Дело №

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 января 2019 года город Великие Луки

Великолукский городской суд Псковской области в составе: 

председательствующего судьи Архиповой И.А.,

с участием прокурора Дылдина Е.В.,

при секретаре Сыровневой Е.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 и ФИО2 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Псковской области «Великолукская межрайонная больница» о возмещении морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

Истцы обратились в суд с иском к ГБУЗ Псковской области «Великолукская межрайонная больница» о возмещении компенсации морального вреда, указав в обоснование иска, что в период времени с 09 часов 00 минут 31.12.2016 года до 09 часов 00 минут 01.01.2017 года ЧОВ исполняла свои профессиональные обязанности в составе дежурной смены в качестве дежурного врача-хирурга в приёмном отделении ГБУЗ Псковской области «Великолукская межрайонная больница», расположенном по адресу: 

<

адрес> в которое бригадой скорой помощи 31.12.2016 года с колото-резаным ранением передней брюшной стенки был доставлен их отец ЯНА. Врач ЧОВ после оказания медицинской помощи, постановила ему неподтвержденный диагностическими исследованиями диагноз «непроникающее колото-резаное ранение грудной клетки справа», и ЯНА был отпущен домой. 01.01.2017 года ЯНА. повторно был доставлен в больницу, где 10.01.2017 года скончался, не приходя в сознание.

Приговором Великолукского городского суда от 10.05.2018 ЧОВ признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, приговор вступил в законную силу 22.05.2018 года. Действиями ЧОВ., врача ГБУЗ Псковской области «Великолукская межрайонная больница», вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, повлекших причинение смерти по неосторожности их отцу ЯНА истцам был причинен моральный вред, выразившейся в нравственных страданиях, которые они испытали из-за его смерти. Размер причиненного морального вреда каждый из истцов оценивает в 1000 000 рублей, которые просят взыскать с ответчика в их пользу. 

Истцы ФИО1 и ФИО2, будучи надлежаще уведомленными о дате, времени и месте судебного разбирательства, в суд не явились, воспользовались правом на представление их интересов в суде через представителя.

В судебном заседании представитель истцов адвокат Вишневский А.В. исковые требования доверителей поддержал, просил их удовлетворить, пояснив, что в результате смерти ЯНА его доверители испытали сильные нравственные переживания от утраты отца, с которым у них были близкие, теплые отношения. Отец вырастил дочерей, заботился о них. Дочери созванивались с отцом, навещали его по месту жительства, совместно отмечали семейные праздники. Когда отец находился в реанимации в больнице, они звонили в отделение, интересовались его состоянием здоровья, 03.01.2017 навестили его в больнице, покупали ему памперсы и влажные салфетки. После смерти отца, истцы долго находились в подавленном состоянии, плакали, принимали успокоительные препараты, плохо спали ночью, имели плохой аппетит. ФИО1 на момент смерти отца была беременна, в связи с переживаниями по поводу утраты близкого человека, преждевременно родила в 35 недель.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании исковые требования признал частично, причинение морального вреда истцам не отрицал, но размер компенсации морального вреда считал чрезмерно завышенным. Пояснил, что истцы ни одно из многочисленных судебных заседаний по уголовному делу по обвинению ФИО4 в причинении смерти по неосторожности ее отцу ЯНА. не посещали, из материалов уголовного дела вообще не следовало, что у ЯНА. имелись еще дети, кроме признанного потерпевшим ФИО5 Доказательств какого-либо участия истцов в судьбе своего отца не представлено. Истица ФИО1, проживая в Санкт-Петербурге, крайне редко виделась с отцом, доказательств их общения, поддержания родственных близких отношений не имеется. Из детализации телефонных звонков с номера ФИО2 следует о крайне скупом общении, длительность звонков непродолжительная. Считает возможным выплатить компенсацию морального вреда ФИО1 в сумме 50000 рублей, а ФИО2 в сумме 100 000 рублей.

Привлеченная судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, ЧОВ в судебном заседании поддержала позицию представителя ответчика. 

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, выслушав заключение прокурора Дылдина Е.В., полагавшего об удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда со снижением заявленной суммы в пользу ФИО1 не более 150000 рублей, в пользу ФИО2 не более 200000 рублей, приходит к следующему.

Конституцией Российской Федерации провозглашены конституционные принципы ценности жизни, здоровья и достоинства личности. Согласно ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 21.11.2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма. Медицинская помощь это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно п.1 ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу п.1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно п.3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В Пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях, в том числе, в связи с утратой родственников.

Судом установлено, что ЯНА, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерший 10.01.2017 приходится отцом ФИО1 (до замужества Яутрис) Анастасии Николаевны и ФИО2 (до заключения брака Яутрис) Екатерины Николаевны.

Приговором Великолукского городского суда Псковской области от 10.05.2018 года ЧОВ признана виновной в причинении смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 УК РФ, и назначено наказание с применением ч.3 ст.47 УК РФ в виде ограничения свободы на срок 1 год 6 месяцев с лишением права занимать должность врача-хирурга на срок 1 год. 

Из приговора суда, вступившего в законную силу, усматривается, что в период времени с 09 часов 00 минут 31 декабря 2016 года до 09 часов 00 минут 01 января 2017 года ЧОВ. исполняла свои профессиональные обязанности в составе дежурной смены в качестве дежурного врача-хирурга в приёмном отделении ГБУЗ Псковской области «Великолукская межрайонная больница», расположенном по адресу: 

<

адрес>

Согласно заключению комиссионной медицинской судебной экспертизы № 105 от 28 августа 2017 года при оказании медицинской помощи 31 декабря 2016 года ЯНА врачом ЧОВ допущены следующие нарушения: не выполнена рентгенография брюшной полости, ультразвуковое исследование брюшной полости, пациент не оставлен в лечебном учреждении для наблюдения за клиническими проявлениями и дальнейшего течения причиненного ранения. Несвоевременная диагностика проникающего характера ранения способствовала прогрессированию патологии, развитию осложнений и ухудшению состояния больного, из чего следует, что развившиеся осложнения и смерть ЯНА состоят в прямой причинно-следственной связи с ненадлежащим исполнением ЧОВ. своих должностных обязанностей. Смерть ЯНА наступила в результате колото-резаного ранения передней поверхности брюшной стенки справа, проникающего в брюшную полость, со сквозным повреждением правой доли печени, и развившимися осложнениями в виде полиорганной недостаточности, некроза паренхимы печени по ходу раневого канала, развития перитонита и пневмонии. Развившиеся осложнения в виде полиорганной недостаточности, некроза паренхимы печени по ходу раневого канала, развития перитонита и пневмонии расцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью ЯНА

Вышеуказанные обстоятельства установлены приговором Великолукского городского суда, и в силу статьи 61 ГПК РФ имеет преюдициальное значение при рассмотрении настоящего дела и не подлежат доказыванию вновь.

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. 

Таким образом, причинение истцам морального вреда, в связи со смертью их отца ЯНА спорным не является и представителем ответчика признается.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ч.1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье гражданина неотчуждаемы и непередаваемы иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения.

Гибель близкого родственника – отца, сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушившим психическое благополучие, повлекла сильные переживания истцов, нарушала неимущественное право ФИО1 и ФИО2 на родственные связи, и неоспоримо причинила нравственные страдания им.

Нравственные переживания, связанные с утратой родственников, являются основанием для компенсации морального вреда, что следует из п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Поскольку истцы утратили отца, то нарушены их личные неимущественные права, а требования о компенсации причинённого морального вреда суд находит законными и обосноваными.

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. С учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер и степень физических и нравственных страданий истцов ФИО1 и ФИО2, которые испытывали нравственные страдания, причиненные гибелью близкого человека, эмоционально переживали случившееся, лишены общения с отцом.

Свидетель АТН показала, что является также дочерью умершего ЯНА. и соответственно родной сестрой истиц ФИО1 и ФИО2 Поскольку ФИО2 проживает в г.В.Луки, а отец жил в 

<

адрес>,, она совместно с сестрой навещали отца по месту его жительства около 1 раза в неделю. Сестра ФИО1, проживает в г.Санкт-Петербург, поэтому встречалась с отцом примерно 1 раз в полгода, когда приезжала в г. В.Луки. Всего их два брата и три сестры, встречались в доме у матери на ул.В.Новикова, куда также приходил их отец. Отец также присутствовал на свадьбах сына Сергея и дочери Анастасии. Когда отец находился в больнице в реанимации, у них был пропуск к отцу, ФИО1 и ФИО2 навестили отца 03.01.2017, звонили в реанимационное отделение, интересовались его здоровьем. На совместные денежные средства купили памперсы и влажные салфетки отцу, когда он скончался, то все родственники принимали участие в организации его похорон. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель ЯИА., родная сестра ЯНА показала, что её брат очень любил дочь Настю, всегда ей звонил, когда Настя приезжала и останавливалась у своей матери, бывшей жены брата, что было примерно 1 раз в два месяца, то он также приходил для встреч с дочерью. ФИО2 часто общалась с отцом по телефону. Подтвердила, что ФИО1 и ФИО2 навещали отца в больнице 03.01.2017. После смерти ЯНА дети очень переживали, плакали. 

Из детализации услуг связи следует, что с мобильного телефона истца ФИО2 поступали звонки на номер телефона №, как пояснил представитель истцов и свидетели ЯИА. и АТН принадлежащий ЯНА. При этом суд усматривает, что за период с 06.01.2016 по 23.12.2016 указанные звонки имели место от 1 до 2 раз в месяц длительностью от 1 до 5 минут, но не ежемесячно. В связи с чем суд приходит к выводу, что представленные доказательства с достоверностью не подтверждают наличия между истцом ФИО2 и ЯНА. близких и доверительных отношений. Об этом же свидетельствует то обстоятельство, установленное приговором суда, что после возвращения из больницы 31.12.2016 ЯНА. не позвонил своим дочерям, не сообщил о случившемся, а напротив обратился за помощью и поддержкой к знакомому, но не родному человеку. Указанное подтверждает отсутствие между ЯНА и истцами близких доверительных отношений. В пользу установленного обстоятельства свидетельствует также тот факт, что свидетель ЯИА опекала и заботилась о своем брате, навещала его, привозила ему продукты. Как усматривается из приговора суда именно ей 31.12.2016, а не кому-либо из истцов, либо пятерых детей ЯНА., позвонил знакомый её брата ДАВ и сообщил о произошедшем. После отказа от госпитализации 31.12.2016 ЯНА также просил своих знакомых забрать его из больницы, но не обратился к своим детям.

Довод представителя истцов адвоката Вишневского А.В. о том, что ЯНА. не хотел портить праздник своим детям и сообщать о случившемся, не опровергает установленное приговором суда.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что истцы не проживали с отцом одной семьей, истица ФИО2 виделась с ним около трех раз в месяц, истица ФИО1 не более двух раз в год. Доказательств того, что ФИО2, проживающая в одном городе с отцом, и приехавшая до Нового 2017 года из г.Санкт-Петербург ФИО1, навестили или позвонили ему, поздравили с Наступающим Новым Годом, суду не представлено. Свидетель АТН поясняла, что им был выдан пропуск в реанимационное отделение для посещения отца, однако истицы посетили своего отца только один раз 03.01.2017, что свидетельствует об отсутствии между ними близких доверительных отношений, привязанности друг к другу, заботе и беспокойстве о родном человеке.

Таким образом, с учётом обстоятельств дела, отсутствия умышленных действий со стороны ответчика, исходя из требований разумности и справедливости суд определяет сумму компенсации морального вреда в пользу ФИО2 размере 170 000 рублей, в пользу ФИО1 150000 рублей.

Доводы представителя истцов адвоката Вишневского А.В. о наличии причинно-следственной связи между переживаниями ФИО1 и её родами на 35 неделе беременности своего подтверждения в судебном заседании не нашли.

В соответствии с ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1 и ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Псковской области «Великолукская межрайонная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Псковской области «Великолукская межрайонная больница» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 170 000 (сто семьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Псковской области «Великолукская межрайонная больница» в доход муниципального образования «город Великие Луки» государственную пошлину в сумме 300 (триста) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Псковский областной суд через Великолукский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Председательствующий: И.А. Архипова 

Мотивированное решение изготовлено 15.01.2019.

Председательствующий: И.А. Архипова