Судья Орлова Н.А. Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

11 июня 2024 года г. Владивосток 

Приморский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Гаврикова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Якимовой Е.Р., 

с участием прокурора Лиховидова И.Д.,

защитника - адвоката Москвина К.А., представившего удостоверение №, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрел в открытом судебном заседании в апелляционном порядке материал с апелляционным представлением старшего прокурора отдела управления по надзору за уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельностью прокуратуры Приморского края ФИО2 на постановление Фрунзенского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым подозреваемому ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцу 

<

адрес>, 

избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 1 месяц 30 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ. 

Заслушав доклад судьи Гаврикова В.А., выступление прокурора Лиховидова И.Д., поддержавшего доводы апелляционного представления, просившего отменить постановление и избрать ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу, выслушав защитника – адвоката Москвина К.А., полагавшего необходимым постановление оставить без изменения, а апелляционное представление – без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ первым отделом по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по 

<

адрес> возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ по факту вымогательства у ФИО7

ДД.ММ.ГГГГ по подозрению в совершении данного преступления в порядке ст.ст. 91,92 УПК РФ был задержан ФИО1

Постановлением Фрунзенского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без удовлетворения ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1, и последнему избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 1 месяц 30 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, с установлением следующих запретов и ограничений: запретить покидать место жительства по адресу: 

<

адрес>, без разрешения лица, в производстве которого находится уголовное дело, за исключением случаев обращения за квалифицированной медицинской помощью, в правоохранительные органы, в аварийно-спасательные службы в случае возникновения чрезвычайной ситуации, угрожающей жизни или здоровью подсудимого; запрещено общение без разрешения лица, в производстве которого находится уголовное дело, со всеми иными лицами, кроме лица, в производстве которого находится уголовное дело, защитниками, близкими лицами, проживающими совместно с ним, а также лицами, оказывающими медицинскую помощь, сотрудниками правоохранительных органов и аварийно-спасательных служб; запрещено без разрешения лица, в производстве которого находится уголовное дело, получать и отправлять любую почтовую корреспонденцию, за исключением связанной с реализацией прав подозреваемого на защиту по настоящему уголовному делу; запрещено без разрешения лица, в производстве которого находится уголовное дело, осуществлять переговоры и переписку посредством любых средств связи, в том числе с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», кроме как с лицом, в производстве которого находится уголовное дело, защитниками, близкими родственниками, проживающими совместно с ним а также лицами, оказывающими медицинскую помощь, сотрудниками правоохранительных органов и аварийно-спасательных служб.

В апелляционном представлении старший прокурор отдела управления по надзору за уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельностью прокуратуры 

<

адрес> ФИО6 не согласился с вынесенным постановлением. Ссылаясь на результаты проведенных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий, отмечает, что ФИО1 подозревается в совершении особо тяжкого преступления, и у следствия есть основания полагать, что находясь на свободе, ФИО1 может скрыться, оказать давление на участников уголовного судопроизводства, продолжить заниматься преступной деятельностью либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. Считает, что с учётом начального этапа расследования и значительного объёма обстоятельств, подлежащих доказыванию, а также необходимости установления и допроса свидетелей, известных ФИО1, последний будет иметь реальную возможность склонить их к даче ложных, выгодных для себя показаний. Кроме того, у следствия имеются основания полагать, что ФИО1 может быть причастен к иным противоправным действиям, поэтому он, находясь на свободе, также может оказать активное противодействие органу следствия. Автор представления считает, что мера пресечения в виде домашнего ареста не позволит ограничить ФИО1 от воспрепятствования производства по делу путём оказания давления на свидетелей посредством телефонных и иных переговоров, в том числе через средства связи родственников, а использование таких контактов невозможно будет контролировать. Отмечает, что судом не дана оценка показаниям потерпевшего ФИО7 об опасениях за свою жизнь. Считает необоснованным и не соответствующим требованиям п. 3 ч.1 ст. 97 УПК РФ вывод суда об отсутствии доказательств возможности подозреваемого скрыться от органов следствия. Обстоятельства, послужившие причиной задержания ФИО1, не изменились на момент рассмотрения в суде ходатайства следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. Ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» и предусмотренные ст. 99 УПК РФ обстоятельства, которые надлежит учитывать суду при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, автор представления полагает, что в нарушение требований уголовно-процессуального законодательства, оценка указанным сведениям судом не дана. Просит постановление суда отменить, избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу. 

Возражения на апелляционное представление не поступали. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что постановление отмене или изменению не подлежит.

В соответствии с ч. 1 ст. 97 УПК РФ суд вправе избрать подозреваемому, обвиняемому одну из мер пресечения, предусмотренных УПК РФ при наличии достаточных оснований полагать, что он может скрыться от органов дознания, предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Согласно ч. 1 ст. 107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в полной либо частичной изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением ограничений и (или) запретов и осуществлением за ним контроля. 

В силу ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. ст. 97, 99 УПК РФ.

Указанные требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок применения такой меры пресечения, как домашний арест, по настоящему делу не нарушены.

Выводы суда о необходимости избрания меры пресечения в виде домашнего ареста в отношении ФИО1 на данном этапе уголовного судопроизводства, в постановлении надлежаще мотивированы и основаны на исследованных в судебном заседании материалах, подтверждающих законность и обоснованность принятого решения. Суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

Из представленных материалов следует, что ФИО1 подозревался (в настоящее время обвиняется) в совершении особо тяжкого преступления, ранее не судим, у него есть постоянное место жительства и регистрации, трудоустроен, имеет совершеннолетних детей, то есть имеет социальные связи и обязательства. Также из представленных материалов суд первой инстанции не усмотрел, что ФИО1 предпринимал попытки скрыться, либо препятствовал проведению у него обыска, либо уклонился от явки по вызову следственного органа.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19.12.2013 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», мера пресечения в виде заключения под стражу не может быть избрана обвиняемому, если в ходе судебного заседания не будут установлены достаточные данные полагать, что подозреваемый, оставаясь на свободе, может уничтожить доказательства своей преступной деятельности, оказать давление на возможных свидетелей и очевидцев, равно как и на других участников преступления с целью воспрепятствования установления истины по делу. 

Между тем, таких обоснований в суд первой и апелляционной инстанций не представлено. 

В качестве основания для избрания в отношении ФИО1 самой строгой меры пресечения в виде заключения под стражу, следователь в своём ходатайстве привел тяжесть инкриминируемого преступления, а также то, что сведения о личностях свидетелей и очевидцев преступления известны подозреваемому, в связи с чем, ФИО1 может оказать на них воздействие, либо может скрыться под тяжестью довлеющего наказания. Между тем, одна лишь тяжесть преступления и наличие предположений следователя не может являться единственным и достаточным основанием для заключения подозреваемого (обвиняемого) под стражу.

Вопреки доводам апелляционного представления относительно необоснованности избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что в соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда РФ, выраженными в его решениях (в частности, постановление от 21.05.2013 № 10-П), установленные законодателем уголовно-процессуальные механизмы должны способствовать предупреждению и пресечению преступлений, предотвращению их негативных последствий для охраняемых законом прав и интересов граждан. При этом государство обязано обеспечивать баланс конституционно защищаемых ценностей, публичных и частных интересов, прав и законных интересов различных категорий граждан, соблюдая при этом принципы справедливости, равенства и соразмерности.

В данном случае такой баланс соблюден, указанные принципы не нарушены.

Обстоятельства, указанные в апелляционном представлении о том, что производство предварительного следствия по уголовному делу находится на начальном этапе, не все свидетели и причастные к преступлению иные лица установлены, были известны суду первой инстанции и не являются безусловным основанием для изменения меры пресечения в виде домашнего ареста на более строгую. В настоящий момент по уголовному делу продолжаются все следственные действия, и нахождение обвиняемого ФИО1 на мере пресечения в виде домашнего ареста не препятствует их проведению. 

Домашний арест является альтернативой самой суровой меры пресечения, и при её надлежащем исполнении исключает какое-либо воздействие на участников уголовного судопроизводства и препятствование расследованию дела.

Доводы апелляционного представления о том, что ФИО1 возможно причастен к иным противоправным действиям и поэтому может оказать давление на свидетелей в случае нахождения на свободе, носят характер предположений, материалами дела не подтверждены, доказательств этого суду апелляционной инстанции представлено не было. По этим же основаниям суд апелляционной инстанции считает несостоятельным мнение автора апелляционного представления относительно того, что судом оставлены без оценки показания потерпевшего ФИО7 об опасениях за свою жизнь. Реальных сведений о воздействии на потерпевшего после задержания ФИО1 со стороны самого обвиняемого или его друзей, представленные в суд материалы не содержат. 

Законность нахождения ФИО1 под домашним арестом в жилом помещении по 

<

адрес>ём 

<

адрес> установлена судом путём исследования доказательств, в том числе представленных стороной защиты. Проживание ФИО1 по данному адресу совместно с гражданской женой ФИО8 не противоречит требованиям Жилищного либо Семейного кодексов РФ относительно законности такого проживания. Письменное согласие ФИО8 на исполнение меры пресечения в виде домашнего ареста в отношении ФИО1 по вышеуказанному адресу, было представлено суду (л.д. 60).

Доводы представления о необоснованности постановления не могут быть приняты судом апелляционной инстанции, поскольку в обоснование вынесенного решения судом первой инстанции приведены достаточные и убедительные мотивы, которые не вызывают сомнения в их правильности. Требования ст. 99 УПК РФ судом учтены, что прямо следует из текста постановления.

Оспариваемое решение соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение постановления, в том числе по доводам апелляционного представления, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Фрунзенского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление – оставить без удовлетворения. 

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу постановления суда первой инстанции, а для обвиняемого, содержащегося под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии данного судебного решения, вступившего в законную силу. Обвиняемый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий В.А. Гавриков