Апелляционный № 10-28/2017

По уголовному делу № 1-92/2017

Мирового судьи судебного участка № 32

Читинского района Забайкальского края

Мигуновой С.Б., 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Чита 5 сентября 2018 года 

Читинский районный суд Забайкальского края 

в состав председательствующего судьи Чернецовой З.А., 

с участием государственного обвинителя помощника прокурора Читинского района М.И. Лаврухиной, 

осужденного ФИО1, 

защитника адвоката Григорьева Р.А., 

защитника Боброва С.Г., 

адвокатов Клопова М.В., Клоповой Ю.А., 

потерпевшего О.В., 

при секретаре Наливайко О.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Григорьева Р.А. на постановление от 01.11.2017 года о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания, апелляционные жалобы адвоката Григорьева Р.А., адвоката Клопова М.В. на приговор мирового судьи судебного участка № 32 Читинского судебного района Забайкальского края от 23.10.2017 года, а также возражение прокуратуры Читинского района Забайкальского края на апелляционную жалобу адвоката Григорьева Р.А. в отношении: ФИО1, осужденного 23 октября 2017 года мировым судьей судебного участка № 32 Читинского судебного района Забайкальского края по п. «в» ч.2 ст. 115 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ сроком на 160 (сто шестьдесят) часов, отбываемых на объектах, определяемых органами местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительной инспекцией,

УСТАНОВИЛ:

Приговором мирового судьи судебного участка № 32 Читинского судебного района Забайкальского края от 23.10.2017 гожа ФИО1 признан виновным и осужден за умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с применением предметов, используемых в качестве оружия, к наказанию в виде обязательных работ сроком на 160 часов, отбываемых на объектах, определяемых органами местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительной инспекцией. 

Преступление совершено при обстоятельствах, изложенных в приговоре, а именно: 

16 августа 2016 года около 23 часов у ФИО1, находившегося на территории 

<

адрес>, в ходе конфликта, возник прямой преступный умысел, направленный на причинение вреда здоровью ранее незнакомому (отдыхавшему на данной базе) О.В. Реализуя свой преступный умысел, 16 августа 2016 года около 23 часов ФИО1, находясь в вышеуказанном месте, испытывая к О.В. неприязненные отношения, вызванные ранее происшедшим словесным конфликтом, перешедшим в обоюдную драку, действуя умышленно, осознавая преступность и наказуемость своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий и желая их наступления, с целью причинения вреда здоровью, взяв неустановленный твердый тупой предмет (похожий на трубу (дубинку) длиной 70-100 см. диаметром около 3 см.), подошел к О.В. и нанес вышеуказанным неустановленным твердым тупым предметом, используя его в качестве оружия, три удара: два - по левой верхней конечности (в район запястья и плеча), один - по голове О.В., причинив последнему: рану лобно-теменной области слева, повлекшую за собой кратковременное расстройство здоровья на срок не более трех недель и по этому признаку квалифицирующееся как повреждение, причинившее легкий вред здоровью; кровоподтек на левой верхней конечности (на наружной поверхности левого плеча в средней трети), не повлекший за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и по этому признаку квалифицирующийся как повреждение, не причинившее вред здоровью, а также физическую боль от удара в район запястья. 

При рассмотрении дела мировым судьей ФИО1 вину не признал. 

В апелляционных жалобах на приговор суда адвокат Григорьев Р.А. считает приговор суда подлежащим отмене, поскольку вывода суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, просит приговор мирового судьи отменить, осужденного оправдать, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

По мнению адвоката имеются сомнения в выводах дознавателя о механизме причинения травмы потерпевшему, поскольку согласно заключению специалиста К причинение подобной травмы потерпевшему предметом, описанным в обвинении, исключается. Считает показания свидетелей супругов С., жены потерпевшего и показания самого О.В., согласно которым О.В. был нанесен удар цилиндрическим предметом, необъективными, поскольку они являются друзьями потерпевшего, вместе с ним распивали спиртные напитки, находились в состоянии алкогольного опьянения, участвовали наравне в драке против семьи ФИО1. Суд принял во внимание показания эксперта ФИО2, которая на момент дачи заключения имела стаж работы всего два месяца. Заключение эксперта считает немотивированным.

Кроме того, по мнению адвоката, в ходе судебного разбирательства, помимо механизма причинения травмы, возникли сомнения в объективности оценки судмедэксперта о тяжести причинения вреда здоровью. 

Считает, что показания О.В. о том, что рану ему не зашивали из-за очереди в операционный зал и его не желанием ждать, ничем не подтверждены, доказательств суду не представлено, сторона обвинения и суд при всех сомнениях данный факт не проверили. Полагает, что у потерпевшего имелось незначительное повреждение и при столь незначительных повреждениях в зашивании раны не было необходимости, в связи с чем, по мнению адвоката, рану у О.В. можно квалифицировать только как поверхностную. 

Доводы суда о том, что если на коже остался рубец, то это последствие раны, а если была ссадина, то на коже не остается рубца, не обосновывают причинение легкого вреда здоровью О.В. и не опровергают доводы стороны защиты, а напротив их подтверждают, по мнению адвоката, так как специалист К в ходе допроса показал, что и поверхностная рана может оставить след на коже в виде шрама, это народное название рубца, в свою очередь эксперт ФИО2 пояснила, что рубец является последствием раны, и что рана может быть и поверхностной не влекущей причинение вреда здоровью. 

Таким образом, анализ показаний специалиста К, эксперта ФИО2 и заключение ФИО3 указывают на то, что потерпевшему причинена рана, которая могла быть поверхностная и которая могла оставить след в виде рубца и не повлечь причинение вреда здоровью. 

Кроме того, по мнению адвоката, кратковременное расстройство здоровья у потерпевшего связано было непосредственно с сотрясением головного мозга, а не с раной на голове и процессом ее заживления, поскольку согласно представленным потерпевшим в суд больничный листу и справке, потерпевший обратился в больницу не в связи с раной на голове, а по причине сотрясения головного мозга, все лечение было связано и направлено для ликвидации последствий сотрясения головного мозга и улучшения мозгового кровообращения, больничный лист выдан по результатам лечения именно сотрясения головного мозга. Таким образом, по мнению адвоката, иные доказательства, обосновывающие кратковременное расстройство здоровья, связанные именно с раной на голове, в суд не представлены, а причинение сотрясение головного мозга не вменено ФИО1 и по степени тяжести сотрясение головного мозга относится к повреждениям, не причинившие вреда здоровью, в связи с чем, по мнению адвоката, невозможно утверждать, что О.В. причинен именно легкий вред здоровью. 

Также в жалобе адвокат ссылается на неверное указание судом на длительность вреда здоровью, тогда как должно было указано длительность расстройства здоровью. Доводы суда о том, что длительность вреда здоровью признак оценочный, который устанавливается на основании анализа критериев: фактический вред здоровью, продолжительность нарушения функции, связь между ними, среднестатистические сроки лечения, условные показатели продолжительности расстройства здоровья, считает неверными, поскольку критерии определения длительности расстройства здоровью четко определены в законе и подзаконных актах. 

Считает, что судебно-медицинское заключение эксперта должно было дано не сразу после осмотра живого лица, а после исследования всех медицинских документов после лечения потерпевшего (выданной справки и истории болезни и т.п). 

Кроме того, по мнению адвоката, суд, указывая, что специалист К не предупреждался об уголовной ответственности при даче заключения, не исследовал самого потерпевшего, а выводы эксперта не вызывают сомнений, не принял во внимание доводы специалиста К, тогда как, К был допрошен в суде, предупрежден о даче ложных показаний, в ходе допроса подтверждены его компетенция, специальные научные познания, и во время допроса подтвердил выводы своего заключения, что, по мнению адвоката, вполне достаточно для признания заключения К допустимым доказательством. 

Кроме того, адвокат указывает на нарушение судом ст. 15 УПК РФ – принципа состязательности сторон, поскольку суд, не принимая во внимание заключение специалиста К, одновременно при обосновании виновности подзащитного, использует и ссылается на заключение специалиста ФИО3, которая также не предупреждалась за заведомо ложное заключение, и, кроме того, работает на государственной службе в бюро СМЭ и не вправе оказывать лицам какие-либо платные услуги, что вызывает большие сомнения в ее заключении как допустимом доказательстве.

В апелляционной жалобе на постановление суда от 01.11.2017 года об отклонении замечаний на протокол судебного заседания адвокат Григорьев Р.А. считает постановление суда необоснованным и немотивированным, подлежащим отмене, поскольку, как указано в жалобе, суд, отклоняя замечания адвоката, в постановлении ограничился одной лишь фразой, что показания К в протоколе изложены полно и правильно, считает недостаточным для надлежащей мотивировки судебного решения, кроме того, суд при рассмотрении замечаний не обращался за справками к секретарю судебного заседания, не вызвал адвоката для уточнения замечаний и не принял иных мер для восстановления реального хода допроса К. Также в жалобе указано, что показания специалиста К в части того, что любая рана оставляет след на коже, касаются появления следа от раны именно в виде шрама. Просит постановление суда отменить, удостоверить правильно замечаний на протокол судебного заседания. 

В апелляционной жалобе на приговор суда адвокат Клопов М.В. просит изменить решение суда в части назначения наказания, назначить более строгое наказание, поскольку считает, что наказание в отношение ФИО1 назначено без учёта фактических обстоятельств, свидетельствующих о повышенной общественной опасности как самого деяния, так и личности виновного. По мнению адвоката вывод суда об исключительно положительной характеристике подсудимого не верен, поскольку в ходе судебного следствия были оглашены отзывы клиентов, отдыхавших на базе 

<

данные изъяты>, часть из которых характеризует ФИО4 как конфликтного человека. Кроме того, характеристика, представленная участковым уполномоченным полиции ОМВД России по Читинскому району майором полиции Б.Н. свидетельствует, что ФИО1 является конфликтным человеком. 

Также, по мнению адвоката, судом не учтена степень общественной опасности деяния, удар по голове потерпевшего был нанесен металлическим предметом, применяя предмет, используемый в качестве оружия, существенно повышается степень общественной опасности деяния. Кроме того, ФИО1 нанес удар не в ходе обоюдной драки, а в тот момент, когда потерпевший находился в окружении людей, то есть, как указывает в жалобе адвокат, ФИО1 осознавал, что его действия будут оценены не только самим пострадавшим, но и окружающими людьми. 

В возражении на апелляционную жалобу адвоката Григорьева Р.А. помощник прокурора Читинского района Рыбакова О.С. доводы апелляционной жалобы Григорьева Р.А. считает необоснованными, поскольку вина ФИО1 полностью подтверждена исследованными в судебном заседании доказательствами. Считает необоснованными доводы апелляционной жалобы адвоката Григорьева Р.А. в части указания адвокатом на ненадлежащую оценку доказательств, а именно: длительности расстройства здоровья, заключения специалиста К, заключение и показания эксперта ФИО2 относительно механизма и степени тяжести телесных повреждений, поскольку в судебном заседании исследованы все доказательства, представленные сторонами. Вопреки доводам апелляционной жалобы судом доказательства, предоставленные стороной защиты, в том числе заключение специалиста К, недопустимыми не признавались, они приняты судом, им дана надлежащая оценка, результат которой мотивирован и отражен в приговоре. Мнение стороны защиты о большой вероятности ошибочных суждений при постановке приговора, не может являться основанием для его отмены или изменения. В приговоре судом дана полная и объективная оценка полученным и исследованным с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности. При избрании вида и размера наказания ФИО1 судом учтена степень общественной опасности совершенного деяния, установленные обстоятельства совершения преступления, смягчающие вину обстоятельства, а также данные о личности подсудимого. Судом проверены все доводы ФИО1 об отсутствии вины, данным доводам дана надлежащая правовая оценка. 

С учетом изложенного считает приговор суда не подлежит отмене или изменению, так как является законным и обоснованным, жалоба адвоката Григорьева Р.А.. удовлетворению не подлежит.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 заявил ходатайство о прекращении уголовного дела за истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности, при этом пояснил, что все последствия прекращения дела по данному основанию ему разъяснены и понятны. 

Защитники Григорьев Р.А. и Бобров С.Г. поддержали позицию своего доверителя.

Потерпевший О.В. и адвокат Клопов М.В. возражают против прекращения дела в отношении ФИО1 за истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности, поскольку по их мнению позиция ФИО1 по этому поводу является не стабильной. 

Выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции считает ходатайство ФИО1 обоснованным, подлежащим удовлетворению в полном объеме, поскольку в соответствии со ст. 389-21 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд отменяет обвинительный приговор или иное решение суда первой инстанции и прекращает уголовное дело при наличии оснований, предусмотренных ст.ст. 24, 25, 27 и 28 УПК РФ.

Статья 24 УПК РФ предусматривает прекращение уголовного дела за истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. 

Преступление, за которое осужден ФИО1 относится к категории небольшой тяжести ( ст. 115 ч. 2 п.в УК РФ), срок давности привлечения к уголовной ответственности за преступление небольшой тяжести в соответствии со ст.78 УК РФ составляет 2 года. Преступление, за которое ФИО1 осужден мировым судьей совершено 16 августа 2016г. 

Суд апелляционной инстанции считает доводы потерпевшего О.В. и его защитника адвоката Клопова М.В. о невозможности прекращения дела за истечением сроков давности не состоятельными, поскольку ФИО1 выразил согласие на прекращение дела по этому основанию, что является обязательным условием для прекращения дела. Возражение потерпевшего в данном случае не является препятствием для вынесения решения о прекращении дела за истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. 

В связи с отменой приговора мирового судьи и прекращением уголовного дела за истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности суд апелляционной инстанции не рассматривает доводы апелляционных жалоб адвокатов Григорьева Р.А. и Клопова М. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.15, 389.21, 389.33 УПК РФ суд апелляционной инстанции, 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор мирового судьи судебного участка № 32 Читинского судебного района Забайкальского края от 23.10.2017 года в отношении ФИО1 отменить.

На основании ст. 24 ч. 1 п. 3 УПК РФ дело в отношении ФИО1 по п. в ч. 2 ст. 115 УК РФ прекратить за истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в течение одного года в кассационную инстанцию Забайкальского краевого суда. 

Судья З.А. Чернецова