УИД: 78RS0002-01-2018-012603-36

Дело № 2-3478/2019 19 сентября 2019 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Невский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Хвещенко Е.Р.,

при секретаре Михайловой О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании завещания недействительным, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в Невский районный суд Санкт-Петербурга с исковым заявлением, в котором просит признать недействительным завещание ФИО5 от 6 мая 2016 года.

В обоснование заявленных требований истица указала, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ее двоюродная сестра – ФИО5 3 декабря 2014 года ФИО5 составила завещание, которым завещала все свое имуществу ФИО6, а в случае его смерти ФИО2, ФИО1, ФИО7 6 мая 2016 года ФИО5 составила новое завещание, которым завещала принадлежащее ей имущество ФИО6, а в случае его смерти ФИО2, ФИО3, ФИО4 Истица полагает, что в момент подписания завещания от 6 мая 2016 года ФИО5 не понимала значения своих действий и не могла руководить ими в силу имевшегося заболевания. 

В судебном заседании представители истицы на удовлетворении исковых требований настаивали.

Представители ответчиков в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на их недоказанность. 

Третьи лица нотариус ФИО8, нотариус ФИО9 в судебное заседание не явились, о слушании дела извещены.

В силу положений ст. 167 ГПК РФ суд пришел к выводу о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся лиц, так как судом исполнена обязанность по их извещению.

Суд, выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, изучив и оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Согласно положениям ст. 1118 ГК РФ завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

В силу ч. 2 ст. 1131 ГК РФ завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права и законные интересы которого нарушены этим завещанием.

В соответствии с ч. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из представленных в материалы дела доказательств усматривается, что 3 декабря 2014 года ФИО5 составила завещание, которым завещала все свое имущество мужу – ФИО6, а в случае его смерти, завещала автомобиль «Шкода Октавия» - ФИО2, жилое помещение по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес> – ФИО1, а все остальное имущество – ФИО7 (л.д. 45).

6 мая 2016 года ФИО5 составила новое завещание, которым завещала все свое имущество мужу – ФИО6, а в случае его смерти завещала автомобиль «Шкода Октавия» - ФИО2, жилое помещение по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес> – ФИО3, а все остальное имущество – ФИО7 (л.д. 47).

ФИО6 умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 48).

ФИО5 умерла ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 41). 

С заявлениями о принятии наследства после умершей ФИО5 к нотариусу обратились ФИО1 (л.д. 42), ФИО3 (л.д. 49), ФИО2 (л.д. 50), ФИО10 (л.д. 51).

ФИО1 оспаривает завещание ФИО5 от 6 мая 2016 года по основаниям ст. 177 ГК РФ.

Из системного толкования положений ст. 177 ГК РФ и ст. 56 ГПК РФ следует, что бремя представления доказательств совершения сделки дееспособным гражданином в состоянии, когда он не понимал значения своих действий, лежит на стороне истца.

В данном случае допустимых и бесспорных доказательств того, что завещание было составлено ФИО5 в таком состоянии, когда она не могла понимать значение своих действий или руководить ими, что имеет в соответствии со ст. 177 ГК РФ существенное значение по данному делу, суду не представлено.

Допрошенные в ходе разбирательства дела свидетели ФИО11, ФИО12, ФИО13 показали, что длительное время были знакомы с ФИО5, с 2016 года состояние здоровье последней ухудшилось, однако сомнений в дееспособности она не вызывала.

Таким образом, показания свидетелей не дают суду оснований полагать, что в момент составления завещания ФИО5 находилась в таком состоянии, когда она не могла понимать значения своих действий или руководить ими, никто из вышеуказанных свидетелей при подписании завещания не присутствовал.

По ходатайству истицы судом была назначена по делу комплексная судебная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам СПбГКУЗ «Городская психиатрическая больница № 6». 

В соответствии с заключением комиссии экспертов-психиатров, ФИО5 психическим расстройством, которое бы лишало ее способности понимать значение своих действий и руководить ими в период подписания завещания 6 мая 2016 года не страдала, на это указывают данные анамнеза, медицинской документации. В материалах дела, медицинской документации отсутствуют объективные данные о наличии у подэкспертной в юридически значимый период выраженных когнитивных, эмоционально-волевых нарушений, она знала принадлежащее ей имущество, помнила знакомых и родственников: завещание составлено дифференцированно, с указанием конкретных лиц и имущества, таким образом, по своему психическому состоянию ФИО5 в момент подписания завещания 6 мая 2016 года могла понимать значение своих действий и руководить ими (л.д. 142).

Таким образом, выводами заключения комиссии экспертов также не нашли своего подтверждения доводы истицы о том, что ФИО5 при подписании завещания от 6 мая 2016 года находилась в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

Принимая заключение экспертов в качестве доказательства по делу, суд учитывает, что оно составлено экспертами, обладающими необходимыми познаниями и большим стажем работы, эксперты предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Заключение экспертов содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы, является достаточно ясным и полным. 

Таким образом, изучив и оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе показания свидетелей, заключение судебной экспертизы, медицинские карты ФИО5, объяснения сторон, суд приходит к выводу о недоказанности истицей заявленных требований ввиду чего отказывает в их удовлетворении.

Определением Невского районного суда Санкт-Петербурга от 15 мая 2019 года в целях обеспечения иска ФИО1 наложен арест на 

<

адрес> (л.д. 115).

В силу ч. 1, ч. 3 ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

Принимая во внимание, что в удовлетворении иска ФИО1 отказано, необходимость в дальнейшем обеспечении иска отпала, обеспечение иска подлежит отмене.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании завещания недействительным отказать.

Меры по обеспечению иска в виде ареста, в том числе, запрета на совершение регистрационных действий в отношении следующего недвижимого имущества: 

<

адрес> Санкт-Петербурге, принятые на основании определения Невского районного суда Санкт-Петербурга от 15 мая 2019 года по делу № 2-3478/2019 – отменить.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца, путем подачи апелляционной жалобы через Невский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 24 сентября 2019 года.