31RS0002-01-2025-001710-52 № 2-59/2026

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белгород 15 января 2026 года

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Бушевой Н.Ю.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Терещенко В.И.,

с участием ответчика-истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы аудиозаписи гражданское дело по ООО «УК п. Изумрудный» к ФИО1 о взыскании задолженности по оплате услуг, неустойки, встречному иску ФИО1 к ООО «УК п. Изумрудный» о признании недействительными условий договора обслуживания коттеджного поселка в части, наличии переплаты по договору и ее зачете,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 является собственником земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: (адрес обезличен)

05.09.2013 ООО «УК п.Изумрудный» и ФИО1 заключен договор обслуживания коттеджного поселка № (номер обезличен)

В соответствии с п. 4.5.1 договора по инициативе управляющей компании в одностороннем порядке размер эксплуатационных платежей и стоимость услуг могут быть увеличены не более чем на 15% в годовом исчислении относительно уровня, указанного в приложении № 1 к договору.

Согласно п. 4.5.2 договора по инициативе управляющей компании в одностороннем порядке размер эксплуатационных платежей и стоимость услуг могут быть увеличены не более чем на 15% в годовом исчислении относительно уровня, указанного в приложении № 1 к договору по соглашению сторон.

В силу п. 8. 2 договора односторонний отказ от исполнения обязательств по нему не допускается, если иное не предусмотрено настоящим договором.

Приложением № 1 к договору стоимость услуг определена в общей сумме 5 000 руб.

01.01.2017 ООО «УК п.Изумрудный» и ФИО1 заключено дополнительное соглашение № 2 к договору обслуживания коттеджного поселка № (номер обезличен), в котором стороны согласовали увеличение размера стоимости услуг до 7 000 руб.

ООО «УК п. Изумрудный» обратилось в суд с иском к ФИО1, в котором, с учетом увеличения заявленных исковых требований в порядке ст. 39 ГПК Российской Федерации, ссылаясь на заключение сторонами дополнительного соглашения № 3 от 01.01.2023, которым стоимость услуг по договору обслуживания коттеджного поселка увеличена до 9 000 руб., впоследствии в адрес ФИО1 направлено уведомление от 01.02.2025 о повышении оплаты услуг до 10.350 руб., однако ФИО1 несвоевременно и не в полном объеме производил оплату оказываемых управляющей компанией услуг, просило взыскать с ФИО1 в свою пользу задолженность по оплате коммунальных услуг в размере 85 346 руб. 90 коп., из которых 67 575 руб. – сумма основного долга, 17 771 руб. 90 коп. неустойка за период с 11.02.2024 по 15.09.2025, с продолжением ее начисления по день фактического исполнения обязательства, а также судебные расходы по оплате государственной пошлины. Ранее принимавший участие в судебном заседании представитель истца-ответчика также просил применить ко встречным требованиям о признании договора обслуживания коттеджного поселка недействительным в части срок исковой давности.

ФИО1 обратился со встречным иском к ООО «УК п. Изумрудный», в котором, с учетом уточнения встречных требований в порядке ст. 39 ГПК Российской Федерации, окончательно просил признать недействительными п.п. 4.5.1 и 8.2 договора обслуживания коттеджного поселка, а также признать наличие факта переплаты по договору с возложением обязанности по ее зачету в счет будущих платежей.

В обоснование встречных требований ссылался на то, что вышеуказанные пункты договора управления являются ущемляющими его права, противоречащими требованиям действующего законодательства, а дополнительное соглашение № 3 с ним не заключалось. Также просил отказать в удовлетворении первоначального иска ввиду отсутствия у него задолженности перед истцом-ответчиком.

В судебном заседании ответчик-истец ФИО1 поддержал доводы встречного иска, в удовлетворении первоначального иска просил отказать.

Представитель истца-ответчика ООО «УК п. Изумрудный», своевременно и надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, доказательств уважительности причин неявки суду не представил, в связи с чем, судом на основании ч. 3 ст. 167 ГПК Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие представителя истца-ответчика.

Выслушав пояснения ответчика-истца ФИО1, исследовав обстоятельства дела по представленным доказательствам, оценив их в совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска ООО «УК п. Изумрудный» и удовлетворении встречного иска ФИО1 в части по следующим основаниям.

Как установлено судом, ФИО1 является собственником земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: (адрес обезличен)

05.09.2013 ООО «УК п.Изумрудный» и ФИО1 заключен договор обслуживания коттеджного поселка № (номер обезличен).

В соответствии с п. 4.5.1 договора по инициативе управляющей компании в одностороннем порядке размер эксплуатационных платежей и стоимость услуг могут быть увеличены не более чем на 15% в годовом исчислении относительно уровня, указанного в приложении № 1 к договору.

Согласно п. 4.5.2 договора по инициативе управляющей компании в одностороннем порядке размер эксплуатационных платежей и стоимость услуг могут быть увеличены не более чем на 15% в годовом исчислении относительно уровня, указанного в приложении № 1 к договору по соглашению сторон.

В силу п. 8. 2 договора односторонний отказ от исполнения обязательств по нему не допускается, если иное не предусмотрено настоящим договором.

Приложением № 1 к договору стоимость услуг определена в общей сумме 5 000 руб.

01.01.2017 ООО «УК п.Изумрудный» и ФИО1 заключено дополнительное соглашение № 2 к договору обслуживания коттеджного поселка № (номер обезличен), в котором стороны согласовали увеличение размера стоимости услуг до 7 000 руб.

Данные обстоятельства подтверждаются условиями договора обслуживания коттеджного поселка и дополнительного соглашения № 2 к нему, которые подписаны обеими сторонами, факт подписания никем не оспаривался.

В соответствии со ст. 309 ГК Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами (ст. 310 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 779 ГК Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В соответствии с п. 1 ст. 781 ГК Российской Федерации заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В силу положений ст. 210 ГК Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно ст. 249 ГК Российской Федерации каждый участник долевой собственности обязан соразмерно со своей долей участвовать в уплате налогов, сборов и иных платежей по общему имуществу, а также в издержках по его содержанию и сохранению.

Правовые позиции по вопросам регулирования отношений, касающихся имущества общего пользования в комплексе индивидуальных жилых домов и земельных участков с общей инфраструктурой изложены в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 28.12.2021 № 55-П «По делу о проверке конституционности части 1 статьи 7, части 1 статьи 44, части 5 статьи 46, пункта 5 части 2 статьи 153 и статьи 158 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО2», которым часть 1 статьи 44, часть 5 статьи 46, пункт 5 части 2 статьи 153 и часть 1 статьи 158 Жилищного кодекса Российской Федерации в нормативной связи с частью 1 его статьи 7 признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 35 (части 1 и 2), 55 (часть 3) и 75.1, в той мере, в какой их применение в судебной практике для восполнения пробела в регулировании отношений, касающихся имущества общего пользования в комплексе индивидуальных жилых домов и земельных участков с общей инфраструктурой, не гарантирует при определении порядка и условий установления и взимания, состава и размера платы за управление таким имуществом и его содержание - в отсутствие специально предназначенных для этого законодательных положений и договора собственника земельного участка (участков) с управляющей организацией - справедливый баланс прав и обязанностей, а также законных интересов субъектов указанных отношений.

Постановлено, что федеральному законодателю надлежит, руководствуясь требованиями Конституции Российской Федерации и основанными на них правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, выраженными в настоящем Постановлении, в кратчайшие сроки внести в действующее законодательство изменения, с тем чтобы закрепить надлежащую модель правового регулирования организационных и имущественных отношений, связанных с функционированием комплексов индивидуальных жилых домов и земельных участков с общей инфраструктурой, обеспечивающую поддержание справедливого баланса интересов, прав и обязанностей собственников различного имущества, входящего в эти комплексы, и конкретизирующую в том числе критерии определения и правовой режим имущества, используемого в таких комплексах для общих нужд, а также включающую в себя нормы, призванные урегулировать отношения по управлению этим имуществом и его содержанию, в частности порядок и условия установления и взимания платы за управление имуществом общего пользования и его содержание, критерии, на основе которых определяются ее состав и размер.

В мотивировочной части постановления Конституционного Суда Российской Федерации указано, что в настоящее время в контексте интенсивного развития в России рыночных отношений, сопровождающихся передачей (покупкой) земли в частную собственность, наблюдаются активные освоение и застройка земель населенных пунктов, отведенных под индивидуальное жилищное строительство. Нередко это ведет к появлению относительно обособленных от окружающей застройки и (или) местности и зачастую имеющих огороженную и охраняемую территорию комплексов индивидуальных жилых домов и земельных участков с общей инфраструктурой (контрольно-пропускные пункты, внутрипоселковые дороги, ливневая канализация, сети инженерно-технического обеспечения и наружного освещения, трансформаторные подстанции, тепловые пункты, коллективные автостоянки, детские и спортивные площадки, оборудованные площадки для сбора твердых бытовых отходов и др.).

Сам факт сосуществования в рамках жилищно-земельного комплекса отдельных земельных участков с жилыми домами, расположенных в непосредственной близости друг к другу и объединенных общей внешней границей и единой инфраструктурой, предполагает наличие у собственников этих участков и домов потребности в создании комфортных условий для совместного проживания. Приобретая участки с уже построенными на них домами либо без таковых (но с целью последующего строительства жилого дома) в такого рода комплексе с благоустроенной охраняемой территорией, дорогами общего пользования, всеми видами инженерных сетей и коммуникаций и т.п., граждане имеют достаточные основания полагать, что данная потребность будет удовлетворена.

В то же время проживание на территории такого комплекса обычно предполагает пользование не только объектами его инфраструктуры, но и услугами, оказываемыми тем или иным (главным образом частным) субъектом (субъектами), по организации охраны, соблюдению контрольно-пропускного режима, обслуживанию дорог, ливневой канализации, сетей инженерно-технического обеспечения, ландшафтной инфраструктуры, по уборке территории, вывозу твердых бытовых отходов и т.д. В этом смысле при приобретении участков в жилищно-земельном комплексе - даже на начальных стадиях его застройки и тем более когда его территория общего пользования полностью либо, по крайней мере, частично благоустроена, а отдельные объекты инфраструктуры уже возведены или строятся - реальные и потенциальные собственники, действуя с должной степенью разумности и осмотрительности, как правило, не могут не осознавать необходимость участия в той или иной правовой форме в расходах, связанных с содержанием имущества общего пользования, включая оплату услуг по управлению данным имуществом и его содержанию.

Действующее законодательство, не устанавливая правового статуса комплексов индивидуальных жилых домов и земельных участков с общей инфраструктурой, не регламентирует состав и правовой режим имущества общего пользования в этих комплексах, а равно не регулирует отношения по управлению этим имуществом и его содержанию. Обычно к такого рода имуществу на практике относятся земельные участки общего пользования конкретного жилищно-земельного комплекса, а также возводимые (приобретаемые) для обслуживания домов, участков и всего комплекса объекты инфраструктуры.

Имущество общего пользования в комплексах индивидуальных жилых домов и земельных участков с общей инфраструктурой обладает - в сравнении с общим имуществом в многоквартирном доме - принципиально иными характеристиками, важнейшей из которых является пространственная обособленность объектов общего пользования от жилых домов (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10.11.2016 № 23-П). Данная особенность - наряду с отсутствием основанного на указании закона права общей долевой собственности на эти объекты у собственников участков и домов в такого рода комплексах - предопределила отсутствие в законодательстве универсальной модели правового регулирования, которая полностью опиралась бы на правовой режим общего имущества в многоквартирном доме и распространяла свое действие на отношения, связанные с имуществом общего пользования в жилищно-земельных комплексах.

Вместе с тем при решении вопроса о распределении расходов на его содержание несомненно, следует учитывать, что возложение обязанности по участию в соответствующих расходах не только на собственника имущества общего пользования, но и на лиц, являющихся собственниками земельных участков и жилых домов в такого рода комплексах, - притом что они имеют возможность пользоваться данным имуществом и, будучи заинтересованными в максимально комфортных условиях проживания, нуждаются в поддержании его в надлежащем санитарном и техническом состоянии - не может само по себе рассматриваться как не согласующееся с конституционными предписаниями.

При этом правовое регулирование, опосредующее исполнение названной обязанности, должно в силу статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 75.1 Конституции Российской Федерации обеспечивать справедливый баланс, с одной стороны, интересов лиц, являющихся собственниками имущества общего пользования и понесших расходы на его создание (приобретение) и содержание, а с другой стороны, интересов собственников участков и домов в жилищно-земельном комплексе, которые могут пользоваться указанным имуществом и получать от этого полезный эффект. Подобный баланс предполагает, что при определении размера соответствующих расходов должны соблюдаться требования разумности и обоснованности, а собственникам участков и домов предоставлено не только номинальное право участвовать в принятии решений, касающихся управления имуществом общего пользования и его содержания (включая установление правил определения и изменения платы за управление данным имуществом и его содержание), но и реальная возможность формировать свою общую волю, в частности, за счет справедливого (с учетом известных жилищному законодательству гарантий) порядка созыва собрания указанных лиц, его организации и принятия им решений.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что реализация имущественных прав осуществляется на основе общеправовых принципов неприкосновенности собственности и свободы договора, предполагающих равенство, автономию воли и имущественную самостоятельность участников гражданских правоотношений, а также недопустимость произвольного вмешательства в частные дела (постановления от 06.06.2000 № 9-П, от 10.04203 № 5-П и др.).

Исходя из приведенной правовой позиции в отсутствие прямо предусмотренной законом обязанности собственников земельных участков и жилых домов в жилищно-земельном комплексе нести расходы, связанные с содержанием имущества общего пользования, принадлежащего на праве собственности иному лицу, наиболее эффективным (в том числе в сравнении с нормами о неосновательном обогащении, применение которых опосредуется судебным решением с соответствующим распределением бремени доказывания) основанием для возложения на собственников участков и домов указанной обязанности может выступать договор, заключенный ими с управляющей организацией или с иным лицом, оказывающим услуги по управлению имуществом общего пользования и по его содержанию. Такой договор может определять в том числе размер платы за оказание соответствующих услуг и порядок ее изменения.

При этом в силу статей 17 (часть 3) и 35 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, а также принципа добросовестности участников гражданских правоотношений (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) ни при заключении, ни при изменении данного договора управляющая организация или иное лицо, оказывающее услуги по управлению имуществом общего пользования в жилищно-земельном комплексе и по его содержанию, не вправе действовать произвольно, навязывая другой стороне договора заведомо невыгодные для нее условия. Это могут быть, например, включение в предмет договора услуг (работ), выходящих за рамки объективно необходимых для надлежащего содержания имущества общего пользования, установление стоимости услуг, явно превышающей их рыночную стоимость, отнесение к имуществу общего пользования объектов, фактически не предназначенных для удовлетворения общей потребности жителей в комфортных условиях проживания, и т.п.

Данный подход, безусловно, призван обеспечивать интересы жителей комплексов индивидуальных жилых домов и земельных участков с общей инфраструктурой путем предоставления им реального права участвовать в определении расходов, связанных с имуществом общего пользования. Но вместе с тем он не исключает необоснованного уклонения этих лиц от заключения подобных договоров и, как следствие, от несения указанных расходов, что - при наличии у них возможности пользоваться таким имуществом и извлекать полезный эффект из оказываемых управляющей организацией услуг - нарушает, вопреки статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 35 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации и вытекающему из ее предписаний принципу справедливости, интересы не только собственников имущества общего пользования и управляющей организации, но и тех собственников участков и домов в жилищно-земельном комплексе, которые заключили договоры на оказание соответствующих услуг и несут предусмотренные этими договорами расходы.

В отсутствие законодательной регламентации правового режима имущества общего пользования в комплексе индивидуальных жилых домов и земельных участков с общей инфраструктурой, а равно регулирования отношений, связанных с управлением таким имуществом и с его содержанием, участники данных отношений и суды вынуждены прибегать к аналогии закона.

Кроме этого, в названном Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации указано, что признание названных норм не соответствующими Конституции Российской Федерации не является, по смыслу статей 17 (часть 3) и 75.1 Конституции Российской Федерации, основанием для прекращения взимания платы за управление имуществом общего пользования, находящимся в собственности иного лица, и за его содержание в отсутствие у собственника земельного участка (участков) договора с управляющей организацией на оказание соответствующих услуг. При этом в случае возникновения спора факт установления указанной платы общим собранием собственников или в определенном им (в том числе утвержденным общим собранием, но не подписанным собственником участка договором) порядке не препятствует суду оценить доводы собственника участка об отсутствии у него фактической возможности пользоваться данным имуществом и извлекать полезный эффект из оказываемых управляющей организацией услуг, о выходе услуг за рамки объективно необходимых для надлежащего содержания данного имущества, об установлении стоимости услуг, явно превышающей их рыночную стоимость, об отнесении к данному имуществу объектов, фактически не предназначенных для удовлетворения общей потребности жителей комплекса в комфортных условиях проживания. Во всяком случае, собственник участка не лишен возможности инициировать проведение общего собрания собственников для изменения условий взимания указанной платы.

Из пояснений сторон следует, что общее собрание жителей коттеджного поселка, на котором бы принимались решения относительно платы за оказываемые истцом-ответчиком услуги, не проводилось, соответствующие решения не принимались.

При этом доказательств некачественного оказания услуг жителям поселка стороной ответчика-истца также не представлено.

Как следует из содержания договора управления, подписанного ответчиком-истцом, в нем действительно согласовано два способа увеличения стоимости оказываемых услуг, а именно: по инициативе управляющей компании не более, чем на 15 % в год, либо увеличение в том же размере по соглашению сторон.

В ходе рассмотрения настоящего дела нашел свое подтверждение тот факт, что управляющей компанией и ФИО1 было согласовано увеличение размера оплаты до 7000 руб. и подписано дополнительное соглашение № 2.

Между тем, истец-ответчик в обоснование своих требований ссылался на заключение сторонами и дополнительного соглашения № 3, по условиям которого сторонами согласовано увеличение стоимости услуг до 9 000 руб.

Ввиду наличия у ФИО1 сомнений относительно подлинности своей подписи в дополнительном соглашении № 3, по ходатайству ответчика-истца по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза, а у ООО «УК п. Изумрудный» запрошен оригинал дополнительного соглашения № 3.

Впоследствии от истца-ответчика поступило ходатайство об исключении из материалов дела копии документа – дополнительного соглашения № 3 и досрочном прекращении почерковедческой экспертизы, в котором ООО «УК п. Изумрудный», ссылаясь на утрату оригинала дополнительного соглашения № 3 ввиду обстрела со стороны ВСУ в 2024 году, и исключить копию такого соглашения из числа доказательств по делу.

При вынесении определения о назначении судебной почерковедческой экспертизы судом сторонам разъяснялись положения ч. 3 ст. 79 ГПК РФ, согласно которым, при уклонении стороны от участия в экспертизе, не представлении эксперту необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым. Этот вопрос разрешается судом в каждом конкретном случае в зависимости от того, какая сторона, по каким причинам не явилась на экспертизу или не представила эксперту необходимые предметы исследования, а также какое значение для нее имеет заключение экспертизы, исходя из имеющихся в деле доказательств в их совокупности.

Суд отмечает, что каких-либо письменных доказательств утраты дополнительного соглашения № 3 по указанным истцом-ответчиком причинам суду не представлено.

Более того, об отсутствии оригинала дополнительного соглашения № 3 истец-ответчик должен был уведомить суд при подаче заявления об увеличении заявленных исковых требований 16.09.2025, однако от этого уклонился, что судом расценивается как злоупотребление правом со стороны истца-ответчика, поскольку на момент подачи заявления об увеличении исковых требований ООО «УК п. Изумрудный» должно было быть достоверно известно об утрате подлинника документа в 2024 году, как указано в ходатайстве истца-ответчика.

В силу п. 1 ст. 10 ГК Российской Федерации не допускается использование гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

С учетом непредставления истцом-ответчиком оригинала дополнительного соглашения № 3 к договору обслуживания коттеджного поселка, а также заявленного ходатайства об исключении такого дополнительного соглашения из числа доказательств по делу, суд приходит к выводу о недоказанности заключения ООО «УК п. Изумрудный» и ФИО1 дополнительного соглашения № 3, и, соответственно, согласования сторонами увеличения стоимости услуг до 9 000 руб.

Доводы истца-ответчика о том, что своими конклюдентными действиями ФИО1 подтвердил согласование сторонами увеличения стоимости услуг до 9 000 руб., являются несостоятельными, поскольку из карточки расчетов по договору данное обстоятельство не усматривается.

В частности, ФИО1 платежи вносились разными суммами, превышающими как 7 000 руб., так и 9 000 руб., при этом в судебном заседании он указал на то, что оплату производил авансом (сразу за несколько месяцев), вследствие чего, ему фактически предоставляли скидку, что истцом-ответчиком не опровергнуто.

В материалах дела имеется уведомление о повышении стоимости обслуживания коттеджного поселка от 01.02.2025 со сведениями о его направлении в адрес ФИО1, получении такого уведомления 03.03.2025.

При этом само по себе получение данного уведомления ФИО1 не свидетельствует о его согласии с повышением стоимости услуг по договору.

Истцом-ответчиком в свою очередь убедительных доказательств, бесспорно подтверждающих наличие экономической целесообразности единовременного увеличения стоимости услуг, более чем на 15 %, при недоказанности заключения сторонами дополнительного соглашения № 2, т.е. с 7 000 руб. до 10 350 руб., в нарушение ст. 56 ГПК Российской Федерации не представлено, такое увеличение противоречит условиям договора обслуживания коттеджного поселка.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая недобросовестное поведение стороны истца-ответчика, выразившееся в непредставлении подлинника дополнительного соглашения № 3, на заключение которого истец-ответчик ссылался при подаче заявления об увеличении заявленных исковых требований, суд оснований для удовлетворения иска ООО «УК п. Изумрудный» не усматривает.

В отношении встречных требований ФИО1 о признании п.п. 4.5.1 и 8.2 договора обслуживания коттеджного поселка недействительными, суд приходит к следующему выводу.

Согласно п. 1-2 ст. 166 ГК Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу п. 1 ст. 167 ГК Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Если из существа оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время (п. 3 ст. 167 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 3 ст. 179 ГК Российской Федерации).

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, с учетом заявленного истцом-ответчиком ходатайства о применении срока исковой давности, принципа свободы договора, срока исковой давности по признанию сделок недействительными, установленного ст. 181 ГК Российской Федерации, суд признает убедительными доводы истца-ответчика о пропуске ФИО1 срока исковой давности по заявленным требованиям, что само по себе в силу положений ст. 199 ГК Российской Федерации является основанием для отказа в удовлетворении встречного иска в указанной части.

При этом положения указанных пунктов договора в целом не противоречат нормам действующего законодательства, а иных доказательств, свидетельствующих о заключении ФИО1 договора обслуживания коттеджного поселка под влиянием обмана, заблуждения и пр., в нарушение ст. 56 ГПК Российской Федерации суду не представлено.

Суд также обращает внимание на то обстоятельство, что ФИО1 требования о признании договора недействительным в части заявлены только после предъявления к нему требований о взыскании задолженности, а до подачи такого иска ответчик-истец свои права нарушенными не считал.

При этом, учитывая, что в ходе рассмотрения настоящего дела не нашел своего подтверждения факт согласования сторонами повышения стоимости услуг по договору обслуживания коттеджного поселка ни до 9 000 руб., ни до 10 350 руб., с учетом представленного ответчиком-истцом контррасчета платежей, не оспоренного истцом-ответчиком, суд приходит к выводу о том, что по состоянию на 01.11.2025 у ФИО1 имеется переплата по договору в размере 14 000 руб., которая подлежит зачету в счет будущих платежей.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ООО «УК п. Изумрудный» ((номер обезличен)) к ФИО1 ((номер обезличен)) о взыскании задолженности по оплате услуг, неустойки – отказать.

Встречный иск ФИО1 к ООО «УК п. Изумрудный» о признании недействительными условий договора обслуживания коттеджного поселка в части, признании наличия переплаты по договору и ее зачете – удовлетворить в части.

Признать наличие у ФИО1 по состоянию на 01.11.2025 переплаты по договору обслуживания коттеджного поселка № (номер обезличен), заключенному с ООО «УК п. Изумрудный» в сумме 14 000 руб., с возложением на ООО «УК п. Изумрудный» зачесть такую переплату в счет последующих платежей по договору.

В удовлетворении остальной части встречного иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области.

Мотивированный текст решения суда изготовлен 30 января 2026 года.

Судья Н.Ю. Бушева