Судья Галимбиков Е.М. Дело № 22-4025/17

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Владивосток 07 августа 2017 года 

Приморский краевой суд в составе

Председательствующего Балашовой И.В.

при секретаре судебного заседания Кирсановой А.А. 

с участием адвоката, представившего

удостоверение №636, ордер №514 Овчинниковой Г.В. 

осужденного ФИО1 

прокурора Дубровина С.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, на постановление Партизанского районного суда Приморского края от 12.04.2017, которым его ходатайство

- об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания оставлено без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи Балашовой И.В., мнение осужденного ФИО1, принимавшего участие посредством видеоконференцсвязи, адвоката Овчинниковой Г.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение прокурора Дубровина С.А., полагавшего, что постановление законное и обоснованное, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден:

· 26.06.1995 Приморским краевым судом по ст.ст. 102 п.п. «б», «г», 144 ч. 3 УК РСФСР к 12 годам лишения свободы;

o в 2004 году освобожден условно-досрочно на неотбытый срок наказания 02 года 04 месяца;

· 11.10.2006 приговором Артемовского городского суда Приморского края по ст.ст. 105 ч. 1, 79 ч. 7 п. «в», 70 (приговор от 26.06.1995) УК РФ к 12 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима (л.д. 8-11);

· 24.01.2007 приговором Артемовского городского суда Приморского края по ст.ст. 159 ч. 2, 69 ч. 5 (приговор от 11.10.2006) УК РФ к 13 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Начало срока отбывания наказания 25.05.2006, конец срока – 24.05.2019 (л.д. 4-6).

Осужденный ФИО1 обратился в Партизанский районный суд Приморского края с ходатайством об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания (л.д. 2).

Постановлением Партизанского районного суда Приморского края от 12.04.2017 ходатайство осужденного об условно-досрочном освобождении от наказания оставлено без удовлетворения (л.д. 35-36).

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 не согласен с постановлением суда, считает незаконным, необоснованным и не мотивированным, просит его отменить, направить материал на новое рассмотрение в тот же суд, но в ином составе, либо об условно-досрочном освобождении.

Обращает внимание, что администрация ФКУ ИК № высказала мнение о целесообразности его условно-досрочного освобождения.

Указывает, что в ходатайстве он указал место своего проживания. Отмечает, что он не зарегистрирован в настоящее время у своей тетки, поскольку она купила жилье в 2010 году, когда он отбывал назначенное ему наказание.

Выражая несогласие с выводом суда о том, что он не ведет переписку с родственникам, утверждает, что ежегодно поздравляет своих родных с праздниками, ведет общение по таксофону.

Отмечает, что пользоваться длительными свиданиями это право осужденного, а не обязанность.

Ссылку суда в обоснование отказа в удовлетворении его ходатайства на погашенные взыскания находит необоснованной, поскольку такие взыскания не влекут каких-либо последствий.

Полагает, что отнесение его администрацией исправительного учреждения к категории положительно характеризующегося свидетельствует о том, что он твердо встал на путь исправления, а цели наказания, установленные в ст. 43 УК РФ, могут быть достигнуты и при его условно-досрочном освобождении.

Письменные возражения на апелляционную жалобу не поступили. 

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции полагает, что оснований для отмены либо изменения постановления суда не имеется.

В соответствии со ст. 1 ч. 1 УИК РФ уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации имеет своими целями исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений, как осужденными, так и иными лицами.

Согласно ст. 79 ч.1 УК РФ и ст.175 ч.1 УИК РФ лицо, отбывающее лишение свободы, к которому может быть применено условно-досрочное освобождение, подлежит условно-досрочному освобождению, если судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания. В ходатайстве осужденного об условно-досрочном освобождении должны содержаться сведения, подтверждающие его исправление. При этом, согласно ст. 79 ч. 3 п. «в» УК РФ условно-досрочное освобождение может быть применено только после фактического отбытия осужденным не менее двух третей срока наказания, назначенного за особо тяжкое преступление.

Как видно из дела, необходимые критерии для подачи соответствующего ходатайства в суд со стороны осужденного соблюдены.

Так, ФИО1, осужденный к 13 годам лишения свободы по ст.ст. 102 п.п. «б», «г», 144 ч. 3 УК РСФСР, ст.ст. 105 ч. 1, 79 ч. 7 п. «в», 70, 159 ч. 2, 69 ч. 5 УК РФ, отбыл 2/3 срока наказания, администрацией ФКУ ИК № ГУФСИН России по Приморскому краю характеризуется положительно, окончил профессиональное училище по профессии «швея», к порученной работе относится добросовестно, трудовую дисциплину не нарушает, состоит на облегченных условиях отбывания наказания, примененную к нему меру уголовного наказания считает справедливой, вину в совершенном преступлении признает, в содеянном раскаивается (л.д. 27).

Однако, как правомерно отмечено судом первой инстанции, фактическое отбытие осужденным предусмотренной законом части срока наказания в соответствии с частью 3 статьи 79 УК РФ не является безусловным основанием для его условно-досрочного освобождения, а отсутствие претензий со стороны администрации исправительного учреждения к поведению ФИО1 не может свидетельствовать о его исправлении, так как примерное поведение и соблюдение правил внутреннего распорядка и требований уголовно-исполнительного законодательства являются обязанностью осужденного в местах отбывания наказания в виде лишения свободы (ст. 11 УИК РФ).

По смыслу закона, формальное наличие условий, предусмотренных ст. 79 УК РФ, в качестве основания для условно-досрочного освобождения от отбывания наказания еще не влечет за собой обязательность смягчения уголовной репрессии. Суд должен убедиться в том, что позитивные данные, появившиеся у виновного после приговора, свидетельствуют о наступлении таких стойких изменений личности, которые достигли целей наказания к моменту досрочного освобождения, то есть восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений, при этом, в соответствии со ст. 175 ч. 1 УИК РФ обязанность доказать свое исправление возложена на самого осужденного.

Чтобы признать, что справедливость восстановлена при отбытии виновным меньшего срока наказания, чем назначено судом, следует иметь данные о достаточно высокой степени исправления осужденного, свидетельствующие о том, что осужденный твердо встал на путь исправления.

Вместе с тем, как усматривается из представленных материалов, поведение осужденного в течение срока отбывания наказания не свидетельствует о безусловной необходимости его условно-досрочного освобождения.

Так, согласно представленной характеристике (л.д. 27), осужденный ФИО1 допускал нарушения установленного порядка отбывания наказания, но своим поведением доказал тенденцию к исправлению. По характеру общительный, эмоционально неустойчивый, демонстративный, эмоционально незрелый, вспыльчивый, сильновозбудимый, порывистый, импульсивный, не способен противостоять соблазнам, уязвим в межличностных контактах, наблюдается низкая коммуникативная толерантность, может испытывать трудности в установлении и поддержании социальных контактов, не всегда чувствует собеседника, скрытен, говорит только то, что считает нужным, поддерживает дружеские отношения с осужденными различной направленности. Не ведет переписку с семьей. Длительными и краткосрочными свиданиями не пользуется. 

У суда первой инстанции отсутствовали основания ставить под сомнение указанную характеристику на осужденного, поскольку она подписана начальником отряда, согласована с соответствующими должностными лицами исправительного учреждения, в том числе с начальником исправительного учреждения, заверена надлежащим образом, в ней приведены конкретные сведения, касающиеся поведения осужденного ФИО1 в период отбывания наказания. У суда апелляционной инстанции также отсутствуют основания сомневаться в объективности представленной характеристики.

Кроме того, указанные в характеристике сведения объективно подтверждаются и справкой о поощрениях и взысканиях (л.д. 28), согласно которой, ФИО1 за 10 лет 02 месяца (на 12.04.2017) отбывания наказания в ФКУ ИК № ГУФСИН России по Приморскому краю (с 21.02.2007) имеет 07 поощрений, последнее из которых получено после обращения в суд с ходатайством об условно-досрочном освобождении и в период, непосредственно предшествующий его рассмотрению (10.03.2017). При этом, ФИО1 также 03 раза привлекался к дисциплинарной ответственности, за что 03 раза водворялся в штрафной изолятор. 

При этом, вопреки доводу жалобы, оценка взысканий, наложенных на осужденного за весь период отбывания наказания, предполагает учет, в том числе, снятых и погашенных взысканий (Определения Конституционного Суда РФ от 22.03.2011 №335-О-О, от 25.01.2012 №131-О-О, от 25.02.2013 № 275-О). 

Оценивая доводы осужденного о несогласии с выводом суда первой инстанции в той части, что он не ведет переписку с родственникам, пользование длительными свиданиями является его правом, суд апелляционной инстанции учитывает, что, отказывая осужденному в удовлетворении его ходатайства, суд первой инстанции в оспариваемом постановлении не указанные обстоятельства не ссылался, а лишь изложил сведения, представленные представителем администрации исправительного учреждения.

Довод осужденного ФИО1 о приобретении его тетей жилого помещения, в котором он намерен проживать, не подтверждается представленными на проверку материалами.

Сведений, которые бы в достаточной степени свидетельствовали о том, что ФИО1 твердо встал на путь исправления и не нуждается в дальнейшем отбывании наказания в условиях изоляции от общества, суду первой инстанции не предоставлено.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что исправление осужденного не достигнуто, он не утратил общественной опасности для общества и нуждается в дальнейшем отбывании назначенного наказания. 

При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что данные, положительно характеризующие ФИО1, в том числе те, на которые осужденный ссылается в апелляционной жалобе, явились основанием для его перевода на облегченные условия отбывания наказания в соответствии со ст. 122 ч. 2 УИК РФ.

С учетом вышеизложенного мнение представителя исправительного учреждения о целесообразности условно-досрочного освобождения ФИО1, как и мнение иных участников уголовного судопроизводства, не является обязательным для суда.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд в полном объеме проверил доводы осужденного, изложенные в ходатайстве, в полном объеме исследовал материалы дела, что подтверждается протоколом судебного заседания, из которого видно, что судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями закона, решение суда основано лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании (ст.240 ч. 3 УПК РФ (л.д. 33-34).

Из протокола судебного заседания усматривается, что в ходе судебного разбирательства суд создал необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, стороны обвинения и защиты пользовались равными правами (л.д. 33-34).

Выводы суда первой инстанции о необходимости отказа в удовлетворении заявленного осужденным ходатайства были сделаны на основе тщательного изучения материалов дела, данных о личности осужденного, которые в совокупности подтверждают обоснованность принятого решения.

Уголовный и уголовно-исполнительный законы, не придавая при решении вопроса об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания заранее определенного значения тем или иным обстоятельствам, предоставляют суду общей юрисдикции право в каждом конкретном случае решать, достаточны ли содержащиеся в ходатайстве и в иных представленных суду материалах сведения для признания осужденного не нуждающимся в полном отбывании назначенного судом наказания и подлежащим условно-досрочному освобождению. Поэтому в силу закона применение условно–досрочного освобождения к наказанию, назначенному осужденному, является правом, а не обязанностью суда.

При указанных обстоятельствах суд не находит оснований для отмены постановления суда первой инстанции по доводам, приведенным в апелляционной жалобе.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение судебного решения, апелляционной инстанцией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Партизанского районного суда Приморского края от 12 апреля 2017 года в отношении ФИО1 – оставить без изменения. 

Апелляционную жалобу осужденного ФИО1 оставить без удовлетворения. 

В соответствии со ст. 391 ч. 4 УПК РФ апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке в Приморский краевой суд в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий И.В. Балашова

Справка: ФИО1 отбывает наказание в ФКУ ИК № ГУФСИН России по ПК.