Дело № 2-750/2019

(24RS0040-02-2019-000647-92)

РЕШЕНИЕ

 Именем Российской Федерации 

г.Норильск 22 августа 2019 г.

Норильский городской суд (в районе Талнах) Красноярского края в составе председательствующего судьи Григорица С.Н., 

при секретаре Боровковой И.О., 

с участием представителей истца ФИО1 – Фадеевой Е.Н. и ФИО2,

ответчика ФИО3,

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-750/2019 по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о возмещении неосновательного обогащения в размере 759298 рублей 50 копеек, процентов за пользование чужими средствами в размере 1702 рубля 50 копеек, процентов за пользование чужими средствами за период с даты подачи иска по дату фактической уплаты долга, уплаченной государственной пошлины в размере 10810 рублей 01 копейка, мотивируя следующим.

Истцом ФИО1 01 августа 2017 г. было заключено соглашение об авансе, согласно которому не позднее 27 ноября 2017 г. в ее собственность должна была перейти 

<

адрес>. По независящим от нее обстоятельствам, ввиду того, что собственник указанного жилого помещения отказался от сделки купли-продажи квартиры, переход права собственности не состоялся. Вместе с тем, после заключения соглашения, будучи уверенной в том, что в течение ближайших четырех месяцев она станет собственником вышеуказанной квартиры, истец произвела в ней следующие ремонтные работы: демонтаж стен и полов, выравнивание стен, замену электропроводки, окон, дверей, сантехники, подводок, кранов и установку счетчиков, монтаж навесных потолков, укладку ламината, укладку плитки в ванной комнате. Общие затраты на проведение ремонтных работ составили 743298 рублей 50 копеек. В настоящее время квартира с произведенными за ее счет улучшениями остается в собственности ответчика. Кроме того, за ответчика ею была внесена плата за жилое помещение и коммунальные услуги за период с августа по ноябрь 2017 г. в общей сумме 16000 рублей. Таким образом ответчицей безосновательно приобретено и (или) сбережено за ее счет имущество на общую сумму 759298 рублей 50 копеек, что явилось основанием для обращения истца в суд.

25 июля 2019 г. представитель истца ФИО1 – ФИО2, действующий на основании доверенности № от 22 июля 2019 г. (л.д.68), в порядке ст.39 ГПК РФ увеличил исковые требования и просит суд взыскать с ФИО3 сумму неосновательного обогащения в размере 759298 рублей 50 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 95031 рубль 93 копейки, проценты за пользование чужими денежными средствами с даты рассмотрения гражданского дела по день вынесения решения суда, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 10810 рублей 01 копейку, о чем представил письменное заявление (л.д. 69-70).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о дне, времени и месте рассмотрения дела была уведомлена судом надлежащим образом.

Представители истца ФИО1 – ФИО2, действующий на основании вышеуказанной доверенности (л.д.68), и адвокат Фадеева Е.Н., действующая на основании ордера № от 25 июля 2019 г. (л.д.66), в судебном заседании на уточненных исковых требованиях настаивали по изложенным в исковом заявлении доводам и суду пояснили, что после заключения 01 августа 2017 г. с ответчиком ФИО3 соглашения об авансе истец не позднее ДД.ММ.ГГГГ должна была стать собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, поэтому ФИО1 в квартире произвела ремонт, в которой хотела проживать. В соглашении между сторонами была согласована обязанность следить за квартирой и оплачивать ЖКУ, проведение ремонта истцом сторонами не было согласовано. Вместе с тем, из акта, представленного ответчиком, видно, что жилое помещение до ремонта находилось в неудовлетворительном состоянии и требовался ремонт. В соответствии с п. 2 ст.1102 ГК РФ правила, предусмотренные главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли. То, что спорная квартира была выставлена на продажу и был заключен предварительный договор купли-продажи, подтверждается материалами гражданского дела №). Те обстоятельства, которые были установлены в рамках рассмотрения данного гражданского дела, никем из участников процесса не оспорены. То, что ответчик неосновательно обогатилась, подтверждается тем, что в предварительном договоре купли-продажи квартира оценена в 500000 рублей, в последующем продана уже за 1100000 рублей, то есть именно вследствие ремонта, произведенного истцом, стоимость квартиры увеличилась. В подтверждение данного факта истцом приложены копии чеков и квитанций. Договора с подрядными организациями, которые занимались ремонтом, оформлялись на ФИО5, но фактически ремонт, а также коммунальные услуги с июля по ноябрь 2017 г. оплачивала истец, что также было установлено в ходе рассмотрения гражданского дела №. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении ФИО1 и суду пояснила, что 13 июля 2017 г. между ней и ФИО6 был заключен предварительный договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Впоследствии ФИО5 предложила ей заключить сделку купли-продажи с третьим лицом, но она отказалась. С истцом ФИО1 ответчик не была знакома. 01 августа 2017 г. между ФИО5 и ФИО1 было заключено соглашение о намерении приобретения жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, которое было подписано ФИО5 и ФИО1 Ответчик данное соглашение не подписывала, доверенность ФИО5 действовать от ее имени и от имени дочери ФИО10, не давала. Все договорные отношения истец осуществила исключительно с ФИО5 Кроме того, договор передачи в собственность квартиры по адресу: 

<

адрес> был заключен 11 сентября 2017 г., а право собственности ФИО3 зарегистрировано 05 октября 2017 г., и с этого времени она и ее несовершеннолетняя дочь ФИО10 стали общими долевыми собственниками квартиры по 1/2 доле каждый. До этого квартира находилась в муниципальной собственности. На момент продажи квартиры ФИО7 22 октября 2018 г. дочь уже являлась совершеннолетней, но ответчик заключая договор купли-продажи, действовала за себя и как представитель дочери по доверенности. Полученные денежные средства от продажи квартиры, ответчик полностью оставила себе, не передавая дочери. 

Представитель ответчика ФИО3 - ФИО4, действующая на основании доверенности № от 15 января 2018 г. (л.д.67), просила в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 отказать, поскольку из решения от 15 февраля 2018 г. по делу №2-59/ 2018 следует, что ФИО1 в оспариваемый период являлась недобросовестным владельцем и понимала, что производя ремонтные работы берет на себя риски, связанные с тем, что переход права собственности на ее имя может и не осуществиться по независящим от нее причинам. Следовательно, ФИО1 по смыслу п.2 ст.303 ГК РФ вправе требовать возмещения только тех затрат, осуществление которых было необходимо. Между тем, каких-либо бесспорных и достоверных доказательств, подтверждающих необходимость произведенных истцом ремонтных работ, в нарушение положений ст.56 ГПК РФ не представлено. При этом следует учитывать, что согласно п.3 акта приема-передачи от 01 августа 2017 г., подписанного ФИО5 и ФИО1, квартира по 

<

адрес>, передана в надлежащем состоянии, стороны претензий не имеют. О том, что квартира продается в состоянии, требующем капитального ремонта, не указано. Квартира была в жилом, пригодном состоянии для проживания и использования по назначению, обратного не установлено при рассмотрении дела №. Также в ходе рассмотрения дела № установлено, что ни истец, ни третье лицо ФИО5 не предпринимали мер к понуждению исполнителей ремонтно-строительных работ заключить договоры на выполнение услуг с собственником квартиры ФИО3, заключая договоры и оформляя чеки на ФИО5, которая была стороной договора с ответчиком. Истцом не доказан и не подтвержден факт необходимости понесенных затрат, а также согласования с ответчиком ФИО3 проведения ремонтных работ, объема ремонтных работ, их стоимости, тарифов поставщиков этих услуг. ФИО1 производила ремонт в квартире по своему личному усмотрению и для своего комфортного проживания, поэтому приняла на себя весь риск неполучения оплаты за произведенный ремонт. Вместе с тем, это не доказывает, что в результате улучшений обогатилась ФИО3, т.к. стоимость аналогичного жилья на октябрь 2018 г., то есть момент ее продажи ФИО8, без учета ремонта составляла от 1000000 до 1200000 рублей. Кроме того, спорную квартиру ФИО3 продавала без учета выполненного ремонта. 13 ноября 2017 г. ответчик направила ФИО5 заказное письмо, а также смс-сообщение и требовала передать ключи и квартиру до 20 ноября 2017 г. Ответчик, как собственник жилого помещения, дала возможность ФИО5 и ФИО1 вывезти из квартиры все, что им принадлежит, поэтому у них была возможность при желании, забрать из квартиры то имущество, которое можно отделить, но этого не было сделано. Следовательно, ответчик не имела корыстных мотивов завладеть имуществом истца, а продажа квартиры была ее целью с июля 2017 г. Кроме того, решением по делу № установлено, что ФИО3 приложила все усилия, чтобы сделка купли-продажи между ней и третьим лицом ФИО5 состоялась и она была признана судом невиновной в несостоявшейся сделке, поэтому исключается ответственность ответчика перед ФИО5 и ФИО9 Л.С за последствия их самовольных действий в отношении спорной квартиры. ФИО1 сама инициировала проведение дорогостоящего ремонта и перепланировки в квартире, поэтому принятые на себя обязанности являются односторонней сделкой в чужом интересе, которые не вытекают из договора поручения либо договора на оказание возмездных услуг или из любого другого договора, заключенного именно с ответчиком ФИО3 Договор о намерении от 01 августа 2017 г., заключенный между третьим лицом ФИО5 и истцом в силу п.3 ст.308 ГК РФ не создает обязанностей для ФИО3, т.к. она не является стороной этого договора, полномочий ФИО5 на его заключение и подписание как от своего имени, так и от имени своей дочери ФИО10 не давала. Тем самым, выполнение услуг, не обусловленных согласием ответчика ФИО3, не порождает обязанности по их оплате. Третье лицо ФИО5 при совершении сделки, введя в заблуждение истца о правомерности своих действий на право распоряжения отчуждаемым имуществом, незаконно передала в распоряжение истцу спорную квартиру и приняла денежное вознаграждение в сумме 500000 рублей в качестве предоплаты стоимости спорной квартиры, собственником которого не являлась и полномочий на распоряжение которой не имела. Порядок оплаты истцом жилищно-коммунальных платежей до перехода права собственности определен сторонами п.1.12 соглашения о намерении от 01 августа 2017 г., п.4 акта приема-передачи спорной квартиры, поэтому оплата ЖКХ - это исключительная обязанность истца по условиям этого договора, т.к. она пользовалась указанной квартирой в указанный период. Сам по себе ремонт квартиры за счет средств истца не влечет оснований для получения истцом имущественного права на возмещение стоимости строительных материалов и работ по ремонту этой квартиры, поскольку для состава неосновательного обогащения необходимо доказать наличие соответствующих возмездных соглашений между титульными владельцами спорной квартиры и истцом о приобретении последним после завершения ремонта имущественных благ, поскольку не всякое обогащение одного лица за счет другого порождает у потерпевшего лица право требовать его возврата. 

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО8, ФИО5, будучи извещенными надлежащим образом, в судебное заседание не явились, отзыва на иск не представили. 

Выслушав представителей истца Фадееву Е.Н. и ФИО2, ответчика ФИО3, ее представителя ФИО4, исследовав и оценив по правилам ст.67 ГПК РФ собранные по делу доказательства в их совокупности, руководствуясь ст.ст. 55 - 56, 59 - 60 ГПК РФ, суд находит заявленные исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с п.1 ст.8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии с п.1 ст.420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу п.1 ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (ч. 1 ст. 432 ГК РФ).

По смыслу ст.429 ГК РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора, а если форма основного договора не установлена, то в письменной форме. Несоблюдение правил о форме предварительного договора влечет его ничтожность. Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также другие существенные условия основного договора. В предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор. Если такой срок в предварительном договоре не определен, основной договор подлежит заключению в течение года с момента заключения предварительного договора. В случаях, когда сторона, заключившая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, применяются положения, предусмотренные пунктом 4 статьи 445 настоящего Кодекса.

Обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор.

В судебном заседании установлено следующее:

01 августа 2017 г. между ФИО5, именуемой Сторона-1, и ФИО1, именуемой Сторона-2, заключено соглашение о намерении приобретения жилого помещения по адресу: 

<

адрес> (л.д.11-12). 

Согласно п.1.2 Сторона-1 обязуется передать право собственности на квартиру Стороне-2 после оформления в свою личную собственность.

Стоимость квартиры определена сторонами в 700000 рублей, которая изменению не подлежит (п.1.4). При совершении сделки и окончательных расчетах Сторона-2 передает: 500000 рублей наличным расчетом в день подписания настоящего соглашения, 200000 рублей наличным расчетом в момент подписания основного договора купли-продажи квартиры (п.1.6).

В соответствии с п.1.5 стороны обязуются заключить основной договор купли-продажи, подлежащий государственной регистрации не позднее 15 ноября 2017 г.

Пунктом 1.7 предусмотрено, что стороны обязаны не позднее 14 ноября 2017 г. предоставить все документы, необходимые для совершения сделки купли-продажи квартиры и государственной регистрации перехода права собственности в установленном законом порядке. 

Согласно п.1.10 Сторона-1 обязуется передать квартиру Стороне-2 в состоянии, идентичном состоянию на момент осмотра, и обеспечить сохранность имущества, находящегося в квартире.

Сторона-2 обязуется оплачивать жилищно-коммунальные услуги с момента передачи ключей от вышеуказанной квартиры, что подтверждается подписанием акта приема-передачи квартиры (п.1.12).

01 августа 2017 г. по Акту приема-передачи ФИО5, действующая от имени ФИО3, передала ФИО1 однокомнатную квартиру по адресу: 

<

адрес>, и 1 комплект ключей от квартиры, которая передана в надлежащем состоянии, стороны претензий друг к другу не имеют. Истец ФИО1 обязалась оплачивать жилищно-коммунальные услуги и услуги по электроэнергии с 01 августа 2017 г. (л.д.8).

В доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения также 01 августа 2017 г. между ФИО5, действующей от имени ФИО3 без оформленных в законном порядке полномочий, именуемой «продавец», и ФИО1, именуемой «покупатель», заключено соглашение об авансе, согласно п.1.2 которого покупатель имеет намерение приобрести у продавца в собственность, а продавец имеет намерение продать покупателю объект недвижимого имущества по адресу: 

<

адрес>. Стоимость квартиры сторонами определена в размере 700000 рублей (п.2.1).

Стороны обязались заключить основной договор купли-продажи, подлежащий государственной регистрации, не позднее 10 октября 2017 г., что отражено в п.2.2 соглашения об авансе.

Пунктом 2.3 соглашения об авансе стороны определили, что при совершении сделки и окончательных расчетов покупатель передает: 500000 рублей наличным расчетом в день подписания настоящего соглашения; 200000 рублей наличным расчетом в момент подписания основного договора купли-продажи. 

В соответствии с п.3.1 соглашения об авансе стороны обязались не позднее 06 октября 2017 г. предоставить все документы, необходимые для совершения сделки купли-продажи квартиры и государственной регистрации перехода права собственности в установленном законом порядке. Порядок полготовки необходимых документов сторонам известен. 

Согласно п.5.1 соглашения об авансе за неисполнение или ненадлежащее исполнение договора стороны несут ответственность в соответствии с действующим законодательством РФ (л.д.9-10).

Соглашение об авансе было подписано сторонами 01 августа 2017 г., и истец ФИО1 передала ФИО5 аванс в размере 500000 рублей. Данные факты сторонами не оспариваются. 

После заключения между сторонами соглашения о намерении приобретения жилого помещения, соглашения об авансе и передаче истцу ФИО1 по акту приема-передачи жилого помещения – однокомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, истец произвела в данном жилом помещении ремонт на общую сумму 743298 рублей 50 копеек, что подтверждается: чеком ИП ФИО13 от 10 августа 2017 г. на сумму 2000 рублей (л.д. 13); чеками 

<

данные изъяты>» от 15 сентября 2017 г. на сумму 500 рублей (л.д. 14); чеком № от 15 сентября 2017 г. ИП ФИО14 на сумму 500 рублей (л.д. 15); чеком № от 15 сентября 2017 г. ИП ФИО15 на сумму 10500 рублей (л.д. 16); чеком Стройцентр «Слон» от 15 сентября 2017 г. на сумму 32366 рублей 50 копеек (л.д. 17); чеком № от 15 сентября 2017 г. ИП ФИО15 на сумму 32366 рублей 50 копеек (л.д. 18); чеком ИП ФИО11 от 09 августа 2017 г. на сумму 3050 рублей (л.д. 19); товарным чеком ИП ФИО13. от 09 августа 2017 г. на сумму 3050 рублей (л.д. 20); чеком № от 30 августа 2017 г. ИП ФИО16 на сумму 120853 рубля 35 копеек (л.д. 22); договором № от 08 августа 2017 г., заключенным между ИП ФИО17 и ФИО1 на доставку и установку изделий из ПВХ профиля по адресу: 

<

адрес> сумму 51000 рубля, квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 08 августа 2017 г. на сумму 51000 рублей (л.д. 23, 24); договором № от 09 августа 2017 г., заключенным между ИП ФИО17 и ФИО1 на бесплатную доставку стальной двери, стоимостью 42500 рублей по адресу: 

<

адрес>, квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 09 августа 2017 г. на сумму 42500 рублей (л.д. 25, 26); чеком от 12 сентября 2017 г. на сумму 12330 рублей (л.д. 28); договором на выполнение работ по монтажу натяжных потолков № от 02 ноября 2017 г., заключенным между компанией 

<

данные изъяты> ИП ФИО18 и ФИО1 на сумму 40000 рублей (л.д. 29-30); чеком магазина 

<

данные изъяты> от 20 октября 2017 г. на сумму 3684 рубля (л.д. 31); чеком № от 20 октября 2017 г. ИП ФИО16 на сумму 3684 рубля (л.д. 32); товарным чеком ИП ФИО13 от 23 августа 2017 г. на сумму 390 рублей (л.д. 33); товарным чеком ИП ФИО13 от 09 сентября 2017 г. на сумму 1000 рублей (л.д. 34); чеком на сумму 1165 рублей (л.д. 34); чеком ИП ФИО13 от 10 августа 2017 г. на сумму 2000 рублей (л.д. 35); чеком ИП ФИО13 от 10 августа 2017 г. на сумму 2000 рублей (л.д. 36); накладной ИП ФИО12 от 19 августа 2017 г. на сумму 14450 рублей (л.д. 37); накладной ИП ФИО31 от 28 августа 2017 г. на сумму 5300 рублей (л.д. 38); накладной ИП ФИО31 от 09 августа 2017 г. на сумму 13400 рублей (л.д. 39); чеком ИП ФИО19 от 11 сентября 2017 г. на сумму 1667 рублей, чеком на сумму 7777 рублей 05 копеек, чеком ИП ФИО19 от 12 октября 2017 г. на сумму 583 рубля 95 копеек (л.д. 40); чеком от 06 августа 2017 г. на сумму 714 рублей, чеком ИП ФИО13 от 14 сентября 2017 г. на сумму 1260 рублей, чеком на сумму 1647 рублей (л.д. 41); товарным чеком от 21 сентября 2017 г. ИП ФИО22 на сумму 1904 рубля, чеком ИП ФИО13. от 10 августа 2017 г. на сумму 1200 рублей, товарным чеком ИП ФИО19 от 21 сентября 2017 г. на сумму 1990 рублей, чеком от 11 сентября 2017 г. ИП ФИО20 на сумму 1500 рублей, чеком Стройградик от 30 сентября 2017 г. на сумму 11014 рублей 30 копеек, ссеком магазина «

<

данные изъяты> от 11 сентября 2017 г. на сумму 1667 рублей 70 копеек (л.д. 42); товарным чеком магазин «

<

данные изъяты> от 05 ноября 2017 го. на сумму 456 рублей, чеком ИП ФИО19 от 30 сентября 2017 г. на сумму 945 рублей 25 копеек, чеком ИП ФИО19от 04 октября 2017 г. на сумму 1192 рубля 25 копеек, чеком на сумму 450 рублей, чеком ИП ФИО19 от 22 сентября 2017 г. на сумму 3353 рубля 50 копеек, чеком от 04 августа 2017 г. на сумму 1353 рубля (л.д. 43); чеком ИП ФИО22 от 18 августа 2017 г. на сумму 10130 рублей 70 копеек, чеком ИП ФИО21 от 22 сентября 2017 г. на сумму 25675 рублей, чеком ИП ФИО19 от 08 сентября 2017 г. на сумму 2495 рублей 50 копеек, чеком ИП ФИО19 от 16 ноября 2017 г. на сумму 3754 рубля 50 копеек (л.д. 44); чеком на сумму 225 рублей, чеком магазина «Мир хозяйственных товаров» от 04 октября 2017 г. на сумму 1192 рубля 25 копеек, чеком от 29 сентября 2017 г. на сумму 740 рублей 70 копеек, товарным чеком от 06 августа 2017 г. на сумму 480 рублей 25 копеек (л.д. 45). 

Также истцом ФИО1 была произведена оплата за жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, жилищно-коммунальных услуг с августа по ноябрь 2017 г. в общей сумму 16000 рублей.

Таким образом, общая сумма расходов истца ФИО1 на проведение ремонтных работ и оплате жилищно-коммунальных услуг составляет 759298 рублей 50 копеек (743298,50+16000=759298,50руб.), которые истец просит взыскать с ответчика ФИО3 как неосновательное обогащение 

Согласно п.1 ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Статьей 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Статья 1102 ГК РФ предусматривает, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Из решения Норильского городского суда (в районе Талнах) от 15 февраля 2018 г., вступившего в законную силу 25 июня 2018 г., по гражданскому делу № по иску ФИО5 к ФИО3 о понуждении к заключению договора купли-продажи жилого помещения по адресу: 

<

адрес> на условиях, предусмотренных предварительным договором купли-продажи жилого помещения (квартиры) от 13 июля 2017 г., компенсации морального вреда (л.д.124-137), установлено следующее: 

13 июля 2017 г. между ФИО3 и ответчиком ФИО5 был заключен предварительный договор купли-продажи жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, и стороны договора намерены были заключить основной договор купли-продажи, подлежащий государственной регистрации, не позднее 31 октября 2017 г. 01 августа 2017 г. ответчик ФИО5 заключила соглашение о намерении приобретения данного спорного жилого помещения с истцом ФИО1, и получила в этот же день по договору 500000 рублей, передела квартиру и ключи по акту приема-передачи ФИО1, незаконно действуя от имени ФИО24 На момент подписания предварительного договора купли-продажи жилого помещения между ФИО3 и ответчиком ФИО5 (13 июля 2017 г.) и на момент заключения между ответчиком ФИО5 и истцом ФИО1 соглашения о намерении 

<

адрес>, район Талнах, 

<

адрес>, находилось в собственности муниципального образования 

<

адрес>. Договор передачи жилого помещения в собственность ФИО3 и ФИО10 по 1/2 доли граждан № был заключен с Управлением жилищного фонда Администрации 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, право собственности на жилое помещение было зарегистрировано 05 октября 2017 г., а 08 ноября 2017 г. Распоряжением зам.Главы г.Норильска по социальной политике Администрации г.Норильска было дано разрешение ФИО3, ФИО23 дать согласие несовершеннолетней дочери ФИО10, на совершение сделки купли-продажи принадлежащей ей 1/2 доли в праве собственности на однокомнатную квартиру по адресу: 

<

адрес>. 

Решением суда от 15 февраля 2018 г. в удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО3 о понуждении к заключению договора купли-продажи отказано, поскольку обязательства по предварительному договору прекратились (предварительный договор купли-продажи жилого помещения (квартиры) от 13 июля 2017 г. пролонгирован не был и утратил силу после 31 октября 2017 г.), а основной договор купли-продажи до 31 октября 2017 г. (включая указанную дату) между сторонами заключен не был по вине ФИО5 

Таким образом, жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, не перешло в собственность ответчику ФИО5, и договор купли-продажи в установленные соглашением о намерении приобретения жилого помещения и соглашением об авансе от 01 августа 2017 г. сроки между ФИО5 и ФИО1 заключен не был, жилое помещение по адресу: 

<

адрес> собственность истцу ФИО1 передано не было. 

Также решением суда от 15 февраля 2018 г. установлено, что после передачи 01 августа 2017 г. по Акту приема-передачи ФИО5, якобы действующей от имени ФИО25, однокомнатной квартиры по адресу: 

<

адрес> ключей ФИО1, последней в спорной квартире были произведены ремонтные работы. 

Согласно ч.2 ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

По смыслу ст.1102 ГК РФ обогащение может быть признано неосновательным, если отсутствуют предусмотренные законом правовые основания для приобретения или сбережения имущества.

Для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо одновременное наличие трех условий: наличие обогащения; обогащение за счет другого лица; отсутствие правового основания для такого обогащения.

Согласно п.4 ст.1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

В силу ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ст.67 ГПК РФ).

При этом каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ст.56 ГПК РФ).

Таким образом, в судебном заседании достоверно установлено, что истец ФИО1 не являлась собственником жилого помещения – однокомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, поэтому, производя ремонтные работы, действовала самовольно, не согласовывая производимый ремонт квартиры с ответчиком ФИО26, на свой страх и риск. Доказательств, подтверждающих дачу согласия ответчика на проведение ремонта в квартире, не представлено. Кроме того, на момент заключения между ФИО5 и ФИО28 соглашения о намерении приобретения жилого помещения (ДД.ММ.ГГГГ), жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, находилось в собственности муниципального образования 

<

адрес>, о чем было известно ФИО5 с 13 июля 2017 г., то есть с момента заключения предварительного договора купли-продажи с ФИО3, однако о данном факте она не уведомила ФИО28 Ответчик ФИО3 каких-либо полномочий для заключения с ФИО28 соглашения о намерении приобретения жилого помещения не передавала ФИО5 Полученный аванс от ФИО1 в размере 500000 рублей ФИО5 не передавала ответчику ФИО3 Таким образом, ответчик не является стороной заключенного между ФИО5 и ФИО28 соглашения о намерении приобретения жилого помещения от 01 августа 2017 г., которое ответчик не подписывала, и между ней и ФИО28 не были достигнуты все его существенные условия. Таких полномочий ответчик ФИО3 не давала ФИО5 и после передачи ей и дочери ФИО10 в общую долевую собственность указанного жилого помещения. 

Кроме того, в соглашении о намерении приобретения жилого помещения от 01 августа 2017 г. указано, что ФИО5 обязуется передать ФИО1 квартиру в состоянии, идентичном состоянию на момент осмотра, и обеспечить сохранность имущества, находящегося в квартире (п.1.10); в акте приема-передачи от 01 августа 2017 г. указано, что квартира передана ФИО5 истцу ФИО1 в надлежащем состоянии, стороны претензий не имеют (п.3). 

Истец ФИО1 была ознакомлена с условиями соглашения, и, подписывая его, каких-либо претензий не предъявила. 

Таким образом, между ФИО5 и ФИО1 не было согласовано проведение ремонтных работ в указанном жилом помещении, что не оспаривалось в судебном заседании истцом. Доказательств необходимости проведения ремонтных работ в жилом помещении, в нарушение ст.56 ГПК РФ, истцом ФИО1 суду не представлено и таких доказательств не добыто в ходе судебного разбирательства. 

Доводы истца о том, что квартира была передана в ненадлежащем состоянии и требовался ремонт, что подтверждается представленным ответчиком ФИО3 актом приема-передачи жилого помещении, суд находит необоснованными, поскольку согласно представленному акту приема-передачи жилое помещение было передано муниципальным образованием г.Норильск ФИО3 10 сентября 2015 г. (л.д.120), поэтому данный акт не может являться доказательством фактического состояния жилого помещения на момент заключения соглашение о намерении приобретения жилого помещения между ФИО5 и ФИО1 01 августа 2017 г.

Доводы стороны истца о том, что неосновательное обогащение ответчика ФИО3 выражается в том, что после произведенных истцом ремонтных работ в жилом помещении, его стоимость увеличилась с 500000 рублей до 1100000 рублей, суд находит несостоятельными, поскольку средняя рыночная стоимость квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, согласно справке 

<

данные изъяты> от 08 августа 2019 г. с учетом серии, площади, месторасположения, состоянии и качества ремонта на октябрь 2018 г. округленно составляет 1100000 рублей (л.д.114), согласно справке от 15 августа 2019 г. ИП ФИО27 на октябрь 2018 г. составляет 1150000 рублей (л.д.115), согласно справке от 13 августа 2019 г. 

<

данные изъяты> по состоянию на 22 октября 2018 г. составляет 110000 рублей (л.д.116), согласно справке от 20 августа 2018 г. 

<

данные изъяты>» в период с сентября – октябрь 2018 г. составляет от 1000000 до 1200000 рублей (л.д.117), по состоянию на июль 2017 г. составляет в среднем 750000 рублей (л.д.118).

Ответчик ФИО3 22 октября 2018 г. по договору купли-продажи продала жилое помещение – однокомнатную квартиру по адресу: 

<

адрес>, за цену 1100000 рублей (л.д.58-59), что соответствует среднерыночной стоимости жилого помещения по состоянию на октябрь 2018 г.

Доводы стороны истца о том, что неосновательное обогащение ответчика ФИО3 выражается в том, что истцом была внесена плата за жилое помещение и коммунальные услуги за период с августа по ноябрь 2017 г. в общей сумме 16000 рублей, суд находит необоснованным, поскольку по условиям соглашения о намерении приобретения жилого помещения от 01 августа 2017 г. (п.1.12), заключенного между ФИО5 и ФИО1, последняя обязалась оплачивать жилищно-коммунальные услуги с момента передачи ключей от квартиры, что также подтверждается актом приема-передачи квартиры от 01 августа 2017 г. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что истец ФИО1, зная об отсутствии перед ответчиком обязательств по ремонту жилого помещения, понимая, что она не является собственником, произвела определенные ремонтные работы в собственных интересах и в целях создания необходимых условий для своего проживания в данном жилом помещении, что не позволяет суду признать понесенные ею затраты неосновательным обогащением, подлежащим возврату. Кроме того, ответчик не давала своего согласия на проведение ремонтных работ в жилом помещении, поэтому основания полагать наличие злоупотребления правом со стороны ответчика отсутствуют. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

В силу положений ст.56 ГПК РФ на истце, заявившей о взыскании в качестве неосновательного обогащения с ответчика расходов на ремонт жилого помещения, в результате которого были произведены улучшения недвижимого имущества, лежит обязанность доказывания, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение (неосновательно получено либо сбережено имущество); обогащение произошло за счет истца; размер неосновательного обогащения; невозможность возврата неосновательно полученного или сбереженного в натуре. Недоказанность одного из обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.

При таких обстоятельствах, учитывая, что ремонт в спорном жилом помещении проводился в период, когда квартира не принадлежала истцу ФИО1, произведенные истцом за свой счет работы по ремонту и обустройству жилого помещения не могут быть признаны судом неосновательным обогащением ответчика, которая также не давала согласие на ремонт указанного жилого помещения.

Кроме того, исходя из анализа содержания соглашения о намерении приобретения жилого помещения от 01 августа 2017 г., заключенного между ФИО5 и ФИО1, указанное соглашение не являлось сделкой купли-продажи, и не может повлечь возникновение права собственности у истца на спорное недвижимое имущество. Данное соглашение не содержит положения о приобретении истцом у ответчика ФИО3 недвижимого имущества, а фиксирует только намерение сторон ФИО5 и ФИО1 заключить сделку купли-продажи этого имущества в будущем.

Об отсутствии согласия ответчика ФИО3 на заключение основного договора купли-продажи с ФИО1 и проведение ремонтных работ свидетельствует вышеуказанное судебное решение от 15 февраля 2018 г. по гражданскому делу №.

При таких обстоятельствах, отсутствуют основания для удовлетворения требований истца ФИО1 к ФИО3 о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 759298 рублей 50 копеек и процентов за пользование чужими денежными средствами.

В силу ч.1 ст.88 ГПК РФсудебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании ч.1 ст.98 ГПК РФстороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, оснований для взыскания расходов по оплате государственной пошлины не имеется.

Определением Норильского городского суда (в районе Талнах) от 20 июня 2019 г. по ходатайству истца ФИО1 в целях обеспечения иска наложен арест на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, принадлежавшее на праве собственности ФИО3, и наложен запрет Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю совершать регистрационные действия в отношении принадлежавшего ответчику ФИО3 недвижимого имущества – квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> 

Определением Норильского городского суда (в районе Талнах) от 18 июля 2019 г. по ходатайству истца ФИО1 в целях обеспечения иска наложен запрет ФИО8, являющейся собственником жилого помещения – однокомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, производить в указанной квартире текущий и капитальный ремонт, перепланировку или переустройство, а также демонтаж ранее произведенных улучшений, выполненных истцом ФИО1 в данной квартире, до вступления в законную силу решения суда по настоящему гражданскому делу. Также наложен арест на движимое и недвижимое имущество ФИО3 на сумму 761001 рубль (л.д.64-65). 

В соответствии с ч.1 ст.144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению ответчика либо по инициативе судьи или суда.

В силу ч.3 ст.144 ГПК РФ в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. 

Согласно ст.139 ГПК РФ основанием для обеспечения иска, а как следствие – и для сохранения принятого вида обеспечения, является невозможность или затруднительность исполнения решения суда.

Поскольку настоящим решением в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, расходов по уплате государственной пошлины отказано в полном объеме, то у суда в целях защиты имущественных прав сторон и третьих лиц отсутствуют основания для сохранения мер по обеспечению иска, принятых определениями суда от 20 июня 2019 г. и 18 июля 2019 г.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, расходов по уплате государственной пошлины отказать в полном объеме.

Принятые меры по обеспечению иска по определению суда от ДД.ММ.ГГГГ в виде наложения ареста на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, принадлежавшее на праве собственности ФИО3, и наложении запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю совершать регистрационные действия в отношении принадлежавшего ответчику ФИО3 недвижимого имущества – квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> отменить по вступлении решения суда в законную силу. 

Принятые меры по обеспечению иска по определению суда от ДД.ММ.ГГГГ в виде запрета ФИО8, производить в квартире по адресу: 

<

адрес>, текущий и капитальный ремонт, перепланировку или переустройство, а также демонтаж ранее произведенных улучшений, а также меры по обеспечению иска в виде наложения ареста на движимое и недвижимое имущество ФИО3 отменить по вступлении решения суда в законную силу. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Председательствующий: С.Н.Григорица

Мотивированное решение составлено 27 августа 2019 г.