Дело № 2-5149/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 ноября 2020 г. город Петропавловск-Камчатский

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Ежовой И.А.,

при секретаре Кулаковой А.В., 

с участием прокурора Маргосовой Э.В.,

истца ФИО2,

представителя истца ФИО1,

представителей ответчика ФИО3, ФИО4, ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью РК «Крутогоровское» о признании незаконным приказа о прекращении трудового договора, недействительной записи в трудовой книжке, восстановлении на работе, взыскании оплаты за время вынужденного прогула, окончательного расчета, незаконно удержанной заработной платы, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к ООО РК «Крутогоровское» о признании незаконным приказа об увольнении, недействительной записи в трудовой книжке, восстановлении на работе, взыскании оплаты за время вынужденного прогула, окончательного расчета, незаконно удержанной заработной платы, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ работал в ООО РК «Крутогоровское» по срочным трудовым договорам, заключенным 

<

данные изъяты>. Приказом от ДД.ММ.ГГГГг. был принят 

<

данные изъяты> по срочному трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГг. сроком до ДД.ММ.ГГГГг., согласно которому ему установлен оклад в размере 

<

данные изъяты>., районный коэффициент 80 % и дальневосточная надбавка в размере 80%, а также повышенная оплата труда в размере 4% оклада. С 

<

данные изъяты> установлена повременнно-сдельно-премиальная оплата труда, 

<

данные изъяты> согласно Положению об оплате труда ООО РК «Крутогоровское». Кроме того, при условии добросовестного исполнения должностных обязанностей и работы полного периода 

<

данные изъяты> Положением об оплате труда ООО РК «Крутогоровское» установлена минимальная гарантированная итоговая сумма заработной платы, которая 

<

данные изъяты> с учетом всех выплат по окладам и сдельным расценкам составляет 

<

данные изъяты> без учета НДФЛ. Приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ он уволен за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей – появление на работе в состоянии алкогольного опьянения по пп. «б» п.6 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации, основанием для издания которого послужил акт от ДД.ММ.ГГГГ о появлении на работе в состоянии алкогольного опьянения. Однако ДД.ММ.ГГГГ им было подано заявление об увольнении в связи с выходом на пенсию с ДД.ММ.ГГГГ При этом об основании своего увольнения он узнал при ознакомлении ДД.ММ.ГГГГг. с оспариваемым приказом, в котором выразил свое несогласие поскольку алкогольные напитки на рабочем месте и на территории 

<

данные изъяты> не употреблял, в состоянии алкогольного опьянения на рабочем месте не находился, прохождение медицинского освидетельствования на наличие алкогольного опьянения ему никто не предлагал, объяснение по факту нахождения на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения у него никто не требовал. Кроме того, незаконно удержав при увольнении из причитающихся ему выплат заработную плату за ДД.ММ.ГГГГ в размере 

<

данные изъяты>, окончательный расчет с ним работодатель не произвел. Полагая свое увольнение незаконным, настаивая на том, что нарушения трудовых обязанностей в виде появления на работе в состоянии алкогольного опьянения не совершал, с учетом уточнения, просил суд признать незаконным приказ №-к от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении трудового договора (увольнении) по подпункту б пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ, недействительной запись в трудовой книжке № от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора (увольнении) в связи с однократным грубым нарушением работником трудовых обязанностей, появлением работника на работе в состоянии алкогольного опьянения по подпункту б пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ, восстановить его в ООО РК «Крутогоровское» 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ, взыскать с ООО РК «Крутогоровское» в его пользу заработную плату за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГг. в размере 379 915 рублей 78 копеек, окончательный расчет в размере 750 000 руб., незаконно удержанную заработную плату за ДД.ММ.ГГГГ в размере 20 934 руб. 48 коп. компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО2 уточненные исковые требования поддержал в полном объеме. Суду пояснил, 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> никто не знакомил его с какими-либо документами, а также никто не предлагал ему пройти медицинское освидетельствование и дать объяснение по факту алкогольного опьянения, в состоянии которого он не находился, а состояние, в котором он пребывал 

<

данные изъяты> было обусловлено повышенным волнением в связи с произошедшим 

<

данные изъяты>. По указанным основаниям полагал увольнение незаконным и необоснованным. Одновременно указал, что при трудоустройстве в ДД.ММ.ГГГГ генеральный директор ознакомил его с проектом неутвержденного положения об оплате труда ООО РК «Крутогоровское», согласно которому при условии добросовестного исполнения должностных обязанностей и работы полного периода 

<

данные изъяты> установлена минимальная гарантированная итоговая сумма заработной платы, которая по должности 

<

данные изъяты> с учетом всех выплат по окладам и сдельным расценкам составляет 

<

данные изъяты> Поскольку перед началом промысла генеральный директор ознакомил его с утвержденным положением в этой же редакции, полагал невыплату минимальной гарантированной итоговой суммы заработной платы при его увольнении незаконным.

Представитель истца по доверенности ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала в полном объеме по аналогичным основаниям. Ссылаясь на недоказанность факта нахождения истца на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, а также нарушение ответчиком установленного трудовым законодательством порядка увольнения, полагала его увольнение незаконным. Одновременно пояснила, что остальным 

<

данные изъяты> была выплачена минимальная гарантированная сумма заработной платы, установленная Положением об оплате труда, с которым истец был ознакомлен генеральным директором 

<

данные изъяты>, в связи с чем, считала, в пользу истца подлежит выплата минимальной гарантированной заработной платы в установленном размере 750 000 рублей. 

Представитель ответчика ФИО3, 

<

данные изъяты> в судебном заседании исковые требования не признал. Ссылаясь на допущенное истцом нарушение трудовой дисциплины в виде появления на работе в состоянии алкогольного опьянения, полагал увольнение истца законным и обоснованным. Дополнительно суду пояснил, что основанием для составления акта о нахождении истца в алкогольном опьянении на рабочем месте послужили действия ФИО2, 

<

данные изъяты> причинивший ответчику материальный ущерб. Прибыв 

<

данные изъяты>, где произошло указанное происшествие, 

<

данные изъяты>, в ходе выяснения обстоятельств произошедшего с ФИО2, 

<

данные изъяты>, он пришел к выводу о его нахождении в состоянии алкогольного опьянения, поскольку ФИО2 вел себя агрессивно и неадекватно, был сильно возбужден, имел несвязную речь, 

<

данные изъяты> выражался с применением ненормативной лексики, в связи с чем он потребовал у ФИО2 дать по данному факту объяснение, однако услышал ли это требование ФИО2, остался не уверенным, поскольку последний ушел 

<

данные изъяты> и после этого он его больше не видел. Указывая на то, что очевидцами данного разговора являлись другие 

<

данные изъяты> работники предприятия, подписавшие составленные по данному факту акты, полагал факт совершения истцом дисциплинарного проступка подтвержденным представленными стороной ответчика доказательствами. 

Представители ответчика ФИО4, ФИО5, действующие по доверенности, уточненные исковые требования не признали, по аналогичным основаниям, а также основаниям, изложенным в письменном отзыве. Дополнительно суду пояснили, что в ООО РК «Крутогоровское» ДД.ММ.ГГГГг. введено в действие Положение об оплате труда, согласно которому для 

<

данные изъяты> установлена оплата труда смешанного типа - сдельно-повременная-премиальная. В периоды несезон и подготовки к сезону заработная плата начисляется ежемесячно в размере окладов, установленных штатным расписанием, в период путины заработная плата начисляется в два этапа: ежемесячно авансом в размере установленных штатным расписанием должностных окладов на период подготовки к сезону за фактически отработанное время, и по достижении трудового результата, то есть, по мере формирования источника выплат, но не позднее срока окончания добычи и переработки рыбы – по остальной (сдельной) части. По итогам путины, добычи и переработки рыбы, производится начисление сдельной части заработной платы и ее выдача за вычетом полученных авансов в виде ранее начисленных и выплаченных окладов за период промысла и переработки рыбы. С учетом предусмотренного распределения между работниками сдельной оплаты труда по паям, согласно решению бригады ФИО2 установлен пай в размере 

<

данные изъяты>. Ссылаясь на произведенные истцу за период промысла выплаты, начисленные из расчета установленного по его должности оклада, сумма которых превысила сумму, начисленную за рыбу сырец по паю, указали, что выплата сдельной части заработной платы по окончанию промысла истцу не причиталась. Вместе с тем указали, что приложением № Положения об оплате труда, утвержденного в ДД.ММ.ГГГГ предусмотрена премиальная выплата, которая может выплачиваться по решению руководителя общества при условии добросовестного выполнения трудовых обязанностей. Поскольку ФИО2 приказом №–к от ДД.ММ.ГГГГг. был уволен по дисциплинарному основанию в связи с появлением на работе в состоянии алкогольного опьянения, по решению работодателя премиальная выплата ему не начислялась и не выплачивалась. Ссылаясь также на причинение в результате неправомерных действий ФИО2 работодателю прямого действительного ущерба 

<

данные изъяты>, полагали, работодателем правомерно удержана из заработной платы истца сумма ущерба в размере, не превышающем установленного действующим трудовым законодательством ограничения. Ссылаясь на доказательства, представленные ответчиком в подтверждение факта нахождения истца на работе в состоянии алкогольного опьянения, полагали у работодателя имелись основания для увольнения истца, в связи с чем, против иска возражали.

Выслушав пояснения истца, представителей сторон, заключение прокурора, полагавшей увольнение истца незаконным, а требование ФИО2 о восстановлении на работе подлежащим удовлетворению, исследовав материалы дела, показания допрошенных свидетелей, суд приходит к следующему.

Частью 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации установлено, что труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу п. 4 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора может быть расторжение трудового договора по инициативе работодателя (статьи 71 и 81 настоящего Кодекса).

Так, в соответствии с подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Согласно п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дел о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с расторжением трудового договора по пп., "б" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, суды должны иметь в виду, что по этому основанию могут быть уволены работники, находившиеся в рабочее время в месте выполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. При этом не имеет значения, отстранялся ли работник от работы в связи с указанным состоянием. Увольнение по инициативе работодателя, в том числе по указанному основанию, является одним из видов дисциплинарных взысканий, предусмотренных ст. 192 ТК РФ, в связи с чем его применение требует соблюдения общего порядка применения дисциплинарного взыскания, установленного ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации. 

В соответствии со статьями 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям. 

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным п. 6 ч. 1 ст. 81 настоящего Кодекса.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Из буквального толкования ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что на работодателя императивно возложена обязанность по истребованию от работника письменного объяснения по факту совершения им конкретного дисциплинарного проступка. Поэтому дисциплинарное взыскание, может быть применено к работнику только после получения от него объяснения в письменной форме либо после непредставления работником такого объяснения (отказа предоставить объяснение) по истечении двух рабочих дней со дня затребования объяснения.

Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. 

Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Таким образом, при увольнении работника по подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем должен быть соблюден порядок привлечения к дисциплинарной ответственности.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что ответчиком допущено нарушение основания и порядка привлечения ФИО2 к дисциплинарной ответственности. 

Как следует из материалов дела, приказом от ДД.ММ.ГГГГг. ФИО2 был принят 

<

данные изъяты> по срочному трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГг. сроком до ДД.ММ.ГГГГг., согласно которому ему установлен оклад в размере 

<

данные изъяты>., районный коэффициент 80 % и дальневосточная надбавка в размере 80% (том 1, л.д. 117, 118-121).

Приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 уволен за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей – появление на работе в состоянии алкогольного опьянения по пп. «б» п.6 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации, основанием для издания которого послужил акт № от ДД.ММ.ГГГГ о появлении на работе в состоянии алкогольного опьянения (том 1, л.д. 21, 79).

Как следует из акта № от ДД.ММ.ГГГГ о появлении ФИО2 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, основанием для его составления послужили обстоятельства, согласно которым 

<

данные изъяты> У работника наблюдались признаки алкогольного опьянения: сильный запах алкоголя изо рта; нарушенная несвязная речь; неустойчивость позы и шаткость походки. ФИО2 вел себя агрессивно по отношению к коллегам, в присутствии ФИО11, ФИО8, ФИО ФИО9 нагрубил своему непосредственному руководителю ФИО6, спросившему у него о его состоянии и причинах повреждения 

<

данные изъяты>. Изложенное дало основание полагать о нахождении ФИО2 на рабочем месте в период рабочего времени в состоянии алкогольного опьянения. ФИО6 в присутствии ФИО11, ФИО8, ФИО предложил ФИО2 пройти медицинское освидетельствование, но он отказался. Причины нахождения на работе в состоянии алкогольного опьянения не объяснил (том. 1, л. 79).

Аналогичные обстоятельства изложены в представленных ответчиком в материалы дела письменных объяснениях, данных руководителю 

<

данные изъяты> ФИО8, 

<

данные изъяты> ФИО 

<

данные изъяты> ФИО11, и служебной записке 

<

данные изъяты> ФИО10 (том 1, л.д. 84-87).

Вместе с тем, оценивая указанные доказательства наряду с другими доказательствами по делу, в том числе свидетельскими показаниями допрошенных в судебном заседании ФИО11, ФИО8, ФИО ФИО10, а также пояснениями 

<

данные изъяты> ФИО3 в порядке ч. 1 ст. 55, ч. 1 ст. 68 ГПК РФ, суд не усматривает оснований для принятия их за основу в качестве достоверных доказательств факта нахождения ФИО2 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения по следующим основаниям.

Так, из полученных судом показаний допрошенных в качестве свидетелей ФИО11, ФИО8, ФИО ФИО10 в судебном заседании установлено, что сведения о резком запахе алкоголя, исходившем от ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время после 

<

данные изъяты> в своих объяснительных и служебной записке ФИО9 указаны ими исключительно со слов руководителя ООО РК «Крутогоровское» ФИО6, а не из личного убеждения каждого из них, поставивших в соответствующем акте свою подпись, ввиду отсутствия непосредственного контакта между истцом и указанными работниками, пояснившими о том, что лично с ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ они не общались, однако наблюдали за произошедшим 

<

данные изъяты> и поведением ФИО2 

<

данные изъяты>.

К свидетельским показаниям ФИО11 о совместном пребывании ДД.ММ.ГГГГг. с ФИО2 на дне рождения их общего знакомого 

<

данные изъяты>, где присутствующие, в числе которых ФИО11 и ФИО2 употребляли в течение двух часов подряд алкогольные напитки, суд относится критически, поскольку сведения о нахождении ФИО2 в течение светового дня ДД.ММ.ГГГГг. и до 

<

данные изъяты> этого же дня за пределами 

<

данные изъяты> опровергаются показаниями допрошенного в качестве свидетеля 

<

данные изъяты> ФИО12, пояснившего, что ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ФИО2, весь день находившемуся 

<

данные изъяты> в трезвом состоянии. Между тем, давая показания о том, что ФИО2 в указанное время употреблял спиртные напитки, о том, где конкретно происходило данное событие, ФИО11 суду пояснить затруднился.

Показания свидетеля ФИО., сделавшего вывод о нахождении ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения в связи с его импульсивным поведением и визуальным нарушением координации движений последнего 

<

данные изъяты>, уведенных свидетелем ФИО издалека 

<

данные изъяты>, также не могут быть приняты судом в качестве допустимого доказательства факта нахождения ФИО2 в спорный период в состоянии алкогольного опьянения, поскольку достоверно состояние именно алкогольного опьянения, а не возбужденное состояние истца 

<

данные изъяты>, данные свидетельские показания не подтверждают.

Аналогично суд оценивает показания свидетелей ФИО11, ФИО8, ФИО., по факту отказа истца ДД.ММ.ГГГГ от прохождения медицинского освидетельствования, показавших суду, что очевидцами самого отказа истца от прохождения предложенного 

<

данные изъяты> ФИО6 медицинского освидетельствования, они не являлись, акт об отказе от освидетельствования подписали поскольку слышали об отказе истца от прохождения освидетельствования от руководителя. 

При этом показания свидетеля ФИО10 о том, что он лично видел, как 

<

данные изъяты> ФИО6 

<

данные изъяты>, где предложил ФИО2 пройти медицинское освидетельствование, от которого ФИО2 отказался, суд в качестве достоверного доказательства не принимает ввиду их противоречия с пояснениями самого ФИО6, неоднократно указывавшего в судебном заседании, что 

<

данные изъяты> он не поднимался, во время общения с ФИО2 на повышенных тонах находился 

<

данные изъяты>. При этом, оставаясь 

<

данные изъяты>, он потребовал у ФИО2 дать объяснение, однако услышал ли это требование ФИО2, ничего ему не ответивший, ФИО6 сам остался не уверенным, что само по себе опровергает показания свидетеля ФИО10 

Кроме того, показания ФИО10 о том, что он лично являлся очевидцем данных обстоятельств, находясь на 

<

данные изъяты> также опровергается показаниями свидетеля 

<

данные изъяты> ФИО12, показавшего суду о том, что ДД.ММ.ГГГГ на 

<

данные изъяты> никто из посторонних людей не поднимался.

Оценив в совокупности имеющиеся в материалах дела доказательства, суд приходит к выводу, что достоверно факт нахождения истца ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ подтверждения не нашел, в связи с чем, оснований полагать законным увольнение ФИО2 по указанному основанию у суда не имеется.

Проверяя соблюдение ответчиком установленного законом порядка увольнения истца, суд приходит к следующему.

Как следует из представленного в материалы дела приказа №-ю об отстранении работника в связи с появлением на рабочем месте в состоянии опьянения от ДД.ММ.ГГГГг., 

<

данные изъяты> ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГг. в связи с его появлением на работе в состоянии опьянения был временно отстранен от работы до полного вытрезвления (том 1, л.д. 81).

Одновременно пунктом № указанного приказа капитану ФИО2 было предложено предоставить объяснение о причинах появления на работе в состоянии алкогольного опьянения в течение двух дней.

Как следует из акта от ДД.ММ.ГГГГг., письменное объяснение ФИО2 не предоставил, о причинах не сообщил (том 1, л.д. 83).

Из пояснений ФИО13, согласующихся с показаниями свидетеля 

<

данные изъяты> ФИО12, ДД.ММ.ГГГГг. никто на 

<

данные изъяты> не поднимался, с приказом об отстранении от работы истца не знакомил, объяснения не требовал.

Вместе с тем, как следует из пояснений 

<

данные изъяты> ООО РК «Крутогоровское» ФИО6, фактического отстранения истца от работы на основании данного приказа места не имело, поскольку сам ФИО6 на 

<

данные изъяты> к 

<

данные изъяты> ФИО13 ДД.ММ.ГГГГг. для вручения данного приказа не поднимался, о том, при каких обстоятельствах истцу было предложено ДД.ММ.ГГГГг. ознакомиться с данным приказом и в соответствии с пунктом № этого же приказа дать письменное объяснение о причинах появления на работе в состоянии алкогольного опьянения, ответчик пояснений, подтвержденных какими-либо доказательствами, суду не представил.

Тогда, как следует из пояснений ФИО6, письменное объяснение о причине появления ФИО2 на работе в состоянии алкогольного опьянения было затребовано у истца в устной форме в ходе произошедшего между ними около 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГг. разговора на повышенных тонах. 

Согласно пояснениям ФИО14, озвучив ФИО2 в устной форме требование дать письменное объяснение, о том, услышал ли его ФИО2 и осознал ли, что ему необходимо дать объяснение, он не уверен, поскольку последний, ничего не ответив, ушел в рубку, после чего ФИО6 истца этот день больше не видел.

Из вышеизложенного следует, что в нарушение требований ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель нарушил порядок увольнения ФИО2, не затребовав у него в установленном законом порядке письменное объяснение по факту совершения дисциплинарного проступка, лишив истца права в течение предоставленного законом срока дать объяснения по обстоятельствам разбирательства.

При этом доказательств отказа истца от дачи объяснений ответчиком суду не представлено, напротив факт отказа опровергается пояснениями ФИО6, согласно которым, предложив в устной форме ФИО2 дать объяснение, руководитель сам не убедился в осознании и понимании истцом факта истребования у него письменного объяснения, что не свидетельствует о соблюдении работодателем порядка истребования у работника письменного объяснения.

Между тем, несоблюдение порядка истребования дать письменные объяснения до момента составления акта о том, что такие объяснения не предоставлены, является нарушением ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Указанная процедура направлена на предотвращение возможности незаконного применения дисциплинарного взыскания без учета уважительности причин совершения проступка и наличия возможных оснований для освобождения работника от мер дисциплинарной ответственности.

В рассматриваемом судом случае представителями работодателя до наложения дисциплинарного взыскания было установлено отсутствие у работника намерения давать письменные объяснения, что следует из вышеупомянутого акта, однако, в ходе рассмотрения дела ФИО2 ссылался на то, что он желал дать испрашиваемое у него объяснение, но был лишен такой возможности в связи с тем, что никто объяснений у него не истребовал.

Доказательств, опровергающих доводы истца, ответчик суду не представил.

Напротив, в качестве доказательств, подкрепляющих утверждение истца, ФИО6 в судебном заседании уточнил, что не уверен, слышал ли ФИО2 предъявленное ему требование предоставить письменное объяснение, тогда как в письменном виде работодатель объяснение у истца не истребовал, что ответчиком в судебном заседании не опровергнуто.

Исследованные судом обстоятельства дела указывают на то, что допущенное работодателем нарушение не является формальным, так как повлекло действительное нарушение трудовых прав работника в виде привлечения к дисциплинарной ответственности.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В условиях недоказанности совершения истцом указанного выше дисциплинарного проступка, его увольнение по пп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации нельзя признать законным.

Учитывая изложенное, а также принимая во внимание, что ответчиком не представлено допустимых и достаточных доказательств в подтверждение доводов об истребовании у работника письменных объяснений до применения дисциплинарного взыскания, суд приходит к выводу о нарушении процедуры применения такового, влекущего признание увольнения ФИО2 с должности 

<

данные изъяты> по подпункту «б» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, а равно приказа об увольнении истца №-к от ДД.ММ.ГГГГг. незаконными.

Соответственно, требование ФИО2 о признании недействительной записи об увольнении по подпункту «б» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, внесённой в его трудовую книжку, также признается судом обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Согласно ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения незаконным работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

В силу ч. 3 ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний рабочий день. 

Поскольку увольнение истца произведено без законного основания, с нарушением порядка привлечения к дисциплинарной ответственности, соответственно, истец подлежит восстановлению в ООО РК «Крутогоровское» в должности 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ

Разрешая требование истца о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Расчет заработной платы необходимо производить с учетом положений ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации и п. 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ N 922 от 24 декабря 2007 года. 

Согласно ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации, для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

В силу п. 4 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ N 922 от 24 декабря 2007 года расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

В соответствии с п. 9 названного Положения средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с п. 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

В соответствии со ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться.

Истцом представлен расчет заработной платы за время вынужденного прогула с даты незаконного увольнения по день вынесения судом решения в размере 379 915 рублей 78 копеек. 

Проверив представленный стороной истца расчет, суд находит его не допустимым, поскольку вопреки установленным требования действующего законодательства, таковой включает те виды выплат, которые не подлежат учету для определения размера средней заработной платы. 

В то же время, учитывая, представленную в материалы дела бухгалтерскую документацию, содержащую достоверные сведения о фактически отработанном истцом времени за период, предшествующий увольнению, а также среднем дневном заработке, составившем 3 267 руб. 49 коп., суд считает возможным принять их за основу при исчислении причитающегося к выплате истцу заработка за время вынужденного прогула.

Таким образом, среднедневной заработок истца, определённый для исчисления среднего заработка за время вынужденного прогула, составляет 3 267 руб. 49 коп., исходя из следующего расчета: 

762 795 руб. 47 коп (заработная плата, фактически начисленная за отработанные дни в расчетном периоде);

762 795 руб. 47 коп: 233,45 (число календарных дней в расчетном периоде) = 3 267 руб. 49 коп.

Количество рабочих дней в периоде с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ согласно производственному календарю пятидневной рабочей недели составляет 50 дней: 10 дней в ДД.ММ.ГГГГ, 22 дня в ДД.ММ.ГГГГ., 18 дней в ДД.ММ.ГГГГ 

Соответственно, размер среднего заработка за время вынужденного прогула ФИО2 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет 142 135 руб. 50 коп. (3 267 руб. 49 коп. х 50 дней – 13% НДФЛ).

Руководствуясь положениями ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 9 Постановления Правительства РФ от 24 декабря 2007 года N 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», а также с условиями заключенного с ФИО2 трудового договора, суд приходит к выводу о том, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 142 135 руб. 50 коп.

Рассматривая требование истца о взыскании с ответчика окончательного расчета в виде минимальной гарантированной итоговой суммы заработной платы за весь период промысла (путины) в размере 750 000 руб. суд приходит к следующему.

Как следует из приложения № к Положению об оплате труда ООО РК «Крутогоровское», утвержденного председателем совета директоров ООО РК «Крутогоровское» на ДД.ММ.ГГГГ., для судов промыслового флота установлена максимальная итоговая сумма заработной платы за весь период промысла (путины), с учетом всех выплат по окладам и сдельным расценкам, при условии добросовестного исполнения должностных обязанностей и работы полного периода промысла (путины), сумма которой по должности 

<

данные изъяты> с учетом НДФЛ определена в размере 459 770 руб., без учета НДФЛ – 400 000 руб. (том 1, л.д. 64-65).

При превышении размера заработной платы, начисленной по сдельным расценкам за период промысла (путины) над суммой максимальной заработной платы работникам начисляется и выплачивается заработная плата, начисленная по сдельным расценкам за промысел рыбы-сырца донно-пищевых пород (с учетом выплаченных авансом должностных окладов, сдельных расценок и поощрительных выплат).

Как следует из пояснений представителей ответчика, невыплата истцу максимальной итоговой сумму заработной платы по итогам промысла обусловлена соответствующим решением работодателя в связи с недобросовестным исполнением ФИО2 своих должностных обязанностей, связанным с совершением им дисциплинарного проступка, послужившего основанием для его увольнения по указанному основанию, а также иными фактами допущенных им нарушений трудовой дисциплины, подтверждающихся представленными суду характеризующими доказательствами фактов совершения истцом прогулов и недобросовестного отношения к работе в период срочных трудовых отношений.

Вместе с тем, учитывая установленные в судебном заседании обстоятельства, свидетельствующие о том, что увольнение истца в качестве привлечения к дисциплинарной ответственности за совершение дисциплинарного проступка носило незаконный характер, тогда как допустимых, достоверных и достаточных доказательств иных фактов недобросовестного отношения истца к работе ответчиком суду не представлено, доводы представителей ответчика о недобросовестном отношении ФИО2 к исполнению должностных обязанностей в качестве основания невыплаты ему максимальной итоговой суммы заработной платы по итогам промысла являются несостоятельными.

В связи с изложенным, принимая во внимание, что размер заработной платы, начисленной истцу по сдельным расценкам ДД.ММ.ГГГГ, сумму максимальной заработной платы установленной Положением об оплате труда для капитана судов промыслового флота ООО РК «Крутогоровское» не превысил, суд полагает обоснованным требование о взыскании в пользу истца с ответчика окончательного расчета в размере 400 000 руб. (за минусом НДФЛ).

Доводы истца о том, что при трудоустройстве в ДД.ММ.ГГГГ генеральный директор ознакомил его с реакцией неутвержденного положения об оплате труда ООО РК «Крутогоровское», согласно которому минимальная гарантированная итоговая сумма заработной платы по должности капитана составляет 750000 руб. суд во внимание не принимает, поскольку они опровергаются пояснениями представителей ответчика, доказательств о введении в действие указанной редакции Положения об оплате труда в ООО РК «Крутогоровское» максимальной итоговой сумму заработной платы по итогам промысла истцом суду не представлено. 

Рассматривая требование ФИО2 о взыскании с ответчика в его пользу незаконно удержанной заработной платы в счет возмещения ущерба, причиненного в результате произошедшего 

<

данные изъяты>, суд находит его подлежащим удовлетворению.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, при увольнении истца из его заработной платы за ДД.ММ.ГГГГ работодателем произведено удержание в счет возмещения материального ущерба суммы в размере 82 954 руб. 43 коп (том 1, л.д. 26).

Согласно платежным поручениям от ДД.ММ.ГГГГг. работодателем сумма заработной платы в размере 62019 руб. 95 коп. возвращена истцу как незаконно удержанная (том 1, л.д. 226)

Таким образом, размер удержаний из заработной платы истца при увольнении составил 20 934 руб. 48 коп. 

Положениями ст. 137 Трудового кодекса Российской Федерации установлены ограничения удержаний из заработной платы, предусматривающие как основания для удержания, так и порядок удержания работодателем денежных средств.

Так, в силу ч. 1 ст. 137 Трудового кодекса Российской Федерации удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно ч. 2 ст. 137 Трудового кодекса Российской Федерации удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться: для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы (ч. 2); для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях (ч. 3); для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда или простое (ч. 4); при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска, при этом удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным п. 8 ч. 1 ст. 77 или п. п. 1, 2 или 4 ч. 1 ст. 81, п. п. 1, 2, 5, 6 и 7 ст. 83 настоящего Кодекса (ч. 5).

В соответствии с ч. 3 ст. 137 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных абз. 2, 3, 4 ч. 2 настоящей статьи, работодатель вправе принять решение об удержании из заработной платы работника не позднее одного месяца со дня окончания срока, установленного для возвращения аванса, погашения задолженности или неправильно исчисленных выплат, и при условии, если работник не оспаривает оснований и размеров удержания.

Согласно части 1 статье 248 Трудового кодекса Российской Федерации взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, производится по распоряжению работодателя. Распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба.

В соответствии с частью 2 статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации, если месячный срок истек или работник не согласен добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться только судом.

Таким образом, удержание из заработной платы и взыскание работодателем с работника материального ущерба имеют разную правовую природу, регулируются разными нормами трудового законодательства. 

Из приведенных положений норм Трудового кодекса Российской Федерации следует, что удержания из заработной платы работника в счет возмещения материального ущерба работодатель вправе произвести, если работник не оспаривает его основание и размер и если не истек месячный срок, установленный для добровольного возмещения суммы причиненного ущерба. В случае, когда хотя бы одно из этих условий не соблюдено, то есть работник оспаривает основание удержания или месячный срок истек, работодатель теряет право на бесспорное взыскание денежных средств, и оно может быть осуществлено только в судебном порядке.

Учитывая, что работодатель согласия истца на удержание денежных средств в счет возмещения материального ущерба не получал, истец оспаривает удержание ущерба в счет зарплаты за ДД.ММ.ГГГГ., следовательно, у ответчика отсутствовало право на бесспорное взыскание указанных денежных средств, в связи с чем требование ФИО2 о взыскании с ООО РК «Крутогоровское» удержанной заработной платы за ДД.ММ.ГГГГ в размере 20 934 руб. 48 коп. обоснованно и подлежит удовлетворению.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания работника, причиненные неправомерными действиями или бездействием работодателя, нарушающими его трудовые права, закрепленные законодательством.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ", суд в силу статей 21 (абзац 14 части первой) и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Факт причинения морального вреда действиями ответчика презюмируется, т.е. не требует дополнительного доказывания, ненадлежащее исполнение ответчиком своих обязательств по выплате полагающихся выплат при увольнении работнику влечет для работника отрицательные последствия в виде денежных затруднений и нравственных переживаний.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, согласно которым неправомерные действия ответчика, связанные с незаконным увольнением истца, нашли объективное подтверждение, что является нарушением трудовых прав и гарантий, установленных ст. 37 Конституции РФ и трудовым законодательством РФ, суд приходит к выводу о необходимости компенсации истцу морального вреда.

Принимая во внимание степень и характер морально-нравственных страданий истца по данному конкретному делу, вину работодателя, как этого требует ст. 151 ГК РФ, учитывая требования разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета Петропавловск - Камчатского городского округа в сумме 9 430 руб. 70 коп. (300 руб. - по требованию о признании увольнения незаконным, признании недействительной записи в трудовой книжке и восстановлении на работе + 8 830 руб. 70 коп. - по требованию о взыскании денежных сумм + 300 руб. - по требованию о компенсации морального вреда), от уплаты которой истец при подаче иска освобожден в силу закона.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО2 удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ №-к от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении трудового договора (увольнении) ФИО2 по подпункту б пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Признать недействительной запись в трудовой книжке ФИО2 № от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора (увольнении) ФИО2 в связи с однократным грубым нарушением работником трудовых обязанностей, появлением работника на работе в состоянии алкогольного опьянения по подпункту б пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Восстановить ФИО2 в ООО РК «Крутогоровское» в должности 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ

Взыскать с ООО РК «Крутогоровское» в пользу ФИО2 заработную плату за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГг. в размере 142 135 рублей 50 копеек (за минусом НДФЛ), окончательный расчет в размере 400 000 руб. (за минусом НДФЛ), незаконно удержанную заработную плату за сентябрь 2020 г. в размере 20 934 руб. 48 коп., компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью РК «Крутогоровское» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 9430 рублей 70 копеек.

В удовлетворении иска о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, окончательного расчета в большем размере отказать.

Решение суда в части восстановления ФИО2 на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд в апелляционном порядке через Петропавловск-Камчатский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 3 декабря 2020 г.

Председательствующий подпись И.А. Ежова 

Копия верна

Судья И.А. Ежова 

Оригинал решения суда находится в деле Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края № 2-5149/2020 (УИД 41RS0001-01-2020-008962-38)