Дело № 2 - 454 / 2025 год

УИД 73RS0006-01-2025-000070-24

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 декабря 2025 года г. Барыш Ульяновской области

Барышский городской суд Ульяновской области

в составе председательствующего судьи Челбаевой Е.С.,

при секретаре Чебаковой Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей в интересах ФИО1, ФИО2, ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Автобан-Мост» о взыскании денежной компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1, действуя в интересах своих несовершеннолетних детей, ФИО1, ФИО2, ФИО1, обратилась в суд с иском к ООО «Автобан-Мост» о взыскании денежной компенсации морального вреда. Мотивируя заявленное требование, указала, что 15 января 2025 года около 15 часов на участке местности вблизи д. Новая Березовка Сергачского муниципального округа Нижегородской области по вине машиниста автокрана ФИО3, состоящего в трудовых отношениях с ООО «Автобан-Мост», при им исполнении трудовых обязанностей был травмирован её муж и отец детей, К*А.Е., который впоследствии от полученных телесных повреждений скончался. Гибелью К*А.Е. её детям был причинен моральный вред, тяжесть которого обусловлена потерей близкого человека. У К*А.Е. с детьми были теплые отношения, он был прекрасным отцом, много времени уделял воспитанию детей. Он осуществлял основное содержание всей семьи. В связи с преждевременной утратой родного и близкого человека дети претерпевают страдания в виде отрицательных переживаний, возникших под воздействием травмирующего детскую психику события, чувств, эмоций в виде страданий, глубоко затрагивающих самочувствие детей, их настроение. Дети постоянно испытывают расстройство сна, у них подавленное состояние, они часто плачут, вспоминая отца. Гибель отца для детей явилась невосполнимой потерей. Просит взыскать с ответчика в счет компенсации причиненного морального вреда в пользу каждого из детей по 1 500 000 рублей.

Истица ФИО1 и её представитель, адвокат Масин С.В., в судебном заседании заявленное требование и приведенные в заявлении доводы поддержали. ФИО1 дополнила, что и по настоящее время дети страдают, плачут. Старший сын, Е., обучается в другом городе. Отец всегда оказывал ему большую поддержку и помощь. Возил ему на машине продукты, снимал квартиру. Они часто вместе проводили досуг. А. после смерти отца замкнулся, учителя в школе обратили внимание на то, что мальчик изменился, ни с кем не общается. Катя часто плачет, фотографию отца всегда носит с собой, рисует его, перестала улыбаться. Дети постоянно сидят дома подавленные, никуда не ходят.

Ответчик ООО «Автобан-Мост» явку представителя в судебное заседание не обеспечил, о дне слушания дела извещен. В отзыве содержится просьба рассмотреть дело без участия его представителя. Не оспаривая, что смерть К*А.Е. наступила в связи с действиями работника ООО «Автобан-Мост», ФИО3, полагает, что именно он, как причинитель вреда, должен нести ответственность за смерть К*А.Е. Кроме этого сумма, заявленная истицей, является чрезмерно завышенной.

Третье лицо на стороне ответчика, ФИО3, в суде признал, что смерть К*А.Е. наступила от его неосторожных действий. Полагал, что требования истицы подлежат удовлетворению. Пояснил, что добровольно передал семье К-вых в счет возмещения морального вреда 300 000 руб.

Выслушав доводы участвующих в деле лиц, показания свидетеля, исследовав представленные доказательства по делу, суд находит иск подлежащим частичному удовлетворению но по следующим основаниям.

Из Конституции Российской Федерации следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац 2 части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы 2 и 13 части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац 2 пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как разъяснено в пункте 20 того же постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац 1 пункта 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абзац 3 пункт 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33).

Согласно пункта 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, К*А.Е. приходился ФИО1, ФИО2, ФИО1 родным отцом, что подтверждается свидетельствами об их рождении (л.д. 10-12).

В судебном заседании законный представитель несовершеннолетних детей пояснила, что между детьми и их отцом имелась тесная родственную связь. При жизни К*А.Е. содержал детей, занимался их воспитанием, исполняя родительские обязанности участвовал в их жизни, проводил с ними досуг, оказывал моральную поддержку. Отношения К*А.Е. и его несовершеннолетних детей отличались теплыми семейными взаимоотношениями, заботой о своих детях.

Допрошенный в суде в качестве свидетеля К*С.Е. в суде подтвердил, что дети очень тяжело переживают смерть отца. Они его очень любили. При жизни К*А.Е. и его дети были очень близки, они вместе проводили время, К*А.Е. заботился о детях. После смерти отца поведение детей изменилось. А. замкнулся в себе, К. постоянно плачет, носит с собой фотографию отца, постоянно рисует его.

Актом о несчастном случае на производстве №2 от 05 марта 2025 года установлено, что 15 января 2025 года в 15 часов 30 мин. на участке местности вблизи д. Новая Березовка Сергачского муниципального округа Нижегородской области машинист автомобильного крана ФИО3, а также сторопальщики К*С.А., К*А.Е., Н*А.И. начали производить переустановку выгона-бытовки ближе к кабине автомобиля SCANIA. При этом К*А.Е. находился в передней части прицепа, между бортом прицепа и контейнером. ФИО3 кричал К*А.Е., чтобы он покинул прицеп, но К*А.Е. не уходил. ФИО3 начал поднимать контейнер, стропы натянулись неравномерно и контейнер, наклонившись назад, пошел в сторону кабины. К*А.Е. перепрыгнул через борт прицепа в пространство между задней частью внешней стороны кабины и передним бортом внешней стороны грузового автомобиля, и получил удар контейнером в область таза, оказавшись прижатым вагоном-бытовкой к кабине автомобиля. К*А.Е. спрыгнул на землю, сразу упал и пожаловался на сильные боли в районе тазобедренного сустава. На машине скорой помощи К*А.Е. был доставлен ГБУЗ НО «Сергачская ЦРБ», затем в ГБУЗ НО «Лысковская ЦРБ», где ему была оказана оперативная помощь. В ГБУЗ НО «Лысковская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ К*А.Е. умер (л.д. 25-31).

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, определены мастер строительных и монтажных работ А*А.И., который не осуществлял контроль за выполнением обслуживающим персоналом требований инструкций, машинист крана автомобильного ФИО3 Н,И., производивший разгрузочные работы при нахождении работников в кузове автомобиля, монтажник К*Е.А., находившийся при производстве погрузо-разгрузочных работ в кузове автомобиля.

Приговором Сергачского межрайонного суда Нижегородской области от 09 октября 2025 года ФИО3 признан виновным по ч. 2 ст. 216 Уголовного кодекса РФ за нарушение правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшее по неосторожности смерть К*А.Е. Этим же приговором с работодателя ФИО3 и К*А.Е., ООО «Автобан-Мост», в пользу ФИО1 в счет компенсации причиненного ей морального вреда взыскана сумма в размере 1 000 000 рублей (л.д. 14-24).

Поскольку смерть К*А.Е. наступила в результате несчастного случая в период исполнения им трудовых обязанностей, несчастный случай, повлекший смерть К*А.Е., связан с производством, работодатель не обеспечил в соответствии с требованиями законодательства безопасные условия труда, суд полагает обоснованным требование ФИО1 о взыскании с ООО «Автобан-Мост» в пользу детей погибшего компенсации причиненного им морального вреда.

При определении размера, компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу детей К*А.Е., суд учитывает, конкретные обстоятельства произошедшего несчастного случая, повлекшего смерть К*А.Е. А именно то, что установленной причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, выразившееся в отсутствии контроля выполнения обслуживающим персоналом требований инструкций, а также в нарушении работником трудового распорядка и дисциплины труда, выразившееся в том, что он производил погрузо-разгрузочные работы при нахождении работника в кузове автомобиля, и нарушение К*А.Е. трудового распорядка и дисциплины труда, выразившееся в том, что при производстве погрузо-разгрузочных работ он, в нарушение ст. 215 ТК РФ, находится в кузове автомобиля, что нашло свое подтверждение в акте о несчастном случае на производстве и постановлении суда по уголовному делу в отношении ФИО3

Также суд учитывает степень страданий несовершеннолетних детей, вызванных гибелью К*А.Е., утратой ими на всю жизнь близкого человека, переживания, стресс, эмоциональное расстройство, учитывает неимущественные права несовершеннолетних детей на родственные и семейные связи, степень родства, близость детей к погибшему, глубину, степень, продолжительность и характер перенесенных страданий, вызванных такой невосполнимой потерей, принципы конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, а также необходимость соблюдения требований баланса интересов сторон, разумности и справедливости.

На основании изложенного суд полагает, что в пользу каждого из детей подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере по 1 000 000 рублей.

Согласно ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина взыскивается в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец был освобожден от уплаты государственной пошлины на основании п.п. 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ, с учетом положений абзаца 2 подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 НК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в сумме 3000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Автобан-Мост» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (ИНН №) 1 000 000 (Один миллион рублей), в пользу ФИО2 (ИНН №) 1 000 000 (Один миллион рублей), в пользу ФИО1 (ИНН №) 1 000 000 (Один миллион рублей).

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Автобан-Мост» (ИНН 

<

***>) государственную пошлину в доход местного бюджета 3000 руб.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Барышский городской суд в течение одного месяца с момента вынесения решения в окончательной форме.

Судья: Е.С. Челбаева

Мотивированное решение изготовлено 15 декабря 2025 г.