Дело №2-1880/2017

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

25 августа 2017 года г.Димитровград

Димитровградский городской суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Кочергаевой О.П., при секретаре Ванюковой Е.Н., с участием прокурора Душковой К.Б., адвоката Пильщиковой Л.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Авестас» о признании гражданско-правового договора недействительным, установлении факта трудовых отношений, внесении записи о времени работы в трудовую книжку, о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском о признании гражданско-правового договора недействительным, установлении факта трудовых отношений, о взыскании компенсации морального вреда, понуждении к составлению акта по форме Н-1, понуждении к оплате больничных листов, в обоснование заявленных требований ссылаясь на то, что с 15 октября 2005 года по август 2008 года она работала у ответчика оператором МРО неофициально, с 13 сентября 2010 года по 12 января 2016 года она была трудоустроена официально разрабатывальщиком отходов в приготовительном производстве. 12 января 2016 года она была уволена из общества по соглашению сторон, однако продолжила работать на том же месте по графику, заработная плата составляла в среднем 10000 руб. в месяц. С инструкцией по технике безопасности ее не знакомили. 26 июня 2017 года она пришла на работу к 08.00 час. и начала работать за чесальным станком, примерно в 09.00 час. она начала загружать сырье в чесальный станок, решила убрать сырье из-под станка и машинально засунула левую руку в крутящиеся шестеренки, в результате чего ей срезало указательный палец левой кисти и повредило сухожилия двух пальцев. В результате произошедшего она была госпитализирована, ей оказана медицинская помощь. Когда она находилась в больнице, работодатель заставил ее подписать гражданско-правовой договором от 13 июня 2017 года сроком до 30 июня 2017 года. В результате произошедшего она испытывала сильную физическую боль, ей была сделана операция, в левую кисть вставлены спицы, она нуждается в восстановлении функций пальцев. Ответчик выплатил ей 5000 руб. на лечение. Просила признать недействительным гражданско-правовой договор от 13 июня 2017 года, признать факт трудовых отношений между ней и ООО «Авестас» в должности разрабатывальщика отходов с 13 января 2016 года по настоящее время и обязать ответчика внести запись в трудовую книжку о времени работы, обязать ответчика составить акт по форме Н-1 в отношении нее, обязать ответчика оплатить ей больничные листы, взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 1000000 руб.

Определением суда от 25 августа 2017 года производство по делу в части исковых требований ФИО1 к ООО «Авестас» о понуждении к составлению акта по форме Н-1, понуждении к оплате больничных листов, установления факта трудовых отношений с 13 июня 2017 года прекращено в связи с отказом истца от иска в указанной части и принятием его судом.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее адвокат Пильщикова Л.Н. исковые требования поддержали по обстоятельствам, изложенным в иске, просили об удовлетворении заявленных требований. 

Представитель ответчика ООО «Авестас» ФИО2 – директор общества в судебном заседании исковые требования не признала, указав, что в спорный период трудовые отношения между сторонами не сложились, она признает, что с 13 июня 2017 года между обществом и истцом фактически сложились трудовые отношения, в связи с чем 14 августа 2017 года был заключен трудовой договор. Работы, выполняемые истицей до 13 июня 2017 года, носили разовый характер, фактически она была уволена по соглашению сторон. Когда возникала необходимость, истица выходила на работу, выполняла требуемый объем работ. При этом она не подчинялась правилам внутреннего трудового распорядка, могла уйти с работы раньше, выйти позже, вообще не выйти на работу. Отпуск ей не предоставлялся в связи с отсутствием трудовых отношений. После произошедшего истице со стороны общества оказана необходимая помощь, составлен акт по форме Н-1, оплачены предъявленные больничные листы. В качестве компенсации морального вреда согласна оплатить истице санаторно-курортное лечение в местном санатории «Сосновый бор». 

Заслушав стороны, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что иск подлежит частичному удовлетворению, суд находит исковые требования частично обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Право граждан на безопасный труд, как и иные конституционные права и свободы, являются непосредственно действующими, определяют наряду с другими правами и свободами смысл, содержание и применение законов, деятельности законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечивается правосудием.

Согласно ст.3 Закона от 24 июля 1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастного случая на производстве и профессиональный заболеваний» страховой случай - подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Несчастный случай на производстве — событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.

В соответствии со ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со ст.1084 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным настоящей главой, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Судом установлено, что ФИО1 с 13 июня 2017 года по настоящее время работает в ООО «Авестас» разрабатывальщиком отходов 2 класса, что подтверждается копией трудового договора от 14 августа 2017 года, заключенного между сторонами. 

26 июня 2017 года ФИО1 работала на аппарате «Бефама» с 08.00 часов: накладывала смеску в каретку. Через 40 минут аппарат остановили для чистки гребня, которую производил помощник мастера ФИО3 После чистки запустили чесальный аппарат. Приблизительно в 9.20 час. ФИО1 взяла деревянную рейку и начала выгребать из-под аппарата «Бефама» отходы с боковой стороны аппарата, не выключив аппарат и отодвинув защитное ограждение. В этот момент левая рука соскочила с палки и попала в движущийся механизм и при этом ФИО1 получила травму: обширную рвано-скальпированную рану левой кисти; травматическое отчленение 2 пальца левой кисти на уровне основной фаланги; открытые оскольчатые переломы основных фаланг 3, 4 пальцев левой кисти; закрытый перелом 1 пястной кости левой руки. 

Указанное обстоятельство подтверждается копией акта формы Н1, которым установлено, что причиной несчастного случая является нарушение требований безопасности при выполнении работ при очистке оборудования работником при работающем аппарате, без его отключения. Установлен факт грубой неосторожности пострадавшего, степень вины 5%. 

Обстоятельства произошедшего несчастного случая и его причины, отраженные в акте, сторонами не оспариваются. 

Поскольку ответчиком не представлено суду доказательств, что вред здоровью истца причинен не по вине данного работодателя, суд приходит к выводу, что лицом, ответственным за вред, причиненный здоровью истца вследствие несчастного случая на производстве, является работодатель – ООО «Авестас». 

Из представленного суду медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве следует, что истцу выставлен диагноз обширная рвано-скальпированная рана левой кисти; травматическое отчленение 2 пальца левой кисти на уровне основной фаланги; открытые оскольчатые переломы основных фаланг 3, 4 пальцев левой кисти; закрытый перелом 1 пястной кости левой руки. 

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Из представленных суду медицинских документов - амбулаторной карты следует, что ФИО1 в связи с полученной травмой 26 июня 2017 года до настоящего времени проходит лечение, ей открыт листок нетрудоспособности. 

Факт несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО1 26 июня 2017 года при исполнении ею трудовых обязанностей ответчиком в судебном заседании не оспаривался и подтверждается исследованными судом доказательствами, в связи с чем, на ответчика надлежит возложить обязанность по компенсации истцу морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика, суд учитывает конкретные обстоятельства, при которых причинен моральный вред, выразившийся в перенесенных истцом физических и нравственных страданиях, степень физических страданий – истец в течение длительного времени лечился от полученной производственной травмы, не мог вести нормальный образ жизни, частично потеряла один палец левой руки, функции двух пальцев левой руки до настоящего времени не восстановлена. Кроме того, суд учитывает то обстоятельство, что при расследовании несчастного случая установлена вина пострадавшего в несчастном случае в размере 5%. 

Оценив представленные суду доказательства, а также учитывая в соответствии с требованиями ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации требования разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ООО «Авестас» в пользу истца в возмещение морального вреда 250000 руб., отказав в удовлетворении исковых требований, превышающих указанную сумму.

Согласно Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (часть 1 статьи 37). 

Свобода труда проявляется, в частности, в имеющейся у гражданина возможности свободно распорядиться своими способностями к труду, то есть выбрать как род занятий, так и порядок оформления соответствующих отношений и определить, заключит ли он трудовой договор либо предпочтет выполнять работы (оказывать услуги) на основании гражданско-правового договора.

В целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником трудовыми, следует устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Основания возникновения трудовых отношений установлены статьей 16 Трудового кодекса Российской Федерации, к числу которых, применительно к настоящему делу, относятся: трудовой договор, заключаемый сторонами в соответствии с настоящим Кодексом либо, если трудовой договор не был надлежащим образом оформлен, - действия работодателя, которые свидетельствуют о фактическом допущении истца к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

Представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Под трудовыми отношениями законодатель понимает отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Трудовые отношения обладают рядом характерных признаков, которые позволяют их отличить от гражданско-правовых отношений. Одним из основных признаков трудовых отношений является личное выполнение за плату конкретной трудовой функции. Под трудовой функцией работодатель подразумевает работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, конкретного вида поручаемой работнику работы.

Таким образом, к характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера, относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудового отношения.

Анализ действующего законодательства, а именно статей 56, 61, 65, 66, 67, 68, 91, 129 и 135 Трудового кодекса Российской Федерации, указывает на то, что фактический допуск работника к работе предполагает, что работник приступил к исполнению трудовых обязанностей по обусловленной соглашением сторон должности и с момента начала исполнения трудовой функции работник подчиняется действующим у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка; оплата труда работника осуществляется работодателем в соответствии с установленным по занимаемой работником должности окладом и действующей у работодателя системой оплаты труда; работник в связи с началом работы обязан передать работодателю соответствующие документы.

В силу принципа состязательности сторон (статья 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и требований части 2 статьи 35, части 1 статьи 56 и части 1 статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В данном случае обязанность доказать возникновение трудовых отношений с ответчиком возложена на истца.

Разрешая исковые требования о признании недействительным гражданско-правового договора от 13 июня 2017 года, суд находит их обоснованными и подлежащими удовлетворению, поскольку представленными ответчиком документами подтверждено, что с 13 июня 2017 года между сторонами фактически сложились трудовые отношения, в связи с чем заключен трудовой договор.

Вместе с тем, оснований для вывода о сложившихся между сторонами трудовых отношениях с 13 января 2016 года по 12 июня 2017 года суд не усматривает. Как следует из пояснений истицы, в указанный период она выходила на работу в ООО «Авестас», она должна была выполнять работу разрабатывальщика отходов, при этом она могла прийти на работу не к 08.00 час., а позже, уйти раньше, в случае необходимости не выходить на работу, однако каких-либо заявлений о предоставлении ей административных отпусков не писала, к дисциплинарной ответственности за отсутствие на рабочем месте не привлекалась, иногда ставила в известность руководство общества о невыходе, выполняла определенный объем работ и уходила домой, в отпуск не уходила, поскольку трудовой договор не был заключен, получала оплату труда по факту выполнения работ; не возражала относительно доводов ответчика о том, что после увольнения 12 января 2016 года с работы встала на учет в центр занятости населения, для чего брала справку у бывшего работодателя. 

Судом установлено, что трудовой договор между сторонами не заключался, приказ о приеме истца на работу не издавался, запись в трудовую книжку истца о его трудовой деятельности в ООО «Авестас» не вносилась, что не отрицали в судебном заседании сами стороны. 

То обстоятельство, что истец выходила на работу в ООО «Авестас» в спорный период и выполняла работу разрабатывальщика отходов подтвердили в судебном заседании свидетели ФИО3, ФИО4, однако они также подтвердили непостоянный характер работы истца и зависимость нахождения на месте производства работ от объема сырья. 

Свидетель ФИО5 показала суду, что ее мать ФИО1 действительно в спорный период иногда оставалась сидеть дома с ее детьми. 

Свидетели ФИО6 и ФИО7 также не подтвердили доводов истца о фактически сложившихся с ООО «Авестас» трудовых отношениях, поскольку работниками общества не являются, об обстоятельствах работы истицы у ответчика знают с ее слов. 

У суда не имеется оснований не доверять показаниям свидетелей, поскольку данные свидетели не являются лицами, заинтересованными в исходе дела, предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, допрошены по ходатайству истца. 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии трудовых отношений между ООО «Авестас» и истцом в период с 13 января 2016 года по 12 июня 2017 года. Сложившиеся отношения между истцами и ответчиком носили характер гражданско-правовых и были основаны на выполнение определенной работы, без занятия штатной должности в организации с оплатой за выполненные работы по их окончанию. Каких-либо доказательств о наличии между сторонами трудовых отношений истцом в соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено. 

При указанных обстоятельствах, оснований для установления факта трудовых отношений в указанный период и о внесении соответствующей записи трудовую книжку не имеется, в удовлетворении иска в указанной части надлежит отказать.

В соответствии со ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца надлежит взыскать в возмещение расходов на оплату услуг представителя 5000 руб., отказав в удовлетворении заявления в остальной части. При этом суд учитывает степень участия представителя при рассмотрении дела, сложность дела, количество судебных заседаний, а также требования разумности и справедливости.

Поскольку истцом при подаче иска государственная пошлина не оплачена, с ответчика в доход федерального бюджета в соответствии со ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации надлежит взыскать государственную пошлину в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать недействительным гражданско-правовой договор от 13 июня 2017 года, заключенный между ООО «Авестас» и ФИО1.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Авестас» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 250000 руб., в возмещение расходов на оплату услуг адвоката 5000 руб., а всего 255000 (двести пятьдесят пять тысяч) руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Авестас» об установлении факта трудовых отношений с 13 января 2016 года по 12 июня 2017 года, внесении записи о времени работы в трудовую книжку, о взыскании компенсации морального вреда в остальной части отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Авестас» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (триста) руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Димитровградский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме – 30 августа 2017 года.

Судья О.П. Кочергаева