Дело № 2А-17/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

11 марта 2019 года г. Заозёрск

Заозёрский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – судьи ШУЛЬГИ В.А., при секретаре НЕДОСПЕЛОВОЙ А.Т., с участием прокурора – помощника военного прокурора 305 военной прокуратуры гарнизона старшего лейтенанта юстиции ЕМЕЛЬЯНОВА А.А., а также сторон: административного истца ФИО1, представителя административных ответчиков – начальника Федерального государственного казенного учреждения «Пограничное управление Федеральной службы безопасности РФ по Республике Карелия» (далее - ПУ ФСБ РФ по РК) и начальника Службы в п.г.т. Никель ПУ ФСБ РФ по РК – майора юстиции ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего Службы в п.г.т. Никель ПУ ФСБ РФ по РК прапорщика запаса ФИО1 об оспаривании действий начальника ПУ ФСБ РФ по РК и начальника Службы в п.г.т. Никель ПУ ФСБ РФ по РК, связанных с решением вопроса об увольнении административного истца с военной службы и проведением с ним расчетов при исключении из списков личного состава воинской части,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, проходивший службу в подразделении ПУ ФСБ РФ по РК, дислоцированном в п.г.т. Никель, уволенный в запас приказом начальника ПУ ФСБ РФ по РК от 5 декабря 2018 г. № 284-ЛС по истечении срока контракта о прохождении военной службы (пп. «б» п. 1 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе»), а затем приказом начальника Службы в п.г.т. Никель ПУ ФСБ РФ по РК от 13 декабря 2018 г. № 188-ЛС исключенный с14 декабря 2018 г. из списков части, обратился в военный суд с указанным административным иском, в котором, ссылаясь на различные нарушения его прав со стороны командования при увольнении с военной службы и последующем исключении из списков части, а именно выразившиеся в ненадлежащем проведении предшествовавших увольнению мероприятий – по рассмотрению поданных рапортов, проведению аттестации и бесед, а также в неполноте произведенного расчета – непредоставлении дополнительных суток компенсирующего отдыха за 2018 г., невозмещении командировочных расходов за 2016-2017 г.г. и невыплате ряда надбавок к денежному довольствию за 2018 г., – просил признать незаконными действия административных ответчиков по изданию вышеприведенных приказов в части увольнения с военной службы и исключении из списков части административного истца без соблюдения всех упомянутых прав военнослужащего, а также обязать административных ответчиков отменить те же приказы в оспариваемой части, восстановив его, ФИО1, в списках личного состава воинской части в прежней должности.

В обоснование заявленных требований в поданном в суд административном исковом заявлении ФИО1 привел ряд норм законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих, анализируя которые, административный истец пришел к выводу, что его увольнение с военной службы было незаконным, так как в нарушение действующего законодательства командование проигнорировало его, ФИО1, намерение заключить новый контракт о прохождении военной службы, а исключение из списков личного состава части было осуществлено без проведения с ним всех необходимых расчетов, вопреки его несогласию с этим. Кроме того, в поданном в суд иске ФИО1 также сослался на нарушение в последующем по вине административных ответчиков своих прав при постановке на воинский учет, то есть после его обращения в военный комиссариат, так как командование не обеспечило прохождение им до увольнения военно-врачебной комиссии для определения категории годности к военной службе по состоянию здоровья, а кадровым органом части был несвоевременно выдан военный билет. При этом, в оформленных при увольнении документах он, ФИО1, был охарактеризован крайне необъективно.

В судебном заседании ФИО1, поддержав по тем же основаниям свои требования, просил суд поданное им административное исковое заявление удовлетворить. Также в обоснование своих требований ФИО1 сообщил, что поданный им командованию в октябре 2018 г. рапорт с просьбой об увольнении в запас по истечении срока контракта, а также об отказе от ранее поданного рапорта о заключении нового контракта о прохождении военной службы – был написан вынужденно, под давлением должностных лиц Службы в п.г.т. Никель ПУ ФСБ РФ по РК, угрожавших неблагоприятными последствиями для него и для проходящей военную службу в том же подразделении его сестры. При этом, командованием было проигнорировано, что в момент написания рапорта на увольнение в октябре 2018 г. он, ФИО1, находился в подавленном состоянии, вызванном его избиением накануне в драке. Как заявил в связи с этим в суде ФИО1, этими действиями командования были также грубо нарушены его законные интересы, связанные с приобретением им права на получение пенсии за выслугу лет, а также права на безвозмездное использование его накоплений, как участника накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения.

Представитель ФИО2 рассматриваемые требования не признал, заявив, что данные требования являются необоснованными, поскольку увольнение данного военнослужащего было произведено на законных основаниях и в полном соответствии с его волеизъявлением. При этом, ФИО1 на момент исключения из списков части был полностью рассчитан по всем положенным видам обеспечения, каких-либо прав административного истца командованием нарушено не было. Что же касается нереализации административным истцом непосредственно перед увольнением своего права на прохождение военно-врачебной комиссии, то данный факт имел место по вине самого ФИО1, вследствие его нераспорядительности. Поэтому названный представитель полагал оспариваемые действия представляемых им воинских должностных лиц законными и обоснованными, в связи с чем, просил суд оставить административное исковое заявление ФИО1 без удовлетворения.

Кроме того, представитель ФИО2 просил также отказать в удовлетворении заявленных ФИО1 требований в части оспаривания административным истцом непредоставления дополнительных суток компенсирующего отдыха за 2018 г., невозмещения командировочных расходов за 2016-2017 г.г., а также невыплаты ряда надбавок к денежному довольствию за 2018 г. – за пропуском по неуважительным причинам срока на обращение в суд.

Административный истец ФИО1, по существу не отрицая пропуска с его стороны трехмесячного срока на обращение в суд по требованию в части оспаривания им невозмещения командировочных расходов за 2016-2017 г.г., пояснил, что несвоевременно обратился в военный суд по данному вопросу, так как длительное время надеялся восстановить свое нарушенное право во внесудебном порядке. Что же касается требований в части оспаривания им непредоставления дополнительных суток компенсирующего отдыха за 2018 г. и невыплаты ряда надбавок к денежному довольствию за 2018 г., то, по мнению ФИО1, трехмесячный срок на обращение в суд по этим вопросам им пропущен не был, так как нарушения этих его прав имели место незадолго до увольнения.

Заслушав объяснения участников судебного заседания, исследовав материалы дела, а также выслушав заключение прокурора Емельянова А.А., полагавшего административное исковое заявление ФИО1 неподлежащим удовлетворению, военный суд приходит к следующим выводам.

Разрешая заявление представителя ФИО2 о пропуске ФИО1 срока на обращение в суд по требованию в части оспаривания невозмещения командировочных расходов за 2016-2017 г.г., военный суд исходит из того, что в соответствии с ч. 1 ст. 219 КАС РФ, для обращения в суд с административным исковым заявлением об оспаривании действий должностных лиц установлен трехмесячный срок со дня, когда гражданину стало известно о нарушении его прав и свобод.

По смыслу приведенной правовой нормы, срок обращения в суд с административным исковым заявлением об оспаривании действий должностных лиц, начинает течь с даты, следующей за днем, когда административному истцу стало известно о нарушении его прав и свобод, о создании препятствий к осуществлению его прав и свобод, о возложении обязанности или о привлечении к ответственности.

В силу ч. 8 ст. 219 КАС РФ пропуск срока на обращение в суд без уважительных причин является основанием для отказа в удовлетворении соответствующих требований административного искового заявления.

Как пояснил в суде ФИО1, документы на возмещение понесенных им командировочных расходов в 2016-2017 г.г. он подавал в делопроизводство Службы в п.г.т. Никель ПУ ФСБ РФ по РК своевременно, по окончании соответствующих командировок, но никаких выплат либо ответов по результатам рассмотрения поданных им документов он так и не получил, в связи с чем предполагает, что эти документы были утрачены по вине командования.

Однако, срок рассмотрения должностными лицами входящих в их компетенцию письменных обращений, по общему правилу, не может превышать30 дней. Таким образом, в судебном заседании бесспорно установлено, что административному истцу по истечении установленных сроков рассмотрения командованием письменных обращений военнослужащего, и в частности последних из поданных им документов на возмещение командировочных расходов (то есть в декабре 2017 г.), было достоверно известно о бездействии командования по разрешению указанных обращений, в том числе о непроведении какого-либо разбирательства в связи с утратой тех же документов. Данное обстоятельство подтверждается объяснениями самого ФИО1, удостоверившего как данный факт, так и то, что рассматриваемое административное исковое заявление было подано им в военный суд лишь в феврале 2019 г.

Следовательно, требование в части оспаривания ФИО1 невозмещения командировочных расходов за 2016-2017 г.г. было заявлено административным истцом спустя явно более трех месяцев после совершения оспариваемых действий (бездействия).

Каких-либо иных причин пропуска срока на обращение за судебной защитой в отношении указанного требования, которые могли быть признаны уважительными, административным истцом суду сообщено не было, а также не установлено таких причин и в судебном заседании. Следовательно, требование в части оспаривания ФИО1 невозмещения командировочных расходов за 2016-2017 г.г. – было предъявлено административным истцом в суд несвоевременно.

С учетом вышеизложенных обстоятельств суд признает установленные в судебном заседании причины пропуска административным истцом срока, предусмотренного ст. 219 КАС РФ, по указанному требованию, – неуважительными, а сам срок на обращение в суд по тем же требованиям – не подлежащим восстановлению, в связи с чем, полагает необходимым ФИО1 в удовлетворении административного искового заявления в данной части отказать за пропуском срока на обращение в суд.

Что же касается заявления представителя ФИО2 о пропуске ФИО1 срока на обращение в суд по требованиям в части оспаривания непредоставления дополнительных суток компенсирующего отдыха за 2018 г. и невыплаты ряда надбавок к денежному довольствию за 2018 г., то суд принимает во внимание, что предметом настоящего судебного разбирательства, в числе иного, непосредственно являются правоотношения, связанные с проведением командованием Службы в п.г.т. Никель ПУ ФСБ РФ по РК всех необходимых расчетов при увольнении данного военнослужащего по установленным видам довольствия положенных ему именно в 2018 г. В этой связи военный суд признает, что срок для обращения в суд с административным исковым по этим требованиям административным истцом пропущен не был, а поэтому они подлежат рассмотрению и разрешению по существу.

Переходя к разрешению рассматриваемых спорных правоотношений по настоящему делу следует отметить, что согласно пп. «б» п. 1 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», увольнение военнослужащего с военной службы по истечении срока контракта о прохождении военной службы по общему правилу и при отсутствии других оснований для увольнения осуществляется по усмотрению командования. Вместе с тем, в ряде случаев из этого правила предусмотрены исключения, которые законодатель обусловил наличием однозначно выраженного несогласия военнослужащего быть уволенным по данному основанию до наступления определенных юридически значимых обстоятельств.

Такие случаи предусмотрены п. 1 ст. 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих», который содержит запрет на увольнение с военной службы военнослужащих вопреки их желанию до приобретения права на пенсию за выслугу лет, а также п. 10 ст. 9 Положения о порядке прохождении военной службы, согласно которому военнослужащему, не достигшему предельного возраста пребывания на военной службе, не может быть отказано в заключении нового контракта, за исключением случаев, когда он подлежит досрочному увольнению с военной службы по установленным законодательством основаниям либо при наличии оснований, указанных в п. 3 ст. 4 того же Положения(в частности, осуществление уголовного преследования в отношении военнослужащего, наличие у него неснятой или непогашенной судимости за совершение преступления или отбытие им наказания в виде лишения свободы).

Как установлено в ходе судебного разбирательства, и не оспаривается ни одной из сторон, 15 декабря 2017 г. ФИО1 был заключен контракт о прохождении военной службы сроком на один год, то есть до 14 декабря 2018 г., что подтверждается приобщенной к делу копией этого контракта.

Кроме того, согласно приказу начальника ПУ ФСБ РФ по РК от 5 декабря 2018 г. № 284-ЛС и приказу начальника Службы в п.г.т. Никель ПУ ФСБ РФ по РК от 13 декабря 2018 г. № 188-ЛС, прапорщик ФИО1, имеющий выслугу – 19 лет 9 месяцев 10 дней, был уволен с военной службы в запас по истечении срока контракта о прохождении военной службы – на основании рапорта военнослужащего от 22 октября 2018 г. Административный истец в суде по существу подтвердил подлинность упомянутого в перечисленных приказах рапорта.

При этом, анализ оформленных в Службе в п.г.т. Никель ПУ ФСБ РФ по РК иных, предшествовавших изданию тех же приказов, документов – позволяет прийти к выводу, что при осуществлении мероприятий по увольнению ФИО1 по избранному тем основанию, которое он, как это видно из поданного им рапорта от 22 октября 2018 г., указал по своему усмотрению, командованием фактически были предприняты все предусмотренные законодательством в данном конкретном случае меры к реализации прав и законных интересов этого военнослужащего.

Так, исследованными в судебном заседании двумя листами проведенных с ФИО1 бесед от 8 ноября 2018 г. – подтверждается, что к моменту принятия командованием окончательного решения об увольнении административного истца с военной службы он был в установленном порядке проинформирован об имеющейся у него выслуге лет, а также существенных юридических особенностях увольнения по избранному им основанию, и никаких возражений в связи с этим не имел, в том числе не высказывал пожеланий продолжить службу до приобретения права на пенсию за выслугу лет, а также до приобретения права на безвозмездное использование его накоплений, как участника накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения. Кроме того, при проведении этих бесед ФИО1 также отказался от прохождения перед увольнением медицинского освидетельствования.

Также, при проведении мероприятий по увольнению военнослужащего, командование не оставило без внимания требования законодательства о необходимости не менее чем за четыре месяца до истечения срока его военной службы проведения аттестации – в целях выяснения его соответствия занимаемой воинской должности и перспектив дальнейшего служебного использования.

Такая аттестация в отношении ФИО1 была проведена 12 июля 2018 г., то есть в установленные сроки, что подтверждается имеющейся в материалах дела копией протокола № 16 (выписка № 1) заседания аттестационной комиссии Службы в п.г.т. Никель ПУ ФСБ РФ по РК.

Вместе с тем, при разрешении настоящего дела военный суд также принимает во внимание и то обстоятельство, что за несколько месяцев до возникновения рассматриваемых спорных правоотношений, а именно 26 июля 2018 г. ФИО1 был подан рапорт о заключении с ним нового контракта, возлагавший на командование, в соответствии с требованиями п. 6 ст. 34 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», обязанность, не позднее чем за три месяца до истечения срока действующего контракта военнослужащего, то есть до 14 сентября 2018 г., принять решение о заключении нового контракта о прохождении военной службы или об отказе в его заключении с данным военнослужащим.

В этой связи суд также учитывает, что согласно материалам дела впоследствии в поданном 22 октября 2018 г. рапорте ФИО1 изменил свою позицию относительно дальнейшего прохождения военной службы, сообщив командованию о своем нежелании заключать новый контракт, а также просил уволить его в запас по истечении срока контракта. Сведений о каком-либо оказанном при этом давлении на административного истца – оформленные в связи с увольнением ФИО1 документы не содержат, поскольку ему ничего не препятствовало отказаться от подачи этого рапорта, доказательства о таком давлении им в суд не представлены, поэтому оснований ставить под сомнение добровольность выраженного военнослужащим волеизъявления не имеется. Более того, в поданном 29 ноября 2018 г. рапорте, в котором ФИО1 изменил свою позицию относительно прохождения перед увольнением медицинского освидетельствования и попросил все же направить его на ВВК, – административный истец, наряду с этим, вновь подтвердил свое желание уволиться с военной службы по истечении срока контракта.

Что же касается соблюдения командованием сроков рассмотрения поданного ФИО1 26 июля 2018 г. рапорта о заключении с ним нового контракта, то из приобщенных к делу копий материалов служебных разбирательств видно, что в связи с имевшими место 27 августа 2018 г. и 21 октября 2018 г. фактами злоупотребления спиртными напитками в расположении подразделения со стороны нескольких военнослужащих Службы в п.г.т. Никель ПУ ФСБ РФ по РК, в сентябре-ноябре 2018 г. командованием были приняты решения о привлечении к дисциплинарной ответственности лиц, виновных в выявленных проступках, в том числе ФИО1 было объявлено два строгих выговора, что подтверждается приказами начальника Службы в п.г.т. Никель ПУ ФСБ РФ по РК от 11 октября 2018 г. № 155-ЛС и от 23 ноября 2018 г. № 175-ЛС. Кроме того, из первого из перечисленных приказов также следует, что ФИО1 в период с 1 сентября по 5 октября 2018 г. находился в отпуске. Приведенные сведения, в их совокупности, свидетельствуют о том, что командование по объективным причинам было лишено возможности своевременно рассмотреть и разрешить поданный 26 июля 2018 г. ФИО1 рапорт.

Следует также отметить, что административным истцом в суд не представлены какие-либо доказательства, подтверждающие факт его обращений к командованию в период рассматриваемых спорных правоотношений с просьбами по иному решить перспективы его дальнейшего прохождения службы. Не добыто таких доказательств и в ходе судебного разбирательства.

При таких обстоятельствах, а также учитывая, что п. 1 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» носит императивный характер, – у командования по существу не имелось оснований для отказа ФИО1 в увольнении с военной службы, по избранному им основанию.

Поэтому доводы административного истца о том, что решение вопроса о его увольнении с военной службы было осуществлено вопреки его подлинному желанию, а также с грубыми нарушениями действующего законодательства – являются несостоятельными.

По требованию в части оспаривания непредоставления дополнительных суток компенсирующего отдыха за 2018 г. военный суд учитывает, что вопросы получения военнослужащими этой социальной гарантии регулируются п.п. 1 и 3 ст. 11 Федерального закона «О статусе военнослужащих», ст.ст. 219-221, 234 Устава внутренней службы ВС РФ (Указ Президента РФ от 10 ноября 2007 г. № 1495), ст. 29 Положения о порядке прохождения военной службы, а также требованиями, изложенными в Порядке учета служебного времени и предоставления дополнительных суток отдыха (приложение № 2 к Положению о порядке прохождения военной службы).

Перечисленные нормативные правовые акты подлежат применению в системном единстве и, в числе иного, предусматривают, что реализация положенного компенсирующего отдыха – является правом, носящим заявительный характер, то есть орган военного управления решает вопросы о конкретных сроках предоставления этого отдыха с учетом волеизъявления самого военнослужащего о необходимости, целесообразности и готовности к осуществлению этого права.

При этом, на основании исследованных в судебном разбирательстве материалов дела, а также объяснений сторон, военный суд полагает бесспорно установленным, что в ходе проведения процедуры увольнения административного истца и непосредственно перед его исключением из списков части, ФИО1 не обращался к командованию по вопросу наличия у него права на дополнительные сутки компенсирующего отдыха за 2018 г. и намерения их использования. Более того, в поданном ДД.ММ.ГГГГ рапорте ФИО1, в числе иного, сообщил, что все полагавшиеся дополнительные сутки отдыха на дату исключения из списков части были предоставлены ему в полном объеме.

Таким образом, с учетом сообщенных военнослужащим сведений об отсутствии у него неиспользованного компенсирующего отдыха, у командования отсутствовали основания для предоставления ему дополнительных суток отдыха и, следовательно, в рассматриваемом случае не имелось каких-либо нарушений права административного истца на отдых.

Кроме того, ФИО1 также были оспорены действия командования по невыплате ряда надбавок к денежному довольствию за 2018 г. при проведении окончательного расчета до исключения военнослужащего из списков личного состава части. Однако, при исследовании в ходе судебного разбирательства истребованных при подготовке дела к судебного разбирательства многочисленных документов по этому вопросу, административный истец не смог назвать какие-либо конкретные положенные ему дополнительные выплаты, которые не были предоставленные при проведении указанного расчета.

Поэтому военный суд признает и в данной части требования ФИО1 необоснованными.

При разрешении требования об оспаривании административным истцом объективности оформленных на него при увольнении характеризующих документов, военный суд принимает во внимание, что по обращению ФИО1 от 6 декабря 2018 г. 305 военной прокуратурой гарнизона была проведена прокурорская проверка, в ходе которой действительно было установлена необъективность оформленной в отношении данного военнослужащего характеристики от 30 ноября 2018 г.

Однако, из ответа 305 военной прокуратурой гарнизона от 9 января 2019 г. усматривается, что данное нарушение прав военнослужащего по результатам прокурорского реагирования было устранено, а именно – в выданной военнослужащему характеристике от 12 декабря 2018 г. были откорректированы все ранее необъективно отраженные сведения. Следовательно, для удовлетворения требований административного истца и в данной части не имеется оснований.

В отношении требований об оспаривании несвоевременности прохождения ФИО1 военно-врачебной комиссии и выдачи ему военного билета, что в последующем повлекло нарушение прав военнослужащего при постановке на воинский учет, военный суд исходит из того, что никаких убедительных и бесспорных доказательств, о наступлении таких негативных последствий именно по вине административных ответчиков, в суд представлено не было, а также не установлено таких доказательств и в ходе судебного разбирательства, а поэтому военный суд не находит оснований для удовлетворения иска ФИО1 и в этой части.

По поводу ссылок ФИО1 на представленные им личные медицинские документы, свидетельствующие, по мнению административного истца, о якобы нахождении его 21 октября 2018 г. в очевидном для командования подавленном состоянии, которое могло повлечь неадекватное восприятие им действительности, – военный суд исходит из того, что согласно письменному объяснению военнослужащего от 21 октября 2018 г., командованием не было оставлено без внимания наличие в этот день у того на лице незначительных телесных повреждений, возникновение которых он сам объяснил падением в результате подскальзывания на кафельном полу в отсутствие посторонних воздействий. Из упомянутых медицинских документов следует, что о примененном к нему насилии ФИО1 сообщил лишь медицинским работникам22 и 26 октября 2018 г., а по результатам проведенных осмотров был установлен окончательный диагноз: «ушиб века и окологлазничной области». При этом, в ходе предшествовавших увольнению мероприятий, в том числе бесед о предстоящем увольнении от 8 ноября 2018 г., ФИО1 ничего не препятствовало проинформировать командование об отсутствии у него в действительности желания увольняться, однако он этого не сделал. Следовательно, данные утверждения административного истца являются беспредметными.

Оценивая иные доводы ФИО1 в обоснование заявленных требований, военный суд находит их ошибочными по вышеизложенным основаниям.

Таким образом, осуществленное административными ответчиками увольнение прапорщика ФИО1 следует признать правомерным.

Поэтому военный суд приходит к выводу, что оспариваемые действия начальника ПУ ФСБ РФ по РК и начальника Службы в п.г.т. Никель ПУ ФСБ РФ по РК, связанные с решением вопроса об увольнении прапорщика ФИО1 с военной службы и проведением с ним расчетов при исключении из списков личного состава воинской части, по существу совершены в соответствии с законом, в пределах полномочий этих должностных лиц, и права либо свободы административного истца нарушены не были. В связи с чем, в удовлетворении рассматриваемого административного искового заявления ФИО1 следует отказать.

Поскольку заявленные требования об оспаривании действий должностных лиц не подлежат удовлетворению, то в соответствии со ст. 111 КАС РФ не имеется оснований и для возмещения административному истцу судебных расходов.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 175 – 180 и 227 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 об оспаривании действий начальника ФГКУ «Пограничное управление ФСБ России по Республике Карелия» и начальника Службы в п.г.т. Никель Пограничного управления ФСБ России по Республике Карелия, связанных с решением вопроса об увольнении административного истца с военной службы и проведением с ним расчетов при исключении из списков личного состава воинской части, в том числе в требованиях о признании незаконными приказа ПУ ФСБ РФ по РК от 5 декабря 2018 г. № 284-ЛС в части увольнения прапорщика ФИО1 в запас по истечении срока контракта о прохождении военной службы и приказа начальника Службы в п.г.т. Никель ПУ ФСБ РФ по РК от 13 декабря 2018 г. № 188-ЛС об исключении прапорщика ФИО1 с 14 декабря 2018 г. из списков части, а также о возложении на данных должностных лиц обязанности отменить те же приказы в оспариваемой части, восстановив ФИО1 в списках личного состава воинской части в прежней должности, – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Северный флотский военный суд через Заозёрский гарнизонный военный суд в течение одного месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Судья В.А. Шульга