Дело № 2-24/2019

Р Е Ш Е Н И Е

 

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

г. Советская Гавань 04 февраля 2019 года.

Советско-Гаванский городской суд Хабаровского края в составе председательствующего судьи Бугаёва К.П. с участием помощника Советско-Гаванского городского прокурора Борисова А.А., истца ФИО1, принимающего участие в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, представителя ответчика – Федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 5» УФСИН России по Хабаровскому краю ФИО2, действующего на основании доверенности, третьего лица на стороне ответчика, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО3 

При секретаре Колясниковой М.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 5» УФСИН России по Хабаровскому краю и Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с иском к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 5» УФСИН России по Хабаровскому краю (далее также – ФКУ «ИК № 5») о взыскании компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью указав в обоснование заявленных исковых требований, что он отбывает наказание в ФКУ «ИК № 5», приказом от 05.12.2016 года № 468 зачислен на должность кузнеца бригады № 75 в кузнечный цех Центра трудовой адаптации осужденных (далее также – ЦТАО). 17.07.2017 года им получена производственная травма (термический ожог роговицы и конъюктивы обоих глаз), вследствие которой он признан инвалидом 

<

данные изъяты> По результатам расследования произошедшего с ним несчастного случая на производстве установлено, что причиной несчастного случая явилось несоблюдение им Инструкции № 13 по охране труда и техники безопасности для кузнеца ручной ковки (далее также – Инструкция № 13). Должность кузнеца предполагает тяжелые условия труда и повышенный риск получения производственных травм, даже при соблюдении всех правил безопасности кузнец находится под постоянным воздействием факторов риска, в том числе высокой температуры, в связи с чем убежден, что кузнечный цех и его технологическое оборудование представляют собой источник повышенной опасности, вследствие чего причиненный ему вред здоровью подлежит возмещению вне зависимости от вины причинителя вреда. До настоящего времени от полученной травмы он испытывает физические и нравственные страдания, ему причинен моральный вред, который подлежат компенсации за счет ответчика. На основании изложенного ФИО1 просил взыскать с ФКУ «ИК № 5» компенсацию морального вреда в сумме 5 000 000 рублей.

В возражениях на иск представитель ответчика ФИО4 указала, что с исковыми требованиями ФИО1 ФКУ «ИК № 5» не согласно в связи со следующим. Осужденный ФИО1 на основании приказа от 05.12.2016 года зачислен на должность кузнеца бригады № 75. 17.07.2017 года работая на производстве, ФИО1 получена травма обоих глаз, после чего он самостоятельно обратился в дежурную часть ЦТАО, откуда был доставлен в медицинскую часть № ФКУЗ 

<

данные изъяты> ФСИН России где ФИО1 оказана первая медицинская помощь, после чего он был доставлен в КГБУЗ «

<

данные изъяты>» к врачу окулисту по экстренным показаниям, истцу дано направление в глазное отделение 10-й городской больницы 

<

адрес>. 20.07.2017 года ФИО1 был доставлен в указанное лечебное учреждения, ему оказана медицинская помощь и поставлен диагноз. По результатам проверки, проведенной с привлечением Комсомольской-на-Амуре прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях и Государственной инспекции труда в Хабаровском крае установлено, что причиной несчастного случая на производстве явилось нарушение ФИО1 требований п.п.2.1, 2.2, 3.1 и 3.5 Инструкции № 13, а именно выполнение работы, не обусловленной заданием ответственного руководителя без применения средств индивидуальной защиты - защитных очков с небьющимися стеклами, что подтверждено заключением государственной инспекции труда в Хабаровском крае от 07.11.2017 года. По факту получения истцом травмы на производстве СО по г. Советская Гавань СУ СК России по 

<

адрес> проведена процессуальная проверка, по завершению которой вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления. Полагает предъявление ФИО1 требований к ФКУ «ИК № 5» о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве необоснованным в виду отсутствия причинно-следственной связи между действием (бездействием) и решениями должностных лиц и причиненного вреда здоровью истца. На основании изложенного представитель ФКУ «ИК № 5» ФИО4 просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Определением суда от 05.12.2018 года судом к участию в деле на основании ч.3 ст.40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – ГПК РФ) в качестве соответчика привлечена ФСИН России, в качестве третьего лица на стороне ответчика, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на основании ст.43 ГПК РФ ФИО3

Представитель ФСИН России К в возражениях на иск указала, что на основании приказа № 75 от 05.12.2016 года ФИО1 зачислен на должность кузнеца бригады № 75, был ознакомлен с Инструкцией № 13, которой должен руководствоваться при осуществлении трудовой деятельности. Кузнец выполняет работу согласно задания, которое может быть срочным или долгосрочным, задание выписывается инженером отдела производственного обучения и профессиональной подготовки и вносится в журнал регистрации заданий по цехам. В указанном журнале за 2017 год имеется запись № 65 от 14.07.2017 года о поручении ФИО1 изготовить заготовку для вала, которое является долгосрочным и 17.07.2017 года истец должен был выполнять именно это задание (нагреть и отбить на молоте, отковать и закалить). 17.07.2017 года при выполнении осужденным работ, не обусловленных заданием (плавление металла), ФИО1 получена травма обоих глаз. По данному факту проведена проверка в ходе которой установлено, что причинами несчастного случая на производстве явилось нарушение истцом п.2.1, 2.2, 3.1 и 3.5 Инструкции № 13, что подтверждается заключением Государственной инспекции труда в Хабаровском крае от 07.11.2017 года, из которого также следует, что с осужденным проводилось обучение по охране труда и соответствующая проверка знаний. Сам по себе факт причинения вреда здоровью истца в результате противоправных действия самого истца, признанный работодателем несчастным случаем на производстве, не может служить безусловным обстоятельством для наступления ответственности работодателя, поскольку причиной причинения вреда явилось поведение самого истца. Нарушение истцом трудовой дисциплины не свидетельствует о наличии вины работодателя в причинении вреда здоровью истца. Во время получения травмы истец не выполнял свои трудовые обязанности. Доводы истца, что вред здоровью причинен источником повышенной опасности основан на неверном толковании закона. На основании изложенного К просила в иске отказать.

От ФИО3 в письменном виде возражений относительно исковых требований ФИО1 не поступало. 

В судебное заседание 04.02.2019 года представитель соответчика не явился, о времени и месте его проведения был извещен надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие. 

Учитывая изложенное, а также мнение участвующих в деле лиц, руководствуясь ч.ч.1,3,4 и 5 ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя соответчика. 

В состоявшихся по делу судебных заседаниях истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержал, дал пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении и дополнительно пояснив, что 17.07.2017 года токарь, являющийся также осужденным, попросил его сделать заготовки для втулок, при заливке металла в форму металл выплеснулся и попал ему на лицо и в глаза, перед заливкой он нагрел форму, поэтому влаги в форме быть не могло, выплеск металла мог произойти из-за маленького диаметра формы, либо при попадании в форму окалины, когда форму заваривал сварщик. Данную работу он выполнял на улице, возле кузницы. Средства индивидуальной защиты в виде очков в кузнице отсутствуют, за получение средств защиты он нигде не расписывался и они ему не выдавались, инструктаж по технике безопасности с ним не проводился, при приеме на работу ему просто показали рабочее место. Он подчиняется бригадиру при осуществлении трудовой деятельности, в тот день бригадир отсутствовал, поэтому задание ему дал токарь, опыта по плавке металла у него не было. Задания по изготовлению заготовки для вала в тот день он не получал, в журнале о получении задания не расписывался, он даже не представляет, что значит изготовить заготовку для вала. Считает, что при надлежащем обеспечении на рабочем месте техники безопасности получение им травмы можно было избежать, если бы на рабочем месте имелись средства защиты, он бы их использовал при производстве работ. В результате травмы он практически потерял зрение, испытывал сильные боли, 17.07.2017 года он не давал ни какие объяснения, поскольку сделать это ему не позволяло состояние здоровья, его просто попросили расписаться на каком-то документе, что в нем было написано он физически прочитать не мог. 

Представитель ответчика ФИО4 в судебных заседаниях 05.12.2018 года и 31.01.2019 года исковые требования не признала и просила отказать в удовлетворении иска, дала пояснения, аналогичные изложенным в возражениях на иск дополнительно пояснив, что токарь не может давать задания другому заключенному, в день получения травмы истец по просьбе заключенных делал заготовки, данную работу выполнял не в кузнице, а на улице, при приеме не работу с осужденным проводился инструктаж, он был ознакомлен с Инструкцией № 13, в дате ознакомления опечатка, непохожесть подписи истца на его другие подписи может объяснить особенностями почерка истца. Также с истцом проводились инструктажи по технике безопасности, что подтверждается записями в журналах. Защитные очки кузнецу не положены, так как учреждение не производит работ по выплавке металла, если бы истцу была поручена работа, при выполнении которой необходимы защитные очки, то такие очки истцу были бы выданы. В случае отсутствия средств защиты истец не должен был приступать к выполнению работ. 

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании 04.02.2019 года исковые требования не признал пояснив, что в день получения травмы истец выполнял работы не на рабочем месте в кузнице, а на улице, выполнение работ, при которых истцом получена травма, администрацией исправительного учреждения истцу не поручалось, в связи с чем полученную истцом травму нельзя квалифицировать как производственную.

Третье лицо ФИО3 в судебном заседании с иском был не согласен пояснив, что он проводит инструктаж и контролирует выполнение осужденными работ согласно задания. С истцом проводился вводный инструктаж и инструктаж на рабочем месте, 17.07.2017 года истец должен был делать заготовку для вала. Защитные очки в кузнице имелись, остались от предыдущего работавшего кузнецом осужденного, выдавались ли очки ФИО1, сказать не может. При выполнении задания по изготовлению заготовки для вала наличие защитных очков не требуется. 

Свидетель З в судебном заседании показал, что при беседе с ФИО1 последний пояснил, что в тот день токарь дал ему задание изготовить заготовки для изготовления мундштуков для заключенных, металл дал истцу токарь. Дежурный пояснил, что при обходе истец находился на рабочем месте, хотя в тот день должен был делать заготовку для вала, это задание истцом не выполнено. Защитные средства осужденным выдаются по их заявлению, в котором осужденный указывает, что из защитных средств ему необходимо для выполнения тех или иных работ, заявление рассматривается и защитные средства выдаются. На самом рабочем месте защитные средства отсутствуют. Истец должен был сам определить, какие защитные средства ему требуются, если истец не обращался за выдачей защитных средств, то значит, что защитные средства имелись на его рабочем месте. В день получения травмы истец должен был изготавливать заготовку для вала, для чего истцу были выданы очки, плавкой металла учреждение не занимается, если бы истцу была поручена работа, связанная с плавкой, то истцу был бы выдан щиток, поскольку очки безопасность при проведении работ по плавке не обеспечивают. Постоянно контролировать осужденных не представляется возможным. 

Прокурор Борисов А.А. в судебном заседании дал заключение о наличии в действиях истца грубой неосторожности, отсутствии доказательств причинения нравственных страданий, в связи с чем полагал удовлетворить требования истца о компенсации морального вреда частично в размере 150 000 рублей.

Изучив материалы дела, обсудив заявленные исковые требования и возражения ответчика и соответчика относительно них, выслушав участвующих в деле лиц, показания свидетеля. заключение прокурора, суд приходит к следующим выводам. 

В судебном заседании установлено, что ФИО1 на основании приговора Магдагачинского районного суда Амурской области от 28.04.2004 года отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ «ИК № 5». 

Приказом начальника ФКУ «ИК № 5» от 05.12.2016 года № 468 ФИО1 с 02.12.2016 года зачислен на должность кузнеца бригады № 75 (РММ) ЦТАО со сдельной формой оплаты труда.

05.12.2016 года с ФИО1 проведен вводный инструктаж, что подтверждается записью в Журнале вводных инструктажей, 17.01.2017 года, 13.04.2017 года и 03.07.2017 года с ФИО1 проведены повторные инструктажи, что следует из личной карточки ФИО1 о прохождении обучения, 03.07.2017 года с ФИО1 проведен инструктаж на рабочем месте, что следует из записи в журнале инструктажей на рабочем месте. 

17.07.2017 года около 10 часов 30 минут с ФИО1 произошел несчастный случай, в результате которого он получил травму. 

18.07.2017 года ФКУ «ИК № 5» направлено извещение о несчастном случае на производстве. 

Приказом начальника ФКУ «ИК № 5» от 19.07.2017 года № 231 создана комиссия по расследованию произошедшего с истцом несчастного случая.

Приказом начальника ФКУ «ИК № 5» от 19.07.2017 года № 232 назначена служебная проверка по выяснения причин и обстоятельств получения истцом травмы и создана комиссия для проведения служебной проверки. 

19.07.2017 года начальником ФКУ «ИК № 5» утвержден акт о несчастном случае которым установлено, что ФИО1 17.07.2017 года занимался переплавкой алюминия без разрешения сотрудников производства, при заливке расплавленного алюминия в форму ФИО1 не убедился в том, что форма сухая, в результате чего произошел выброс алюминия из формы, брызги которого попали на лицо ФИО1, актом установлено нарушение ФИО1 п.п.2.4, 2.7 и 2.2 Инструкции № 13. 

Распоряжением Государственной инспекции труда в Хабаровском крае от 27.09.2017 года назначено проведение проверки в отношении ФКУ «ИК № 5» в связи с произошедшим с ФИО1 несчастным случаем.

Из акта проверки Государственной инспекции труда в Хабаровском крае от 14.10.2017 года следует, что расследование работодателем несчастного случая на производстве проведено с нарушением требований статей 228, 229, 229.2 ТК РФ – без включения в состав комиссии государственного инспектора труда, представителя органа государственной власти или местного самоуправления, представителя территориального объединения профсоюзов, представителя исполнительного органа страховщика, отсутствует медицинское заключение о характере и степени повреждения по форме 315/у, в связи с чем государственным инспектором принято решение о проведении дополнительной самостоятельной проверки. 

Из заключения государственного инспектора труда от 30.10.2017 года следует, что первичный инструктаж по охране труда и техники безопасности с ФИО1 проведен 05.12.2016 года, повторный 03.07.2017 года, согласно карте специальной оценки условий труда № 47 класс условий труда по рабочему месту истца установлен 3.2. 17.07.2017 года находясь на рабочем месте истец занимался переплавкой алюминия, задание на выполнение данного вида работы истцу не выдавалось, При заливке расплавленного алюминия в приготовленную форму истец не убедился, что форма сухая, вследствие чего при заливке произошел выброс металла, брызги которого попали ФИО1 на лицо, при выполнении работ защитными очками ФИО1 не пользовался. Установленными государственным инспектором труда основными причинами произошедшего с ФИО1 несчастного случая названы: выполнение истцом работ, на выполнение которых ему не выдавалось задание, нарушение п.2.2 и 3.5 Инструкции № 13 «По охране труда и техники безопасности для кузнеца ручной ковки», сопутствующими причинами указаны: неприменение работником средств индивидуальной защиты (нарушение п.п.2.1, 3.1. Инструкции), неосуществление должного контроля со стороны руководителя работ за соблюдением работником техники безопасности при производстве работ, нарушение п.10.2.15 должностной инструкции главного механика энергомеханической группы ФКУ «ИК № 5», лицами, ответственными за допущенные нарушения названы ФИО1 и главный механик ФИО3, не обеспечивший должного контроля за соблюдением техники безопасности ФИО1 при производстве работ, а именно допустивший выполнение работ ФИО1 без применения средств индивидуальной защиты. 

30.10.2017 года Государственным инспектором труда в Хабаровском крае ФКУ «ИК № 5» направлено предписание о необходимости составления акта по форме Н-1. 

07.11.2017 года начальником ФКУ «ИК № 5» утвержден акт о несчастном случае на производств по форме Н-1, в котором изложены те же обстоятельства и выводы, что и в заключении государственного инспектора труда, однако не указаны ни основные причины произошедшего с ФИО1 несчастного случая, не сопутствующие этому причины. 

Согласно имеющейся в материалах дела медицинской документации, в результате травмы ФИО1 получил термический ожог роговицы и коньюктивы 3 степени в стадии токсического увеита, эрозия роговицы обоих глаз, инородное тело, коньюктивы верхнего свода правого глаза, ожоги кожи лица, шеи справа, правой ушной раковины, кожи тела и грудной клетки справа 2-3 степени, термический ожог края век и кожи век обоих глаз 2 степени. 

В результате полученной травмы ФИО1 проходил стационарное лечение с 20.07.2017 года по 11.08.2017 года в КГБУЗ «

<

данные изъяты> №» 

<

адрес>, затем в ФКУЗ 

<

данные изъяты> № ФСИН России, после чего находился на амбулаторном лечении в филиале МЧ № ФКУЗ 

<

данные изъяты> № ФСИН России.

14.02.2018 года ФИО1 установлен диагноз «

<

данные изъяты> 

22.03.2018 года ФИО1 установлена инвалидность 

<

данные изъяты>, причиной инвалидности указано трудовое увечье. 

В соответствии с медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданным 27.07.2017 года КГБУЗ «

<

данные изъяты> №» полученные ФИО1 в результате несчастного случая на производстве телесные повреждения относятся к категории тяжелых. 

Ссылаясь на причинение ему вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве ФИО1 обратился с иском к работодателю о взыскании компенсации морального вреда.

Заявленные ФИО1 исковые требования суд находит подлежащими частичному удовлетворению. 

В силу статей 20 и 41 Конституции Российской Федерации и статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК РФ) жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ст.151 ГК РФ причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда.

В соответствии с ч.1 ст.103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.

Труд осужденных регулируется законодательством Российской Федерации о труде, в связи с чем на администрации исправительного учреждения лежит безусловная обязанность обеспечить безопасность условий труда лиц, привлеченных к труду.

В соответствии со ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее также – ТК РФ) работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ст.212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты; расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний; ознакомление работников с требованиями охраны труда; разработку и утверждение правил и инструкций по охране труда для работников с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов. 

В соответствии со ст.209 ТК РФ охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия. Безопасные условия труда - условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов.

Согласно ст.3 Федерального закона от 24.07.1998 года № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" под несчастный случаем на производстве понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами и которое повлекло в том числе временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Пунктом 3 статьи 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием либо несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 года № 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

В судебном заседании установлено, что несчастный случай с ФИО1 произошел на территории ФКУ «ИК № 5» в рабочее время.

Согласно ч.1 ст.229 ТК РФ для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

В соответствии с ч.ч.1 и 5 ст.229.2 ТК РФ при расследовании каждого несчастного случая комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя (его представителя) и по возможности объяснения от пострадавшего. На основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Согласно ч.ч.1, 4 и 5 ст.230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации. В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве. После завершения расследования акт о несчастном случае на производстве подписывается всеми лицами, проводившими расследование, утверждается работодателем (его представителем) и заверяется печатью (при наличии печати).

Таким образом, в соответствии с приведенными нормами трудового законодательства акт о несчастном случае на производстве - это документ, оформляемый по результатам расследования несчастного случая комиссией, созданной работодателем, в котором указываются, в том числе, причины несчастного случая, лица, допустившие нарушения требований охраны труда, предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев. При несогласии с актом заинтересованные лица вправе оспорить его в судебном порядке.

Заключением государственного инспектора труда в Хабаровском крае от 30.10.2017 года произошедший с ФИО1 несчастный случай квалифицирован как связанный с производством, с указанным заключением о необходимости квалификации произошедшего с истцом несчастного случая, как связанного с производством, ответчик согласился, предписание государственного инспектора труда в судебном порядке не оспаривал, по предписанию составил акт по форме Н-1.

Как следует из заключения инспектора труда и из акта по форме Н-1 17.07.2017 года ФИО1 находился на своем рабочем месте в кузнице ЦТАО ФКУ «ИК № 5» и занимался переплавкой алюминия, задание на выполнение этой работы истцу не давалось, при заливке расплавленного алюминия в форму ФИО1 не убедился, что форма сухая в результате чего произошел выброс металла с попаданием на лицо истца, при выполнении работ защитными очками ФИО1 не пользовался. 

Актом о несчастном случае на производстве установлено, что причинами несчастного случая являются: выполнение ФИО1 работы, задание на выполнение которой истцу не давалось, нарушение ФИО1 п.п.2.1, 2.2, 3.1 и 3.5 Инструкции; неосуществление должного контроля со стороны руководителя работ за соблюдением работником техники безопасности при производстве работ.

Лицами, допустившими нарушения требований охраны труда указаны ФИО1 и главный механик энергомеханической группы ФИО3

Как установлено при рассмотрении дела, 14.07.2017 года ФИО1 было дано задание на изготовление заготовки для вала, сведений о поручении истцу какой-либо работы 17.07.2017 года Журнал регистрации заданий по цехам не содержит. 

Из пояснений ФИО1 следует, что на 17.07.2017 года выполнение какой-либо работы ему не поручалось, он выполнял работу по просьбе токаря.

Согласно п.2.1 Инструкции № 13 кузнец перед началом работы должен осмотреть и надеть спецодежду, спецобувь и другие средства индивидуальной защиты установленного образца (п.2.1); получить задание на выполнение работ у руководителя работ (п.2.2); применять во время работы выданные ему средства индивидуальной защиты, в том числе обязательно применять защитные очки с небьющимися стеклами (п.3.1); выполнять только ту работу, которая ему поручена руководителем работ (п.3.5).

Согласно п.2.6 Инструкции № 13 в случае неполного обеспечения средствами защиты или их отсутствия, а также в случае не обеспечения безопасных условий выполнения работ, приступать к выполнению работ кузнецу запрещается до устранения указанных нарушений. 

Доказательств обеспечения истца средствами индивидуальной защиты, в том числе защитными очками, ответчиком не представлено (согласно ведомостям за 2017 год из средств защиты ФИО1 были выданы только перчатки), тот факт, что средствами защиты истец не обеспечивался следует из пояснений самого истца и показаний свидетеля З который пояснил, что осужденный должен сам определить какие средства защиты ему требуются при выполнении тех или иных видов работ и обратиться к работодателю за их получением, что противоречит требованиям статей 22 и 212 ТК РФ.

Доводы ответчика о том, что работы по плавке металла в учреждении вообще не производятся опровергаются должностной инструкцией кузнеца, утвержденной начальником учреждения 29.06.2012 года согласно которой в должностные обязанности кузнеца входит загрузка и выгрузка металла из печей, розжиг нагревательных печей и горнов. 

Таким образом, исходя из должностной инструкции и Инструкции № 13 защитными очками с небьющимися стеклами истец должен был обеспечен в любом случае, однако доказательства обеспечения истца средствами индивидуальной защиты в материалах дела отсутствуют. 

К представленному ответчиком листу ознакомления истца с Инструкцией № 13 и пояснениям представителя ответчика об опечатке в этом листе суд относится критически, поскольку дата ознакомления истца с Инструкцией в листе указана как 05.12.2017 года, имеющаяся в листе подпись от имени истца явно не похожа на все иные подписи ФИО1 на документах, имеющихся в материалах дела. 

Сам ФИО1 факт ознакомления с Инструкцией отрицает. 

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств ознакомления истца с Инструкцией № 13 в связи с чем в вину истцу нельзя поставить нарушение им положений указанной Инструкции.

Пояснения истца о выполнении им работ по просьбе токаря ответчиком не опровергнуты, данных о том, что 17.07.2017 года истцу поручалось выполнение иной работы, ответчиком не представлено, а поскольку суд приходит к выводу об отсутствии доказательств ознакомления истца с Инструкцией, то говорить о том, что истец выполнял работу, которая ему не поручалась, нельзя.

Выполнение истцом работ и соблюдение требований техники безопасности при производстве работ работодателем не контролировалось, доводы ответчика о том, что работы истец осуществлял в перерывах между обходами в тайне от администрации учреждения судом признаются необоснованными, поскольку работы истцом выполнялись с применением формы для плавки металла, о наличии которой в кузнице работодателю должно было быть известно, поскольку учреждение является режимным, для плавки металла необходимо создать высокую температуру на протяжении достаточно длительного периода времени, что невозможно сделать незаметно с учетом режимности учреждения, при этом работы истцом производились не скрытно, а на открытой территории возле кузницы. 

Поскольку несчастный случай произошел с истцом в рабочее время, при исполнении трудовых обязанностей, этот несчастный случай является связанным с производством. 

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что причинами произошедшего с истцом несчастного случая на производстве явились: не ознакомление работодателем истца с должностной инструкцией, не обеспечение положенными средствами индивидуальной защиты, не осуществление контроля за соблюдением работником техники безопасности при производстве работ. 

Согласно п.2 ст.1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Факта грубой неосторожности истца и степени его вины по результатам расследования несчастного случая на производстве, а также при рассмотрении дела не установлено.

Не имеют правового значения и не могут быть приняты судом во внимание доводы ответчика об отсутствии его вины в причинении вреда здоровью истца в результате производственной травмы, поскольку данные доводы, по существу, направлены на оспаривание акта от 17.11.2017, для чего законодателем установлен иной порядок.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о наличии вины ответчика в причинении работнику увечья в результате производственной травмы и, как следствие, о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца.

В соответствии с п.2 ст.151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

Согласно п.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

На основании ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В п.63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно п.32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Принимая во внимание все установленные в судебном заседании обстоятельства, степень и характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, степень вины как работника, так и работодателя, учитывая принципы разумности и справедливости, суд считает возможным удовлетворить требования ФИО1 о компенсации морального вреда частично, в размере 200 000 рублей.

Доказательств причинения ему морального вреда на сумму компенсации в размере 5 000 000 рублей истцом не представлено. 

Стороны от уплаты государственной пошлины в соответствии с подп.3 и 19 п.1 ст.333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобождены.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 198 и 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд,

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с Федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 5» УФСИН России по Хабаровскому краю в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Хабаровского краевого суда через Советско-Гаванский городской суд Хабаровского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Мотивированное решение суда изготовлено 11.03.2019 года. 

Судья подпись К.П. Бугаёв

Копия верна: судья К.П. Бугаёв