Дело № 2-418/2019

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

24 мая 2019 года Северский городской суд Томской области в составе:

председательствующего Панковой С.В. 

при секретаре Корнюшка Е.В.,

с участием представителя истца ФИО1, действующей на основании доверенности от 03.11.2017, 

ответчика ФИО2, представителей ответчика ФИО3 и ФИО4, действующих на основании доверенности ** от 11.01.2019,

третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО5, ФИО6,

рассмотрев в г. Северске в судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО7 к ФИО2 о взыскании упущенной выгоды, судебных расходов,

установил:

ФИО7 обратился в суд с иском к ФИО2 с учетом уточнения исковых требований о взыскании упущенной выгоды в размере 62400 рублей, судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 2072 рубля.

В обоснование исковых требований указал, что осуществляет предпринимательскую деятельность по изготовлению металлических изделий в гаражном боксе № **, расположенном по [адрес], который арендует у ФИО5 23 сентября 2018 года ФИО2 произвел отключение электрического кабеля, питающего электричеством ГСПО «**», мощностью 380 вольт, в результате чего временно перестало работать оборудование, установленное в боксе № **. Данные действия ФИО2 являются незаконными. Собственником гаражного бокса ФИО5 ответчику была направлена претензия с требованием прекратить нарушение, которая оставлена без ответа. Действиями ответчика истцу причинен ущерб, который выражается в неполучении прибыли и разрыве договорных отношений с заказчиками. В связи невыполнением истцом обязательств по договорам оказания услуг: от 22.09.2018, от 19.09.2018, от 22.09.2018, от 21.09.2018, истцом была недополучена прибыль, поэтому просит взыскать с ответчика упущенную выгоду.

Представитель истца ФИО1, действующая на основании доверенности от 03.11.2017 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что членом гаражного кооператива ФИО7 не является. Собственником гаража является его супруга. Находящиеся в гаражном боксе станки были приобретены ФИО5 по гражданско-правовым договорам, они работают от напряжения 380 вольт. Документов на станки не имеется. После отключения электричества, мощностью 380 вольт, напряжение в 220 вольт в гараже сохранялось. Полагает, что действия по изменению напряжения в гаражном боксе с 380 вольт на 220 вольт были совершены ФИО2 из-за сложившихся неприязненных отношений между ними. После произведенного переподключения ФИО7 подключил гаражный бокс к напряжению в 380 вольт примерно в октябре-декабре 2018 года. В начале октября им был приобретен кабель необходимой мощности для подключения к электричеству, мощностью 380 вольт. События по изменению напряжения электричества с 380 вольт на 220 вольт произошли 23 сентября 2018 года. Это подтверждается материалом проверки, проведенной УМВД по ЗАТО Северск Томской области по заявлению ФИО5 ФИО7 известно, что 10.09.2018 общим собранием гаражного кооператива было принято решение об изменении мощности электрического тока с 380 на 220 вольт. Впоследствии ФИО7 и ФИО5 получили копию протокола общего собрания. Из протокола общего собрания следует, что ответственность за изменение мощности электричества возложена на ФИО2 ФИО7 не были предприняты меры для получения выгоды и исполнения договоров, поскольку между ним и ответчиком длительное время существуют неприязненные отношения, ответчик и ранее угрожал ФИО7 подобными действиями. По этой причине ФИО7 данные обстоятельства были восприняты, как не существенные, поскольку считал, что ФИО2 не станет нарушать закон. В связи с чем ФИО7 не принял мер к исполнению договоров. О переподключении электричества ФИО7 узнал 23 сентября 2018 от соседа К. На момент заключения договоров оказания услуг ФИО7 знал, что на общем собрании принято решение об изменении напряжения электричества на 220 вольт. Ввиду незаконности действий ФИО2, ФИО7 не посчитал нужным принять меры для получения выгоды. Противоправность действий ФИО2 также подтверждается постановлением о привлечении его к административной ответственности за совершение аналогичных действий по отключению электричества, напряжением 380 вольт, за правонарушение, предусмотренное ст. 19.1 КоАП РФ, совершенное в январе 2019 года. Указание в иске № бокса 18 является технической ошибкой.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск не признал, пояснил, что 30.08.2018 избран председателем ГСПО «**», но кооператив не зарегистрирован, не хватает документов. 10.09.2018 на общем собрании членов кооператива принято решение о смене напряжения электрической сети с 380 на 220 вольт в связи с риском перегрузки электросети и пожароопасностью. Смена напряжения с 380 на 220 вольт была произведена 22 октября 2018 года электриком З. 23 сентября 2018 он напряжение электричества не менял. Законность переподключения подтверждается протоколом общего собрания членов гаражного кооператива от 10.09.2018. Полагает, что ФИО7 не понес убытки, поскольку его станки работали после переподключения. Представленные истцом договоры не соответствуют действительности. Кроме того, не доказан факт расторжения договоров на изготовление металлических изделий и то, что ответчик впоследствии их не выполнил, поскольку из его гаражного бокса после изменения напряжения были слышны звуки работающих станков. Почему при даче объяснений участковому при проведении проверки, он указал, что 23 сентября он (ФИО2) изменил напряжение электрической сети, объяснить не может, возможно сотрудник полиции его неправильно понял. Указанные события имели место 22 октября 2018 года. В указанный в протоколе общего собрания срок они с З. не смогли изменить напряжение, так как нужно было провести подготовку, приобрести соответствующие автоматы. Также в протоколе указано, что З. сложил себя полномочия электрика, поскольку у него тоже конфликт с ФИО7 и он не хотел неприятностей.

Представители ответчика ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании иск не признали, пояснили, что ФИО7 является ненадлежащим истцом по настоящему делу, поскольку не доказал осуществление предпринимательской деятельности, в настоящее время он снял вывеску и демонтировал станки, что подтверждается фотографиями. Переподключение электричества было произведено 22.10.2018 электриком З. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО5 в судебном заседании полагала иск подлежащим удовлетворению. Пояснила, что является супругой истца и собственником гаражного бокса № **, расположенного по [адрес]. В гараже установлены токарный и фрезерный станки. Данный бокс у нее арендует ее супруг по договору, использует бокс для предпринимательской деятельности – изготовления изделий из металла. 23 сентября 2018 года ФИО2 произвел переподключение электрического кабеля, питающего электричеством ГСПО «**» с 380 на 220 вольт, в результате чего временно перестало работать оборудование, установленное в боксе № **. В связи с чем она обратилась в УМВД ЗАТО Северск по данному факту. Ей известно, что 10.09.2018 состоялось собрание членов ГСПО «**» на котором принято решение о переходе напряжения электрической сети кооператива с 380 на 220 вольт. Ей были направлены копии протоколов собраний. Данные собрания она и истец не воспринимали, как действительные, поскольку кооператив в установленном порядке не зарегистрирован. Кроме того, ФИО2 неоднократно угрожал подобными действиями. 23.09.2018 обнаружили, что оборудование, запитанное от напряжения в 380 вольт не работает. В дальнейшем узнала, что напряжение переключено на 220 вольт в общем щите гаражного кооператива, связи с чем ФИО7 не смог работать и получить доход. Впоследствии в октябре-ноябре 2018 гаражный бокс № ** был подключен к другому кооперативу, работа на оборудовании была продолжена.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО6 в судебном заседании пояснил, что он по доверенности от Г. имеет полномочие на заключение договоров энергоснабжения с ПАО «Энергосбыт» на поставку электроэнергии. ПАО «Энергосбыт» является гарантирующим поставщиком, который осуществляет продажу электрической энергии потребителям. Между ПАО «Томскэнергосбыт» и потребителем Г., который является председателем ГСПО «**» заключен договор энергоснабжения. Он (ФИО6) обслуживает электроподстанцию, которая подает энергию нескольким гаражным кооперативам, в том числе ГСПО «**», но договор на потребление электроэнергии заключен только с председателем кооператива «**», остальные кооперативы подключены к подстанции по устной договоренности. Гаражный кооператив «**» присоединен к трансформаторной подстанции, от которой получает электричество кооператив «**». Ему известно, что ФИО7 возражал против изменения напряжения с 380 на 220 вольт. Ему необходимо подключить свой гаражный бокс индивидуально к подстанции. ФИО7 обращался к нему в январе 2019 года с просьбой присоединить его к электричеству, напряжением 380 вольт. 

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, заслушав пояснения представителя истца, ответчика, третьих лиц, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с абз. 1 части 1 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 №35-ФЗ «Об электроэнергетике» технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и носит однократный характер.

В силу статьи 539 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии. Договор энергоснабжения заключается с абонентом при наличии у него отвечающего установленным техническим требованиям энергопринимающего устройства, присоединенного к сетям энергоснабжающей организации, и другого необходимого оборудования, а также при обеспечении учета потребления энергии.

В соответствии со статьей 545 Гражданского кодекса Российской Федерации абонент может передавать энергию, принятую им от энергоснабжающей организации через присоединенную сеть, другому лицу (субабоненту) только с согласия энергоснабжающей организации.

Согласно пунктам 2, 3 статьи 546 Гражданского кодекса Российской Федерации перерыв в подаче, прекращение или ограничение подачи энергии допускаются по соглашению сторон, за исключением случаев, когда удостоверенное органом государственного энергетического надзора неудовлетворительное состояние энергетических установок абонента угрожает аварией или создает угрозу жизни и безопасности граждан. О перерыве в подаче, прекращении или об ограничении подачи энергии энергоснабжающая организация должна предупредить абонента. Перерыв в подаче, прекращение или ограничение подачи энергии без согласования с абонентом и без соответствующего его предупреждения допускаются в случае необходимости принять неотложные меры по предотвращению или ликвидации аварии при условии немедленного уведомления абонента об этом.

По смыслу приведенных норм только энергоснабжающей организации принадлежит право ограничения подачи электроэнергии потребителю.

В судебном заседании установлено, что ФИО7 является арендатором нежилого помещения гаражного бокса № ** по [адрес] (л.д. 10-12).

По договору электроснабжения № ** от 01.07.2018 энергоснабжающая организация ПАО «Томскэнергосбыт» обязуется осуществлять продажу потребителю Г. электрической энергии (п.1.1, л.д. 110-115).

В соответствии с п. 2.2.2. гарантирующий поставщик в случае возникновения (угрозы возникновения) аварийных электроэнергетических режимов по причине возникновения (угрозы возникновения) дефицита электрической энергии и мощности и (или)недопустимых отклонениях напряжения, перегрузки электротехнического оборудования и в иных чрезвычайных ситуациях производить ограничение режима потребления потребителя, в том числе без согласования с ним при необходимости принятия неотложных мер в установленном порядке (л.д. 110-115).

Из акта разграничения балансовой принадлежности электросетей и эксплуатационной ответственности сторон № ** от 20.02.2017 следует, что на объект, находящийся по [адрес], был подписан акт между организацией АО «Сибирский химический комбинат» и председателем ГСПО «**» Г., согласно которому, во владении и обслуживании АО «Сибирский химический комбинат» находится электрооборудование ПС-10 до нижних контактов МВ в ячейке № 2 КРУ-6 кВ, во владении и обслуживании Г. находится электрооборудование ГСПО «**» (л.д. 138-139).

В судебном заседании установлено, что гараж, арендуемый истцом технологически присоединен к электрическим сетям АО «Сибирский химический комбинат» и ГСПО «**» в установленном порядке, что следует из акта разграничения балансовой принадлежности электросетей и эксплуатационной ответственности сторон № ** от 20.02.2017 (л.д. 138-139) и пояснений третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО6, согласно которым он (ФИО6) обслуживает электроподстанцию, которая подает энергию нескольким гаражным кооперативам, в том числе ГСПО «**», но договор на потребление электроэнергии заключен только с председателем кооператива «**» Г., остальные кооперативы подключены к подстанции по устной договоренности. 

В соответствии с доверенностью от 01.07.2018 Г. передает полномочие ФИО6 заключить договор энергоснабжения с ПАО «Томскэнергосбыт» на поставку электроэнергии (л.д. 106).

По договору о порядке пользования электрической энергией от 01.07.2018, заключенному между получателем электроэнергии ФИО6, действующим на основании доверенности, выданной Г. и членами ГСПО «**» в лице председателя ФИО2, получатель предоставляет право пользования электрической энергией членам ГСПО «**», которые обязуются соблюдать режим потребления электрической энергии, установленный договором энергоснабжения, заключенным между Г. и ПАО «Энергосбыт» (л.д. 75-76).

Допрошенная в судебном заседании в качестве специалиста Е. пояснила, что ПАО «Энергосбыт» является гарантирующим поставщиком, которым осуществляет продажу электрической энергии потребителям. Передачу электрической энергии потребителям до точек поставки, определяемых актом разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности сторон, осуществляет сетевая организация. Между ПАО «Томскэнергосбыт» и потребителем Г., который является председателем ГСПО «**» заключен договор энергоснабжения. Акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности сторон № ** от 20.02.2017 по [адрес] был заключен между организацией АО «Сибирский химический комбинат» и председателем ГСПО «**» Г. Согласно данному акту, во владении и обслуживании АО «Сибирский химический комбинат» находится электрооборудование ПС-10 до нижних контактов МВ в ячейке № 2 КРУ-6 кВ, во владении и обслуживании Г. находится электрооборудование ГСПО «**».

Истцом ФИО7, в обоснование заявленных требований указано, что 23 сентября 2018 года арендуемый им гаражный бокс № **, расположенный по [адрес], был незаконно отключен от электрического напряжения 380 вольт.

23.09.2018 и 25.12.2018 истцом ответчику ФИО2 направлены досудебные претензии о восстановлении электричества, мощностью 380 вольт и возмещении причиненных убытков (л.д. 13, 119-121).

Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, уведомлению о постановке на учет физического лица, ФИО7 состоит на учете в налоговом органе в качестве индивидуального предпринимателя (л.д. 29, 30). 

Из копии протокола собрания № ** от 10.09.2018 следует, что в связи с наступающим отопительным сезоном и большой нагрузкой на электрические сети кооператива «**», принято решение о переходе электрических сетей кооператива «**» с 380 на 220 вольт. Перевод возложить на штатного электрика и председателя кооператива ФИО2 Срок выполнения 10 дней до 20.09.2019 (л.д. 74).

Допрошенный в судебном заседании свидетель Ф. пояснил, что об отключении в гараже напряжения, мощностью 380 вольт в сентябре 2018, ему стало известно от ФИО7, который является супругом его дочери. Полагает, что данные действия ФИО2 продиктованы желанием изгнать ФИО7 из гаражного кооператива из-за сложившихся неприязненных отношений между ними.

Свидетель Ю. в судебном заседании пояснил, что на общем собрании членов гаражного кооператива 10.09.2018 было принято решение об изменении напряжения электроэнергии с 380 на 220 вольт. Он и ФИО7 против этого возражали. Изменение напряжения было произведено 23.09.2018. Напряжение, мощностью 220 вольт в гараже сохранялось.

Свидетель З. в судебном заседании пояснил, что 10.09.2018 на общем собрании членов гаражного кооператива «**» было принято решение об изменении напряжения электроэнергии с 380 на 220 вольт. Он в данном кооперативе выполнял обязанности электрика. Смена напряжения была произведена им (З.) 22.10.2019. В указанный в протоколе общего собрания срок они с ФИО2 не смогли сменить напряжение, так как нужно было провести подготовку, приобрести соответствующие автоматы. Производились ли какие-либо манипуляции с электричеством 23.09.2018 ему неизвестно. 

Свидетель П. в судебном заседании пояснил, что в начале сентябре 2018 года на общем собрании членов кооператива было принято решения об изменении электрического напряжения с 380 на 220 вольт. Фактически это было произведено примерно в октябре 2018 года. 

Свидетель Ч. в судебном заседании пояснил, что является членом кооператива «**». Ему известно, что в одном из гаражных боксов ФИО7 осуществляет предпринимательскую деятельность на станках. В сентябре 2018 членами кооператива на общем собрании принято решение об изменении электрического напряжения с 380 на 220 вольт. В гаражах происходят перебои с элекричеством из-за того, что ФИО7 использует высокое напряжение. 

Из пояснений ответчика ФИО2, данных в судебном заседании следует, что смена напряжения с 380 на 220 вольт была произведена 22 октября 2018 года электриком З. 23 сентября 2018 он (ФИО2) напряжение электричества не менял. В указанный в протоколе общего собрания срок они с З. не смогли изменить напряжение, так как нужно было провести подготовку, приобрести соответствующие автоматы.

Вместе с тем из объяснений, данных ФИО2 08.10.2018 УУУП и ПДН УМВД России по ЗАТО ФИО8, следует, что 10.09.2018 на собрании членов кооператива «**» принято решение перевести электроснабжение с 380 на 220 вольт в связи с перепадами электричества от высокого напряжения. 23.09.2018 он (ФИО2) и З. переключили энергоснабжение с 380 на 220 вольт.

В судебном заседании ответчик ФИО2 уточнил, что был не правильно понят лицом, взявшим с него объяснение, смена напряжения им и З. была произведена 22.10.2018.

Учитывая изложенное, утверждения ответчика ФИО2 противоречат смысловому содержанию его письменных объяснений, удостоверенных его подписью, в связи с чем их нельзя расценить как подтверждение того, что смена напряжения электричества с 380 на 220 вольт 23 сентября 2018 года им не производилась. 

Пояснения свидетелей З., П. о том, что смена напряжения была произведена 22.10.2018, не опровергают того факта, что 23 сентября 2018 года ФИО2 было произведено изменение напряжения с 380 на 220 вольт.

Представленные ФИО2 заявления в ПАО «Томскэнергосбыт» и АО «СХК» с просьбой выдать дубликат технических условий на подключение ГСПО «**» к источнику питания, ответ Северского отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Томской области о том, что при проведении проверки в отношении ФИО5 металлообрабатывающей столярной мастерской не обнаружено (л.д. 98), акт проверки органом муниципального земельного контроля № ** от 18.04.2019 в отношении ФИО5 в ходе проведения которой нарушений не выявлено (л.д. 99-102), также не опровергают факт смены ФИО2 мощности электричества 23.09.2019 (л.д. 78-79). 

Учитывая, что ответчик ФИО2 пытался опровергать собственные письменные объяснения, суд критически относится к его пояснениям о том, что 23.09.2019 смена электрического напряжения им не производилась. 

Вместе с тем обстоятельства, зафиксированные сотрудником органов внутренних дел в объяснениях ФИО2 от 08.10.2018, в совокупности с представленными в деле письменными претензиями, направленными ответчику, датированными 23.09.2018 (л.д. 121) и 25.12.2018 (л.д. 13), постановлением участкового уполномоченного полиции ОУУП и ПДН УМВД России по ЗАТО Северск от 29.11.2018, которым установлено, что 23.09.2018 Ш. произвел переподключение электрического кабеля, питающего электричеством ГСПО «**» по [адрес] с 380 на 220 вольт, рапортом участкового уполномоченного полиции Б. С.А., уз которого следует, что 23.09.2018 ФИО2 произвел переподключение электричества ГСПО «**» по [адрес] с 380 на 220 вольт, заявление Штадельман в УМВД датированное 03.10.2018 (л.д. 125), подтверждают обоснованность доводов истца относительно действий ответчика по смене напряжения с 380 на 220 вольт 23.09.2018.

Каких-либо объективных доказательств, которые бы опровергали указанные выше обстоятельства, стороной ответчика не представлено.

Доводы представителей ответчика ФИО3 и ФИО4 о том, что ФИО7 является ненадлежащим истцом по настоящему делу, поскольку не доказал осуществление предпринимательской деятельности основан на неверном толковании закона. 

Довод стороны ответчика о том, что смена электрического напряжения была произведена 22.10.2018 электриком З., опровергается материалом КУСП № ** от 20.11.2018. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что правомерность действий ответчика по смене электрического напряжения с 380 на 220 вольт 23.09.2018 не подтверждена. 

При разрешении требований истца о взыскании с ответчика в его пользу упущенной выгоды, суд приходит к следующему.

Как указано в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу статьи 15 Кодекса, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Предъявляя требование о взыскании убытков, истец должен доказать противоправность действий (бездействия) ответчика, факт и размер убытков, а также причинную связь между действиями (бездействием) ответчика и возникшими убытками. Для взыскания упущенной выгоды истцу необходимо доказать, что допущенное нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду. Согласно абз. 2 п. 12 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 размер подлежащих возмещению убытков устанавливается с разумной степенью достоверности.

В п. 4 ст. 393 ГК РФ предусмотрено, что при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Таким образом, кредитор должен доказать, что допущенное должником нарушение обязательства явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду; все остальные необходимые приготовления для её получения им были сделаны.

Истец, заявляя требования о взыскании с ответчика упущенной выгоды в виде неполученных доходов по договорам возмездного оказания услуг от 22.09.2018, 19.09.2018, 22.09.2018, 21.09.2018, в обоснование указал, что в результате изменения напряжения с 380 на 220 вольт в арендуемом гаражном боксе, он был лишен возможности осуществлять предпринимательскую деятельность по изготовлению изделий из металла, так как напряжения 220 вольт недостаточно для работы токарного и фрезерного станков.

В подтверждение данных обстоятельств истцом представлены:

- договор возмездного оказания услуг от 22.09.2018 на производство ремонта суппортов, восстановление направляющих (4 шт.), шлифовку тормозных дисков (4 шт.), заключенный между истцом и индивидуальным предпринимателем Х. срок оказания услуг с 23.09.2018 по 24.09.2018, стоимость услуг 10400 руб.;

- договор возмездного оказания услуг от 19.09.2018 на шлифовку головок (6 шт.), заключенный между истцом и индивидуальным предпринимателем С., срок оказания услуг с 19.09.2018 по 25.09.2018; стоимость услуг 20000 руб.;

- договор возмездного оказания услуг от 22.09.2018 на изготовление корпусов под подшипник, изготовление вала для электрического рубанка, заключенный между истцом и В., срок оказания услуг с 23.09.2018 по 29.09.2018; стоимость услуг 10400 руб.;

- договор возмездного оказания услуг от 21.09.2018 на изготовление приспособления для установки меток, съемников для ступенчатых подшипников, съемников для распрессовки и запрессовки сайлентблоков, заключенный между истцом и М., срок оказания услуг с 23.09.2018 по 29.09.2018; стоимость услуг 10400 руб.

Свидетель В. в судебном заседании пояснил, что в двадцатых числах сентября 2018 заказывал у ФИО7 подшипники. Когда подошел срок исполнения по договору, ФИО7 сообщил, что не сможет изготовить изделия, поскольку сосед по гаражу ФИО2 «отрубил» кабель.

Представленный стороной истца чек на приобретение провода также не подтверждает причинно-следственную связь между действиями ответчика и убытками истца.

Каких-либо иных доказательств, достоверно подтверждающих предпринятые меры для получения прибыли и сделанные с этой целью приготовления, причинно-следственную связь между действиями ответчика и убытками, итцом суду не представлено. 

Как следует из пояснений представителя истца ФИО1, истцу было известно о принятом решении об изменении мощности электричества, однако он не посчитал данное обстоятельство существенным. Какой-либо расчет по договорам оказания услуг произведен не был в связи с отсутствием возможности выполнения работ по причине отсутствия напряжения, мощностью 380 вольт. Техническую документацию на станки представить невозможно, поскольку данные станки были приобретены по гражданско-правовым договорам без документов. Для производства работ на этих станках необходимо напряжение электричества, мощностью 380 вольт. В сети Интернет содержатся сведения о том, что станок 6Е80Ш, 1990 года выпуска, горизонтально-фрезерный консольный универсальный с поворотным шпинделем, имеет мощность 3 кВт. 

Вместе с тем, доказательств, отвечающих принципам допустимости, достоверности и достаточности, в своей совокупности подтверждающих то, что возможность получения прибыли в виде доходов по договорам оказания услуг существовала реально и то, что истец предпринимал меры для получения выгоды и сделанные с этой целью приготовления, не представлено. 

Достоверных данных о том, что станки, на которых работал истец, не могут работать от электричества, мощностью 220 вольт, истцом не представлено. Документы на станки истцом не представлены. Скриншот из сети Интернет (л.д. 140), данное обстоятельство также не подтверждает.

Из пояснений третьего лица ФИО6 установлено, что ФИО7 обратился к нему за подключением электричества необходимой мощности в январе 2019 года.

При этом суд принимает во внимание, что истец не был лишен возможности обратиться для подключения электроэнергии, необходимой мощности 380 вольт в энергоснабжающую организацию в установленные в договорах сроки. 

В силу п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, а лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинно-следственную связь между нарушением права и возникшими убытками.

Под убытками понимаются те отрицательные последствия, которые наступили в имущественной сфере потерпевшего в результате совершения против него гражданского правонарушения.

Поскольку действия ответчика не находятся в причинно-следственной связи с неполучением истцом доходов от изготовления металлических изделий, суд приходит к выводу, что требование истца о возмещении упущенной выгоды удовлетворению не подлежит.

Учитывая, что исковые требования удовлетворению не подлежат, отсутствуют основания для взыскания судебных расходов по уплате государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО7 к ФИО2 о взыскании упущенной выгоды, судебных расходов, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Северский городской суд Томской области. 

Председательствующий С.В. Панкова

УИД 70RS0009-01-2019-000179-02