Дело № 2 – 4425/2020

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

10 ноября 2020 года г. Стерлитамак

Стерлитамакский городской суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Кузнецовой Э.Р., 

с участием помощника прокурора г. Стерлитамак РБ Сагидуллиной Э.Р., 

при секретаре Ожеховской Э.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к акционерному обществу «Самотлорнефтепромхим» о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве 

УСТАНОВИЛ:

ФИО7 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Самотлорнефтепромхим» о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве. Просит взыскать с акционерного общества «Самотлорнефтепромхим» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей. 

Требования мотивированы тем, что он (ФИО7), являясь работником акционерного общества «Самотлорнефтепромхим», помощником бурильщика ТиКРС 4 разряда 24 ноября 2019 года, выполняя подготовительные работы по монтажу СПГ на кустовой площадке № 41 «б» Вынгаяхинского месторождения скважина 483, получил телесные повреждения при следующих обстоятельствах. В процессе производства работ трос вспомогательной лебедки оплел трос подвески гидравлического ключа (ГКШ). Освобождая трос подвески гидравлического ключа, истец левой рукой попал в открытый зев ключа ГКШ и получил травму мизинца левой кисти. Согласно акту № «О несчастном случае на производстве» ФИО7 

<

данные изъяты> выставлен диагноз 

<

данные изъяты>. Причинами несчастного случая согласно акту является неудовлетворительная организация производства работ, выразившееся в нарушении п. 1.2, п. 2.6 «Требования инструкции по охране труда при безопасной эксплуатации подвесного гидравлического ключа и пневматического спайдера ИОТР-В22-2014», п. 2.15, п. 2.33 «Должностной инструкции мастера по текущему и капительному ремонту скважин цеха, утвержденной генеральным директором акционерного общества «Самотлорнефтепромхим». 

Истец ФИО7 на судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, пояснил, что до настоящего времени испытывает физические боли. 

Представитель истца по доверенности ФИО8 на судебном заседании исковые требования поддержал, просил удовлетворить по основаниям, изложенным в иске. 

Помощник прокурора г. Стерлитамак РБ Сагидуллина Э.Р. в судебном заседании просила удовлетворить частично исковые требования ФИО7, взыскав в его пользу с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

Представитель ответчика акционерного общества «Самотлорнефтепромхим» на судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен о дате и времени рассмотрения дела, ранее представин отзыв на исковое заявление, согласно которому представитель считает требования истца завышенными, признает компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей. 

Учитывая требования ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, положения ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, гарантирующие равенство всех перед судом, в соответствии с которыми неявка лица в суд есть его волеизъявление, свидетельствующее об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в разбирательстве, а потому не является преградой для рассмотрения дела, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся сторон.

Суд, определив возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся сторон, заслушав участников процесса, помощника прокурора, исследовав материалы гражданского дела, пришел к выводу, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, чье право нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

В силу требований со ст. 1064 Гражданского кодекса российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, при этом лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине, а в соответствии со ст. 1082 Гражданского кодекса российской Федерации удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 ст. 15 Гражданского кодекса российской Федерации).

На основании статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения, праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как следует из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

В соответствии со статьей 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ч. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 8 Постановления от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснил, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить в том числе безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи. 

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком в качестве помощника бурильщика ТиКРС 4 разряда, что сторонами не оспаривалось. 

Из акта № о несчастном случае на производстве от 02 декабря 2019 года, следует, что несчастный случай с помощником бурильщика 4 разряда ФИО7, произошел на кустовой площадке № 41б Вынгаяхинского месторождения скважина № 483, при следующих обстоятельствах: 24 ноября 2019 года в 08 часов 00 минут, помощник бурильщика КРС 4 разряда ФИО7, пройдя инструктаж у мастера бригады № 128 ФИО1., заступил на рабочую (дневную) смену. На момент выхода на рабочую смену на скважине производились геофизические работы, поэтому была ограждена опасная зона вокруг устья скважины. Мастер бригады дал задание на уборку вагонных помещений и территории прилегающей к вагону домам. В 16 часов 00 минут по окончанию работы геофизиков мастер бригады дал задание произвести подготовительные работы по спуску компановки. В 17 часов 30 минут бурильщик КРС 6 разряда ФИО2 находясь на рабочей площадке, производил демонтаж дополнительного кольца ПВО, помощник бурильщика КРС 5 разряда ФИО3 с помощником бурильщика КРС 4 разряда ФИО7 производили подготовительные работы по монтажу СПГ. В 17 часов 33 минуты помощник бурильщика КРС ФИО3. обнаружил, что трос вспомогательной лебедки оплелся за трос подвески ГКШ, приступили к его распутыванию. В 17 часов 35 минут помощник бурильщика КРС ФИО3 повернулся в сторону перильного ограждения и потянулся за крючком, чтобы передать помощнику бурильщика КРС ФИО7 для зацепа вспомогательной лебедки. В этот момент помощник бурильщика КРС ФИО7, не дождавшись передачи крючка, правой рукой в полусогнутом положении потянулся за крюк вспомогательной лебедки кермака. Попытавшись его потянуть на себя, не удержавшись стойко на ногах, попытался зацепиться за гидроключ, в результате чего левая рука попала в открытый зев ключа ГКШ. При этом получил травму мизинца левой руки. При данной работе мастер бригады ФИО1 находился рядом с рабочей площадкой, возле соседней скважины, где произвел замер диаметра уплотнительного кольца фонтанной арматуры для следующих работ. Услышав крик, мастер бригады ФИО1 подошел к лестнице приемных мостков, откуда спускался пострадавший помощник бурильщика КРС ФИО7 Сказав мастеру о получении травмы, они прошли в вагон мастера, где была оказана первая медицинская помощь. После оказания первой медицинской помощи помощнику бурильщика КРС ФИО7 мастер бригады ФИО1 сообщил о происшествии начальнику цеха ТКРС № 6 ФИО4 Затем ФИО7 был направлен на оперативном транспорте в приемное отделение ГБУЗ 

<

данные изъяты> где ему была оказана медицинская помощь. 

Согласно пункту 8.2 акта о несчастном случае на производстве от 02 декабря 2019 года, ФИО7 поставлен диагноз и код диагноза по МКБ-10: «

<

данные изъяты>». Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории – легкая. Заключение о тяжести производственной травмы № от 29 ноября 2019 года, выдано ГБУЗ 

<

данные изъяты> 

Согласно п. 9 акта о несчастном случае причинами несчастного случая явились: неудовлетворительная организация производства работ (код 08) выразившаяся в нарушении п. 1.2, п. 2.6 «Требований инструкции по охране труда при безопасной эксплуатации подвесного гидравлического ключа и пневматического спайдера ИОТР-В-22-2014», п. 2.15, п. 2.33 «Должностной инструкции мастера по текущему и капитальному ремонту скважин цеха», утвержденной генеральным директором АО «Самотлорнефтепромхим» ФИО5; нарушение п. 2 квалификационной характеристики бурильщика капитального ремонта скважин, утвержденной генеральным директором АО «Самотлорнефтепромхим» ФИО5; нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда (код 13) выразившееся в нарушении п. 10.1.9 «Паспорта гидроключа ГКШ-1500МК 20.04.2015 г.в. зав. № 3477 ЗАО «УФАГИДРОМАШ», зав. № 3477». В соответствии с п.10 акта о несчастном случае на производстве от 02 декабря 2019 года, лицами, допустившие нарушения требований охраны труда, являются: ФИО1 – мастер бригады № 128, который не осуществил достаточный контроль за обеспечением правильной организации производства работ, чем нарушил п. 1.2, п. 2.6 «Требований инструкции по охране труда при безопасной эксплуатации подвесного гидравлического ключа и пневматического спайдера ОИТР-В-22-2014», п. 2.15, п. 2.33 «Должностной инструкции мастера по текущему и капитальному ремонту скважин, утвержденной генеральным директором АО «Самотлорнефтепромхим» ФИО5»; ФИО2 – бурильщик КРС 6 разряда, который не обеспечил соблюдение членами бригады трудовой и производственной дисциплины, инструкций по охране труда и пожарной безопасности; ФИО7 – помощник бурильщика КРС 4 разряда, который не произвел оценку рисков при выполнении работ с применением Гидроключа ГКШ – 1500 МК, чем нарушил п. 10.1.9 «Паспорт гидроключа ГКШ-1500 МК 20.04.2015 г.в. зав. № 3477 ЗАО «УФАГИДРОМАШ». 

По запросу суда 

<

данные изъяты> была представлена медицинская карта ФИО7, из которой следует, что истец 24 ноября 2019 года в 21.05 час. осмотрен травматологом-ортопедом. Жалобы: 

<

данные изъяты>. История заболевания: со слов – бытовая травма 24 ноября 2019 года – ремонтировал машину, последняя сорвалась с домкрата, травмировала палец. Самостоятельно обратился в п/о. Местный статус: 

<

данные изъяты>. Основной диагноз: 

<

данные изъяты>. 25 ноября 2019 года осмотр травматолога. Жалобы: 

<

данные изъяты> Со слов больного травма производственная 24 ноября 2019 года около 18.30 на Вынгаяхинском месторождении, придавило 5 палец левой кисти металлическим ключом… Основной диагноз: 

<

данные изъяты> Нетрудоспособен с 24 ноября 2019 года по 08 декабря 2019 года. 26 ноября 2019 года осмотр травматолога. Основной диагноз: 

<

данные изъяты>. Нетрудоспособен, продолжает болеть по 02 декабря 2019 года. Пациент выезжает на ПМЖ, выезд разрешен. Явка к травматологу по месту жительства с 02 декабря 2019 года. 

По запросу суда 

<

данные изъяты> была представлена медицинская карта ФИО7, из которой следует, что 02 декабря 2019 года истец осмотрен травматологом. 

<

данные изъяты>. Диагноз: 

<

данные изъяты>. Л/н продлен. 09 декабря осмотр травматологом, поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. 12 декабря 2019 года осмотр травматологом, жалобы 

<

данные изъяты>. Поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Л/н продлен. 13 декабря 2019 года осмотр травматологом, жалобы 

<

данные изъяты>. Диагноз: 

<

данные изъяты>. 24 декабря 2019 года осмотр травматологом. Объективно: 

<

данные изъяты> Диагноз: 

<

данные изъяты>. Л/н продлен. 31 декабря 2019 года осмотрен травматологом, жалобы на 

<

данные изъяты>. Диагноз: 

<

данные изъяты>. Л/н продлен. 10 января 2020 года осмотр гл.травматолог МО г.Стерлитамак, диагноз: 

<

данные изъяты> У травматолога б/л закрыть. 13 января 2020 года осмотр неврологом, диагноз: 

<

данные изъяты>. Л/н продлен. 11 июня 2020 года осмотр травматологом, диагноз: 

<

данные изъяты>. В период с 24 января 2020 года по 05 июля 2020 года находится на лечении у невролога с диагнозом: 

<

данные изъяты> Явка на СМЭ 06 июля 2020 года.

Определением Стерлитамакского городского суда РБ от 27 июля 2020 года была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено 

<

данные изъяты>

Согласно заключению эксперта 

<

данные изъяты> № от 27 июля 2020 года ФИО6 у ФИО7 имело место повреждение в виде 

<

данные изъяты>. Данное повреждение вызвало вред здоровью средней тяжести, как повлекшее за собой длительное расстройство здоровья свыше 21 дня. (Основание п. 27 Приказа МЗ РФ № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» от 24.04.2008 года). 

Оценивая по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение ФИО6 № от 27 июля 2020 года 

<

данные изъяты>, суд находит представленное заключение допустимым и достоверным доказательством, поскольку оно соответствует требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное этапы и описание проведенного исследования и сделанные в результате него выводы, обоснование полученных результатов, заключение основано на собранной фактической информации, компетенция эксперта позволяет проводить такие экспертизы. Кроме того, экспертиза назначена в ходе судебного разбирательства, с соблюдением требований ст. 79-80, 84-87, 187 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, перед проведением экспертизы эксперт предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, сторонам была предоставлена возможность поставить свои вопросы перед экспертом. Процессуальный порядок проведения экспертизы соблюден. Оснований не доверять выводам заключения эксперта у суда не имеется, а доказательств, указывающих на недостоверность данного заключения, либо ставящих под сомнение его выводы, суду не представлено.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что суд в силу статьи 21 (абз. 14 ч. 1) и статьи 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. При этом размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно пункту 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом, суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Тем самым, в результате несчастного случая на производстве ФИО7 безусловно причинены физические и нравственные страдания. При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд, учитывая, характер физических и нравственных страданий истца, степень тяжести вреда, причиненного истцу, продолжительность лечения полученной травмы, ее последствия, трудности в быту, эстетический вид руки, тяжесть моральных переживаний истца о своем здоровье и физических страданий (испытывает боли), степень вины ответчика, с учетом принципа разумности и справедливости, суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца, - в размере 100000 рублей.

Согласно разъяснений, содержащихся в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при рассмотрении дел о компенсации причиненных нравственных или физических страданий необходимо учитывать, что моральный вред признается законом вредом неимущественным, несмотря на то, что он компенсируется в денежной или иной материальной форме. Учитывая это, государственная пошлина по таким делам должна взиматься на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса РФ, предусматривающего оплату исковых заявлений неимущественного характера.

При этом следует также иметь в виду, что в предусмотренных законом случаях истцы освобождаются от уплаты государственной пошлины (например, подпункты 1, 3, 4 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса РФ, пункт 3 статьи 17 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей»).

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден при предъявлении иска в суд (пп.1 п.1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ), взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в связи с этим суд считает необходимым взыскать с ответчика акционерного общества «Самотлорнефтепромхим» государственную пошлину в размере 3200 рублей в доход местного бюджета – городского округа г. Стерлитамак РБ. 

В силу ст. 85 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ч. 1 ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в числе прочего, суммы, подлежащие выплате экспертам, а также другие, признанные судом необходимыми расходы.

Определением суда от 7 сентября 2020 года расходы по оплате услуг экспертизы возложены на акционерное общество «Самотлорнефтепромхим». Однако, несмотря на проведение экспертизы, акционерное общество «Самотлорнефтепромхим» до настоящего времени не произвело оплату за проведение экспертизы, тем самым не исполнило возложенную на него судом обязанность. 

Руководствуясь ст. ст. 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО7 к акционерному обществу «Самотлорнефтепромхим» о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве удовлетворить частично. 

Взыскать с акционерного общества «Самотлорнефтепромхим» в пользу ФИО7 компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Самотлорнефтепромхим» в доход местного бюджета – городского округа г. Стерлитамак государственную пошлину в размере 3200 рублей. 

Взыскать с акционерного общества «Самотлорнефтепромхим» в пользу ГБУЗ 

<

данные изъяты> расходы по экспертизе в размере 5908 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Башкортостан в течение 1 месяца со дня вынесения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Стерлитамакский городской суд Республики Башкортостан. 

Председательствующий судья: Э.Р. Кузнецова