2-404/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

27 ноября 2020 года г. Старый Оскол

Старооскольский районный суд Белгородской области в составе: председательствующего судьи Полежаевой Ю.В.

при секретаре судебного заседания Осокиной Е.Ф., с участием:

представителя истца ФИО1 – адвоката Шмырева С.В. по ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ, представителя ответчика ОАО «Стойленский ГОК» – ФИО2 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

в отсутствие надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства истца ФИО1, Старооскольского городского прокурора, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Стойленский горно-обогатительный комбинат» о взыскании компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был принят на работу в ОАО «Стойленский ГОК» (впоследствии АО «Стойленский ГОК») слесарем дежурным по ремонту оборудования по 4 разряду на участок СУРФ РМЗ (ремонтно-механический завод) по срочному трудовому договору.

ДД.ММ.ГГГГ принят на работу слесарем дежурным по ремонту оборудования фабрик по 4 разряду на РМЗ.

ДД.ММ.ГГГГ переведен на РМЗ слесарем дежурным и по ремонту оборудования по 4 разряду на специализированном участке по ремонту оборудования КСМД дробильной фабрики специализированного цеха по ремонту оборудования обогатительной и дробильной фабрик.

ДД.ММ.ГГГГ переведен на РМЗ в той же должности на специализированном участке по ремонту участка дробления обогатительной фабрики специализированного цеха по ремонту оборудования обогатительной фабрики.

ДД.ММ.ГГГГ переведен в ремонтный комплекс, производственные подразделения, специализированный цех по ремонту оборудования обогатительной фабрики, специализированный участок по ремонту оборудования участка дробления обогатительной фабрики слесарем дежурным и по ремонту оборудования 4 разряда.

ДД.ММ.ГГГГ переведен в ремонтном комплексе в ремонтно-механический цех на участок по металлоконструкциям и ремонту горного оборудования слесарем-ремонтником по 4 разряду.

ДД.ММ.ГГГГ переведен на ту же должность в том же комплексе в сервисное управление на участок по металлоконструкциям и ремонту горного оборудования.

ДД.ММ.ГГГГ переведен в ремонтном комплексе, в управление ремонтного производства, в ремонтно-механический цех на участок по металлоконструкциям и ремонту горного оборудования слесарем-ремонтником по 4-му разряду.

ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию в связи с выходом на пенсию.

За период работы приобрел профессиональное заболевание, вызванное воздействием вредных производственных факторов — силикоз 2s 1p em hi. Дыхательная недостаточность 2 ст. В связи с этим ему установлена 3 группа инвалидности с утратой профессиональной трудоспособности 40%. 

Дело инициировано иском ФИО1, который с учетом дополнения требований о взыскании судебных расходов, ссылаясь на утрату здоровья в период работы у ответчика, просил суд взыскать с АО «Стойленский ГОК» в его пользу компенсацию морального вреда в связи с получением профессионального заболевания при исполнении трудовых обязанностей в размере 500000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 14000 рублей.

В судебном заседании представитель истца Шмырев С.В. поддержал заявленные требования по изложенным основаниям, сославшись на необратимое ухудшение здоровья истца, его необеспечение со стороны ответчика безопасными, соответствующими гигиеническим требованиям условиями труда на рабочем месте, что повлекло возникновение у него профзаболевания и повреждение его здоровья.

Представитель ответчика ФИО2 признала заявленные требования в части компенсации морального вреда в размере 100000 рублей, в остальной части возражала против удовлетворения иска. Не оспаривала, что повреждение здоровья истца произошло в результате его трудовой деятельности в АО «Стойленский ГОК». Сослалась на завышенность заявленных ко взысканию сумм, халатное отношение истца к своему здоровью, выразившееся в работе во вредных условиях труда, при том, что ему может быть возмещена в добровольном порядке компенсация в размере, определенном согласно условиям коллективного договора. 

Исследовав обстоятельства по представленным доказательствам, суд признает требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению в части. 

Как следует из материалов дела, в том числе трудовой книжки, и не оспаривалось представителями, стороны состояли в трудовых отношениях с ДД.ММ.ГГГГ и по ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справкам МСЭ-2011 № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, №МСЭ-2006 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ установлены 40% утраты профессиональной трудоспособности сроком до ДД.ММ.ГГГГ и III группа инвалидности по профессиональному заболеванию. Ему разработана программа реабилитации пострадавшего. Ему назначены единовременные страховые выплаты в размерах 40204 рубля 92 копейки и 13411 рублей 51 копейка. 

Из акта о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного заместителем начальника Территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Белгородской области в Старооскольском районе ФИО3, следует, что заболевание ФИО1 является профессиональным и возникло при обстоятельствах и условиях несовершенства механического наличия вредных производственных факторов (пыль, производственная вибрация, производственный шум, температура воздуха, влажность воздуха, скорость движения воздуха), не соответствующих гигиеническим нормативам. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека производственных факторов, веществ: содержание пыли в воздухе рабочей зоны от 0,75мг/м3 до 241,62 мг/м3 (ПДК – 2,0 мг/м3 ); уровень общей вибрации от 51 дБ до 120 дБ (ПДУ – 92 дБ); уровень шума (эквивалентный уровень звука) от 70 дБА до 109 дБА (ПДУ – 80 дБА); параметры микроклимата: температура от -20,0°С до + 30,0°С (норма +15,0°С до+27,0°С); влажность воздуха от 24% до 95 % (норма – 15% - 75%); скорость движения воздуха – от 0,1 м/с до 2,3 м/с (норма 0,2 м/с - 0,5 м/с), класс условий труда – 3.1.

В действиях ФИО1 вины не установлено.

О неблагоприятных условиях труда истца на рабочем месте свидетельствует санитарно-гигиеническая характеристика от ДД.ММ.ГГГГ №, утвержденная главным государственным санитарным врачом по г.Старый Оскол и Старооскольскому району Белгородской области ФИО7, согласно которой условия труда истца характеризуются наличием вредных производственных факторов (производственный шум, общая производственная вибрация, температура, влажность и скорость движения воздуха, пыль), не соответствующих гигиеническим нормативам.

Как следует из ответа, в картотеке МСЧ АО «Стойленский ГОК» амбулаторная карта ФИО1 отсутствует. Вместе с тем, из копии выписки из амбулаторной карты МСЧ ОАО «СГОК» за 2009 – 2016 годы ФИО1 следует, что он ежегодно проходил профессиональные медицинские осмотры, по результатам которых в своей профессии признавался годным. Сопутствующие профессиональному заболевания у истца выявлены с 2011 года. Ее соответствие обстоятельствам дела стороны не оспаривали. 

Согласно медицинскому заключению ФБУН «ФНЦГ им. ФИО8» Роспотребнадзора от ДД.ММ.ГГГГ № по направлению Центра профпаталогии Белгородской областной клинической больницы Святителя Иоасафа, ФИО1, при работе подвергавшемуся воздействию неблагоприятных факторов впервые установлено профессиональное заболевание - силикоз 2s 1p em hi. Дыхательная недостаточность 2 ст с сопутствующими заболеваниями. 

Истец нуждается в проведении реабилитационных мероприятий в результате несчастного профессионального заболевания.

В соответствии со ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) вред, причиненный личности, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Представитель ответчика признал факт повреждения здоровья истца в связи с его профессиональной деятельностью в АО «Стойленский ГОК».

В силу ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции РФ).

Из приведенных правовых положений следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение морального вреда, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, и право требовать такого возмещения в судебном порядке.

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится здоровье, поэтому его защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного здоровью, относится к числу общепризнанных основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на охрану здоровья, прямо закрепленного в Конституции Российской Федерации.

Согласно ст.ст. 21, 22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) работник имеет право на возмещение вреда, а работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ст.220 ТК РФ, абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона №125-ФЗ от 24.07.1998 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда, то есть работодателем.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, который обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (ст.212 ТК РФ).

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические и нравственные страдания.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, изложенным в п. 32 Постановления от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в таком случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Европейский суд указал на сложность задачи оценки тяжести травм для компенсации ущерба, а особенно она сложна в деле, где предметом иска является личное страдание, физическое или душевное. Не существует стандарта, в соответствии с которым боль или страдания, физический дискомфорт и душевный стресс или мучения могли быть измерены в денежной форме (Постановление от 07.07.2011 года по делу Шишкина против Российской Федерации).

В обоснование требований о компенсации морального вреда, его размера в иске изложены обстоятельства, что ФИО1 вследствие профессионального заболевания противопоказана работа в условиях повышенной запыленности, загазованности, в контакте с веществами раздражающего действия, неблагоприятного микроклимата; требуется динамическое наблюдение и лечение у врачей, контроль артериального давления, анализы, проведение курсов сосудистой, витаминотерапии (по медицинскому заключению от 14.06.2019 №547).

При этом суд исходил, что истец испытывает физические страдания длительное время, в связи с профессиональным заболеванием не может вести прежний образ жизни, свободно передвигаться на длинные расстояния, работать по дому, поскольку сразу же появляются перечисленные симптомы заболевания, он начинает задыхаться; вынужден постоянно лечиться для поддержания своего здоровья, его продолжают беспокоить сильная одышка, кашель, слабость, боли в грудной клетке, утомляемость, повышение артериального давления.

Данные обстоятельства помимо вышеприведенных доказательств, медицинской документации, амбулаторной карты истца. 

В связи с полученным заболеванием истец находился на обследовании и лечении с ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ в ОГКУЗ «Старооскольская туберкулезная больница» согласно выписке № от ДД.ММ.ГГГГ, с целью экспертизы связи заболевания с профессией с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на стационарном обследовании в ФБУН «ФНЦГ им. ФИО8» Роспотребнадзора согласно выписному эпикризу № и медицинскому заключению № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Полученное истцом профессиональное заболевание является хроническим, что свидетельствует о длительности и тяжести переносимых им страданий, что истец претерпевает наряду с физическими и нравственные страдания.

Из исследованных доказательств установлено, что ФИО1 испытывает физические страдания в виде страха, волнения за дальнейшее состояние здоровья, качество его жизни снизилось, он вынужден постоянно проходить лечение, наблюдение, обследование, в том числе санаторно-курортное, принимать лекарственные препараты, в том числе дорогостоящие (до 8000 рублей), что доставляет ему неудобства и дискомфорт, вынужден переживать в ожидании результатов очередных освидетельствований, связанных с профзаболеванием.

Несостоятельны доводы представителя ответчика о халатности ФИО1, выразившейся в работе во вредных условиях труда, поскольку вины истца в возникновении профессионального заболевания не установлено, а обязанность по созданию надлежащих условий охраны труда и безопасности состояния здоровья истца, выполнение ответчиком мероприятий по технике безопасности и охране труда работника является обязанностью работодателя в силу ст. 22, 212 ТК РФ, однако, как подтверждается материалами дела, предпринятые работодателем меры оказались недостаточными, неэффективными и не исключили возникновение у ФИО1 профессионального заболевания.

Размер компенсации морального вреда, который ответчик готов выплатить в пользу истца, по мнению суда, является недостаточным и несоразмерным объему причиненных работнику страданий. Аргументированных и убедительных доводов о том, что предлагаемый ответчиком размер компенсации в сумме 100000 рублей является достаточным, разумным, справедливым и в полном объеме возместит причиненный моральный вред истцу ни в письменных возражениях на иск, ни в судебном заседании представителем ответчика не приведено.

Не обращение истца к работодателю с требованием о выплате ему компенсации морального вреда по условиям коллективного договора не лишает ФИО1 права обратиться с такими требованиями в суд.

Кроме того, суд учитывает ч.2 ст.9 ТК РФ, в силу которой коллективные договоры, соглашения не могут содержать условий, ограничивающих или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативно правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Установление коллективным договором, стандарта при расчете размера компенсации морального вреда не позволяет измерить боль, страдания, физический дискомфорт, душевный стресс, которые испытывал и испытывает истец, длительность и тяжесть вреда здоровью, которые он переносит, поэтому снижает уровень гарантий и ограничивает права истца по сравнению с действующим законодательством, в связи с чем применению не подлежит. Компенсация морального вреда определяется в возражениях ответчика не на основании перенесенных истцом физических и нравственных страданий, а путем математического расчета, что недопустимо.

Вместе с тем, учитывая, что юридический состав имеющих правовое значение обстоятельств устанавливается судом на момент разрешения спора, при определении характера и степени нравственных страданий истца, и как следствие - размера компенсации морального вреда, подлежит учету установление истцу 3 группы инвалидности, подтверждающее совокупность обстоятельств: нарушения здоровья со стойким расстройством функций организма, ограничения жизнедеятельности, необходимости в мерах социальной защиты, включая реабилитацию, исходя из п. 5 Правил признания лица инвалидом, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 20.02.2006 года №95 «О порядке и условиях признания лица инвалидом»).

Суд также принимает во внимание, что степень утраты профессиональной трудоспособности в процентах (40 %) определена истцу на срок один год. При этом согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от 16.10.2000 №789, срок переосвидетельствования пострадавшего при определении степени утраты профессиональной трудоспособности устанавливается через шесть месяцев, один год или два года на основе оценки состояния здоровья пострадавшего и прогноза развития его компенсаторных и адаптационных возможностей; степень утраты профессиональной трудоспособности при очередном переосвидетельствовании устанавливается с учетом результатов реабилитации пострадавшего (п. 33 временных критериев определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, формы программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, утвержденных Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18.07.2001 №56).

Суд, исходя из наличия профессионального заболевания у истца, его возраста, степени утраты профессиональной трудоспособности, необходимости лечения в связи с имеющимся заболеванием, хронического характера заболевания, а также требований разумности и справедливости, степени нравственных и физических страданий заявителя, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 280000 рублей с отказом в удовлетворении требований в остальной части.

Представленные стороной истца в копиях доказательства не вызывают сомнения в их соответствии подлинникам. Отсутствие оригиналов документов не нарушает прав сторон и не служит основанием для недоказанности фактов, в обоснование которых они представлены. Кроме того, ответчик эти факты не оспаривал, мотивируя несогласие с размером заявленных исковых требований.

Обоснованы в части и основаны на положениях ст. 98 ГПК РФ требования истца о взыскании с ответчика расходов, понесенных на оплату юридических услуг.

В соответствие со ст.100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно ч.ч. 1,2 ст. 46 Конституции РФ во взаимосвязи с ч. 1 ст. 19 Конституции РФ, закрепляющей равенство всех перед законом и судом, конституционное право на судебную защиту предполагает не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты в форме эффективного восстановления нарушенных прав и свобод в соответствии с законодательно закрепленными критериями.

В рассматриваемом случае обращение истца в суд связано с причинением морального вреда по вине ответчика и необходимостью его возмещения. Обязанность истца выплатить по делу вознаграждение представителю обусловлена исполнением им юридических услуг, и у поручителя существует гражданско-правовой долг перед исполнителем таких услуг, а выплаченные истцом суммы подлежат взысканию с ответчика, как проигравшей стороны, в разумных пределах. Такие пределы являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 ГПК РФ речь идет об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Как следует из материалов дела, истец внес в адвокатский кабинет адвокату Шмыреву С.В., представляющему его интересы на основании ордеров № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ денежные средства в сумме 4000 и 10000 рублей за составление проекта искового заявления к АО «Стойленский ГОК» о взыскании компенсации морального вреда и представление интересов в суде по данному делу. Представитель истца принимал участие в судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ при разрешении ходатайства ответчика о передаче дела по подсудности, на подготовке ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ при рассмотрении иска по существу, поддерживал доверителя. 

При решении вопроса о взыскании издержек, связанных с оплатой услуг представителя истца Шмырева С.В., суд принимает во внимание его квалификацию, который обладает статусом адвоката. Расходы по оплате услуг адвоката полностью соответствуют положениям постановления Совета адвокатской палаты Белгородской области «О минимальных ставках вознаграждения за оказываемую юридическую помощь адвокатами». При этом при определении размера взыскиваемых издержек, суд учитывает то, что статус адвоката - особый статус. Он приобретается лицом, имеющим высшее юридическое образование, при соблюдении ряда условий и соответствии критериям, определенных законом. Статус адвоката служит гарантией оказания гражданину квалифицированной юридической помощи, высокого уровня профессиональных знаний и навыков. Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» предусматривает выполнение адвокатом ряда обязанностей. В их числе ежемесячное отчисление денежных средств на нужды адвокатской палаты за счет получаемого вознаграждения. Эти средства направляются на выплату заработной платы работникам палаты, материальное обеспечение ее деятельности, а также – по решению Совета палаты – на оплату труда адвокатов, оказывающих юридическую помощь бесплатно. Размер минимального вознаграждения занятости адвоката установлен Советом адвокатской палаты области с учетом этих обязательных ежемесячных взносов.

АО «Стойленский ГОК» не представило доказательств в опровержение утверждения истца о производстве затрат по оказанию юридической помощи в указанном объеме. Фактическое несение расходов подтверждено квитанциями от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания фактически понесенных расходов заявителем при рассмотрении дела и заявления в определенной судом сумме.

Учитывая изложенное, предмет спора, обстоятельства дела, его сложность, ценность защищаемого права, материальное положение сторон, результат рассмотрения дела, объем и качество фактически проведенной представителем истца работы, утвержденные решением Совета адвокатской палаты Белгородской области расценки оплаты юридической помощи, оказываемой гражданам на территории Белгородской области; характер спора, продолжительность судебного разбирательства, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о наличии законных оснований для взыскания с АО «Стойленский ГОК» в пользу ФИО1 расходов по оплате услуг представителя за оказание юридических услуг по делу в заявленной ко взысканию сумме 14000 рублей, которую суд находит разумной, оснований для ее уменьшения не имеется.

Лица, участвующие в деле, в силу статей 4, 45, 46, 47, 56, 57 ГПК РФ, обязаны доказывать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований и возражений. Уклонение лиц, участвующих в деле, от состязательности может повлечь принятие решения только по доказательствам, представленным другими лицами (чHYPERLINK "consultantplus://offline/ref=4640F118B56B54555F73FE75D4807E42DB96B3E50142CEEEA365BD83E3E3DB47D8D2865239215125cF51O". 1 ст. 68 ГПК РФ).

Стороны не привели ни одного факта и не представили ни одного довода и доказательства, чтобы суд пришел к иному выводу по данному делу.

С учетом положений п. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 рублей, поскольку истец при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины.

Руководствуясь ст. ст. 98, 100, 194-199 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО1 к акционерному обществу «Стойленский горно-обогатительный комбинат» о взыскании компенсации морального вреда в связи с получением профессионального заболевания при исполнении трудовых обязанностей, судебных расходов, удовлетворить в части.

Взыскать с акционерного общества «Стойленский горно-обогатительный комбинат» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 280000 рублей, судебные расходы по оплате услуг адвоката в размере 14000 рублей.

В удовлетворении требований в остальной части отказать.

Взыскать с открытого акционерного общества «Стойленский горно-обогатительный комбинат» в доход бюджета Старооскольского городского округа государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Старооскольский городской суд Белгородской области.

Судья Ю.В. Полежаева 

Решение в окончательной форме принято 04.12.2020.