Дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 января 2019 г. г. Новороссийск

Октябрьский районный суд г. Новороссийска Краснодарского края в составе председательствующего Схудобеновой М. А.,

при секретаре Свистельник К. А.

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2,

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4,

представителя ответчика ФИО5 – ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО7, ФИО3, ФИО5 о признании недействительными сделок, совершенных гражданином не способным понимать значение своих действий и руководить ими, о применении последствий недействительности сделок, о признании права собственности на жилое помещение, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам о признании недействительными сделок, совершенных гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, о применении последствий недействительности сделок, о признании права собственности на жилое помещение.

В обоснование иска указано, что истец является инвалидом второй группы, вынужден обратиться за защитой нарушенных прав и законных интересов в суд, в связи с тем, что в январе 2016 года истец был приглашен в суд Октябрьского района г. Новороссийска в качестве ответчика по иску ФИО5 о выселении его и членов его семьи: ФИО8, ФИО9, ФИО10 - из квартиры, по адресу: 

<

адрес>., и снятии с регистрационного учета истца и членов его семьи. Как позже выяснилось, ФИО5 стала новым собственником квартиры, в которой проживает истец с семьей. Ни его, ни членов его семьи никто не поставил в известность о том, что их единственное жилье, по которому продолжается судебный спор, было трижды переоформлено на третьих лиц. 

26 мая 2015 г. был заключен договор займа между сыном истца - ФИО10 и ФИО7. Согласно договору займа ФИО10 получил денежные средства в размере 400 000 рублей. В качестве обеспечения обязательств по своевременному и полному возврату заемных денежных средств, уплате процентов и пени, был заключен договор залога от 26.05.2015 г., в рамках которого залоговым имуществом является двухкомнатная квартира общей площадью 44,4 кв.м., по адресу: 

<

адрес>. 

Буквально через четыре месяца после заключения договоров займа и залога ФИО7 обратилась в суд с иском о взыскании суммы долга по договору займа и обращения взыскания па эту квартиру. Сын истца - ФИО10 - скрывал данный факт от родителей, пока не были присланы повестки в суд. Решением Октябрьского районного суда г. Краснодара от 08.02.2016 г. были взысканы денежные средства на общую сумму 1 116 446 рублей, и обращено взыскание на указанную квартиру. Данное решение было обжаловано вплоть до Верховного Суда, но безрезультатно. Исполнительное производство по решению суда не возбуждалось. 

Позже, 14.09.2016 г. той же судьей вынесено определение, которым признали право собственности на квартиру за ФИО7

После заключения указанных договоров займа и залога, истец и вся семья (супруга ФИО8, престарелая мать ФИО9, сын ФИО10) остаются без единственного для них жилья (вышеуказанной квартиры). Считает, что заключенные договор залога и договор займа, являются ничтожными, поскольку заключены в период, когда ФИО10 был неспособен понимать значение своих действий и руководить ими, так как он страдает органическим бредовым расстройством в связи со смешанными заболеваниями, что подтверждается документами из «ГБЗУ ГПНД Новороссийского филиала», и выписными эпикризами. У ФИО10 отсутствовал самостоятельный экономический интерес к совершаемой им сделке. Неспособность ФИО10 понимать значение своих действий и руководить ими, подтверждается медицинскими документами. 

Просил признать договор займа от 26.05.2015 г. и договор залога от 26.05.2015 г., заключенные между ФИО10 и ФИО7 - недействительными; применить последствия недействительности договора залога и договора займа от 26.05.2015 г., обязав стороны возвратить все полученное в натуре; признать право собственности на квартиру, площадью 44,4 кв.м., кадастровый (условный номер) 23:47:9:2003-240, по адресу : 

<

адрес>, за ФИО10; ФИО5 исключить из числа собственников квартиры, расположенной по адресу : 

<

адрес>, партизан 

<

адрес>.

В ходе подготовки дела к слушанию и в судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО2 уточнила исковые требования, указав в заявлении, что заключенные договор залога и договор займа являются недействительными, поскольку заключены в период, когда ФИО10 был не способен понимать значение своих действий и руководить ими, так как страдает органическим бредовым расстройством в связи со смешанными заболеваниями, что подтверждается документами из «ГБЗУ ГПНД Новороссийского филиала», выписными эпикризами и имеющимся в деле заключением судебно-психиатрической экспертизы. У ФИО10 отсутствовал самостоятельный экономический интерес к совершаемой им сделке.

Неспособность ФИО10 понимать значение своих действий и руководить ими может быть подтверждена показаниями свидетелей ФИО8, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 и другими лицами.

Согласно заключению комиссии экспертов от 05.03.2018г. № 592 судебно-психиатрической экспертизы, сделаны выводы, что указанные изменения со стороны психической деятельности ФИО10 выражены столь значительно, что лишали его способности на период мая 2015 г., в том числе на момент заключения договора займа и залога от 26.05.2015 г., понимать значение своих действий и руководить ими.

20.04.2018 г. по решению Октябрьского районного суда г. Новороссийска ФИО10 признан недееспособным, является инвалидом второй группы в связи с психическим заболеванием.

Согласно имеющимся в материалах дела заверенных копий правоустанавливающих документов, предоставленных по запросу Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кк, единственное жилье ФИО1 и его семьи было неоднократно переоформлено с нарушениями закона на ответчиков.

Во-первых, как видно из представленных документов, 03.10.2016г. судья Октябрьского районного суда г. Краснодара Кочетова Т.Э. направила копии заверенных решения суда от 08.02.2016 г. и определения от 14.09.2016г. для исполнения в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кк. В определении судьи Кочетовой Т.Э. от 14.09.2016 г. указано, что данное определение является основанием для регистрации права собственности. Указанное определение на момент направления его для исполнения в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по КК, не вступило в законную силу. Однако на копии определения стоит штамп о вступлении его в законную силу 30.09.2016 г., что не соответствует действительности. В материалах дела № 33-22782/17 (лист дела 183) имеется апелляционное определение Краснодарского краевого суда от 01.08.2017 г.., которым частная жалоба ФИО10 осталась без удовлетворения, а определение от 14.09.2016г. без изменения. Следовательно, квартира находилась в споре и была оформлена с нарушением закона.

Во-вторых, все последующие сделки по перепродаже указанной квартиры были оформлены также с нарушением закона. Так, ФИО7 спустя месяц после оформления квартиры в собственность, 29.11.2016 г. заключила договор купли продажи с ФИО3 

Также быстро, 10.12.2016 г. ФИО3 заключает договор купли-продажи квартиры с ФИО5

Во всех подписанных ответчиками договорах купли продажи квартиры нарушаются п.п. 4,8,9,10, так как в квартире зарегистрированы и продолжают проживать прежние владельцы, никто из ответчиков и их представителей не осматривали квартиру, которая до сих пор находится в споре и т.д.

Гражданский Кодекс РФ в качестве самостоятельного основания возникновения, изменения, прекращения гражданских прав и обязанностей называет судебное решение (пп. 3 п. 1 ст. 8 ГК РФ). С 01.01.2017 г. государственный кадастровый учет и регистрация прав на недвижимое имущество осуществляются в соответствии с Федеральным законом от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости». Согласно ч. 5 ст. 1 Закона о регистрации государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ. Закон о регистрации относит вступившие в законную силу судебные акты к основаниям для государственной регистрации права (п. 5 ч. 2 ст. 14 Закона о регистрации). Представленный на государственную регистрацию судебный акт должен иметь отметку о вступлении его в законную силу. Требования к содержанию решений судов и порядку их вступления в законную силу установлены ст.ст.198, 209, 329, 335, 367, 375, 391 ГПК РФ, ст.ст. 170, 180, 195, 271, 307 АПК РФ.

В настоящем случае при оформлении права собственности на квартиру, принадлежащую ФИО10, ответчиками, судебный акт, на основании которого проводилась процедура оформления, не мог иметь штамп о вступлении его в законную силу.

Именно недобросовестные действия ФИО7 и ее представителей, которые были уведомлены о поступивших частных жалобах на определение Октябрьского районного суда г. Краснодара от 14.09.2016г., привели к незаконному оформлению квартиры.

В соответствии с п.п. 1 и 2 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином не способным понимать значение своих действий или руководить ими, является оспоримой, то есть недействительной в силу признания ее таковой судом.

Пунктом 2 ст. 166 ГК РФ установлено, что оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость (абзац 2 пункта 1 статьи 171 ГК РФ).

Просит суд признать договор займа от 26.05.2015г., заключенный между ФИО10 и ФИО7, недействительным и применить последствия недействительности указанного договора. Признать договор залога от 26.05.2015г., заключенный между ФИО10 и ФИО7, недействительным и применить последствия недействительности указанного договора. Признать договор купли-продажи квартиры, площадью 44,4 кв.м., кадастровый (условный номер) 23:47:9:2003-240, по адресу: 

<

адрес>, от 29.11.2016 г., заключенный между ФИО7 и ФИО3, недействительным и применить последствия недействительности указанного договора. Признать договор купли-продажи квартиры по адресу: 

<

адрес>, от 29.11.2016 г., заключенный между ФИО3 и ФИО5, недействительным и применить последствия недействительности указанного договора. Признать право собственности на квартиру, площадью 44,4 кв.м., кадастровый (условный номер) 23:47:9:2003-240, по адресу: 

<

адрес>, за ФИО10.

В судебное заседание истец не явился, как пояснила суду представитель истца, ему известно о времени и месте рассмотрения спора, истец не желает принимать личного участия, поскольку он лежачий больной и у него есть представитель и не желает подавать заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Суд признал неявку истца не уважительной и рассмотрел дело в его отсутствие. 

Представитель истца в судебном заседании требования поддержала по основаниям, изложенным в иске и заявлениях об их уточнении. Уточнила, что о нарушенном жилищном праве истец узнал в январе 2017 года, в заявлениях она допустила опечатку, указав январь 2016 года. Так же уточнила, что оспаривается договор от 10.12.2016 г. между ФИО3 и ФИО5, она так же допустила опечатку в уточненных исках. Настаивала на требованиях, с учетом избранного способа защиты права, а предложения суда по уточнению иска, явке в суд истца для выяснения его воли ввиду общей доверенности, предложение суда об обращении в прокуратуру, находит не обоснованными и выходящими за рамки действий суда, определенных законом. Не указала, какие последствия недействительности каждого из оспариваемых договоров просит суд применить, не указала жилищные права истца, в результате чего, нарушаются оспариваемыми договорами. У нее отсутствуют медицинские документы, касающиеся состояния здоровья ФИО10, считает достаточным имеющиеся в деле заключение экспертов и копии эпикризов. Дату выдачи эпикриза на л.д. 24 Т.1 и основания его выдачи, указать не может. Указывает, что для истца, 

<

адрес> партизан в 

<

адрес> является единственным жильем. Просила иск удовлетворить, по основаниям оспоримости всех сделок, которые просит признать недействительными и признать за ФИО10 право собственности на квартиру.

Ответчик ФИО7 по вызову суда не явилась, уведомлена надлежащим образом, об уважительных причинах неявки суд не известила, суд признал неявку не уважительной и рассмотрел дело в ее отсутствие. ФИО7 через своего представителя по доверенности ФИО15 предоставила в суд возражение, в котором не согласилась с заявленными требованиями и указала, что в связи с ненадлежащим исполнением заемщиком ФИО10 обязательств по договору займа, заключенному 26.05.2015 г. между ней и ФИО10, она как займодавец была вынуждена обратиться в суд за зашитой своих нарушенных прав. 

Решением Октябрьского районного суда г. Краснодара от 08.02.2016 г. исковые требования ФИО7 к ФИО10 о расторжении договора займа, взыскании суммы займа, процентов, пени и обращении взыскания на заложенное имущество были удовлетворены частично. Указанным решением суда договор займа № 1 от 26.05.2015 года, заключенный между ФИО7 и ФИО10, расторгнут; с ФИО10 в пользу ФИО7 взыскана сумма займа в размере 400 000 рублей, сумма процентов за пользование займом в размере 166 466 рублей, сумма пени в размере 550 000 рублей, а также обращено взыскание на заложенное имущество, с установлением начальной продажной цены заложенного имущества в размере 1 900 000 рублей.

Решение было оставлено Краснодарским краевым судом без изменения. 

Определением Октябрьского районного суда г. Краснодара от 14.09.2016 г. был разъяснен порядок исполнения решения суда от 08.02.2016 года, которым ФИО10 исключен из числа собственников квартиры по адресу : 

<

адрес>, а за ФИО7 признано право собственности на указанную квартиру.

ФИО10 была подана частная жалоба на указанное определение суда от 14.09.2016 г., которая определением Октябрьского районного суда г. Краснодара от 11.10.2016 г. была возвращена в адрес заявителя, ввиду пропуска им процессуального срока для обжалования определения, отсутствия ходатайства о восстановлении пропущенного срока.

Впоследствии, несмотря на поданные ФИО10 жалобы, определение от 14.09.2016 г. было оставлено Краснодарским краевым судом без изменения.

Ранее в письменных возражениях представителя ФИО10 - ФИО2 и в апелляционной и кассационной жалобах самого ФИО10 уже были изложены доводы и указаны требования о том, что в спорном объекте недвижимости зарегистрированы и проживают сам ФИО10. а также ФИО1. ФИО8 и ФИО9, что также было подтверждено справкой ОП (УО) г. Новороссийска Краснодарского края № 1243 от 26.01.2016 года. Эти доводы и требования уже были рассмотрены как судом первой инстанции, так и судами апелляционной и кассационной инстанций по ранее рассмотренному гражданскому делу Октябрьским районным судом г. Краснодара.

Ввиду изложенного, решение Октябрьского районного суда г. Краснодара от 08.02.2016 года было неоднократно обжаловано ФИО10 в вышестоящие инстанции, неоднократно суды апелляционной и кассационной инстанций исследовали обстоятельства гражданского дела, в том числе о факте проживающих лиц в спорном объекте. Решение Октябрьского районного суда г. Краснодара от 08.02.2016 года вступило в законную силу 31.05.2016 года.

Полагает, что требования ФИО1 к ФИО7 о признании недействительными договора займа № 1 от 26.05.2016 года и договора залога № 1 от 26.05.2016 года, заключенных между ФИО7 и ФИО10, не могут быть рассмотрены настоящим судом, так как данные обстоятельства ранее уже были рассмотрены Октябрьским районным судом г. Краснодара, а в последствии неоднократно судом апелляционной и кассационной инстанций, которым была дана соответствующая правовая опенка. ФИО1 выбран ненадлежащий способ зашиты своих «якобы» нарушенных прав. В случае, если им будет доказан факт его нарушенных прав, он вправе обратиться в суд, рассматривавший гражданское дело ФИО7 к ФИО10 с заявлением о пересмотре решения суда по вновь открывшимся обстоятельствам.

По сроку исковой давности указывает, что ФИО7 обратилась 15.12.2015 года в Октябрьский районный суд г. Краснодара за защитой своих нарушенных прав к ФИО10 с иском о расторжении договора займа, взыскании суммы займа, процентов, пени и обращении взыскания на заложенное имущество. 

В материалах этого гражданского дела, начиная с 25.12.2015 года, имеются сведения о доставке судебных телеграмм с уведомлением, из которых следует, что как лично ФИО10. так и лично его мать - ФИО8 получали судебные извещения о дате, времени и месте судебного разбирательства, откуда следует, что указанные лица знали о существующем судебном споре еще с 25.12.2015 г. (с даты первой судебной телеграммы), могли обратиться в суд с настоящими требованиями ранее, поскольку ФИО10, ФИО1, ФИО8 и ФИО9 являются родственниками, ведут общее совместное хозяйство и проживают по настоящее время все вместе по адресу: 

<

адрес>.

Кроме того, доказательствами того, что указанные лица знали о данном споре являются многочисленные ходатайства ФИО10 об отложении судебного заседания (например, ходатайство от 26.12.2015 года, л.д. 30 гражданского дела Октябрьского р/с г. Краснодара), письменные возражения относительно требований искового заявления его представителя (от 27.01.2016 года, л.д. 39-42 указанного дела), как и являются указанные выше многочисленные частные, апелляционные и кассационные жалобы на судебные постановления Октябрьского районного суда г. Краснодара.

Неоднократно по адресу места жительства ФИО10 из суда первой инстанции, апелляционной и кассационной инстанций были направлены как судебные извещения о проведении судебных разбирательств, так и копии судебных актов.

ФИО1 обратился в настоящий суд с требованиями к ФИО7 и другим лицам о признании недействительной сделки по ст. 177 ГК РФ, указывая, что в момент совершения сделки между ФИО7 и ФИО10, последний находился в момент ее совершения в состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий, только 06.04.2017 года.

Поскольку в абзаце 1 п. 2 ст. 177 ГК РФ указывается оспоримая сделка, то согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности для нее составляет один год. 

Поскольку ФИО10, ФИО1, ФИО8 и ФИО9, знали о текущем между ФИО7 и ФИО10 споре в Октябрьском районном суде г. Краснодара, начиная с 25.12.2015 года, срок исковой давности за обращением в суд за зашитой их «якобы» нарушенных прав истек 25.12.2016 года. Однако, ФИО1 обратился с настоящим иском в суд только 06.04.2017 года, то есть за пределами срока исковой давности. Кроме того, согласно тексту искового заявления, подписанного лично ФИО1, ему стало известно о наличии договора займа и договора залога из спора, рассматриваемого Октябрьским районным судом г. Краснодара, когда ему домой почтой были доставлены повестки о вызове в суд ФИО10.

При личных встречах, как до подписания договора займа и договора залога, как в момент их составления и подписания сторонами, так и после их заключения ФИО10 вел себя адекватно, находился в абсолютно здравом уме, размышлял логически, отдавал отчет своим действиям, своими действиями подтверждал всю ясность совершаемых им действий и волеизъявлений.

Пунктом 7.9. договора займа и п. 6.6. договора залога установлено, что «стороны подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях. Текст договора прочитан сторонами, содержание договора сторонам понятно, замечаний и дополнений к договору не имеется».

Кроме того, в подтверждение своих намерений, в течение нескольких месяцев, заемщик ежемесячно производил оплату по договору займа исправно, в установленные договором порядке и сроки, тогда как в соответствии с п. 72 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации, сторона сделки, из поведения которой явствует воля сохранить силу оспоримой сделки, не вправе оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки (пункт 2 статьи 166 ГК РФ).

Подтверждением того, что ФИО10 понимал и осознавал свои действия, как до совершения сделки, заключенной с ФИО7, как в момент ее заключения, так и после ее заключения, являются следующие факты. При рассмотрении гражданского дела Октябрьским районным судом г. Краснодара, в адрес суда лично от имени ФИО10 и за его подписью были поданы ряд ходатайств, частных, апелляционных и кассационных жалоб. 

Также, 26.01.2016 года от имени ФИО10 на имя ФИО2 была выдана доверенность № 23АА5409156, удостоверенная нотариусом Новороссийского нотариального округа Краснодарского края ФИО16, которая при выдаче доверенности установил личность ФИО10, а также проверила его дееспособность (л.д. 38 гражданского дела Октябрьского районного суда г. Краснодара).

28.01.2017 года от имени ФИО10 и ФИО1 была составлена доверенность на имя ФИО17 и ФИО2 № 23АА6661045, согласно которой нотариус Новороссийского нотариального округа Краснодарского края ФИО18 при выдаче доверенности также установил личность ФИО10 и ФИО1, а также проверил дееспособность каждого (л.д. 176-177 гражданского дела Октябрьского районного суда г. Краснодара).

Помимо изложенного, при рассмотрении настоящего гражданского дела Октябрьским районным судом г. Новороссийска, Истец по делу ссылается, что ФИО10 не мог понимать значение своих действий, ссылаясь на то, что самим ФИО10 в материалы гражданского дела, рассматриваемого Октябрьским районным судом г. Краснодара были представлены медицинские справки о состоянии его здоровья. Данные доводы считает несостоятельными и необоснованными ввиду следующего.

Согласно медицинской справке МБУЗ «Городская поликлиника», ФИО10 был на приеме у врача-невролога (л.д. 43 гражданского дела Октябрьского районного суда г. Краснодара). Из справки МСЭ-2007 № 1147462 следует, что ФИО10 имеет вторую группу инвалидности бессрочно, заболевание получено им во время прохождения военной службы (л.д. 45-46 указанного гражданского дела).

Доводы о том, что ФИО10 страдает психическими расстройствами, доказательства, подтверждающие, что он в момент совершения сделки «якобы» не был способен понимать значение своих действий, ФИО1 пытается предоставить только в настоящем гражданском деле, прилагая новые медицинские документы, выданные на имя ФИО10, вводя суд в заблуждение, так как представленные в материалы настоящего гражданского дела медицинские справки не подтверждают факт недееспособности ФИО10, наличие психического отклонения.

Действия ФИО10, ФИО19, ФИО8 и ФИО9 указывают на недобросовестность, так как они знали о «якобы» недееспособности и психических отклонениях ФИО10, однако, при рассмотрении гражданского дела Октябрьским районным судом г. Краснодара не указали данные доводы и обстоятельства, не предоставили таких доказательств для всестороннего и объективного рассмотрения дела судом, что указывает на то, что ФИО1 действует противоречиво и недобросовестно, ввиду чего в соответствии со ст. 10 ГК РФ он лишился права ссылаться на обстоятельства, указывающие на недействительность оспариваемых сделок.

ФИО1 не доказал, что его сын ФИО10 находился на момент совершения и исполнения оспариваемых сделок в состоянии, при котором он не был бы способен понимать значение своих действий и руководить ими. 

Заключение эксперта подлежит оценке наряду и в совокупности с другими доказательствами по делу.

Истцом не представлено вступившее в законную силу решения суда о признании ФИО10 ограниченно дееспособным либо недееспособным как до совершения сделки между ФИО7 и ФИО10, так и после ее совершения.

ФИО7, не имея специальных познаний в области психиатрии, не могла предположить, что при оформлении указанных договоров ФИО10 не понимал значения своих действий и не мог руководить ими. Принятые на себя обязательства по договору займа № 1 от 26.05.2015 года ФИО7 исполнила надлежащим образом и в полном объеме, что подтверждается собственноручно составленной распиской ФИО10 ФИО7 является добросовестным контрагентом. Поведение ФИО10 было нормальным. 

После вступления в законную силу решения Октябрьского районного суда г. Краснодара от 08.02.2016 года и определения Октябрьского районного суда г. Краснодара от 14.09.2016 года, ФИО7 распорядилась принадлежащим ей имуществом по своему усмотрению, и продала спорный объект недвижимости ФИО3 по договору купли-продажи от 29.11.2016 года.

Просила суд в удовлетворении требований искового заявления ФИО1 к ФИО7, ФИО3 и ФИО5 отказать.

Ответчик ФИО3 по вызову суда не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие, о чем уведомил суд письменно, вследствие чего дело рассмотрено в отсутствие ответчика. 

Представитель ФИО3 по доверенности - ФИО4 в судебном заседании против удовлетворения иска возражал, указав, что истец ФИО1 пропустил установленный ст. 181 ГК РФ годичный срок исковой давности для оспариваемых договоров займа и залога. ФИО1 не является стороной оспоримой сделки, в связи с чем не вправе требовать признания ее недействительной. Истцом избран не надлежащий способ защиты права. Оспариваемые договоры не касаются жилищных прав истца. Ранее заключенные договор займа и залога от 26.05.2015 г. были оценены всесторонне и признаны законными Октябрьским районным судом г. Краснодара. Решением Октябрьского районного суда г. Краснодара от 08.02.2016 г. договор займа расторгнут, решение вступило в законную силу, следовательно, в природе оспариваемый договор займа уже не существует. Нельзя признать недействительным договор, действие которого прекращено судебным актом. ФИО3 распорядился принадлежащим ему имуществом на законных основаниях. Сделка возмездная и ничего противозаконного, не содержит. Доказательств, подтверждающих, что именно на момент сделки ФИО10 не способен был понимать значение своих действий и руководить ими, не представлено в полном объеме. На момент подачи искового заявления ФИО1 не был установлен опекуном ФИО10, в связи с чем не имел права предъявлять исковые требования. Сам же иск подан в защиту личных интересов ФИО1, а не ФИО10. Последующее признание ФИО10 недееспособным не имеет правового значения, так как лицо признается таковым после вступления в законную силу решения суда. На момент совершения оспариваемых сделок ФИО10 являлся дееспособным. Доказательств его психического расстройства в момент совершения сделок истцом не представлено. ФИО7 являлась надлежащим собственником в момент заключения договора купли-продажи от 29.11.2016 г. с ФИО3, так как документ-основание возникновения у нее права собственности – определение Краснодарского краевого суда от 14.09.2016 г. - отменен или изменен не был. Она являлась добросовестным контрагентом. Истцу было известно о судебном процессе в г. Краснодаре, в связи с поступлением по адресу его проживания многочисленных судебных извещений еще с декабря 2015 г. Просил применить последствия пропуска срока исковой давности. Просил в удовлетворении уточненного иска отказать полностью.

Ответчик ФИО5 по вызову суда не явилась, уведомлена надлежащим образом, как пояснил суду ее представитель она не желает принимать личное участие в рассмотрении дела, суд признал неявку ответчика не уважительной и рассмотрел дело в ее отсутствие. Представитель ФИО5 по доверенности – ФИО6 в судебном заседании представил возражение на исковое заявление ФИО1, в котором привел доводы, аналогичные описанным в возражении ФИО7 и ФИО3. Дополнительно в возражении указал, что ФИО5 является добросовестным приобретателем спорной квартиры, так как она приобрела квартиру у ФИО3 возмездно по договору купли-продажи от 10.12.2016 г.

Поскольку она является третьим собственником спорной квартиры после ФИО10, то истец избрал ненадлежащий способ защиты, так как в данном случае права лица, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 ГК Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

При этом требования ФИО1 о применении последствий недействительности договора займа от 26.05.2015 г. и договора залога от 26.05.2015 г., а также договоров купли-продажи от 29.11.2016 г. и 10.12.2016 г. не влекут восстановление права собственности ФИО10 на спорную квартиру и возникновение основания для признания за ним права собственности на спорную квартиру, так как право собственности на спорную квартиру возникло у ФИО7 не на основании оспариваемых договоров займа и залога, а на основании судебного акта – определения Октябрьского районного суда г. Краснодара от 14.09.2016 г., которое было оставлено без изменения Краснодарским краевым судом. 

Признание их недействительными не может отменить основание возникновения права собственности на квартиру у ФИО7 - определение Октябрьского районного суда г. Краснодара от 14.09.2016 г., в связи с чем впоследствии заключенный ею договор купли-продажи квартиры с ФИО3, а также заключенный договор ФИО3 с ФИО5 – не могут быть признаны недействительными. Удовлетворение же такого требования может означать подмену вступившего в законную силу судебного акта и изменение, переоценку обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными актами. 

Пояснил, что ФИО5 является добросовестным приобретателем этой квартиры, покупала ее у ФИО3 и не знала о том, что квартира находится в споре. На момент покупки ФИО3 пояснил, что в квартире фактически живут прежние владельцы, которые раньше должны были съехать, но не сделали этого, хотя прав собственности и пользования на квартиру не имеют, в связи с неудобствами сделал скидку на квартиру, почему ФИО5 и согласилась на покупку квартиры. Обо всех обстоятельствах, которые истец указал в исковом заявлении, она не знала и не могла знать. Просил применить последствия пропуска срока исковой давности. Просил в удовлетворении иска отказать полностью.

Привлеченные по инициативе истца ФИО1 третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО8, ФИО10, ФИО9 в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили. О времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, как пояснила суду представитель истца, ФИО10 не явился так как является недееспособным, ФИО9 знает о судебном заседании, находится в отъезде, ФИО8 знает о судебном заседании, работает и не пожелала явиться в суд, о судебном заседании она, как представитель истца всех уведомила, в связи с чем суд признал неявку третьих лиц не уважительной и находит возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Привлеченный к участию в деле по инициативе суда Прокурор г. Новороссийска в судебное заседание не явился. Помощник Прокурора г. Новороссийска Грибова М.Г., принимавшая участие в судебном заседании от 28.12.2018 г., извещена надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства на 11.01.2019 г. Явка не обеспечена. Учитывая, что согласно пункту 3 ст. 45 ГПК РФ неявка прокурора, извещенного о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела, суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие прокурора.

Свидетель ФИО20 суду показала, что является соседкой семьи ФИО21 с 2012 года. Общалась с ними три раза по вопросу залития ими ее квартиры. Видела неоднократно ФИО10, он показался ей странным. Со слов его матери знает, что в семье проблемы, поэтому стало их жалко и не взыскивала вред за залите квартиры. В основном общалась с матерью ФИО22, с самим Юлианом практически не общалась. Когда видела его в подъезде, он иногда здоровался, иногда нет. В последнее время стал носить странную прическу. Пропадал из дома в 2013 году, в 2017 году. Решила, что он странный, сравнивая его со своим сыном, который примерно такого же возраста. Сама медиком или психиатром не является. 

Выслушав доводы и возражения явившихся представителей сторон, свидетеля, исследовав материалы дела, обозрев материалы гражданского дела № 2-1150/16 Октябрьского районного суда г. Краснодара, суд находит, что заявленные исковые требования с учетом уточнений не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, по договору займа № 1 от 26.05.2015 г., заключенному между ФИО7 (Займодавец) и ФИО10 (Заемщик), ФИО7 передала ФИО10 400 000 рублей в качестве займа для потребительских нужд. Передача денежных средств подтверждается распиской от 05.06.2015 г., написанной собственноручно ФИО10 (л.д. 24 гражданского дела № 2-1150/2016 Октябрьского районного суда г. Краснодар).

В обеспечение договора займа № 1 от 26.05.2015 г. между ФИО10 и ФИО7 был заключен договор залога № 1 от 26.05.2015 года, по которому ФИО10 передал в качестве залога ФИО7 принадлежащую ему на праве собственности квартиру площадью 44,4 кв.м. по адресу: 

<

...>.

По заявлению ФИО10 от 26.05.2015 г., поданному им лично, обременение в виде залога было зарегистрировано на указанную квартиру в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю.

В связи с ненадлежащим исполнением ФИО10 обязательств по договору займа № 1 от 26.05.2015 г. ФИО7 обратилась в Октябрьский районный суд г.Краснодара с иском о взыскании денежных средств и обращении взыскания на предмет залога.

Решением Октябрьского районного суда г.Краснодара от 08.02.2016 г. был расторгнут договор займа №1 от 26.05.2015 года, заключенный между ФИО7 и ФИО10. Были взысканы с ФИО10 в пользу ФИО7 денежные средства в общей сумме 1 116 466 рублей. Обращено взыскание на квартиру по адресу: Краснодарский край, г. Новороссийск, Центральный округ, ул. Новороссийских партизан, д. 12, кв. 16.Установлена начальная продажная цена заложенного имущества в размере 1 900 000 рублей. В остальной части заявленных исковых требований отказано.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 31.05.2016 года решение Октябрьского районного суда г. Краснодара от 08.02.2016 года оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ФИО10 - без удовлетворения.

Определением Октябрьского районного суда г. Краснодара от 14.09.2016 года разъяснен порядок исполнения решения суда от 08.02.2016 года, которым ФИО10 исключен из числа собственников квартиры по адресу: Краснодарский край, г. Новороссийск, Центральный округ, ул. Новороссийских партизан, д. 12, кв. 16, а за ФИО7 признано право собственности на указанную квартиру.

Из копии регистрационного дела следует, что копия судебного решения и определения были направлены судом в адрес Росреестра 3.10.2016 г., в указанный период в суде отсутствовала частная жалоба ответчика на определение от 14.09.2016 г.. 

Впоследствии, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 01.08.2017 года определение Октябрьского районного суда г. Краснодара от 14.09.2016 года было оставлено без изменения, частная жалоба ФИО10 - без удовлетворения.

По договору купли-продажи от 29.11.2016 г. ФИО7 продала квартиру по адресу: 

<

...>, ФИО3. Переход права был зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю.

По договору купли-продажи от 10.12.2016 г. ФИО3 продал квартиру по адресу: 

<

...>, ФИО5. Переход права был зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю.

Как указывает в исковом заявлении и заявлении об уточнении исковых требований ФИО1, в январе 2017 года он был приглашен в Октябрьский районный суд г. Новороссийска в качестве ответчика по иску ФИО5 о выселении из квартиры и снятии с регистрационного учета его и всех членов его семьи из спорной квартиры, из чего он узнал о нарушении своих жилищных прав договорами займа от 26.05.2015 г. и залога от 26.05.2015 г., которые заключил его сын ФИО10, не способный в тот момент понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем единственное жилье ФИО1 и его семьи было неоднократно переоформлено с нарушениями закона на ответчиков.

В качестве правового основания иска ФИО1 указывает п.1 ст. 177 ГК РФ, ст.ст.166, 167 ГК РФ.

В соответствии с п.1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Между тем, в судебном заседании было установлено, что право собственности ФИО10 было прекращено на основании вступившего в законную силу определения Октябрьского районного суда г. Краснодара от 14.09.2016 года. Этим же определением Октябрьского районного суда г. Краснодара от 14.09.2016 года было признано право собственности на спорную квартиру за ФИО7

Из этого следует, что жилищные права ФИО1 не могли быть нарушены оспариваемыми договорами займа и залога в связи с тем, что эти сделки не повлекли отчуждение квартиры – право собственности ФИО10 на жилое помещение было прекращено на основании вышеуказанного судебного акта.

Более того, на момент заключения ФИО10 оспариваемых сделок, ФИО1 не имел регистрации в спорной квартире, был зарегистрирован по адресу 

<

...> г. Новороссийска, и как следует из копии паспорта (л.д.55 № 2-1150/16) зарегистрировался в квартире 16 дома 12 по ул. Новороссийских партизан г. Новороссийска 03.02.2016 году.

При этом, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, истец не предоставил доказательств наличия договора на вселение и пользование квартирой, принадлежащей ФИО10, а так же наличия права бессрочного пользования квартирой, о котором истец указал в заявлении о дополнении оснований иска. 

Так же не подтверждены доводы истца о том, что его супруга ФИО8, мать ФИО9 и сын ФИО10 лишены единственного жилья в результате сделок.

В материалы дела предоставлена копия паспорта ФИО9, с указанием наличия регистрации в квартире 16 дома 12 по ул. Новороссийских партизан с 13.11.2009 года, при этом доказательств родственных отношений, вселения и основания такового, не предоставлено. Так же отсутствуют доказательства регистрации в спорной квартире ФИО8, ее родства с истцом и ФИО10, ее вселения и проживания в квартире, при наличии такового. Из заявления ФИО8 от 26.12.2016 г. о государственной регистрации договора купли продажи спорной квартиры от 26.12.2016 г. между ФИО10 и ФИО8 следует, что ею был предъявлен паспорт в Росреестр, с указанием места ее регистрации 

<

...> г. Новороссийска. 

Так же судом учитывается, что истец не наделен правом на обращение в суд в интересах ФИО8 и ФИО9, а правом на обращение в суд в интересах признанного недееспособным ФИО10, либо подачи заявления в прокуратуру г. Новороссийска для обращения прокурора в суд в интересах недееспособного, не воспользовался. 

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Поскольку пункт 1 ст. 177 ГК РФ указывает на недействительность сделки в силу признания ее таковой судом, то такая сделка является оспоримой.

Согласно пункту 2 ст. 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

ФИО1 не выступал стороной по договору займа № 1 от 26.05.2015 г. и по договору залога № 1 от 26.05.2015 г.. Также отец стороны по сделке не указан в законе в качестве лица, которое вправе предъявлять требование о признании оспоримой сделки недействительной. При этом иск заявлен ФИО1 в своих интересах, а не в интересах своего сына, который впоследствии был признан недееспособным. 

Учитывая, что ФИО1, выступая истцом, обращается на основании п. 1 ст. 177 ГК РФ в суд за защитой своих прав с требованием о признании оспоримых сделок недействительными, то он, не являясь стороной сделки, должен был доказать нарушение своих прав заключением договоров займа и залога, в то время как эти сделки не повлекли нарушения его прав по той причине, что основанием прекращения права собственности на квартиру у его сына и, как следствие, прекращения права пользования жилым помещением у истца в силу ст. 292 ГК РФ, явилось вступившее в законную силу определение Октябрьского районного суда г. Краснодара от 14.09.2016 г., для которого Гражданским процессуальным кодексом РФ предусмотрен специальный порядок обжалования судебных актов. Кроме того, на момент совершения оспариваемых сделок, ФИО1 не имел регистрации в спорной квартире, доказательств вселения и основания такового, суду не предоставил.

Поскольку оспариваемые сделки сами по себе не влекут нарушение прав ФИО1, то требование истца о применении абзаца 2 п. 2 ст. 166 ГК РФ и пункта 1 ст. 177 ГК РФ не основаны на законе.

При этом требования ФИО1 о применении последствий недействительности договора займа № 1 от 26.05.2015 г. и договора залога № 1 от 26.05.2015 г., а также договора купли-продажи от 29.11.2016 г., заключенного между ФИО7 и ФИО3, не влекут восстановление права собственности ФИО10 на спорную квартиру и возникновение основания для признания за ним права собственности на спорную квартиру, так как право собственности на спорную квартиру возникло у ФИО7 не на основании оспариваемых договоров займа и залога, а на основании судебного акта – определения Октябрьского районного суда г. Краснодара от 14.09.2016 г.

Признание недействительными договоров займа и залога не может отменить, изменить и/или признать недействительным основание возникновения права собственности на квартиру у ФИО7 - определение Октябрьского районного суда г. Краснодара от 14.09.2016 г..

Согласно ч.3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. 

Поскольку применение последствий недействительности указанных сделок не может восстановить ранее имевшееся у ФИО10 право собственности на жилое помещение, то истцом ФИО1 был избран ненадлежащий способ защиты своего права.

Вместе с этим, как усматривается из материалов гражданского дела № 2-1150/2016 Октябрьского районного суда г. Краснодар, ранее, в письменных возражениях представителя ФИО10 - ФИО2., в апелляционной и кассационной жалобах ФИО10 уже были изложены доводы о регистрации по месту жительства и проживании в спорном объекте недвижимости ФИО10, его отца - ФИО1, матери - ФИО8, бабушки - ФИО9 (л.д. 39-42, 49, 80-83, 127-129, Дело № 2-1150/2016 Октябрьского районного суда г. Краснодара), но не были признаны ни Октябрьским районным судом г.Краснодара, ни Краснодарским краевым судом при пересмотре дела по апелляционной и кассационной жалобам ФИО10 и его представителя значимыми для сохранения права собственности за ФИО10 и невозможности обращения взыскания на квартиру по договору залога № 1 от 26.05.2015 г. 

Доводы представителя истца о незаконности регистрации права собственности на спорную квартиру за ФИО7 без соответствующих печатей и отметок о вступлении в законную силу, не могут быть приняты судом, так как регистрация права собственности на жилое помещение за ФИО7 производилась на основании решения Октябрьского районного суда г. Краснодара от 08.02.2016 г. и определения Октябрьского районного суда г. Краснодара от 14.09.2016 г. по сопроводительному письму Октябрьского районного суда г. Краснодара, направленному в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю, а не на основании заявления ФИО7 Регистрация права собственности за ней была произведена после процедуры государственной экспертизы представленных на регистрацию документов. 

На вопрос суда представитель истца ФИО2 пояснила, что действия Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю по регистрации права собственности за ФИО7 ни ФИО10, ни ФИО1 оспорены не были.

Вместе с тем, поскольку после заключения договора займа № 1 от 26.05.2015 г. со стороны ФИО10 имело место частичное исполнение договора в виде уплаты процентов за пользование займом, что представителем истца ФИО2 не оспаривалось, подлежит применению абз. 4 п.2 ст. 166 ГК РФ, согласно которому сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

При оценке состояния ФИО10 на предмет его способности понимать значение своих действий или руководить ими в момент заключения договора займа № 1 от 26.05.2015 г. и договора залога № 1 от 26.05.2015 г., суд исходит из следующего.

Оценивая личность ФИО10, судом установлено, что ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, окончил 11 классов общеобразовательной школы, затем с 2005 года по 2010 год обучался в ФГОУВО «Государственный Морской Университет имени адмирала Ф. Ф. Ушакова» на юридическом факультете. По окончанию обучения получил специальность «юриспруденция», квалификацию - «юрист». 

Во время обучения в ФГОУВО «Государственный Морской Университет имени адмирала Ф. Ф. Ушакова» проходил подготовку на кафедре военного обучения с последующим присвоением звания «Лейтенант запаса». Из имеющейся в материалах дела карты медицинского освидетельствования гражданина, пребывающего в запасе, видно, что на момент обследования 04.02.2010 года, ФИО10 являлся годным к военной службе по категории «А».

В 2011 году ФИО10 перенес закрытую черепно-мозговую травму, сотрясение головного мозга, после чего стали появляться головные боли.

Оценивая действия ФИО10 в момент совершения договоров займа и залога, а также его последующие действия, судом установлено, что договор займа № 1 от 26.05.2015 г. и договор залога № 1 от 26.05.2015 г. были подписаны ФИО10 самостоятельно. 

Собственноручно ФИО10 была написано расписка от 26.05.2015 г. о получении им от ФИО7 денежных средств в качестве займа на сумму 400 000 рублей.

Из истребованных судом материалов регистрационного дела на спорную квартиру видно, что ФИО10 совместно с ФИО7 лично подписал и подал в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю заявление от 26.05.2015 г. о регистрации ограничения на спорную квартиру в виде залога.

Также при подаче этого заявления им было написано и подано в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю сообщение от 26.05.2015 г. о том, что он в зарегистрированном браке не состоит.

Затем, уже после предъявления к нему требований от ФИО7 о возврате долга, ФИО10 26.12.2015 г. заключил - ФИО8, (которая приходится ФИО10 матерью со слов представителя ФИО2) договор купли-продажи спорной квартиры, после чего лично подал в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю заявление о регистрации перехода права собственности к ФИО8 

В связи с наличием зарегистрированного ограничения на квартиру в виде залога квартира не была переоформлена на ФИО8, и по личному заявлению ФИО10 и ФИО8 от 13.01.2016 г. ранее предоставленные для регистрации документы возвращены без государственной регистрации. 

На вопрос суда представителю истца ФИО2 о мотиве действий ФИО10 по переоформлению квартиры на мать ФИО8, она пояснила, что скорее всего они тем самым пытались исключить возможность обращения на нее взыскания по залогу.

26.01.2016 года от имени ФИО10 на имя ФИО2 была выдана доверенность № 23АА5409156, удостоверенная нотариусом Новороссийского нотариального округа Краснодарского края ФИО16, которая при выдаче доверенности установила личность ФИО10, а также была обязана проверить и убедиться, что ФИО10 является дееспособным, находится в состоянии, позволяющем осознать ему суть поручения и его цель (л.д. 38-39, Дело № 2-1150/2016 Октябрьского районного суда г. Краснодара).

28.01.2017 года от имени ФИО10 и ФИО1 была выдана доверенность на имя ФИО17 и ФИО2 № 23АА6661045, удостоверенная нотариусом Новороссийского нотариального округа Краснодарского края ФИО18, которая при выдаче доверенности также установила личность ФИО10 и ФИО1, а также проверила дееспособность каждого (л.д. 178, Дело № 2-1150/2016 Октябрьского районного суда г. Краснодара).

В соответствии сп. 5 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном ст. 186 данного кодекса, или не установлено существенное нарушение порядка совершения нотариального действия.

Выданные доверенности действительны по настоящее время, отменены ни ФИО10, ни ФИО1 не были. Доказательств обратного в суд не представлено.

Вместе с тем, в ходе участия в качестве ответчика по делу № 2-1150/2016 ФИО10 лично подавал и подписывал ходатайства и заявления в Октябрьский районный суд г. Краснодара (л.д. 30, 91-92, Дело № 2-1150/2016 Октябрьского районного суда г. Краснодара), а также частные и апелляционные жалобы (л.д. 80-83, 119-121, 127-129, 134-137, Дело № 2-1150/2016 Октябрьского районного суда г. Краснодара).

Как указано в Определении Конституционного Суда РФ от 19.10.2010 N 1271-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб гражданки ФИО23 на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», пункт 1 статьи 177 ГК Российской Федерации, устанавливающий, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения, основан на необходимости учета действительной воли участников гражданских правоотношений.

Таким образом, из совокупности установленных по делу обстоятельств следует, что ФИО10, имея высшее юридическое образование по специальности «юриспруденция», не мог не осознавать 26.05.2015 года правовую природу договоров займа и залога принадлежащей ему квартиры в момент их совершения. Действительная воля ФИО10 на получение денежных средств в качестве займа подтверждается его собственноручно написанной распиской от 26.05.2015 г.. Воля на заключение договора займа и залога, а также на их исполнение подтверждается подписанием и подачей в Росреестр заявления на регистрацию ипотеки квартиры, а также сопутствующих документов. Воля на исполнение договора займа подтверждается его частичным исполнением в виде уплаты процентов за пользование займом. Его действия по переоформлению квартиры на мать также указывают на то, что он осознавал юридические последствия совершенных им действий. Последующие его действия по выдаче доверенностей, их нотариальное удостоверение, а также то обстоятельство, что поведение ФИО10 не вызвало у двух нотариусов как на 26.01.2016 г., так и на 28.01.2017 г. вопросов и сомнений в его дееспособности, также подтверждают это. Дальнейшее подписание и подача в суды процессуальных документов также указывают на способность ФИО10 понимать значение своих действий и руководить ими.

Оценивая заключение проведенной по делу судебно-психиатрической экспертизы ГБУЗ «Специализированная клиническая больница № 1» № 270 от 16.08.2017 г., согласно выводам которого изменения со стороны психической деятельности ФИО10 выражены столь значительно, что лишали его способности на период мая 2015 года, в том числе на момент заключения договора займа и залога от 26.05.2016 года, понимать значение своих действий и руководить ими, суд исходит из следующего. 

В соответствии с п. 2 ст. 67 ГПК РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. 

Согласно п. 2 ст. 187 ГПК РФ заключение эксперта исследуется в судебном заседании, оценивается судом наряду с другими доказательствами и не имеет для суда заранее установленной силы. Несогласие суда с заключением эксперта должно быть мотивировано в решении суда по делу либо в определении суда о назначении дополнительной или повторной экспертизы, проводимой в случаях и в порядке, которые предусмотрены статьей 87 настоящего Кодекса.

Как указано в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 (ред. от 23.06.2015) «О судебном решении», судам следует иметь в виду, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Согласно ст. 14 ФЗ от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» руководитель судебно-экспертного учреждения обязан: по получении постановления или определения о назначении судебной экспертизы поручить ее производство конкретному эксперту или комиссии экспертов данного учреждения, которые обладают специальными знаниями в объеме, требуемом для ответов на поставленные вопросы; разъяснить эксперту или комиссии экспертов их обязанности и права.

Согласно п. 3 Приказа Минздрава России от 12.01.2017 № 3н «Об утверждении Порядка проведения судебно-психиатрической экспертизы» (Зарегистрировано в Минюсте России 02.03.2017 № 45823), руководитель государственного судебно-психиатрического экспертного учреждения (далее – ГСПЭУ) по получении постановления или определения о назначении судебно-психиатрической экспертизы в ГСПЭУ поручает ее производство конкретному эксперту или комиссии экспертов, которые обладают специальными знаниями в объеме, требуемом для ответов на поставленные вопросы.

Однако в заключении комиссии экспертов № 270 от 16.08.2017 г. не указано, поручал ли руководитель ГБУЗ «Специализированная клиническая больница № 1» Министерства Здравоохранения Краснодарского края производство экспертизы комиссии экспертов в составе ФИО24, ФИО25 и Лень Д.Г.. В указанном заключении отсутствуют сведения о том, почему и на основании какого документа экспертиза принята ими к своему производству. 

Также в заключении указывается, что права и обязанности, предусмотренные ст. 85 ГПК РФ, экспертам разъяснены; об ответственности по ст. 307 УК РФ эксперты предупреждены, в то время как, в заключении не указано, кем разъяснены экспертам их права и обязанности, и кем они предупреждены об уголовной ответственности. Подписи руководителя учреждения и указания на него в заключении нет. Из буквального содержания заключения следует, что эксперты сами приняли выполнение экспертизы к своему производству, сами себе разъяснили права и обязанности, и предупредили себя об уголовной ответственности, что является прямым нарушением названных требований.

Вместе с тем, согласно пункту 4 Приказа Минздрава России от 12.01.2017 № 3н «Об утверждении Порядка проведения судебно-психиатрической экспертизы» в составе комиссии экспертов, которой поручено производство судебно-психиатрической экспертизы, каждый эксперт независимо и самостоятельно проводит исследования, оценивает результаты, полученные им лично и другими экспертами, и формулирует выводы по поставленным вопросам в пределах своих специальных знаний. Один из экспертов указанной комиссии может выполнять роль эксперта-организатора.

Однако в заключении комиссии экспертов № 270 от 16.08.2017 г. не указано, что каждый эксперт независимо и самостоятельно проводил исследования. Не указано, какие исследования и в каком объеме провел каждый эксперт, какие факты он установил и к каким выводам пришел.

Что касается сущности исследования и выводов экспертов относительно способности ФИО10 на момент заключения договора займа и залога от 26.05.2016 года понимать значение своих действий и руководить ими, суд находит выводы экспертов поверхностными, сделанными со слов и по внешнему виду ФИО10, порядок и результаты исследования не отражены в заключении – указаны лишь общие выводы, исследование проведено без оценки описанных выше последующих действий ФИО10 правового и фактического характера, которые свидетельствуют о его разумном поведении.

Таким образом, с учетом допущенных при проведении экспертного исследования нарушений требований к форме, порядку поручения и принятия материалов для экспертизы, порядку исследования и содержанию заключения, суд, оценивая заключение комиссии экспертов № 270 от 16.08.2017 г. в совокупности с описанными выше доказательства по делу, относится к нему критически. 

Медицинских документов, которые бесспорно свидетельствовали о наличии у ФИО10 психического заболевания, которое повлекло бы для него не способность понимать значение своих действий и руководить на период май 2015 года, суду не предоставлено. 

Довод истца о том, что ФИО10 впоследствии был признан недееспособным решением Октябрьского районного суда г.Новороссийска от 20.04.2018 г. не может иметь правового значение для настоящего спора, так как гражданин признается недееспособным, после чего изменяется его правовой статус, с момента вступления в законную силу решения суда, тогда как по настоящему делу истец оспаривает сделки, имевшие место 26.05.2015 г. 

При этом сделки оспорены ФИО1 по основанию, установленному пунктом 1 ст. 177 ГК РФ, а не по пункту 2 ст. 177 ГК РФ. Хотя и в том, и в другом случаях подлежит доказыванию то обстоятельство, что лицо не осознавало значение своих действий и не могло руководить ими именно в момент их совершения, надлежащих доказательств чему в порядке ст. 56 ГПК РФ истцом представлено не было.

Разрешая ходатайство представителя истца ФИО2 о допросе свидетелей ФИО8, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, суд исходит из следующего.

Ходатайство о допросе свидетелей обосновано представителем истца тем, что эти лица являются соседями ФИО10 и могут дать показания суду о его психическом состоянии. 

В отношении ФИО8 ходатайство не подлежит удовлетворению, так как ФИО8 указана истцом в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно спора, на стороне истца, но в судебное заседание не явилась.

Явка свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 в судебное заседание представителем истца не обеспечена, и суд не находит оснований для отложения судебного разбирательства и их вызова в суд, поскольку эти лица, как пояснила представитель истца ФИО2, не обладают специальными медицинскими познаниями, в связи с чем в отложении слушания дела, их вызове и допросе истцу было отказано. 

Показания свидетеля ФИО20 судом не признаются значимыми для разрешения настоящего спора, поскольку свидетель не является медицинским работником, не присутствовала в момент совершения ФИО10 сделок, с ФИО10 практически не общалась, ее выводы о поведении и состоянии ФИО10 основаны на субъективном сравнении с ее сыном.

В отношении требований истца о признании недействительным договора купли-продажи спорной квартиры, заключенного 29.11.2016 г. между ФИО7 и ФИО3; договора купли-продажи спорной квартиры, заключенного 10.12.2016 г. между ФИО3 и ФИО5 и применении последствий недействительности указанных договоров суд не усматривает оснований для их удовлетворения, поскольку право собственности у ФИО7 возникло в силу судебного акта, который до настоящего времени не изменен и не отменен, а затем переходило к покупателям ФИО3 и ФИО5 на основании договоров купли-продажи. Переход права собственности был зарегистрирован в Росреестре в установленном законом порядке. 

В судебном заседании представитель истца ФИО2, утверждая, что эти сделки являются незаконными, не смогла конкретизировать, в чем именно заключаются нарушения закона, положений ГК РФ, по каким именно основаниям, за исключением довода о незаконности возникновения права у ФИО7, истец считает эти сделки недействительными. При этом ФИО1 не является стороной этих сделок, доводов и оснований ничтожности этих сделок истцом не приведено.

Что касается оспаривания по основанию недействительности договора купли-продажи спорной квартиры от 10.12.2016 г., заключенного между ФИО3 и ФИО5 и применению последствий недействительности к нему, суд исходит из следующего.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 21.04.2003 N 6-П «По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации…», поскольку добросовестное приобретение в смысле статьи 302 ГК Российской Федерации возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация).

Следовательно, права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 ГК Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

Иное истолкование положений пунктов 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации означало бы, что собственник имеет возможность прибегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных сделок по отчуждению его имущества недействительными, т.е. требовать возврата полученного в натуре не только когда речь идет об одной (первой) сделке, совершенной с нарушением закона, но и когда спорное имущество было приобретено добросовестным приобретателем на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок. Тем самым нарушались бы вытекающие из Конституции Российской Федерации установленные законодателем гарантии защиты прав и законных интересов добросовестного приобретателя.

Таким образом, содержащиеся в пунктах 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации общие положения о последствиях недействительности сделки в части, касающейся обязанности каждой из сторон возвратить другой все полученное по сделке, - по их конституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со статьями 166 и 302 ГК Российской Федерации - не могут распространяться на добросовестного приобретателя, если это непосредственно не оговорено законом».

Согласно абз. 2 п. 34 Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» в случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ.

Поскольку право собственности ФИО7 перешло к ФИО3 по договору купли-продажи, а в последствии по договору купли-продажи перешло от него к ФИО5, учитывая, что ФИО5 является после ФИО7 третьим собственником квартиры и что она приобрела жилое помещение у ФИО3 возмездно за 1 800 000 рублей, то она является добросовестным приобретателем спорной квартиры.

Доказательств и оснований ее недобросовестности истцом в судебное заседание не представлено. 

С учетом того, что ФИО1 заявлены требования о признании этой сделки недействительной и применении последствий их недействительности (реституции), в то время как между ФИО10, ФИО1 и ФИО5 нет договорных отношений, истцом был избран ненадлежащий способ правовой защиты.

В отношении доводов ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности суд исходит из следующего.

Отменяя решение Октябрьского районного суда г. Новороссийска от 03.05.2018 г., Судебная коллегия по гражданским делам Краснодарского краевого суда в апелляционном определении от 04.09.2018 г. указала, что с учетом конкретных обстоятельств дела, судебная коллегия полагает преждевременным решение суда об отказе в иске только по обстоятельствам пропуска срока исковой давности без изучения фактических обстоятельств дела. 

Как указала представитель истца, о наличии сделок истцу стало известно в январе 2017 года, когда он был вызван в суд по спору о вселении. В суд он обратился, как следует из иска, в апреле 2017 года. 

Учитывая позицию вышестоящего суда, и уточнения представителя истца о дате, когда истцу стало известно о сделках ( январь 2017 года), и даты совершения оспариваемых сделок договоров купли продажи от 29.11.2016 г., от 10.12.2016 г., судом отклоняются доводы ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

ФИО1 в удовлетворении искового заявления к ФИО7, ФИО3, ФИО5 о признании недействительными: 

- договора займа № 1 от 26.05.2015 г., заключенного между ФИО10 и ФИО7, и применении последствий недействительности договора; - договора залога № 1 от 26.05.2015 г., заключенного между ФИО10 и ФИО7, и применении последствий недействительности договора; 

- договора купли-продажи квартиры кадастровый (условный номер) № по адресу: 

<

...>, от 29.11.2016 г., заключенного между ФИО7 и ФИО3, и применении последствий недействительности указанного договора; 

- договора купли-продажи квартиры по адресу: 

<

...>, от 10.12.2016 г., заключенного между ФИО3 и ФИО5, и применении последствий недействительности указанного договора, 

признании права собственности на квартиру, площадью 44,4 кв.м., кадастровый (условный номер) №, по адресу: 

<

...>, за ФИО10, - ОТКАЗАТЬ.

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Новороссийска в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Схудобенова М. А.

Мотивированное решение изготовлено 16.01.2019 г.