Судья Климов П.Б. Дело 22-1015 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Иваново 25 мая 2021 года

Ивановский областной суд в составе:

председательствующего судьи Денисовой С.В.,

при секретаре Фиминой Д.А.

с участием:

адвоката Исаева А.В.,

прокурора Беляева А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление и дополнения к нему государственного обвинителя Лавровой Е.В. на постановление Вичугского городского суда Ивановской области от 23 марта 2021 года, которым уголовное дело в отношении 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца д.

<

адрес>, гражданина РФ, судимого:

- ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес> по ст.264.1 УК РФ к 300 часам обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года. Основное наказание отбыто ДД.ММ.ГГГГ;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, 

возвращено Вичугскому межрайонному прокурору на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Проверив материалы дела и доводы апелляционного представления, заслушав мнение участников судебного разбирательства,

УСТАНОВИЛ:

В Вичугский городской суд Ивановской области ДД.ММ.ГГГГ поступило уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ.

Постановлением Вичугского городского суда Ивановской области от 23 марта 2021 года данное уголовное дело возвращено Вичугскому межрайонному прокурору на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Лаврова Е.В., считает постановление суда незаконным, необоснованным и немотивированным, вынесенным с существенным нарушением уголовного и уголовно-процессуального закона, не соответствующим требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, а также подлежащим отмене в связи с неправильным применением уголовного закона. Ссылаясь на п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №28 от 22.12.2009 года «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства РФ, регулирующего подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», полагает, что обвинительное заключение соответствовало требованиям закона, вопрос о возвращении дела прокурору был поставлен преждевременно, без исследования доказательств. Указывает, что доводы, изложенные судом в постановлении о назначении предварительного слушания, не свидетельствуют о неполноте и неконкретности обвинения, не отмечают противоречие предъявленного обвинения фактическим обстоятельствам дела. Считает, что предъявленное обвинение соответствует ч.2 ст.171 УПК РФ, что выводы суда не могут служить основанием для возвращения уголовного дела прокурору. Отмечает, что обвиняемый ФИО1 заявлял суду о понимании обвинения в полном объеме. Приводя в обоснование понятие незаконного сбыта наркотических средств, закрепленное в п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №14 от 15.06.2006 года, полагают, что в предъявленном ФИО1 обвинении указаны все обязательные признаки объективной стороны преступления, в том числе, что ему были переведены деньги за наркотическое средство, помещенное им в тайник; что он сообщил о месте нахождения тайника ФИО4 по телефону; а также указаны сведения о том, кому он сбыл наркотическое средство. Полагает, что неуказание в обвинении о получении ФИО4 и ФИО7 наркотического средства для квалификации действий ФИО1 значения не имеет. Просит постановление суда отменить, направить дело на новое рассмотрение.

В заседании суда апелляционной инстанции прокурор Беляев А.В. доводы представления поддержал, просил его удовлетворить. 

Адвокат Исаев А.В., действуя в интересах обвиняемого ФИО1, возражал по доводам апелляционного представления, просил оставить постановление суда без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции находит постановление суда первой инстанции законным и обоснованным.

В соответствии с требованиями ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если в ходе рассмотрения будут установлены нарушения закона, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства, и эти нарушения закона будут препятствовать вынесению законного и обоснованного судебного решения.

Данные требования закона судом первой инстанции выполнены в полном объеме, возвращая уголовное дело прокурору, суд обоснованно указал на допущенные органами следствия нарушения норм процессуального закона, препятствующие его рассмотрению по существу. 

В ст. 220 УПК РФ приведены требования, которым должно отвечать обвинительное заключение. При этом в соответствии с п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ обвинительное заключение по делу должно содержать, в том числе, существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

По смыслу п.1 ч.1 ст.73 УК РФ способ совершения преступления, наряду с другими элементами события преступления, относится к числу обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, поэтому должен быть установлен с юридически значимой точностью, основан на совокупности доказательств, отвечающих установленным уголовно-процессуальным законом критериям, и в силу п.4 ч.2 ст. 171, п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ указан в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении.

Согласно п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2006 N 14 (ред. от 16.05.2017) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» под незаконным сбытом наркотических средств следует понимать незаконную деятельность лица, направленную на их возмездную либо безвозмездную реализацию (продажа, дарение, обмен, уплата долга, дача взаймы и т.д.) другому лицу (приобретателю). При этом сама передача лицом реализуемых средств приобретателю может быть осуществлена любыми способами, в том числе непосредственно, путем сообщения о месте их хранения приобретателю, проведения закладки в обусловленном с ним месте.

В обвинительном заключении, составленном по уголовному делу в отношении ФИО1 при описании обвинения по п. «г» ч.4 ст.228 УК РФ указано, что ФИО1, с целью получения незаконной материальной выгоды, предложил ФИО4 незаконно приобрести у него наркотическое средство за № рублей путем перевода этих денег на банковскую карту, на что ФИО4 согласился. После сокрытия наркотического средства, ФИО1 сообщил о месте его нахождения на сотовый телефон ФИО4 и сам же частично осуществил перевод на банковскую карту № рублей. Затем, дождавшись приезда ФИО4 и ФИО7 за наркотическим средством, ФИО1 «с места преступления уехал, тем самым совершил незаконный сбыт» наркотического средства.

При такой редакции обвинения, с учетом неконкретизации в нем наркотического средства, сокрытого обвиняемым в тайнике; непосредственного приобретателя, которому ФИО1 на сотовый телефон ФИО4 сообщил о месте нахождения наркотического средства; места приезда ФИО4 и ФИО7, на котором ФИО1 увидел их и уехал, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что предложенный органами следствия и отраженный в обвинительном заключении способ и обстоятельства совершения незаконного сбыта, а в данном случае - незаконной деятельности, направленной на возмездную реализацию наркотического средства приобретателю, как обстоятельств, подлежащих обязательному установлению при обвинении лица в совершении деяния, исключают возможность рассмотрения уголовного дела на основании подобного обвинительного заключения в судебном заседании, поскольку такая неконкретизированность предъявленного обвинения препятствует определению точных пределов судебного разбирательства, ущемляет гарантированное обвиняемому право знать, в чем он конкретно обвиняется, нарушает его право на справедливое судебное разбирательство, лишает суд возможности принять законное и обоснованное решение на основании данного обвинительного заключения. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что избранный следователем стиль изложения обвинения препятствует возможности однозначного понимания существа обвинения и отраженных в нем обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, что, в свою очередь, наряду с отсутствием всех необходимых данных о способе и значимых для юридической оценке его действий обстоятельствах совершения преступления препятствует обвиняемому ФИО8 в полноценной реализации его права на защиту, и является неустранимым препятствием, исключающим возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения. Выводы суда надлежащим образом мотивированы. 

Вопреки доводам представления, предложенная органами следствия и поддержанная государственным обвинителем редакция обвинения не позволяет однозначно определиться с объемом инкриминированных ФИО8 действий, что препятствует возможности исследования и оценки судом доказательств, представляемых сторонами в судебном заседании, с точки зрения их относимости к делу. 

В этой связи избранная судом стадия судебного разбирательства для решения поставленного вопроса является наиболее правильной и своевременной.

Доводы представления о том, что отмеченные судом на стадии предварительного слушания нарушения не могли быть основанием для возвращения уголовного дела прокурору по смыслу п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2009 N 28 (ред. от 15.05.2018) «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству» основаны на неверном понимании уголовно-процессуального закона. 

В соответствии с вышеприведенными разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ при решении вопроса о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, указанным в ст.237 УПК РФ, под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225, частях 1, 2 статьи 226.7 УПК РФ положений, которые служат препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу и принятия законного, обоснованного и справедливого решения. Приведенные в дальнейшем в разъяснениях частные случаи не являются императивным перечнем нарушений, при которых допустимо принятие решения о возвращении уголовного дела прокурору на этой стадии судебного разбирательства.

Заявления обвиняемого о понимании им предъявленного обвинения не являются безусловным свидетельством соблюдения его права на защиту, и устранения препятствий для принятия решения по делу. 

Доводы представления о том, что в нем указаны все обязательные признаки объективной стороны преступления, в том числе что обвиняемому были переведены деньги за наркотическое средство, помещенное им в тайник; что он сообщил о месте нахождения тайника ФИО4 по телефону; а также сведения о том, кому он сбыл наркотическое средство, прямо противоречат содержанию предъявленного обвинения. 

Доводы представления об конкретизированности и корректности обвинения и устранимости выявленных в обвинительном заключении нарушений в ходе судебного разбирательства ошибочны. В силу конституционных принципов судебная функция разрешения уголовного дела и функция обвинения должны быть строго разграничены, каждая из них возлагается на соответствующие субъекты. Возбуждение уголовного преследования, формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются указанными в законе органами и должностными лицами. Обвинительное заключение составляется следователем и утверждается прокурором, то есть участниками уголовного судопроизводства со стороны обвинения, суд же в состав участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения и защиты не входит, а обеспечивает реализацию принципа состязательности сторон, соответственно, суд не вправе дополнять либо изменять вмененное обвинение, отраженное в обвинительном заключении, обстоятельствами, которые выходят за пределы судебного разбирательства, установленные ст.252 УПК РФ. Возложение на суд обязанности в той или иной форме выполнять функцию обвинения не согласуется с предписаниями ч.3 ст.123 Конституции РФ и препятствует независимому и беспристрастному осуществлению правосудия. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что обвинительное заключение составлено с существенными нарушениями требований уголовно-процессуального закона, препятствующими реализации права обвиняемого на защиту, и неустранимыми в судебном заседании, а потому исключающими постановление законного и обоснованного приговора или вынесения иного решения. Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным по делу. Постановление суда является законным и обоснованным. 

Судом первой инстанции требования закона, регулирующие порядок возвращения дела прокурору, соблюдены. Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления, не допущено.

Оснований для удовлетворения доводов апелляционного представления суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление Вичугского городского суда Ивановской области от 23 марта 2021 года о возвращении Вичугскому межрайонному прокурору уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом - оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Лавровой Е.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано непосредственно в Судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий С.В. Денисова