Дело №1-11/2019

Поступило в суд 23.07.2018

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Новосибирск 07 февраля 2019 года

Ленинский районный суд г.Новосибирска в составе: 

председательствующего судьи Цыганковой И.В.,

при секретарях Кирпиной Т.С., Петровой Н.В., 

с участием государственных обвинителей – помощников прокурора Ленинского района г.Новосибирска Мильбергер Т.В., ФИО1, ФИО2,

ФИО3

потерпевшей Потерпевший №1,

подсудимого ФИО4,

защитника-адвоката Зотова А.В., предоставившего удостоверение №15160 и ордер №2018/16 Адвокатского кабинета Адвокатской палаты г. Москвы, 

подсудимого ФИО5, 

защитника-адвоката Омельченко М.Ю., предоставившего удостоверение № 2128 и ордер № 2354 НО «Коллегия адвокатов Ленинского района г. Новосибирска»,

защитника-адвоката Игошиной Н.В., предоставившей удостоверение № 1247 и ордер № 2143 НО «Коллегия адвокатов Ленинского района г. Новосибирска»,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО5, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина РФ, имеющего средне-специальное образование, официально не трудоустроенного, холостого, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживающего в 

<

адрес>, военнообязанного, не судимого, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, содержащегося под стражей с 12.07.2017 (протокол задержания в т.1 на л.д.74-77) по настоящее время, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

ФИО4, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина РФ, имеющего среднее образование, работающего в 

<

данные изъяты>, холостого, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес> ком.5, военнообязанного, не судимого, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, содержащегося под стражей с 12.07.2017 (протокол задержания в т.1 на л.д.95-98) по настоящее время, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО5 и ФИО4 группой лиц совершили умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. 

Преступление совершено в Ленинском районе г.Новосибирска при следующих обстоятельствах.

11.07.2017 в период времени до 20 часов 18 минут Потерпевший №2, ФИО5 и ФИО4 в состоянии алкогольного опьянения находились на территории садового участка № СНТ «Восход», расположенного возле 

<

адрес>, где между Потерпевший №2 с одной стороны, ФИО5 и ФИО4 с другой стороны возникла ссора. 

После этого, в тот же период времени и в том же месте ФИО4, испытывая внезапно возникшие в ходе ссоры личные неприязненные отношения к Потерпевший №2, используя малозначительный повод, решил путем избиения Потерпевший №2 причинить ему тяжкий вред здоровью, опасный для его жизни.

У ФИО5 одновременно с ФИО4 на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к Потерпевший №2 возник преступный умысел на умышленное причинение Потерпевший №2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

При этом, и ФИО5, и ФИО4 осознавали, что при совершении ими умышленных противоправных действий, направленных на причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №2, опасного для его жизни, они будут совместно и согласованно совершать данное преступление, то есть действовать группой лиц.

Реализуя преступный умысел, направленный на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенного группой лиц, ФИО4, находясь 11.07.2017 в период времени до 20 часов 18 минут на территории садового участка № СНТ «Восход», расположенного возле 

<

адрес>, действуя умышленно, совместно и согласованно группой лиц с ФИО5, целенаправленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью Потерпевший №2, опасного для его жизни, осознавая общественную опасность совместных преступных действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения Потерпевший №2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, и желая их наступления, но вместе с тем, не желая причинения смерти Потерпевший №2, хотя при должной внимательности и осмотрительности должен был и мог их предвидеть, действуя с указанным умыслом, подошел к Потерпевший №2 и умышленно нанес ему не менее пяти ударов кулаками рук по телу и голове, из них не менее двух ударов в жизненно-важную часть тела – в голову, после чего отошел в сторону.

Реализуя преступный умысел, направленный на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенного группой лиц, ФИО5, находясь 11.07.2017 в период времени до 20 часов 18 минут на территории указанного садового участка, действуя умышленно, совместно и согласованно группой лиц с ФИО4, целенаправленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью Потерпевший №2, опасного для его жизни, осознавая общественную опасность совместных преступных действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения Потерпевший №2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, и желая их наступления, но вместе с тем, не желая причинения смерти Потерпевший №2, хотя при должной внимательности и осмотрительности должен был и мог их предвидеть, действуя с указанным умыслом, подошел к Потерпевший №2, обхватил левой рукой шею Потерпевший №2 и умышленно нанес ему не менее двух ударов кулаком правой руки в жизненно-важную часть тела – в голову, после чего отошел в сторону.

После этого ФИО4, действуя с тем же умыслом и с той же целью, совместно и согласованно с ФИО5, группой лиц с последним, находясь в том же месте и в тоже время, вновь подошел к Потерпевший №2 и умышленно нанес ему не менее трех ударов кулаками рук в жизненно-важную часть тела – в голову, и не менее двух ударов кулаками рук по телу, отчего Потерпевший №2 упал на колени и уперся руками в землю.

Затем ФИО5 в продолжение реализации преступного умысла, направленного на причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №2, опасного для его жизни, действуя совместно и согласованно, группой лиц с ФИО4, находясь в том же месте и в тоже время, подошел к стоящему на коленях и упершемуся руками в землю Потерпевший №2, и умышленно нанес ему не менее одного удара ногой, обутой в обувь, в жизненно-важную часть тела – в голову, отчего Потерпевший №2 упал на спину.

Противоправные действия ФИО4 и ФИО5 были обнаружены Свидетель № 13 Д.В., который с целью прекращения избиения Потерпевший №2 вывел его за ограду дачного участка № СНТ «Восход».

После этого ФИО4 и ФИО5, продолжая реализовывать преступный умысел, направленный на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенного группой лиц, находясь 11.07.2017 в период времени до 20 часов 18 минут на территории возле садового участка № СНТ «Восход», расположенного возле 

<

адрес>, действуя умышленно, совместно и согласованно группой лиц, целенаправленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью Потерпевший №2, осознавая общественную опасность совместных преступных действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения Потерпевший №2 тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни, и желая их наступления, но вместе с тем, не желая причинения смерти Потерпевший №2, хотя при должной внимательности и осмотрительности должны были и могли их предвидеть, действуя с указанным умыслом, нанесли каждый не менее пяти ударов ногами по телу Потерпевший №2 и в жизненно-важную часть тела – в голову, от которых Потерпевший №2 потерял сознание.

Своими совместными и согласованными умышленными преступными действиями ФИО4 и ФИО5 причинили Потерпевший №2 телесные повреждения:

- тупую травму головы: множественные ушибы и ссадины мягких тканей лица; кровоизлияние под твердой мозговой оболочкой в левой гемисфере на выпуклой и базальной поверхностях; кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой в левых лобной, височной и теменной долях; очаг ушиба головного мозга в левой лобной доле, которые состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью, образовались от воздействий тупого твердого предмета (предметов), составляют единую закрытую черепно-мозговую травму, оцениваются в совокупности как телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью человека,

- множественные ушибы и ссадины мягких тканей тела, конечностей, которые в прямой причинно-следственной связи со смертью не состоят, не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности, поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Смерть Потерпевший №2 наступила 31.08.2017 в ГБУЗ «ГКБ №34» от закрытой тупой черепно-мозговой травмы, осложнившейся развитием двусторонней тотальной гнойной пневмонии. Закрытая тупая черепно-мозговая травма является вредом здоровью, опасным для жизни человека, создающим непосредственную угрозу для жизни и при обычном ее течении, в том числе без развития воспаления легких (пневмонии) могла закончиться смертью.

В судебном заседании подсудимый ФИО5 вину в совершении преступления не признал, показал, что с потерпевшим у него был конфликт, но он потерпевшего не убивал.

ФИО5 в судебном заседании показал, что 11.07.2017 он и Свидетель №14 пришли на дачный участок на 

<

адрес>, там были Свидетель № 13, Стас, Свидетель №2 и другие. Они сидели, выпивали, затем он (ФИО5), Свидетель № 13 и Потерпевший №2 пошли в магазин. Выйдя из магазина, они отдали водку и сигареты Потерпевший №2, вернулись в магазин, через 5 минут они вышли из магазина, Потерпевший №2 не было. Они пришли на участок, Потерпевший №2 там не было, он разозлился.

Через 1,5 часа пришел Потерпевший №2, который находился в состоянии опьянения, был грязный. Он (ФИО5) слышал звуки, кто-то падал. Он решил подойти к Потерпевший №2, поговорить, тот ничего не говорил, он (ФИО5) разозлился и ударил Потерпевший №2 по щеке, он упал. Спустя 10 минут он вновь попытался поговорить с Потерпевший №2, но тот не отвечал. ФИО12 сказал, чтобы Потерпевший №2 умыл лицо и руки и сел за стол. Затем он (ФИО5) вновь пытался поговорить с Потерпевший №2, тот не отвечал, молчал, он (ФИО5) опять ударил ладонью по щеке Потерпевший №2, тот упал, потому что был в сильном алкогольном опьянении. Он (ФИО5) ударил ногой Потерпевший №2 по ягодицам, тот упал на четвереньки.

Соседка увидела это, начала кричать, он (ФИО5) сказал соседке, что ударил Потерпевший №2 за его поступок. Затем он (ФИО5) сел за стол, продолжал выпивать. Других ударов он Потерпевший №2 не наносил. Через некоторое время они ушли. 

Около 23 часов возле 

<

адрес> он был задержан сотрудниками ППС.

На основании ст.276 УПК РФ в судебном заседании были исследованы показания, данные ФИО5 в ходе предварительного расследования.

Так, при допросе 12.07.2017 в качестве подозреваемого ФИО5 показал, что 11.07.2017 после 15 часов он и Свидетель №14 пришли на садовый участок, расположенный в СНТ «Восход», там находились несколько мужчин, они стали все вместе распивать спиртное. Кроме него и Свидетель №14 в компании находились: Свидетель №2, Станислав, Свидетель № 13, Потерпевший №2. 

В период времени с 16 часов 00 минут до 17 часов 00 минут на садовый участок подошли ещё трое мужчин - Свидетель №4, Свидетель №25 и Иван, которые стали с ними распивать спиртное, никто не конфликтовал. Когда спиртное закончилось, в магазин пошли он, Свидетель № 13 и Потерпевший №2. Когда они вышли из магазина, они отдали купленную бутылку водки и пачку сигарет Потерпевший №2, а он и Свидетель № 13 вернулись в магазин. Когда они вышли на улицу, Потерпевший №2 нигде не обнаружили. Когда он с Свидетель № 13 пришли на садовый участок, Потерпевший №2 не было. Они сказали всем, что Потерпевший №2 ушел с бутылкой водки и пачкой сигарет, все остальные мужчины стали по данному поводу возмущаться. После этого они все вместе продолжили распивать спиртное. 

В вечернее время на садовый участок пришёл Потерпевший №2 в состоянии сильного алкогольного опьянения, ничего не говорил. Станислав сразу встал из-за стола, подошёл к Потерпевший №2 и спросил, почему тот так поступил, унёс общую водку с сигаретами, Потерпевший №2 ничего не отвечал. Станислав ударил кулаком Потерпевший №2 в голову, по лицу. После этого он также подошел к Потерпевший №2 и оттащил Станислава, стал также спрашивать у Потерпевший №2, почему он так поступил, тот ничего не отвечал, а Станислав в это время еще два или три раза ударил Потерпевший №2 кулаком по лицу. Так как Потерпевший №2 ничего не отвечал, его это разозлило, и он также ударил кулаком своей правой руки Потерпевший №2 в область лица, в правую часть ближе к носу. После его удара Потерпевший №2 упал на землю лицом вниз. О твёрдое Потерпевший №2 не ударялся. После этого он вернулся к столу, а Станислав подошёл к лежащему на земле Потерпевший №2 и продолжил его избивать ногами по корпусу тела, а также по голове в область лица, темени и затылку. После этого Свидетель № 13 подбежал к Станиславу и стал его оттягивать от Потерпевший №2, говорил, чтобы тот его не бил. В тот момент, когда Свидетель № 13 держал Станислава, он (ФИО5) снова разозлился на Потерпевший №2, подошел к нему, и своей правой ногой ударил Потерпевший №2 по лицу, когда тот пытался подняться с земли, после чего снова упал на спину. Ударился ли Потерпевший №2 в этот момент головой о землю, он не видел. Далее в течение 5 минут Потерпевший №2 никто не трогал. Когда Потерпевший №2 встал с земли, пошел в сторону калитки и вышел на улицу за ограду. 

Он пошел за ним, задал ему вопрос, зачем тот унес общую водку, Потерпевший №2 ничего не ответил. Он снова разозлился на Потерпевший №2 и кулаком правой руки ударил Потерпевший №2 в голову в область лица примерно по левой щеке. От его удара Потерпевший №2 не упал. В этот момент к нему и Потерпевший №2 подбежали Свидетель № 13 и Стас, а он услышал женский крик, увидел женщину, подошел к ней, женщина спросила, за что они бьют Потерпевший №2, он ответил, что Потерпевший №2 украл у них водку. 

В тот момент, когда он пошел к женщине, Стас снова накинулся на Потерпевший №2 и стал его бить кулаками по голове, ударов было не менее пяти в разные части головы Потерпевший №2, после чего тот упал лицом на землю. Станислав продолжил избивать лежащего на земле Потерпевший №2 ногами, бил его по корпусу тела и по голове в разные части, ударов по голове было не менее пяти. Когда Станислав бил Потерпевший №2, Свидетель № 13 пытался его оттащить, но не мог. Тогда он уже не выдержал, подбежал к Станиславу и оттащил его от Потерпевший №2 в сторону. После этого Потерпевший №2 никто не бил. 

Позже он, Свидетель № 13, Станислав и еще кто-то оттащили Потерпевший №2 от ограды участка Свидетель № 13 к деревянному мостику через теплотрассу, где положили его на землю. 

После этого они продолжали распивать спиртные напитки. Позже их задержали сотрудники полиции.

В содеянном раскаивается, вину в причинении тяжкого вреда здоровью Потерпевший №2 признает полностью, так как сам неоднократно бил его кулаками и ногой по голове (т. 1 л.д. 86-90).

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого 13.07.2018, ФИО5 вину в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ, признал полностью, в содеянном раскаивался, полностью подтвердил показания, данные в качестве подозреваемого (том 1 л.д.124-126).

Допрошенный в качестве обвиняемого 26.12.2018 ФИО5 вину в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, признал частично, указал, что не согласен, что Потерпевший №2 умер из-за полученных от него ударов. Он Потерпевший №2 ногами и руками по голове не бил. Ударил Потерпевший №2 ногой в область ягодиц и дал ему пощечину. И он, и Потерпевший №2 были пьяны, он отталкивал Потерпевший №2 от себя. Потерпевший №2 ничего не говорил при этом, а двигался на него, он Потерпевший №2 отталкивал. На его вопросы Потерпевший №2 не отвечал, его это злило, поэтому он дал Потерпевший №2 пощечину. От его ударов Потерпевший №2 падал два раза. Еще до начала конфликта Потерпевший №2 был пьян и упал не менее 5 раз, ударялся при этом о железные листы или трубы. Он видел у Потерпевший №2 ссадины на лице. Пришел Потерпевший №2 очень пьяный, ничего не говорил. 

Заявил, что ранее давал показания под давлением сотрудников полиции, был с похмелья, его били сотрудники полиции, заставляли дать признательные показания, что он и сделал. Сотрудники говорили, что если он не даст нужные показания, они его будут еще бить (т. 2 л.д. 133-137).

Допрошенный в качестве обвиняемого 01.03.2018, ФИО5 вину в совершении преступления не признал, показал, что 11.07.2017 около 18 часов Потерпевший №2 вернулся на садовый участок СНТ «Восход», где он подошел к нему первым, крови ни на лице, ни на одежде у Потерпевший №2 он не видел. На лице у Потерпевший №2 синяков не было. Затем к Потерпевший №2 подошел ФИО4, который пытался поговорить с Потерпевший №2, тот ничего не отвечал. ФИО4 это разозлило, ФИО4 нанёс не менее двух ударов кулаками по лицу Потерпевший №2, от чего тот упал, затем он начал подниматься, вставая на колени. 

В это время к ФИО4 и Потерпевший №2 подбежал Свидетель № 13 и оттащил ФИО4 Они продолжили выпивать, Потерпевший №2 подошел к столу. Затем ФИО4 нанёс не менее двух ударов ладонью по лицу Потерпевший №2, бил сильно. Затем Потерпевший №2 встал и пошел в сторону выхода из ограды. Он (ФИО5) встал, подошел к Потерпевший №2, потому что его разозлило, что Потерпевший №2 уходит. Он обхватил Потерпевший №2 за шею левой рукой, а правой рукой нанёс два удара в область лица кулаком. К ним подбежал Свидетель № 13 и оттащил его от Потерпевший №2 К Потерпевший №2 подбежал ФИО4 и стал наносить беспорядочные удары руками и ногами по телу и лицу Потерпевший №2, руками по голове ФИО6 ударил не менее 3 раз и не менее 2 раз руками по телу, затем Потерпевший №2 упал на колени, руками уперся о землю и попытался встать. Свидетель № 13 оттащил ФИО4 В это время он подбежал к Потерпевший №2, тот стоял на четвереньках и пытался встать, он (ФИО5) нанёс один удар с размаха снизу вверх в область лица Потерпевший №2 ногой. Потерпевший №2 от этого удара упал на живот и не вставал. Они отошли от Потерпевший №2, пошли за стол. 

Затем он увидел, что Потерпевший №2 встал и пошел за ограду, он догнал Потерпевший №2 за оградой, его увидела соседка Свидетель №15 которая спросила, что случилось, он ответил, что Потерпевший №2 украл водку. Свидетель №15 попросила больше не бить Потерпевший №2 Он повернулся в сторону, где стоял Потерпевший №2 и увидел, что тот лежит на земле на животе, а ФИО4 нанёс не менее двух ударов ногой по лицу Потерпевший №2 Свидетель № 13 пытался оттащить ФИО4 от Потерпевший №2

Он (ФИО5) подошел к Потерпевший №2, потрогал пульс, проверил дыхание, Потерпевший №2 был жив. Он стал вызывать скорую помощь, но неправильно набирал номер. Он попросил соседей вызвать скорую помощь. Через некоторое время его задержали. Когда его задерживали, он оказывал сопротивление сотрудникам полиции, так же он не хотел заходить в комнату для задержанных. 

Потерпевший №2 падал несколько раз на участке, может быть, обо что-то ударился, он не знает, участок покрыт кустарниками, травой, также на участке были трубы и железные листы. 

Ранее он давал другие показания, чтобы занизить причастность к преступлению. Умысла на причинение смерти Потерпевший №2 у него не было, наносил удары, чтобы тот понял, что украл водку и больше так не делал (т. 3 л.д. 101-105).

Допрошенный в качестве обвиняемого 13.03.2018, ФИО5 вину в совершении преступления признал частично, подтвердил показания, данные им от 01.03.2018, а также первоначальные показания, которые он давал 12.07.2017, а также в ходе очных ставок с Свидетель № 13 и Крыжановским. Показал, что более точное количество ударов потерпевшему он указал в показаниях от 01.03.2018. Признает, что нанес потерпевшему Потерпевший №2 тяжкие телесные повреждения, однако считает, что последствия в виде смерти Потерпевший №2 наступили не от его действий. В содеянном раскаивается (т. 3 л.д. 152 -154).

Признательные показания в судебном заседании подсудимый ФИО5 не подтвердил, указав, что первоначальные показания он давал под давлением сотрудников полиции, которые сказали, если он не даст такие показания, его будут бить, в том числе, в СИЗО. А также адвокат Игошина и следователь ФИО7 сказали признаться, и обвинение будет мягче. Сотрудники полиции перед допросом наносили ему удары по правому уху, по правому глазу, по телу, у него не слышало ухо, был синяк. На очной ставке между ним и Крыжановским адвокат не присутствовал, а пришёл за 5 минут до окончания очной ставки. Также в ходе проведения очной ставки присутствовал оперативный сотрудник, который его избивал.

Кроме того, подсудимый ФИО5 добавил в судебном заседании, что первоначальные показания даны им под воздействием сотрудников полиции, которые угрожали избиением, избивали, он имел телесные повреждения. Такие показания ему сказали давать сотрудники полиции на очной ставке, он испугался, давал показания. Адвокат Игошина убедила его изменить показания и дать показания в отношении ФИО8, так как ему (ФИО5) будет назначен меньший срок, что она обо всем договорилась. Он доверился адвокату и изменил показания. Спустя время он понял, что его обманули, в связи с этим просил, чтобы ему заменили адвоката.

В судебном заседании подсудимый ФИО4 вину в совершении преступления признал частично, показал, что была ссора, но в наступлении смерти он не виновен.

11.07.2017 он, Свидетель №2, Свидетель № 13 находились на садовом участке Свидетель № 13, Свидетель №2 и Свидетель № 13 выпивали водку, он (ФИО8) пил пиво, у него было плохое настроение. Затем на садовый участок пришел Потерпевший №2, поведение которого было неадекватным, он смеялся. Свидетель № 13 ему сказал, что Потерпевший №2 употребляет алкоголь, возможно, находится в наркотическом опьянении. Он (ФИО8) сказал, что лучше Потерпевший №2 здесь не находиться. После на дачный участок пришли ФИО5 и Свидетель №14. Впоследствии Свидетель № 13, ФИО5 и Потерпевший №2 ушли в магазин, вернулись Свидетель № 13 и ФИО5, спросили, приходил ли Потерпевший №2.

Через час на участок пришел Потерпевший №2, который был очень пьян, он падал, обо что-то ударился, был весь грязный, находился в неадекватном состоянии. Потерпевший №2 захотел пройти за стол, он (ФИО8) сказал, чтобы он умылся, Потерпевший №2 его проигнорировал и сел за стол. Его это разозлило, потому что его отношение к Потерпевший №2 было негативным. Сидя за столом, Потерпевший №2 начал брать стаканы, он (ФИО8) сказал, чтобы он ушел, Потерпевший №2, игнорируя его просьбы, схватил стакан и выпил. Его (ФИО8) это окончательно разозлило, он нанёс Потерпевший №2 ладонью правой руки в район щеки пощечину, но Потерпевший №2 продолжал вести себя не адекватно. Он (ФИО8) за руку вывел Потерпевший №2 из-за стола, тот упал, ничего не говорил, никаких признаков не подавал. Подойдя к Потерпевший №2, он (ФИО8) пнул его ногой в область ягодиц, сказал, чтобы он уходил. Он (ФИО8) сказал, чтобы Потерпевший №2 вывели, он (ФИО8) и Свидетель № 13 подняли Потерпевший №2 и Свидетель № 13 повел его в строну калитки.

Когда Потерпевший №2 вывели за калитку, сказали, чтобы он шел домой. Вернувшись на садовый участок, он (ФИО8) услышал, что калитку пытаются открыть, подойдя к калитке, увидел, что стоит Потерпевший №2 и пытается пройти на участок. Он сказал Потерпевший №2, что так лучше не делать, он не реагировал, он (ФИО8) нанес Потерпевший №2 пощечину. Впоследствии, когда Потерпевший №2 пытался опять зайти, он (ФИО8) его оттолкнул. Потерпевший №2 упал на ягодицы, он начал кричать Потерпевший №2, что он не приятен, чтобы он уходил домой.

За калитку вышли много людей, был Свидетель № 13. Помнит, что Потерпевший №2 стоял перед ним и пытался пройти, он (ФИО8) замахнулся на Потерпевший №2, тот, сделав шаг назад, упал. После этого он (ФИО8) ушел на садовый участок, и через некоторое время ушел с участка вместе с Свидетель №2. Чтобы бил Потерпевший №2 ещё кто-либо, не видел. С ФИО5 о воздействии на Потерпевший №2 не договаривались. Удары Потерпевший №2 по голове и телу не наносил, был обут в мягкие летние тапочки.

12.07.2017 около 11-12 часов он шёл от Свидетель №12, зашёл к Свидетель №2, где был задержан двумя оперативными сотрудниками, при этом ему был нанесён удар в грудь и сильным толчком его прижали к двери, завернули руки и надели наручники. Его привезли в отдел, начали угрожать, ударили несколько раз, говорили, чтобы он писал явку с повинной, он не хотел этого делать, но под угрозами его убедили. Что писать он не знал, поэтому оперуполномоченный Свидетель №8 диктовал ему явку, сказал написать, что он не нуждается в услугах адвоката. После этого его завели в камеру, где долгое время держали, не давали выйти в туалет, не предоставляли воду. Поздно вечером его повели на очные ставки, перед этим сказав, чтобы он говорил точно также, как ему сказано. Следователем ФИО9 была проведена очная ставка с Свидетель № 13, который говорил многое, что ему (ФИО8) было не понятно. Следователь говорил Свидетель № 13, что нужно говорить. Свидетель № 13 говорил, что Стас наносил пощечины, следователь убеждал, чтобы он говорил «не пощечины, а удары». По состоянию и виду Свидетель № 13 было понятно, что тот запуган и уставший.

После очной ставки с Свидетель № 13 его (ФИО8) отвели в камеру. Через некоторое время была проведена очная ставка с ФИО5, присутствовал оперуполномоченный, который диктовал ему явку с повинной и участвовал при задержании, - Свидетель №8, присутствовал адвокат ФИО5. ФИО5 был уставший и запуганный, показания он давал расплывчатые. ФИО5 при встрече рассказал, что его избили в отделе полиции, Михайлов имел телесные повреждения. Под окончание очной ставки, когда всё было записано, пришла адвокат Криммель.

На основании ст.276 УПК РФ в судебном заседании были исследованы показания, данные ФИО4 в ходе предварительного расследования.

Так, при допросе 12.07.2017 в качестве подозреваемого ФИО4 показал, что 11.07.2017 в дневное время он, Свидетель №2 и Свидетель № 13 на садовом участке Свидетель № 13 в СНТ «Восход» сидели за столом под навесом веранды, пристроенной к дачному домику. Затем на участок пришел Потерпевший №2, который вместе с ними стал распивать спиртное. После этого пришли еще какие-то мужчины. Он (ФИО8) был в сильном алкогольном опьянении. Когда закончилось спиртное, Свидетель № 13, Потерпевший №2 и еще мужчина пошли в магазин, он оставался на участке Свидетель № 13. Спустя некоторое время из магазина вернулся Свидетель № 13 с мужчиной, а Потерпевший №2 не было. Свидетель № 13 и мужчина сказали, что купили бутылку водки и сигареты и дали их Потерпевший №2, а потом, пока еще раз ходили в магазин, Потерпевший №2 скрылся с водкой и сигаретами. После этого они продолжили распивать водку. Через некоторое время на участок пришёл Потерпевший №2 в состоянии сильного алкогольного опьянения. Он стал задавать Потерпевший №2 вопросы, почему он так поступил, унёс общую водку и сигареты, Потерпевший №2 на вопросы не отвечал, его данное обстоятельство разозлило, и он ударил Потерпевший №2 по лицу один раз в область носа кулаком правой руки. Потерпевший №2 стал махать руками, после чего он еще ударил его по лицу один раз кулаком левой руки, после чего его оттолкнул Свидетель № 13. После этого они стали кричать друг на друга, в том числе и Свидетель № 13 кричал за то, что он стал бить Потерпевший №2, бил ли Потерпевший №2 еще кто-нибудь в этот момент, он не видел. После этого все встали из-за стола, и он снова ударил Потерпевший №2 по лицу кулаком правой руки один раз в район челюсти. После этого Потерпевший №2 упал на землю, на спину, ударялся ли Потерпевший №2 головой о землю, он не видел. В этот момент Свидетель № 13 пытался его оттащить в сторону, чтобы он не бил Потерпевший №2. Бил ли Потерпевший №2 в этот момент кто-либо еще, он не видел. Далее Свидетель № 13 взял Потерпевший №2 за ногу и вытащил его за забор участка через калитку. После этого он не помнит, бил он еще Потерпевший №2 или не бил, так как был в состоянии сильного алкогольного опьянения. Бил он Потерпевший №2 ногами по голове или нет, не помнит, так как был в состоянии сильного алкогольного опьянения. Что происходило дальше, не помнит. Помнит, что после этого он вместе с Свидетель №2 и еще с кем-то ушел с участка Свидетель № 13. Что происходило дальше, не помнит. В себя он пришёл 12.07.2017 утром. 12.07.2017 в подъезде 

<

адрес> его задержали сотрудники полиции и доставили в пункт полиции. В содеянном раскаивается, сожалеет, вину в причинении тяжкого вреда здоровью Потерпевший №2 признает частично, так как не помнит, что кто-то кроме него избивал Потерпевший №2, считает, что он бил его один (т. 1 л.д. 107-110).

Приведенные показания в судебном заседании подсудимый ФИО4 не подтвердил, указал, что такие показания даны им под давлением сотрудников полиции, под диктовку, он расписался там, где ему указали, ничего ему не сообщили о правах.

При допросе в качестве обвиняемого 13.07.2017 ФИО4 вину в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ, признал частично, в содеянном раскаивался, подтвердил показания, данные в качестве подозреваемого (т.1 л.д.131-133).

С приведенными показаниями в судебном заседании подсудимый ФИО4 не согласился.

Допрошенный в качестве обвиняемого 26.12.2017, ФИО4 вину в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, признал частично, подтвердил, что с Потерпевший №2 у него была ссора, он наносил Потерпевший №2 пощёчины ладонью правой руки в область левой щеки. Признал, что наносил Потерпевший №2 удары ногой в область ягодиц и по туловищу. В остальной части обвинение не признал, показал о событиях 11.07.2017 аналогичным образом, как в судебном заседании, показал, что Потерпевший №2 падал на строительную площадку, на которой находились инструменты, доски, кирпичи. Он ударил Потерпевший №2 по щеке. Затем он ещё раз ударил Потерпевший №2 по щеке ладонью, затем Потерпевший №2 упал на бок на землю, щебень и камни. Он пнул его ногой в область ягодиц. Они с Свидетель № 13 подняли Потерпевший №2, Свидетель № 13 вывел Потерпевший №2 за калитку со стороны СНТ. Затем Потерпевший №2 попытался пройти обратно на участок. Он оттолкнул Потерпевший №2, потом он ударил Потерпевший №2 по щеке ладонью. Из калитки вышел Свидетель № 13, они вдвоем хотели зайти на участок и в этот момент Потерпевший №2 опять попытался пройти. Он опять оттолкнул Потерпевший №2 и тот упал. Он пнул Потерпевший №2 по ягодицам. Ударов ногой по голове Потерпевший №2 он не наносил.

Ранее он показывал, что бил Потерпевший №2 кулаками и ногой в область головы, так как этого от него требовали оперативные сотрудники. Они говорили ему, что и как писать. При задержании в подъезде его начали избивать. При допросе в качестве подозреваемого на него было оказано физическое и психологическое давление, поэтому он указал, что бил Потерпевший №2 кулаками и ногой по голове. Допрос производился в отсутствие адвоката. Адвокат появился в конце очной ставки с ФИО5 (т. 2 л.д. 146-153). В ходе допроса 16.02.2018 обвиняемый ФИО4 вину в совершении преступления признал частично (т.3 л.д.9-12). При допросе 20.03.2018 ФИО4 вину в совершении преступления не признал (т.3 л.д.177-179).

Приведенные показания в судебном заседании подсудимый ФИО4 подтвердил, настаивал на том, что на него было оказано давление, поэтому он не знакомился с протоколом допроса, расписался в листах, где ему указывал следователь, адвокат Криммель А.Ф. не присутствовала.

Выслушав участвующих в судебном заседании лиц, исследовав представленные доказательства, суд находит вину ФИО5, ФИО4 в совершении преступления полностью доказанной.

В судебном заседании потерпевшая Потерпевший №1 показала, что 11 июля 2017 года она и её сын - Потерпевший №2 находились на участке № СНТ «Восход» по 

<

адрес>, затем пошли домой, встретили Свидетель № 13. Около 14 часов сын ушёл из дома, в тот день жалоб на здоровье у него не было, видимых телесных повреждений у него не было, вёл себя адекватно, разговаривал нормально. 19 лет назад у сына была травма головы, он выполнял указания врачей, его ничего не беспокоило, через некоторое время у него были приступы эпилепсии. Утром 12 июля 2017 года сотрудник полиции сообщил, что произошла драка, её сын без сознания находится в ГКБ №. Она приехала в больницу, врач сказал, что сыну сделали трепанацию черепа. Затем ей сообщали, что сыну становилось хуже, у него развилась пневмония.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель № 13 показал, что в июле 2017 года при совместном распитии спиртного произошел конфликт с Потерпевший №2 и драка. За столом под навесом на участке у 

<

адрес> сидели он, Свидетель №2, ФИО12, позже пришёл подсудимый Иван и другие мужчины.

Он (Свидетель № 13), Иван (подсудимый ФИО5) и Потерпевший №2 пошли в магазин, приобрели спиртные напитки, отдали Потерпевший №2, затем купили сигареты, вышли на улицу, Потерпевший №2 не обнаружили, пошли с Иваном (ФИО5) на участок. По прошествии часа, около 15-16 часов вернулся Потерпевший №2, с которым начался конфликт. Потерпевший №2 находился в сильном алкогольном опьянении. У Потерпевший №2 спросили, где приобретенный алкоголь, вразумительного ответа не было. Первым удары Потерпевший №2 наносил Стас (подсудимый ФИО8) ладонью по голове и туловищу, впоследствии присоединился ФИО5. Потом удары прекратили, но позже ФИО8 и ФИО5 за калиткой вновь наносили удары Потерпевший №2. ФИО8 ударил один или два раза кулаком. Потерпевший №2 поочередно ударяли ФИО5 и ФИО8, всего нанесли около 15 ударов по туловищу и голове. Он (Свидетель № 13) пытался прекратить конфликт, увёл Потерпевший №2 за калитку. Опять подошел ФИО5, ударил Потерпевший №2 кулаком, а потом ногами наносили удары каждый из подсудимых. За калиткой Потерпевший №2 лежал на земле, дышал, в чувства не приходил.

Около 19 часов, когда приехала скорая помощь и сотрудники полиции, Потерпевший №2 погрузили в машину скорой помощи, а он (Свидетель № 13), Свидетель №5 и Свидетель №"4 поехали в отдел полиции, провели там ночь, дали показания, на следующий день пошли домой.

На основании ст.281 УПК РФ в судебном заседании были исследованы показания, данные свидетелем Свидетель № 13. в ходе предварительного расследования, из которых следует, что на территории СНТ «Восход» у него имеется дачный участок № возле 

<

адрес>. 

11.07.2017 около 12 часов 00 минут он встретился с Свидетель №2 и Стасом, выпивали алкогольные напитки, затем пришли на его участок, расположились на улице под навесом за столом. Примерно через десять минут к нему на участок пришел Потерпевший №2, а затем пришли Свидетель №5, Свидетель №4, Свидетель №14, Иван, они стали совместно распивать спиртное, конфликтов не было. Затем он (Свидетель № 13), Потерпевший №2 и Иван (ФИО5) пошли в магазин, приобрели спиртные напитки. Он передал Потерпевший №2 покупки и тот остался на улице, а он и ФИО5 вернулись в магазин. Выйдя из магазина, они увидели, что Потерпевший №2 нет. Вернувшись на участок, они рассказали, что Потерпевший №2 ушёл с купленным товаром. 

Около 20 часов 00 минут на участок пришел Потерпевший №2 в состоянии сильного алкогольного опьянения. Стас (ФИО8) подошел к Потерпевший №2, говорил по поводу того, что тот ушел с товаром, после чего стал наносить удары кулаком и ладонями по туловищу и голове Потерпевший №2, нанёс не менее пяти ударов. Он подбежал, стал их разнимать, они говорили Потерпевший №2 идти домой, но Максим стал наливать себе спиртное. ФИО8 и ФИО5 это возмутило, кто-то из них вытащил Потерпевший №2 из-за стола, потащил его на середину участка, где ФИО8 и ФИО5 стали наносить Потерпевший №2 удары руками по телу и голове. Он пытался разнять парней. Драка длилась около 3-5 минут. Он пошёл к калитке, слышал, как наносили удары Потерпевший №2, видел, что Потерпевший №2 лежит на земле, вставал на ноги. 

Он вывел Потерпевший №2 за калитку. ФИО8 и ФИО5 пошли за Потерпевший №2 и за оградой стали продолжать наносить Потерпевший №2 удары кулаками рук по голове и по телу, но больше - по голове. За оградой ФИО8 и ФИО5 нанесли Максиму около пяти или семи ударов в голову и по телу. От полученных ударов Потерпевший №2 упал, ФИО8 и ФИО5 стали наносить удары ногами по всем частям тела, по голове хаотично, нанесли Потерпевший №2 не менее пяти ударов каждый. Пока он отводил ФИО5, ФИО8 подходил к Потерпевший №2 и бил его ногами по телу и голове. Когда он подходил к ФИО8 и отводил его в сторону, просил, чтобы они успокоились, к Потерпевший №2 подходил ФИО5 и также бил его по всем частям тела. 

При этом к ним стали подходить соседи, а именно, председатель садового общества Свидетель №3, которая вызвала сотрудников полиции и скорую помощь. В какой-то момент у него получилось оттащить Стаса и Ивана от Потерпевший №2, Потерпевший №2 в тот момент был уже очень слаб, и уже самостоятельно встать на ноги не мог, глаза периодически открывал. Тогда он и еще кто-то оттащили Потерпевший №2 от калитки в сторону переходного моста над теплотрассой. Потерпевший №2 ничего не говорил, только хрипел. Пока они ждали скорую помощь, Иван и Стас ушли. Потерпевший №2 забрали сотрудники скорой помощи, а его, Свидетель №4 и Свидетель №5 увезли сотрудники полиции в пункт полиции №1 «Кирпичный» (т. 1 л.д. 55-58).

В ходе дополнительного допроса Свидетель № 13. показал, что 11.07.2017 Потерпевший №2 пришел к нему на участок около 15 часов 00 минут. Примерно через час после его с Иваном возвращения на дачный участок пришел Потерпевший №2. Стас сразу начал конфликтовать с Потерпевший №2. Потерпевший №2 били только Стас и Иван. 11.07.2017 Максим на его дачном участке сам o заборы и трубы не ударялся. В тот момент, когда Потерпевший №2 пришел на дачный участок непосредственно перед конфликтом, телесных повреждений у него не было (т. 2 л.д. 243-245).

Приведенные показания в судебном заседании свидетель Свидетель № 13 подтвердил, указал, что после событий помнил подробности лучше, давал показания самостоятельно, будучи в адекватном состоянии. В своих показаниях Иваном он называл подсудимого ФИО5, Стасом – подсудимого ФИО8. При проведении очных ставок между ним и ФИО5 и между ним и Крыжановским присутствовал адвокат.

Свидетель Свидетель №2 в судебном заседании показал, что находился у Свидетель № 13 на даче, где также находились Стас, другие лица. Он (Свидетель №2) был сильно пьяный, уснул. Затем, когда он выходил с участка, видел Потерпевший №2 за забором. Позже он был задержан.

В соответствии со ст.281 УПК РФ в судебном заседании были исследованы показания, данные свидетелем Свидетель №2 на стадии предварительного расследования, из которых следует, что 11.07.2017 он, Свидетель № 13 и Станислав находились на садовом участке Свидетель № 13 в СНТ «Восход», распивали спиртные напитки за столом под навесом веранды. Через какое-то время он очень опьянел и уснул. Кода он проснулся, увидел, что пришли Свидетель №5, Иван, Свидетель №12, Свидетель №25, Свидетель №4. Он снова выпил спиртное, опьянел и уснул. Когда он проснулся, увидел, что все ходят на участке и за забором. Он вышел на улицу и увидел, что Свидетель № 13 общается с председателем СНТ «Восход», а примерно в двадцати метрах от калитки около деревянного мостика теплотрассы на земле лежит Потерпевший №2 (т. 1 л.д. 67-69).

Приведенные показания в судебном заседании свидетель Свидетель №2 подтвердил, указал, что ранее он события помнил лучше, добавил, что в 19 часов он был задержан, до 17 часов следующего дня находился в полиции, его допрашивали, он отвечал на вопросы, право на адвоката ему не разъясняли. Также Свидетель №2 показал, что Стасом называл в своих показаниях ФИО8, Иваном – ФИО5.

Свидетель Свидетель №3 показала в судебном заседании, что летом 2017 года во второй половине дня она услышала шум, увидела молодого человека, вокруг него стояли около 7 человек, которые кричали. Она стала говорить, чтобы не шумели, один из них крикнул, что молодой человек у них взял бутылку водки. К парням подошёл мужчина в зеленой рубашке (подсудимый ФИО8), который сразу ударил молодого человека один раз по голове, молодой человек упал. Затем подошёл хозяин участка - Свидетель № 13, которому она сказала, чтобы он навёл порядок на своём участке и успокоил своих гостей. Затем они помогли парню подняться, и ушли к Свидетель № 13.

Примерно через 3 часа у мостика она увидела парня, который лежал на животе, дышал с хрипами, у него лицо было опухшее, на лице была кровь. Она вызвала полицию, позвала хозяина участка. Около 19 часов приехали сотрудники полиции.

В соответствии со ст.281 УПК РФ в судебном заседании были исследованы показания, данные свидетелем Свидетель №3 на стадии предварительного расследования, из которых следует, что она является председателем СНТ «Восход». 11.07.2017 она находилась на своем садовом участке. Около 19 часов она услышала на улице крики, около участка №, который принадлежит Свидетель № 13, она увидела парня. Потом она увидела около парня несколько человек, они разговаривали на повышенных тонах. Затем она увидела, как один из мужчин плотного телосложения с черной бородой кулаком нанёс удар в голову парню, от чего тот упал на землю. Она стала кричать, чтобы парня не били. Суета около участка № продолжалась, а она ушла на свой участок и, что происходило дальше, не видела, громких криков не слышала. 

Около 20 часов она пошла на другую улицу СНТ «Восход». Подойдя к переходному мостику через теплотрассу, рядом на земле она увидела лежащего того же парня, лицо у которого было разбито и в крови, он ничего не говорил, хрипел. Она вызвала полицию (т. 1 л.д. 65-66).

Приведенные показания в судебном заседании свидетель Свидетель №3 подтвердила, указала, что ранее лучше помнила события, добавила, что позже от Свидетель № 13 узнала, что парень скончался в больнице.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №4 показал, что летом 2017 года он и ФИО10 пришли на дачный участок рядом с домом по 

<

адрес>. Собралась компания около 6-8 человек, отдыхали, сидели за столом, выпивали. Среди гостей присутствовал подсудимый Стас (ФИО8). Затем в отделе полиции он видел другого подсудимого – по имени Иван (ФИО5). Свидетель №5 уснул за столом. Спустя некоторое время он услышал за забором этого участка крики, кричала женщина, как будто произошло что-то страшное. Он вышел на улицу. Там была теплотрасса, через неё - переходной мост. Возле моста стояла женщина и громко кричала, еще были соседки по даче, владелец дачи, где они находились. Там лежал парень, тяжело дышал, часть тела была без одежды. Он (Свидетель №4) спросил, вызвали ли скорую, ему ответили отрицательно. Затем вызвали скорую помощь и подъехала полиция. Сотрудник полиции предложил им проехать в отдел, дать показания. Он, Свидетель №5, ещё парень проехали, дали показания.

В отделении полиции он узнал, что пострадавший – это один из тех, кто с ними находились на участке. 

В соответствии со ст.281 УПК РФ в судебном заседании были исследованы показания, данные свидетелем Свидетель №4 в ходе предварительного расследования, из которых следует, что 11.07.2017 в дневное время он, Свидетель №25, Свидетель №5 пришли к Свидетель № 13 на садовый участок, расположенный в СНТ «Восход», где находились Свидетель № 13 - хозяин участка, мужчина Станислав, мужчина Иван. Они стали совместно распивать спиртное на веранде под навесом, пристроенным к садовому домику. Через некоторое время из садового домика вышел Сергей. Он был в очень сильном состоянии алкогольного опьянения, поэтому помнит все очень смутно. Помнит, что очнулся в вечернее время от того, что услышал женский крик за забором участка, но никого не видел.

Он вышел на улицу за забор через калитку и увидел, что на земле лежит парень Потерпевший №2, кричала женщина. Свидетель № 13 кого-то держал, был это Иван или Станислав, не помнит. После этого он вернулся за стол, за которым сидел Свидетель №5 и другие. Потом подошел Свидетель № 13 и попросил его помочь перетащить Потерпевший №2 в другое место к мостику через теплотрассу. Он сказал, что лучше его не трогать и вызвать скорую помощь, Свидетель № 13 ушел на улицу. Спустя некоторое время он вышел на улицу и увидел, что Потерпевший №2 лежит на земле около деревянного мостика через теплотрассу. Он вернулся к столу под навесом, за столом сидел Свидетель №5. 

Через какое-то время приехала бригада скорой помощи, и кто-то сказал, что Потерпевший №2 забрали в больницу, а затем приехали сотрудники полиции и доставили его, Свидетель №5 и Свидетель № 13 в пункт полиции №1 «Кирпичный» (т. 1 л.д. 59-61).

Приведенные показания в судебном заседании свидетель Свидетель №4 подтвердил, добавил, что он передвигался и разговаривал нормально, но мог оценивать свое состояние как неадекватное. С момента его задержания сотрудниками полиции до допроса на протяжении нескольких часов он и другие свидетели находились в коридоре отдела полиции, сидели, ходили, пили воду из крана, еды не было, им не предлагали пойти спать. Свидетель №4 показал, что с протоколом своего допроса он не знакомился, в протоколе все было верно написано, он протокол подписал.

В судебном заседании на основании ст.281 УПК РФ с согласия сторон были исследованы показания, данные свидетелем Свидетель №5 в ходе предварительного расследования, из которых следует, что 11.07.2017 около 17 часов он, Свидетель №4 и Свидетель №25 пришли на участок в СНТ «Восход» к Свидетель № 13, чтобы распивать спиртное. На участке также находились Свидетель №2, Станислав, Иван, Свидетель №14, Потерпевший №2. Все распивали спиртное под навесом за столом около дачного домика, конфликтов не было. Кто-то куда-то уходил, потом приходил, он постоянно сидел за столом, распивал спиртное. Около 20 часов 00 минут 11.07.2017 во двор участка вошел Потерпевший №2, подошёл к столу. Станислав подошел к Потерпевший №2 и стал предъявлять ему претензии по поводу того, что тот якобы украл у них водку. Бил ли Станислав Потерпевший №2, он не видел, но слышал, что был конфликт. Когда он обернулся, он увидел, что во дворе около калитки Свидетель № 13 разнимает Станислава и Потерпевший №2. Рядом с ними стоял Иван, что тот делал, он не видел. 

После этого Станислав, Иван, Потерпевший №2 и Свидетель № 13 вышли за ограду. Немного позже они услышали женские крики. В этот момент за столом сидели: он, Свидетель №4, Свидетель №14 и Свидетель №25. Свидетель №4 вышел в калитку за ограду, а он, Свидетель №14 и Свидетель №25 остались за столом. Потом он не помнит, кто и где находился, так как был в сильном алкогольном опьянении. Через какое-то время приехала бригада скорой помощи, и кто-то сказал, что Потерпевший №2 забрали в больницу, а затем приехали сотрудники полиции, которые доставили его, Свидетель № 13, Свидетель №4 в пункт полиции № 1 «Кирпичный» (т. 1 л.д. 62-64). 

В судебном заседании свидетель Свидетель №6 показал, что 11.07.2017 он шёл с работы, видел подсудимого Стаса ФИО8, который сказал, что они дали парню деньги, парень деньги потратил, потом он к ним пришел на дачу, произошёл конфликт.

Задержание ФИО8 происходило у него дома на следующий день, приехали сотрудники полиции, спросили, где найти Стаса, искали его, ожидали Стаса у него дома. Через некоторое время Стас и Свидетель №12 пришли к нему, он открыл дверь, стояли Стас и Свидетель №12, позади него (Свидетель №6) стояли оперативные сотрудники, которые сказали, что парень умер, скрутили ФИО8, развернули его, ударили об дверь, одели наручники. Крыжановский сопротивление не оказывал.

На основании ст.281 УПК РФ в судебном заседании были исследованы показания, данные свидетелем Свидетель №6 в ходе предварительного расследования, из которых следует, что 11.07.2017 примерно в 20 часов 30 минут он шёл домой. Возле дома 

<

адрес> на лавочке сидел Стас, который находился в состоянии алкогольного опьянения, в некотором шоке. Стас сказал, что у него беда, что он находился у Свидетель № 13 на участке напротив 

<

адрес>, где он и еще один человек избили парня за то, что тот обманул их, что после того, как они ходили в магазин за алкоголем, этот парень взял алкоголь и ушёл, а через некоторое время пришел в состоянии сильного алкогольного опьянения, они разозлились и избили его. Он выслушал Стаса и пошел домой. 

На следующий день 12.07.2017 он находился дома. Примерно в 08 часов 30 минут к нему пришли двое сотрудников уголовного розыска, которые спросили, где Стас, искали Стаса, а затем зашли к нему в квартиру, чтобы подождать Стаса. Примерно в 09 часов 30 минут к нему пришли Стас и Свидетель №12. Оперативные сотрудники подбежали к Стасу, который находился на площадке. Один из сотрудников крикнул: «Уголовный розыск, вы избили человека! Он лежит в больнице, Вы задержаны», завел Стасу руки за спину, прижал лицом к двери и надел на руки наручники. Он не видел, чтобы кто-то из сотрудников наносил Стасу удары и причинял телесные повреждения. Затем, когда на Стаса надели наручники, его увели (т.3 л.д. 116-118).

Приведенные показания в судебном заседании свидетель Свидетель №6 подтвердил, объяснил разницу в объеме показаний прошествием времени, уточнил, что Стасом в показаниях он называл подсудимого ФИО4

В судебном заседании в соответствии со ст.281 УПК РФ с согласия сторон были исследованы показания, данные свидетелем Свидетель №12 на стадии предварительного расследования, из которых следует, что 12.07.2017 в утреннее время к нему в гости пришел ФИО4, который сказал, что 11.07.2017 он в компании людей распивал спиртное на дачном участке напротив 

<

адрес>. В ходе распития ходили в магазин и дали пакет с купленной водкой Потерпевший №2, который ушёл с водкой, затем снова пришел на участок в состоянии алкогольного опьянения. За то, что Потерпевший №2 ушел с водкой, ФИО4 и еще один парень избили Потерпевший №2. На лице и теле ФИО4 телесных повреждений он не увидел. Затем они с ФИО4 позвонили в дверь 

<

адрес>, в которой проживают Свидетель №2 и Свидетель №6. Через некоторое время дверь в квартиру открылась, на пороге стоял Свидетель №6, который отошел в сторону, из-за него вышли двое сотрудников уголовного розыска, которые подбежали к ФИО4, который находился на площадке в подъезде, взяли его за руки, завели руки за спину, повернули лицом к двери и надели наручники, говорили: «Уголовный розыск, Вы задержаны». ФИО4 молчал. Сотрудники полиции телесных повреждений ФИО4 не наносили, ФИО4 сопротивление сотрудникам полиции не оказывал. Затем ФИО4 увели вниз по лестнице (т.3 л.д. 121-123).

В судебном заседании свидетель Свидетель №7 показал, что во время патрулирования района получили сообщение о нахождении на 

<

адрес> избитого человека, прибыли на место, обнаружили около путепровода человека, который лежал на животе, вызвали «скорую помощь». Подошёл человек с участка рядом, пояснил, что было трое человек, сидели, выпивали алкоголь, получилась драка, люди ушли. Мужчину забрала «скорая помощь». Троих мужчин, которые были на месте, доставили в отдел полиции. По описанию были задержаны и доставлены в отдел полиции ещё двое человек, один из которых – подсудимый ФИО5.

В судебном заседании в соответствии со ст.281 УПК РФ были исследованы показания, данные свидетелем Свидетель №7 в ходе предварительного расследования, из которых следует, что он работает в должности инспектора полка патрульно-постовой службы. 11.07.2017 он заступил на дежурную смену совместно с Свидетель №26 В 20 часов 35 минут они получили заявку от дежурной части пункта полиции о том, что по 

<

адрес> садовом обществе «Восход» у деревянной лестницы избитый мужчина. Прибыв по данному адресу, они обнаружили, что около ступенек из дерева на земле лежал мужчина. Мужчина был одет или в рубашку или футболку, рядом с ним на земле лежали штаны и кроссовки. Вся одежда и мужчина были в грязи. Мужчина лежал на правом боку, лицом вниз. Лицо мужчины было все опухшее, в ссадинах и в крови, мужчина издавал хриплые звуки, был без сознания. 

В это время к ним подошел Свидетель № 13, который пояснил, что мужчину, лежащего на земле в крови, - Потерпевший №2 избили на его участке СНТ «Восход» №. С Потерпевший №2 и его знакомыми у него на участке они распивали спиртные напитки. В ходе совместного распития двое мужчин избили Максима из-за бутылки водки. Данные этих двух мужчин он не знал, имя одного из них - Иван. Свидетель № 13 пояснил, что по окончании драки он с Свидетель №5 и Свидетель №4 перетащили Потерпевший №2 с его участка к тому месту, где тот был обнаружен. С Свидетель № 13 находились Свидетель №5 и Свидетель №4, которые пояснили, что действительно была драка между Потерпевший №2 и двумя мужчинами. Приехала бригада скорой помощи, забрали избитого мужчину в ГКБ № 34. Указанные выше трое граждан были доставлены для дальнейшего разбирательства в дежурную часть пункта полиции №1 «Кирпичный». 

В ночное время 12.07.2017 они осуществили повторный выезд на территорию СНТ «Восход» с целью установления лиц, избивших мужчину на садовом участке №, которого увезла скорая помощь. В ходе розыскных мероприятий у 

<

адрес> по названным Свидетель № 13 приметам были задержаны двое мужчин - ФИО5 и Свидетель №2, которые были доставлены в дежурную часть пункта полиции №1 «Кирпичный» (т. 1 л.д. 166-168).

В ходе дополнительного допроса свидетель Свидетель №7 подтвердил ранее данные им показания, уточнил, что физическая сила и специальные средства к ФИО5 и Свидетель №2 не применялась (т. 2 л.д. 113-114).

Приведенные показания в судебном заседании свидетель Свидетель №7 подтвердил, указал, что события помнил лучше, добавил, что мужчина был весь в гематомах и грязный, находился лицом вниз, у него было тяжелое дыхание.

В судебном заседании свидетель Свидетель №8 показал, что в 2017 году работали по преступлению по факту причинения тяжкого вреда здоровью, были организованы мероприятия, выезжали на место. Сотрудниками патрульно-постовой службы были задержаны несколько человек, один из которых пояснил, что двое избили парня. Они приезжали по 

<

адрес>, там парня по описанию не было, была дана задача, ждать его у Свидетель №2 в квартире, один из братьев Свидетель №2 был задержан. Они пришли к Свидетель №2, разговаривали, дверь открыл парень в зеленой рубашке, сначала он представился другими данными, но он подходил по описанию. Он и Свидетель №9 задержали парня - ФИО8, который сопротивление не оказывал, доставили его в 1 пункт полиции, где он признал вину, сказал, что бил потерпевшего. Для доставления в отдел полиции парню были применены наручники, так как он крупного телосложения, назвался неточными данными, не местный, чтобы не скрылся с места совершения преступления.

На основании ст.281 УПК РФ в судебном заседании были исследованы показания, данные Свидетель №8 в ходе предварительного расследования, из которых следует, что он работает в должности старшего оперуполномоченного отделения уголовного розыска пункта полиции №1 «Кирпичный» ОП №7 «Ленинский» УМВД России по г. Новосибирску. 12.07.2017 на утреннем оперативном совещании было сообщено о факте причинения тяжкого вреда здоровью Потерпевший №2, имевшем место 11.07.2017 на территории садового участка № СНТ «Восход». Было сообщено, что в совершении данного преступления подозреваются двое мужчин, один из которых – ФИО5 был доставлен патрульной службой в дежурную часть отдела полиции «Кирпичный». Руководителем была поставлена задача установить и задержать второго мужчину, подозреваемого в данном преступлении. В ходе проведения оперативно – розыскных мероприятий и опроса Свидетель №2 было установлено, что вместе с ФИО5 Потерпевший №2 наносил удары Стас, который может находиться по 

<

адрес> недалеко от 

<

адрес>. Им был осуществлен выезд к указанному дому, в подъезде на 3-м этаже был задержан ФИО4, который был им доставлен в дежурную часть пункта полиции «Кирпичный». ФИО4 собственноручно написал явку с повинной, без морального и физического давления (том 1 л.д.175-177).

В ходе дополнительного допроса Свидетель №8 дал аналогичные показания, уточнил, что Свидетель №2 и другой мужчина сообщили, что преступление совершил ФИО12, описали его и сообщили, что он может находиться по 

<

адрес> по месту жительства Свидетель №2. Он и оперуполномоченный уголовного розыска Свидетель №9 выехали по данному адресу, позвонили в 

<

адрес>, дверь им открыл младший брат Свидетель №2 и пригласил зайти в квартиру. Они вышли на балкон, в это время в квартиру стучали. Свидетель №2 открыл дверь, на пороге стоял парень крепкого телосложения, на лице у него была борода, был одет в темно-зеленую рубашку, полностью подходил по ориентировке, которую им дали в отделе полиции. Он с Свидетель №9 представились сотрудниками уголовного розыска, парень начал задавать вопросы, в отношении него согласно ст. 22 Закона «О полиции» были применены спецсредства - наручники, так как имелась информация о том, что подозреваемый не является жителем 

<

адрес> и может скрыться. После того, как он надел наручники, парень успокоился и назвался ФИО4 Физическая сила к ФИО4 не применялась. ФИО4 был доставлен в п/п № 1 «Кирпичный», где изъявил желание написать явку с винной, в которой собственноручно написал события, без применения физической силы и какого-либо давления. Явка с повинной была написана в отсутствии адвоката, ФИО4 собственноручно написал, что в адвокате не нуждается.

Далее при проведении допроса и очных ставок с другими задержанными он находился в коридоре и ждал, следователь начал работать с ФИО4 после того, как приехал его адвокат. Затем, когда следственные действия были закончены, он с ФИО4 поехал к нему в хостел, забрали его паспорт. Во время поездки ФИО4 просил снять с него наручники, вёл себя спокойно, агрессии не проявлял. Физической силы к ФИО4 и к другим задержанным по данному преступлению ни он, ни кто-либо другой из сотрудников полиции не применял (т.3 л.д.126-128).

Приведенные показания в судебном заседании свидетель Свидетель №27 полностью подтвердил, добавил, что свидетели не были пьяными, давали пояснения добровольно, самостоятельно, на них воздействие оказано не было.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №10 показал, что в июле 2017 года было возбуждено уголовное дело по ст.111 УК РФ, он проводил следственные действия с участием ФИО5, ФИО8, которые были допрошены в качестве подозреваемых, предъявлено обвинение в совершении преступления, допрошены свидетели, проведены очные ставки между свидетелями и подозреваемым, потерпевший находился в реанимации, общение с ним было недоступно. 

Все следственные действия с участием подозреваемых были проведены с адвокатами по назначению – Игошиной, которая осуществляла защиту ФИО5, и Криммель.

Он выезжал на садовый участок в районе Юго-Западного жилмассива, где с участием понятых и специалиста провел осмотр места происшествия садового участка, на котором располагался дачный домик, веранда, пристройка к нему, на веранде под навесом был стол, обстановка была, как после распития спиртных напитков компанией, окурки, много бутылок, остатки пищи. В ходе осмотра что-то было изъято, возможно, это следы пальцев рук с посуды на столе. При осмотре участвовал хозяин участка - Свидетель № 13. Поверхность участка довольно ровная, без ям, тропинка вела от калитки до веранды, шириной около 40-50 см.

На основании ст.281 УПК РФ в судебном заседании были исследованы показания, данные свидетелем Свидетель №10 в ходе предварительного расследования, из которых следует, что он состоит в должности старшего следователя отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории отдела полиции № 7 «Ленинский» СУ УМВД России по г. Новосибирску. 12.07.2017 им по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ, было возбуждено уголовное дело, основанием для возбуждения уголовного дела явился факт нахождения Потерпевший №2 в медицинском учреждении без сознания с диагнозом «черепно-мозговая травма», а также объяснения очевидцев, свидетельствующих о криминальном характере получения Потерпевший №2 указанной травмы. Им были допрошены свидетели Свидетель № 13, Свидетель №4, Свидетель №5 и Свидетель №3. Данные граждане показали на ФИО5 и ФИО8, которые совместно избивали Потерпевший №2. 

ФИО5 и ФИО8 были задержаны им в порядке ст. 91 УПК РФ. Подозреваемые были доставлены к нему для проведения следственных действий оперуполномоченными Свидетель №8 и Свидетель №9. При проведении следственных действий с участием ФИО8 и Михайлова им были разъяснены процессуальные права с участием защитников. Защитники присутствовали с самого начала проведения следственных действий. При проведении следственных действий с подозреваемыми в целях обеспечения безопасности и порядка проведения следственных действий присутствовал оперуполномоченный. И ФИО5, и ФИО8 давали признательные показания. Процессуальные документы составлялись по окончании каждого следственного действия, подписывались участвующими лицами. Показания ФИО5 и ФИО8 давали добровольно, после разъяснения прав. Никакого давления на подозреваемых в его присутствии не оказывалось. Ни ФИО5, ни ФИО8 никаких жалоб на состояние ни перед началом, ни в ходе проведения следственных действий не высказывали. Также они не высказывали жалоб на действия оперативных сотрудников, не заявляли о том, что в отношении них сотрудниками полиции была применена физическая сила, причинены телесные повреждения, либо оказывалось психологическое давление. У ФИО8 никаких телесных повреждений не было. У ФИО5 он заметил кровоподтек в области глаза, по поводу которого ФИО5 пояснил, что получение им кровоподтека не связано с событиями 12.07.2017, с избиением Потерпевший №2, задержанием и доставлением в орган внутренних дел (т. 2 л.д.109-111).

В ходе дополнительного допроса 17.04.2018 Свидетель №10 дал аналогичные показания, добавил, что при проведении осмотра на месте происшествия каких-либо предметов, при ударе о которые потерпевшим могли быть получены телесные повреждения, установлено не было, единственный предмет, на который он обратил внимание, - это бочка, которая находилась на осматриваемом участке. 

12.07.2017 им было возбуждено уголовное дело, поводом для возбуждения уголовного дела явился факт нахождения Потерпевший №2 в медицинском учреждении без сознания с диагнозом «черепно-мозговая травма», а также объяснения очевидцев, свидетельствующих о криминальном характере получения Потерпевший №2 указанной травмы. Данные факты были зарегистрированы под номерами КУСП № 44241 и № 44325 от 11.07.2017. Также поводом для возбуждения являлся протокол явки с повинной ФИО4, в которой он указал обстоятельства совершенного им преступления, явка с повинной была зарегистрирована в КУСП пункта полиции № 1 «Кирпичный» за номером 9599. Так как явка с повинной должна была быть также зарегистрирована в районном отделе в КУСП отдела полиции №7 «Ленинский», на момент возбуждения им уголовного дела регистрации в КУСП районного отдела полиции №7 «Ленинский» еще не было, в последующем при получении номера регистрации районного отдела полиции №7 «Ленинский» КУСП № 44483, он вписал его в постановление о возбуждении уголовного дела собственноручно. 

При проведении следственных действий никакого давления на ФИО5 и ФИО4 оказано не было, замечаний и заявлений от ФИО5 и ФИО4 не поступало (т. 4 л.д. 113-115).

Приведенные показания в судебном заседании свидетель Свидетель №10 подтвердил, уточнил, что все допрошенные им свидетели и подозреваемые находились в трезвом состоянии, подписывали документы добровольно, без оказания воздействия на них, не помнит, чтобы кто-то заявлял о невозможности дачи показаний из-за состояния здоровья, о наличии заболеваний. Все следственные действия с участием ФИО8 и ФИО5 проводись с участием защитника.

Также в судебном заседании следователь Свидетель №10 показал, что ему не известно, в какой момент вписан в протокол допроса подозреваемого ФИО4 (т. 1 л.д.107-110) ручкой номер удостоверения, дата и ордер адвоката, обстоятельства составления протокола он не помнит, так как прошло много времени. Если стоят подписи защитника, подозреваемого и следователя, то протокол велся изначально в присутствии всех участвующих лиц. Допрос подозреваемого без защитника неприемлем. Он задавал только вопросы, а подозреваемый давал ответы, которые были зафиксированы в протоколе. Адвокат Криммель А.Ф. была допущена на законных основаниях для участия в следственном действии. В уголовном деле имеется ордер, выданный адвокату Криммель А.Ф.

В судебном заседании свидетель Свидетель №11 показал, что он является заместителем главного врача ГКБ №34 по нейрохирургии, является нейрохирургом высшей категории, находился на дежурстве 11 июля 2017 года.

Пациент был доставлен скорой помощью, в сопроводительном листе было написано, что он был найден на улице, обстоятельства травмы не известны, пациент находился в коме, имел множественные повреждения – кровоподтеки на лице и признаки ушибов, припухлости на волосистой части головы. Травматический характер гематом не вызывал никаких сомнений. 

Поскольку состояние пациента было тяжелым, с нарушением дыхательной функции, пациент был подан в реанимационный зал, приглашены реаниматологи, его подключили к аппарату искусственного дыхания, после этого пациенту была выполнена компьютерная томография головного мозга, где была выявлена острая субдуральная гематома, которая располагалась между мозгом и твердой оболочкой, то есть повреждения твердой оболочки, которая вызывала сдавление головного мозга, были выставлены показания к оперативному вмешательству, была проведена операция, трепанация черепа и удалена гематома. Он не оперировал больного, но осмотрел его, определил показания к операции, и передал больного в операционный зал, по ходу операции он неоднократно заходил и контролировал процесс.

Большинство субдуральных гематом формируется по принципу противоудара, удар с одной стороны, а гематома - с другой. При разрезании мягких тканей видны повреждения на стороне гематомы, это наиболее характерно для другого типа гематом - для эпидуральных, под костью над твердой оболочкой образуются характерные повреждения - пропитывание мышцы, ингибирование кожи кровью.

По данным контрольной томографии гематома удалена полностью, кровотечение остановлено, компрессия головного мозга устранена, смещения срединных структур нет, полостная система мозга расправлена, выбухания мозга нет, в связи с этим сделан вывод о том, что операция сделана в полном объеме и с надлежащим качеством. Если бы операция была сделана не качественно, то мозг бы выбухал, наступило бы его ущемление, что провоцировало и поддерживало бы его отек, поэтому говорить, что наложено трепанационное отверстие ненадлежащего размера, не приходится.

После операции пациент был переведен в реанимационное отделение, где была продолжена вся необходимая интенсивная терапия, пациент находился около 50 суток в клинике, при этом восстановление сознания не произошло, кратковременно он был отключен от аппарата, потому что была восстановлена спонтанная дыхательная функция, но в дальнейшем она угасла в течение 1,5 суток, поэтому он был снова подключен к аппарату искусственного дыхания. Все оставшееся время пациент не восстанавливал сознание, находился на аппаратном дыхании, присоединились характерные для такого состояния осложнения в виде недостаточности печени, почек, пневмония. На фоне нарастания этих явлений 31 августа пациент скончался.

От тяжелой черепно-мозговой травмы пациенты умирают. Не было установлено никаких нарушений ни в хирургической, ни в лечебной, ни в диагностической части. При гематомах смертность достигает 60 %, особенно, когда внутричерепная гематома сопровождается тяжелым ушибом головного мозга. Все гематомы субдуральные травматические. 

Есть исследование Гринберга, согласно которого в мире найден только 21 случай спонтанных субдуральных гематом, при этом источником кровотечения во всех случаях была патология артерии, которая располагается в области височной щели. В данном случае источник кровотечения был другой. Может быть два ведущих фактора, первое - когда ведущий фактор компрессия, а ушиб головного мозга не тяжелый, в таком случае при удалении гематомы при устранении компрессии наступает восстановление сознания и выздоровление пациента, это 40 % лиц, которые выжили. Когда ведущим фактором является ушиб головного мозга, то даже удаление гематомы, а в данном случае объем ее был не так велик, тем не менее, у пациента не наступило восстановление сознания и через достаточно длительное время развились соответствующие осложнения, которые привели к смерти. В данной ситуации ведущим фактором был ушиб головного мозга, а не сама гематома.

Операция пациенту завершилась стандартно, зашивание операционного поля и установка дренажа, твердая оболочка не ушивается, ушивается мягкая ткань, кто-то по разному ушивает, это не имеет отношения к сути операции и к её окончанию. Операция выполнена правильно.

Попытка перевода пациента на самостоятельное дыхание была обоснована, так как, чем больше пациент интубируется, тем больше шансов развития у него пневмонии, состояние пациента контролируется, как только уровень кислорода в крови снизился до критических показателей, его перевели на искусственную вентиляцию легких. 

Все мероприятия по профилактике осложнений были проведены. Несмотря на проведение мероприятий в полном объеме, у пациента образованы пролежни, пневмония, потому что ведущим фактором был тяжелый ушиб головного мозга. У пациента с тяжелым ушибом головного мозга развивается комплекс патологических процессов, не восстанавливается сознание, нарушается регулирующая функция мозга относительно всех органов и систем, в том числе трофическая функция мозга. Трофическая функция мозга обеспечивает микроциркуляцию крови кожных покровов, у таких пациентов достаточно часто образуются пролежни, все зависит от индивидуальных особенностей. Кровоизлияние - это признак тяжелого ушиба головного мозга, легочная недостаточность всегда приводит к отеку головного мозга перед смертью. Остатки от гематомы - 12 мл небольшие, всегда минимальное количество крови остается, это нормальные изменения у пациента после хирургического вмешательства по удалению гематомы. Есть понятие – «раневое отделяемое», удалять его не следует, поскольку оно не вызывает компрессии, а при механическом удалении отсосом есть риск повреждения венозных структур и развитие интраоперационных кровотечений.

На основании ст.281 УПК РФ в судебном заседании были исследованы показания, данные свидетелем Свидетель №11 в ходе предварительного расследования, из которых следует, что 11.07.2017 он осуществлял дежурство. После 21 часа в приемное отделение больницы Потерпевший №2 был доставлен бригадой скорой медицинской помощи в бессознательном состоянии, в глубокой коме, с подозрением на тяжелую черепно-мозговую травму, был переведен на искусственную вентиляцию легких. При поступлении у Потерпевший №2 установлены множественные телесные повреждения по телу в виде ушибов кровоподтеков ссадин.

Он осмотрел Потерпевший №2, была выполнена томография головного мозга, по результатам которой выявлена гематома. Потерпевший №2 в экстренном порядке был прооперирован. После операции при последующем пребывании в стационаре у Потерпевший №2 сознательное состояние и самостоятельное дыхание не восстановились. 31.08.2017 Потерпевший №2 скончался в реанимационном отделении (т.2 л.д. 223-225). 

Приведенные показания в судебном заседании свидетель Свидетель №11 подтвердил.

Вину ФИО4 и ФИО5 в совершении преступления также подтверждают следующие доказательства:

Протокол осмотра места происшествия от 12.07.2017, согласно которому осмотрена санитарная комната, расположенная в ГКБ №34. В ходе осмотра изъято: джинсы черные, ремень, кофта синяя на замке, футболка синяя с белой полоской, туфли черные мужские, трусы мужские, носки (т. 1 л.д.13-14).

Протокол осмотра участка местности от 12.07.2017, в ходе которого осмотрен участок № 118 в СНТ «Восход», на котором имеются два фрагмента профлиста, корыто под цемент, в центре участка расположена куча сухой травы, древесных опилок, веток, бочка 200 л (т.1 л.д.15-18).

Протокол осмотра места происшествия от 12.07.2017, согласно которому осмотрен участок местности, участок №, расположенный в СНТ «Восход». На участке расположен садовый домик с верандой (навесом), под навесом стоит стол, на котором имеются 4 пустые бутылки из-под водки, пластиковые стаканчики, две пластмассовые бутылки, рюмка, бокалы, пустые пачки из-под сигарет. С предметов на столе изъяты следы пальцев рук. Установлено, что участок покрыт густой травой, на участке имеется металлическая бочка (т. 1 л.д. 24-25).

Протокол осмотра места происшествия от 07.06.2018, согласно которому осмотрен участок местности возле садового участка № СНТ «Восход» в 120 м от 

<

адрес>. В 3 метрах от забора, которым огорожен участок №, расположена теплотрасса (надземный трубопровод), поверх которой расположена лестница с деревянными ступенями (т.5 л.д.128-133).

Протоколом осмотра медицинских документов на имя Потерпевший №2 (т.5 л.д.134-143).

Заключение эксперта № 1200 от 24.07.2017, согласно выводам которого след руки на отрезке липкой ленты №6, обнаруженный и изъятый при осмотре места происшествия по адресу: СНТ «Восход», участок №, оставлен свидетелем Свидетель № 13 (т.1 л.д.49-51).

Протокол осмотра предметов от 18.09.2017, в ходе которого осмотрены вещи потерпевшего Потерпевший №2, в которых он находился в момент совершения преступления в отношении него, кофта мужская синего цвета, пара носков, трусы мужские, пара мужских туфель, джинсы черного цвета. Все предметы имеют следы сильного загрязнения (т. 1 л.д. 218-219).

Протокол очной ставки между подозреваемыми ФИО4 и подозреваемым ФИО5 от 12.07.2017, в ходе которой ФИО5 показал, что 11.07.2017 он подошел к Потерпевший №2 и стал спрашивать, зачем он унес водку, тот ничего не отвечал. Подошел ФИО4 к Максиму и ударил его кулаком по лицу. Свидетель № 13 стал оттаскивать ФИО4 Он (ФИО5) разозлился на Потерпевший №2 и также ударил его кулаком по лицу. К Потерпевший №2 подошел ФИО4 и ударил кулаком Потерпевший №2 по лицу не менее двух раз. Затем он (ФИО5) вновь разозлился на Потерпевший №2, подошел и ударил его по лицу кулаком один раз. Его стал оттаскивать Свидетель № 13 Д.В. В этот момент подошел ФИО4 и ударил Потерпевший №2 кулаком по лицу, тот упал. Он (ФИО5) подошел к лежащему на земле Потерпевший №2 и ударил его ногой по лицу один раз. ФИО4 тоже бил Потерпевший №2 ногой не менее двух раз по телу и по лицу. После этого Свидетель № 13 Д.В. оттащил ФИО4 и Потерпевший №2 встал и вышел на улицу за ограду. Он (ФИО5) догнал Потерпевший №2 и ударил его по лицу кулаком. К Потерпевший №2 подошел ФИО4 и стал бить лежащего на земле Потерпевший №2 ногами по голове. ФИО4 оттащили.

ФИО4 показания ФИО5 подтвердил частично, показал, что он (ФИО8) наносил удары по голове Потерпевший №2 кулаками и ногами, но в каком порядке и количество ударов не помнит. Не подтвердил показания ФИО5 в том, что он (ФИО5) бил Потерпевший №2, так как этого не помнит (т.1 л.д. 111-113). 

Протокол очной ставки между свидетелем Свидетель № 13. и подозреваемым ФИО4 от 12.07.2017, в ходе которой Свидетель № 13 показал, что 11.07.2017 в дневное время, после того как Потерпевший №2 ушел с бутылкой водки из магазина, он и ФИО5 вернулись на участок, и вместе с остальными - ФИО4, Свидетель №2, Свидетель №14, Свидетель №4 стали распивать спиртные напитки. Через некоторое время на садовый участок пришел Потерпевший №2 в состоянии сильного алкогольного опьянения. ФИО4 подошел к Потерпевший №2 и ударил его по лицу кулаком или ладонью за то, что он украл водку с сигаретами, тот ничего не отвечал. Бил ФИО4 Потерпевший №2 периодически несколько раз по лицу руками и ногами, он (Свидетель № 13) его пытался оттаскивать. Также Потерпевший №2 бил Иван кулаками по лицу. Через некоторое время Потерпевший №2 вышел самостоятельно на улицу за забор, где к нему снова подошел ФИО4 и стал наносить ему несколько ударов кулаком по голове, также за калиткой Потерпевший №2 бил ФИО5 После того как Потерпевший №2 упал на землю, ФИО4 и ФИО5 по несколько раз ударили Потерпевший №2 по голове ногами. 

ФИО4 показания Свидетель № 13 подтвердил частично, подтвердил, что наносил удары по голове Потерпевший №2 кулаками и возможно ногами, но в каком порядке и сколько было ударов, не помнит. Не подтвердил показания Свидетель № 13. о том, что ФИО5 бил Потерпевший №2, так как он этого не помнит (т. 1 л.д. 114-116).

Протокол очной ставки между свидетелем Свидетель № 13 и подозреваемым ФИО5 от 12.07.2017, в ходе которой Свидетель № 13 подтвердил ранее данные им показания, показал, что ФИО4 первый подошел к Потерпевший №2 и ударил его по лицу кулаком или ладонью за то, что он украл водку с сигаретами. Бил ФИО4 Потерпевший №2 периодически несколько раз по лицу руками и ногами. Также ФИО5 бил Потерпевший №2 кулаками по лицу, а также ногами. Через некоторое время Потерпевший №2 вышел самостоятельно на улицу за забор, где к нему снова подошел ФИО4 и стал наносить Потерпевший №2 несколько ударов кулаком по голове, также за калиткой Потерпевший №2 бил ФИО5 После того как Потерпевший №2 упал на землю, ФИО4 и ФИО5 по несколько раз ударили Потерпевший №2 по голове ногами. 

ФИО5 показания Свидетель № 13 подтвердил частично. Подтвердил, что наносил удары по голове Потерпевший №2 кулаками и ногами, но не наносил удары Потерпевший №2 по голове ногами, когда они были за забором на улице (т.1 л.д. 117-119).

Заключение эксперта № 5551 от 26.09.2017, согласно выводам которого при судебно-медицинском исследовании трупа Потерпевший №2 обнаружены телесные повреждения: 

1.1 Тупая травма головы: множественные ушибы и ссадины мягких тканей лица (клинические данные); кровоизлияние под твердой мозговой оболочкой в левой гемисфере на выпуклой и базальной поверхностях; кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой в левых лобной, височной и теменной долях; очаг ушиба головного мозга в левой лобной доле. 

Данные телесные повреждения состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью, образовались от воздействий тупого твердого предмета (предметов), составляют единую закрытую черепно-мозговую травму, оцениваются в совокупности как телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью человека. 

1.2 Множественные ушибы и ссадины мягких тканей тела, конечностей (по клиническим данным). Данные телесные повреждения в прямой причинно-следственной связи со смертью не состоят, образовались от множественных воздействий тупого твердого предмета (предметов), не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности, поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. 

2. Более подробно высказаться о свойствах травмирующего предмета (предметов), количестве травматических воздействий не представляется возможным вследствие длительного пребывания больного в стационаре, недостаточного описания телесных повреждений в предоставленной медицинской документации. 

3. Достоверно высказаться о давности образования телесных повреждений, описанных в подпунктах 1.1 и 1.2, не представляется возможным ввиду длительного пребывания больного в стационаре, проведенного медицинского вмешательства, отсутствия детального описания морфологических свойств телесных повреждений в медицинской документации, но учитывая характер субдуральной гематомы (кровоизлияния под твердую мозговую оболочку), описанной в ходе операции «Краниоэктомия в левой лобно-теменно-височной области, удаление острой субдуральной гематомы в левой лобно-теменно-височной области» от 11.07.2017, можно предположить, что закрытая черепно-мозговая травма образовалась в срок незадолго (не более 2-3 суток) до поступления в стационар. Более подробно высказаться о давности образования телесных повреждений, хронологической последовательности причинения обнаруженных телесных повреждений, не представляется возможным ввиду отсутствия объективных критериев. 

4. Достоверно высказаться о возможности образования телесных повреждений, описанных в подпунктах 1.1 и 1.2, в результате падения "с высоты собственного роста" не представляется возможным, вследствие недостаточно подробного описания характера и локализации телесных повреждений в предоставленной медицинской документации, длительности пребывания больного в стационаре. 

5. Ответить на вопрос «Возможно ли причинение обнаруженных на трупе Потерпевший №2 телесных повреждений при обстоятельствах, изложенных в истории болезни при поступлении в ГБУЗ НСО «ГКБ № 34»»‚ не представляется возможным, так как в медицинской карте № 13919 стационарного больного, в графе «Обстоятельства травмы» указано: «Найден на улице, обстоятельства не известны». 

6. Смерть Потерпевший №2 наступила от закрытой черепно-мозговой травмы, осложнившейся развитием двухсторонней тотальной гнойной пневмонии. 

7. Согласно данных медицинской карты № 13919 стационарного больного, смерть Потерпевший №2 наступила 31.08.2017 в 19 часов 20 минут. 

8. Из предоставленной медицинской документации известно, что на момент поступления Потерпевший №2 в стационар в крови обнаружен этиловый алкоголь в количестве 2‚6 промилле. Данная концентрация этилового алкоголя в крови у живых лиц может соответствовать сильному алкогольному опьянению (т. 1 л.д. 231-234).

Заключение эксперта № 224-ПК от 21.12.2017, согласно которому в медицинских документах указаны и в Заключении эксперта №5551 судебно-медицинским экспертом обнаружены и описаны у Потерпевший №2 следующие телесные повреждения: 

Головы:

Закрытая тупая черепно-мозговая травма: «множественные ушибы и ссадины м/тканей лица, головы»; «в области лобной, височной, затылочной имеются гематомы 3,0 до 6,0 см»; кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку (субарахноидальное кровоизлияние); кровоизлияние под твердую мозговую оболочку (субдуральная гематома) в левой лобно-теменно-височной области объемом 55мл; ушиб головного мозга левой лобной доли с исходом в глиально-мезенхимальный рубец; 

Туловища: 

множественные ушибы и ссадины туловища; «на кожных покровах в проекции реберной дуги справа обширная ссадина»; 

Конечностей:

множественные ушибы и ссадины мягких тканей конечностей. 

Указанные телесные повреждения образованы в результате воздействия тупым твердым предметом (предметами). Местом приложения травмирующей силы на голове явились лобная, височная и затылочная области; на туловище проекция реберной дуги справа.

Количество воздействий при этом на голове не менее трех, на туловище одно и более. 

Расположение других повреждений («множественные ушибы и ссадины») на теле Потерпевший №2, их количество в представленных медицинских документах не указано, поэтому высказаться о количестве травматических воздействий не представляется возможным. 

За период лечения в ГКБ №34 (51 койко-день) имевшиеся на теле Потерпевший №2 наружные телесные повреждения (кровоподтеки, ссадины) не оставили следа, повреждения головного мозга и его оболочек утратили свой первоначальный вид. В копии карты вызова скорой медицинской помощи №1842 и медицинской карте стационарного больного №13919 отсутствует описание характера (цвет кровоподтеков, их контуры, состояние поверхности ссадин и т.п.) наружных телесных повреждений. На основании вышеизложенного невозможно достоверно высказаться о сроках и последовательности причинения наружных телесных повреждений. 

Макроскопическая картина (внешние признаки) повреждений головного мозга и его оболочек («Визуализирована гематома в виде темных, рыхло спаянных с ТМО и мозгом свертков. Удалено около 55 мл свертков. Мозг отечен, обычного цвета, пульсирует, не пролабирует. Визуализирован источник гематомы в виде кровотечения из корковой артерии лобной доли»), выявленные при проведении операции краниоэктомии в левой лобно-теменно-височной области 11.07.2017г/12.07.2017г 23.20-02.05 мин, может свидетельствовать о формировании черепно-мозговой травмы в сроки от нескольких часов до 2 суток к моменту проведения операции.

Причиной смерти Потерпевший №2 явилась закрытая тупая черепно-мозговая травма (повреждения головы п. 1 настоящего заключения), осложнившейся развитием двухстороннего воспаления легких (двухсторонняя тотальная гнойная пневмония).

Изменения в организме Потерпевший №2 представлены последовательной цепью сменяющих друг друга явлений, находящихся в причинной связи и представляющих собой патогенетическую цепь травматической болезни головного мозга, логически завершающуюся смертельным исходом. 

Расположение наружных повреждений головы в изолированных областях («в области лобной, височной, затылочной имеются гематомы 3,0 до 6,0 см») исключает возможность причинения повреждений головы вследствие падения с высоты собственного роста.

Образование ссадины туловища («на кожных покровах в проекции реберной дуги справа обширная ссадина») маловероятно при падении с высоты собственного роста на поверхность, принимая во внимание расположение ссадины.

По другим повреждениям тела («Ушибы и ссадины м/тканей головы, тела, конечностей»), расположение и количество которых не определено, невозможно высказаться об образовании их при падении с высоты собственного роста. 

Повреждение поверхностных мозговых сосудов, как правило, определяется в зоне очагового ушиба коры головного мозга. 

При нетравматическом генезе (происхождении) субдуральной гематомы кровь в субдуральное пространство (пространство между головным мозгом и твердой мозговой оболочкой) может поступить при прорыве внутримозговой или внутрижелудочковой гематомы через разрыв мягкой мозговой оболочки. Такие субдуральные гематомы относятся к вторичным внутричерепным геморрагиям. 

Аневризмы артерий головного мозга по расположению встречаются лишь на артериях основания головного мозга. Наиболее серьёзная причина развития аневризмы - врождённые дефекты. Разрыв церебральной аневризмы является самой частой причиной возникновения нетравматического субарахноидального кровоизлияния, при котором кровь проникает под мягкую мозговую оболочку. Высокоинформативным методом выявления разрывов аневризм сосудов головного мозга является КТ головного мозга. 

Клиническими и морфологическими данными у Потерпевший №2. установлены признаки тяжелого ушиба головного мозга, кровоизлияния под твердую мозговую оболочку (субдуральная гематома) при отсутствии внутримозговой или внутрижелудочковой гематом. 

У Потерпевший №2 источником субдуральной гематомы в случае черепно-мозговой травмы была поврежденная артерия мягкой мозговой оболочки («Визуализирован источник гематомы в виде кровотечения из корковой артерии лобной доли»). 

Источник субдуральной гематомы определен и им не могла быть разорванная аневризма, по исключающим обстоятельствам: расположение, прорыв крови в субдуральное пространство, отсутствие КТ – признаков. 

Все вышеизложенное позволяет полностью исключить нетравматический генез (происхождение) изменений головного мозга и eго оболочек, выявленных у Потерпевший №2 Алкогольное опьянение, либо не установленные объективными данными высокое артериальное давление, или возможное психоэмоциональное возбуждение не могли влиять на формирование закрытой черепно-мозговой травмы у Потерпевший №2, а обусловлены лишь силой и количеством воздействий в область головы (т. 2 л.д. 50-63).

Заключение эксперта №2-ДК от 14.02.2018, согласно которому выводы в заключении эксперта №224-ПК полностью подтверждены. 

Согласно данным медицинской карты стационарного больного 11.07.2017 в 21:21 Потерпевший №2 в крайне тяжелом состоянии поступил в ГКБ №34 и в 21:30 был доставлен в экстренную операционную (через 9 минут после поступления в стационар) для оказания неотложной медицинской помощи. В операционной были проведены комплексные мероприятия, направленные на стабилизацию гемодинамических показателей, интубация трахеи с переходом на ИВЛ. 11.07.2017 в 21:40-21:58 выполнен лапароцентез, в 22:15 выполнено МСКТ головного мозга, с результатами которой Потерпевший №2 возвращен в операционную, где в период с 23.20 11.07.2017 до 02.05 12.07.2017 проведена операция «Краниоэктомия в левой лобно-теменно-височной области, удаление острой субдуральной гематомы в левой лобно-теменно-височной области». В протоколе операции не описан способ формирования трепанационного отверстия размерами 10x9 см записано об обнаружении гематомы «субдуральной» в виде свертков около 55 мл. Локализация субдуральной гематомы в тексте протокола операции не отражена. Записано, что головной мозг был отечен, но имел обычный цвет, не пролабировал в сформированное костно-оболочечное отверстие. В процессе операции коагулировалась корковая артерия левой лобной доли, как источник формирования обнаруженной субдуральной гематомы.

При оказании медицинской помощи Потерпевший №2 в нейрохирургическом отделении ГКБ № имелись недостатки в лечебно-диагностическом процессе, а именно: Предоперационный эпикриз для проведения операции трепанации черепа (22:30 11.07.2017) оформлен без отражения конкретных находок на МСКТ, без дооперационной оценки неврологического, соматического статуса, рисков предполагаемого операционного вмешательства. В предоперационном эпикризе записано о показаниях к проведению декомпрессионной трепанации черепа слева. Проводившаяся же Потерпевший №2 операция записана как «Краниоэктомия в левой лобно-теменно-височной области»;

На этапе окончания операции произведено «Ушивание мягких тканей послойно», при этом на секции обнаружена ушитая твердая мозговая оболочка и сформированное трепанационное окно размерами 9,5x9 см. Базовая технология проведения декомпрессивной трепанации черепа предполагает необходимость рассечения твердой мозговой оболочки для удаления субдуральной гематомы, при отеке головного мозга, рассеченная твердая мозговая оболочка при этом не ушивается. Помимо этого, для тяжелых пациентов с отеком головного мозга, сдавлением головного мозга гематомами предлагается выполнять широкую декомпрессивную трепанацию с удалением чешуи височной кости как можно ниже по отношению к костным структурам средней черепной ямки. При односторонней трепанации эффективное увеличение объема черепа и снижение внутричерепного давления достигается формированием костного отверстия размерами 12х15 см.

Для изоляции головного мозга от мягких тканей черепа, предотвращения или уменьшения спаечного процесса рекомендуется проводить свободную пластику твердой мозговой оболочки по одному из известных способов. Записей о применении или не применении технологии пластики твердой мозговой оболочки у Потерпевший №2 в протоколе операции нет.

После операции трепанации в 14.00 12.07.2017 через 11 часов 55 минут Потерпевший №2 был экстубирован врачом реаниматологом с переводом на самостоятельное дыхание. В этом шаге просматривается недооценка тяжести состояния пациента в дооперационном периоде, известных данных об объеме проведенной операции и находок по результатам нейровизуализации (МСКТ). При констатации ухудшения состояния Потерпевший №2 (20:00 12.07.2017), с последующим расстройством сознания до сопора, Потерпевший №2 был повторно интубирован только в 07:30 14.07.2017 с возобновлением ИВЛ.

Из вышеизложенного следует, что в действиях врачебного персонала нейрохирургического отделения и палаты нейрореанимации в ГКБ №34 выявились отклонения от положений по организации работы хирургических бригад при оказании экстренной хирургической помощи, и в Рекомендациях по лечению пациентов с тяжелыми черепно-мозговыми травмами в остром периоде травматической болезни.

Однако, выявленные недостатки в оказании медицинской помощи не состоят в причинно-следственной связи с наступившими неблагоприятными последствиями в виде смерти Потерпевший №2

Изучение листов назначений Потерпевший №2 обнаруживает упрощенное построение его лечения в остром периоде тяжелой черепно-мозговой травмы, применительно к Рекомендательному протоколу интенсивной терапии тяжелой черепно-мозговой травмы.

Наблюдавшаяся цепочка осложнений послеоперационного периода: правосторонний пневмоторакс (19.07.2017), гнойный эндобронхит (23.07.2017), правосторонняя пневмония (28.07.2017), ателектаз в нижних отделах правого легкого (02.08.2017) и др. отражала органные изменения при субкомпенсированном, а в последующем при декомпенсированном варианте тяжелой черепно-мозговой травмы. Также соответственно фазному течению травматической болезни головного мозга на МСКТ от 23.08.2017 визуализирована порэнцефалическая киста в лобной доле левого полушария головного мозга, гидроцефалия.

Известно также, что результаты хирургического лечения у пациентов, госпитализированных с выраженной алкогольной интоксикацией (2,6 промилле) - хуже, чем без нее.

Следует считать, что смерть Потерпевший №2 наступила не от «неправильной тактики лечения» или от «недостатков в лечении», а от тяжелой черепно-мозговой травмы, осложнений травматической болезни головного мозга, при этом недопущение вышеперечисленных недостатков в п.1 настоящих выводов, не могло гарантировать благоприятный исход лечения («избежать смертельного исхода»).

Закрытая тупая черепно-мозговая травма, выявленная у Потерпевший №2: «множественные ушибы и ссадины м/тканей (мягкие ткани) лица, головы»; «в области лобной, височной, затылочной имеются гематомы 3,0 до 6,0см»; кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку (субарахноидальное кровоизлияние); кровоизлияние под твердую мозговую оболочку (субдуральная гематома) в левой лобно-теменно-височной области объемом 55 мл; ушиб головного мозга левой лобной доли с исходом в глиально-мезенхимальный рубец, является вредом здоровью, опасным для жизни человека, создающим непосредственную угрозу для жизни и при обычном ее течении, в том числе без развития воспаления легких (пневмонии) могла закончиться смертью. 

Предотвращение смертельного исхода, обусловленное оказанием медицинской помощи, не должно приниматься во внимание при определении степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека.

Причиной смерти Потерпевший №2 явилась закрытая тупая черепно-мозговая травма (повреждения головы п. 1 настоящего заключения), осложнившаяся развитием двухстороннего воспаления легких (двухсторонняя тотальная гнойная пневмония).

Изменения в организме Потерпевший №2 представлены последовательной цепью сменяющих друг друга явлений, находящихся в причинной связи и представляющих собой патогенетическую цепь травматической болезни головного мозга, логически завершающуюся смертельным исходом (т. 2 л.д. 168-182).

Заключение эксперта № 78-ДК от 23.04.2018, согласно которому причиной смерти Потерпевший №2 явилась закрытая тупая черепно-мозговая травма, осложнившаяся развитием двухстороннего воспаления легких (двухсторонняя тотальная гнойная пневмония). 

Прямой причинно-следственной связи между полученной Потерпевший №2 черепно-мозговой травмой в 1998г., и наступившими неблагоприятными последствиями в виде смерти Потерпевший №2 - нет. 

Повреждение поверхностных мозговых сосудов, как правило, определяется в зоне очагового ушиба коры головного мозга. При нетравматическом генезе (происхождении) субдуральной гематомы кровь в субдуральное пространство (пространство между головным мозгом и твердой мозговой оболочкой) может поступить при прорыве внутримозговой или внутрижелудочковой гематомы через разрыв мягкой мозговой оболочки. Такие субдуральные гематомы относятся к вторичным внутричерепным геморрагиям. Аневризмы артерий головного мозга по расположению встречаются лишь на артериях основания головного мозга. Наиболее серьёзная причина развития аневризмы - врождённые дефекты. Разрыв церебральной аневризмы является самой частой причиной возникновения нетравматического субарахноидального кровоизлияния, при котором кровь проникает под мягкую мозговую оболочку. Высокоинформативным методом выявления разрывов аневризм сосудов головного мозга, является КТ головного мозга. Клиническими и морфологическими данными у Потерпевший №2 установлены признаки тяжелого ушиба головного мозга, кровоизлияния под твердую мозговую оболочку (субдуральная гематома) при отсутствии внутримозговой или внутрижелудочковой гематом. У Потерпевший №2 источником субдуральной гематомы в случае черепно-мозговой травмы была поврежденная артерия мягкой мозговой оболочки («Визуализирован источник гематомы в виде кровотечения из корковой артерии лобной доли»). Источник субдуральной гематомы определен и им не могла быть разорванная аневризма, по исключающим обстоятельствам: расположение, прорыв крови в субдуральное пространство, отсутствие КТ - признаков. Все вышеизложенное позволяет полностью исключить нетравматический генез (происхождение) изменений головного мозга и его оболочек, выявленных у Потерпевший №2 

По результатам проводившейся нейровизуализации (КТ головного мозга 03.10.2002г. и 30.11.2002г.), интраоперационных находок (11-12.07.2017г.) данных за наличие аневризмы артериальных сосудов головного мозга и сосудистой мальформации обнаружено не было. 

После перенесенной черепно-мозговой травмы 1998г. Потерпевший №2 взят на диспансерный учет. Больному были проведены: 02.10.2002г. Эхоэнцефалография. Электроэнцефалография. 03.10.2002г. Компьютерная томография мозга (ГКБ №34). Полный объем обследований, соответствующий диагнозу поступления («Последствия черепно-мозговой травмы, состояние после эпиприступа») проведен больному в период госпитализации в ГКБ №34 с 30.11.2002г. по 20.09.2002г. 

Таким образом, целенаправленные и дополнительные методы дообследования назначались и проводились Потерпевший №2 соответственно и в рамках диагностированного ушиба головного мозга и его последствий. При этом ни на каком этапе лечения данных как за наличие артериальной аневризмы артерий головного мозга, так и артериовенозной мальформации сосудов головного мозга у Потерпевший №2 не обнаруживалось. 

Клинически Потерпевший №2 из остаточных явлений перенесенной черепно-мозговой травмы (1998г) диагностированы: Легкий правосторонний монопарез (4б) ноги. Церебрастенический синдром (2001г); Эпилептический синдром на фоне перенесенной тяжелой черепно-мозговой травмы. Посттравматическая киста лобной доли слева (2002г.) 

В представленных на экспертизу медицинских документах каких-либо сведений о наличии у Потерпевший №2 гипертонической болезни и алкоголизма не содержится (т. 4 л.д. 90-107).

Согласно выводам заключения эксперта № 4057-17 от 02.08.2017 ФИО4 каких-либо психических расстройств, в том числе и временных, во время деяния не обнаруживал. Следовательно, ФИО4 во время деяния мог осознавать фактический характер общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время ФИО4 также не обнаруживает какого-либо психического расстройства, он может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, может принимать участие в следственно-судебных действиях, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания (том 1 л. д. 159-161).

Согласно выводам заключения эксперта № 4023-17 от 01.08.2017 ФИО5 обнаруживает психическое расстройство – синдром зависимости от алкоголя. Однако указанное психическое расстройство не сопровождается у ФИО5 психотическими нарушениями, слабоумием, а каких-либо иных психических нарушений, в том числе и временных во время преступления не обнаруживал, находился в состоянии простого алкогольного опьянения. Следовательно, ФИО5 во время деяния мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время ФИО5 также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, может принимать участие в следственно-судебных действиях, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать о них показания, самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве (том 1 л. д. 150-152).

С учетом выводов экспертов, достоверность которых сомнений у суда не вызывает, поведения ФИО5 и ФИО4 до, во время и после совершения преступления, а также в судебном заседании, суд признаёт каждого из них вменяемым.

Совокупность собранных по делу доказательств дает суду основание признать ФИО5 и ФИО4 виновными в совершении преступления.

При этом суд исходит из следующего.

В ходе производства по делу потерпевшая Потерпевший №1 дала показания о том, что в дневное время 11.07.2017 её сын – Потерпевший №2 ушел из дома, а 12.07.2017 от сотрудника полиции она узнала, что произошла драка, её сын находится в больнице. Показания Потерпевший №1 о том, что при посещении сына в больнице она не видела у него на лице кровоподтеки, не могут повлиять на выводы суда о виновности подсудимых в совершении преступления и не свидетельствуют об отсутствии у Потерпевший №2 телесных повреждений, поскольку наличие у Потерпевший №2 множественных ушибов и ссадин мягких тканей лица, тела, конечностей подтверждено иными вышеприведенными доказательствами в части, признаваемой судом достоверной.

Свидетель Свидетель № 13 показал в ходе производства по делу, что Потерпевший №2 ушёл с приобретенным алкоголем, в связи с чем начался конфликт, ФИО8 и ФИО5, каждый, наносили Потерпевший №2 многочисленные удары руками и ногами по голове и телу. Свои показания Свидетель № 13. подтвердил в ходе проведенных с ФИО5 и ФИО4 очных ставок.

Показания свидетеля Свидетель № 13. согласуются с показаниями свидетеля Свидетель №3, которая подтвердила в ходе производства по делу, что видела, как ФИО8 нанёс удар по голове молодому человеку, который упал, она кричала, чтобы парня не били, ушла, а через 3 часа видела парня лежащим на земле, лицо которого было разбито, опухшее, в крови, она вызвала сотрудников полиции, позже узнала, что парень скончался в больнице. 

Свидетель Свидетель №3 не видела всех событий, поэтому нет оснований полагать, что её показаниями опровергаются показания свидетеля Свидетель № 13 и первоначальные показания подсудимого ФИО5

Также и свидетель Свидетель №2 подтвердил, что распивал спиртные напитки с Свидетель № 13, Крыжановским, ФИО5 на садовом участке Свидетель № 13, затем уснул, а позже видел лежащего на земле около мостика теплотрассы Потерпевший №2. Аналогичные показания дал свидетель Свидетель №4

Свидетель №6 и Свидетель №12 подтвердили, что от ФИО4 после событий им стало известно, что ФИО4 и другой человек избили парня.

О возникновении конфликта между Стасом и Потерпевший №2, о том, что Свидетель № 13 разнимал Стаса и Потерпевший №2, а рядом с ними находился ФИО5, подтвердил также свидетель Свидетель №5 

Об обнаружении Потерпевший №2 лежащим около путепровода подтвердил сотрудник патрульно-постовой службы Свидетель №7, прибывший на место событий по вызову. Также Свидетель №7 подтвердил, что у Потерпевший №2 имелись гематомы, он был грязный, от Свидетель № 13, Свидетель №5 и Свидетель №4 стало известно, что Потерпевший №2 избили двое мужчин из-за бутылки водки. Впоследствии по описанию был задержан ФИО5.

Приведенные доказательства согласуются с протоколом осмотра места происшествия - санитарной комнаты больницы, в результате которого были изъяты предметы одежды потерпевшего Потерпевший №2, протоколом осмотра указанных предметов, в результате которого были обнаружены следы загрязнения.

Осмотр в судебном заседании предметов одежды потерпевшего Потерпевший №2 показал отсутствие на всех предметах видимых биологических следов, но наличие загрязнений. Осмотр судом вещественных доказательств подтвердил изложенные в протоколе осмотре следователем предметов одежды погибшего (т.1 л.д.218-219). 

Отсутствие на одежде Потерпевший №2 биологических следов не свидетельствует об отсутствии в деянии подсудимых состава преступления, не исключает совершение в отношении Потерпевший №2 преступления.

Наличие на участке № СНТ «Восход», где было совершено преступление, следов распития спиртных напитков - бутылок, рюмок, бокалов подтверждено протоколом осмотра места происшествия от 12.07.2017 (т.1 л.д.24-25), что также согласуется с вышеприведенными показаниями свидетелей. 

Приведенные доказательства также согласуются с протоколами осмотра участка местности у теплотрассы и участка № в СНТ «Восход» (т.1 л.д.15-18, т.5 л.д.128-133) и другими вышеприведенными доказательствами в части, признаваемой судом достоверной.

Объективно вина подсудимых ФИО5, ФИО4 в совершении преступления подтверждается выводами проведенных по делу судебно-медицинских экспертиз о характере, локализации, степени тяжести имевшихся у Потерпевший №2 телесных повреждений, механизме их образования, причине его смерти.

Суд не принимает в качестве доказательств вины ФИО5 и ФИО4 рапорт сотрудника полиции, протокол осмотра трупа Потерпевший №2, выписку из медицинской карты, и полученные по данному делу объяснения, поэтому заявленные в судебном заседании адвокатом Зотовым А.В. ходатайства о признании таких доказательств недопустимым, разрешению не подлежат.

Данная ФИО4 12.07.2017 явка с повинной не подтверждена им в судебном заседании, поэтому не принимается судом в качестве доказательств по уголовному делу.

Выдвинутые в ходе производства по делу адвокатом Зотовым А.В. доводы о недопустимости таких доказательств, как протоколов осмотра, в связи с отсутствием у лиц, их проводивших, письменного поручения следователя, являются несостоятельными, оснований для признания доказательств недопустимым не имеется, протоколы осмотра соответствуют предъявляемым к ним требованиям действующего законодательства, имеют необходимые сведения, перечисленные в ч.3 ст.166 УПК РФ.

При этом суд исходит из следующего.

Согласно ч.1 ст.180 УПК РФ протоколы осмотра и освидетельствования составляются с соблюдением требований настоящей статьи, статей 166 и 167 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч.1 ст.166 УПК РФ протокол следственного действия составляется в ходе следственного действия или непосредственно после его окончания.

Согласно ч.1 ст. 176 УПК РФ осмотр места происшествия, местности, жилища, иного помещения, предметов и документов производится в целях обнаружения следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В силу ч.2 ст.176 УПК РФ осмотр места происшествия, документов и предметов может быть произведен до возбуждения уголовного дела.

Согласно постановлению (т.1 л.д.1) уголовное дело возбуждено 12.07.2017 в 14 час 30 мин следователем Свидетель №10

Осмотр санитарной комнаты ГКБ № 34 произведен 12.07.2017 с 02 час 30 минут до 02 часов 45 минут (т.1 л.д.13-14), до возбуждения уголовного дела следователем БНС, имеющей полномочия на проведение осмотра.

Участок № № в СНТ «Восход» осмотрен следователем БНС 12.07.2017 с 01 час 30 мин до 01 час 50 мин (т.1 л.д.15-18), то есть также до возбуждения уголовного дела, следовательно, у следователя имелись полномочия на производство осмотра.

Участок местности № в СНТ «Восход» осмотрен следователем Свидетель №10 12.07.2017 с 11 час 00 мин до 11 час 58 мин (т.1 л.д.24-25), также до возбуждения уголовного дела лицом, имеющим на производство данного следственного действия полномочия.

Протокол осмотра места происшествия от 07.06.2018 (т.5 л.д.128-133), протокол осмотра медицинских документов на имя Потерпевший №2 (т.5 л.д.134-143), протокол осмотра предметов от 18.09.2017 (т. 1 л.д. 218-219) произведены следователями, в производстве которых находилось данное уголовное дело.

Оснований для оговора подсудимых потерпевшая и свидетели не имели, поскольку между ними не сложились неприязненные отношения.

Показания потерпевшей и свидетелей согласуются между собой, подтверждаются материалами дела, получены такие доказательства с соблюдением действующего законодательства.

Более подробными и точными суд признает показания, данные свидетелями на стадии предварительного расследования, поскольку такие показания даны свидетелями непосредственно после событий. Разница в объеме показаний, данных свидетелями на стадии предварительного расследования и в судебном заседании, вызвана, по убеждению суда, прошествием длительного периода времени, однако противоречий, способных повлиять на выводы суда о виновности подсудимых в совершении преступления, показания, данные свидетелями в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, не содержат.

В ходе производства по делу адвокат Зотов А.В. заявил, что после доставления в пункт полиции Свидетель №5, Свидетель №4, Свидетель № 13, ФИО11 были на протяжении нескольких часов лишены ночного сна, отдыха, возможности приема пищи, питьевой воды, их без перерыва опрашивали сотрудники полиции, получали объяснения, допрашивал следователь, не дожидаясь вытрезвления, им не разъяснили право на участие адвоката, не разъясняли права подозреваемых, на допросах для устрашения и запугивания присутствовал оперуполномоченный, на свидетелей было оказано физическое и психологическое давление.

Указанные действия должностных лиц, по мнению адвоката Зотова А.В., попадают под определение пыток, с целью получения от них сведений, необходимых следствию. Адвокат Зотов А.В. полагал, что Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №2, Свидетель № 13 фактически имели статус подозреваемых. Также адвокат Зотов А.В. заявил о непоследовательности показаний свидетеля Свидетель № 13., их недостоверности, полагал, что Свидетель № 13 с целью избежать ответственности и в интересах следствия дал показания в отношении ФИО4 

Вопреки доводам адвоката Зотова А.В. и подсудимого ФИО4, показания свидетелей последовательны, получены с соблюдением требований действующего законодательства, объективно показания свидетелей подтверждены иными доказательствами, поэтому оснований для признания недопустимыми доказательствами показаний свидетелей, данных ими в ходе предварительного расследования и при проведении очных ставок, не имеется.

В соответствии с ч.1 ст.46 УПК РФ подозреваемым является лицо либо в отношении которого возбуждено уголовное дело; либо которое задержано в соответствии со статьями 91 и 92 УПК РФ; либо к которому применена мера пресечения до предъявления обвинения в соответствии со статьей 100 настоящего Кодекса; либо которое уведомлено о подозрении в совершении преступления в порядке, установленном статьей 223.1 настоящего Кодекса.

Согласно п.3 ч.4 ст.46 УПК РФ подозреваемый вправе пользоваться помощью защитника.

Поскольку данное уголовное дело было возбуждено по факту совершения преступления, в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель № 13., Свидетель №2 не задерживались следователем, в отношении них не применялись меры пресечения, их не уведомляли о подозрении в совершении преступления, нельзя признать состоятельными доводы адвоката Зотова А.В. о том, что фактически названные лица имели статус подозреваемых. Судом установлено, что перечисленные лица были в ходе предварительного расследования и в последующем в судебном заседании допрошены в качестве свидетелей. При таких данных у этих лиц не возникло право, а у сотрудников полиции не возникла обязанность, разъяснять Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель № 13., Свидетель №2 права подозреваемых, предоставлять адвокатов.

Как показаниями следователя Свидетель №10, протоколами допросов и очных ставок, так и собственными показаниями свидетелей Свидетель № 13., Свидетель №2 установлено, что никакого воздействия на указанных лиц во время производства с их участием следственных действий, производства допросов оказано не было. Доводы участников судебного разбирательства со стороны защиты об оказании на свидетелей воздействия, не имеют своего подтверждения в материалах дела.

В частности, следователь Свидетель №10 подтвердил в судебном заседании, что все допрошенные им свидетели и подозреваемые находились в трезвом состоянии, подписывали документы добровольно, без оказания воздействия на них.

Протоколы допросов свидетелей и протоколы очных ставок не содержат никаких замечаний по поводу состояния здоровья свидетелей, о невозможности дачи ими показаний в силу опьянения или болезни вследствие употребления алкоголя, отсутствуют замечания о недостоверности изложенных в протоколах показаний, напротив, в протоколах имеются сведения о том, что с их содержанием участвующие лица ознакомились и удостоверили правильность своими подписями.

Изложенные доказательства согласуются с показаниями свидетеля Свидетель № 13. в судебном заседании о том, что он показания давал самостоятельно, находился в адекватном состоянии. Свидетель №2 подтвердил, что в ходе допросов он отвечал на вопросы.

Показания свидетеля Свидетель №4 в судебном заседании о том, что он не знакомился с протоколом его допроса в ходе предварительного расследования, несостоятельны, вызваны по убеждению суда прошествием времени между допросом свидетеля в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, что не могло не отразиться на воспроизведении событий свидетелем в суде. В действительности, протокол допроса Свидетель №4 (т.1 л.д.59-61) содержит отметку о том, что свидетель лично прочитал протокол допроса, в протоколе имеются подписи свидетеля. Доводы Свидетель №4 о том, что он мог оценивать свое состояние как неадекватное, являются несостоятельными, опровергнуты вышеприведенными показаниями следователя Свидетель №10 и протоколом допроса свидетеля, в котором никаких замечаний не зафиксировано. 

Оснований для оговора подсудимых сотрудниками полиции не имелось, поскольку они не были с ними знакомы, не испытывали к ним неприязненных отношений.

Данных о заинтересованности потерпевшей, свидетелей, сотрудников полиции в исходе уголовного дела в отношении ФИО4 и ФИО5, в материалах уголовного дела не имеется, а доводы адвоката Зотова А.В. об этом голословны.

Помимо вышеизложенных доказательств, уличающих подсудимых в совершении преступления, вина подтверждается собственными показаниями ФИО4 и ФИО5, данными в ходе предварительного расследования.

Так, ФИО5 в ходе допросов 12.07.2017 и 01.03.2018 показал, что видел, как ФИО4 наносил множественные удары Потерпевший №2 руками и ногами в голову, по лицу, по телу. Он (ФИО5) из-за поведения Потерпевший №2, из злости неоднократно наносил ему удары рукой и ногой по лицу, голове. В ходе допроса 13.03.2018 приведенные показания ФИО5 подтверждал.

ФИО4 при допросе 12.07.2017 признавал, что наносил неоднократные удары Потерпевший №2 кулаками по лицу.

Поскольку вышеприведенные показания ФИО5 и ФИО4 согласуются между собой, подтверждаются иными доказательствами, такие показания являются достоверными. Оснований для оговора ФИО4 у подсудимого ФИО5 и оснований для оговора ФИО5 у ФИО4 не имелось, поскольку между ними не сложились неприязненные отношения.

К тому же такие показания подсудимых в ходе предварительного расследования получены с соблюдением требований действующего законодательства, а доводы участников судебного разбирательства со стороны защиты об обратном несостоятельны.

Не имеют своего подтверждения доводы подсудимых и их защитников о том, что на подсудимых было оказано психологическое и физическое воздействие.

В ходе первоначального допроса о применении какого-либо физического воздействия со стороны сотрудников полиции ФИО4 не заявлял (т.1 л.д.107-110). Свидетель Свидетель №8 подтвердил в судебном заседании, что физическая сила к ФИО4 не применялась, а были применены специальные средства – наручники, в связи с имевшейся информацией о том, что ФИО4 может скрыться. Никаких запретов и ограничений, установленных статьёй 22 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции», для применения специальных средств у сотрудников полиции не имелось. Присутствовавшие при задержании ФИО4 свидетели Свидетель №6 и Свидетель №12 подтвердили в ходе предварительного расследования, что сотрудники полиции завели ФИО4 руки за спину, повернули лицом к двери, надели наручники, телесных повреждений сотрудники полиции ФИО4 не наносили.

Показания Свидетель №6 в судебном заседании о том, что сотрудники полиции ударили ФИО4 о дверь, несостоятельны, опровергнуты вышеприведенными доказательствами, вызваны, по убеждению суда, прошествием времени между событиями, так как после оглашения показаний в порядке статьи 281 УПК РФ свидетель Свидетель №6 ранее данные им показания подтвердил.

В материалах уголовного дела имеются сведения о том, что при поступлении в ИВС Управления МВД России по г.Новосибирску ФИО4 на состояние здоровья жалоб не высказывал, травматических повреждений у него выявлено не было (т.2 л.д.120, 121). 

Доводы участников судебного разбирательства со стороны защиты о том, что физическая сила в отношении ФИО5 была применена с целью получения необходимых предварительному следствию показаний, являются несостоятельными, опровергаются материалами уголовного дела. Так, согласно материалов, представленных Управлением МВД России по г.Новосибирску, при поступлении в изолятор временного содержания ФИО5 жалоб на здоровье не высказывал, в ходе осмотра медицинским работником выявлена гематома верхнего века правого глаза и правой ушной раковины. ФИО5 пояснил, что выявленные телесные повреждения получил 11.07.2017 с 21.00 до 22.00 на улице по 

<

адрес> в результате драки с неизвестным. В объяснении ФИО5 указал, что к уголовной ответственности никого привлекать не желает, претензий к сотрудникам полиции и сотрудникам ИВС не имеет (т.2 л.д.120-127).

Свидетель Свидетель №7, производивший задержание ФИО5, подтвердил, что физическая сила к ФИО5 не применялась. Также и следователь Свидетель №10 утверждал в ходе производства по делу, что на подозреваемых давление не было оказано, никто из них жалоб, в том числе на действия оперативных сотрудников, не высказывал, не заявлял о применении физической силу в отношении них.

Доводы участников судебного разбирательства о присутствии при проведении допросов и очных ставок оперативных сотрудников никоим образом не влияет на достоверность полученных доказательств, не может свидетельствовать о вынужденной даче ФИО4, ФИО5 или кем-то из свидетелей вынужденных показаний, таких замечаний в протоколах следственных действий, протоколах допросов не зафиксировано.

Суд учитывает, что при допросах ФИО4 и ФИО5 на стадии предварительного расследования присутствовали их защитники, что также исключало оказание на них какого-либо воздействия со стороны сотрудников полиции.

Доводы ФИО4, его защитника – адвоката Зотова А.В. о том, что при допросах и проведении очных ставок не присутствовал защитник ФИО4 – адвокат Криммель А.Ф., аналогичные показания ФИО5, являются несостоятельными, опровергнуты материалами уголовного дела.

Участие адвоката Криммель А.Ф. при производстве допросов и проведении очных ставок подтверждается показаниями следователя Свидетель №10 о допуске адвоката к участию в деле на основании ордера адвоката и присутствии адвоката на всех действиях с начала их проведения; текстом протоколов допросов и протоколов очных ставок, имеющих подписи участвующих лиц, в том числе, адвоката Криммель А.Ф.; показаниями свидетеля Свидетель № 13. о присутствии при проведении очных ставок с его участием и с участием подозреваемых адвоката – женщины.

С протоколами допросов и протоколами очных ставок ФИО4, ФИО5, и, соответственно, их защитники ознакомились и удостоверили правильность их содержания своими подписями, не выразив никаких замечаний. Доводы ФИО4 о том, что он не знакомился с протоколом допроса, а расписался в листах, где ему указала следователь, несостоятельны, опровергнуты текстом протоколов допросов, составленных с его участием, в которых имеется отметка об ознакомлении. Отсутствие подписи адвоката Криммель А.Ф. на каждой странице протоколов, в графе о разъяснении адвокату прав не влечет признание полученных доказательств недопустимыми, поскольку с соблюдением требований ч.7 ст.166 УПК РФ протоколы подписаны следователем и лицами, участвовавшими в следственном действии.

О нахождении ФИО5 в состоянии алкогольного опьянения протоколы информации не содержат.

Таким образом, составленные протоколы соответствуют требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к составлению протоколов. Оснований для признания недопустимых доказательств – протоколов допросов, протоколов очных ставок, о чем заявил в судебном заседании адвокат Зотов А.В., у суда не имеется.

В протоколе допроса подозреваемого ФИО4 в т.1 на л.д.107-110 в напечатанный текст строки «В допросе участвует защитник Кримель Алена Федоровна» пастой вписаны номер ордера, номер удостоверения и дата, тогда как в представленной в ходе судебного разбирательства адвокатом Зотовым А.В. копии данного протокола (т.7 л.д.134-137) такие записи пастой отсутствуют.

Данное обстоятельство не влечет признание недопустимым полученного доказательства – оригинала протокола допроса ФИО4 в качестве подозреваемого и не подтверждает доводы адвоката Зотова А.В. и подсудимого ФИО4 о том, что, якобы, адвокат Криммель А.Ф. не участвовала в допросе ФИО4, была допущена к участию в производстве следственного действия без законных оснований. Поскольку в материалах уголовного дела имеется ордер адвоката Криммель А.Ф. от 12.07.2017, в протоколе допроса ФИО4 (т.1 л.д.107-110) отсутствуют заявления, замечания по поводу участия защитника, протокол удостоверен подписями участвующих лиц, в том числе ФИО4 и его защитника – адвоката Криммель А.Ф.

В ходе предварительного расследования ФИО5 заявил ходатайство о замене защитника Игошиной Н.В., в связи с недоверием. В удовлетворении такого ходатайства следователем было отказано постановлением от 07.07.2018, в связи с направлением уголовного дела прокурору, ФИО5 разъяснено, что он вправе заявить ходатайство в суде (т.8 л.д.51).

Такие сведения не влияют на выводы суда о допустимости данных ФИО5 в ходе предварительного расследования признательных показаний. Суд учитывает, что в ходе допросов, проведения очных ставок, при проведении следственных действий на стадии предварительного расследования, а в последующем в предварительном слушании и в судебных заседаниях ФИО5 о недоверии защитнику Игошиной Н.В. не заявлял, напротив, в заявлениях от 03.08.2018, от 24.09.2018 (т.6 л.д.114, 194), а также в предварительном слушании 03.08.2018 и 29.08.2018 на вопросы суда ответил, что доверяют свою защиту адвокату Игошиной Н.В. 

Данных о ненадлежащем оказании правовой помощи ФИО5 и ФИО4, о нарушении права подсудимых на защиту, в материалах уголовного дела не имеется.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что заявления ФИО5 о недоверии защитнику Игошиной Н.В. были вызваны его желанием создать основания для признания его показаний, в которых он признавал вину, недостоверными доказательствами с тем, чтобы избежать ответственности за совершенное преступление.

Как ФИО4, так и ФИО5 перед первыми допросами были в установленном законом порядке разъяснены принадлежащие им права, в том числе, положения ст.51 Конституции РФ и п. 2 ч. 4 ст.46 УПК РФ, согласно которым подозреваемый вправе давать объяснения и показания по поводу имеющегося в отношении его подозрения либо отказаться от дачи объяснений и показаний. При согласии подозреваемого дать показания он должен быть предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при его последующем отказе от этих показаний, за исключением случая, предусмотренного пунктом 1 части второй статьи 75 настоящего Кодекса. В последующем при допросах в качестве обвиняемых ФИО4 и ФИО5 надлежащим образом были разъяснены аналогичные положения закона, содержащиеся в пункте п.3 ч.4 ст.47 УПК РФ.

В ходе производства по делу адвокат Зотов А.В. заявлял о нарушениях прав подозреваемых, которые выразились в том, что задержание оформлено по истечении более 3-х часов, в это время ФИО5 помещался в камеру задержанных, его водили для получения объяснений и допросов, ФИО5 и ФИО8 в это время не предоставлялся адвокат, на них оказывалось воздействие, допросы произведены не незамедлительно после задержания. 

Перечисленные доводы адвоката Зотова А.В. не влияют на выводы суда о виновности подсудимых ФИО12 и ФИО5 в совершении преступления, не свидетельствуют об оказании на каждого из обвиняемых воздействия со стороны сотрудников полиции, не влекут признание доказательств недопустимыми.

Суд учитывает, что согласно ч.2 ст.46 УПК РФ подозреваемый, задержанный в порядке, установленном статьей 91 настоящего Кодекса, должен быть допрошен не позднее 24 часов с момента его фактического задержания.

Из материалов дела установлено, что ФИО5 согласно протоколу был задержан 12.07.2017 в 18 час 30 мин (т.1 л.д.74-77). ФИО4 согласно протоколу (т.1 л.д.95-98) был задержан 12.07.2017 в 19 час 00 мин.

Допрос ФИО5 в качестве подозреваемого был начат в 19 час 45 мин 12.07.2017 (т.1 л.д.86-90), допрос ФИО4 в качестве подозреваемого начат в 20 час 55 мин 12.07.2017 (т.1 л.д.107-110). Следовательно, нарушений требований ст.46 УПК РФ не допущено.

Таким образом, признательные показания, данные ФИО4 и ФИО5 в ходе предварительного расследования, достоверны, поскольку согласуются между собой, подтверждаются иными доказательствами, даны ими добровольно, самостоятельно, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, так как следственные действия производились в присутствии адвокатов, с разъяснением положений статьи 51 Конституции РФ, а также положений п. 2 ч. 4 ст.46 и п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ о том, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу, в том числе и при последующем отказе от этих показаний.

С учетом отсутствия у суда достоверных сведений, свидетельствующих о применении недозволенных методов ведения следствия либо о противоправных действиях сотрудников правоохранительных органов в отношении ФИО4 и ФИО5, суд признает более достоверными доказательствами показания об обстоятельствах совершенного преступления, в части, признаваемой судом достоверной, данные ФИО4 и ФИО5 в ходе предварительного следствия.

Доводы ФИО4 и ФИО5 в ходе производства по делу о том, что каждый из них наносил Потерпевший №2 такие незначительные удары, от которых вред здоровью и смерть потерпевшего не могли наступить, показания ФИО4 о том, что он Потерпевший №2 бил один, не наносил удары ногами по голове, а также показания подсудимых о применении к ним и к свидетелям недозволенных методов ведения следствия, об оказании на них психологического и физического воздействия со стороны сотрудников полиции, являются несостоятельными, опровергнуты совокупностью вышеприведенных доказательств. Такие показания даны подсудимыми с целью затруднить установление истины по делу, избежать ответственности за совершенное особо тяжкое преступление и помочь друг другу в этом из чувства солидарности. Суд расценивает в исследуемой части показания каждого из подсудимых как предусмотренный законом способ защиты, реализацию конституционного права не свидетельствовать против себя.

Нельзя признать обоснованными доводы адвоката Зотова А.В. и специалиста ФИО13 о допущенных при проведении экспертиз (заключения эксперта № 5551, 224-ПК, 2-ДК, 78-ДК) нарушениях требований Уголовно-процессуального кодекса РФ, Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», о необоснованности, недостоверности выводов экспертов, даче выводов без учета всех данных о состоянии здоровья Потерпевший №2 и обстоятельств дела, без проверки иных версий получения травмы Потерпевший №2, без учета неправильно проведенной операции и ненадлежащего лечения, о наличии сомнений в выводах экспертов, о наличии травмы вследствие противоудара, об обосновании выводов недостоверными клиническими данными, о возможности получения Потерпевший №2 ушиба головного мозга при отсутствии травмирующих воздействий.

Приходя к таким выводам, суд исходит из следующего.

Данные в ходе производства по данному уголовному делу экспертами заключения № 5551, 224-ПК, 2-ДК, 78-ДК являются достоверными доказательствами, заключения даны квалифицированными специалистами, обладающими специальными познаниями в области исследованных ими вопросов, в установленном порядке предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, изложенные в заключениях экспертами выводы достаточно мотивированы, обоснованы, согласуются с другими доказательствами, признаваемыми судом достоверными. Экспертизы проведены в соответствии с требованиями главы 27 УПК РФ. Заключения экспертов составлены в соответствии с требованиями ст. 204 УПК РФ, подписаны экспертами. Оснований для признания всех данных по данному делу заключений экспертов недопустимыми доказательствами не имеется.

В частности, заключение эксперта № 5551 дано 26.09.2017 экспертом ГБУЗ Новосибирской области «Новосибирское областное клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО14, который в соответствии с текстом заключения эксперта (т.1 л.д.231-234) был в установленном законом порядке предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, ему были разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные ст.57 УПК РФ, о чем в заключении имеется подпись эксперта.

Наличие в тексте заключения эксперта № 5551 фразы «юстиции ФИО15.» и даты постановления следователя – «19 сентября 2017 года», при том, что данная экспертиза проводилась на основании постановления следователя СМА от 15.09.2017, не может свидетельствовать о недостоверности выводов, изложенных в заключении эксперта № 5551, а такие сведения являются очевидной технической ошибкой, поскольку в тексте заключения эксперта изложены постановленные на разрешение вопросы в отношении Потерпевший №2, номер уголовного дела, указанный в заключении, совпадает с присвоенным данному уголовному делу номером. Таким образом, оснований сомневаться в том, что экспертиза проводилась по данному уголовному делу в отношении потерпевшего Потерпевший №2, у суда не имеется. 

Отсутствие в заключении эксперта № 5551 ссылки на то, что руководитель экспертного учреждения предупредил эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и разъяснил ему права и обязанности эксперта, не влечет признание доказательства недопустимым, поскольку в экспертном заключении подпись эксперта о предупреждении об уголовной ответственности и о разъяснении прав и обязанностей имеется.

Заключение эксперта № 224-ПК (т.2 л.д.50-63) дано 23.11.2017 комиссией экспертов ГБУЗ Новосибирской области «Новосибирское областное клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы» в составе Свидетель №21, Свидетель №22, Свидетель №23, каждый из которых согласно подписке (т.2 л.д.63) был в установленном законом порядке предупрежден руководителем экспертного учреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, им были разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные ст.57 УПК РФ, о чем в подписке имеются подписи каждого из экспертов. Доводы адвоката Зотова А.В. о том, что подписка экспертов не направлена следователю, назначившему экспертизу, безосновательна, поскольку такая подписка находится в материалах уголовного дела.

Заключение эксперта № 2-ДК (т.2 л.д.168-182) дано 11.01.2018 комиссией экспертов ГБУЗ Новосибирской области «Новосибирское областное клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы» в составе Свидетель №21, Свидетель №24, Свидетель №23, каждый из которых согласно подписке (т.2 л.д.182) был в установленном законом порядке предупрежден руководителем экспертного учреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, им были разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные ст.57 УПК РФ, о чем в подписке имеются подписи каждого из экспертов.

Заключение эксперта № 78-ДК (т.4 л.д.90-107) дано 10.04.2018 комиссией экспертов ГБУЗ Новосибирской области «Новосибирское областное клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы» в составе Свидетель №21, Свидетель №24, Свидетель №23, каждый из которых согласно подписке (т.4 л.д.90) был в установленном законом порядке предупрежден руководителем экспертного учреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, им были разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные ст.57 УПК РФ, о чем в подписке имеются подписи каждого из экспертов.

Доводы адвоката Зотова А.В. о том, что эксперты не были заблаговременно, до начала производства экспертизы предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, голословны, опровергнуты вышеприведенными доказательствами, указанные в подписках экспертами даты очевидно свидетельствуют о том, что предупреждены эксперты об ответственности до начала производства экспертиз.

Доводы адвоката Зотова А.В. о незаконности включения в состав комиссии экспертов врача Свидетель №24, и недопустимости вследствие этого заключений экспертов № 2-ДК и № 78-ДК, необоснованны. Вопреки доводам адвоката Зотова А.В. при даче заключений экспертов нормы действующего законодательства нарушены не были.

В соответствии с ч. 1 ст. 57 УПК РФ к числу экспертов относятся лица, обладающие специальными знаниями и назначенные в порядке, установленном УПК РФ, для производства судебной экспертизы и дачи заключения.

Согласно ч.1 ст.200 УПК РФ комиссионная судебная экспертиза производится не менее чем двумя экспертами одной специальности. Комиссионный характер экспертизы определяется следователем либо руководителем экспертного учреждения, которому поручено производство судебной экспертизы.

Что касается участия в производстве экспертизы (заключение № 2-ДК) врача-нейрохирурга ГБУЗ НСО «ГНОКБ» Свидетель №24, то, как усматривается из материалов дела, при назначении экспертизы состав комиссии следователь оставил на усмотрение руководителя экспертного учреждения, о чем прямо указал в постановлении (т.2 л.д.159-160).

Поэтому в соответствии со ст.ст.14,15 ФЗ-73 "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ" и ст.15 "Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации", данный специалист обоснованно был привлечен к производству экспертизы.

Подтверждение экспертами в заключении №78-ДК ранее сделанных ими в заключениях выводов не противоречит действующему законодательству, эксперт Свидетель №24 был привлечен к производству экспертизы также с соблюдением требований действующего законодательства.

В своей совокупности из выводов заключений экспертов, которые взаимно дополняют друг друга, судом достоверно установлено, что у Потерпевший №2 имелись телесные повреждения головы: закрытая тупая черепно-мозговая травма: «множественные ушибы и ссадины м/тканей лица, головы»; «в области лобной, височной, затылочной имеются гематомы 3,0 до 6,0см»; кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку (субарахноидальное кровоизлияние); кровоизлияние под твердую мозговую оболочку (субдуральная гематома) в левой лобно-теменно-височной области объемом 55мл; ушиб головного мозга левой лобной доли с исходом в глиально-мезенхимальный рубец; туловища: множественные ушибы и ссадины туловища; «на кожных покровах в проекции реберной дуги справа обширная ссадина»; конечностей: множественные ушибы и ссадины мягких тканей конечностей. 

Указанные телесные повреждения, согласно выводам экспертов, образованы в результате воздействия тупым твердым предметом (предметами). Местом приложения травмирующей силы на голове явились лобная, височная и затылочная области; на туловище проекция реберной дуги справа. Количество воздействий при этом на голове не менее трех, на туловище одно и более. 

Причиной смерти Потерпевший №2 явилась закрытая тупая черепно-мозговая травма, осложнившаяся развитием двухстороннего воспаления легких (двухсторонняя тотальная гнойная пневмония).

Изменения в организме Потерпевший №2 представлены последовательной цепью сменяющих друг друга явлений, находящихся в причинной связи и представляющих собой патогенетическую цепь травматической болезни головного мозга, логически завершающуюся смертельным исходом. 

Расположение наружных повреждений головы в изолированных областях («в области лобной, височной, затылочной имеются гематомы 3,0 до 6,0 см») исключает возможность причинения повреждений головы вследствие падения с высоты собственного роста.

Образование ссадины туловища («на кожных покровах в проекции реберной дуги справа обширная ссадина») маловероятно при падении с высоты собственного роста на поверхность, принимая во внимание расположение ссадины.

Клиническими и морфологическими данными у Потерпевший №2. установлены признаки тяжелого ушиба головного мозга, кровоизлияния под твердую мозговую оболочку (субдуральная гематома) при отсутствии внутримозговой или внутрижелудочковой гематом. 

Источник субдуральной гематомы определен и им не могла быть разорванная аневризма. 

Все вышеизложенное позволило экспертам полностью исключить нетравматический генез (происхождение) изменений головного мозга и eе оболочек, выявленных у Потерпевший №2 

При оказании медицинской помощи Потерпевший №2 в нейрохирургическом отделении ГКБ №34 имелись недостатки в лечебно-диагностическом процессе, при этом, как указано экспертами, «на этапе окончания операции произведено «Ушивание мягких тканей послойно», а при отеке головного мозга рассеченная твердая мозговая оболочка не ушивается; после операции Потерпевший №2 был экстубирован, просматривается недооценка тяжести состояния пациента в дооперационном периоде. Также установлено, что в действиях врачебного персонала ГКБ №34 выявились отклонения от положений по организации работы.

Однако, экспертами сделаны категоричные выводы о том, что выявленные недостатки в оказании медицинской помощи не состоят в причинно-следственной связи с наступившими неблагоприятными последствиями в виде смерти Потерпевший №2

Смерть Потерпевший №2 наступила не от «неправильной тактики лечения» или от «недостатков в лечении», а от тяжелой черепно-мозговой травмы, осложнений травматической болезни головного мозга, при этом недопущение недостатков не могло гарантировать благоприятный исход лечения.

Закрытая тупая черепно-мозговая травма, выявленная у Потерпевший №2, является вредом здоровью, опасным для жизни человека, создающим непосредственную угрозу для жизни и при обычном ее течении, в том числе без развития воспаления легких (пневмонии) могла закончиться смертью. 

Кроме того, предметом исследования экспертами явились вопросы о состоянии здоровья Потерпевший №2 до событий, и сделаны обоснованные выводы о том, что прямой причинно-следственной связи между полученной Потерпевший №2 черепно-мозговой травмой в 1998г., и наступившими неблагоприятными последствиями в виде смерти Потерпевший №2 - нет. 

Все изложенные экспертами в заключениях выводы являются научно обоснованными, логичными, согласуются с другими доказательствами, поэтому их достоверность сомнений у суда не вызывает.

Согласно ч.1 ст.207 УПК РФ при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела может быть назначена дополнительная судебная экспертиза, производство которой поручается тому же или другому эксперту.

В соответствии с ч.2 ст.207 УПК РФ в случаях возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, производство которой поручается другому эксперту.

Данные по делу заключения экспертов достаточны ясны, в ходе их проведения в полной мере исследованы обстоятельства дела, никаких новых вопросов для экспертных исследований по данному уголовному делу не возникло, отсутствуют сомнения в обоснованности заключений экспертов, не имеется противоречий в выводах экспертов, поэтому оснований для назначения дополнительной либо повторной экспертизы не возникло.

В судебном заседании эксперт Свидетель №24 показал, что он принимал участие в даче заключений эксперта 2 ДК от 11.01.2018 и 78 ДК от 10.04.2018, является внештатным специалистом, знаком с положениями закона об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Он изучал медицинские карты больного Потерпевший №2, которого оперировал один хирург ФИО16. Была проведена трепанация черепа - это технически сложная операция, правильно в соответствии с организацией работы хирургической службы формировать операционную бригаду минимум из двух хирургов.

В первые сутки послеоперационного периода была сделана компьютерная томограмма, которая зафиксировала факт удаления субдуральной гематомы, имевшейся до операции, имелось небольшого объема кровоизлияние в лобно височной области, было диагностировано устранение смещения срединных структур головного мозга, были визуализированы признаки снижения плотности вещества лобной доли. Обнаруженное во время судебно-медицинского вскрытия кровоизлияние в лобной области в объеме 12 куб.см, не является фатальным для данного случая, такое кровоизлияние могло сформироваться в послеоперационной ране, в связи с неэффективной работой активного дренажа, который был установлен после проведения операции.

Процесс декомпрессивной трепанации черепа предполагает рассечение твердой оболочки для удаления субдуральных гематом, и протокол предполагает, что твердая оболочка не ушивается, а применяется один из видов ее пластики с целью увеличения потенциального объема для вещества головного мозга, в котором наступает отек в послеоперационном периоде, который может играть роль в последующем при отеке головного мозга, отек формируется на фоне вторичных ишемических изменений в церебральной структуре головного мозга, если твердая мозговая оболочка будет ушита, то она не растяжимая структура, создается замкнутая полость, в которой отекший головной мозг, в связи с изменениями тяжело функционирует.

В материалах медицинской карты Потерпевший №2 просматривается ухудшение в неврологическом и соматическом статусе, которая позволяет опираться на факт, что ушитая мозговая оболочка сыграла «коварную роль», в материалах медицинской карты нет сведений, что оперирующий хирург Свидетель №16 доложил кому-то о том, что он ушил оболочку, ФИО17 и другие врачи считали, что операция была выполнена технически адекватно, факт ушивания твердой мозговой оболочки был выявлен при судебно-медицинском исследовании. Декомпресивная трепанация не должна сопровождаться ушиванием твердой оболочки.

После выполнения декомпрессивной трепанации черепа через 12 часов пациент был экстубирован с зарегистрированным улучшением сознания, но при этом за 1,5 часа до экстубации была выполнена томография, на которой был зафиксирован факт отека в лобных долях, этот факт не был проанализирован ни врачом анастезиологом-реаниматологом, ни нейрохирургами. То, что состояние пациента улучшилось через 12 часов после удаления субдуральной гематомы, это логичное и ожидаемое состояние, оно позволяет рассчитывать на потенциально возможное дальнейшее улучшение. Исходя их дневниковых записей анастезиолога, следует констатировать, что начали появляться и нарастать признаки отека головного мозга, сопровождающиеся ухудшением сознания, реакция на этот факт была поздней. 14 июля при ухудшении сознания до сопора, наличии признаков дыхательной недостаточности потребовалась дыхательная интубация. 

Риски, возможные осложнения в предоперационном эпикризе не оформлены, хотя это требовалось при оформлении предоперационной документации.

Если судебно медицинский эксперт обнаружил кровоизлияния в подкожном слое в лобной области слева, они имели место до операции, технология оперирования предполагает отслоение покровов черепа в виде отслоения слоев кожи, подкожной клетчатки, это кровоизлияние имело место быть на момент поступления в стационар, это дефект описания.

Ухудшение состояния пациента зафиксировано по медицинской карте в более раннем периоде, чем диагностирована пневмония, клиника ухудшения состояния не была связана с дыхательными функциями и пневмонией. В первую очередь значимые структурные изменения у пациента с черепно-мозговой травмой развиваются в церебральных структурах, а легочные изменения являются результатом проблем, которые не удается устранить в головном мозге.

Терминология кранеэктомия, как название операции, не противоречит факту, что была проведена декомпрессивная трепанация черепа.

В протоколе операции имеются недочеты, не была отражена локализация гематом - гематома удалена с левой стороны; не были отражены локализация и размеры с привязкой; не были отражены форма повреждения артерии и локализация в пределах лобной доли.

Следует считать, что черепно-мозговая травма у пациента имелась, он был доставлен в ГКБ 34 со следами механических повреждений на голове.

Лечащий врач в карте не указан, но при тяжелом состоянии пациента, лечащий врач должен быть определен. Эпикризов, консилиумов с отражением плана складывающейся ситуации, развернутой аналитической записи заведующего хирургическим отделением у пациента в медкарте не было. Профилактические мероприятия по поводу предотвращения пролежней проводились.

На вопрос, что не было выполнено в послеоперационный период, во время операции и после, что привело к логическому концу, эксперт ответил, что твердая мозговая оболочка была ушита, декомпрессия была не выполнена.

Тяжелое состояние не могло быть связано с самопроизвольной, спонтанной субдуральной гематомой, в данном случае в медицинской карте зафиксированы записи о фактах травматической гематомы. По результатам проведенных ранее исследований, при применении компьютерной томографии, патологий сосудистой системы головного мозга у пациента не было обнаружено. Хирург не обнаружил интраоперационные признаки эпилепсии и не отразил, других изменений головного мозга в протоколе не было отражено, эти сведения не отражались в результате нейровизуализации в дооперационный период и в ранний послеоперационный период.

Выявление в предоперационный период рисков и зафиксированных возможных заболеваний головного мозга Потерпевший №2, получение информации о ранее полученных им травм, могло бы внести изменения в программу лечения, и могло быть учтено при составлении плана лечения. Если бы Потерпевший №2 не был оперирован, то существовала бы высокая вероятность погибнуть в ближайшее время, ему применялась интенсивная терапия, проводилась вентиляция легких, реализовалась программа с формирующимися осложнениями.

Показания эксперта Свидетель №24 согласуются с выводами экспертов. Происхождение телесных повреждений у Потерпевший №2, причина его смерти установлена судом из заключений экспертов. Выводы Свидетель №24 в части лечения не влияют на причину наступления смерти Потерпевший №2, которая установлена в заключениях проведенных по делу судебных экспертиз, что самим Свидетель №24 не оспаривалось в судебном заседании.

По ходатайству защитника подсудимого ФИО4 – адвоката Зотова А.В. в судебном заседании были допрошены свидетели. 

Так, в судебном заседании свидетель Свидетель №20 показал, что работает на станции скорой медицинской помощи фельдшером выездной бригады, он приехал на вызов, больной находился на расстоянии около 50-60 метров от машины, была труба и мостик, им пришлось идти до больного. На месте уже находились два сотрудника полиции и прохожие. Больной находился, лёжа на животе, лицом к земле, без сознания, в тяжелом состоянии, была кома 2 степени. Больной был грязный, в крови, было подозрение на перелом челюсти. У больного имелись множественные гематомы, ссадины на лице. Поверхностные травмы и перелом он (Свидетель №20) не смотрел, так как нужно было выводить больного из комы. Характер телесных повреждений у больного имел травматический характер, так как повреждений было множество.

Он (Свидетель №20) попросил водителя принести носилки, они с сотрудниками полиции погрузили больного на носилки, перенесли в автомобиль скорой помощи. Он (Свидетель №20) оказывал больному первую помощь, интубировал, измерял давление, подключил ПВК, отмечал показатели в карте и больного отвезли в ГКБ 34, где был передан нейрохирургу. В стационаре он заполнил карту.

Круцких не мог объяснить разницу во времени, указанному в карте скорой помощи и в карте стационарного больного.

На основании ст.281 УПК РФ в судебном заседании были исследованы показания, данные свидетелем Свидетель №20 в ходе предварительного расследования, из которых следует, что в 20 часов 41 минуту 11.07.2017 от диспетчера поступил вызов по адресу: 

<

адрес>, повод – травма головы в общественном месте. Прибыв по адресу в 20 часов 57 минут был обнаружен мужчина, который лежал на животе лицом к земле, мужчина издавал нечленораздельные звуки. Возле мужчины находились двое мужчин, с их слов – мужчина был избит около часа назад. При осмотре было установлено: в лобной, височной, затылочной областях имелись гематомы от 3 до 6 см, деформации и крептации костей черепа не обнаружено, нижняя челюсть деформирована и отечная, крептация костных отломков. На теле обнаружены множественные ушибы и ссадины. Предварительный диагноз – закрытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга, кома 2, закрытый перелом нижней челюсти слева. Мужчина ничего не пояснял, реакции не подавал. Мужчине была оказана медицинская помощь, он был помещен в карету скорой помощи и доставлен в ГКБ №34. Время доставления 21 час 36 минут. Мужчина был передан нейрохирургам и в 21 час 44 минуты они уехали из больницы для продолжения дежурства. Время выезда, прибытия на место, отбытие и доставление в больницу фиксируется в карте вызова, которая заполняется на месте и фиксируется через диспетчера станции (т.3 л.д.1-3).

Приведенные показания в судебном заседании свидетель Свидетель №20 подтвердил.

Свидетель защиты Свидетель №18 показала, что 15 лет работает операционной сестрой в ГКБ № 34, участвует с хирургом Свидетель №16 в операциях. Свидетель №16 грамотный оператор. Пациента Потерпевший №2 не помнит. Трепанацию делает врач при операционной сестре, ассистента нет, потому что используется специальный инструмент. Решения во время операции принимает врач.

Свидетель защиты Свидетель №17 в судебном заседании показала, что она 2,5 года работает врачом-анастезиологом реаниматологом в ГКБ №34, имеет стаж 33 года, принимала участие в операциях с хирургом Свидетель №16. Хирурги сами выбирают тактику хирургического лечения, она не вправе вмешиваться в их решения. От нейрохирургов и патологоанатомов ей известно, что объем кровотечения 12 мл не является значительным и даже объем 50 мл не является критическим с точки зрения кровоизлияния, но необходимо учитывать клинику, которую она дает, потому что локализация разная, сопутствующие очаги ушиба мозга также могут влиять на характер травмы. Пациент поступил в очень тяжелом состоянии и, значит, эта зона была расположена настолько рядом с жизненно важными центрами, что это повлияло на тяжесть травмы, хотя был достаточно небольшой объем.

В судебном заседании свидетель Свидетель №16 показал, что работает в ГБУЗ НСО ГКБ № 34 врачом-нейрохирургом, имеет действующий сертификат нейрохирурга, который получил в 2008 году, провёл несколько сотен операций - декомпрессионных трепанаций черепа. Согласно записям в карте стационарного больного он оперировал пациента Потерпевший №2. Из протокола операции видно, что в ходе операции визуализирован источник гематомы – источник кровотечения из корковой артерии левой лобной доли. В ходе операции не указан размер повреждения, полагал, что размер повреждения сосуда был минимальный, источник кровотечения был остановлен, про губку в протоколе не указано. Согласно компьютерной томографии головного мозга после операции 12.07.2017, указано, что имеется небольшое скопление крови в субарахноидальном пространстве лобной области слева, а также по межполушарной щели, это то, что осталось от кровоизлияния после операции. Кровоизлияние - остатки - находятся не в субдуральном, а в субарахноидальном пространстве, это разные пространства, о скоплении крови в субдуральном пространстве не указано, он удалял гематому в субдуральном пространстве. Когда происходит кровоизлияние, которое приводит к образованию субдуральной гематомы, оно возникает в субарахноидальном пространстве первично, происходит прорыв арахнаидальной оболочки головного мозга и после этого образуется субдуральная гематома, то есть вышеуказанное скопление крови в субарахноидальном пространстве, обнаруженное 12.07.2017, это остатки кровоизлияния, образовавшегося в момент получения травмы, в задачу оперативного лечения не входит удаление крови из субарахноидального пространства.

Ни в одном руководстве не указывается точный размер трепанационного окна, а указывается, что оно должно быть достаточным. В момент операции отверстия, указанного в протоколе размера, было достаточно.

КТ исследование головного мозга от 12.07.2017 показало, что посттрепанационный дефект находится в проекции удаленной гематомы, из данного дефекта гематома была удалена полностью.

Декомпрессионная трепанация черепа ушивания твердой оболочки черепа не требует. В ходе операции не указано, что твердая мозговая оболочка была ушита, он (Свидетель №16) ни в одном случае проведения операций не ушивал твердую мозговую оболочку, в том числе и в данной операции. Предположил, что в протоколе вскрытия трупа указано об ушитии твердой мозговой оболочки, поскольку твердая мозговая оболочка была подшита к краю костного дефекта, что является необходимым для профилактики образования эпидуральной гематомы в месте операции. ФИО16 настаивал на том, что в области разреза твердой мозговой оболочки швов не накладывалось, если бы швы были наложены, об этом было бы указано в протоколе операции.

На момент операции пациент нуждался в экстренной операции, он (Свидетель №16) ему выполнил экстренную операцию, на момент операции речь шла о травме, полученной в ближайшее время. Свидетель №11 был постановлен исчерпывающий диагноз, в котором о самопроизвольном характере гематомы не было указано.

Показания свидетеля – фельдшера Свидетель №20 об обстоятельствах оказания им неотложной медицинской помощи больному Потерпевший №2 достоверны, поскольку в деталях согласуются с иными вышеприведенными доказательствами в части, признаваемой судом достоверной, в том числе, с показаниями свидетелей Свидетель №3, Свидетель №7 о месте обнаружения Потерпевший №2 и его внешнем виде, то есть о наличии на его одежде загрязнений, наличии видимых телесных повреждений на лице и теле. Свидетель №20 подтвердил, что характер телесных повреждений у больного имел травматический характер, так как повреждений было множество. Доводы адвоката Зотова А.В. о несостоятельности показаний Свидетель №20 и недостоверности сделанных им записей в карте вызова скорой медицинской помощи, безосновательны, поскольку свидетель Свидетель №20 дал последовательные показания, будучи предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Данные им показания и изложенные в карте вызова скорой помощи сведения согласуются с другими доказательствами по делу. Оснований для оговора подсудимых фельдшер скорой медицинской помощи не имел, как и не имел заинтересованности в исходе данного уголовного дела, по которому никто из участвующих лиц ему знаком ранее не был.

Очевидно, что сообщение от Свидетель №3 об обнаружении избитого мужчины поступило в полицию в 20:18:37 11.07.2017 (сообщение в т.1 л.д.5), поэтому судом установлено время совершения преступления – 11.07.2017 до 20 час 18 мин.

Согласно карте вызова скорой медицинской помощи (т.1 л.д.207-208) время прибытия пациента Потерпевший №2 в медицинскую организацию – 21 час 36 мин 11.07.2017. Согласно медицинской карте стационарного больного № 13919 Потерпевший №2 поступил в стационар 11.07.2017 в 21 час 21 мин (т.7 л.д.112). Такое незначительное расхождение во времени никоим образом не влияет на выводы суда о виновности подсудимых в совершении преступления, не свидетельствует о недостоверности показаний свидетеля Свидетель №20 

Показания врача Свидетель №16 о том, что он не ушивал твердую мозговую оболочку пациенту Потерпевший №2, не соответствуют заключениям экспертов, выявивших, что твердая мозговая оболочка была ушита. В этой части более достоверными суд признает заключения экспертов, поскольку они получены с соблюдением требований действующего законодательства, основаны на данных, полученных в результате исследования трупа Потерпевший №2 

Вместе с тем, показания Свидетель №16, а равно аналогичные показания свидетеля Свидетель №11, эксперта Свидетель №24 и другие добытые по делу доказательства о том, что твердая мозговая оболочка во время трепанации черепа не ушивается, а также доводы адвоката Зотова А.В. о ненадлежащем оказании фельдшером и врачами медицинской помощи больному Потерпевший №2 медицинской помощи, не влияют на выводы суда о виновности подсудимых в совершении преступления и квалификацию их действий, поскольку согласно выводам заключения эксперта № 2-ДК с учетом всех обстоятельств, в том числе, обнаруженного факта ушития твердой мозговой оболочки, эксперты пришли к категоричному выводу о том, что выявленные недостатки в оказании медицинской помощи не состоят в причинно-следственной связи с наступившими неблагоприятными последствиями в виде смерти Потерпевший №2, которая наступила не от «неправильной тактики лечения» или от «недостатков в лечении», а от тяжелой черепно-мозговой травмы, осложнений травматической болезни головного мозга, при этом недопущение вышеперечисленных недостатков не могло гарантировать благоприятный исход лечения («избежать смертельного исхода») (т. 2 л.д. 168-182).

Показания свидетеля Свидетель №16 о том, что в протоколе операции нет сведений о гематомах у пациента Потерпевший №2, попреки доводам адвоката Зотова А.В. не свидетельствуют о невиновности подсудимых в совершении преступления, не влекут признание полученных доказательств недопустимыми, не свидетельствуют о «фальсификации» фельдшером карты вызова скорой помощи, поскольку травматический характер телесных повреждений у Потерпевший №2 установлен совокупностью доказательств, признаваемых судом достоверными.

Доводы адвоката Зотова А.В. о том, что Свидетель №11 при осмотре пациента Потерпевший №2 не увидел телесных повреждений опровергаются показаниями свидетеля Свидетель №11 в судебном заседании 24.09.2018 о том, что у пациента были кровоподтеки на лице и признаки ушибов на волосистой части головы, к тому же Свидетель №11 подтвердил, что у пациента имелся тяжелый ушиб головного мозга. Данные в ходе судебного разбирательства Свидетель №11 показания о механизме образования большинства субдуральных гематом по принципу противоудара не влияют на выводы суда о виновности подсудимых в совершении преступления и не свидетельствуют о необходимости назначения дополнительной судебной экспертизы, как ошибочно полагали адвокат Зотов А.В. и специалист ФИО13, поскольку причинно-следственная связь между совершенными подсудимыми действиями и наступившими последствия достоверно установлена.

Кроме того, в судебном заседании был допрошен специалист, привлеченный к участию в деле по ходатайству адвоката Зотова А.В., и исследованы заключения специалистов ФИО13 и ВПВ

В частности, допрошенный в судебном заседании специалист ФИО13 пояснил, что по поручению адвоката Зотова он делал заключение специалиста на каждое заключение эксперта по исследованию медицинских документов, для этого были изучены документы на бумажном носителе, рентгеновские снимки, компьютерные диски. Согласно материалам дела в 1998 и 2001 годах Потерпевший №2 проходил лечение по поводу травмы головы, в 2002 году Потерпевший №2 проведены компьютерная томография мозга, эхоэнцефалография. В 2002 году проходил лечение в неврологическом отделении.

Сведения о динамике состояния здоровья Потерпевший №2, которые можно получить из текста экспертного заключения № 78-ДК, позволяют составить представление о том, как развивалась травматическая болезнь головного мозга пациента Потерпевший №2 на протяжении 19 лет. Никто не расценил изменения в головном мозге у Потерпевший №2, как грубые проявления и свидетельство многолетней травматологической болезни головного мозга с глубоким влиянием на всю сосудистую систему кровоснабжения организма и головного мозга в особенности. Однако, нарушение функций головного мозга у Потерпевший №2, как следствие такого патологического формирования - крупная киста в левой лобной доле, присутствовали и динамично развивались в сторону утяжеления симптоматики. Весь исследуемый период жизни и болезни Потерпевший №2 у больного имелись жалобы на головные боли, головокружение, общую слабость, вялость, «плохой сон», нервозность. Во всех записях приёмов и обследований окулиста имеются указания на ангиопатию сетчатки глаз по гипертензионному типу.

У пациента Потерпевший №2 имелись проявления, последствия и осложнения череды тяжёлых черепно-мозговых травм. Этот симптомокомплекс включал в себя глубокие нарушения мозговой деятельности, которые динамично прогрессировали в сторону утяжеления и расширения патологической симптоматики. Отрицательная динамика травматической болезни головного мозга Потерпевший №2 поддерживалась повторяющимися черепно-мозговыми травмами на фоне выраженной алкоголизации, асоциального поведения и образа жизни Потерпевший №2 

Системного, глубокого, должного, «с пристрастием» обследования и наблюдения за состоянием здоровья Потерпевший №2 не проводилось. 

Невозможно исключить возможно имевшуюся у Потерпевший №2 тонкостенную посттравматическую аневризму одной из артерий головного мозга в области и проекции кисты головного мозга как исхода и осложнения внутримозгового и субарахноидального кровоизлияния в лобной области слева (1998 год). Такая возможность становится ещё более вероятной, если учесть патологическое воздействие на головной мозг, в том числе и в этой области, ещё двух черепно-мозговых травм (2000 года и 2002 года).

Выводы экспертов противоречат фактическим обстоятельствам, а именно медицинским документам. Как могут эксперты утверждать, например, что «В представленных на экспертизу медицинских документах, каких-либо сведений о наличии у Потерпевший №2 гипертонической болезни и алкоголизма не содержится» (стр. 34 экспертного заключения №78-ДК). При всех контактах этого больного с медицинскими учреждениями, когда производился осмотр окулиста, сразу появлялась запись с диагнозом: Ангиопатия сетчатки глаз по гипертензионному типу. А гипертензивная ангиопатия является результатом длительного хронического повышения артериального давления. Диагностирование этого заболевания является маркёром наличия у пациента I-IIБ стадии артериальной гипертензии. Соответственно, это заболевание свидетельствует о структурных изменениях стенок сосудов по всему организму, включая сосуды головного мозга с нарушением эластичности сосудистых стенок, делая их более «хрупкими», склонными к разрыву.

Если к разрушительному действию на стенки сосудов артериальной гипертензии присоединяется травматический компонент (черепно-мозговая травма), как в случае с Потерпевший №2, то совместное воздействие артериальной гипертензии и травматической составляющей, кратно увеличивается их патогенетическое (болезнетворное) действие на стенки сосудов по всему организму.

Из симптомокомплекса, имевшегося у Потерпевший №2, важно ещё подчеркнуть нарушение сна (бессоницу) и невротические проявления (нервозность), жалобы на которые предъявляет Потерпевший №2 (стр. 31 экспертного заключения № 78-ДК). Эти симптомы свидетельствуют о наличии у пациента гипертензионной энцефалопатии - поражения головного мозга через патогенетический биомеханизм артериальной гипертензии. К проявлениям этого заболевания можно так же отнести общую слабость и вялость (стр. 30 экспертного заключения № 78-ДК).

Одной из целей такого объёмного и длительного, многогранного обсуждения имевшейся у больного Потерпевший №2 системной и локальной патологии сосудов головного мозга, нужно было показать, что весьма вероятная тонкостенная посттравматическая аневризма сосудов лобной доли головного мозга и общее тотальное снижение прочности сосудистых стенок могли привести к нарушению целостности сосудистой стенки (её разрыву) с развитием мозговой катастрофы (кровоизлияния) в любой момент и по многим причинам, а не только в тех, и исключительно в тех обстоятельствах, на которых настаивают члены экспертной комиссии.

У пациента Потерпевший №2 имелось последствие перенесённых черепно-мозговых травм - правосторонний гемипарез. Состояние гемипареза связано с повреждением тел корковых мотонейронов и проводящих путей головного мозга, в случае Потерпевший №2, за счёт кровоизлияния в лобной области слева. Прогрессирование патологического процесса вызывает снижение чувствительных и двигательных функций, что обусловливает поражение мышц на соответствующей стороне тела. Правосторонний гемипарез с нарастающей слабостью в правой руке и правой ноге, затруднениями при ходьбе, имевшимися в 2001 году, положительным симптомом Бабинского справа в 2002 году свидетельствует о прогрессирующем нарушении, ослаблении и затруднении двигательных импульсов от головного мозга к мышцам конечностей правой половины тела Потерпевший №2

Всё это позволяет с большой вероятностью подтвердить многочисленные самопроизвольные падения Потерпевший №2 с высоты собственного роста на скопления металлических конструкций и складированный шансовый инструмент (лопаты) при возвращении на садовый участок №, после ухода от магазина с водкой, эти падения происходили при потенцирующем токсическом воздействии на скомпрометированный болезнью вестибулярный аппарат Потерпевший №2 Многочисленным падениям несгруппировавшимся телом Потерпевший №2 способствовали неровности рельефа на садовом участке №, наличие множества посторонних предметов на территории. Что, с достаточной степенью вероятности, могло привести к тем повреждениям головы и тела, которые описаны сотрудниками скорой помощи и доктором в приёмном покое ГКБ № 34. И, возможно, эти же повреждения головы послужили причиной возникновения фатального кровоизлияния у Потерпевший №2 в области головного мозга.

Нельзя исключать возможность травматического воздействия на Потерпевший №2 действиями третьих лиц в период его отсутствия на садовом участке после ухода с водкой от магазина.

На странице 23 экспертного заключения № 78-ДК имеется ответ на вопрос, поставленный перед экспертной комиссией: «Расположение наружных повреждений головы в изолированных областях («в области лобной, височной, затылочной имеются гематомы 3,0 до 6,0 см) исключает возможность причинения повреждений головы вследствие падения с высоты собственного роста». В полученном ответе не содержится никакого всестороннего и полного изучения всех возможных вариантов выводов.

Ещё одно проявление травматической болезни головного мозга у Потерпевший №2 - эпилептический синдром, который является осложнением, проявлением и следствием черепно-мозговых травм (1998, 2000, 2002 годов). Нельзя обойти вниманием и церебрастенический синдром, имевшийся у больного Потерпевший №2, как сложный симптомокомлекс осложнений и последствий черепно-мозговой травмы, включающий в себя различные психоэмоциональные отклонения, нарушения в поведении, сниженную умственную трудоспособность и ослабленную способность к обучению. В основе симптоматики лежит органическое поражение головного мозга. У Потерпевший №2 церебрастенический синдром выставляется в диагнозе в 2001 году (стр. 28 экспертного заключения №78-ДК). В случае Потерпевший №2 церебрастенический синдром, его возникновение и дальнейшее прогрессирование напрямую связано с черепно-мозговыми травмами (1998, 2000, 2002 годов).

Нельзя упустить из внимания ещё одно значимое заболевание, имевшееся у пациента Потерпевший №2 - это посттравматический церебральный арахноидит, то есть воспаление паутинной оболочки головного мозга. В основе посттравматического арахноидита лежит продуктивный воспалительный процесс мягких тканей (паутинной и сосудистой) оболочек с вовлечением молекулярного слоя коры головного мозга, эпидермы, субэпидермального слоя, а также, сосудистых сплетений желудочков. Посттравматический церебральный арахноидит появился в комплексе диагнозов Потерпевший №2 в 2001 году (стр. 29 экспертного заключения № 78-ДК).

В медицинских документах упоминание об алкогольном опьянении прозвучало дважды: при первой известной черепно-мозговой травме (1998 год), второй раз алкоголизация звучала при описании обстоятельств последней, финальной черепно-мозговой травмы (2017 год). 

У Потерпевший №2 были все показатели, чтобы иметь внезапную, острую смерть, от имеющихся заболеваний, вне всяких воздействий. Смерть могла наступить в любой момент.

В медицинских документах не описаны в должной мере телесные повреждения, обнаруженные у Потерпевший №2 Можно предполагать, что повреждения головы были незначительными. 

Протокол операции не содержит данные о кровоподтёках (гематомах) в проекции операционного поля. 

В заключении нейрохирурга указано, что при проведении Потерпевший №2 нейрохирургической операции он отмечает существенные нарушения и недостатки, а в действиях врачебного персонала нейрохирургического отделения и палаты нейрореанимации ГКБ № 34: выявлены отклонения от исполнения положений по организации работы хирургических бригад при оказании экстренной хирургической помощи, и неследование Рекомендациям по лечению пациентов с тяжёлыми черепно-мозговыми травмами в остром периоде травматической болезни. «В протоколе операции не описан способ формирования трепанационного отверстия 10x9 см, при чём для тяжёлых пациентов с отёком головного мозга, сдавлением головного мозга гематомами предлагается выполнять широкую декомпрессивную трепанацию с удалением чешуи височной кости как можно ниже по отношению к костным структурам средней черепной ямки. При односторонней трепанации, эффективное увеличение объёма черепа и снижение внутричерепного давления, достигается формированием костного отверстия размерами 12x15 см. «На этапе окончания операции произведено «ушивание мягких тканей послойно, при этом на секции обнаружена ушитая твёрдая мозговая оболочка и сформированное трепанационное окно 9,5x9 см. А базовая технология проведения декомпрессивной трепанации черепа предполагает необходимость рассечения твердой мозговой оболочки для удаления субдуральной гематомы при отёке головного мозга, рассечённая твёрдая мозговая оболочка не ушивается. Записей о применении или не применении технологии пластики твёрдой мозговой оболочки в протоколе операции нет». 

После операции трепанации через 11 часов 55 минут Потерпевший №2 был экстубирован. Преждевременная экстубация с переводом на самостоятельное дыхание, недооценка тяжести состояния с последующим значительным ухудшением состояния и новой интубацией через 31 час 30 минут после экстубации, с переводом на искусственную вентиляцию лёгких. Изучение листов назначений Потерпевший №2 обнаруживает «упрощённое» построение его лечения в остром периоде тяжёлой черепно-мозговой травмы, применительно к Рекомендательному протоколу интенсивной терапии тяжёлой ЧМТ.» (стр. 25-26 Заключения № 2-ДК).

Изложенное свидетельствует о том, что неквалифицированные действия персонала здоровья пациенту не добавили.

Пневмония у Потерпевший №2 могла развиться при любом варианте проведения операции, если не было адекватного ухода, в его случае операция была проведена в нарушение правил, не адекватно, сделано недостаточное отверстие для трепанации, недостаточная эвакуация.

У Потерпевший №2 имелись пролежни.

Во время прохождения травмирующих действий, нанесения ударов проходило много изменений в головном мозге. Головной мозг получает не только прямое положение кинетической энергии, но и противоудар, то есть на другую сторону головного мозга, не обязательно симметрично, возникновение точечного субарахноидального кровоизлияния. Оно должно возникнуть, повреждения были бы описаны фельдшером в точке воздействия и найдено было бы судебно-медицинским экспертом ФИО14, но признаков противоудара не найдено, нет признаков приложения кинетической энергии.

Прямое приложение силы оставляет кровоизлияние, гематомы, в том числе, на кожных покровах, должно быть описание, описания нет. Если удар ладонью, не оставляет следов.

События, произошедшие с Потерпевший №2, - это последствия небрежного отношения к своему здоровью, алкогольная зависимость, следствие хронической тяжелой болезни, в результате которой сформировалась тонкостенная аневризма сосудов в области 3-х травм, разрыв которой произошел 11.07.2017. 

В материалах уголовного дела имеется заключение специалиста ФИО13 по материалам уголовного дела на заключения эксперта № 5551, № 2-ДК, в котором ФИО13 указал, что причинно-следственные цепочки событий и состояний, приведшие к исходу, имеют разновариантную возможность реализации и требуют более тщательного и объективного, полного по глубине всестороннего исследования, включая проведение новой экспертизы (т.3 л.д.56-85).

Судом исследовано заключение специалиста № 4 на заключение № 78-ДК от 23.04.2018, данное специалистом ФИО13, в котором указано, что сведения о динамике состояния здоровья Потерпевший №2, которые можно получить из текста экспертного заключения № 78-ДК, представляют собой довольно обрывочные фрагменты информации, но даёт возможность составить представление о том, как развивалась травматическая болезнь головного мозга пациента Потерпевший №2 на протяжении 19 лет. 

От эпизода к эпизоду чётко прослеживается углубление осложнений и последствий первой (1998 год) и последующих (2000 год, 2002 год) черепно-мозговых травм.

Никто не расценил изменения как грубые проявления и свидетельство многолетней травматологической болезни головного мозга с глубоким влиянием на всю сосудистую систему кровоснабжения организма и головного мозга в особенности.

Невозможно исключить возможно имевшуюся у Потерпевший №2 тонкостенную посттравматическую аневризму одной из артерий головного мозга в области и проекции кисты головного мозга как исхода и осложнения внутримозгового и субарахноидального кровоизлияния в лобной области слева (1998 год).

Выводы экспертов противоречат фактическим обстоятельствам, медицинским документам, являются необъективными, даны с нарушением действующего законодательства, в поведении экспертов проявляется некомпетентность, тенденциозность, предосудительность действий, наличествуют бездоказательные утверждения (т.6 л.д.146-164).

В заключении от 25.12.2018, оглашенном полностью в судебном заседании адвокатом Зотовым А.В., специалист ФИО13 дал обоснование проведения экспертизы другим составом экспертной группы и из другого региона Российской Федерации или специалистами из специализированного федерального учреждения, сославшись на то, что изучение истории болезни больного Потерпевший №2 показало, что в ГКБ №34 ненадлежащим образом реализуется внутренний контроль на всех ступенях, во многом жертвой бесконтрольности лечебно-диагностического процесса явился больной Потерпевший №2 (т.7 л.д.182-222).

В аналитическом отзыве № 224-ПК специалист ФИО13 изложил анализ записей в карте вызова скорой помощи, указал, что запись о множественных ушибах и ссадинах на теле не информативна, отсутствие ответов больного предположительно объяснил алкогольной интоксикацией, нарушением мозгового кровообращения, атаксией, афазией. А также проанализировал записи в карте № 1399, ставленой в ГКБ № 34, сослался на неточности в описании повреждений, отсутствии записи в протоколе операции о кровоподтеках (гематомах), о недостатках, допущенных при проведении операции, указал на признаки вероятных внутричерепных сосудистых нарушений (т.2 л.д.69-77).

Привлеченный стороной защиты специалист ВПВ в своем заключении, исследованном в судебном заседании 15.01.2019, обосновал необходимость проведения по делу ещё одной экспертизы по всем материалам уголовного дела другим составом экспертной группы из другого региона Российской Федерации или экспертами специализированного федерального учреждения. При этом специалист ВПВ указал на недостатки и неточности в диагностике, оперативном и консервативном лечении и ведении пациента Потерпевший №2, ошибке хирурга Свидетель №16, принявшего решение об ушивании твердой мозговой оболочки (т.8 л.д.1-18).

Суждения специалиста ФИО13 о том, что аневризма у Потерпевший №2 не исключена, не исключена возможность травматического воздействия на Потерпевший №2 действиями третьих лиц, о том, что падения Потерпевший №2 могли привести к повреждениям, предположение о незначительности повреждений у Потерпевший №2, о наличии показаний к наступлению внезапной смерти Потерпевший №2 от заболеваний, о противоречивости и несостоятельности выводов экспертов, изложенных в заключениях судебных экспертиз, доводы специалистов ФИО13 и ВПВ о недостатках в диагностировании и лечении Потерпевший №2 основаны на предположении, и полностью опровергаются заключениями проведенных по делу судебных экспертиз, являющихся достоверными доказательствами. При таких обстоятельствах заключения, аналитический отзыв и показания специалиста судом во внимание не принимаются.

Суждения адвоката Зотова А.В. и специалистов о причинной связи между действиями врачей ГКБ № 34, и наступившими последствиями в виде смерти Потерпевший №2, опровергнуты вышеприведенными доказательствами, в том числе заключением эксперта № 2-ДК.

Версия адвоката Зотова А.В. о том, что Потерпевший №2 получил телесные повреждения во время, когда его волоком вниз головой тащил Свидетель № 13., и утверждение адвоката Зотова А.В. о наличии к этой версии доказательств в уголовном деле, несостоятельны. 

Свидетель Свидетель № 13. показал в ходе производства по делу о том, что после того, как ему удалось оттащить Стаса и Ивана от Потерпевший №2, Потерпевший №2 был очень слаб, самостоятельно встать на ноги не мог, он (Свидетель № 13) и кто-то еще оттащили Потерпевший №2 от калитки в сторону переходного моста.

Свидетель №4 дал показания о том, что Свидетель № 13 попросил его помочь ему перетащить Потерпевший №2 в другое место к мостику.

Свидетель №7 подтвердил в ходе предварительного расследования, что от Свидетель № 13 ему стало известно о том, что он с Свидетель №5 и Свидетель №4 после драки перетащили Потерпевший №2 к месту, где он был обнаружен.

Приведенные данные о том, что Потерпевший №2 был перемещен от места причинения ему телесных повреждений к месту его обнаружения у переходного мостика, никоим образом не влияют на выводы суда о виновности подсудимых в совершении преступления и квалификацию их действий, не свидетельствуют о получении Потерпевший №2 телесных повреждений во время, когда его перетаскивали, а доводы адвоката Зотова А.В. и специалистов об обратном являются лишь их предположением, полностью опровергаются совокупностью вышеприведенных признаваемых судом достоверными доказательств, из анализа которых достоверно установлено, что телесные повреждения Потерпевший №2 причинены умышленными действиями ФИО4 и ФИО5, а свидетели перетаскивали Потерпевший №2 к месту у переходного мостика уже после того, как избиение Потерпевший №2 подсудимыми было закончено.

Доводы участников судебного разбирательства со стороны защиты, показания ФИО13 о получении Потерпевший №2 телесных повреждений при падении, носят предположительный характер, опровергаются фактическими обстоятельствами дела, заключением эксперта № 224-ПК, согласно выводам которого телесные повреждения у Потерпевший №2 образованы в результате воздействия тупым твердым предметом (предметами). Местом приложения травмирующей силы на голове явились лобная, височная и затылочная области; на туловище проекция реберной дуги справа. Расположение наружных повреждений головы в изолированных областях исключает возможность причинения повреждений головы вследствие падения с высоты собственного роста.

Вышеприведенными доказательствами, признаваемыми судом достоверными, установлено, что телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью Потерпевший №2, от которых наступила его смерть, причинены Потерпевший №2 подсудимыми ФИО5 и ФИО4

Данных о получении Потерпевший №2 телесных повреждений, повлекших его смерть, при иных обстоятельствах, нежели от действий подсудимых, в материалах уголовного дела не имеется.

Таким образом, доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, они последовательны, согласуются между собой, не содержат противоречий, а потому признаются судом допустимыми доказательствами по делу, их совокупность является достаточной для признания ФИО4 и ФИО5 виновными в совершении преступления.

В судебном заседании достоверно установлено, что ФИО5 и ФИО4, каждый, из личной неприязни, возникшей в результате ссоры, умышленно причинили тяжкий вред здоровью потерпевшему Потерпевший №2, поскольку каждый из них осознавал характер своих действий, понимал, что удары наносит руками и ногами, способными по своим характеристикам причинить вред здоровью человека, в область головы потерпевшего. Такие обстоятельства свидетельствуют о том, что и ФИО5, и ФИО4 желали наступления тяжкого вреда здоровью потерпевшего, поскольку наносили множественные удары целенаправленно – в область жизненно-важной части человека – головы, и с силой. 

Вместе с тем, ни ФИО5, ни ФИО4 не предвидели последствий в виде смерти потерпевшего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должны были и могли её предвидеть. 

Согласно ч.1 ст.35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного сговора.

Судом из анализа добытых по делу доказательств достоверно установлено, что у ФИО5 и ФИО4 одновременно на почве неприязненных отношений к Потерпевший №2 возник преступный умысел на умышленное причинение ему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека. При этом ФИО5 и ФИО4 осознавали, что при совершении ими умышленных противоправных действий, направленных на причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №2, опасного для его жизни, они будут совместно совершать данное преступление, то есть действовать группой лиц. Реализуя свой преступный умысел, ФИО5 и ФИО4 совместно, в присутствии друг друга наносили удары Потерпевший №2 в область головы, совершили умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. 

При таких данных доводы участников судебного разбирательства со стороны защиты о том, что преступление подсудимыми совершено не в группе лиц, а также доводы о том, что преступление совершено не в группе лиц по предварительному сговору, несостоятельны. 

Действия подсудимых повлекли причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №2, а впоследствии его смерть, что подтверждено заключениями экспертов.

Судом не выявлено обстоятельств, свидетельствующих о нахождении ФИО5, ФИО4 в состоянии аффекта, исходя из обстоятельств совершения преступления.

В судебном заседании установлено, что Потерпевший №2 не совершал посягательств, сопряженных с насилием, опасным для жизни и здоровья кого-либо из подсудимых, или находящихся на садовом участке лиц, либо создававших угрозу применения такого насилия, тем самым погибший не представлял реальной опасности для подсудимых и оснований так полагать у ФИО5, ФИО4 не имелось, действовали подсудимые из личной неприязни. 

В связи с этим суд считает, что в действиях ФИО5, ФИО4 отсутствуют признаки необходимой обороны, либо её превышения.

Действия подсудимых ФИО5, ФИО4, каждого, суд квалифицирует по ч.4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Оснований для вынесения судом в порядке ч.4 ст.29 УПК РФ частного постановления не имеется, поскольку в ходе рассмотрения дела не выявлены обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, нарушение прав и свобод граждан, а также иных нарушений закона.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ФИО5, ФИО4 умышленного преступления, которое относится к категории особо тяжких, данные о личности каждого из них. 

ФИО5 не судим, характеризуется положительно, трудился, на учете в наркологическом диспансере не состоит, однако, согласно выводам заключения эксперта № 4023-17 обнаруживает психическое расстройство – синдром зависимости от алкоголя.

ФИО4 не судим, трудился, положительно характеризуется, не состоит на учете в наркологическом диспансере.

Суд, кроме того, учитывает смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимых, на условия жизни их семей, состояние здоровья их близких родственников.

ФИО5 заявил в ходе производства по делу (т.3 л.д.101-105), что предпринял попытку вызова скорой медицинской помощи потерпевшему, оснований сомневаться в достоверности таких пояснений ФИО5 у суда не имеется, поэтому суд признаёт смягчающим наказание ФИО5 обстоятельством оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления.

Отягчающих наказание ФИО5 обстоятельств судом не установлено.

Смягчающим наказание ФИО4 обстоятельством суд признаёт явку с повинной.

Отягчающих наказание ФИО4 обстоятельств не установлено.

Достаточных оснований для признания наличия отягчающего подсудимых ФИО5 и ФИО4 обстоятельства, предусмотренного ч.1.1 ст.63 УК РФ, – «совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя», судом не установлено.

С учётом обстоятельств дела и личности ФИО5, ФИО4, суд считает, что их исправление возможно лишь в условиях изоляции от общества и полагает необходимым назначить им наказание в виде лишения свободы в соответствии со ст.ст.60, 61 УК РФ в пределах санкции ч.4 ст.111 УК РФ, полагая, что только такое наказание последует целям наказания - восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденных и предупреждению совершения новых преступлений.

При назначении наказания ФИО5, ФИО4 суд также учитывает положения ст.62 УК РФ, согласно которой при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами "и" и (или) "к" части первой статьи 61 настоящего Кодекса, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса.

Суд полагает возможным не назначать подсудимым дополнительное наказание в виде ограничения свободы, учитывая материальное и семейное положение каждого из них.

Принудительные работы, как альтернатива лишения свободы к подсудимым неприменимы, поскольку каждым и них совершено особо тяжкое преступление, а в соответствии с ч.1 ст.53.1 УК РФ принудительные работы применяются как альтернатива лишению свободы в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части настоящего Кодекса, за совершение преступления небольшой или средней тяжести либо за совершение тяжкого преступления впервые.

Суд не считает возможным назначить ФИО5, ФИО4 наказание с применением ст.64 УК РФ, не усматривая исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновных, их поведением, а равно и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления.

Исправление подсудимых ФИО5 и ФИО4 без реального отбывания наказания и, следовательно, применение положений статьи 73 УК РФ к подсудимым ФИО5, ФИО4 невозможно, каждому из них суд назначает наказание свыше восьми лет лишения свободы, а в соответствии с ч.1 ст.73 УК РФ суд назначает условное наказание в случае назначения наказания в виде лишения свободы на срок до восьми лет и только в случае, если суд придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания.

Согласно ч.6 ст.15 УК РФ с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд вправе при наличии смягчающих наказание обстоятельств и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств изменить категорию преступления на менее тяжкую, но не более чем на одну категорию преступления при условии, что за совершение преступления, указанного в части пятой настоящей статьи (то есть особо тяжкого преступления), осужденному назначено наказание, не превышающее семи лет лишения свободы.

Поскольку подсудимым ФИО5 и ФИО4 суд назначает наказание, превышающее семь лет лишения свободы, положения ч.6 ст.15 УК РФ ни к кому из подсудимых неприменимы.

В соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ отбывание лишения свободы каждому из подсудимых следует назначить в исправительной колонии строгого режима. 

Гражданский иск не заявлен.

Вещественные доказательства – футболку, кофту, пару носков, трусы, пару мужских туфель, джинсы, находящиеся на хранении при уголовном деле (т.1 л.д.222 оборот, т.6 л.д.95), - следует уничтожить.

Защиту подсудимого ФИО5 в ходе судебного разбирательства осуществлял адвокат Омельченко М.Ю., вознаграждение адвоката составило 4704 рубля (т.6 л.д.187), что относится к процессуальным издержкам. Подсудимый ФИО5 не возражал против взыскания с него указанных процессуальных издержек. Оснований для освобождения ФИО5 от уплаты указанных процессуальных издержек не имеется, поскольку у суда отсутствуют сведения о его нетрудоспособности, имущественной несостоятельности. При таких обстоятельствах в соответствии с ч.2 ст.132 УПК РФ с ФИО5 указанная сумма подлежит взысканию.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.307, 308 и 309 УПК РФ,

П Р И Г О В О Р И Л :

Признать ФИО5 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, за которое назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 (девять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с 07 февраля 2019 года.

В соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ (в ред. Федерального закона № 186-ФЗ от 03.07.2018) засчитать время содержания ФИО5 под стражей с 12.07.2017 до дня вступления приговора в законную силу в срок лишения свободы из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, с учетом положений, предусмотренных ч.3.3 ст.72 УК РФ.

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу в отношении ФИО5 оставить без изменения – в виде заключения под стражу с содержанием в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Новосибирской области.

Признать ФИО4 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, за которое назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 (девять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с 07 февраля 2019 года.

В соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ (в ред. Федерального закона № 186-ФЗ от 03.07.2018) засчитать время содержания ФИО4 под стражей с 12.07.2017 до дня вступления приговора в законную силу в срок лишения свободы из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, с учетом положений, предусмотренных ч.3.3 ст.72 УК РФ.

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу в отношении ФИО4 оставить без изменения – в виде заключения под стражу с содержанием в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Новосибирской области.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства – футболку, кофту, пару носков, трусы, пару мужских туфель, джинсы, находящиеся на хранении при уголовном деле (т.1 л.д.222 оборот, т.6 л.д.95), - уничтожить.

Взыскать с ФИО5 в федеральный бюджет в порядке регресса процессуальные издержки по вознаграждению адвоката Омельченко М.Ю. в сумме 4704 (четыре тысячи семьсот четыре) рубля.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, – в тот же срок со дня получения копии приговора. 

Осужденные вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чём следует указать в своей апелляционной жалобе или в возражениях на жалобу, представление, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий (подпись) И.В.Цыганкова