Дело № 2-42/2023

УИД: 18RS0024-01-2022-000644-33

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

25 июля 2023 года г.Сарапул 

Сарапульский районный суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Шарова Р.М., 

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1, 

с участием:

помощника прокурора Каракулинского района Удмуртской Республики Тюлькина И.О.;

представителя истцов ФИО2; 

представителя ответчика ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4, ФИО5 к ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

Истец ФИО4 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда, мотивируя (с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ) свои требования тем, что 14.06.2022г. ответчик ФИО6 управлял транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения. В автомобиле находись три человека, в том числе дочь истца ФИО5. Ответчик не справился с управлением, допустил съезд автомобиля с дороги в кювет, в результате автомобиль врезался в дерево и перевернулся. Дочь истца получила тяжкие телесные повреждения, утратив способность самостоятельно передвигаться. В результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) ФИО5 получила тяжкие телесные повреждения. На лечении в медицинском учреждении дочь находилась с 14.06.2022г. по 07.07.2022г.. После выписки, дочь не может самостоятельно передвигаться и даже нормально сидеть. В настоящий момент нуждается в непрерывном уходе, поскольку находится на позднем сроке беременности. Истец испытывает нравственные страдания, поскольку её дочь получила тяжелые травмы, её состояние требует пристального внимания и заботы, что лишает истца возможности вести обычный образ жизни. 

С учетом уточнения исковых требований, в порядке ст.39 ГПК РФ окончательно истец ФИО4 просит взыскать с ответчика ФИО6 компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей, за причинение ФИО5 тяжких телесных повреждений в результате дорожно-транспортного происшествия. 

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГг. ФИО5 обратилась с иском к ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда, мотивируя (с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ) свои требования тем, что 14.06.2022г. ответчик ФИО6 управлял транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения. В автомобиле находись три человека, в том числе истец и её муж ФИО10 Ответчик не справился с управлением, допустил съезд автомобиля с дороги в кювет, в результате автомобиль врезался в дерево и перевернулся. В результате дорожно-транспортного происшествия супруг погиб, а истец получила тяжкие телесные повреждения. После выписки истец не может самостоятельно передвигаться, нормально сидеть и в настоящий момент нуждается в непрерывном уходе, с учетом беременности. Истец испытывает тяжелые нравственные страдания, вызванные осознанием того обстоятельства, что её муж погиб, она получила тяжелые травмы, сказавшиеся на состояние здоровья будущего новорожденного.

С учетом уточнения исковых требований, в порядке ст.39 ГПК РФ окончательно истец ФИО5 просит взыскать с ФИО6 компенсацию морального вреда, причиненного смертью супруга в размере 5500000 рублей, компенсацию морального вреда за причинение вреда здоровью в размере 1500000 рублей. 

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ гражданские дела по иску ФИО4 к ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда, по иску ФИО5 к ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда объединены в одно производство. 

Истцы ФИО4, ФИО5 о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в суд не явились.

Ранее в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГг. истец ФИО4 суду пояснила, что поддерживает исковые требования. Пояснила, что после ДТП дочь попала в больницу в 

<

адрес>. Приезжала к ней каждый два дня, помогала врачам с уходом. После выписки, также продолжала помогать дочери и уже родившемуся внуку, поскольку дочери нельзя было ходить. Пояснила, что для ухода за дочерью ей пришлось брать отпуск за свой счет.

Ранее в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГг. истец ФИО5 суду пояснила, что исковые требования поддерживает. Пояснила, что просит взыскать моральный вред за смерть своего супруга, и причинение ей вреда здоровью. 

Представитель истцов ФИО2 в судебном заседании доводы изложенные в иске поддержал. Пояснил, что в результате ДТП погиб супруг истцы ФИО7, фактически на второй день после свадьбы. ФИО4 также претерпела страдания, поскольку погиб её зять, родная дочь получила телесные повреждения, а родившийся ребенок фактически остался без отца. После выписки ФИО7, мать еще долго ухаживала за дочерью. Пояснил, что родственники погибшего испытали сильнейшее горе и нравственные переживания. 

Ответчик ФИО6 о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в суд не явился.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании пояснил, что исковые требования признает частично. Просит учесть при определении компенсации морального вреда ч.2 ст.1083 ГК РФ. Считает, сумма морального вреда должна быть снижена. 

Помощником прокурора Каракулинского района Удмуртской Республики Тюлькиным И.О. дано заключение о необходимости компенсации ответчиком причиненного вреда, но в меньшем, чем заявлено размере.

Суд, согласно ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Информация о деле размещена на официальном интернет-сайте Сарапульского районного суда – www. sarapulskyrs.udm@sudrf.ru. 

Свидетель ФИО13 в судебном заседании пояснила, что истца ФИО5, ответчика знает, родственниками не являются. Пояснила, что на второй день после регистрации брака произошло ДТП под управлением ФИО6. В день ДТП отмечали свадьбу, выпивали спиртные напитки. После ДТП Александра лежала в больнице 1,5-2 месяца. После того как её выписали, видела неоднократно, каких-либо жалоб у ФИО7 на здоровье не было. Внешне не заметно было, что Александра находится в депрессии, шоке. Сама ФИО7 не работает, не учится, на материальное положение не жаловалась. Знает, что та приобрела квартиру в ипотеку. Указала, что видела ФИО7 в ноябре, декабре прошлого года в ночных клубах. Пояснила, что до регистрации брака, ФИО20 встречался с Александрой 1,5-2 года. Отношения у них были хорошие, проживали вместе. ФИО7 рассказывала, что ей тяжело без мужа, скучает по нему, но это было сказано в состоянии алкогольного опьянения. 

Свидетель ФИО14 в судебном заседании пояснила, что в судебном заседании пояснила, что истца ФИО5, ответчика знает, родственниками не являются. Указала, что Александра летом прошлого года вышла замуж. Знает, что в результате ДТП погиб супруг ФИО7, за рулем находился ФИО6. Пояснила, что видела Александру два месяца назад, не выглядела больной или в состоянии депрессии. Ребенок проживает совместно с ней. Указала, что с ФИО20 у ФИО7 были хорошие отношения, было видно что они любили друг друга. 

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГг. в качестве свидетеля была допрошена ФИО15, которая показала, что истца ФИО4 знает, родственником не является. Знает, что летом прошлого года, её дочь попала в ДТП, из больницы выписали только через месяц. До родов, врачи не разрешали дочери истца вставать, в связи с этим она была полностью зависима от родственников. Истец кормила её, выполняла все гигиенические процедуры. Ухаживала за дочерью два месяца. После родов дочь встала на ноги. Истцу было тяжело, в связи с тем, что ей еще приходилось ходить на работу. Истец испытывала нравственные страдания. Указала, что приходило домой к истцу примерно раз в неделю, иногда оставалась с её дочерью.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГг. в качестве свидетеля был допрошен ФИО16, который показал, что истцов знает, совместно проживает с ФИО4. Пояснил, что дочь истца два месяца находилась в больнице после ДТП. После того, как её выписали стала проживать с ними в одной квартире. Дочь длительное время лежала, не вставала, в связи с чем истец проводила все гигиенические процедуры, решала бытовые вопросы, осуществляла весь уход за дочерью. До родов дочь не вставала. Когда дочь находилась в больнице, истец сильно переживала, постоянно плакала, была вся на нервах. 

Выслушав объяснения сторон, показания свидетелей, заключение прокурора, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему. 

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью и возлагая на государство обязанность по их соблюдению и защите (статья 2), гарантируя каждому судебную защиту его прав и свобод (статья 46, часть1), в том числе закрепленных части 1 статье 20 Конституции Российской Федерации прав на жизнь. 

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации право на жизнь и здоровье наряду с другими нематериальными благами и личными неимущественными правами принадлежит гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемо и непередаваемо иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ).

Как установлено пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда (как имущественного, так и морального), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В соответствии с абзацем вторым статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен источником повышенной опасности.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Согласно пункту 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В пункте 15 названного постановления закреплено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с пунктом 19 постановления Пленума N 33 от 15.11.2022 г. по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абзац второй ст. 1100 ГК РФ).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу указанных положений законодательства степень вины причинителя вреда подлежит учету и оценке судом в случаях, когда компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины.

Право на компенсацию морального вреда в связи со смертью потерпевшего согласно абзацу третьему пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" могут иметь иные лица, в частности члены семьи потерпевшего, иждивенцы, при наличии обстоятельств, свидетельствующих о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Согласно части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как следует из материалов дела, приговором Сарапульского районного суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГг. ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.4 ст.264 УК РФ. Назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Как установлено приговором суда, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 01 часа 00 минут по 03 часа 20 минут ФИО6 на технически исправном автомобиле 

<

данные изъяты>, двигался по проезжей части 35 км автомобильной дороги 

<

данные изъяты>, и в нарушение п.2.7 Правил дорожного движения РФ (далее – ПДД РФ), управлял транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, ухудшающем реакцию и внимание, ставящем под угрозу безопасность движения. При этом, в салоне управляемого им автомобиля на переднем пассажирском сиденье находился пассажир ФИО17, на заднем пассажирском сиденье находились пассажиры ФИО10 и ФИО5, которые в нарушение п.2.1.2 ПДД РФ (согласно которому при движении на транспортном средстве, оборудованном ремнями безопасности, запрещено перевозить пассажиров, не пристегнутых ремнями безопасности), не были пристегнуты ремнями безопасности, хотя автомобиль ими был оборудован. В результате дорожно-транспортного происшествия, совершенного по вине водителя ФИО6, пассажир управляемого им автомобиля ФИО10 получил телесные повреждения характера: 

<

данные изъяты>, которые как единый комплекс транспортной травмы, причинили тяжкий вред его здоровью по признаку опасности для жизни (п.13 приказа №н Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г.) и состоят в причинной связи со смертью ФИО10, наступившей на месте дорожно-транспортного происшествия. Смерть ФИО10 наступила от тупой сочетанной травмы тела (заключение эксперта № от 27.06.2022г.). В результате полученных телесных повреждений, ФИО10 скончался на месте происшествия.

Вышеперечисленные обстоятельства подтверждаются вступившим в законную силу приговором Сарапульского районного суда Удмуртской Республики, который вступил в законную силу, в соответствии со ст.61 ГПК РФ обязателен для суда, рассматривающего гражданское дело о гражданско-правовых последствиях действий ответчика.

ФИО5 является супругой погибшего, что подтверждается копией свидетельства о заключении брака 

<

данные изъяты>..

Как следует из п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду, который в каждом конкретном случае должен определить размер компенсации, способный уравновесить имущественную либо неимущественную потерю посредством уплаты потерпевшему денег в сумме, которая позволит последнему в той или иной степени пренебречь понесенной утратой.

В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и (или) нравственные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу каждого из истцов, суд учитывает и доводы ответчика о снижение размера ответственности.

В подтверждение таких доводов суду представлены: справка о доходах ответчика за 2023г. от 10.03.2023г., где общая сумма дохода составила 16095,73 руб.; приказ о зачислении и переводе осужденного ФИО6 на должность – подсобный рабочий участка швейного производства.

В результате смерти ФИО10 его супруга, лишилась близкого, родного человека, чем ей причинены тяжелые нравственные страдания. При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что истец тяжело перенесла известие о гибели близкого человека, испытала глубокие нравственные страдания, так как жизнь человека, априори, бесценна, факт того, что супруга испытала нравственные страдания, не нуждается в доказывании. 

Учитывая конкретные обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред, степень родства, привязанность истца ФИО5 к погибшему, с учетом характера физических и нравственных страданий, испытанных вследствие смерти супруга, а также требований разумности и справедливости, суд с учетом требований разумности и справедливости, считает необходимым снизить размер требуемого к взысканию возмещения до 600000 рублей.

Разрешая требования истца ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, суд исходит из следующего. 

Из заключения эксперта БУЗ УР «Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» №3910 от 08 августа 2022г. у ФИО8 имелись телесные повреждения: 

<

данные изъяты>. Данные повреждения в совокупности причинили вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства. 

Доказательств тому, что указанное экспертное заключение было сделано неуполномоченными, неквалифицированными специалистами, равно как и содержит ошибочные выводы – не представлено.

Таким образом, судом установлено, что противоправными действиями ответчика ФИО6 истцу был причинен вред здоровью средней тяжести.

Достаточных достоверных доказательств обратного ответчиком не предоставлено.

Таким образом, факт причинения в результате ДТП по вине ответчика истцу ФИО5 телесных повреждений 

<

данные изъяты> судом установлен, в связи с чем суд приходит к выводу о праве истца ФИО5 на компенсацию морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, индивидуальные особенности истца, которой причинен вред здоровью средней тяжести, длительность периода стационарного лечения, степень нравственных и физических страданий, степень вины ответчика, а также то, что в результате преступных действий ответчика истец получила повреждения, которые причиняют ей нравственные страдания, в связи с чем, суд с учетом требований разумности и справедливости, считает необходимым снизить размер требуемого к взысканию возмещения до 250000 рублей. 

Разрешая требования истца ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего. 

ФИО4 является матерью ФИО5, что подтверждается свидетельством о рождении 

<

данные изъяты>. 

Из справки 

<

данные изъяты> следует, что по состоянию на 24.01.2023г. ФИО5 зарегистрирована по адресу: 

<

адрес>. по вышеуказанному адресу также зарегистрированы и проживают: Макшакова ВА.В. (мать), ФИО18 (внучка). 

Определяя размер денежной компенсации, подлежащей взысканию с ответчика ФИО6 суд принимает во внимание причинение вреда здоровью ФИО5 источником повышенной опасности, степень физических и нравственных страданий ФИО4 в период нахождения на лечении её дочери, физические последствия травмы, оказании ухода и помощи, доводы о причинении действиями ответчика истцу ФИО5 нравственных страданий, наличие вины ответчика в причинении травмы, нарушившего правила дорожного движения. 

С учётом указанных обстоятельств, суд считает, что заявленный истцом ко взысканию размер компенсации морального вреда, является явно необоснованным и недоказанным в судебном заседании, и подлежит уменьшению, исковые требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично. 

Таким образом, принимая во внимание установленные судом фактические обстоятельства, причинения истцу ФИО4 нравственных страданий в результате причинения вреда здоровью её дочери, а также исходя из требования разумности и справедливости, - суд полагает необходимым и достаточным взыскание с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 10000 рублей. В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в оставшейся части надлежит отказать.

При принятии решения по заявленным истцом требованиям, суд учитывает, что ответчиком не представлено каких-либо иных достаточных достоверных доказательств, дающих основание для большего снижения размера ответственности в силу, в т.ч. положений ст. 1083 ГК РФ.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден (по требованиям о взыскании алиментов), взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. 

Следовательно, с ответчика ФИО6 надлежит взыскать в доход государства сумму государственной пошлины в размере 600 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194 -198 ГПК РФ, суд 

решил:

Исковые требования ФИО4, ФИО5 к ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО6 

<

данные изъяты> в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований ФИО4 к ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с ФИО6 

<

данные изъяты> в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в связи с гибелью ФИО10 в размере 600000 рублей.

Взыскать с ФИО6 

<

данные изъяты> в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью 250000 рублей. 

В удовлетворении оставшейся части исковых требований ФИО5 к ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с ФИО6 в доход госпошлину в размере 600 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Апелляционная жалоба подается через Сарапульский районный суд. 

В окончательной форме решение принято ДД.ММ.ГГГГ. 

Судья Шаров Р.М.