УИД 70RS0005-01-2024-004927-18

№ 2-655/2025 (2-3164/2024)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 марта 2025 года Томский районный суд Томской области в составе:

председательствующего судьи Кириленко Т.А.,

при секретаре Горине С.В.,

помощник судьи Никодимова Н.Ю.,

с участием 

помощника прокурора Томского района Томской области Яскульской Т.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Томске гражданское дело по исковому заявлению прокурора Томского района Томской области, действующего в интересах Н.Л.Н., к муниципальному бюджетному учреждению «Октябрьский дом культуры» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

прокурор Томского района Томской области, действующий в интересах Н. Л.Н., обратился в суд с иском к муниципальному бюджетному учреждению «Октябрьский дом культуры» (далее – МБУ «Октябрьский ДК»), в котором просит взыскать с ответчика в пользу материального истца компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указано, что Н.Л.В. состоял в трудовых отношениях с МБУ «Октябрьский ДК» в должности заведующего хозяйством на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ в МБУ «Октябрьский ДК» было запланировано проведение уборки в связи с назначением циркового представления на ДД.ММ.ГГГГ. Уборка проводилась ДД.ММ.ГГГГ примерно в 10:00 час. в служебном помещении для размещения артистов, расположенном возле сцены. Во время проведения уборки в служебном помещении для размещения артистов Н. Л.В. предложил провести уборку на «Козырьке», который находится по центру сцены на высоте 3 м., глубиной 1,2 м. Примерно в 10:50 час. очевидцы несчастного случая услышали «хлопок», «глухой звук», и увидели лежащего на сцене Н. Л.В. без движения. Через 10 минут после происшествия директор МБУ «Октябрьский ДК» вызвала фельдшера поликлиники и бригаду скорой медицинской помощи, которая приехала примерно через 30 минут после произошедшего. Сотрудники бригады скорой медицинской помощи констатировали смерть Н. Л.В. Согласно судебно-медицинскому исследованию трупа причиной смерти Н. Л.В. являлись: а) отек головного мозга травматический S 06.1; б) травма множественной локализации. T 07; в) падение, прыжок или сталкивание с высоты с неопределенными намерениями. В других уточненных местах. У 30.8. Из акта о расследовании несчастного случая со смертельным исходом следует, что причиной несчастного случая является: неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в допуске работника Н. Л.В. к выполнению своих обязанностей без прохождения обучения по охране труда, без стажировке по охране труда на рабочем месте в целях приобретения работником практических навыков безопасных методов и приемов выполнения работ в процессе трудовой деятельности; в допуске работника Н. Л.В. к работе на высоте с нарушением требований Правил по охране труда при работе на высоте, утвержденных Приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ № н; в отсутствии в МБУ «Октябрьский ДК» положений о системе управления охраной труда. Согласно акту о расследовании несчастного случая комиссия, проводившая расследование несчастного случая установила, что несчастный случай, произошедший с Н. Л.В., квалифицируется как несчастный случай на производстве, подлежащий оформлению актом формой Н-1. В связи со смертью Н. Л.В. его супруга Н. Л.Н. испытала и продолжает испытывать нравственные страдания, стресс. 

В судебном заседании помощник прокурора Томского района Томской области Яскульская Т.М. заявленные требования поддержала по основаниям, приведенным в иске.

Материальный истец Н. Л.Н., ответчик МБУ «Октябрьский ДК», извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в суд не явились.

Суд в соответствии с положениями ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации счел возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав объяснения и заключение помощника прокурора Томского района, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд находит исковое заявление подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. 

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2), характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 3).

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда. Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска. (п. 14, 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»). 

В п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Как указано в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В соответствии с п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

В п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Согласно абзацам 2, 3 п. 32 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Согласно п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ. При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Судом установлено, что Н. Л.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ, что следует из свидетельства о смерти II -OM №.

Н. Л.В. на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ принят на работу в МБУ «Октябрьский ДК» с ДД.ММ.ГГГГ на должность заведующего хозяйством. Согласно представленному табелю учета отработанного времени за январь 2024 года, ДД.ММ.ГГГГ являлся для Н. Л.В. рабочим днем, что подтверждается материалами расследования несчастного случая, произошедшего в МБУ «Октябрьский ДК» ДД.ММ.ГГГГ, проведенного с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а именно актом о расследовании несчастного случая, подтверждается трудовой книжкой и приказом о приеме работника на работу №-к от ДД.ММ.ГГГГ. 

В п. 8 данного акта указано, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 10:00 часов в МБУ «Октябрьский ДК» проводилась уборка перед запланированным мероприятием. Уборка проводилась в «кармане». В какой-то момент заведующий хозяйством Н. Л.В. предложил убраться на «козырьке», который находился по центру сцены на высоте 3м., глубиной 1,2м. Директор МБУ «Октябрьский ДК» С. У.В. предупредила Н. Л.В., что на «козырьке» может быть опасно и просила туда не подниматься. Примерно в 10:50 часов очевидцы несчастного случая С. У.В., Б. Т.Г. услышали «хлопок», «глухой звук», увидели лежащего на сцене ФИО1, лицом в пол, ногами к зрительному залу, без движения. Через 10 минут после произошедшего директор МБУ «Октябрьский ДК» С. У.В. вызвала фельдшера поликлиники и бригаду скорой медицинской помощи, которая приехала примерно через 30 минут после произошедшего, и врачи констатировали смерть Н. Л.В. 

Обстоятельства произошедшего несчастного случая подтверждаются письменными объяснениями и протоколом опроса должностных лиц – С. У.В., Б. Т.Г., Н. И.А.,С. Т.А., согласно которым заведующий хозяйством Н. Л.В. предложил убраться на «козырьке» МБУ «Октябрьский ДК», директор МБУ «Октябрьский ДК» сказала ему не делать этого, поскольку это опасно. Несмотря на предупреждение ФИО3 Л.В. забрался на козырек, после чего упал на сцену, и после падения не подавал признаки жизни. Врач скорой медицинской помощи констатировала смерть Н. Л.В. 

Как следует из ответа Областного государственного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области (далее - ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области») от ДД.ММ.ГГГГ №, судебно-медицинская экспертиза трупа гражданина Н. Л.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, выполнена в Лоскутовском отделении Танатологического экспертно-исследовательского отдела ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области». Установлены причины смерти – отек головного мозга травматический S 06.1; травма множественной локализации T 07; падение, прыжок или сталкивание с высоты с неопределенными намерениями, в других уточненных местах Y30.8. Следов алкогольного или наркотического опьянения в крови Н. Л.В. обнаружено не было. 

Согласно краткой характеристике места (объекта), где произошел несчастный случай (п.7 акта): место происшествия – сцена в зрительном зале МБУ «Октябрьский ДК», расположенного в одноэтажном, кирпичном, отдельно стоящем здании. Объект располагается по адресу: 

<

адрес>. Общий размер сцены составляет 54 кв.м.: ширина 9 м., глубина 6 м. «Козырек» находится по центру сцены на высоте 3 м. глубина составляет 1,2 м. Защитные ограждения и другие средства и приборы безопасности отсутствуют. Установлены специфические прожектора, соответствующие нормативным требованиям. Имеется центральное отопление. Состояние исправное (п.п. 7.1 акта). Опасные и (или) вредные производственные факторы отсутствуют (п.п. 7.2 акта). Оборудование, использование которого привело к травме отсутствует (п.п. 7.3 акта). Средства индивидуальной защиты пострадавшему не выдавались (п.п. 7.7 акта). 

В ходе расследования в акте установлено, что нарушений режима труда и отдыха у заведующего хозяйством Н. Л.В. в МБУ «Октябрьский ДК» не установлено. В МБУ «Октябрьский ДК» на момент несчастного случая не разработала и не утверждена программа обучения требованиям охраны труда в зависимости от категории работников в соответствии с требованиями «Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда», утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №. Кроме того, заведующий хозяйством Н. Л.В. не проходил обучение по охране труда, стажировку по охране труда на рабочем месте в целях приобретения работником практических навыков безопасных методов и приемов выполнения работ в процессе трудовой деятельности, что является нарушением абз. 14.ч.3. ст.214 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации, Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда», утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №. В нарушение требований ч. 2 ст. 217 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 2 «Примерного положения о системе управления охраной труда», утв. Приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н в МБУ «Октябрьский ДК», отсутствует локальный нормативный акт, регулирующий систему управления охраной труда в организации. В МБУ «Октябрьский ДК» с работником Н. Л.В. при трудоустройстве были проведены вводный инструктаж, в день трудоустройства – ДД.ММ.ГГГГ, повторный инструктаж на рабочем месте - ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается журналом регистрации инструктажа по технике безопасности и охране труда на рабочем месте МБУ «Октябрьский ДК». На рабочем месте заведующего хозяйством проведена специальная оценка условий труда (ДД.ММ.ГГГГ), по результатам которой установлены допустимые условия труда: итоговый класс условий труда -2, отметка об ознакомлении работника имеется. МБУ «Октябрьский ДК» разработан и утвержден Реестр оценки профессиональных рисков рабочих мест. С картой № Н. Л.В. ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ. Типовых норм выдачи СИЗ по должности заведующим хозяйством не установлено. Работник Н. Л.В. был не вправе выполнять работы на высоте ДД.ММ.ГГГГ на «козырьке» по центру сцены МБУ «Октябрьский ДК», высота которого согласно протоколу осмотра места несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ – 3м., глубина 1,2 м., в результате чего произошел несчастный случай – падение Н. Л.В., обернувшееся смертельным исходом. Удостоверения о допуске к выполнению соответствующих работ на высоте, документов, подтверждающих наличие необходимой квалификации у Н. Л.В. и позволяющих работодателю допустить его к выполнению работ на высоте, в материалы расследования не были представлены, что является нарушением требований Правил по охране труда при работе на высоте, утвержденных Приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н. Наличие выясненных нарушений трудового законодательства не являются причинно-следственной связью между выявленными нарушениями и фактическими обстоятельствами данного несчастного случая. 

В п. 5 акта о расследовании несчастного случая указано, что стажировка с Н. Л.В. не проводилась (п.п.5.3 акта); обучение по охране труда не проводилось (п. 5.4 акта); проверка знаний требований охраны не проводилась (п.5.5 акта).

В п. 10 указанного акта вынесено заключение о лицах, ответственных за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых, локальных нормативных актов, являющихся причинами несчастного случая. В отношении юридического лица МБУ «Октябрьский ДК» установлено неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в: отсутствии в МБУ «Октябрьский ДК» положения системы управления охраной труда; отсутствие МБУ «Октябрьский ДК» программы обучения требованиям охраны труда в зависимости от категории работников; допуск Н. Л.В. к выполнению своих обязанностей без прохождения обучения по охране труда, без стажировки по охране труда на рабочем месте в целях приобретения работником практических навыков безопасных метолов и приемов выполнения работ в процессе трудовой деятельности. В отношении должностного лица директора МБУ «Октябрьский ДК» С. У.В. установлена неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся: в допуске работника Н. Л.В. к работе на высоте. 

Согласно свидетельству о заключении брака I-OM № от ДД.ММ.ГГГГ, Н. Л.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и Б. (Н.) Л. Н., ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ состояли в зарегистрированном браке.

В результате смерти Н. Л.В. Н. Л.Н. причинены нравственные страдания, они испытывает стресс до настоящего времени.

В ходе рассмотрения дела ответчик указанные выше фактические обстоятельства произошедшего несчастного случая не оспаривала.

В письменных возражениях на исковое заявление ответчик в лице директора МБУ «Октябрьский ДК» С. У.В. возражала против удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, считая ее завышенной, просила уменьшить размер компенсации морального вреда до 250 000 рублей. 

Оценив представленные в материалы доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности, суд установил, что ДД.ММ.ГГГГ при исполнении Н. Л.В. трудовых обязанностей в МБУ «Октябрьский ДК» произошел несчастный случай, в результате которого Н. Л.В. скончался. В нарушение действующего трудового законодательства заведующий хозяйством Н. Л.В. не проходил обучение и стажировку по охране труда на рабочем месте, у него отсутствовали удостоверение о допуске к выполнению соответствующих работ на высоте и документы, подтверждающие наличие необходимой квалификации, позволяющие работодателю допустить его к выполнению работ на высоте. В связи со смертью Н. Л.В. его супруге Н. Л.Н. причинены нравственные страдания, в связи с чем имеются предусмотренные законом основания для взыскания с ответчика, не обеспечившего безопасность жизни и здоровья работника, в пользу материального истца компенсации морального вреда.

Учитывая степень и характер нравственных страданий материального истца, индивидуальные особенности материального истца (ее возраст), степень вины ответчика, фактические обстоятельства произошедшего несчастного случая, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что с ответчика в пользу материального истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 350 000 руб.

Указанная сумма, по мнению суда, является соразмерной последствиям нарушения и компенсирует потерпевшему перенесенные ей нравственные страдания и сглаживает их остроту. В этой связи правовых оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме суд не усматривает, а потому в остальной части иск подлежит оставлению без удовлетворения.

Согласно ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят также из государственной пошлины. Размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются федеральными законами о налогах и сборах. 

Частью 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера, размер государственной пошлины для физических лиц составляет 3 000 рублей.

Как установлено ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, по исковым заявлениям прокурора в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, освобождаются от уплаты государственной пошлины. 

Учитывая, что в ходе рассмотрения дела суд пришел к выводу об удовлетворении заявленного требования о компенсации морального вреда, а также принимая во внимание, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Город Томск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление прокурора Томского района Томской области, действующего в интересах Н.Л.Н., к муниципальному бюджетному учреждению «Октябрьский дом культуры» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично. 

Взыскать с муниципального бюджетного учреждения «Октябрьский дом культуры» (ОГРН 

<

данные изъяты>/ ИНН 

<

данные изъяты>) в пользу Н.Л.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт 

<

данные изъяты>), компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей.

Взыскать с муниципального бюджетного учреждения «Октябрьский дом культуры» (ОГРН 

<

данные изъяты>/ ИНН 

<

данные изъяты>) в доход бюджета муниципального образования «Город Томск» государственную пошлину в размере 3 000 рублей. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Томский районный суд Томской области в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме. 

Председательствующий (подпись) Кириленко Т.А.

Решение в окончательной форме изготовлено 31.03.2025.

Копия верна

Судья Т.А. Кириленко

Секретарь С.В. Горин 

Подлинник подшит в гражданском деле № 2-655/2025

Дело находится в Томском районном суде Томской области