Дело № 2-394/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 ноября 2018 года пос. Урмары

Урмарский районный суд Чувашской Республики в составе:

председательствующего - судьи Павлова В.И.,

при секретаре судебного заседания Павловой И.И.,

с участием истца ФИО1 и её представителя ФИО2,

ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании свидетельства о праве на наследство частично недействительным, о признании права собственности на 1/2 долю жилого дома,

у с т а н о в и л:

Первоначально ФИО1 обратилась в суд (дата) с исковым заявлением по тем основаниям, что с ФИО4, умершим (дата), с 2001 года они проживали вместе и вели общее хозяйство по адресу: (адрес изъят), брачные отношения между ними не были зарегистрированы по причине отсутствия совместных детей и их возраста. В 2002 году она, будучи собственником указанной квартиры, зарегистрировала у себя ФИО4 

Иск мотивирован тем, что в 1990 году, до начала совместного проживания, ФИО4 были приобретены в собственность жилой (адрес изъят) года постройки и земельный участок, расположенные по адресу: Чувашская Республика, (адрес изъят), (адрес изъят) (адрес изъят), который находился в ветхом состоянии. В период совместного проживания с ФИО4 они вели общее хозяйство и несли бремя содержания жилого дома и земельного участка. В 2014 году из-за ветхости дома они обложили его кирпичом и укрепили фундамент, а также построили сени 20,8 кв.м. и пристрой (литер А1) площадью 15,5 кв.м. Также в период совместного их проживания дом страховали, а после смерти ФИО4 она несет бремя содержания жилого дома и обрабатывает земельный участок, застраховала дом.

Ссылаясь на положения статей 244 и 245 Гражданского кодекса РФ о правах совместной и общей собственности на имущество, а также ссылаясь на то, что она вкладывала личные денежные средства и свои силы в строительство спорного дома, а также силы (помощь) своих родственников, посчитав в связи с этим, что имеет право на часть жилого дома в размере 1/3 доли, ФИО1 просила признать за ней право собственности на 1/3 долю жилого дома, расположенного по адресу: Чувашская Республика, (адрес изъят), (адрес изъят) (адрес изъят).

В последующем ФИО1 изменила и дополнила свои исковые требования, сформулировав их в уточненном заявлении от (дата), в котором просила: 

1. Признать свидетельство о праве на наследство по закону, зарегистрированное в реестре за № выданное нотариусом Казанского нотариального округа Республики Татарстан ФИО14, после смерти ФИО4, умершего (дата), частично недействительным.

2. Признать за ней право собственности на 1/2 доли жилого дома, расположенного по адресу: (адрес изъят), (адрес изъят), (адрес изъят) (адрес изъят).

При этом ФИО1 помимо ранее приведенных доводов дополнительно указала, что согласно технического паспорта (адрес изъят) (адрес изъят)» от (дата), литера А жилой дом площадью 26,70 кв.м.1946 года постройки, все остальные постройки того же года, а согласно техническому описанию строение имело большой износ от 40% до 60%. В период совместного проживания с ФИО4 в связи с ветхостью бревенчатого жилого дома в 2014 году они на совместно заработанные денежные средства произвели неотделимые улучшения жилого дома: укрепили фундамент под жилым домом, ветхий жилой дом обложили кирпичом, на новом фундаменте возвели сени площадью 20,8 кв.м. и на новом фундаменте построили пристрой литер А1 площадью 15.5 кв.м., стройка велась до осени 2015 года, и что согласно заключению № рыночная стоимость объектов недвижимости - жилого дома площадью 47,5 кв.м. (данные изъяты)

Также ФИО1 указала, что после смерти ФИО4 наследство в виде жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: Чувашская Республика, (адрес изъят), (адрес изъят) (адрес изъят), приняла ФИО3 При этом истица считала, что на основании ч. 1 ст. 245 ГК РФ и в связи с тем, что вкладывала не только личные денежные средства в строительство дома, но и силы, а также силы своих родственников, она имеет право на часть жилого дома в размере 1/2 доли.

В судебном заседании истица ФИО1 и ее представитель ФИО15 исковые требования поддержали в полном объеме по указанным в нем основаниям с учетом уточнений и дополнений и просили их удовлетворить. При этом ФИО1 показала также, что ежегодно с апреля по ноябрь они с ФИО4 занимались хозяйством в (адрес изъят) в спорном домовладении, жили как семья, бюджет у них был общий. В период их совместного проживания было улучшено имущество – спорный жилой дом, построен пристрой. У неё заработок был больше, чем у ФИО4, в связи с чем считает, что в основном все улучшения и строительство велось на её деньги, а также она вложила в строительство дома много своего труда. Также при строительстве дома, пристроя к дому им помогали родственники с её стороны. При жизни с ФИО4 какого-либо соглашения о пользовании жилым домом, об использовании её денежных средств они не заключали, не думали, что все так обернется.

Представитель истца ФИО15 в суде заявила, что ФИО1 и ФИО4 стали проживать совместно в 2001 году. В 2002 году они стали перестраивать дом в д. Чубаево, покупали строительные материалы, нанимали плотников. После завершения строительства он хотели его оформить надлежащим образом, но собственник умер (дата). При совместном проживании они не думали, что необходимо оформить договор совместного ведения хозяйства, кому, сколько вкладываться в строительство, т.к. были в возрасте. Они каждый год страховали жилой дом на имя ФИО4, а после его смерти ФИО1 также застраховала дом, но уже на свое имя. Все это время бывшая жена ФИО4 и его дочь не приходили в этот дом. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании иск не признала. При этом она показала, что (дата) при жизни отец приобрел жилой дом, 1946 года постройки, расположенный по адресу: Чувашская Республика - Чувашия, (адрес изъят), (адрес изъят), (адрес изъят). До 2003 года ее родители совместно благоустраивали указанный дом, построили ворота, погреб, сарай, баню. Считает, что заявление истца о своих затратах на укрепление фундамента, строительство сеней и пристроя не соответствует действительности, не основано ни на каких доказательствах а напротив, в соответствии с договором найма жилого помещения без номера и без даты заключения, истец передала ее отцу во временное владение и пользование неизвестно какое помещение сроком на 3 года с арендной платой 1500,00 руб. в месяц. ФИО1 не являлась близким родственником ФИО4 и никогда не состояла с ним в браке.

Свидетели ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 показали в суде, что ФИО1 проживала совместно с умершим ФИО4 как одна семья, покупали строительные материалы и построили пристрой к дому, обложили дом кирпичом, поменяли крышу, поставили пластиковые окна, построили баню, так раньше ничего не было.

Свидетель ФИО11 показала в суде, что что она в 1997-1998 годах ездила в гости к ФИО4 в д. Чубаево и видела там стройматериалы - кирпичи, керамблоки.

Третье лицо – Управление Росреестра по Чувашской Республики, будучи извещенным надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечило. 

Третье лицо - нотариус Казанского нотариального округа Республики Татарстан ФИО14 в суд не явилась. При этом от неё в суд поступило ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Выслушав доводы истца и его представителя, свидетелей, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства и посчитав их достаточными для принятия решения, суд приходит к следующему.

ФИО1, заявляя права на долю в имуществе, принадлежавшего ФИО4, оспаривает законность свидетельства о праве на наследство по закону, зарегистрированного в реестре за № выданного ФИО3 нотариусом Казанского нотариального округа Республики Татарстан ФИО14 

Согласно данного свидетельства, зарегистрированного в реестре за №/№, оно выдано в рамках наследственного дела № дочери наследодателя – ФИО3 на наследство, состоящее из жилого дома (данные изъяты) принадлежащего наследодателю ФИО4 на праве собственности, (данные изъяты) Настоящее свидетельство подтверждает возникновение права собственности вышеуказанное наследство. Право собственности на жилой дом подлежит регистрации в Едином государственном реестре недвижимости (т. 1 л.д. 189).

Согласно выпискам из ЕГРН №, (данные изъяты) собственником земельного участка, имеющего кадастровый №, и жилого дома, имеющего кадастровый №, находящихся по адресу: (адрес изъят) (адрес изъят), с/(адрес изъят), (адрес изъят) (адрес изъят), является ФИО3 (т. 1 л.д. 205-208).

Из материалов дела следует, что ФИО4, (дата) г.р., умер (дата) в (адрес изъят) (данные изъяты) (т. 1 л.д. 7, 159).

Согласно договора от (дата) следует, что ФИО4 приобрел у ФИО12 жилой дом, принадлежащий последней по свидетельству о праве на наследство по закону, по лицевому счету № №т. л.д. 14). 

Согласно свидетельствам о государственной регистрации права за №№ (адрес изъят) от (дата), выданным Управлением федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Чувашской Республике, следует, что собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: (адрес изъят), значится ФИО4 (т. 1 л.д. 15,16).

В силу части 2 статьи 218, статьи 1111 Гражданского кодекса РФ, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Исходя из пункта 1 статьи 1142 Гражданского кодекса РФ, при наследовании по закону наследниками первой очереди являются супруг наследодателя, дети наследодателя.

Из материалов наследственного дела № следует, что наследницей указанного в свидетельстве о праве на наследство по закону, зарегистрированного в реестре за №, имущества ФИО4, умершего (дата), является дочь - ФИО3, т.е. наследник по закону первой очереди. При этом иных наследников первой очереди на наследство ФИО4 не имеется (т.1. л.д. 189).

Согласно справке жилищно-территориального отделения «Дружба» от (дата), ФИО4 постоянно проживал с (дата) по (дата) по адресу: (адрес изъят). С ним вместе проживала и продолжает проживать ФИО1 (т.1 л.д. 164).

При этом из заявления о регистрации по месту жительства, договора найма жилого помещения, заключенного после 2009 года, следует, что на основании заявления ФИО1 ФИО4 был зарегистрирован в указанном выше жилом помещении (т.1 л.д. 9-13).

Из представленных в суд материалов наследственного дела следует, что (дата) дочь наследодателя ФИО4 – ФИО3 (подтверждается свидетельством о рождении и свидетельством о браке) обратилась к нотариусу Казанского нотариального округа Республики Татарстан ФИО14 с заявлением о принятии наследства (т.1. л.д. 160-163).

Таким образом, ФИО3, будучи наследником по закону первой очереди, после смерти ФИО4 приняла наследство, зарегистрировав право собственности на спорный жилой дом в Едином государственном реестре недвижимости. 

Обосновывая свои требования, ФИО1 ссылалась на то, что с 2001 г. она постоянно проживала с наследодателем ФИО4 до его смерти, совместно они прожили одной семьей, вели общее хозяйство, у них был общий бюджет, на совместные денежные средства был улучшен спорный жилой дом и построен пристрой к нему.

Как установлено судом, брак между ФИО1 и умершим ФИО4 в установленном законом порядке зарегистрирован не был.

В соответствии с п. 2 ст. 1 Семейного кодекса РФ государством признается только брак, заключенный в органах записи актов гражданского состояния.

Согласно п. 2 ст. 10 Семейного кодекса РФ права и обязанности супругов возникают со дня государственной регистрации заключения брака в органах записи актов гражданского состояния.

Поскольку действующее семейное законодательство не считает браком фактическое совместное проживание мужчины и женщины, гражданские браки не порождают тех правовых последствий, которые вытекают из браков, заключенных в органах записи актов гражданского состояния. При этом исключение сделано лишь для лиц, вступивших в фактические брачные отношения до (дата), поскольку действовавшие в то время законы признавали равноправными два вида брака - зарегистрированный в органах записи актов гражданского состояния и фактический брак.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что совместное проживание одной семьей с наследодателем, ведение общего хозяйства, наличие общего бюджета не имеет юридического значения, так как не влечет для ФИО1 никаких правовых последствий, поскольку не порождает у неё прав на наследственное имущество как наследника первой очереди по закону (супруга).

ФИО1 ссылалась в обоснование своих требований на положения статей 244, 245 Гражданского кодекса РФ.

В силу ст. 244 Гражданского кодекса РФ имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности (пункт 1).

Общая собственность на имущество является долевой, за исключением случаев, когда законом предусмотрено образование совместной собственности на это имущество (пункт 3).

Согласно п. 1 ст. 245 Гражданского кодекса РФ, если доли участников долевой собственности не могут быть определены на основании закона и не установлены соглашением всех ее участников, доли считаются равными.

Статья 252 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что имущество, находящееся в долевой собственности, может быть разделено между ее участниками по соглашению между ними.

Участник долевой собственности вправе требовать выдела своей доли из общего имущества.

При недостижении участниками долевой собственности соглашения о способе и условиях раздела общего имущества или выдела доли одного из них участник долевой собственности вправе в судебном порядке требовать выдела в натуре своей доли из общего имущества.

Исходя из системного толкования вышеприведенных норм закона, споры об общем имуществе лиц, не состоящих в зарегистрированном браке, разрешаются на основании норм гражданского законодательства о долевой собственности. При обращении с требованием о признании права общей собственности с другим лицом на имущество истец должен доказать, что между ним и таким лицом имелось соглашение или иным образом была выражена их воля на поступление имущества в общую собственность, либо то, что поступление имущества в общую собственность предусмотрено законом, а также то обстоятельство, что лицо, требующее признания за ним права собственности, изначально имело намерение получить данное имущество в свою собственность.

Исходя из смысла приведенных норм права то обстоятельство, что ФИО1 и ФИО4 проживали одной семьей, имели общий бюджет, вели общее хозяйство, делали ремонт в доме, совместно приобретали стройматериалы, построили пристрой к дому, не свидетельствует о том, что на это имущество распространяется режим общей совместной собственности, поскольку в браке они не состояли. 

При этом имущество может быть отнесено к общей долевой собственности претендующих на него лиц лишь при наличии к этому определенных условий. Такими условиями являются: наличие гражданско-правового договора между фактическими супругами в отношении правового режима приобретаемого ими имущества (наличие договоренности о создании общей собственности), участие этих лиц средствами и личным трудом в приобретении этого имущества (что влияет на размер их долей в праве общей долевой собственности).

Между тем спорный жилой дом был приобретен ФИО4 без участия ФИО1 и изначально принадлежал только ему одному. 

Кроме того, ФИО1 не представила суду доказательства, свидетельствующие о наличии договоренности с ФИО4 о создании общей собственности на спорный жилой дом с последующим оформлением его в общую долевую собственность, а также доказательства, бесспорно подтверждающие факт внесения только личных денежных средств на приобретение строительных материалов.

Так, ответчица ФИО3 наличие такой договоренности и факт внесения истцом основной суммы денежных средств на улучшение жилого дома и строительство пристроя отрицала, указывая, что ФИО4 достаточно зарабатывал и мог нести сам расходы на строительство и ремонт дома, что строительные материалы приобретались еще её родителями, которые вместе проживали до 2003 г., т.е. до сожительства отца с ФИО1, и что именно родителями были возведены в хозяйстве отдельные строения.

В обоснование своих доводов о наличии у неё права на часть жилого дома ФИО1 представила товарные накладные, чеки и квитанции на приобретенные в 2013-2014 годах стройматериалы, привела виды работ и примерный расход материалов на строительные работы по спорному дому в 2006, 2008, 2011, 2013, 2015 годах, указав, что затрачено (данные изъяты)), а также ссылалась на показания свидетелей (т. л.д. 218-229).

Между тем, как представленные истцом товарные накладные, чеки и квитанции, так и расчет примерных расходов на строительные работы по спорному дому по годам в отсутствие иных прямых доказательств наличия договоренности с ФИО4 о создании общей собственности на спорный жилой дом не свидетельствуют о возникновении права истца на долю в спорном имуществе, при том, что представленные истцом доказательства не подтверждают также однозначно несение расходов именно лично ФИО1, поскольку они обезличены в части указания на плательщика.

В свою очередь сведения о размере заработной платы и доходах ФИО4 (дата) свидетельствуют, что последний имел стабильный доход, получал заработную плату, ежемесячную денежную выплату как ликвидатор катастрофы на Чернобыльской АЭС, в связи с чем находит неубедительными доводы истца о том, что ФИО4 получал маленькую заработную плату (т. 2 л.д. 31-41, 49-54, 60, 103). 

Также свидетели ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, подтвердив доводы ФИО1 о том, что последняя вместе с ФИО4 занимался улучшением жилого дома и строительством пристроя, что истица непосредственно принимала участие при строительстве и закупке строй материалов, не могли указать на наличие договоренности между истцом и ФИО4 о создании общей собственности на спорный жилой дом, а также на то, конкретно чьи денежные средства были потрачены при приобретении строительных материалов и строительстве дома, пристроя.

Не могут быть признаны в качестве доказательства, подтверждающего права ФИО1 на долю в спорном жилом доме как указание её номера телефона в договоре энергоснабжения, заключенного между ФИО4 и ОАО «Чувашская энергосбытовая компания» (дата), (т.2 л.д. 67-69), так и заключение ФИО1 (дата) (после смерти ФИО4) с ПАО СК «Росгосстрах» договора страхования спорного жилого дома (т. 2 л.д. 2), при том, что собственником имущества в договоре энергоснабжения указан именно ФИО4, а сами указанные договоры не являются правоустанавливающими документами. 

Таким образом, ФИО1, заявляя о своем праве на спорное имущество, не представила доказательства наличия соглашения о создании общей собственности с собственником ФИО4 на спорный жилой дом, поскольку сам по себе факт совместного проживания с ним и ведения совместного хозяйства без регистрации, в отсутствие соглашения о создании общей собственности, в силу вышеуказанных норм материального права, не является достаточным основанием для возникновения права общей собственности на спорное имущество, а также не является достаточным основанием признания за ней права на долю в имуществе с исключением этой доли из состава наследства с признанием недействительным частично свидетельства о праве на наследство, выданного ответчику. 

При этом тот факт, что за ответчиком ФИО3 зарегистрировано право собственности на жилой дом площадью только 26,7 кв.м., а по отчету № об определении рыночной стоимости объектов недвижимости от (дата), составленному ООО «Независимая Экспертная Компания» площадь жилого дома с пристроем составляет 47,5 кв.м. (т. 1 л.д. 42-83), и что согласно заключению № об определении рыночной стоимости объектов недвижимости от (дата), составленному этим же ООО, площадь сеней и пристроя составляет соответственно 20,8 кв.м. и 15,5 кв.м. соответственно (т. 1 л.д. 270), на что ссылалась сторона истца, правового значения по настоящему делу не имеет, поскольку ответчик, как собственник, вправе уточнить в установленном порядке параметры объекта недвижимости и зарегистрировать свои права на него. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Отказать в удовлетворении искового заявления ФИО1 к ФИО3 о признании свидетельства о праве на наследство частично недействительным, о признании права собственности на 1/2 долю жилого дома. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Чувашской Республики в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, т.е. после (дата) через Урмарский районный суд.

Мотивированное решение составлено (дата)

Судья Урмарского районного суда В.И. Павлов.