Производство № 2-1261/2025 

УИД 70RS0009-01-2025-001616-55

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 августа 2025 года Северский городской суд Томской области в составе:

председательствующего судьи Николаенко Е.С.

при секретаре судебного заседания Кузнецовой Н.С.

помощник судьи Иванькович Д.Д.

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, допущенного к участии в деле на основании устного ходатайства, представителя ответчика ФИО3, действующей на основании доверенности от 04.10.2024

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Северске Томской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о возложении обязанности демонтировать камеры видеонаблюдения, взыскании денежной компенсации морального вреда

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4 о возложении обязанности демонтировать камеры видеонаблюдения, взыскании денежной компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что истец является собственником жилого дома и земельного участка по адресу: Томская область, ЗАТО Северск, [адрес]. Владельцем дома и земельного участка, расположенных через дорогу относительно дома и земельного участка истца, является ответчик.

В ходе рассмотрения дела об административном правонарушении мировым судьей судебного участка №5 Северского судебного района Томской области, было установлено, что ответчиком незаконно, без согласия истца и членов ее семьи производится сбор и хранение информации о частной жизни истца и членов ее семьи при помощи шести видеокамер, расположенных на фасаде жилого дома ответчика и нежилых постройках.

Указанные обстоятельства зафиксированы в материалах дела об административном правонарушении ** Мирового судьи с/у ** Северского судебного района Томской области, а именно в материалах дела имеются видеозаписи с видеокамер ответчицы «VID-20240919-WA0018.mp4», VID-20240919-WA0019.mp4., а также акт осмотра предметов и фототаблица к акту осмотра от 23.09.2024 г., на которых видны дом, внутренняя часть участка истца, калитка.

Таким образом, ответчик, в режиме реального времени осуществляет сбор информации о частной жизни истца, может видеть дом, иное имущество на участке истца, людей находящихся на участке истца, а также всех лиц, которые входят на участок истца и покидают его.

В результате постоянного наблюдения за входом на участок и дворовой территорией известны такие подробности жизни истца как приезд и отъезд из дома, образ жизни членов семьи, распорядок дня, какие совершаются покупки, вся информация, которую считается персональной, и которую истец не хотела бы афишировать.

Отдых с друзьями во дворе стал невозможным, потому что их смущают камеры.

Видеокамера, расположенная на фасаде жилого дома, на участке по адресу: Томская область, ЗАТО Северск, [адрес], размещена на уровне границы первого и второго этажей на высоте 3,5-4 метра от уровня земли, что обеспечивает возможность видеофиксации всего участка истца.

Видеокамеры в количестве 5 шт., расположенные на нежилом строении (гараже), на участке по адресу: Томская область, ЗАТО Северск, [адрес] размещены под крышей строения справа и слева относительно ул. Северской, что обеспечивает видеофиксацию участка истца.

Все видеокамеры снабжены поворотным механизмом, позволяющим в любое время менять угол обзора, что является обоснованием способа защиты нарушенного права истца в виде демонтажа видеокамер.

На основании изложенного, истец просит:

- Обязать ФИО4, в течение 5 дней с момента вступления в силу решения суда, произвести демонтаж видеокамеры, расположенной на фасаде жилого дома по адресу: Томская область, ЗАТО Северск, [адрес].

- Обязать ФИО4, в течении 5 дней с момента вступления в силу решения суда, произвести демонтаж 5 видеокамер, установленных на хозяйственной постройке, расположенной по адресу: Томская область, ЗАТО Северск, [адрес].

-Запретить ФИО4 размещать на земельных участках по адресам: Томская область, ЗАТО Северск, [адрес], ЗАТО Северск, [адрес], видеокамеры, обеспечивающие видеофиксацию жилого дома и земельного участка по адресу: Томская область, ЗАТО Северск, [адрес].

-Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

В судебном заседании истец на удовлетворении требований настаивала, просила удовлетворить их в полном объеме. Дополнительно пояснила, что она проживает напротив ответчика и обнаружила, что ответчик установила в районе второго этажа принадлежащего ей жилого дома видеокамеру, которая направлена на земельный участок, жилой дом, детскую игровую площадку, находящиеся на участке истца. В связи с необъяснимым поведением ответчика, высотой установки видеокамеры, ее расположением, допустимым радиусом обзора относительно дома и участка истца, а также того факта, что данная видеокамера срабатывает в темное время суток от движения на участке, истец вынуждена беспокоиться целями, которые преследует ответчик. Она не уверена, что ответчик своими действиями осуществляет только сбор информации, и допускает возможность не только сбора информации, но и ее передачу и распространение, в связи с чем есть основания переживать о том, что данная информация может быть распространена. В связи с нарушением ее прав она обратилась в полицию, на ее обращение пришел ответ, что нарушений не выявлено. Ответчик демонтаж или перенос видеокамеры на более низкое место, не позволяющее охватывать соседний участок, не произвела, в связи с чем она вынуждена обратиться в суд. В результате действий ответчика, истец и члены ее семьи вынуждены испытывать дискомфорт, переживания, моральные и нравственные страдания. Зная, что теперь постоянно круглосуточно снимают видеокамеры она не находит себе покоя. Считает, что это действия ответчика являются вмешательством в частную жизнь. 

Представитель истца в судебном заседании требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Полагал, что истцом представлены в материалы дела достаточно доказательств, которые не оспорены ответчиком, о том, что установка камеры на втором этаже дома позволяет охватывать большую территорию обзора, включая дом истца и земельный участок, камеры видеонаблюдения позволяют наблюдать перемещение истца и членов его семьи по его участку. Таким образом, у истца имелись веские основания для обращения с подобным иском, поскольку до момента подачи искового заявления, истцу не было известно о том, что произошли какие-то изменения в их установке. Вместе с тем, полагал, что поскольку у камер можно в любое время поменять угол наклона, их необходимо демонтировать. Считал, что довод истца о возможности хранения ответчиком записей с данных камер наблюдения не опровергнут. Видеонаблюдение осуществлялось ответчиками не разово, это длящееся деяние, которое продолжалось на протяжении длительного времени. Считает, что с учетом степени, длительности нарушения прав истца исковые требования истца законны, обоснованы и подлежат удовлетворению в полном объеме. 

Ответчик, ранее участвуя в судебном заседании, исковые требования не признала. Пояснила, что поскольку они проживают на окраине населенного пункта и ее супруг полгода находится в речном плавании, ими было принято решение установки видеокамер исключительно с целью обеспечения безопасности и защиты своей собственности от противоправных действий третьих лиц, а не с целью видеофиксации дома и земельного участка истца, дистанционная возможность управления камерами отсутствует. Видеокамеры были установлены специалистами, с которыми они заключили договор. Видеокамеры выведены на экран монитора, который основное время выключен. Записи с видеокамер были изъяты в связи с расследованием дела об административном правонарушении и не являются распространением. Она, не будучи специалистом, к монитору не подходит, и, как правило, соседи просят записи изображений улицы или их дома при необходимости, которые им записывает ее дочь. Им известно, что истец писала обращение в полицию, после чего они вызвали обслуживающую организацию, которая в ручном режиме переустановила камеры и их обзор. Представила видео и фотоматериалы объектов, которые фиксируются установленными камерами после их переустановки.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве на иск. Просила в удовлетворении требований отказать. Суду пояснила, что все необоснованные требования истца мотивированы, исходят исключительно из личных неприязненных отношений истца к ответчику, возникших на фоне инцидента, когда истец грубо разговаривала с ребенком ответчика. Кроме того, действующим законодательством не запрещена установка камер для целей защиты своего имущества и установка на доме и нежилом строении в целях личной безопасности и сохранности принадлежащего имущества не является нарушением прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. При этом факт устройства видеокамер в пределах земельного участка, принадлежащего ответчику, не свидетельствует о совершении им действий по хранению, использованию, распространению сведений о частной жизни истца. Требования истца о компенсации морального вреда не основаны на нормах действующего законодательства и не подтверждаются доказательствами их причинения истцу в результате каких-либо действий ответчика. Предоставленные истцом в материалы дела доказательства не основаны на нормах действующего законодательства, не подтверждают доводы, изложенные в исковом заявлении, и содержат сведения предположительного характера, основанные на субъективном мнении и утверждениях самого истца. 

На основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие ответчика, надлежаще извещенной о времени и месте судебного заседании.

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела и показания свидетелей, оценив представленные по делу доказательства, суд приходит к следующему. 

Согласно ч. 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. 

Выбор способа защиты гражданских прав, перечисленных в ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, принадлежит субъекту права, который вправе воспользоваться как одним из них, так и несколькими способами. 

Согласно ч. 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. Данный запрет является одной из гарантий лица на частную жизнь. 

Часть 1 ст. 24 Конституции Российской Федерации запрещает сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия. 

Согласно ч. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. 

На основании ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", судам необходимо отграничивать дела о защите чести, достоинства и деловой репутации (статья 152 Гражданского кодекса Российской Федерации) от дел о защите других нематериальных благ, перечисленных в статье 150 этого Кодекса, нарушенных в связи с распространением о гражданине сведений, неприкосновенность которых специально охраняется Конституцией Российской Федерации и законами, и распространение которых может причинить моральный вред даже в случае, когда эти сведения соответствуют действительности и не порочат честь, достоинство и деловую репутацию истца. 

В частности, при разрешении споров, возникших в связи с распространением информации о частной жизни гражданина, необходимо учитывать, что в случае, когда имело место распространение без согласия истца или его законных представителей соответствующих действительности сведений о его частной жизни, на ответчика может быть возложена обязанность компенсировать моральный вред, причиненный распространением такой информации (статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Исключение составляют случаи, когда средством массовой информации была распространена информация о частной жизни истца в целях защиты общественных интересов на основании пункта 5 статьи 49 Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации". Эта норма корреспондируется со статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Если же имело место распространение не соответствующих действительности порочащих сведений о частной жизни истца, то ответчик может быть обязан опровергнуть эти сведения и компенсировать моральный вред, причиненный распространением такой информации, на основании статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно п. 1 ст. 152.2 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни. 

В случаях, когда информация о частной жизни гражданина, полученная с нарушением закона, содержится в документах, видеозаписях или на иных материальных носителях, гражданин вправе обратиться в суд с требованием об удалении соответствующей информации, а также о пресечении или запрещении дальнейшего ее распространения путем изъятия и уничтожения без какой бы то ни было компенсации изготовленных в целях введения в гражданский оборот экземпляров материальных носителей, содержащих соответствующую информацию, если без уничтожения таких экземпляров материальных носителей удаление соответствующей информации невозможно (п. 4). 

Так, право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера и распространяется на ту сферу жизни, которая относится к отдельному лицу, касается только этого лица и, если его действия носят непротивоправный характер, не подлежит контролю со стороны общества и государства. 

Процедуру сбора и обработки фото- и видеоизображений регламентирует Федеральный закон от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных». 

Обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных (п. 1 ч. 1 ст. 6). 

В соответствии с пунктом 2 статьи 24 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных настоящим Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации. Возмещение морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных субъектом персональных данных убытков. 

В то же время, согласно ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. 

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом. 

На основании ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. 

Как разъяснено в п. 45 упомянутого выше постановления Пленума Верховного Суда РФ, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ №10/22 от ДД.ММ.ГГГГ, применяя ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения, судам необходимо учитывать, что в силу ст. ст. 304 и 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика. 

Законом не запрещена установка камер в целях защиты своего имущества, поэтому действия одного из собственников соседних домов по установке камер на территории принадлежащего ему земельного участка сами по себе не являются посягательством на личную жизнь иных лиц. 

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 является собственником жилого дома по адресу: Томская область, ЗАТО Северск, [адрес], что подтверждается выпиской ЕГРН от 23.04.2025.

Ответчик ФИО4 является собственником земельного участка по адресу Городской округ ЗТО Северск, [адрес], что подтверждается выпиской из ЕГРН по состоянию на 25.05.2025. 

На земельном участке ответчика расположен двухэтажный жилой дом и нежилое строение (гараж), на которых установлены видеокамеры.

Из договора подряда, заключенного между ФИО5 (Заказчик) и Ф. (Подрядчик) от 04.02.2024, акта выполненных работ от 05.02.2024 и сметы следует, что Ф. по адресу: [адрес] была смонтирована система видеонаблюдения, путем установки 8 камер, прокладки кабеля, настройки и монтажа серверного оборудования.

Поводом обращения истца в суд явилось использование в деле об административном правонарушении, рассмотренным мировым судьей судебного участка № 5 Северского судебного района Томской области о совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1ст. 56 КоАП РФ в отношении ФИО1, видеозаписей и фототаблицы, из которых истцу стало известно, что камеры, расположенные на строениях ответчика снимают не только улицу, но и захватывают часть принадлежащего ей земельного участка, вход на земельный участок и дом. 

Из приложенных истцом к иску фотографий из дела об административном правонарушении видно, что они были составлены по обращению ФИО4 при проведении проверки прокуратуры 20.08.2025 года по факту привлечения ФИО1 к административной ответственности в виде фототаблицы.

Также судом установлено, что в ПП «Самусьский» УМВД России по ЗАТО Северск находился материал проверки, по факту обращения ФИО1 от 06.02.2024 об установке видеокамер на земельном участке ФИО4, в зону наблюдения которых попадает дом, гараж и часть участка, который впоследствии был зарегистрирован в КУСП № 7919 от 02.05.2024. 

Как следует из материалов КУСП, в ходе проверки был проведен осмотр места происшествия, составлена фототаблица, опрошена ФИО4 Установлено, что камеры видеонаблюдения устанавливались специализированной организацией, для личной безопасности и сохранности имущества, целью сбора какой-либо информации о личной жизни соседки ФИО1 у семьи Дуданец не было. Запись использовалась только для личного просмотра. В ходе проверки признаки преступления, административного правонарушения не установлены.

Протоколом осмотра места происшествии от 08.05.2024 установлено, что на [адрес] выходят три камеры видеонаблюдения. На противоположенной стороне расположен земельный участок ФИО1 На момент осмотра в левом углу между первым и вторым этажом на фасаде дома установлена видеокамера № 1, на гараже установлены видеокамеры № 2и № 3. Более видеокамер, выходящих на обзор [адрес] с захватом участка по [адрес] не установлено. Сделан скрин камер. При осмотре камер видеонаблюдения зафиксировано, что камеры установлены с просмотром в основном проезжей части [адрес] вдоль, частично обзор камер захватывает фрагмент участка забора, дома, приусадебного участка ФИО1

Таким образом, в ходе осмотра, проведенного в рамках КУСП, установлено, что из восьми видеокамер шесть из них установлены со стороны [адрес], а именно одна камера видеонаблюдения закреплена на фасаде дома, на уровне второго этажа, 5 видеокамер на нежилом строении. При этом, попадание в обзор камер изображения части земельного участка истца и дома зафиксировано только с трех камер № 1, №2, и № 3.

Указанные обстоятельства подтверждаются самим истцом, которой составлена схема расположения видеокамер и представлены фотоизображение в увеличенном виде с камер № 2 и № 3, указанных в схеме истца как № 3 и № 4 соответственно.

Истец просит демонтировать все 5 видеокамер, с которых идет обзор [адрес], однако следует отметить, что само по себе установление камеры не свидетельствует о противоправности деятельности ответчика, законом не запрещена установка камер в целях защиты своего имущества, поэтому действия одного из собственников соседних домов по установке камер на территории принадлежащего ему земельного участка сами по себе не являются посягательством на личную жизнь иных лиц. Установка данного имущества физически собственность истца не затрагивает. 

Доказательств противоправности действий ответчика суду не представлено, судом на момент рассмотрения судом спора не установлено. 

В судебном заседании был допрошен в качестве свидетеля К., бывший сотрудник ПП «Самусьский» УМВД России по ЗАТО г. Северска Томской области, на рассмотрении которого находился материал проверки по обращению ФИО1, который суду показал, что в ходе проверочных мероприятий им было установлено, что три камеры частично захватывают участок и дом ФИО1, но он посчитал, что это не нарушает ее прав, поскольку эти же части объектов может наблюдать любой, кто находится на [адрес] с тем, он рекомендовал Дуданец изменить угол обзора видеокамер, чтобы сгладить конфликт между соседями. После этого, когда уже выпал снег, он приезжал к Дуданец, который сказал, что к ним выезжал специалист, который перенастроил угол обзора камер и показал ему, что изображение камер больше не захватывает участок ФИО1 

Свидетель Д. в судебном заседании пояснила, что она является дочерью ФИО4, часто бывает в доме родителей. Знает, что на доме и гараже установлены видеокамеры, изображение которых выводится на экран монитора, который стоит в помещении на первом этаже в доме. Чтобы просмотреть изображение видеокамер на мониторе необходимо его включить. Установка видеокамер была связана с безопасностью семьи и имущества, поскольку ее отец по работе отсутствует по 6 месяцев в году, находясь в плавании. Указала, что камеры просматриваются только в случае необходимости, ФИО4 устройство работы камер и монитора неизвестно, поэтому в случае необходимости посмотреть запись видеокамер, ее мама обращается к ней. Знает, что было два обращения от соседей, когда она лично просматривала изображение улицы. Также знает что, после обращения на них в полицию, ее отец вызывал специалиста, который переустановил видеокамеры. 

В судебном заседании просмотрены представленные стороной ответчика видеозаписи с камер видеонаблюдения от 01.08.2025, а также изображения с камер. 

Установлено, что на указанную дату угол обзора камер изменился. Камера, расположенная на фасаде дома № 1 снимает внутренний двор участка Дуданец, камеры № 2 и № 3 направлены на обзор [адрес] и входов в калитки домов со стороны улицы и не обеспечивают ее на уровне выше ограждения. 

Кроме того в судебном заседании установлено, следует из справки, составленной Ф. от 13.08.2025, что в марте 2024 года Заказчик согласно договору подряда от 04.02.2024 года обратился с просьбой скорректировать угол наклона камер, направленных на [адрес]. 09 марта 2025 были установлены дополнительные две камеры для устранения «мертвых зон», а также было проведено техническое обслуживание всех камер и повторная корректировка угла наклона камер, выходящих на [адрес], по просьбе Заказчика.

С учетом изложенного, суд считает, что на момент рассмотрения дела истец ФИО1 не доказала факт нарушения ее прав на неприкосновенность частной жизни. Доводы о сборе и распространении информации, составляющей личную и семейную тайну, а также вмешательство в личную жизнь ничем не были подтверждены, также как и возникновение морального вреда по вине ответчика. 

Доводы и утверждения стороны истца о том, что обзор камер направлен на дом и земельный участок истца, угол наклона камер можно изменить в любое время, что противоречит требованиям о соблюдении неприкосновенности частной жизни своего подтверждения не нашел, опровергаются открытыми сведения Интернет –ресурса о том, что поворот камер видеонаблюдения, установленных у ответчика является ручной, из технической инструкции не следует, что установленные камеры имеют автоматический поворотный механизм.

Таким образом, суд не усматривает в действиях ответчика по установке на принадлежащем ему на праве собственности доме видеокамер нарушения права на частную жизнь истца, поскольку как следует из представленных сторонами доказательств, установленные камеры имеют угол наклона, исключающий обзор помещений дома истца, т.е. личная собственность истца, в том числе дом, данным обзором не охватывается.

Доводы истца о том, в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении мировым судьей судебного участка №5 Северского судебного района Томской области, было установлено, что ответчиком незаконно, без согласия истца и членов ее семьи производится сбор и хранение информации о частной жизни истца и членов ее семьи при помощи шести видеокамер, расположенных на фасаде жилого дома ответчика и нежилой постройке, судом отклоняются как необоснованные, поскольку дело об административном правонарушении было возбуждено по иному основанию. 

В силу статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит только нарушенное право. На ответчика не может быть возложена ответственность, если истец не доказал обстоятельства, подтверждающие его требования. Решение об удовлетворении требований может быть принято судом в случае наличия достаточных, относимых, допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих обоснованность заявленных требований. 

Доводы истца и ее представителя о том, что угол наклона установленных видеокамер, может быть в любое время изменен ответчиком таким образом, что помещение дома истца и территория ее земельного участка могут обозреваться и фиксировать личное жилое пространство истца, не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований, поскольку не подтверждаются какими-либо доказательствами о таких действиях ответчика. Помимо этого ответчиком на момент спора представлены доказательства, что угол наклона камер видеонаблюдения был изменен, в результате чего изменился угол обзора, в который личная жизнь истца не попадает.

Истец, предъявляя исковые требования к ответчику, в действительности лишь предполагает возможное нарушение своих прав. 

Право граждан на защиту тайны личной жизни имеет свои границы, которые определяются разумными социальными ожиданиями по поводу сохранности их личных и деловых интересов. Так, улица между домами является публичным местом, доступ к которому имеется не только у истцов, но и у значительного круга других лиц, которые могут находиться в нем на законных основаниях. 

При открытии калитки для входа на свою территорию, каждый собственник жилого дома должен разумно допускать возможность, что часть его жилого пространства может обозреваться кем-либо с публичного места и потому не вправе ожидать сохранение в тайне участков придомовой территории, доступных непосредственному обзору с общедоступных публичных мест, каковым является улица. В то же время, собственник жилого дома вправе ожидать, что никто не будет обозревать его помещение путем проникновения в него, либо с использованием специальной техники значительно расширяющей границы получаемой информации. 

Так как видеокамеры установлены в направлении обзора дома ответчика со стороны улицы, т.е. публичного места, ответчик получает только тот объем информации, который доступен обычному наблюдателю, а установка видеокамер сама по себе не может нарушить право граждан на тайну личной жизни. 

Как пояснил ответчик в судебном заседании установка ответчиком видеокамер произведена в целях личной безопасности и сохранности принадлежащего ей и ее семье имущества, что не является нарушением прав, гарантированных Конституцией РФ, а иного истцом не доказано, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что какие-либо конституционные права истца, в том числе, право на неприкосновенность частной жизни истца, ответчиком не нарушены, в связи с чем судом не установлено оснований для возложения на ответчика обязанности демонтировать видеокамеры, расположенные на принадлежащей ей на праве частной собственности доме и нежилом строении. 

Поскольку судом не установлено нарушение прав истца действиями ответчика, требование о компенсации морального вреда также не подлежат удовлетворению.

Согласно ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

На основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, суд не находит оснований для возмещения истцу судебных расходов. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

в удовлетворении исковых требований по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о возложении обязанности демонтировать камеры видеонаблюдения, взыскании денежной компенсации морального вреда отказать. 

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Северский городской суд Томской области. 

Мотивированное решение суда изготовлено 28 августа 2025 года

Судья Е.С. Николаенко