№ 12-95/2018

РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

14 февраля 2018 года г. Белгород 

Судья Октябрьского районного суда г. Белгорода Подзолков Ю.И. (

<

...>, зал 209),

с участием защитника ФИО1 – Войтенко С.Г.,

- потерпевшего Г.Ю.Н., его защитника Ломоносова А.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу защитника ФИО1 – Михайлюк В.В. на постановление инспектора группы по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД по г. Белгороду К.С.А. от 15.12.2017 года по делу об административном правонарушении, вынесенное по ч.3 ст. 12.14 КоАП РФ, в отношении ФИО1,

установил:

постановлением инспектора группы по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД по г. Белгороду К.С.А. от 15.12.2017 года ФИО1 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.12.14 КоАП РФ, ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 500 рублей.

В жалобе, поданной в суд, защитник ФИО1 - Михайлюк В.В., ссылаясь на невиновность ФИО1 в совершении вменяемого административного правонарушения, указывая, что вывод о наличии события административного правонарушения должностного лица ГИБДД УМВД РФ по г. Белгороду основан на неправильном толковании Правил дорожного движения и неверной оценки действий обоих водителей, произошедшего ДТП, просит об отмене указанного постановления и прекращении производства по делу. 

В судебном заседании защитник ФИО1 – Войтенко С.Г. доводы вышеуказанной жалобы поддержал, просил её удовлетворить.

По мнению защитника заявителя, именно второй участник ДТП – Г.Ю.Н. виновен в произошедшем происшествии, который не соблюдал безопасный интервал движения до впереди движущего транспортного средства. 

Иной участник ДТП Г.Ю.Н. и его защитник Ломоносов А.Н. в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения жалобы ФИО1, сославшись на законность и обоснованность принятого по делу процессуального решения. 

Изучив доводы жалобы, материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, выслушав свидетеля инспектора ГИБДД К.С.А., прихожу к следующему.

В соответствии с частью 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (в редакции Федерального закона от 22 июня 2007 г. N 116-ФЗ, от 23 июля 2013 N 196-ФЗ) невыполнение требования Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом движения, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 12.13 и статьей 12.17 настоящего Кодекса, - влечет предупреждение или наложение административного штрафа в размере пятисот рублей.

В соответствии с п. 8.4 Правил Дорожного движения, при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

В силу п. 1.3 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 N 1090, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки.

В соответствии с п. 1.2 ПДД РФ требование "уступить дорогу (не создавать помех)" означает, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

Невыполнение требования Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом движении, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 12.13 и ст. 12.17 КоАП РФ, образует состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ.

Как следует из материалов настоящего дела, 31.10.2017 года в районе д.439 по ул. Сумской г. Белгорода произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей «Мерседес W 124» гос. номер №, под управлением ФИО1 и автомобиля «Богдан 2110» гос. номер №, под управлением Г.Ю.Н. 

Как следует из содержания жалобы заявителя, его доводы сводятся к тому, что столкновение автомобилей произошло по вине иного участника происшествия – Г.Ю.Н., который не соблюдал безопасный интервал движения до впереди движущего автомобиля. 

В результате этого произошло столкновение вышеуказанных транспортных средств. 

Согласно схеме ДТП от 31.10.2017 года вышеуказанное ДТП произошло на правой полосе движения на расстоянии 1.5 метра от края проезжей части, ширина полосы составляла 3.8 метра. 

В данном направлении имеется две полосы движения, которые разделены дорожной разметкой Г - 1.5 приложения № 2 ПДД РФ.

ФИО1 подписал схему происшествия, чем выразил свое согласие, в части места столкновения транспортных средств (л.д.13).

Как следует из объяснений ФИО1 и Г.Ю.Н., оба участника происшествия ссылались на тот факт, что 31.10.2017 года в 06 часов 04 минуты их автомобили двигались по правой полосе движения по ул. Сумской по направлению ул. Чичерина г. Белгорода.

Согласно объяснениям ФИО1 от 31.10.2017 года установлено, что в районе дома 439 по ул. Сумской в его автомобиль произошел сильный удар в заднюю часть автомобиля, после чего автомобиль стал неуправляемый, слетел с проезжей части и произошел удар передней частью автомобиля в дерево (л.д.17). 

Согласно объяснениям Г.Ю.Н. от 27.11.2017 года, он двигался на автомобиле «Богдан» гос. номер № по ул. Сумской со стороны села Стрелецкое по направлению к ул. Чичерина по крайней правой полосе по центру полосы. 

Впереди в крайней правой полосе попутно двигавших автомобилей не было. В крайней левой полосе на расстоянии 20-30 метров двигался автомобиль «Мерседес» темного цвета, когда расстояние межу автомобилями сократилось до 10 -15 метров, автомобиль «Мерседес» без указателя поворота, начал перестроения с крайней левой полосы в крайнюю правую полосу, резко снизив скорость и создав помеху автомобилю ФИО2, который применил экстренное торможение и принял вправо, с целью избежать столкновение. 

В этот же момент произошел удар, от которого автомобиль выбросила с проезжей части.

Согласно протоколу осмотра места совершения административного правонарушения от 31.10.2017 года, в автомобиле «Мерседес» повреждены: правое заднее крыло, крышка багажника, правый задний фонарь, задний бампер, молдинг, правая задняя стойка. 

В автомобиле Ваз-2110 «Богдан» повреждены передний бампер, 2-е блок фары, правое переднее крыло? правое переднее колесо, передний бампер (л.д.8).

Данные обстоятельства подтверждены приложенными фототаблицами поврежденных транспортных средств (л.д.10-12).

В ходе судебного заседания инспектор ГИБДД УМВД по г.Белгороду К.С.А. суду пояснил, что согласно предоставленным фактическим данным установлено, что вышеуказанные транспортные средства на момент столкновения находились под углом к друг к другу, при этом транспортное средство ФИО1 было впереди, чем автомобиль ФИО2, что свидетельствует о том, что именно ФИО1 совершал маневр в виде перестроения на правую полосу движения, по которой двигался ФИО2.

В связи с этим, в действиях ФИО1 усматривается нарушение п. 8.4 ПДД РФ, поскольку он при перестроении не уступил дорогу транспортному средству, движущимуся попутно без изменения направления движения.

Согласно фототаблице № 5 усматривается, что столкновение произошло в заднюю левую часть крыла автомобиля «Мерседес», что, безусловно свидетельствует о том, что автомобиль ФИО1 не занимал крайнюю правую полосу движения (л.д.11). 

Каких-либо сведений, объективно свидетельствующих о заинтересованности названного должностного лица ГИБДД по делу при рассмотрении жалобы не сообщено. 

Исполнение инспектором ДПС своих служебных обязанностей, включая составление процессуальных документов, само по себе, к такому выводу не приводит.

Считаю, что все перечисленные доказательства отвечают требованиям допустимости, достоверности, а их совокупность является достаточной для признания ФИО1 виновным в совершении правонарушения.

Вина ФИО1 в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, подтверждается:

-протоколом об административном правонарушении от 15.12.2017 года;

-рапортом инспектора ДПС ГИБДД УМВД РФ по г. Белгороду от 15.12.2017 года;

-протоколом осмотра места совершения административного правонарушения от 31.10.2017 года с приложенными фототаблицами;

-схемой ДТП от 31.10.2017 года;

-справкой по ДТП от 31.10.2017 года; 

-объяснения ФИО1 от 31.10.2017 года;

-объяснениями Г.Ю.Н. от 27.11.2017 года;

Таким образом, совокупность указанных доказательств дает право суду прийти к выводу, что водитель ФИО1 действительно при перестроении не уступил дорогу транспортному средству, движущимуся попутно без изменения направления движения.

По факту указанного правонарушения инспектором ДПС ОБДПС ГИБДД УМВД России по г. Белгороду К.С.А. вынесено оспариваемое заявителем постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ в виде административного штрафа в размере 500 рублей.

В постановлении по делу об административном правонарушении содержатся сведения, предусмотренные ч. 1 ст. 29.10 КоАП РФ, отражено событие правонарушения, квалификация деяния. 

Содержание постановления изложено в достаточной степени ясности, поводов, которые давали бы основания полагать, что ФИО1 не осознавал содержание и суть подписываемого документа, нет. 

Кроме того, как следует имеющейся расписке о разъяснении процессуальных прав, протокола и постановления по делу об административном правонарушении от 15.12.2017 года, процессуальные права и обязанности, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ ФИО1 были разъяснены, о чем свидетельствует его подпись в указанных документах, доказательств обратного не представлено.

Довод ФИО1 о том, что в указанное происшествие произошло по вине второго участника ДТП, нахожу несостоятельным.

Как следует из имеющихся повреждений указанных автомобилей, автомобиль ФИО1 находился под углом по отношению к автомобилю ФИО2, который двигался прямо, по ходу движения по крайне правой полосе движения. 

Данных, свидетельствующих о нарушении вторым участником дорожно-транспортного происшествия - водителем ФИО2 правил дорожного движения в материалах дела не имеется. 

Дело об административном правонарушении в отношении него не возбуждалось, что исключает возможность обсуждения вопросов его виновности либо невиновности в совершении административного правонарушения.

Считаю, что все перечисленные доказательства отвечают требованиям допустимости, достоверности, а их совокупность является достаточной для признания ФИО1 виновным в совершении указанного правонарушения.

В силу абзаца 3 пп. "а" п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" (в редакции от 19.12.2013 г.) административное расследование представляет собой комплекс требующих значительных временных затрат процессуальных действий должностных лиц, направленных на выяснение всех обстоятельств административного правонарушения, их фиксирование, юридическую квалификацию и процессуальное оформление. Проведение административного расследования должно состоять из реальных действий, направленных на получение необходимых сведений, в том числе путем проведения экспертизы, установления потерпевших, свидетелей, допроса лиц, проживающих в другой местности.

Из материалов дела об административном правонарушении усматривается, что административное расследование по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, должностным лицом ГИБДД не назначалось.

В связи с этим, довод жалобы защитника ФИО1 о том, что должностным лицом ГИБДД незаконно отказано в назначении автодорожной, автотехнической и транспортно-трассологической экспертизы, нахожу несостоятельным. 

В ходе рассмотрения дела установлено, что транспортное средство ФИО2 утилизировано, что само по себе исключает возможность рассмотрения данного ходатайства судом. 

При таких обстоятельствах, ФИО1 обоснованно привлечен к административной ответственности, деянию дана правильная квалификация по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ.

Доводы ФИО1 о том, что он привлечен к административной ответственности без достаточных к тому оснований, поскольку он совершал маневр из крайне левого положения, опровергается собранными по делу доказательствами, в том числе протоколом об административной ответственности по ч.3 ст. 12.14 КоАП РФ от 15.12.2017 года, схемой ДТП и объяснениями участников происшествия (л.д.)

Свидетельские показания З.В.Н. суд не может принять во внимание, поскольку они объективно не подтверждают фактические действия обоих участников данного происшествия (л.д.37) 

Довод ФИО1 о том, что в момент ДТП водитель ФИО2 мог совершать обгон, основан на неверном толковании фактических обстоятельств дела и имеющимся повреждениям транспортных средств. 

В соответствии с положениями абзаца 18 пункта 1.2 Правил дорожного движения под обгоном понимается опережение одного или нескольких движущихся транспортных средств, связанное с выездом из занимаемой полосы.

Согласно пункту 9.1 Правил дорожного движения количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними.

Из материалов дела усматривается, что ширина дороги в месте дорожно-транспортного происшествия составляла 7.4 метра, что позволяло осуществлять движение транспортных средств, по крайней мерее, по двум полосам, что не отрицалось защитником заявителя в ходе рассмотрения дела. 

Утверждения ФИО1 о том, что вменяемое ему административное правонарушение совокупностью доказательств не подтверждено, при производстве по делу об административном правонарушении не принято мер к всестороннему, полному, объективному и своевременному выяснению всех обстоятельств дела, не могут служить основанием для признания незаконным оспариваемого постановления.

Постановление по делу вынесено полномочными должностными лицами, в пределах установленных законом сроков, с соблюдением, установленного КоАП РФ порядка привлечения заявителя к административной ответственности, процессуальных нарушений не допущено. 

Административное наказание назначено ФИО1 в пределах, установленных санкцией ч.3 ст.12.14 КоАП РФ, с учетом обстоятельств и характера совершенного правонарушения, личности виновного, в соответствии с требованиями статей 3.1, 4.1 КоАП РФ.

По своему виду и размеру назначенное наказание соответствует содеянному и является справедливым.

Основания для освобождения заявителя от административной ответственности за совершенное правонарушение отсутствуют. 

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену или изменение оспариваемого постановления не имеется.

Руководствуясь ст.ст.30.6, 30.7 КоАП РФ, судья

решил:

постановление инспектора группы по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД по г. Белгороду К.С.А. от 15.12.2017 года по делу об административном правонарушении, вынесенное по ч.3 ст. 12.14 КоАП РФ, в отношении ФИО1 - оставить без изменения, а жалобу защитника ФИО1 – Михайлюк В.В.,- без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по административным делам Белгородского областного суда через Октябрьский районный суд г. Белгорода в течение десяти суток со дня вручения или получения его копии.

Копия верна (подпись)

Судья Ю.И. Подзолков