. 176,244-250), а также велась переписка по средства сети «В Контакте» (т.4 л.д. 226-236) что в судебном заседании подтвердили подсудимая ФИО2, потерпевшая А., кроме того данные обстоятельства подтверждаются и протоколом осмотра телефона Н., изъятого при задержании ФИО1 (т.4 л.д.177-189), согласно которого ФИО2 предлагала встретиться Н., на что последний согласился обозначив время приезда вечер 16 июля 2017 года

Из протокола осмотра места происшествия от 17.07.2017 года (т.4 л.д. 14-23) следует, что в 10 метрах от ворот дома № по ул. 

<

...> обнаружены и изъяты шашка службы такси, крепление подставка под сотовый телефон, страховой полис на имя Н. 

Указанные выше предметы, документы осмотрены и постановлением следователя признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела.

Таким образом, из показаний потерпевших следует, что Н. был хорошо знаком с ФИО2, имел автомобиль марки «Хонда Цивик», в котором находились предметы принадлежащие потерпевшему и в последующем изъятые у ФИО1 и на местах совершения преступлений.

В судебном заседании подсудимые подтвердили, что данные номера телефонов принадлежали им и потерпевшему, а также подтвердили принадлежность предметов и документов изъятых в ходе задержания и осмотров мест происшествия потерпевшему Н.

Из показаний свидетелей Ж., Э. следует, что ФИО1 находился в Иркутске в период с 14.07.2017 года по 17.07.2017 года, ночевал у Ж. в ночь с 14 на 15 июля 2017 года, после чего ФИО1 потерял ключи от квартиры Ж. и по приглашению ФИО2 находился у последней дома.

Как следует из показаний свидетеля В., в ночь около 00.00 часов на 17.07.2017 года она услышала сильный стук и лай собак, выбежала из дома находящегося по адресу 

<

...> и увидела, как ФИО1 тащил окровавленное тело Н., которое подавало слабые признаки жизни, при этом спина потерпевшего была в крови и виднелась рана, в связи с чем она велела опустить тело на землю и пригрозила полицией, однако ФИО1 показал ей удостоверение сотрудника правоохранительных органов, представившись Г. и указал, что Н. якобы пьяный, при этом никаких других лиц поблизости не было, как и не было никаких автомобилей, в том числе и на расстоянии. Затем ФИО1 побежал в сторону, по пути встретив ФИО2, которой сообщил, что Н. уже не дышит. После этого сработала сигнализация автомобиля, который находился чуть выше по ул. Щапова. Через некоторое время ФИО2 подошла к телу Н. и стала обыскивать его карманы, пояснив, что ищет ключи от автомобиля, чтобы отключить сигнализацию. Позже приехала скорая помощь и полиция, ФИО2 забрали. ФИО1 ни ее, ни других лиц о помощи и о вызове скорой помощи не просил. Позже сотрудниками полиции около колонки были обнаружены ключи от автомобиля.

Свои показания свидетель В. подтвердила и при проведении очной ставки с ФИО1 на предварительном следствии (т.2 л.д.220-225).

Аналогичные показания дала свидетель П., которая также опровергла версию подсудимого о наличии третьих лиц на автомобиле причастных к совершению преступления в отношении Н.

Из показаний свидетеля О. следует, что в ночь на 17.07.2017 года она из окна своего дома по ул. Новогодняя увидела бегущую соседку В., в связи с чем вышла на улицу и обнаружила труп Н. и подсудимую ФИО2, которая что-то искала в вещах убитого. Со слов В., ей известно, что на месте находился еще парень, который сообщил ФИО2, что погибший уже не жилец и нужно бежать. Кроме того, на ул. Щапова находился автомобиль погибшего.

Из протокола осмотра места происшествия от 17.07.2017 г. (т. 1 л.д. 56-71) следует, что на участке местности вблизи 

<

...>, обнаружен труп Н. с признаками насильственной смерти – множественными колото-резаными ранами и иными повреждениями. От трупа вдоль забора дома № идет дорожка около 2,5 метров вещества бурого цвета. На трупе, шортах и окружающей местности и предметах имеются обильные следы вещества бурого цвета, похожего на кровь. В ходе осмотра места происшествия обнаружены и изъяты брелок от сигнализации, отвертка, шорты, тапочки-сланцы. 

Из протокола опознания от 17.07.2017 г. следует, что А. опознала по лицу, шраму на боку труп своего брата Н. (т.1 л.д.135-138).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от 01.08.2017 г. (т.5 л.д.16-22), смерть Н. последовала от множественных колото-резанных ранений головы, шеи, верхнего плечевого пояса, грудной клетки, резаной раны лица слева, с последующим развитием массивной кровопотери. Обнаруженные множественные колото-резанные раны на теле потерпевшего не менее 39, относятся к категории причинившие тяжкий вред здоровью опасный для жизни и причинены воздействием плоского колюще-режущего орудия, чем мог быть нож.

Кроме того, на трупе Н., также обнаружены ушиблено-рваная рана затылочной области слева, которая расценивается как причинившая лёгкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья; три кровоподтёка лица, множественные полосчатые ссадины, царапины в пояснично-крестцовой области, задней поверхности грудной клетки справа, задней поверхности верхней и средней трети правого предплечья, в области верхней трети голеней и надколенников, которые расцениваются как не причинившие вреда здоровью. Эти повреждения причинены каким-либо предметом, травмирующая поверхность которого с подобием острой кромки, например, неровное дорожное покрытие. В судебном заседании не установлено умышленное причинение указанных повреждений подсудимым ФИО1, как вменяется это органами предварительного следствия, а именно нанесение Н. множественных ударов руками и ногами, обутыми в плотную обувь, по голове, грудной клетке, пояснично-крестцовой области, нижним и верхним конечностям. В тоже время как следует из показаний ФИО1, когда Н. бежал, подставил ему подножку, от чего потерпевший упал и ударился лицом, после причинения колото-резаных ранений подсудимым, ФИО1 тащил тело Н. по земле, кроме того данные обстоятельства подтверждаются и дополнительной судебно-медицинской экспертизой № от 25.08.2017 г. (т.5 л.д.36-44), в связи с чем действия ФИО1, а именно нанесение Н. множественных ударов руками и ногами, обутыми в плотную обувь, по голове, грудной клетке, пояснично-крестцовой области, нижним и верхним конечностям, подлежат исключению.

Согласно заключению № (т.5 л.д.16-22) все перечисленные повреждения причинены Н. прижизненно, незадолго до смерти, в любом положении в короткий промежуток времени, при этом нельзя исключить возможность пострадавшим совершать активные целенаправленные действия не более десяти минут. С учетом механизма и характера причинения, указанных в экспертизе травм тела, травмирующие предметы имели свойства колюще-режущего, режущего и тупого твердого предметов.

Из заключения дополнительной судебно-медицинской экспертизы № (т.5 л.д.36-44) следует, что давность наступления смерти Н. соответствует сроку не менее 1-1,5 и не более 6 часов к моменту осмотра трупа на месте происшествия (17.07.2017 в период с 00.50 до 01.00). 

В судебном заседании эксперт Ш. суду показал, что при исследовании трупа было выявлено большое количество колото-резанных повреждений. Указанные повреждения в выводах проведенной им экспертизы были ошибочно указаны в пункте 4 под номером 2А, повреждения состоящие в прямой причиной связи с наступлениям смерти относятся к пункту 3А.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств № (т. 5 л.д. 77-86), на кожных лоскутах от трупа Н. расположены колото-резаные повреждения, образовавшиеся от не менее чем семикратного воздействия одним плоским колюще-режущим травмирующим предметом с односторонней заточкой клинка, имеющим острую режущую кромку (лезвие), «П» - образной формы обух с хорошо выраженным правым ребром, шириной 1,9-2,5 мм, и с шириной клинка на уровне следообразования около 16-24 мм. 

Исследованные показания свидетелей В., П., О., которые в полном объеме подтверждают показания ФИО2 взятые за основу судом, и приведенные выше доказательства (наличие окровавленной дорожки ведущей к трупу Н., возможности совершения Н. активных действий не более 10 минут после причинения повреждений) приводят суд к убеждению, что доводы ФИО1 о непричастности к убийству Н. приведённые им на предварительном следствии и в судебном заседании и совершении убийства третьими лицами - несостоятельны, поскольку опровергаются приведенными выше доказательствами, со всей очевидностью указывающие на умышленное причинение смерти Н. ФИО1 и об отсутствии третьих лиц, о которых указывает подсудимый на месте преступления. 

Из показаний свидетеля У. следует, что в ночь на 17.07.2017 года она на своем автомобиле возвращалась к своему дому, на ул. Щапова увидела автомобиль марки «Хонда» с работающей сигнализацией, где находились ФИО1 и ФИО2 Соседи сообщили ей, что там находится погибший, который бежал от данного автомобиля с криками, что его убивают, до места своей гибели, при этом на услышанный шум, вышла соседка В. Когда она подошла к ФИО1, последний стал паниковать и выдвигать разные версии, представился таксистом, после другом убитого, затем стал сообщать, что сейчас вызовет скорую и полицию, а также просил ее помочь отключить сигнализацию. От соседей ей также стало известно, что ФИО2 обыскивала труп в поисках ключей, а после мыла руки около колонки, ФИО1 при этом с места преступления скрылся.

Из показаний свидетеля Б. следует, что в ночь на 17.07.2017 года вышел из своего дома по ул. Щапова на звук сигнализации светлого автомобиля, около него находился ФИО1, который сообщил, что какому-то мужчине где-то плохо и он ищет таблетки, при этом предложил ему помочь выключить сигнализацию, но он отказался и вернулся в дом, позднее снова сработала сигнализация, но на месте была уже скорая помощь. Кроме того, он также обратил внимание, что на расстоянии от автомобиля находилась еще какая-та девушка.

Из протокола осмотра места происшествия от 17.07.2017 г. (т.1 л.д. 73-88) следует, что, на участке местности у дома 

<

...>, обнаружен автомобиль марки «Хонда Цивик» с государственным регистрационным знаком № (зарегистрированный на имя Н. т.5 л.д.117). На внешней правой части автомобиля, а также в салоне обнаружены следы вещества бурого цвета, похожего на кровь. В ходе осмотра места происшествия изъяты смывы вещества бурого цвета и связка ключей, автомобиль. В багажнике автомобиля обнаружена и изъята футболка, пропитанная веществом бурого цвета, похожего на кровь, с наложениями грунта.

Из протокола осмотра участка местности от 17.07.2017 г. (т.1 л.д.104-111) следует, что на участке местности у дома № по 

<

...>, обнаружены и изъяты кроссовки и полимерный пакет с мужской майкой, парой мужских носков, муляжом удостоверения на имя Г., штанами по типу трико и кофтой-мастерской внутри. На кроссовках и майке обнаружены следы вещества бурого цвета, похожего на кровь.

Согласно заключению судебной криминалистической экспертизы № (т. 5 л.д. 58-64), на футболке, изъятой в багажнике автомобиля марки «Хонда Цивик» с государственным регистрационным знаком №», принадлежащей потерпевшему Н., обнаружены 26 повреждений. Повреждения на футболке являются колото-резаными, и могли быть образованы ножом с однолезвийным клинком, шириной не менее 10 мм.

Из заключениям судебных генетических экспертиз № от (т.5 л.д.162-183), № (т.5 л.д.196-216), следует, что на смывах, изъятых с автомобиля марки «Хонда Цивик» с государственным регистрационным знаком «Е 590 КЕ, 03 регион», обнаружена кровь Н. Кроме того, в смешанных следах крови и пота на майке, изъятой в багажнике данного автомобиля, обнаружен биологический материал (возможно, пот) ФИО1 и кровь Н. На штанах, изъятых на участке местности у дома № по 

<

...>, обнаружена кровь, которая произошла от Н. На этих же штанах обнаружены смешанные следы, в которых обнаружен биологический материал (возможно, пот) ФИО1 и кровь Н. На изнаночной стороне пояса штанов обнаружен пот, который произошёл от ФИО1 

С учетом конкретизированных уточнений, суд считает заключения судебно-медицинских экспертиз, медико-криминалистических, биологических, являются достоверными, обоснованными и убедительными, поскольку они даны специалистами высокой квалификации, на основании соответствующих исследований, основанными на объективных доказательствах осмотре места происшествия, осмотре трупа, показания подсудимых, в части не отвергнутые судом, и приводит суд к убеждению, что смерть Н. наступила от действий ФИО1

Таким образом, приведённые вышеизложенные доказательства и показания свидетелей полностью подтверждают показания ФИО1 данные им в качестве подозреваемого и обвиняемого до 12.01.2018 года (т.1л.д.198-203, т.1 л.д.204-213, т.1 л.д.220-224, т.1 л.д.230-244, т.2 л.д.1-11), относительно убийства Н., и показания подсудимой ФИО2 об обстоятельствах убийства Н. ФИО1

Согласно показаниям свидетеля ФИО4, у последнего действительно имелись финансовые трудности о которых он сообщил подсудимому ФИО1, из показаний подсудимой ФИО2 следует, что подсудимый ФИО1 нуждался в денежных средствах не менее 300 000 рублей связанные с проблемами у брата, в связи с чем ФИО1 просил ФИО2 найти человека с машиной, что бы в дальнейшем с применением насилия опасного для жизни и здоровья похитить данный автомобиль.

Из переписки в социальной сети «В Контакте» между ФИО2 и ФИО1 в период с 15.07.2017 -16.07.2017 г. непосредственно исследованной в судебном заседании, а также сопоставленной с информацией представленной данной сетью (т.4 л.д.227-233) и изъятой в ходе осмотра сотового телефона ФИО1 (т.4 л.д.177-189) следует, что ФИО1 интересовался адресом мужчины проживающим в микрорайоне 

<

...>, согласно показаниям ФИО2 адресом Н. с целью хищения автомобиля последнего. В судебном заседании потерпевшие подтвердили, что описанный адрес в переписке между ФИО1 и ФИО2 принадлежал Н. (т.4 л.д.230). В целях обозначения предмета хищения предложенного ФИО2 ФИО1 для решения финансовых проблем последнего, подсудимая 15.07.2017 г. направила фотографию потерпевшего Н. на фоне его (Н.) автомобиля.

Показания ФИО1, что он не умеет водить машину опровергаются показаниям свидетелей Д., Т., о то, что подсудимый ФИО1 обладал навыками вождения, незадолго до его задержания (17.07.2017 г.) попал в аварию на чужом автомобиле; перепиской между подсудимым ФИО1 и М. (т.4 л.д.177-189) обозначенным в телефоне как М. о наличии которой в судебном заседании подтвердил подсудимый ФИО1

Таким образом, приведенные выше доказательства, переписки между потерпевшим Н. и ФИО2, между ФИО2 и ФИО1, между ФИО1 и М. подтверждают корыстный мотив совершенных подсудимыми преступлений направленный на хищения автомобиля и имущества Н. путем разбоя, что подтверждает показания ФИО2 данные на предварительном следствии в качестве подозреваемой и обвиняемой, подтвержденных в судебном заседании о предварительном сговоре на совершения хищения автомобиля Н. с применением насилия опасного для жизни и здоровья, и опровергает версию ФИО1 на предварительном следствии (т.1л.д.198-203, т.1 л.д.204-213, т.1 л.д.220-224, т.1 л.д.230-244, т.2 л.д.1-11) о совершенном убийстве из неприязненных отношений к потерпевшему и в последующем хищений предметов и документов из автомобиля потерпевшего с целью сокрытия следов преступления. 

Приведенные показания потерпевших, свидетелей которые суд признает достоверными, допустимыми доказательствами, как не вызывающие у суда сомнения, полностью в деталях, согласуются с другими исследованными доказательствами, не содержат существенных противоречий, дополняют друг друга, согласуются, в том числе с данными, изложенными в протоколе осмотра места происшествия, с выводами в заключениях экспертиз о характере и локализации телесных повреждений и причинах смерти Н. 

Вышеуказанные изъятые вещества и предметы осмотрены следователем, постановлениями следователя признаны и приобщены в качестве вещественных доказательств.

Оценивая показания подсудимого ФИО1, данные на предварительном следствии, а также показания ФИО2 в качестве свидетеля, о совершении убийства ФИО1 из неприязненных отношений, суд расценивает такое поведение подсудимых как способ своей защиты, согласованный ими между собой после совершения преступлений. То обстоятельство, что изобличая ФИО1 на предварительном следствии в нанесении множественных ударов ножом потерпевшему, каждый из подсудимых умалчивал о мотивах преступления, о своих ранее согласованных действиях направленных на хищение автомобиля с применением насилия опасного для жизни и здоровья, объясняется их нежеланием нести ответственность за особо тяжкие преступления – убийство и разбой.

В судебном заседании государственный обвинитель заявил об исключении квалифицирующего признака по ст.162 УК РФ совершения преступления в крупном размере, поскольку данный признак не нашел своего подтверждения представленными доказательствами, согласно заключению эксперта № от 28.12.2017 г. (т.5 л.д.112-129), которое не было оспорено сторонами, стоимость автомобиля Н. по состоянию на 17.07.2017 года составляла 200 000 рублей. При таких обстоятельствах данный квалифицирующий признак подлежит исключению.

Проанализировав исследованные доказательства, суд приходит к выводу, что по настоящему уголовному делу органами предварительного расследования собраны относимые, достоверные и допустимые доказательства, которые содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела в соответствии со ст. 73 УПК РФ, и в своей совокупности являются достаточными для установления виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминированных преступлений.

При таких обстоятельствах действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует: по п. «в» ч.4 ст. 162 УК РФ - разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего; по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ - убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, сопряженное с разбоем. 

Действия подсудимой ФИО2, с учетом позиции стороны обвинения, суд квалифицирует по ч.2 ст.162 УК РФ - разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору.

Детальное планирование роли каждого подсудимого ФИО1 и ФИО2 в нападении с применением насилия при хищении автомобиля, способа нападения, а именно удара в жизненно-важный орган-голову, последствия этого насилия, отключение сознания и потеря памяти потерпевшего, со всей очевидностью свидетельствуют о сговоре на причинение насилия опасного для жизни и здоровья, оговор времени совершения преступления (вечернее-ночное), а также места его совершения, свидетельствует о предварительном сговоре их действий в группе с единым умыслом на хищение автомобиля путем разбоя, поскольку еще до начала нападения, ФИО1 и ФИО2 определили предмет хищения, распределили роли и определили момент нападения, каждый из участников разбойного нападения действовал согласно разработанного плана и сговора, выполняя каждый свою роль, однако ФИО1 применяя насилие опасное для жизни и здоровья, вышел за пределы договоренности и использовал имеющийся при нем нож для общей цели преступления завладения имуществом потерпевшего и его реализации, убил Н. После нападения ФИО1 на Н. и убийства последнего из корыстных побуждений, подсудимые продолжили действия направленные на хищение автомобиля, попытавшись завладеть автомобилем, а в последующем похитив имущество.

Все это указывает, что каждый из подсудимых, выполнил все действия, входящие в объективную сторону разбоя с соответствующими вмененными им квалифицирующими признаками. Действия каждого из подсудимых были необходимым условием для действий другого соисполнителя при совершении разбоя.

О том, что действия ФИО1 были направлены на лишение жизни потерпевшего Н., свидетельствует и тот факт, что напал ФИО1 на Н. с заранее приготовленным ножом в автомобиле со спины потерпевшего, при этом никакого конфликта до выхода ФИО2 из автомобиля не было, после этого Н. выбежал из автомобиля со словами убивают, при этом внутри салона были обнаружены следы крови Н., что также опровергает показания подсудимого ФИО1, что нападение на Н. было осуществлено третьими лицами и происходило за пределами автомобиля. Убив Н., ФИО1 попытался совместно с ФИО2 похитить автомобиль и избавился от предмета используемого в качестве оружия. 

Учитывая изложенное суд приходит к выводу о наличии у подсудимого ФИО1 умысла, направленного на лишение жизни Н. из корыстных побуждений, поскольку об этом свидетельствует последовательное применение в качестве орудия убийства Н. ножа, обладающего значительным повреждающим свойством, множественность нанесённых ударов ножом, их локализация в области расположения жизненно важных органов. Данный нож был сокрыт подсудимым ФИО1, однако его описание подробно данное ФИО1 на предварительном следствии, следы лезвия ножа на теле потерпевшего подробно зафиксированы судебно-медицинской, медико-криминалистической экспертизами. В результате суд приходит к убеждению, что преступления совершены с использованием ножа, ранее находившегося у ФИО1 

На основании приведенных выше согласующихся между собой доказательств, суд приходит к твердому убеждению и выводу о виновности ФИО2 и ФИО1 в совершении установленных преступлений.

Психического состояния подсудимого ФИО1 у суда не вызывает сомнений, что подтверждается заключению амбулаторной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизой№ (т.5 л.д. 142-149) из которой следует, что по своему психическому состоянию, в период, относящийся к совершению преступления, в котором обвиняется, ФИО1 мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, может принимать участие при производстве судебных и следственных действий. ФИО1 в момент правонарушения не находился в состоянии физиологического аффекта, и ни в каком ином эмоциональном состоянии, способном существенно повлиять на сознание и поведение.

Согласно заключения комиссионной комплексной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № от 19.02.2018 г. (т.5 л.д.231-239) ФИО2 в момент исследуемой юридически значимой ситуации не обнаруживала признаков какого-либо временного психического расстройства. По своему психическому состоянию в момент совершения преступления, в котором она обвиняется, ФИО2 могла осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию она также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, и принимать участие в следственно-судебных действиях. Индивидуально-психологические особенности ФИО2 не носят характер патологии, они не могли оказать существенного влияния на ее сознание и поведение в исследуемой ситуации, так как не нарушают нормальный ход деятельности и целевую структуру поведения. Исходя из своих индивидуально-психологических особенностей, ФИО2 может объективно оценивать события реальной действительности и давать о них правильные показания.

Изложенные заключения психолого-психиатрических экспертиз проведены в соответствии с требованиями закона, заключения даны компетентными и квалифицированными экспертами, сомнений у суда не вызывают, и поэтому суд признает их относимым, допустимым и достоверным доказательством.

С учетом изложенного, материалов дела, в том числе касающихся личности подсудимых ФИО1 и ФИО2 и обстоятельств совершения ими преступлений, их поведение до совершения преступления, а также в период совершения преступления, наблюдая их поведение в судебном заседании, суд приходит к твердому убеждению, что ФИО2 и ФИО1 в период относящийся к совершению инкриминируемых им деяний, могли в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, а также на сегодняшний день могут в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в связи с чем суд признает ФИО1 и ФИО2 вменяемыми.

Решая вопрос о виде и размере наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, фактического участия в совершении преступлений, значение этого участия для достижения целей преступлений, личность каждого подсудимого, смягчающие наказание обстоятельства подсудимых, у ФИО1 отягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление каждого подсудимого и на условия жизни их семей.

Согласно материалам уголовного дела, характеристикам, заключениям психолого-психиатрической экспертиз, не состоящего на учете у нарколога, ранее судимого, ФИО1 характеризуется, в том числе в быту свидетелями Т., Д. положительно, как любящего и отзывчивого брата, свидетелем Ж., как хорошего друга. Несмотря на то, что подсудимый ФИО1 неоднократно указывал, что пытался оказать медицинскую помощь Н., а также вызвать для него скорую помощь, суд расценивает его показания в этой части, как возможность создания себе алиби, более того, все его действия свидетельствуют об обратном, ФИО1 обладал возможностью прекратить свои действия, а также по средствам изъятой у него связи вызвать скорую помощь, однако данных действий с его стороны не последовало. Не установлено судом противоправного и аморального поведения потерпевшего. Как указывала подсудимая ФИО2, у ФИО1 с Н. никакого конфликта не было, кроме того, действия Н., который пытался спастись бегством от нападения ФИО1, указывают также на отсутствие обороны со стороны ФИО1, в связи с чем оснований для признания обстоятельствами смягчающими наказание по п.п. «з,к» ч.1 ст.61 УК РФ не имеется. 

В качестве смягчающих наказание обстоятельств ФИО1 в силу п. «и» ч.1,ч.2 ст. 61 УК РФ, суд учитывает: по ст.105 УК РФ частичное признание вины, по существу способствование раскрытию преступления; совершение преступлений в молодом возрасте, состояние здоровья, розыск имущества добытого преступным путем (указание о нахождении документов на автомобиль и другого имущества). 

Отягчающим обстоятельством ФИО1 в соответствии п.«а» ч.1 ст. 63 УК РФ суд установил рецидив преступлений.

Учитывая, что ФИО1 будучи осужденным за тяжкое преступление к реальному лишению свободы, вновь совершил особо тяжкие преступления, у ФИО1 установлен в соответствии с п.«б» ч.2 ст.18 УК РФ опасный рецидив преступлений, наказание должно быть назначено с учетом ч.2 ст. 68 УК РФ, оснований для применения ст. 62 УК РФ не имеется.

Согласно материалам уголовного дела, положительным характеристикам, заключением психолого-психиатрической экспертизы, не состоящей на учете у нарколога, ранее не судимой ФИО2, ФИО2 характеризуется свидетелем Ч. отцом ребенка ФИО2 посредственно, ребенок ФИО2 по решению Куйбышевского районного суда города Иркутска от 18.12.2017г. проживает с отцом, ФИО2 выплачивает алименты, свидетелями С., З. ФИО2 характеризуется положительно, как добрая, отзывчивая любящая мать, сестра, тетя, которая помогает родственникам, свидетелем Ж. характеризуется также положительно.

Смягчающие наказание обстоятельства ФИО2 в силу п.п. «г, и» ч.1,ч.2 ст. 61 УК РФ, суд учитывает признание вины, раскаяние, явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, изобличение лица совершившего преступления, в том числе групповом, розыск имущества путем участия в следственных действиях, совершение преступлений в молодом возрасте, состояние здоровья, наличие малолетнего ребенка, инвалидность.

Отягчающих обстоятельств ФИО2 судом не установлено, в связи с чем последней необходимо назначить наказание в виде лишения свободы с учетом требования ч.1 ст. 62 УК РФ.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений ФИО1, которые относятся к категории особо тяжких преступлений, имеющим исключительную общественную опасность, обстоятельств их совершения, учитывая общественную опасность совершенного преступления ФИО2, отнесенного в соответствии со ст. 15 УК РФ к категории тяжкого преступления, учитывая все обстоятельства дела, в целях восстановления социальной справедливости и предупреждения совершения новых преступлений суд считает необходимым назначить каждому из подсудимых наказание только в виде реального лишения свободы с назначением дополнительного наказания.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, учитывая действия ФИО2, в результате которых Н. оказался на месте преступления, поведением виновных во время или после совершения преступлений, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного, позволяли применить к подсудимым положения ч. 6 ст. 15, ст. 64 и ст.73 УК РФ, суд не установил. Не имеется оснований и для применения ст. 82 УК РФ в отношении ФИО2, так как ребенок последней по решению суда находится и проживает со своим родным отцом.

Препятствий для назначения ФИО1 и ФИО2 дополнительного наказания в виде ограничения свободы по ч. 6 ст. 53 УК РФ не имеется, как и не имеется для назначения дополнительного наказания в виде штрафа. ФИО2 имеет на территории города Иркутска регистрацию, постоянно проживает со своими близкими родственниками. Отсутствие регистрации у ФИО1 по месту жительства, по смыслу уголовного закона само по себе не является основанием для вывода об отсутствии у него места постоянного проживания на территории Российской Федерации. Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 имел постоянное место жительства на территории Российской Федерации. После отбытия наказания по предыдущему приговору ФИО1 прибыл в поселок 

<

...>, стал проживать с близкими родственниками, где ранее был прописан.

Дополнительное наказание ФИО1 по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, ФИО2 по ч.2 ст. 162 УК РФ в виде штрафа определяется судом в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 46 УК РФ, т.е. с учетом тяжести совершенных ими преступлений, имущественного положения каждого из них и их семей, а также с учетом возможности получения подсудимыми заработной платы или иного дохода. При этом суд учитывает наличие у ФИО2 малолетнего ребенка, а также инвалидности, состояние здоровья подсудимых, вместе с тем они являются молодыми трудоспособными гражданами.

Окончательное наказание ФИО1 по совокупности преступлений по делу, подлежит назначению в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ местом отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО1 надлежит определить исправительную колонию строгого режима.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ местом отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО2 надлежит определить исправительную колонию общего режима.

Основания по которым ФИО1 избиралась мера пресечения не изменились и не отпали, кроме того в целях обеспечения исполнения приговора, меру пресечения до вступления приговора в законную силу следует оставить ФИО1 прежней - заключение под стражу.

В соответствии со ст. 255 УПК РФ с учетом данных о личности подсудимой ФИО2, тяжести и характера преступления, в совершении которого ФИО2 признана виновной и осуждается к лишению свободы, принимая во внимание, что ребенок ФИО2 находится с отцом, учитывая состояние здоровья последней и ее инвалидность, суд считает необходимым избрать в отношении ФИО2 меру пресечения в виде заключения под стражу.

При этом, в соответствии со ст.72 УК РФ время содержания ФИО1, ФИО2 под стражей необходимо зачесть в срок отбывания наказания.

Гражданскими истцами А., Л., И. заявлены требования о компенсации морального вреда в результате совершений преступлений предусмотренного п. «з» ч.2 ст. 105 УК РФ с подсудимого ФИО1 в размере 1 000 000 рублей в пользу каждой потерпевшей, по ст.162 УК РФ с подсудимых ФИО1 и ФИО2 в размере 300 000 рублей в пользу каждой потерпевшей.

Подсудимая ФИО2 исковые требования – признал частично, подсудимый ФИО1 исковые требования не признал. 

Разрешая вопрос предъявленных исков гражданскими истцами к подсудимым суд учитывает признание подсудимой ФИО2 исковых требований в части.

Исковые требования потерпевших А., И., Л. о взыскании компенсации морального вреда с подсудимых ФИО1 и ФИО2 суд считает законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению на основании ст. ст. 150, 1099, 1101 ГК РФ, поскольку потерпевшие понесли и по настоящее время испытывают моральные и нравственные страдания, выразившиеся в утрате близкого родственника в молодом возрасте, которая является невосполнимой потерей в результате убийства, в том числе причинения вреда жизни и здоровью потерпевшего при совершении разбоя.

В соответствии с ч. 1 ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В случае причинения морального вреда преступными действиями нескольких лиц он подлежит возмещению в долевом порядке.

Определяя размер компенсации морального вреда, принимая во внимание характер и объем причиненных морально-нравственных и физических страданий, а также с учетом принципов разумности и справедливости, финансового состояния, состояния здоровья подсудимых, степень вины ФИО1, ФИО2 наличие у последней инвалидности и несовершеннолетнего ребенка, суд считает, что требования А. И., Л. к ФИО1 о компенсации морального вреда понесенного в результате убийства сопряженного с разбоем потерпевшего в сумме 1 000 000 рублей каждой потерпевшей, а также в результате разбоя в размере 300 000 рублей в пользу каждой потерпевшей, подлежат удовлетворению, с учетом положений ст. ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ частично, с ФИО1 подлежит взысканию по разбою в долевом порядке в размере 2/3 по 100 000 рублей каждой потерпевшей, по убийству в размере по 900 000 рублей в пользу каждой потерпевшей. Что касается взыскания морального вреда с подсудимой ФИО2 понесенного потерпевшими в результате совершения разбоя в отношении Н., то размер компенсации морального вреда подлежит взысканию с учетом положений ст. ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ с подсудимой ФИО2 в размере 1/3 по 50 000 рублей в пользу каждой потерпевшей.

Требования гражданского истца А. о возмещении причиненного преступлением по п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ материального ущерба, связанных с затратами на погребение Н. в сумме 66933 рублей 29 копеек рублей подлежит удовлетворению и взысканию с ФИО1 в полном объеме.

По настоящему уголовному делу имеются процессуальные издержки. Так потерпевшей А. было заключено соглашение с адвокатам на представление интересов потерпевших А., И., Л. на предварительном следствии по данному уголовному делу и выплачено вознаграждение в размере 30000 рублей, что подтверждается квитанцией №, а также материалами уголовного дела, и которое судом признается обоснованным, кроме того А. была оплачена стоимостная судебная экспертиза (т.5 л.д.112) в размере 3000 рублей, что подтверждается квитанцией от 25.12.2017 г., проведенная по постановлению следователя, в связи с чем суд данные расходы признает в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ процессуальными издержками, которые подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета. В ходе судебного заседания защиту подсудимого ФИО1 осуществлял защитник Евстигнеев Е.А. по назначению, защиту подсудимой ФИО2 осуществляла защитник Холодова М.В. по назначению и в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ затраченные на оплату труда защитников суммы также относятся к процессуальным издержкам. 

В соответствии со ст. 132 УПК РФ указанные процессуальные издержки возмещены за счет средств федерального бюджета. Однако, с учетом возможности получения подсудимыми ФИО1 и ФИО2 дохода и отсутствия законных оснований для освобождения от их уплаты они подлежат взысканию в части оплаты труда защитников по назначению в ходе судебного заседания в Иркутском областном суде с подсудимого ФИО1 в сумме 41400 рублей в полном объем, вместе с тем с учетом наличия инвалидности и малолетнего ребенка с подсудимой ФИО2 в сумме 10000 рублей, т.е. в размерах, определенных в соответствии с ч. 7 ст. 132 УПК РФ, с учетом характера вины, степени ответственности за преступления и имущественного положения подсудимого. В части расходов потерпевшей А. на представителя потерпевших вознаграждение в сумме 30 000 рублей подлежит взысканию с подсудимых в полном объеме в размерах, определенных в соответствии с ч. 7 ст. 132 УПК РФ, с учетом характера вины, степени ответственности за преступления и имущественного положения подсудимых, соответственно с ФИО1 в размере 20 000 рублей, с ФИО2 - в размере 10 000 рублей.

Вопрос о вещественных доказательствах по делу подлежит разрешению в соответствии со ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 303, 307 - 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание:

- по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ 10 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год со штрафом 100 000 рублей;

- по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ 14 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 4 месяца.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний назначить ФИО1 17 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев со штрафом 100 000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установить ФИО1 следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания в ночное время с 22 до 6 часов, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, на территории которого он будет проживать после освобождения из мест лишения свободы, не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; обязать ФИО1 2 раза в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ назначить ФИО1 отбывание наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде содержания под стражей до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с 15 октября 2018 года. Зачесть в срок отбывания наказания ФИО1 в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания под стражей с 17 июля 2017 года, то есть со дня фактического задержания, по вступлению приговора в законную силу, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

ФИО2 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 162 УК РФ и назначить ей наказание 4 года лишения свободы с ограничением свободы на 1 год со штрафом 50 000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установить ФИО2 следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания в ночное время с 22 до 6 часов, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, на территории которого она будет проживать после освобождения из мест лишения свободы, не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; обязать ФИО2 1 раз в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

В соответствии с п. «б» ч. 1ст. 58 УК РФ назначить ФИО2 отбывание наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО2 с подписки о невыезде и надлежащим поведении изменить на заключение под стражей до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания ФИО2 исчислять с 15 октября 2018 года. Зачесть в срок отбывания наказания ФИО2 в соответствии с п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания под стражей с 15 октября 2018 года, то есть со дня фактического задержания, по вступлению приговора в законную силу, из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

На основании п.1 ч.2 ст.131 УПК РФ возместить процессуальные издержки потерпевшей А. связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевших, вознаграждение, выплаченное эксперту в сумме 33000 рублей за счет средств федерального бюджета.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 61400 рублей; в пользу А. в возмещение морального вреда 1 000 000 рублей и в возмещение материального ущерба 66933 рубля 29 копеек, в пользу Л. в возмещение морального вреда 1 000 000 рублей, в пользу И. в возмещение морального вреда 1 000 000 рублей;

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 20 000 рублей и в пользу А. в возмещение морального вреда 50 000 рублей, в пользу Л. в возмещение морального вреда 50 000 рублей, в пользу И. в возмещение морального вреда 50 000 рублей.

Вещественные доказательства по делу при вступлении приговора в законную силу:

-3 смыва с веществом бурого цвета из а/м «Хонда Цивик», оплетка рулевого колеса, 4 отрезка ленты скотч со следами потожирового вещества из а\м «Хонда Цивик, нож, футболка, изъятые в ходе ОМП по адресу 

<

...> от 17.07.17; 2 отрезка ленты-скотч со следами пальцев рук, 3 смыва вещества бурого цвета с правой передней двери, с заднего бампера, правой задней двери с а/м марки «Хонда Цивик», пара мужских носков, муляж удостоверения на имя Г., пустая пачка из-под сигарет «Winston xstyle» изъятые в ходе осмотра местности от 17.07.2017; образец крови и слюны ФИО1, изъятые в ходе получения образцов для сравнительного исследования от 18.07.2017; образцы слюны свидетеля ФИО2, изъятые в ходе получения образцов для сравнительного исследования от 17.07.2077; 4 кожных лоскута, срезы ногтевых пластин с правой и левой рук, образцы крови от трупа Н., шорты с трупа изъятые в ходе осмотра места происшествия от 17.07.2017, изъятые в ходе выемки от19.07.2017, -уничтожить,

-сведения со страницы «ФИО3 Р.», изъятые в ходе выемки от 22.12.2017г. (т.4 л.д. 227-233), CD-диск со сведениями со страницы «Великова Марина», изъятый в ходе выемки от 22.12.2017 (т.4 л.д.226) техническая информация со средств связи входящих и исходящих телефонных соединениях с номера абонента 

<

...>, истребованная в Иркутском филиале ООО «Т2 Мобайл» (т.4 л.д.212), техническая информация со средств связи входящих и исходящих телефонных соединениях с номера абонента 

<

...>, истребованная в Иркутском филиале ООО «Т2 Мобайл» (т.4 л.д.250), техническая информация со средств связи входящих и исходящих телефонных соединениях с номера абонента 

<

...>, истребованная в Иркутском филиале ООО «Т2 Мобайл» (т.4 л.д.250), техническая информация со средств связи входящих и исходящих телефонных соединениях с номера абонента 

<

...>, истребованная в филиале ПАО «Мегафон» в Иркутской области (т.4 л.д.176) копия медицинской карты № на имя ФИО1, изъятая в ходе выемки от 03.08.2017, копия медицинской карты № стационарного больного ФИО1, копия медицинской карты № стационарного больного ФИО1, копия медицинской карты № стационарного больного ФИО1, изъятые в ходе выемки от 02.08.2017, копия медицинской карты № на имя ФИО2, изъятая в ходе выемки от 05.02.2018- хранить при материалах уголовного дела;

-телефон марки Самсунг, телефон марки «НТС», банковскую карту, бело-голубую майку, трико мужские, чехлы из а/м «Хонда Цивик», кольцо с трупа, изъятое в ходе осмотра места происшествия от 17.07.2017; кроссовки, страховой полис, товарная накладная, пластиковая шашка такси, крепление для сотового телефона, изъятые в ходе осмотра места происшествия от 17.07.2017г., связка ключей, изъятая в ходе осмотра места происшествия от 17.07.2017г., автомобиль марки «Хонда Цивик» государственный регистрационный знак №, изъятый в ходе осмотра места происшествия от 17.07.2017г., устройство для воспроизведении музыки, изъятое в ходе личного обыска у ФИО1 от 17.07.2017г., брелок -сигнализации, отвертка, тапочки сланцы, изъятые в ходе осмотра места происшествия от 17.07.2017г., кофта-мастерка черного цвета фирмы «Adidas», изъятая в ходе осмотра места происшествия от 17.07.2017г., мужская куртка черного цвета, кофта, изъятая у свидетеля ФИО2 в ходе выемки от 17.07.2017г. - вернуть по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации через Иркутский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными ФИО1 и ФИО2, содержащимися под стражей - в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционных жалоб и представлений, осужденные ФИО1 и ФИО2 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий А.Р. Сундюкова