Дело № 2а-1987/2020 год

39RS0004-01-2020-002025-79

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 октября 2020 года 

Московский районный суд г. Калининграда обл. в составе:

Председательствующего судьи Вартач-Вартецкой И. З.

При секретаре Токарской А. С. 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к Межрайонной инспекции ФНС России № 8 по г. Калининграду о признании незаконным решения 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с административным иском к Межрайонной ИФНС России № 8 по г. Калининграду, мотивируя свои требования тем, что Межрайонной ИФНС России № 8 по г. Калининграду проведена проверка Налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц по форме 3-НДФЛ за 2018 год (корректировка № 1) ФИО1, представленной ею в Инспекцию по почте 19.06.2019 года.

По результатам камеральной проверки составлен Акт налоговой проверки № 83298049/1 от 03.10.2019г., согласно которому заявителю было отказано в применении расходов, что привело к завышению НДФЛ к возврату из бюджета за 2018 год в сумме 1 руб., по КБК №, к занижению НДФЛ за 2018 год, подлежащего уплате в бюджет в размере 

<

данные изъяты> рублей по КБК №. Кроме того, Инспекцией исчислен штраф по п. 1 ст. 122 НК РФ в размере 

<

данные изъяты> руб. (

<

данные изъяты> руб.).

Не согласившись с актом в полном объеме, ФИО1 подала письменные возражения по акту выездной налоговой проверки от 03.12.2019 года № 832098049/1 с ходатайством о снижении штрафа в связи с наличием обстоятельств, смягчающих ответственность.

Инспекция по результатам рассмотрения материалов камеральной проверки налоговой декларации, а также письменных и устных возражений вынесла Решение № 542 от 27.12.2019 о привлечении ее к ответственности за совершение налогового правонарушения (далее по тексту – Решение), предусмотренного ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 

<

данные изъяты> руб., (который по ее ходатайству снижен в 4 раза с первоначальной суммы 

<

данные изъяты>), начислена недоимка в сумме 

<

данные изъяты> руб., пени в сумме 

<

данные изъяты> руб. Указанное Решение получено 23.01.2020 года. 

Не согласившись с Актом и Решением Инспекции, 21.02.2020 года ФИО1 подала в УФНС по Калининградской области Апелляционную жалобу на Решение Инспекции от 20.02.2020г., которую 17.03.2020г. Управление оставило без удовлетворения.

Считает Решение Инспекции незаконным и необоснованным по следующим основаниям.

В Решении недоимка по НДФЛ начислена без учета частичной оплаты НДФЛ в размере 

<

данные изъяты>., произведенной 26.12.2019г. 

При расчете НДФЛ Инспекция не учла, что согласно Решению комиссии по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости № 683 от 30.04.2019 года кадастровая стоимость здания с КН № на 01.01.2018 года составила 

<

данные изъяты> руб., и исчислила налог, исходя из кадастровой стоимости в размере 

<

данные изъяты> руб., установленной Актом определения кадастровой стоимости от 06.05.2017 № 39/ИЗМ/17-361 на 13.09.2016 при массовой оценке кадастровой стоимости.

В обоснование своих доводов ссылается на Определение Конституционного Суда РФ от 03.07.2014г. № 155-О, ч. 7 ст. 22 Федерального закона от 03.07.2016 № 237-ФЗ «О государственной кадастровой оценке», абз. 4 п. 1.1 ст. 391 НК РФ, указывая, что Решением комиссии по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости № 683 от 30.04.2019 года установлено, что кадастровая стоимость равна рыночной стоимости, составляющей 

<

данные изъяты> руб.

Глава 23 НК РФ не содержит разъяснений, на какую дату устанавливается новая кадастровая стоимость в случае ее изменения на основания установления рыночной цены земельного участка по решению комиссии по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости. Однако вследствие позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении от 03.07.2014г. № 155-О, и п. 7 ст. 3 НКРФ, согласно которому все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика, кадастровая стоимость 

<

данные изъяты> руб. должна считаться действующей с 13.09.2016 года, т.е. с даты постановки дома на учет.

Кроме того, Инспекция не учла расходы на строительство здания в размере 

<

данные изъяты> руб., вследствие чего посчитала в Декларации налоговые вычеты завышенными.

В Декларации ФИО1 просила предоставить имущественный налоговый вычет, предусмотренный п.п. 2 п. 2 ст. 220 НК РФ, предоставила расходы на строительство жилого дома, находящегося по адресу: 

<

адрес>, понесенные в 2011-2012 годы на сумму 

<

данные изъяты> руб., а именно платежные поручения, договоры подряда, кассовые чеки, акты выполненных работ. 

Расходы были понесены от имени ФИО2, являющегося ее отцом. 

Ссылаясь на п. 1 ст. 54 СК РФ, указала, что на момент строительства дома она была несовершеннолетней, и в соответствии с ГК РФ не могла совершать сделки. Она предоставила в Инспекцию уточненное уведомление о распределении фактических расходов на строительство жилого дома, согласно которому она и ее отец, ФИО2 согласовали разделение понесенных расходов на строительство жилого дома. Инспекция не имеет претензий к подтверждающим расходы на строительство документам.

Инспекция указывает на отсутствие доказательств, что у заявителя в 2011-2012 годы имелись собственные денежные средства.

Однако данный довод Инспекции является не состоятельным, голословным, без ссылок на нормы права, поскольку Инспекция не запрашивала у нее документы, подтверждающие наличие собственных средств. 

Приводя положения п.п. 1, 3 ст. 60 СК РФ, ч. 1 ст. 80 СК РФ указывает, что у нее имелись собственные денежные средства, подаренные ей родителями и другими родственниками, в 2011-2012 годах она была несовершеннолетней и ее содержание, в том числе обеспечение жильем, было выбрано отцом в качестве одной из форм содержания дочери.

Со ссылкой на абз. 3 п. 3, ст. 60 СК РФ, п.п. 2, 3 п. 2 ст. 220 НК РФ указывает, что также не состоятелен довод Инспекции относительно того, что в документах, подтверждающих расходы на строительство жилого дома не указано, что ФИО2 (отец) производит оплату расходов за ФИО1 (дочь), поскольку ни одна норма НК РФ, ГК РФ не предусматривает такое требование, налоговое законодательство не запрещает оплату расходов на строительство дома отцом в интересах дочери, и не указывает, что для этого должны быть специальные оговорки или указания в документах. 

Тем более, в Уточненном уведомлении о распределении фактических расходов на строительство жилого дома от 18.06.2018г. ФИО2 сам указывает, что производил оплату за ФИО1 и в ее интересах.

С учетом п. 7 ст. 3 НК РФ считает, что расходы отца, связанные со строительством жилого дома, понесенные за свою несовершеннолетнюю дочь, должны уменьшить сумму доходов от продажи жилого дома.

Не состоятелен довод Инспекции и о том, что ФИО2 при оплате расходов на строительство жилого дома в период с 2011 по 2012 годы не мог производить оплату расходов в интересах несовершеннолетней дочери, ФИО1 в связи с тем, что право собственности на 1/2 земельного участка, на котором построен дом, возникло у ФИО1 только 24.08.2016 года, поскольку в гражданском законодательстве отсутствует норма, запрещающая строить здание на земельном участке, принадлежащем иному лицу, и спор идет о расходах на строительство дома, а не на приобретение земельного участка.

Просит признать незаконным и отменить Решение №542 от 27.12.2019 года о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенное Межрайонной инспекцией ФНС России № 8 по г. Калининграду.

Административный истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о дате и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, в связи с чем суд рассматривает дело в ее отсутствие.

Представители административного истца по доверенности ФИО3, ФИО4 в судебном заседании административные исковые требования поддержали в полном объеме по изложенным в административном иске основаниям. 

В письменных пояснениях (т. 2 л.д. 121) представителя административного истца ФИО4 указано, что Решением Комиссии № 683 от 30.04.2019 года установлено, что кадастровой стоимостью здания является его рыночная цена в размере 

<

данные изъяты> рублей, установленная на 13.09.2016 года.

Налоговый орган ошибочно ссылается в обоснование своей позиции на Определение Конституционного Суда РФ от 02.07.2019 года № 1833-О, поскольку Конституционный суд принимал указанное определение в отношении правоотношений, регулируемых старой нормой права, отдельно сделав об этом оговорку.

Указывает, что ФЗ от 03.08.2018 года № 334-ФЗ ввел новый подход по применению пересмотренной кадастровой стоимости для определения кадастровой стоимости по налогу на имущество и земельному налогу. Толкование п. 2 ст. 214.10 НК РФ без учета позиции законодателя, сформулированной в вышеназванном Федеральном законе, противоречит существу законодательного регулирования. 

Также приводит доводы о несогласии с расчетом пени на 27.12.2019 года.

В письменных пояснениях (т. 1 л.д. 168) представителя административного истца ФИО4 указано, что в налоговом периоде 2018 года сложилась ситуация, при которой кадастровая стоимость объекта недвижимости, принадлежащего ФИО1, признана недостоверной в установленном порядке, и законность Решения комиссии и Отчета об оценке не оспорена Межрайонной ИФНС России № 8 по г. Калининграду ни в ходе проверки, ни в ходе судебного разбирательства. 

Со ссылкой на ст. 57 Конституции РФ, п. 1 ст. 3 НК РФ, указывает, что использование недостоверных сведений при определении кадастровой стоимости, влекущее необходимость ее пересмотра, свидетельствует об объективном искажении налоговой базы по налогу на доходы физических лиц. Такая кадастровая стоимость, вопреки пункту 1 статьи 53 НК РФ, не является надлежащей (основанной на объективных и экономически обусловленных показателях) стоимостной характеристикой объекта недвижимости, подлежащей налогообложению, что означает, что с принятием комиссией в 2019 году Решения о признании недостоверными сведений об объекте недвижимости, использованных при определении ее кадастровой стоимости, по результатам рассмотрения в установленном статьей 24.18 Закона об оценочной деятельности порядке спора о результатах государственной кадастровой оценки, ранее определенная кадастровая стоимость более не может применяться для целей налогообложения.

Поскольку глава 23 НК РФ не содержит разъяснений, на какую дату устанавливается новая кадастровая стоимость в случае изменения кадастровой стоимости на основании установления его рыночной стоимости по решении комиссии по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости и принимая во внимание отсутствие надлежащего учета объекта налогообложения (его стоимостных характеристик), величина налога на имущество за 2018 год в такой ситуации должна определяться расчетным путем применительно к подпункту 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ на основании объективных и соответствующих действительности сведений о стоимости недвижимости.

Кроме того, для целей налогообложения имеется преимущество в применении кадастровой стоимости объектов недвижимости, равной рыночной стоимости, перед их кадастровой стоимостью, установленной по результатам государственной кадастровой оценки, поскольку соответствующая рыночная стоимость получена в результате индивидуальной оценки конкретного объекта недвижимости (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 № 20-П и от 05.07.2016 № 15-П). Следовательно, налогоплательщик, не согласный с применением при определении его налоговой обязанности за 2018 год достоверных результатов государственной кадастровой оценки, полученных с использованием так называемого "массового" метода, не лишен права опровергнуть представленный налоговым органом расчет налога, обосновывая необходимость исчисления налога, исходя из рыночной стоимости объекта недвижимости. В связи с чем для определения рыночной цены здания административным истцом представлен Отчет об оценке от 16.04.2019 №Н-043-2019, согласно которому рыночная цена здания составляет 

<

данные изъяты> руб. Данный отчет не оспорен ни Инспекцией, ни Управлением и иного расчета не представлено. Различие между первоначально определенной кадастровой стоимостью принадлежащего ФИО1 здания в размере 

<

данные изъяты> рублей, и исправленной кадастровой стоимостью в размере 

<

данные изъяты> является более чем двукратным, что не укладывается в разумный диапазон возможных значений, которые могут быть получены в рамках соблюдения законной процедуры кадастровой оценки на основе имеющейся информации об объекте недвижимости. Кроме того, в соответствии с п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента).

В обоснование своих доводов ссылается на судебную практику на Верховного суда РФ: Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 305-ЭС20-8184 по делу № А40-58198/2018; Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 19.07.2019 № 305-КГ18-17303 по делу № А40-232515/2017.

Указывает, что позиция, изложенная в Определении Конституционного суда №1833-О от 02.07.2019г., на которую ссылается Инспекция, не распространяется на взаимоотношения 2018 года, так как, производя определенные действия в 2018 году и составляя декларацию за 2018 год, ФИО1 не могла руководствоваться позицией, изложенной в Определении, которое вынесено в июле 2019 года.

Инспекцией при проведении камеральной проверки допущено множество существенных нарушений, как при исчислении доходов, так и при предоставлении налоговых вычетов, она избрала такой метод защиты, при котором суду фактически приходится проводить налоговую проверку за Инспекцию.

Вместе с тем, административный истец оспаривает Решение Инспекции только по тем доводам и доказательствам, которые Инспекция привела в Решении. Если суд подменит налоговый орган и на основании новых доводов или новых доказательств проведет новую налоговую проверку, то это будет являться существенным нарушением прав налогоплательщика, предусмотренных статье 101 НК РФ.

Исследовать природу доходов и налоговых вычетов - это обязанность налогового органа, а не суда. Как отмечено в Постановлении КС РФ от 14.07.2005 № 9-П, суд не может подменять собой налоговый орган.

Полагает, что в случае, когда из-за количества ошибок, допущенных налоговым органом, невозможно установить реальную обязанность налогоплательщика по уплате налогов без проведения налоговой проверки, Решение инспекции, подлежит отмене в обжалуемой части. При этом Инспекция не лишена возможности провести иные мероприятия налогового контроля.

Представитель ФИО3, дополнительно пояснил, что в соответствии с ч. 1 ст. 41 НК РФ, доход является экономической выгодой, которой налогоплательщик будет распоряжаться, и это предусмотрено для того, чтобы правильно выстроить налоговую базу. Оценщик оценивал кадастровую стоимость дома в 2019 году по состоянию на 13.09.2016, фактически дом продавался не в готовом состоянии, а представлял собой коробку, состоящую из стен, окон и крыши, согласно отчету об оценке на территории дома коммуникаций нет, т.е. реальная стоимость дома не занижена. Налоги начислены не соразмерно полученному доходу от продажи дома. 

Представитель административного истца ФИО5 дополнительно пояснил, что разъяснениями Министерства финансов РФ, содержащимися в письме от 22.10.2018г. № 03-04-05/75732, Решением УФНС по субъекту РФ от 16.01.2015г. и Решением ФНС от 23.05.2019г. № СА-3-9/5065 подтверждено, что расходы, понесенные представителем несовершеннолетнего, учитываются при расчете НДФЛ. Налоговый орган не оспаривает факт несения расходов на строительство дома отцом ФИО1, в связи с чем данные расходы должны быть учтены Инспекцией. Дом был приобретен ФИО2 и ФИО1 в собственность по 1/2 доли путем подачи документов через МФЦ и регистрации в Росреестре. 

От продажи доли дома ФИО2 получил произведенные расходы в полном объеме, и ему была учтена пониженная кадастровая стоимость объекта. При расчете Инспекция разделила расходы пополам.

Также пояснил, что в соответствии со ст. 41 НК РФ доход - это экономическая выгода, а не вмененный доход, как в данном случае. Налоги взыматься должны с выгоды, а не вмененного дохода. 

Представитель административного ответчика Межрайонной ИФНС России № 8 по г. Калининграду, представитель заинтересованного лица УФНС России по Калининградской области по доверенности ФИО6 в судебном заседании административные исковые требования не признал, поддержал доводы, изложенные в письменных возражениях

В письменных возражениях от 09.07.2020 года (т. 1 л.д. 55-60) со ссылкой на п.п.2 п. 1 ст. 228, п. 17.1 ст. 217, п.п. 2, 3, 4 ст. 217.1 НК РФ указано, что Инспекцией проведена камеральная налоговая проверка налоговой декларации по форме 3-НДФЛ ФИО1 в 2018 году, которая была представлена в связи с продажей в 2018 году земельного участка и жилого дома по договору купли-продажи от 11.12.2018 года. 

Поскольку жилой дом с земельным участком, являющиеся объектом продажи по договору купли-продажи от 11.12.2018 года, принадлежали продавцам менее пяти лет, доход, полученный от продажи, подлежит налогообложению в общем порядке. 

Согласно договору купли-продажи от 11.12.2018 продавцы: ФИО2 (1/2 доли) и ФИО1 (1/2 доли) продают, а покупатель ФИО7 покупает: индивидуальный жилой дом с КН №, по адресу: 

<

...>; земельный участок под строительство индивидуального жилого дома, площадью 

<

данные изъяты> кв.м. адрес ориентира: 

<

адрес>. Кадастровая стоимость жилого дома составляет 

<

данные изъяты> рублей, кадастровая стоимость земельного участка составляет 

<

данные изъяты> рублей. Общая кадастровая стоимость объектов – 

<

данные изъяты> рублей. Однако сторонами жилой дом оценен в 

<

данные изъяты> рублей; земельный участок - в 

<

данные изъяты> рублей. Общая стоимость объектов составила 

<

данные изъяты> рублей.

В представленной налоговой декларации 3-НДФЛ ФИО1 отражены следующие показатели: общая сумма дохода - 

<

данные изъяты> руб.; в том числе: от ФИО7 - 

<

данные изъяты> руб.; сумма имущественного вычета от продажи доли имущества - 0 руб.; сумма фактически произведенных и документально подтвержденных расходов, связанных с приобретением доли имущества - 

<

данные изъяты> руб.; сумма налога, подлежащая уплате в бюджет - 0 рублей; сумма налога, подлежащая возврату из бюджета - 1 рубль. 

Приводя положения п. 2 ст. 217.1 НК РФ, указывают, что согласно информации Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области по состоянию на 1 января 2018 года кадастровая стоимость жилого дома с КН № составляла 

<

данные изъяты> рублей, кадастровая стоимость земельного участка с КН № – 

<

данные изъяты> рублей. Общая кадастровая стоимость объектов недвижимого имущества - 

<

данные изъяты> рублей, что также отражено в п. 2 договора купли-продажи. 

Следовательно, общая кадастровая стоимость 1/2 доли земельного участка и 1/2 доли жилого дома по состоянию на 1 января 2018 года составляла 

<

данные изъяты>) рублей. С учетом понижающего коэффициента 0,7 доход ФИО1 составил 

<

данные изъяты> рублей. 

В связи с чем, в ходе налоговой проверки Инспекцией установлено занижение налоговой базы по налогу за 2018 год на сумму 

<

данные изъяты> рублей, в том числе сумма дохода от ФИО7 - 

<

данные изъяты>) рублей; сумма имущественного вычета - (+ 

<

данные изъяты>) рублей; сумма фактически произведенных и документально подтвержденных расходов, связанных с приобретением доли имущества - 0 (- 

<

данные изъяты>) рублей; сумма налога, подлежащая уплате в бюджет - 

<

данные изъяты> рублей; сумма налога, подлежащая возврату из бюджета - (- 1) рублей, о чем составлен Акт от 03.10.2019 № 832098049/1, который вручен ФИО1 лично 13.11.2019 года. 

По результатам рассмотрения материалов камеральной налоговой проверки и письменных возражений заявителя от 27.12.2019 Инспекцией принято Решение от 27.12.2019 № 542, которое 23.01.2020 вручено представителю заявителя по доверенности ФИО5 Указанным Решением о привлечении ФИО1 доначислен налог на доходы физических лиц в размере 

<

данные изъяты> руб., пени в сумме 

<

данные изъяты> руб., штраф в размере 

<

данные изъяты> руб. (с учетом смягчающих ответственность обстоятельств). 

Вопреки доводам истца, частичная уплата недоимки в размере 

<

данные изъяты> рублей произведена Заявителем только 26.12.2019, то есть после получения Акта от 03.10.2019 № 832098049/1, в котором установлен факт занижения налоговой базы и неуплаты налога, в связи с чем Заявитель подлежит привлечению к налоговой ответственности, предусмотренной ст. 122 НК РФ.

С 2019 года кадастровая стоимость, измененная на основании решений суда или комиссии об установлении рыночной стоимости объекта налогообложения, принятых после 1 января 2019 года, и внесенная в ЕГРН, будет учитываться при определении налоговой базы по налогу на имущество с начала налогообложения объекта по оспоренной кадастровой стоимости, а не с момента подачи заявления, то есть если налог на имущество рассчитан по кадастровой стоимости объекта с 2018 года, а заявление об оспаривании этой стоимости удовлетворено в 2019 году, то налогоплательщику пересчитают налоговые платежи с 2018 года. Указанное положение применяется к сведениям об изменении кадастровой стоимости, внесенным в ЕГРН по основаниям, возникшим с 1 января 2019 года (ч. 6 ст. 3 Федерального закона от 03.08.2018 № 334-ФЗ). Соответствующая позиция изложена в Письме ФНС России от 27.11.2018 № БС-4-21/22899@ «О применении для налогообложения сведений о кадастровой стоимости, установленной решениями комиссии или суда с 01.01.2019»; в Информации ФНС России «О порядке применения для налогообложения оспоренной кадастровой стоимости недвижимости». При этом, порядок применения установленной Судом или Комиссией кадастровой стоимости объекта недвижимости не для исчисления налоговой базы по налогу на имущество, а для иных предусмотренных законодательством целей, другой. В таких случаях установленная Судом или Комиссией кадастровая стоимость объекта недвижимости применяется с 1 января календарного года, в котором подано заявление о пересмотре кадастровой стоимости, до даты внесения очередных результатов определения кадастровой стоимости в ЕГРН (абзацы 3, 5 статьи 24.20 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ, пункт 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2015 №28). В обоснование своих доводов ссылаются также на Определение от 02.07.2019 № 1833-О Конституционного суда РФ.

Таким образом, Инспекцией правомерно и обоснованно определен в целях налогообложения размер полученного по Договору от 11.12.2018 ФИО1 дохода 

<

данные изъяты> рублей.

Ссылаясь на п. п. 1 п. 1, п. п. 1 п. 2, п. п. 2, 3 п. 2 ст. 220, ст. 217.1 НК РФ, указывает, что при продаже имущества, находившегося в собственности налогоплательщика менее установленного срока владения таким имуществом, налогообложению подлежит не полная сумма полученного дохода, а сумма дохода, уменьшенная на размер имущественного налогового вычета в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 220 Налогового кодекса, или на сумму фактически произведенных налогоплательщиком и документально подтвержденных расходов на приобретение этого имущества. 

Для подтверждения расходов, связанных со строительством жилого дома, находящегося по адресу: 

<

адрес>, ул. 

<

адрес>, ФИО1 представлены документы, в которых указано, что оплата расходов, связанных со строительством жилого дома, произведена ФИО2 Налоговые органы не оспаривают право и обязанность отца обеспечивать свою дочь, однако СК РФ не распространяется на правоотношения, установленные п. 2 ст. 220 НК РФ при определении размера имущественного налогового вычета. 

Поскольку расходы на строительство жилого дома фактически произведены не ФИО1, а иным лицом, ФИО2, Инспекцией при определении налоговой базы правомерно применен имущественный налоговый вычет, предусмотренный подпунктами 1 и 3 пункта 2 статьи 220 Налогового кодекса в пределах 1/2 доли, то есть 500 000 рублей. 

В результате занижения ФИО1 суммы дохода на 

<

данные изъяты> рублей, полученного по Договору от 11.12.2018, и завышения суммы налоговых вычетов на 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>) рублей, сумма налога, подлежащая уплате в бюджет, составила 

<

данные изъяты> рублей (

<

данные изъяты>)* 13%. 

Неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий 1 (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями 129.3 и 129.5 Налогового кодекса, влечет в соответствии с пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса взыскание штрафа в размере 20 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов).

Приводя положения п. 20 Постановления Пленума ВАС Российской Федерации от 30.07.2013 № 57, указывает, что, установив факт неполной уплаты налога вследствие занижения налоговой базы, Инспекция правомерно привлекла ФИО1 к налоговой ответственности. 

Кроме того, в Решении от 27.12.2019 № 542 представлен анализ наличия (отсутствия) у Заявителя смягчающих и отягчающих ответственность обстоятельств и установлено: совершение противоправного деяния впервые, неумышленно; частичная уплата налога в бюджет. В связи с чем, размер штрафа был снижен Инспекцией в четыре раза, то есть до 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>). Иных обстоятельств смягчающих ответственность Истцом не заявлено, налоговым органом не выявлено. На основании изложенного просит в удовлетворении заявленных требований отказать.

Также в письменных пояснениях (т. 2 л.д. 65-67) указал, что в разделе 2 строка «общая сумма налога, исчисленная к уплате» (строка 02.070)в колонке «по данным камеральной проверки, руб.» допущена опечатка, вместо суммы 

<

данные изъяты>) указана сумма 

<

данные изъяты>, что не повлияло на размер доначислений по итогам проверки. 

Приводя сравнительную таблицу начислений, указал, что расчет налога исходя из общей стоимости объектов значительно ниже, чем при расчете из стоимости каждого объекта в отдельности, таким образом, расчет задолженности, произведенный налоговым органом, не ухудшает положение налогоплательщика, в связи с чем не является основанием для отмены решения налогового органа.

Доводы Инспекции об отсутствии доказательства наличия у ФИО1 собственных денежных средств, отсутствие указания в документах несения расходов ФИО2, за ФИО1, о невозможности производить расходы за дочь не противоречит доводам в решении Управления о том, что расходы понесены не ФИО1 

В письменных пояснениях представитель Межрайонной ИФНС России № 8 по г. Калининграду ФИО6 (т. 2 л.д. 10-11) указал, что сформированный ФИО1 платежный документ от 26.12.2019 года о перечислении денежных средств в сумме 

<

данные изъяты> руб. со счета исполнен кредитной организацией 27.12.2019 года согласно сведениям, содержащимся в карточке «Расчеты с бюджетом», и отражен в информационном ресурсе Инспекции 30.12.2019 года. Решение о привлечении ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения от 27.12.2019 № 542 сформировано Инспекцией 27.12.2019 года. Сумма пени, соответствующая сумме налога, начисленного по Решению, в размере 

<

данные изъяты> руб. рассчитана в автоматическом режиме исходя из сведений, содержащихся в КРСБ ФИО1 по состоянию на дату формирования Решения – 27.12.2019г. Довод о неверном исчислении размера пени не заявлялся на стадии досудебного урегулирования спора. 

Также в письменных пояснениях (т. 2 л.д. 155-157) ФИО6 указал, что вне зависимости от способа продажи, по отдельным договорам купли-продажи, или по общему, двух и более объектов недвижимости в одном налоговом периоде, размер имущественного налогового вычета не может превышать 

<

данные изъяты> рублей в целом по всем объектам. Кроме того, законодательством установлен принцип единства судьбы земельного участка и расположенного на нем жилого дома (пп.5 п. 1 ст. 1 ЗК РФ), в рассматриваемом случае продажа земельного участка в одном налоговом периоде, а жилого дома в другом, невозможна. 

Результаты камеральной налоговой проверки ФИО2 не могут свидетельствовать о законности либо незаконности результатов проверки декларации ФИО1 То обстоятельство, что в ходе проведения проверки налоговой декларации ФИО2 были приняты доходы, исходя из кадастровой стоимости проданных объектов недвижимости по состоянию на 0.01.2019 года, не является основанием для признания незаконным оспариваемого решения.

Исследовав собранные по делу доказательства и дав им оценку в соответствии с требованиями ст. 84 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд приходит к следующему.

Как указано в п. 1 ст. 218 КАС РФ, гражданин, организация могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. 

При рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет в частности: 1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; 2) соблюдены ли сроки обращения в суд; 3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; 4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения (пункты 1, 2, 3 и 4 части 9 ст. 226 КАС РФ).

При этом в силу ч. 11 ст. 226 КАС РФ обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2016 года N 36 "О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации" исходя из статьи 178, части 8 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного дела об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, иных органов, организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении.

Учитывая изложенное, несостоятельны доводы стороны административного истца о том, что оспариваемое решение подлежит проверке только по основаниям, приведенным в административном иске.

Согласно п. 1 ст. 23 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщики обязаны: уплачивать законно установленные налоги (пп. 1); вести в установленном порядке учет своих доходов (расходов) и объектов налогообложения, если такая обязанность предусмотрена законодательством о налогах и сборах (пп. 3); представлять в налоговые органы и их должностным лицам в случаях и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, документы, необходимые для исчисления и уплаты налогов (пп. 6); нести иные обязанности, предусмотренные законодательством о налогах и сборах (пп. 9).

Согласно статье 106 Налогового кодекса РФ налоговым правонарушением признается виновно совершенное противоправное (в нарушение законодательства о налогах и сборах) деяние (действие или бездействие) налогоплательщика, налогового агента и иных лиц, за которое данным Кодексом установлена ответственность. При этом в соответствии с пунктом 6 статьи 108 того же Кодекса обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте налогового правонарушения и виновности лица в его совершении, возлагается на налоговые органы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 138 Налогового кодекса Российской Федерации акты налоговых органов ненормативного характера, действия или бездействие их должностных лиц могут быть обжалованы в вышестоящий налоговый орган и (или) в суд в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом и соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 219 КАС РФ, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В силу пункта 3 статьи 138 НК РФ в случае обжалования в судебном порядке актов налоговых органов ненормативного характера срок для обращения в суд исчисляется со дня, когда лицу стало известно о принятом вышестоящим налоговым органом решении по соответствующей жалобе, или со дня истечения срока принятия решения по жалобе (апелляционной жалобе), установленного пунктом 6 статьи 140 настоящего Кодекса.

Поскольку УФНС Калининградской области решение по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Межрайонной ИФНС № 8 по г. Калининграду № 542 от 27.12.2019 принято 17.03.2020 года (т. 1 лд 27-37), срок обращения в суд с административным иском ФИО1 соблюден, поскольку иск подан 17.06.2020 года. 

Из представленных документов следует, что ФИО1 являлась собственником 1/2 доли земельного участка площадью 864 кв. м. с КН №, расположенного по адресу: 

<

...>, право зарегистрировано 24.08.08.2016 года на основании договора дарения доли земельного участка от 13.08.2016 года, заключенного между ФИО8 (даритель) и ФИО1 (одаряемый) (т. 2 л.д. 102-116, т. 1 л.д. 153).

Также ФИО1 являлась собственником 1/2 доли жилого дома с КН №, по адресу: 

<

адрес>, ул. 

<

адрес>, право зарегистрировано 22.09.2016 года на основании договора дарения доли земельного участка от 13.08.2016 года, заключенного между ФИО8 (даритель) и ФИО1 (одаряемый) (т. 1 л.д. 152). 

Дата постановки дома на кадастровый учет – 13.09.2016 года (т. 2 л.д. 44-45), согласно кадастрового паспорта год ввода в эксплуатацию – 2016. Соответственно право на 1/2 долю указанного дома впервые было зарегистрировано за ФИО1 

Собственником указанных объектов недвижимости в 1/2 доле также является ФИО2

Согласно договору купли-продажи от 11.12.2018 продавцы: ФИО2 (1/2 доли) и ФИО1 (1/2 доли) продают, а покупатель ФИО7 покупает: индивидуальный жилой дом, с КН №, по адресу: 

<

адрес>, ул. 

<

адрес>; земельный участок под строительство индивидуального жилого дома, площадью 

<

данные изъяты> кв.м. адрес ориентира: 

<

адрес>, 

<

адрес>. Сторонами жилой дом оценен в 

<

данные изъяты> рублей; земельный участок - в 

<

данные изъяты> рублей. Общая стоимость объектов составила 

<

данные изъяты> рублей.

Подпунктом 2 п. 1 ст. 228 НК РФ предусмотрено, что физические лица производят исчисление и уплату налога на доходы физических лиц исходя из сумм, полученных от продажи имущества, принадлежащего этим лицам на праве собственности, и имущественных прав, за исключением случаев, предусмотренныхпунктом 17.1 статьи 217настоящего Кодекса, когда такие доходы не подлежат налогообложению.

Поскольку жилой дом с земельным участком, являющиеся объектом продажи по договору купли-продажи от 11.12.2018 года, принадлежали продавцам менее пяти лет, доход, полученный от продажи, подлежит налогообложению в общем порядке (п. 2 и п. 4 ст. 217.1 НК РФ).

Налоговая декларация формы 3-НДФЛ за налоговый период 2018 года представлена ФИО1 19.06.2019 года. Срок уплаты налога - до 15.07.2019 года

Как следует из материалов дела, Межрайонной ИФНС России № 8 по г. Калининграду 19.06.2019 года в отношении ФИО1 проведена камеральная налоговая проверка налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц по форме 3-НДФЛ за 2018 год (Корректировка № 1), регистрационный номер 832098049, представленной в Инспекцию 19.06.2019 года по почте вместе с приложенными документами, по результатам которой составлен акт налоговой проверки № 832098049/1 от 03.10.2019 года. 

Согласно данному акту налоговой проверкой установлено, что согласно представленной налогоплательщиком ФИО1 уточненной Декларации за 2018 год, подлежит возврату из бюджета налог в сумме 1 рубль по КБК №, ОКТМО 27701000. 

В приложении 1 «Доходы от источников РФ» отражена сумма дохода, полученного от продажи недвижимого имущества, а именно 1/2 доли земельного участка с КН № и 1/2 доли жилого дома с КН №, находящихся по адресу: 

<

адрес>, ул. 

<

адрес> в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

Сумма дохода полученного от 

<

данные изъяты>» ИНН/КПП № в размере 

<

данные изъяты> рублей, с суммой удержанного налога 

<

данные изъяты> рубля и доход от 

<

данные изъяты>» ИНН/КПП № в размере 

<

данные изъяты> рублей, с суммой налога удержанного 

<

данные изъяты> рублей. 

В приложении 6 «Вычеты по доходам от продажи имущества», в п. 1.4 «Сумма фактически произведенных и документально подтвержденных расходов, связанных с приобретением доли (долей) имущества», по строке 08.040 отражена сумма в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

Согласно представленному Налогоплательщиком Договору купли-продажи земельного участка с жилым домом от 11.12.2018, стороны оценили жилой дом в 

<

данные изъяты> рублей и земельный участок в 

<

данные изъяты> рублей. Общая стоимость объектов недвижимого имущества составляет 

<

данные изъяты> рублей. Соответственно стоимость 1/2 доли жилого дома ФИО9 составила 

<

данные изъяты> рублей, стоимость 1/2 доли земельного участка ФИО9 - 

<

данные изъяты> рублей. Общая стоимость 1/2 доли земельного участка и 1/2 доли жилого дома составляет 

<

данные изъяты> рублей. Право собственности на 1/2 долю земельного участка, с КН №, у ФИО9 возникло 24.08.2016 года в результате дарения доли земельного участка ФИО8 (мать) ФИО1 (дочь), что подтверждается договором дарения доли земельного участка от 13.08.2016 года и выпиской из ЕГРН. Право собственности на 1/2 долю жилого дома у ФИО9 возникло 22.09.2016 года. Согласно информации Федеральной Службы государственной регистрации, кадастра и картографии, по состоянию на 01.01.2018 года кадастровая стоимость жилого дома с КН № составляет 

<

данные изъяты> руб., кадастровая стоимость земельного участка с кадастровым номером № составляет 

<

данные изъяты> рублей. Общая кадастровая стоимость объектов недвижимого имущества по состоянию на 01.01.2018 года составляет 

<

данные изъяты> руб. Аналогичная информация по кадастровой стоимости реализуемых объектов недвижимого имущества отражена в пункте 2 Договора.

Таким образом, кадастровая стоимость 1/2 доли земельного участка, принадлежавшего Налогоплательщику, составила 

<

данные изъяты> руб., кадастровая стоимость 1/2 доли жилого дома, принадлежавшего Налогоплательщику - 

<

данные изъяты> руб. Общая кадастровая стоимость 1/2 доли земельного участка и 1/2 доли жилого дома по состоянию на 01.01.2018 года составляет 

<

данные изъяты> рублей. С учетом понижающего коэффициента 0,7, примененного к кадастровой стоимости недвижимого имущества - 

<

данные изъяты> рублей.

Таким образом, доходы ФИО9 от продажи объектов недвижимого имущества, 1/2 доли земельного участка и 1/2 доли жилого дома по адрес: 

<

адрес>, ул. 

<

адрес>, на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей, меньше чем кадастровая стоимость этих объектов по состоянию на 01.01.2018 года, в котором осуществлена государственная регистрация перехода права собственности на продаваемые объекты недвижимого имущества (16.12.2018), умноженная на понижающий коэффициент 0.7, которая составила 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> рублей (

<

данные изъяты> рублей). В связи с чем, в соответствии со ст. 217.1 НК РФ, в целях исчисления НДФЛ за 2018 год доходы ФИО9 от продажи 1/2 доли земельного участка и 1/2 доли жилого дома по адресу: 

<

адрес>, ул. 

<

адрес> принимаются Инспекцией равными 

<

данные изъяты> рублей.

По результатам анализа платежных документов, представленных в Инспекцию, установлено, что в нарушение п. 1 ст. 220 НК РФ ФИО1 необоснованно отражена сумма расходов в размере 

<

данные изъяты> рублей, при отсутствии документов, подтверждающих оплату произведенных ФИО1 расходов по строительству жилого дома. Оплата расходов, связанных со строительством жилого дома в период 2011-2012гг. была произведена ФИО2 Согласно представленному уведомлению о распределении фактических расходов на строительство жилого дома от 18.06.2019 между ФИО2 и ФИО1, ФИО2 уведомляет, что понесённые им расходы, связанные со строительством жилого дома с КН №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, ул. 

<

адрес>, произвел в интересах дочери ФИО1 

Инспекцией установлено, что ФИО2 (отец), при оплате расходов по строительству жилого дома в период 2011-2012гг. не мог производить расходов в интересах ФИО1 (дочери) в 2011, 2012 годы, поскольку право собственности на 1/2 земельного участка, на котором был построен жилой дом, у ФИО1 возникло только 24.08.2016 году. Ранее 1/2 доля земельного участка с КН № принадлежал матери ФИО9 ФИО8 

Инспекцией в адрес ФИО1 06.09.2019 направлено требование № 2080 от 04.09.2019 о необходимости представить пояснения по вопросу завышения суммы фактических произведенных расходов на строительство жилого дома в размере 

<

данные изъяты> рублей, на которое ФИО1 30.09.2019 представлены пояснения, согласно которым ФИО1 утверждает, что были представлены документы, для подтверждения расходов по строительств жилого дома. Иные документы, связанные со строительством жилого дома, за период с 24.08.2016 (дата регистрации права собственности на 1/2 долю земельного участка) по 22.09.2016 (дата регистрации права собственности на 1/2 долю на жилого дома) ФИО1 не представлены.

Проверкой установлено отсутствие платежных поручений, кассовых чеков, квитанций к приходным кассовым ордерам либо других платежных документов, подтверждающих фактически произведенные расходы ФИО1 по строительству жилого дома с КН №. 

На основании вышеизложенного, в нарушение статьи 210, 217.1 НК РФ Налогоплательщиком неправомерно занижена сумма дохода за 2018 год в части доходов, полученных от реализации объектов недвижимого имущества на сумму 

<

данные изъяты> рублей.

В разделе 1 «Суммы налога, подлежащие возврату из бюджета» необоснованно заявлена сумма налога, подлежащего возврату из бюджета в размере 1 рубль. По данным налоговой проверки, сумма, подлежащая возврату из бюджета отсутствует. Инспекцией при исчислении НДФЛ за 2018 год Налогоплательщику, в соответствии со ст. 220 НК РФ, предоставлен имущественный вычет в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

Таким образом, Налогоплательщиком в нарушение статей 210, 217.1, 220 Кодекса занижена налоговая база по НДФЛ за 2018 год на сумму 

<

данные изъяты> рублей.

По результатам камеральной налоговой проверки сделан перерасчет суммы налога на доходы физических лиц за 2018 год, согласно которой сумма налога, подлежащая уплате в бюджет составила 

<

данные изъяты> руб. (л.д. 104-112).

По результатам рассмотрения материалов камеральной налоговой проверки и письменных возражений от 27.12.2019 года Инспекцией принято Решение от 27.12.2019 № 542, которым ФИО1 привлечена к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного п. 1 ст. 122 НК РФ - неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями 129.3 и 129.5 настоящего Кодекса, предусматривающего ответственность в виде взыскания штрафа в размере 20 процентов от неуплаченной суммы налога (т. 1 л.д. 89-131). 

Установлено и не оспаривалось сторонами, что в представленной налоговой декларации 3-НДФЛ за налоговый период 2018 год ФИО1 отражены следующие показатели: общая сумма дохода - 

<

данные изъяты> руб.; в том числе: от ФИО7 - 

<

данные изъяты> руб.; сумма имущественного вычета от продажи доли имущества - 

<

данные изъяты> руб.; сумма фактически произведенных и документально подтвержденных расходов, связанных с приобретением доли имущества - 

<

данные изъяты> руб.; сумма налога, подлежащая уплате в бюджет - 

<

данные изъяты> рублей; сумма налога, подлежащая возврату из бюджета - 

<

данные изъяты> рубль. 

В решении указано, что не приняты доводы налогоплательщика в отношении применения для расчета НДФЛ кадастровой стоимости жилого дома с КН № на основании решения комиссии по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости № 683 от 30.04.2019 года.

В обоснование приведены положения ст. 24.20 ФЗ от 29.07.1998 года № 135 ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации", а также указано, что заявление о пересмотре результатов определения кадастровой стоимости поступило в Управление Росреестра по Калининградской области 22.04.2019, в указанном решении не указана дата начала применения кадастровой стоимости, установленной решением комиссии. На основании изложенного датой применения кадастровой стоимости, установленной решением № 683 от 30.04.2019 года, является 01.01.2017 года.

Со ссылкой на ст. 217.1 НК РФ указано, что поскольку на 01.01.2018 года кадастровая стоимость проданного дома составила 

<

данные изъяты> рублей, кадастровая стоимость земельного участка – 

<

данные изъяты> рублей. Следовательно, кадастровая стоимость 1/2 доли жилого дома – 

<

данные изъяты> рублей, 1/2 доли земельного участка 

<

данные изъяты> рублей. На основании изложенного, при расчете налоговой базы в соответствии со ст. 217.1 НК РФ от продажи имущества, доход от продажи 1/2 доли дома и 1/2 доли земельного участка составил 

<

данные изъяты> руб.

В отношении указанных налогоплательщиком в декларации расходов на строительство жилого дома по адресу 

<

адрес>, в решении указано, что в представленных налогоплательщиком документах указано, что оплата расходов, связанных со строительством жилого дома, была произведена в период 2011-2012 годов ФИО2 

В уведомлении о распределении фактических расходов на строительство жилого дома от 18.06.2019 между ФИО1 и ФИО2 последний уведомил, что расходы в период 2011-2012 года произвел в интересах несовершеннолетней дочери ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в соответствии со ст. 60 СК РФ.

Инспекция указала, что в представленных договорах подряда, платежных поручениях, кассовых чеках, актах выполненных работ не указано, что ФИО2 производит расходы за дочь, которая являлась в период 2011-2012 года несовершеннолетней. Сведения о наличии у ФИО1 в 2011-2012 году собственных денежных средств отсутствуют, в инспекцию не представлены. Таким образом ФИО2 нес расходы по строительству дома из собственных денежных средств. ФИО2 (отец), при оплате расходов по строительству жилого дома в период 2011-2012гг. не мог производить расходов в интересах ФИО1 (дочери) в 2011, 2012 годы, поскольку право собственности на 1/2 земельного участка, на котором был построен жилой дом, у ФИО1 возникло только 24.08.2016 году. Ранее 1/2 доля земельного участка с КН № принадлежал матери ФИО9 ФИО8 

Установлено отсутствие платежных документов, подтверждающих фактически произведенные расходы ФИО1 по строительству вышеназванного жилого дома.

Доводы о принятии расходов, заявленных налогоплательщиком по строительству жилого дома не принимаются инспекцией, с указанием, что в представленных документах указано о производстве оплат ФИО2, не указано, что эти расходы производятся за ФИО1, не представлено доказательств наличия собственных денежных средств у ФИО1 в 2011-2012 году. 

Со ссылкой на п. 4 ст. 60 СК РФ указано, что расходы, понесенные из собственных денежных средств ФИО2, не могут считаться расходами, понесенными ФИО1 Установлено отсутствие платежных документов, подтверждающих фактические расходы ФИО1 по строительству жилого дома.

Таким образом, инспекция установила, что в нарушение статьи 210, 217.1 НК РФ неправомерно занижена сумма дохода за 2018 год в части доходов, полученных от реализации объектов недвижимого имущества на сумму 

<

данные изъяты> руб..

В нарушение ст. 220 НК РФ неправомерно завышена сумма налоговых вычетов в части произведенных расходов по строительству жилого дома на сумму 

<

данные изъяты> рублей.

Указано о предоставлении налогового вычета в размере 

<

данные изъяты> рублей на основании ст. 220 НК РФ.

Указано, что таким образом в нарушение статей 210, 217.1 НК РФ занижена налоговая база по НДФЛ за 2018 год на сумму 

<

данные изъяты> рублей.

С указанием на наличие смягчающих ответственность обстоятельств – несоразмерность деяния тяжести наказания (совершение впервые, неумышленно), частичной уплаты налога в бюджет платежным поручением от 26.12.2019 в размере 

<

данные изъяты> рублей, штрафные санкции снижены в 4 раза, до 

<

данные изъяты> рублей, привлечена к ответственности в виде штрафа в указанном размере.

Вменена к оплате недоимка по НДФЛ за 2018 год, по сроку уплаты 15.07.2019 года, в размере 

<

данные изъяты> рублей. Начислены в соответствии со ст. 75 НК РФ пени по состоянию на 27.12.2019 в размере 

<

данные изъяты> рублей за период с 16.07.2019 по 27.12.2019 года (т. 2 л.д. 12)

Решением УФНС России по Калининградской области от 17.03.2020 года № 06-12/07254 апелляционная жалоба ФИО1 на решение № 594 от 27.12.2019 года оставлена без удовлетворения (т. 1 л.д. 27-37).

Решением от 15.10.2020 года (т. 2 л.д. 166) о частичной отмене решения от 27.12.2019 года № 542 установлено неправомерное завышение начисленного размера пени на сумму 

<

данные изъяты> руб. в связи с отсутствием на дату формирования решения № 542 в информационных ресурсах налоговых органов уплаченной 26.12.2019 года суммы налога 

<

данные изъяты> рублей. Постановлено решение от 27.12.2019 года № 542 отменить в части излишне начисленной инспекцией суммы пени в размере 

<

данные изъяты> руб.

Рассматривая доводы административного иска о незаконности решения № 594 от 27.12.2019 года, суд приходит к следующему. 

Доводы о незаконности решения, принятого без учета частичной оплаты НДФЛ 26.12.2019 в размере 

<

данные изъяты> рублей несостоятельны.

Как следует их п. 20 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 57 "О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации" в силу статьи 122 НК РФ занижение налоговой базы, иное неправильное исчисление налога или другие неправомерные действия (бездействия) налогоплательщика образуют состав предусмотренного данной нормой правонарушения лишь в том случае, если такие действия (бездействия) привели к неуплате или неполной уплате сумм налога, то есть к возникновению задолженности по этому налогу.

Поэтому судам надлежит исходить из того, что по смыслу взаимосвязанных положений упомянутых норм занижение суммы конкретного налога по итогам определенного налогового периода не приводит к возникновению у налогоплательщика задолженности по этому налогу, в связи с чем не влечет применения ответственности, предусмотренной статьей 122 НК РФ, в случае одновременного соблюдения следующих условий: на дату окончания установленного законодательством срока уплаты налога за налоговый период, за который налоговым органом начисляется недоимка, у налогоплательщика имелась переплата сумм того же налога, что и заниженный налог, в размере, превышающем или равном размеру заниженной суммы налога; на момент вынесения налоговым органом решения по результатам налоговой проверки эти суммы не были зачтены в счет иных задолженностей налогоплательщика. Если при указанных условиях размер переплаты был менее суммы заниженного налога, налогоплательщик подлежит освобождению от ответственности в соответствующей части.

В данном случае сумма размере 

<

данные изъяты> рублей внесена после даты окончания установленного законодательством срока уплаты налога за налоговый период 2018 года, за который налоговым органом начисляется недоимки, на 15.07.2019 года переплаты НДФЛ не имелось, а следовательно отсутствует необходимая совокупность оснований для освобождения от ответственности по ст. 122 НК РФ. 

По доводам о том, что при расчете НДФЛ не учтено, что решением комиссии по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости № 683 от 30.04.2019 года кадастровая стоимость составила не 

<

данные изъяты> руб., а 

<

данные изъяты> руб. суд приходит к следующему.

Согласно ч. 5 ст. 217.1 НК РФ в случае, если доходы налогоплательщика от продажи объекта недвижимого имущества меньше, чем кадастровая стоимость этого объекта по состоянию на 1 января года, в котором осуществлена государственная регистрация перехода права собственности на продаваемый объект недвижимого имущества, умноженная на понижающий коэффициент 0,7, в целях налогообложения налогом доходы налогоплательщика от продажи указанного объекта принимаются равными кадастровой стоимости этого объекта по состоянию на 1 января года, в котором осуществлена государственная регистрация перехода права собственности на соответствующий объект недвижимого имущества, умноженной на понижающий коэффициент 0,7. В случае, если кадастровая стоимость объекта недвижимого имущества, указанного в настоящем пункте, не определена по состоянию на 1 января года, в котором осуществлена государственная регистрация перехода права собственности на указанный объект, положения настоящего пункта не применяются.

Как следует из решения № 594 от 27.12.2019 года, налоговым органом расчет налоговой базы произведен путем умножения суммы кадастровых стоимостей жилого дома в размере 

<

данные изъяты> рублей, и земельного участка в размере 

<

данные изъяты> рублей - указанных в выписках из ЕГРН, истребованных налоговым органом, на понижающий коэффициент 0,7 и последующего деления на 2 (1/2 доля). Поскольку общая сумма доходов налогоплательщика по договору купли-продажи от 11.12.2018 года – 

<

данные изъяты> рублей (1/2 от 

<

данные изъяты> рублей) получилась менее полученного числа – 

<

данные изъяты> рублей, указано о занижении налогоплательщиком налоговой базы, указанной в декларации как 

<

данные изъяты> рублей.

Действительно, в выписке ЕГРН указано, что кадастровая стоимость здания с КН №, по адресу: 

<

адрес>, ул. 

<

адрес>, установленная на дату 13.09.2016 года, составляет 

<

данные изъяты> рублей, дата утверждения 06.05.2017 года. 

Статья 24.18 Федерального закона от 29.07.1998 г. N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" допускает возможность пересмотра кадастровой стоимости, определенной в рамках проведенной государственной кадастровой оценки, путем ее установления в размере рыночной стоимости.

Между тем, налоговым органом не учтено, что 30.04.2019 состоялось Решение комиссии по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости при Управлении Росреестра по Калининградской области № 683, принятого по заявлению от 22.04.2019 года об оспаривании кадастровой стоимости объекта здания с КН №, поданного на основании установления рыночной стоимости объекта в размере 

<

данные изъяты> рублей по состоянию на 13.09.2016 года, установленной в отчете об оценке. 

В результате рассмотрения заявления комиссией установлено отличие рыночной стоимости объекта недвижимости от кадастровой стоимости, определенной в размере 

<

данные изъяты> рублей по состоянию на 13.09.2016 года (акт определения кадастровой стоимости от 06.05.2017 года) на 58%. 

Комиссия решила: определить кадастровую стоимость объекта недвижимости с КН № в размере его рыночной стоимости, равной 

<

данные изъяты> рублей, установленной в отчете об оценке.

Указанное решение имелось в распоряжении налогового органа на момент принятия оспариваемого решения № 594.

Доводы оспариваемого решения Межрайонной ИФНС № 8 по г. Калининграду о том, что в Решении комиссии по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости при Управлении Росреестра по Калининградской области № 683 от 30.04.2019 года не указана дата начала применения кадастровой стоимости несостоятельны, поскольку в 

Решении № 683 от 30.04.2019 прямо указано, что кадастровая стоимость объекта недвижимости с КН № определена в размере его рыночной стоимости, равной 

<

данные изъяты> рублей, установленной в отчете об оценке, тогда как в отчете об оценке стоимость определена по состоянию на 13.09.2016 года. Также в Решении № 683 от 30.04.2019 прямо указано, что установлено отличие рыночной стоимости объекта недвижимости от кадастровой стоимости, определенной в размере 

<

данные изъяты> рублей по состоянию на 13.09.2016. 

Кроме того, в ст. 24.18 ФЗ от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" законодателем прямо определено, что в случае оспаривания результатов определения кадастровой стоимости рыночная стоимость объекта недвижимости должна быть установлена на дату, по состоянию на которую установлена его кадастровая стоимость. 

Федеральный законодатель установил общие правила исполнения обязанности по уплате налогов, предусмотрев в ст. 41 гл. 7 НК РФ, посвященной объектам налогообложения, общие принципы определения доходов, согласно которым доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с гл. 23 "Налог на доходы физических лиц" и гл. 25 "Налог на прибыль организаций" данного кодекса. В силу положений ст. 3 НК РФ налоги и сборы должны иметь экономическое основание и не могут быть произвольными, все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (пп. 3 и 7) ("Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2018)"). При указанных обстоятельствах несостоятельны доводы Решения № 542 от 27.12.2019 года о не принятии кадастровой стоимости в размере 

<

данные изъяты> рублей, установленной решением № 683 от 30.04.2019 года, со ссылкой на то, что в указанном решении не указана дата начала применения кадастровой стоимости, поскольку законодателем указано, что в случае оспаривания результатов определения кадастровой стоимости рыночная стоимость объекта недвижимости должна быть установлена на дату, по состоянию на которую установлена его кадастровая стоимость.

Кроме того, исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в п. 5 Постановления Конституционного Суда РФ от 05.07.2016 N 15-П оценка объектов недвижимости, проведенная по правилам оценочной деятельности, во всяком случае обеспечивает определенность в правоотношениях, прежде всего налоговых, создавая предпосылки к законному и справедливому налогообложению, соответствующему правомерным ожиданиям субъектов этих правоотношений, и делая возможным само установление налогов. Такая оценка - безотносительно к ее результатам и применяемым методам - образует необходимое условие формальной и экономической обоснованности налогообложения, что позволяет налогоплательщикам исполнить свою конституционную обязанность, уплачивая налоги в законном, справедливом и предсказуемом размере, и обеспечивает им обусловленную требованиями Конституции Российской Федерации защиту от произвольных решений. 

Таким образом, кадастровая стоимость в размере 

<

данные изъяты> рублей решением комиссии № 683 от 30.04.2019 установлена в размере 

<

данные изъяты> рублей по состоянию на дату 13.09.2016 года, а следовательно именно данная кадастровая стоимость подлежала применению для расчета налогооблагаемой базы налога на доходы физических лиц в отношении объекта недвижимости с КН №. 

При этом суд также учитывает, что положениями статьи 24.20 ФЗ от 29.07.1998 N 135-ФЗ (в ред. ФЗ от 31.07.2020) "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" определено, что кадастровая стоимость объекта недвижимости применяется для целей, предусмотренных законодательством Российской Федерации, со дня внесения сведений о ней в Единый государственный реестр недвижимости, за исключением случаев, установленных настоящей статьей. Так, кадастровая стоимость объекта недвижимости применяется для целей, предусмотренных законодательством Российской Федерации, со дня начала применения кадастровой стоимости, изменяемой вследствие: установления кадастровой стоимости в результате рассмотрения споров о результатах определения кадастровой стоимости объекта недвижимости.

Суд полагает, что при указанных обстоятельствах доводы оспариваемого решения о применении положения ст. 24.20 ФЗ от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" в части применения кадастровой стоимости с 1 января года, в котором подано соответствующее заявление о пересмотре кадастровой стоимости, но не ранее внесения в ЕГРН кадастровой стоимости, в рассматриваемом случае применению не подлежат. 

При расчете налогооблагаемой базы по принципу, примененному налоговым органом, сумма кадастровых стоимостей дома и земельного участка, умноженных на понижающий коэффициент 0,7, менее суммы дохода, полученного от продажи объектов ФИО1 по договору купли-продажи (

<

данные изъяты> /земельный участок/ = 

<

данные изъяты>).

Между тем, налоговым органом не учтено, что жилой дом и земельный участок являются отдельными самостоятельными объектами недвижимости, а следовательно при расчете налогооблагаемой базы надлежало проверять соотношение кадастровой стоимости и суммы дохода от продажи каждого объекта недвижимости отдельно, а не их совокупности, что следует из положений ч. 5 ст. 217.1 НК РФ, прямо указывающей об объекте недвижимости в отдельности. При этом ссылка налогового органа в письменных пояснениях на пп.5 п. 1 ст. 1 ЗК РФ о принципе единства судьбы земельного участка и расположенного на нем жилого дома не свидетельствует о том, что указанный принцип подлежит применению при определении налогооблагаемой базы налога на доходы физических лиц в рамках налоговых правоотношений, поскольку указанный принцип не исключает возможность отчуждения дома и земельного участка отдельно друг от друга. Не указано в НК РФ и о том, что в случае продажи нескольких объектов недвижимости в пределах одного налогового периода – в данном случае 2018 года – налогооблагаемая база должна определяться путем сравнения сложения кадастровых стоимостей всех проданных в течение года объектов недвижимости, умноженных на понижающий коэффициент, с суммой сложения доходов от продажи всех проданных в течение налогового периода объектов недвижимости.

Поскольку кадастровая стоимость дома с применением коэффициента составляет 

<

данные изъяты> рублейх0,7= 

<

данные изъяты> рублей:2 = 

<

данные изъяты> рублей, а доход ФИО1 от продажи дома, указанный в договоре купли-продажи, составил 

<

данные изъяты>), для определения налогооблагаемой базы применяется кадастровая стоимость, т.к. доход от продажи меньше, т.е. 

<

данные изъяты> рублей.

Кадастровая стоимость земельного участка составляет 

<

данные изъяты> рублей х 0,7 = 

<

данные изъяты>, 1/2 доли – 

<

данные изъяты> рублей. Сумма дохода от продажи земельного участка по договору купли-продажи – 

<

данные изъяты>, 1/2 доли – 

<

данные изъяты> Т.е. доходы от продажи земельного участка больше, чем кадастровая стоимость с учетом понижающего коэффициента и доли ФИО1, а следовательно при расчете налогооблагаемой базы в отношении земельного участка должна применяться сумма полученного дохода. 

Таким образом, налогооблагаемая база, подлежавшая включению в налоговую декларацию ФИО1, составляет = 

<

данные изъяты> рублей (

<

данные изъяты>), тогда как ФИО1 указано 

<

данные изъяты> рублей. Т.е. налогооблагаемая база по НДФЛ за 2018 год при подаче декларации ФИО1 занижена.

При рассмотрении доводов административного иска о незаконном неучете налоговым органом фактически понесенных расходов по строительству жилого дома суд приходит к следующему.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 220 Кодекса налогоплательщики при определении налоговой базы по НДФЛ имеют право на получение имущественного налогового вычета при продаже имущества, а также доли (долей) в нем.

Согласно абзацу первому подпункта 1 пункта 1 статьи 220 Налогового кодекса Российской Федерации при определении размера налоговой базы в соответствии с пунктом 3 статьи 210 данного Кодекса налогоплательщик имеет право на получение имущественных налоговых вычетов в суммах, полученных налогоплательщиком в налоговом периоде от продажи жилых домов, квартир, комнат, включая приватизированные жилые помещения, дач, садовых домиков или земельных участков и долей в указанном имуществе, находившихся в собственности налогоплательщика менее минимального предельного срока владения объектом недвижимого имущества, установленного в соответствии со статьей 217.1, не превышающем в целом 

<

данные изъяты> рублей. 

Подпунктом 3 пункта 2 статьи 220 НК РФ предусмотрено, что при реализации имущества, находящегося в общей долевой либо общей совместной собственности, соответствующий размер имущественного налогового вычета по НДФЛ распределяется между совладельцами этого имущества пропорционально их доле либо по договоренности между ними (в случае реализации имущества, находящегося в общей совместной собственности), не превышающем в целом 

<

данные изъяты> рублей.

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 220 НК РФ предусмотрено, что вместо получения имущественного налогового вычета в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 220 Кодекса налогоплательщик вправе уменьшить сумму своих облагаемых налогом доходов на сумму фактически произведенных им и документально подтвержденных расходов, связанных с приобретением этого имущества.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 в налоговый орган в подтверждение расходов на строительство ИЖД представлены договоры подряда, платежные поручения, подтверждающие внесение денежных средств по договорам подряда и актам выполненных работ путем безналичного перечисления платежными поручениями за период с 20.10.2009 по 24.04.2012 года, всего на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей (с учетом неверного указания в перечне расходов суммы 

<

данные изъяты> рублей по платежному поручению от 22.06.2011 года № 36 – фактически сумма 

<

данные изъяты> рублей), а также кассовые и товарные чеки за период с 04.08.2010 по 15.12.2011 года на сумму 

<

данные изъяты> руб. 

Каких-либо претензий по содержанию сумм либо назначению платежей, как и претензий по перечню оплаченных чеками товаров в указанных платежных документах налоговым органом в оспариваемом решении не отражено. 

Как следует из платежных поручений, указанные денежные средства перечислены ФИО2, договоры также заключены указанным лицом.

В обоснование непринятия указанных денежных средств к зачету, влекущему уменьшение облагаемых налогом доходов в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 220 Кодекса, налоговый орган указал – не указано, что ФИО2 производит оплату расходов в указанный период за дочь ФИО1, отсутствуют доказательства наличия у ФИО1 в 2011-2012 году собственных денежных средств, невозможность производства оплаты ФИО2 за ФИО1 в 2011-2012 году в связи с возникновением права собственности на земельный участок, на котором построен дом, у ФИО1 24.08.2016 года.

Из оспариваемого решения следует, что налоговым органом при исчислении НДФЛ за 2018 предоставлен имущественный вычет в размере 

<

данные изъяты> рублей в соответствии со ст. 220 НК РФ.

Вместе с тем, налоговым органом не учтено, что в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 220 Налогового кодекса Российской Федерации при определении размера налоговой базы в соответствии с пунктом 3 статьи 210 данного Кодекса налогоплательщик имеет право на получение имущественных налоговых вычетов в суммах, полученных налогоплательщиком в налоговом периоде от продажи жилых домов, квартир, комнат, включая приватизированные жилые помещения, дач, садовых домиков или земельных участков и долей в указанном имуществе находившихся в собственности налогоплательщика менее минимального предельного срока владения объектом недвижимого имущества, установленного в соответствии со статьей 217.1, не превышающем в целом 

<

данные изъяты> рублей, а подпунктом 2 пункта 2 статьи 220 НК РФ предусмотрено вместо получения такого имущественного налогового вычета право уменьшить сумму своих облагаемых налогом доходов на сумму фактически произведенных им и документально подтвержденных расходов, связанных с приобретением этого имущества.

Т.е., исходя из конструкции положений п.п. 1. п. 1 ст. 220 НК РФ, налоговый вычет при продаже объектов недвижимости предоставляется отдельно в отношении каждого из объектов недвижимости в пределах определенной законом суммы, или в отношении одного из объектов – вместо налогового вычета могут учитываться фактические расходы, связанные с приобретением этого имущества.

При продаже в одном налоговом периоде нескольких объектов недвижимого имущества в отношении доходов, полученных от продажи одного из объектов недвижимого имущества, налогоплательщик вправе заявить имущественный налоговый вычет в размере, установленном подпунктом 1 пункта 2 статьи 220 Кодекса и не превышающем в целом 

<

данные изъяты> рублей, а доход от продажи другого объекта уменьшить на сумму фактически произведенных им и документально подтвержденных расходов, связанных с приобретением этого объекта (Письмо Министерства финансов России от 24.03.2020 N 03-04-05/22755).

Учитывая изложенное, налоговый вычет при продаже разных объектов недвижимого имущества в период одного налогового периода налогоплательщик вправе получить отдельно в отношении каждого из проданных объектов, или в отношении одного из объектов – применить уменьшение на сумму фактически произведенных им и документально подтвержденных расходов, связанных с приобретением этого объекта.

При этом суд учитывает, что из договора купли-продажи от 11.12.2018 года следует, что земельный участок и жилой дом продавались как два разных объекта с определением цены отдельно за каждый из продаваемых объектов (т. 1 л.д. 156-159).

В данном случае ФИО1 просила учесть фактические расходы на строительство жилого дома, понесенные ее отцом в период, когда она была несовершеннолетней, в отношении земельного участка таких заявлений не имелось и документов в порядке подпункта 2 пункта 2 статьи 220 НК РФ в отношении земельного участка не предоставлялось.

Таким образом, в отношении земельного участка подлежит применению подпункт 1 пункта 1 статьи 220 Налогового кодекса Российской Федерации, влекущий предоставление имущественного налогового вычета в сумме 

<

данные изъяты> рублей, поскольку ФИО1 являлась собственником 1/2 доли земельного участка, сумма от продажи которого составила в указанной доле 

<

данные изъяты> рублей, как следует из договора купли-продажи от 11.12.2018 года.

Вместо получения имущественного налогового вычета за продажу жилого дома (который также составлял бы 

<

данные изъяты> рублей исходя из 1/2 доли ФИО1 и суммы от продажи дома) ФИО1 просила уменьшить сумму своих облагаемых налогом доходов на сумму фактически произведенных и документально подтвержденных расходов, связанных с приобретением этого имущества.

Суд учитывает, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т. 1 л.д. 161), является дочерью ФИО2, что подтверждается свидетельством о рождении (т. 1 л.д. 163), т.е. достигла совершеннолетия 16.05.2012 года. 

Представленные налоговому органу фактически произведенные и документально подтвержденные расходы на строительство жилого дома произведены в период, когда ФИО1 являлась несовершеннолетней.

В представленном налоговому органу уведомлении о распределении фактических понесенных расходов на строительство жилого дома ФИО2 указал, что для целей получения имущественного налогового вычета по НДФЛ, предусмотренного п.п.2 п. 1 ст. 220 НК РФ, он, будучи законным представителем несовершеннолетней дочери ФИО1 в период до 16.05.2012 года, уведомляет, что фактические расходы, понесенные им в связи со строительством жилого дома, в размере 

<

данные изъяты> руб., произвел в интересах ФИО1 (т. 1 л.д. 160).

Как следует из правовой позиции, высказанной в Определении Конституционного Суда РФ от 16.07.2013 N 1220-О в соответствии с абзацем вторым подпункта 1 пункта 1 статьи 220 Налогового кодекса Российской Федерации при определении размера налоговой базы по налогу на доходы физических лиц налогоплательщик вправе уменьшить сумму своих облагаемых налогом доходов на сумму фактически произведенных им и документально подтвержденных расходов, связанных с получением этих доходов. При этом тот факт, что законодатель не предусмотрел перечень конкретных расходов, связанных с приобретением квартиры, которые могут быть учтены налогоплательщиками при определении размера налоговой базы, нельзя рассматривать как ограничение их прав. Такое регулирование направлено на предоставление налогоплательщикам возможности в каждом конкретном случае, исходя из особенностей их экономической деятельности, учесть любые необходимые фактически произведенные и документально подтвержденные расходы, связанные с приобретением в собственность жилой недвижимости, с учетом многообразия видов таковых.

Суд учитывает, что согласно кадастрового паспорта индивидуальный жилой дом с КН № поставлен на кадастровый учет 13.09.2016 года, год ввода дома в эксплуатацию – 2016 год, т.е. в период 2009-2012 года осуществлялось строительство данного дома, что налоговым органом не опровергнуто, и право собственности на указанный дом зарегистрировано после ввода его в эксплуатацию за ФИО2 и ФИО1 в 1/2 доле за каждым как за первоначальными собственниками. 

Доказательств, что до приобретения ФИО1 права собственности в 1/2 доле на указанный дом указанная доля принадлежала на праве собственности иному лицу, налоговым органом в оспариваемом решении № 594 от 27.12.2019 года не приведено, и таковых доказательств в суд не представлено. Доводы же о том, что ранее земельный участок с КН №, на котором построен жилой дом, принадлежал иному лицу, не свидетельствуют о том, что находящийся в стадии строительства жилой дом, расположенный на указанном земельном участке, на период несения заявленных расходов на строительство, принадлежал предыдущему собственнику 1/2 доли данного земельного участка ФИО8 Таких допустимых достоверных доказательств стороной административного ответчика не представлено, и в оспариваемом решении не приведено. 

Исходя из правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 13.03.2008 N 5-П норму абзаца четвертого подпункта 2 пункта 1 его статьи 220 следует рассматривать также во взаимосвязи с соответствующими нормами Гражданского кодекса Российской Федерации и Семейного кодекса Российской Федерации.

Согласно Гражданскому кодексу Российской Федерации правоспособность гражданина возникает в момент его рождения (статья 17), в ее содержание входит, в частности, возможность иметь имущество на праве собственности (статья 18); способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, т.е. по достижении восемнадцатилетнего возраста (пункт 1 статьи 21); за несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет (малолетних), сделки (действия, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей) могут совершать от их имени только их законные представители, прежде всего родители, которые несут имущественную ответственность по этим сделкам, если не докажут, что обязательство было нарушено не по их вине (статья 28). Семейным кодексом Российской Федерации устанавливается, что ребенком признается лицо, не достигшее возраста восемнадцати лет (совершеннолетия) (пункт 1 статьи 54); ребенок имеет право на защиту своих прав и законных интересов; защита прав и законных интересов ребенка осуществляется в первую очередь родителями (пункт 1 статьи 56); родители являются законными представителями своих детей и выступают в защиту их прав и интересов в отношениях с любыми физическими и юридическими лицами (пункт 1 статьи 64).

Статья 38 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, согласно которой семья находится под защитой государства, а забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей, предполагает как позитивные обязанности государства по поддержанию, в том числе финансовому, семьи, так и конституционные обязанности родителей в отношении детей. Исполнение данной обязанности родителями не должно приводить к неравенству в сфере налогообложения, вызванному ошибками при взимании налогов.

Как участники отношений общей долевой собственности несовершеннолетние дети обязаны в силу Гражданского кодекса Российской Федерации нести бремя содержания принадлежащего им имущества (статья 210), включая участие в уплате налогов в отношении этого имущества (статья 249), что предполагает обязанность совершения от их имени необходимых юридических действий родителями, в том числе применительно к обязанности по уплате налогов.

С учетом общей цели правового регулирования предоставления налоговых вычетов и системной взаимосвязи положений подпункта 2 пункта 1 статьи 220 Налогового кодекса Российской Федерации законодатель, закрепляя право на имущественный налоговый вычет по налогу на доходы физических лиц, имел в виду только тех налогоплательщиков, которые израсходовали собственные денежные средства на приобретение недвижимости и в силу этого приобретают данное право. Несовершеннолетние же дети, неся бремя уплаты налогов как сособственники, не могут рассматриваться как полностью самостоятельные субъекты налоговых правоотношений, возникающих при применении указанных положений Налогового кодекса Российской Федерации, поскольку они в силу закона не могут совершать самостоятельно юридически значимые действия в отношении недвижимости и в связи с этим в полной мере являться самостоятельными плательщиками налога на доходы физических лиц.

Исходя из конституционного принципа равного налогового бремени при подоходном налогообложении требуется учет экономического положения не только конкретного налогоплательщика, но и несовершеннолетних членов его семьи. Между тем право на получение в полном объеме имущественного налогового вычета налогоплательщиком, оплатившим за счет собственных средств приобретение совместно с несовершеннолетними детьми в общую долевую собственность объекта недвижимости, в Налоговом кодексе Российской Федерации не предусмотрено, что приводит к ущемлению прав таких налогоплательщиков.

Также Конституционный суд в Определении Конституционного Суда РФ от 27.01.2011 N 25-О-О указал, что нормы главы 23 Налогового кодекса Российской Федерации в силу статей 19 и 207 данного Кодекса в равной мере применяются ко всем физическим лицам независимо от их возраста. При декларировании доходов расчет налоговой базы, исчисление и уплату налога, согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 228 Кодекса, физические лица производят самостоятельно, исходя из сумм, полученных от продажи имущества, принадлежащего этим лицам на праве собственности, и сумм, соответствующих доходу каждого - как родителя, так и ребенка, поскольку в силу статьи 60 Семейного кодекса Российской Федерации ребенок имеет право на доходы, получаемые им, в том числе на доходы от продажи доли в праве собственности на квартиру. При этом лица, выступающие в качестве законных представителей физического лица в соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации, в подобных случаях признаются представителями несовершеннолетнего физического лица - налогоплательщика (пункт 2 статьи 27 Налогового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, предусмотренное абзацем первым подпункта 1 пункта 1 статьи 220 право уменьшить налогооблагаемую базу по налогу на доходы физических лиц на размер предусмотренного данным положением вычета, распределяемого между совладельцами пропорционально их долям (абзац третий), имеет каждый налогоплательщик, в том числе несовершеннолетний, в связи с чем оспариваемое заявителем законодательное регулирование, направленное на реализацию прав и совершеннолетних, и несовершеннолетних налогоплательщиков, не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе.

Исходя из смысла, изложенного в указанных судебных постановлениях Конституционного суда РФ, тот факт, что в период строительства жилого дома ФИО1 являлась несовершеннолетней, и расходы на строительство дома, в том числе и 1/2 доли, зарегистрированной в последующим за ФИО1, за ФИО1 нес ее отец, являющийся в тот период ее законным представителем, и на котором лежала обязанность содержания несовершеннолетнего ребенка, не лишает возможности ФИО1, как налогоплательщику налога на доходы физических лиц в 2018 году, заявить о таких расходах в целях применения подпункта 2 пункта 2 статьи 220 НК РФ в отношении себя. Иное означало бы, что указанный налогоплательщик, расходы на строительство доли дома которого в период его несовершеннолетия нес за него его родитель, поскольку ребенок не обладал гражданской дееспособностью, и ставший совершеннолетним в период начисления НДФЛ при продаже недвижимого имущества, расходы на строительство которого были понесены в период его несовершеннолетия его законным представителем, поставлен в худшее положение по сравнению с другими плательщиками налога на доходы физических лиц, поскольку лишается возможности применения подпункта 2 пункта 2 статьи 220 НК РФ.

Однако ФИО1 в данном праве отказано по причине отсутствия у нее собственного дохода в период несовершеннолетия, тогда как налоговым органом не учтено, что ФИО1 в период ее несовершеннолетия в данном случае при строительстве жилого дома, собственником которого она стала, вступала в гражданские правоотношения, связанные со строительством жилого дома, через своего отца, являющегося ее законным представителем и действовавшего в ее интересах. Отсутствие у ФИО1 собственных доходов в период 2009-2012 годов (до совершеннолетия) обусловлено объективными причинами, используя которые, налоговый орган ставит административного истца в неравное положение по сравнению с другими участниками подобных правоотношений.

При указанных обстоятельствах суд полагает незаконным отказ налогового органа об учете расходов, понесенных на строительство жилого дома, при расчете налогооблагаемой базы в отношении ФИО1 

Учитывая изложенное, вместо имущественного налогового вычета применяется в отношении жилого дома уменьшение суммы облагаемых налогом доходов на сумму фактически произведенных и документально подтвержденных расходов, связанных с приобретением этого имущества.

ФИО1 представлены расходы на сумму 

<

данные изъяты> руб., поскольку сумма налогооблагаемой базы за дом 

<

данные изъяты> рублей, то вычет на сумму расходов применяется в данной сумме. Как указано выше, вычет за земельный участок, как за отдельный объект – 

<

данные изъяты> рублей. Всего вычетов - 

<

данные изъяты> руб., т.е. ФИО10 в декларации по форме 3-НДФЛ неправомерно завышена сумма налоговых вычетов (в строке 02.040 декларации).

Разница между суммой дохода и вычетами 

<

данные изъяты> рублей – 

<

данные изъяты> руб. = 

<

данные изъяты> рублей, т.е. окончательная налогооблагаемая база составляет 

<

данные изъяты> рублей, соответственно сумма подлежащего уплате до 15.07.2019 года НДФЛ за 2018 год составляет 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> х 13%), а следовательно оспариваемое решение налогового органа является незаконным в части начисления недоимки по НФДЛ в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Учитывая, что ФИО1 в декларации указана подлежащая уплате сумма НДФЛ в размере 

<

данные изъяты> рублей (строка 02.150 декларации), ФИО1 обоснованно привлечена к налоговой ответственности по п. 1 ст. 122 НК РФ.

Однако, поскольку ответственность по п. 1 ст. 122 НК РФ определена в размере 20% от неуплаченной суммы налога, подлежит изменению указанный в решении № 594 от 27.12.2019 года размер подлежащего взысканию с ФИО1 штрафа с учетом указанных в решении обстоятельств, влекущих снижение штрафных санкций в четыре раза, соответственно штраф составляет 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты>: 4), а следовательно оспариваемое решение является незаконным в части указания размера штрафа 

<

данные изъяты> рублей. 

Также подлежит снижению указанная в решении сумма подлежащего уплате налога на доходы физических лиц с 

<

данные изъяты> рублей до 

<

данные изъяты> рублей.

В отношении подлежащих взысканию пени в порядке ст. 75 НК РФ, правомерно исчисленных вследствие неуплаты налога в установленный законом срок, указанный в решении размер подлежащих взысканию пени подлежит уменьшению. При этом суд учитывает, что пени следует учитывать за период до 26.12.2019 года, поскольку ФИО1 внесен платеж в уплату налога 

<

данные изъяты> рублей 26.12.2019 года.

Таким образом, с учетом подлежащего уплате налога в размере 

<

данные изъяты> 

рублей, размер пени составляет: с 16.07.2019 по 28.07.2019 

<

данные изъяты> (ставка 

<

данные изъяты>)

<

данные изъяты> руб.; с 29.07.2019 по 08.09.2019 

<

данные изъяты> руб.; с 09.09.2019 по 27.10.2019 

<

данные изъяты> руб.; с 28.10.2019 по 15.12.2019 

<

данные изъяты> руб.; с 16.12.2019 по 26.12.2019 

<

данные изъяты>. Общий размер пени составляет 

<

данные изъяты> рублей, а следовательно решение № 594 от 27.12.2019 года в части указания пени в большей сумме является незаконным.

Оснований для отменены решения Межрайонной ИФНС России № 8 по г. Калининграду в полном объеме, как того требует административный истец, суд не усматривает по вышеуказанным основаниям.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 175-180 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать незаконным решение Межрайонной инспекции ФНС России № 8 по г. Калининграду № 542 от 27.12.2019 года в части: 

- начисления недоимки по налогу на доходы физических лиц вследствие занижения налоговой базы при получении дохода от продажи имущества в размере 

<

данные изъяты> рублей, обязать снизить указанную в решении сумму до 

<

данные изъяты> рублей;

- размера штрафа вследствие неуплаты (неполной уплаты, неперечислении налога в бюджет) налога на доходы физических лиц за 2018 год в размере 

<

данные изъяты> рублей, обязать снизить указанную в решении сумму до 

<

данные изъяты> рублей;

- начисления пени в соответствии со ст. 75 НК РФ по налогу на доходы физических лиц в размере 

<

данные изъяты> рублей (с учетом решения Межрайонной ИФНС России № 8 по г. Калининграду от 15.10.2020 года о частичной отмене решения от 27.12.2019 года № 542), обязать снизить размер пени до 

<

данные изъяты> руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Московский районный суд г. Калининграда в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено 02 ноября 2020 года. 

Судья