дело № 2-1914/19

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

04 июля 2019 года город Нижнекамск 

Нижнекамский городской суд Республики Татарстан в составе: председательствующего судьи Р.Ш. Хафизовой, при секретаре Н.Ф. Руш, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недостойным наследником, отстранении от наследования, о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании недостойным наследником.

В обоснование заявленных требований указано, что 05 июля 2015 года умерла мама истца – ФИО3. После её смерти открылось наследство в виде двухкомнатной квартиры, находящейся по адресу: РТ, г.... Истец является наследником первой очереди после смерти матери и претендует на ? доли указанного жилого помещения. На основании свидетельства о праве на наследство ответчик является наследником ? доли указанной квартиры. Ответчик является недостойным наследником, поскольку никогда не оплачивал коммунальные платежи, не вносил денег на ремонт указанной квартиры. Кроме того, он споил ФИО3, о чем свидетельствует справка о смерти, согласно которой причиной смерти явилось – острая сердечно-сосудистая недостаточность, токсический шок. При жизни умершая никогда не обращалась в больницу с такими заболеваниями, на сердечные боли не жаловалась. Характеризующий материал на ответчика говорит о его алкоголизме. ФИО3 хоронил истец, ответчик в похоронах участия не принимал. Приняв наследство, ответчик оформил на имя истца заявление о намерении продать свою долю в квартире как наследнику первой очереди за 250 000 рублей. С истца взыскана задолженность по коммунальным платежам, при этом ответчик от исполнения обязанностей по оплате коммунальных услуг уклоняется. Истец просит признать ответчика недостойным наследником, отстранить его от наследования по закону после смерти ФИО3, умершей 05 июля 2015 года. 

Определением Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 26 марта 2019 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечен Нижнекамский отдел Управления Росреестра по Республике Татарстан, и нотариус Нижнекамского нотариального округа Республики Татарстан ФИО4. 

Определением Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 14 мая 2019 года принято увеличение исковых требований о взыскании компенсации морального вреда. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился.

Представитель истца по доверенности ФИО5 в судебном заседании исковые требования уточнил, просил признать ответчика недостойным наследником и отстранить его от наследования по закону по следующим основаниям. В медицинском свидетельстве о смерти ФИО3 врачом морга ЦРБ г. Нижнекамск РТ допущена описка в написании диагноза, а именно: неверно указано «токсический шок» вместо «токсический зоб». Болезнь, указанная в медицинском свидетельстве о смерти ФИО3 не появилась одномоментно, развивалась не один месяц, при этом отсутствие медицинской помощи и алкоголь увеличивали прогрессию болезни, в связи с чем, летальный исход наступил быстро. Ответчик, зная о болезни ФИО3, злостно уклонялся от обязанности по содержанию больной супруги, препятствовал ей в получении медицинской помощи, лечении, что в силу закона прямо указывает на умышленные противоправные действия с его стороны, направленные против супруги. Своевременное обращение к врачам исключило бы смерть ФИО3.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился.

Представитель ответчика по доверенности адвокат Р.В. Петрова в судебном заседании исковые требования не признала, поскольку доказательств, подтверждающих противоправные действия ответчика в отношении наследодателя, не имеется. Кроме того, требования заявлены за пределами срока исковой давности. Просила применить к исковым требованиям срок исковой давности и в удовлетворении иска отказать. В случае отказа в удовлетворении исковых требований, просила взыскать с истца в пользу ответчика, как с проигравшей стороны, расходы по оплате услуг представителя в размере 7 000 рублей. 

Представитель третьего лица Нижнекамского отдела Управления Росреестра по Республике Татарстан в судебное заседание не явился, представлено письменное ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, в котором указал, что решение по существу заявленных требований оставляет на усмотрение суда. 

Нотариус Нижнекамского нотариального округа Республики Татарстан ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, причины неявки суду не известны. 

В силу положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса. 

Выслушав доводы представителей сторон, свидетелей, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно п. 1 ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

В силу п. 1 ст. 1117 ГК РФ не наследуют ни по закону, ни по завещанию граждане, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию, либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке.

Как установлено судом и следует из письменных материалов дела, ФИО3 умерла 05 июля 2015 года (л.д. 49). 

Истец ФИО1 является сыном ФИО3, что подтверждается свидетельством о рождении серии 

<

...> от 23 августа 1989 года (л.д. 57). 

Из свидетельства о заключении брака серии II – КБ № 656293 следует, что 21 июня 2014 года между ответчиком ФИО2 и ФИО3 был заключен брак, после заключения которого жене присвоена фамилия – ФИО6 (л.д. 56). 

Указанное свидетельствует о том, что ответчик ФИО2 является супругом умершей 05 июля 2015 года ФИО3. 

На день смерти ФИО3 на праве собственности принадлежала двухкомнатная квартира, находящаяся по адресу: ... (л.д. 61). 

Из наследственного дела № 189/2015, представленного в материалы дела нотариусом Нижнекамского нотариального округа Республики Татарстан ФИО4, к наследственному имуществу умершей 05 июля 2015 года ФИО3, следует, что наследниками по закону являются: сын ФИО1, супруг ФИО2, мать ФИО3 и отец ФИО7, наследственное имущество состоит из квартиры ... (л.д. 48-74). 

ФИО7 и ФИО3 отказались от причитающейся им доли наследства в пользу истца ФИО1. 

21 января 2016 года истцу ФИО1 выдано свидетельство о праве на наследство по закону на ? доли в квартире, расположенной по адресу: РТ, ... (л.д. 66).

25 февраля 2016 года ФИО2 выдано свидетельство о праве на наследство на ? доли в указанной квартире (л.д. 67), право собственности на ? доли в праве общей долевой собственности зарегистрировано за ФИО2 29 февраля 2016 года (л.д. 44-44а).

Из пояснений истца и его представителя следует, что ответчик ФИО2, будучи супругом умершей ФИО3, зная о наличии у последней заболевания щитовидной железы, не оказывал ей необходимую помощь, препятствовал ей в лечении, спаивал её, что привело к преждевременной её смерти. 

Согласно справки о смерти от 06 июля 2015 года № 1167, выданной Управлением ЗАГС Исполнительного комитета Нижнекамского муниципального района Республики Татарстан, причиной смерти ФИО3 является – острая сердечно-сосудистая недостаточность, токсический шок (л.д. 22). 

Из медицинского свидетельства о смерти серии 92 № 275435 от 06 июля 2015 года следует, что причиной смерти ФИО3 является: острая сердечно-сосудистая недостаточность, токсическая миокардиодистрофия, диффузия, токсический шок (л.д. 23). 

Так, допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель ..., суду пояснил, что приходится умершей ФИО3 бывшим супругом. После расторжения брака он несколько раз встречал её на улице, она находилась в состоянии алкогольного опьянения. В период их брака она алкоголем не злоупотребляла, выпивала по праздникам. На похоронах ответчик находился в состоянии алкогольного опьянения. Умершая была слабохарактерная, была ведома. 

Свидетель ... в судебном заседании пояснила, что является сожительницей истца ФИО1. С его мамой ФИО3 она знакома с 2011 года. До встречи с ответчиком ФИО3 была красивой женщиной, работала, а после знакомства с ним её жизнь пошла под откос. Ответчик постоянно пил и спаивал ФИО3. Она звонила и говорила, что ФИО2 её избивает. Когда ФИО3 хотели повезти в г. Казань на лечение, он её не отпустил. На похоронах ФИО2 был с похмелья, ничем не помогал. 

Допрошенная в качестве свидетеля ... суду показала, что умершая ФИО3 была её подругой. До знакомства с ответчиком умершая жила с сыном ФИО1, она работала, сделала ремонт в квартире, обставила её. После знакомства с ФИО2 она стала выпивать, уволилась с работы. ФИО3 лежала в больнице в г.Нижнекамске, ей не могли поставить диагноз, хотела поехать на обследование в г. Казань, но ответчик её не отпустил. ФИО2 был на похоронах, но даже не подошел к могиле. 

Свидетель А.... в судебном заседании пояснила, что является сестрой бывшего супруга ФИО3, ответчика знает с 2010 года. Ответчик знал, что ФИО3 больна и что нуждается в лечении. Однако, для её лечения он ничего не предпринимал. Она неоднократно договаривалась о госпитализации ФИО3 в г. Казань, но ответчик сделал все, чтобы та не поехала лечиться. Он запретил им общаться, поскольку она настаивала на лечении ФИО3, а ФИО2 этого не хотел. Ответчик был заинтересован в смерти ФИО3, чтобы завладеть наследством. Он не разрешал ей лечиться, работать, спаивал её, они вместе пили. 

Так, свидетель ..., допрошенный в ходе судебного разбирательства, суду пояснил, что является врачом-патологоанатомом в Нижнекамской центральной районной многопрофильной больнице. Вскрытие умершей ФИО3 производил его отец, который также работал врачом-патологоанатомом, в настоящее время он находится на пенсии. Он знакомился с медицинскими документами ФИО3, в медицинском свидетельстве о смерти допущена описка, основной причиной её смерти является «токсический зоб», а не «токсический шок». Данное заболевание лечится, совместимо ли оно с алкоголем затрудняется ответить. Была ли на момент смерти ФИО3 в состоянии алкогольного опьянения, ему не известно, вскрытие тела производил не он. 

Разрешая спор, суд, изучив представленные по делу доказательства в их совокупности, оценив показания свидетелей, объяснения сторон, исходит из того, что само по себе неучастие ответчика в осуществлении ухода за наследодателем, неисполнение обязанности по содержанию больного супруга, основанием для отстранения от наследования не является.

Доказательства злостного уклонения ответчика от исполнения обязанности по содержанию наследодателя (приговором суда либо решение суда о взыскании алиментов) истцом не представлены.

Доводы истца и его представителя о том, что ФИО2 не осуществлял обязанности по содержанию и уходу за своей супругой, правового значения по делу не имеют, поскольку указанные обстоятельства в соответствии с положениями п. 1 и п. 2 ст. 1117 ГК РФ не могут служить основаниями для признания наследника недостойным.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, содержащимся в абз. 4 пп. "а" п. 19 Постановления от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", наследник является недостойным согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1117 ГК РФ при условии, что перечисленные в нем обстоятельства, являющиеся основанием для отстранения от наследования, подтверждены в судебном порядке - приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу (например, о признании недействительным завещания, совершенного под влиянием насилия или угрозы).

Поскольку истцом не представлено суду доказательств такого умышленного противоправного поведения ответчика ФИО2, направленного против наследодателя либо его наследника и способствовавшего к увеличению причитающейся ему доли наследства, суд полагает, что оснований для удовлетворения заявленных истцом ФИО1 требований не имеется.

К показаниям свидетелей ... суд относится критически, поскольку находясь в родственных и дружеских отношениях с истцом они являются заинтересованными в исходе дела лицами, кроме того, в судебном порядке (приговором или решением суда) данные обстоятельства подтверждены не были.

При этом, установление причинно-следственной связи между действием (бездействием) ответчика и наступившей смертью наследодателя подлежит доказыванию определенными средствами доказывания (приговор, решение суда о признании завещания недействительным), к которым свидетельские показания о характере взаимоотношений ФИО2 с умершей ФИО3, не относятся.

Показания свидетеля Д... также не могут быть приняты судом во внимание, поскольку как показал сам свидетель, он вскрытие ФИО3 не проводил, просто знакомился с медицинскими документами. Его суждение о том, что основной причиной смерти ФИО3 является «токсический зоб» носит предположительный характер, ничем не подтвержден. При этом, документов, подтверждающих высшее медицинское образование, свидетель суду не представил. Официальными причинами смерти ФИО3 до настоящего времени остаются причины, указанные в медицинском свидетельстве о смерти от 06 июля 2015 года. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что довод истца о том, что ответчик не предпринимал никаких действий в оказании наследодателю медицинской помощи, препятствовал ей в лечении, является несостоятельным, поскольку ничем не подтвержден и не нашел своего подтверждения в судебном заседании. 

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что истец, являющийся сыном умершей ФИО3, будучи таким же наследником первой очереди как и ответчик, зная, что его мать больна, также не предпринимал никаких действий по оказанию ей помощи в лечении, в том числе и от алкоголизма, не ухаживал за ней, не помогал ей материально, не содержал её, жил от неё отдельно. Доказательств обратного суду не представлено. 

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Поскольку в силу ст. 56 ГПК РФ истец не представил каких-либо доказательств нарушения ФИО2 его личных неимущественных прав либо других нематериальных благ, с нарушением которых ст. 151 ГК РФ связывает взыскание денежной компенсации, то требование ФИО1 в части компенсации морального вреда, подлежит отклонению. 

В соответствии со ст. 195 Гражданского Кодекса Российской Федерации под сроком исковой давности признается срок, в течение которого заинтересованное лицо может обратиться в суд за защитой своего права.

Согласно ст. 196 Гражданского Кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало о нарушении своего права.

В силу ст. 200 Гражданского Кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Учитывая изложенные выше нормы закона, суд соглашается с заявлением представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, поскольку истец обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства 15 декабря 2015 года, что означает, что о нарушенном праве истец узнал с момента обращения к нотариусу с заявлением о принятии наследства, при этом исковое заявление в установленном законом порядке было подано истцом в суд лишь 26 марта 2019 года, то есть за истечением трехлетнего срока.

Таким образом, ФИО1 пропущен срок исковой давности для обращения в суд за защитой нарушенного права, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснено в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В п. 11 данного Постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснено, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задач судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 указанного Постановления).

В обоснование требований о взыскании судебных расходов ответчиком представлена квитанция № 009246 от 03 июня 2019 года, согласно которой ФИО2 оплатил за услуги адвоката Р.В. Петровой 7 000 рублей (л.д.155).

На основании представленных доказательств суд приходит к выводу о необходимости частичного удовлетворения требований ответчика и о взыскании с истца расходов по оплате услуг представителя в размере 5 000 рублей, поскольку это в данном случае в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, соответствует фактическим обстоятельствам дела, с учетом сложности дела, объема защищаемого права, объема проделанной работы и подготовленных документов, объема участия в настоящем деле представителя, на какую стоимость услуги выполнены.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о признании недостойным наследником, отстранении от наследования, о взыскании компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения. 

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 расходы по оплате услуг представителя в размере 5 000 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан через Нижнекамский городской суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Судья Р.Ш. Хафизова

Мотивированный текст решения изготовлен 06 июля 2019 года.