Дело № 2-275/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 декабря 2019 года г. Камбарка

Камбарский районный суд Удмуртской Республики в составе судьи Шкляева А.П., при секретаре Хисамутдиновой А.Р., с участием старшего помощника прокурора Камбарского района Удмуртской Республики Шестаковой Т.В., представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, рассмотрев исковые требования ФИО3 к акционерному обществу «136 Центральная база производства и ремонта вооружения и средств радиационной, химической и биологической защиты»о возмещении морального вреда,

установил:

Истец ФИО3 обратилась в суд с иском к акционерному обществу «136 Центральная база производства и ремонта вооружения и средств радиационной, химической и биологической защиты» (далее - АО «136 ЦБПР») о компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей в связи со смертью матери СТЕ. 

Требования мотивированы тем, что 16 марта 2011 г. в период времени с 10 час. 30 мин. до 10 час. 50 мин. в результате нарушения нормативных требований к технической эксплуатации жилищного фонда, допущенных главным инженером ОАО «136 ЦБПР» ГИГ, с неочищенной кровли здания КПП-1, расположенного на территории ОАО «136 ЦБПР», произошел сход мокрого снега и льда, которым были плотно придавлены к земле библиотекарь ОАО «136 ЦБПР» СТЕ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являющаяся матерью истца, и малолетний СДИ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являющийся племянником истца.

От телесных повреждений, полученных в результате схода и падения мокрого снега и льда с неочищенной кровли здания КПП-1, СТЕ и СДИ скончались на месте происшествия от механической асфиксии, наступившей от сдавливания груди и живота мокрым снегом и льдом.

По результатам проведенного расследования и судебного разбирательства смерти СТЕ и СДИ, главный инженер АО «136 ЦБПР» ГИГ приговором Камбарского районного суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год 4 месяца условно, с испытательным сроком на 1 год 6 месяцев.

Как установлено указанным приговором, ГИГ на момент смерти СТЕ и СДИ являлся главным инженером АО «136 ЦБПР», то есть находился в трудовых отношениях с ответчиком и причинил вред при исполнении служебных обязанностей.

Истец указывает, что в результате смерти матери ей причинен моральный вред - нравственные страдания, выразившиеся в утере близкого и любимого человека, который до настоящего времени в порядке, установленном гражданским законодательством Российской Федерации, не возмещен.

В результате преступления погиб близкий ей человек - мать СТЕ, в связи с чем истец претерпела глубокую психологическую и моральную травму, связанную с потерей близкого и самого дорогого для неё человека, с которой могла поделиться самым сокровенным, и как дочь получить совет в той или иной жизненной ситуации. Гибель близкого человека является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также их неимущественное право на родственные и семейные связи.

Подобная утрата сама по себе является тяжелейшим событием в жизни неоспоримо причинившим ей нравственные страдания. А если эта утрата произошла из-за чьей-то глупости и равнодушия при организации рабочего процесса - она вдвойне тяжелее. Одно лишь осознание того, что этого могло бы и не произойти и близкий для неё человек жил бы до сих пор, если бы руководство АО «136 ЦБПР» обеспечило надлежащее исполнение его работниками служебных обязанностей, заставляет её снова и снова возвращаться к тем трагическим событиям и заново переживать случившееся.

В результате трагедии и связанного с этим эмоционального потрясения она в течение длительного периода времени испытывала и до сих пор испытывает глубокие нравственные страдания, душевные переживания о случившемся, неизгладимой является боль утраты самого близкого и любимого для неё человека - матери.

С учетом характера физических и нравственных страданий перенесенных ею в связи с гибелью матери, последствий указанных страданий, вины ответчика, состоящей в прямой причинной связи с причинением ей морального вреда, истец считает разумным и справедливым размер компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 рублей.

Правовым основанием иска истец указала ст.ст. 151, 1064, 1068, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (л.д. 4-5).

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте проведения судебного заседания уведомлена надлежаще, просила рассмотреть дело без её участия, исковые требования поддерживает в полном объёме (л.д. 197).

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования доверителя поддержал в полном объёме по основаниям и доводам, изложенным в иске.

В судебном заседании представитель ответчика ОАО «136 ЦБПР» ФИО2, участвующий по доверенности, исковые требования не признал, пояснив, что с предметом заявленных требований он согласен, однако ранее их организация предоставила истцу квартиру, также истец была трудоустроена на предприятии. Данная квартира позже была отобрана у истца Министерством обороны Российской Федерации, поскольку она была служебной. Истица проживала в указанной квартире, поэтому считает, что моральный вред ими был компенсирован.

Третье лицо Министерство обороны Российской Федерации в судебное заседание своего представителя не направило, о времени и месте проведения судебного заседания уведомлено надлежаще, просило рассмотреть дело без участия их представителя, направили отзыв на исковое заявление, в котором просили исковые требования ФИО3 удовлетворить (л.д. 181-185).

Третье лицо ГИГ в судебное заседание не явился, о времени и месте проведения судебного заседания уведомлен надлежаще. 

Дело рассмотрено при указанной явке в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации (далее - ГПК РФ).

Выслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела в полном объёме, оценив и проанализировав доказательства в их совокупности, выслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

По смыслу указанной статьи общими основаниями ответственности за причинение вреда являются наличие вреда, противоправность действий его причинителя, причинно-следственная связь между такими действиями и возникновением вреда, вина причинителя вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что 16 марта 2011 г. в период времени с 10 часов 30 минут до 10 часов 50 минут с неочищенной кровли здания КПП-1 произошел самосход мокрого снега и льда, которыми были плотно придавлены к земле библиотекарь ОАО «136 ЦБПР» СТЕ и ее малолетний внук СДИ, проходившие вдоль указанного здания. В результате схода снега СТЕ и СДИ скончались на месте происшествия от механической асфиксии груди и живота.

СТЕ состояла в трудовых отношениях с ФГУП «136 ЦБПР ВиС РХБЗ», а в последующем с ОАО «136 ЦБПР».

По факту гибели ФИО13 была проведена проверка, по результатам которой составлен акт о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому причиной несчастного случая явилось необеспечение безопасного содержания здания, выразившееся в непринятии мер по своевременной очистке кровли здания КПП-1 от снега и не проведение инструктажа на рабочем месте по виду выполняемой работы. Лицами, допустившими нарушение, указаны исполнительный директор ОАО «136 ЦБПР» ГИГ и работодатель ОАО «136 ЦБПР».

Приговором Камбарского районного суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ ГИГ признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности двум или более лицам).

Потерпевшим по уголовному делу был признан сын СТЕ и отец СДИ – СИР. 

В рамках уголовного дела исковые требования о возмещении морального вреда не заявлялись.

Приговор суда вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 6-8).

Решением Камбарского районного суда Удмуртской Республики от 30 января 2019 г., отмененным в части апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 08 мая 2019 г., частично удовлетворены исковые требования СРН, СИР и ССН. Взыскано с АО «136 ЦБПР» в пользу:

- СРН в возмещение морального вреда, связанного с гибелью супруги СТЕ, 500 000 руб. и возмещение морального вреда, связанного с гибелью внука СДИ, в сумме 100 000 руб.;

- СИР в возмещение морального вреда, связанного с гибелью сына СДИ, в сумме 500 000 руб. и возмещение морального вреда, связанного с гибелью матери СТЕ, в сумме 100 000 руб.

- ССН в возмещение морального вреда, связанного с гибелью сына СДИ, в сумме 500 000 руб. (л.д. 53-58, 59-66).

Данными судебными постановлениями установлено, что смерть СТЕ и СДИ наступила в результате бездействия исполнительного директора ОАО «136 ЦБПР» ГИГ

С учетом положений ст. 1068 ГК РФ, лицом, ответственным за причинение вреда, признано АО «136 ЦБПР» (ранее ОАО «136 ЦБПР»).

В соответствии с ч. 2 ст. 13 ГПК РФ, вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному гражданскому делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. Такое же значение имеют для суда, рассматривающего гражданское дело, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда (ч. 3 ст. 61 ГПК РФ). Под судебным постановлением, указанным в ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, понимается любое судебное постановление, которое согласно ч.1 ст. 13 ГК РФ принимает суд (судебный приказ, решение суда, определение суда), а под решением арбитражного суда - судебный акт, предусмотренный ст. 15 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Согласно правовой позиции, содержащейся в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 г. № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. При этом в качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

Таким образом, суд считает установленным и не подлежащим доказыванию факт того, что в результате бездействия исполнительного директора ОАО «136 ЦБПР» ГИГ наступила смерть СТЕ и СДИ

Лицом, ответственным за причинение вреда, является АО «136 ЦБПР» (ранее ОАО «136 ЦБПР»).

Статья 12 ГК РФ в качестве одного из способов защиты нарушенных гражданских прав предусматривает компенсацию морального вреда. 

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 2 Постановления от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 10) разъяснил, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причинённым увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесённым в результате нравственных страданий и др.

В соответствии со статьями 150 и 151 ГК РФ здоровье, личная неприкосновенность защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных. Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2).

Право гражданина на возмещение вреда, причинённого жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закреплённых в Конституции Российской Федерации.

Из представленного в материалы дела свидетельства о смерти I-НИ №, выданного отделом ЗАГС администрации МО «Камбарский район» ДД.ММ.ГГГГ, следует, что СТЕ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ, место смерти - г. Камбарка Удмуртской Республики (л.д. 31).

Истец ФИО3 является дочерью СТЕ, что подтверждается свидетельствами о рождении истца и о заключении брака (л.д. 10, 11).

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии у ФИО3 права на компенсацию морального вреда, возникшего в связи со смертью матери СТЕ, наступившей в результате бездействия работника ОАО «136 ЦБПР» ГИГ Лицом, ответственным за причинение вреда, является АО «136 ЦБПР».

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 Постановления Пленума ВС РФ № 10, размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В связи со смертью СТЕ, наступившей в результате бездействия работника ОАО «136 ЦБПР» ГИГ, истец ФИО3 навсегда лишилась близкого и дорогого ей человека, что само по себе свидетельствует о наличии нравственных страданий и переживаний, что, безусловно, указывает на причинение истцу морального вреда. Неожиданная смерть близкого человека – матери причинила истцу нравственные страдания, поскольку гибель родственника является необратимым обстоятельством, рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, нарушает неимущественное право на семейные связи.

Имея в виду, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита является приоритетной, исходя из фактических обстоятельств дела, принимая во внимание принцип разумности и справедливости, учитывая, что истец претерпевает нравственные страдания в связи со смертью близкого ей человека, суд считает, что в пользу ФИО3 должна быть взыскана компенсация морального вреда в сумме 500 000 руб. 00 коп. 

Данную сумму суд считает обоснованной и адекватной претерпеваемым истцом нравственным страданиям, способной в определённой мере погасить негативный эффект, причинённый истцу в результате действий ответчика. Такой размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причинённый моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего. Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ 

решил :

Исковые требования ФИО3 к акционерному обществу «136 Центральная база производства и ремонта вооружения и средств радиационной, химической и биологической защиты» о возмещении морального вреда удовлетворить частично. 

Взыскать с акционерного общества «136 центральная база производства и ремонта вооружения и средств радиационной, химической и биологической защиты» в пользу ФИО3 в возмещение морального вреда связанного с гибелью матери СТЕ в сумме 500 000 рублей. 

Взыскать с акционерного общества «136 центральная база производства и ремонта вооружения и средств радиационной, химической и биологической защиты»в доход муниципального образования «Камбарский район» государственную пошлину в сумме 300 рублей. 

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения. 

Судья А.П. Шкляев