03RS0020-01-2025-000621-58

№ 2-530/2025 (ФИО1)

Категория 213г

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 33-1473/2026 (33-20781/2025)

г. Уфа

22 января 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Индан И.Я.,

судей Лахиной О.В., Фахрисламовой Г.З.,

при секретаре Абдрафиковой К.Э.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Уфа Республики Башкортостан гражданское дело по иску ФИО2 к индивидуальному предпринимателю главе КФХ ФИО3 о взыскании денежных средств по договору займа, процентов по договору, процентов за пользование чужими денежными средствами,

по встречному иску Индивидуального предпринимателя ФИО7 КФХ ФИО3 к ФИО2 о признании договора цессии недействительным,

по апелляционной жалобе представителя ИП ФИО4 – ФИО5 на решение Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от 17 сентября 2025 г. с учетом определения того же суда от 21 октября 2025 г. об исправлении описки,

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Индан И.Я., судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан

установила:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ИП главе КФХ ФИО3 о взыскании денежных средств по договору займа, процентов по договору, процентов за пользование чужими денежными средствами, мотивируя свои требования тем, что согласно акту сверки № 1 от 16 января 2025 г., у ответчика перед ней имеется задолженность в размере 12 041 930 руб., которая возникла в результате взаимных финансово-хозяйственных отношений за период с 8 июля 2022 г. по 16 января 2025 г. Данная задолженность состоит из основного долга по договору денежного займа от 8 июля 2022 г. в размере 2 000 000 руб., процентов за пользование займом в сумме 1 550 000 руб.; основного долга по договору цессии № 1 от 15 декабря 2022 г. (уступке права требования долга по договору займа от 15 ноября 2021, заключенному между ответчиком и ФИО6) в размере 6 000 000 руб., процентов за пользование займом в размере 2 491 930 руб. Согласно договору от 8 июля 2022 г., истица перевела ответчику взаем денежные средства в размере 2 000 000 руб., путем перечисления их с расчетного счета, действовавшего в тот период главы КФХ - ИП ФИО2, на расчетный счет главы КФХ - ИП ФИО3, на срок до 1 октября 2022 г., с начислением процентов за пользование займом – 60 % годовых, Ответчик сумму займа не вернул, не уплатил и значительную часть процентов за пользование займом. При подписании акта сверки № 1 от 16 января 2025 г., стороны без возражений признали, что задолженность по процентам за пользование займом составляет 1 550 000 руб., при этом значительно уменьшив сумму, подлежащую выплате к этой дате. Проценты за пользование займом из расчета 60 % годовых за период с 17 января 2025 г. по 6 июня 2025 г. составили 463 562 руб., проценты за просрочку возврата суммы займа, предусмотренные статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации – 162 247 руб., всего задолженность по договору займа от 8 июля 2022 г. – 4 175 809 руб. По договору цессии № 1 от 15 декабря 2022 г., ФИО6 уступила истцу свои права требования долга по договору займа от 15 ноября 2021 г., заключенному между ответчиком и ФИО6 в размере 6 000 000 руб. со сроком возврата – 1 октября 2022 г., с начислением процентов за пользование займом 5 % в месяц, то есть 60 % годовых. Ответчик заем и проценты не возвратил. При подписании акта сверки № 1 от 16 января 2025 г. стороны установили, что задолженность по процентам за пользование займом от 15 ноября 2021 г. составляет 2 491 930 руб. Проценты за пользование займом за период с 17 января 2025 г. по 6 июня 2025 г. из расчета 60 % годовых составляют 1 390 685 руб., проценты за просрочку возврата суммы, предусмотренные статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, - 486 739 руб.

Просила взыскать денежные средства по договору займа, проценты по договору, проценты за пользование чужими денежными средствами, в размере 14 545 163 руб., расходы по уплате государственной пошлины - 102 908 руб.

ФИО3 обратился в суд со встречным исковым заявлением к ФИО2 в котором просит признать договор цессии № 1 от 15 декабря 2022 г. недействительным, считает, что договор цессии заключен в нарушение норм действующего законодательства: договор не содержит положений о возмездности передачи задолженности, не содержит положений о принятии или согласии стороной (цессионарием) прав требования, отсутствует акт приема-передачи полномочий сторонами при заключении сделки. Не допускается дарение в отношениях между коммерческими организациями, каковыми являлись стороны. Договор цессии содержит условие передачи прав требования основного долга к должнику в размере 6 000 000 руб. Проценты, начисленные первоначальным истцом, являются неправомерными в силу отсутствия в договоре цессии прямого указания перехода объема прав, по процентам. Совокупность изложенных обстоятельств указывает на ничтожность договора цессии в части уступки права требования к первоначальному истцу по договору займа от 15 ноября 2021 г., из чего следует, отсутствие каких бы то ни было правовых последствий с момента их заключения.

Просил признать договор цессии № 1 от 15 декабря 2022 г. недействительным.

Решением Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от 17 сентября 2025 г. с учетом определения того же суда от 21 октября 2025 г. об исправлении описки первоначальный иск удовлетворен, постановлено: взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО7 КФХ ФИО3 (паспорт №... ОГРНИП №...) в пользу ФИО2 (паспорт №...) сумму задолженности по договору займа от 8 июля 2022 г. основной долг – 2 000 000 руб., согласованные проценты и проценты за период с 17 января 2025 г. по 17 сентября 2025 г. – 2 352 191,65 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 17 января 2025 г. по 17 сентября 2025 г. – 269 369,87 руб., проценты по договору займа от 8 июня 2022 г. исходя из ставки 60 % годовых начисляя на сумму основного долга в размере 2 000 000 руб., начиная с 18 сентября 2025 г. и по день фактического исполнения обязательств по выплате основного долга, в случае, частичного исполнения обязательств, с начислением на остаток суммы, проценты по договору займа от 8 июня 2022 г. за пользование чужими денежными средствами по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации исходя из размера долга 2 000 0000 руб., начиная с 18 сентября 2025 г. и по день фактического исполнения обязательств по выплате основного долга, в случае, частичного исполнения обязательств, с начислением на остаток суммы; сумму задолженности по договору займа от 15 ноября 2021 г. в размере 6 000 000 руб., согласованные проценты и проценты за период с 17 января 2025 г. по 17 сентября 2025 г. – 4 898 505,03 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 17 января 2025 г. по 17 сентября 2025 г. – 807 891,13 руб., проценты по договору займа от 15 ноября 2021 г. исходя из ставки 60 % годовых начисляя на сумму основного долга в размере 6 000 000 руб., начиная с 18 сентября 2025 г. и по день фактического исполнения обязательств по выплате основного долга, в случае, частичного исполнения обязательств, с начислением на остаток суммы, проценты по договору займа от 15 ноября 2021 г. за пользование чужими денежными средствами по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации исходя из размера долга 6 000 000 руб., начиная с 18 сентября 2025 г. и по день фактического исполнения обязательств по выплате основного долга, в случае частичного исполнения обязательств, с начислением на остаток суммы; расходы по уплате государственной пошлины – 102 908 руб. В удовлетворении встречных исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе представитель ИП ФИО4 – ФИО5 просит об отмене решения суда по мотиву его незаконности и необоснованности. Указывает, что судом не определен размер задолженности, поскольку платежное поручение № 18 от 8 июля 2022 г. содержит указание на назначение платежа – «согласно договора 3 от 8 июля 2022 г.», при этом спорный договор от 8 июля 2022 г. не содержит номера, догадки и предположения о предмете перевода не могли быть положены в основу судебного решения, относимых и допустимых доказательств факта предоставления денег по договору займа № б/н от 8 июля 2022 г. не представлено. Корректировка в назначении платежа не вносилась. Судом неверно произведен расчет процентов и неустоек. Суд ссылается на акт сверки взаимных расчетов на сумму 1 550 000 руб., однако акт сверки не является соглашением о процентах. Суд не учел, что проценты в размере 60 % годовых значительно превышают среднерыночные ставки и являются завышенными, суд должен был поставить на обсуждение применение положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Судом не учтено, что права по договору займа на сумму 6 000 000 руб. перешли по недействительному договору цессии, не учтено, что в договоре цессии не указано на переход прав на взыскание процентов по договору. Исполнение по договору цессии не подтверждено, а переводы с основанием – систематическая помощь как пенсионеру по домашним делам, финансовая помощь со стороны дочери, не подтверждают возмездность передачи задолженности между предпринимателями.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о дате и времени судебного заседания. Участвующие по делу лица также извещались публично путем заблаговременного размещения информации о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы на интернет-сайте Верховного Суда Республики Башкортостан в соответствии со статьями 14, 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации». Неявившиеся лица о причинах уважительности неявки не сообщили, в связи с чем, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

В силу требований статей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда проверяется в пределах доводов апелляционной жалобы.

Проверив и оценив фактические обстоятельства дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав явившихся лиц, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В пунктах 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Указанным требованиям решение суда первой инстанции не соответствует в полной мере и подлежит изменению в части.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 18 июля 2022 г. между главой КФХ индивидуальным предпринимателем ФИО3 и главой КФХ индивидуальным предпринимателем ФИО2 был заключен договор денежного займа. Согласно договору, займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 2 000 000 руб. на срок до 1 октября 2022 г. под 60 % годовых, проценты за пользование займом уплачиваются одновременно с возвратом займа. За несвоевременный возврат условиями договора предусмотрено взыскание с заемщика уплаты процентов в порядке, предусмотренном пунктом 1 статьи 811, пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, за нарушение сроков уплаты процентов займодавец вправе требовать с заемщика уплату неустойки (пени) 0,5 % от не уплаченной суммы за каждый день.

Платежным поручением № 18 от 8 июля 2022 г. подтверждается, что ФИО2 перечислила на счет ФИО3 денежную сумму в размере 2 000 000 руб.

По сведениям Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей от 9 июня 2025 г. ФИО2 прекратила деятельность индивидуального предпринимателя 25 июня 2024 г.; ФИО3 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 5 января 2004 г. с основным видом деятельности – выращивание семян масличных культур.

По договору от 15 ноября 2021 г., ФИО3 от ФИО6 получены в долг денежные средства в размере 6 000 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 28 от 15 ноября 2021 г., согласно которому ФИО6 перечислила на счет ФИО3 денежную сумму в размере 6 000 000 руб.

15 декабря 2022 г. между ФИО6 (цедент) и ФИО2 (цессионарий) заключен договор цессии № 1. Указанным договором установлено, что на дату подписания договора цедент имеет права требования к ФИО3 в размере 6 000 000 руб., право требования возникло из обязательств по договору от 15 ноября 2021 г.

16 января 2025 г. истец и ответчик подписали акта сверки № 1, согласно которому сумма основного долга по денежному займу от 8 июля 2022 г. составляет 2 000 000 руб., задолженность по процентам за пользование займом - 1 550 000 руб., сумма основного долга по договору цессии от 15 декабря 2022 г. составляет 6 000 000 руб.

Обращаясь в суд, ФИО2 настаивала на взыскании денежных средств по договорам займа, процентов по договорам, процентов за пользование чужими денежными средствами, поскольку денежные средства по настоящее время не возвращены.

Удовлетворяя частично исковые требования, суд первой инстанции, пришел к выводу, что основания для освобождения ответчика от исполнения обязательства по возврату денежных средств, в ходе разбирательства дела не установлены, денежная сумма по договорам денежного займа, проценты по договорам, проценты за пользование чужими денежными средствами подлежит взысканию с ответчика в пользу истца по день фактического исполнения обязательств по выплате основного долга.

Отказывая в удовлетворении встречного иска, суд первой инстанции, учел, что 15 декабря 2022 г. между ФИО6 (цедент) и ФИО2 (цессионарий) заключен договор цессии № 1, на дату подписания договора цедент имеет права требования к ФИО3 в размере 6 000 000 руб., право требования возникло из обязательств по договору от 15 ноября 2021 г. Должник был уведомлен о переуступке прав требований: ФИО6 уведомила ФИО3 о том, что требование об оплате по договору от 15 ноября 2021 г. в размере 6 000 000 руб., уступлено на основании договора цессии от 15 декабря 2022 г. ИП главе КФХ ФИО2 Доводы ФИО3 о том, что сторонами при заключении сделки не достигнуто соглашение о цене договора, что отсутствует акт приема-передачи полномочий сторонами при заключении сделки, о возмездности сделки, отклонены, поскольку отсутствие в договоре условия о цене передаваемого требования, само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным, данное обстоятельство не влияет на обязанность должника исполнить свои обязательства перед новым кредитором в полном объеме, кроме того, уступка права требования не предусматривает равноценного встречного исполнения, при этом, стороной приводились доводы, что ФИО6 уступила свои права требования по договору от 15 ноября 2021 г. своей дочери ФИО2, в ответ на систематическую помощь как пенсионеру по домашним делам, а также финансовую помощь. На момент заключения договора уступки прав требования, ФИО6 не являлась индивидуальным предпринимателем, в связи с чем, судом первой инстанции отклонен довод ФИО3 во встречном исковом заявлении о том, что не допускается дарение в отношениях между коммерческими организациями.

Основания и мотивы, по которым суд пришел к таким выводам, а также доказательства, принятые судом во внимание, подробно приведены в мотивировочной части решения и оснований считать их неправильными не имеется.

Изложенные выводы суда первой инстанции следуют из анализа всей совокупности представленных сторонами и исследованных доказательств, оцененных в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с которыми соглашается судебная коллегия.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о несогласии с отклонением встречных исковых требований, судебная коллегия приходит к выводу о том, что судом первой инстанции все возражения должника по договору займа были отклонены как несостоятельные с точки зрения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о переходе прав, поскольку переход права требования к цессионарию состоялся, договор цессии считается заключенным с момента достижения соглашения, оформленного договором, акт приема-передачи не является обязательным для перехода права требования, факт уведомления о цессии должника подтверждает переход прав, уступка права требования не требует равноценного встречного исполнения, стороны договора цессии представили объяснения о характере сделки (помощь дочери матери), при этом, судом первой инстанции правильно отклонен довод о применении запрета на дарение между коммерческими организациями, поскольку цедент (ФИО6) на момент уступки не являлась индивидуальным предпринимателем. Основания для оспаривания сделки (ничтожности или недействительности), представленные должником – ответчиком по встречному иску, отсутствуют.

Также подлежат отклонению доводы апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции не определен размер задолженности по договору займа от 18 июля 2022 г. со ссылкой на платежное поручение № 18 от 8 июля 2022 г., которое содержит указание на назначение платежа – «согласно договора 3 от 8 июля 2022 г.», корректировка в назначении платежа не вносилась, поскольку спорный договор от 8 июля 2022 г. не содержит номера, передача денег по данному платежному поручению во исполнение договора займа построена судом на предположения о предмете перевода, относимых и допустимых доказательств факта предоставления денег по договору займа № б/н от 8 июля 2022 г. не представлено.

Отсутствие формального несоответствия в платежном поручении не является препятствием для установления факта исполнения договора займа и передачи денег.

Указание в назначении платежа «согласно договора 3 от 8 июля 2022 г.» при наличии договора займа, датированного 8 июля 2022 г. и не имеющего номера (б/н), не является основанием для отрицания связи между платежом и договором при совпадении иных параметров: даты (8 июля 2022 г.) и существа – передача денег по обязательству (по договору).

Судебная коллегия учитывает, что платежное поручение № 18 от 8 июля 2022 г. содержит прямое указание на его основание: «согласно договора 3 от 8 июля 2022 г.», спорный договор займа, на который ссылается истец (кредитор), также датирован 8 июля 2022 г. Несмотря на то, что он не имеет номера (б/н), совпадение дат и существа отношений (заем) позволило суду сделать обоснованный вывод о том, что платеж был направлен именно во исполнение этого договора.

Суд первой инстанции, оценивая доказательства в их совокупности и взаимной связи, сделал обоснованный вывод о том, что именно договор займа от 8 июля 2022 г. является основанием спорного платежа, такой подход соответствует принципам оценки и направлен на установление действительной воли сторон и фактических обстоятельств дела, а не на формальное сопоставление реквизитов документов, поскольку фактически суд первой инстанции установил размер задолженности не только на основании договора займа от 8 июля 2022 г. и платежного поручения, но и с учетом акта сверки, в котором должник прямо признал наличие задолженности по конкретному договору займа от 8 июля 2022 г. в сумме 2 000 000 руб.

Суд установил размер задолженности на основании системного толкования представленных доказательств: договора займа от 8 июля 2022 г. и платежного поручения от той же даты, а также акта сверки, которым признавался факт наличия задолженности по договору займа от 8 июля 2022 г. в размере 2 000 000 руб.

Подписание акта сверки, в котором содержится признание задолженности по конкретному договору займа от 8 июля 2022 г., является юридически значимым поведением и последующее оспаривание связи между этим договором и платежным поручением, исполняющим обязательство по нему, представляет собой противоречивое поведение, которое правомерно не было принято судом во внимание в силу принципа эстоппель и правила venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению), в соответствии с которыми изменение стороной своей позиции в ущерб контрагенту, который ранее разумно и добросовестно полагался на обратное поведение такой стороны, лишает указанную сторону в рассматриваемом случае права на возражение.

Кроме того, ответчиком в суде первой и апелляционной инстанции не предоставлено иных оснований для перечисления ему 8 июля 2022 г. денежных средств в размере 2 000 000 руб., напротив судебной коллегии сообщено, что иных договоров от 8 июля 2022 г. не имелось.

Вместе с тем поверяя доводы апелляционной жалобы о фактически ростовщических процентах по договорам, судебная коллегия учитывает следующее.

В соответствии с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со статьей 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Поскольку возник спор о взыскании долга и процентов по займу, юридически значимые обстоятельства могли быть подтверждены в судебном порядке с представлением доказательств, отвечающих требованиям статей 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом, исходя из положений статей 67, 71, 195 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации выводы суда о фактах, имеющих значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости (статьи 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В противном случае нарушаются задачи и смысл гражданского судопроизводства, установленные статьей 2 названного кодекса.

Эти требования процессуального закона, как усматривается из текста решения, судом при разрешении спора не были выполнены.

Судом при разрешении спора не дана надлежащая оценка письменным доказательствам размера процентов по договорам займа.

Выражая несогласие с выводами суда первой инстанции, ответчик в апелляционной жалобе приводит доводы о том, что проценты по договорам займа в размере 60 % годовых значительно превышают среднерыночные ставки и являются завышенными.

Судебная коллегия, проверяя в указанной части доводы апелляционной жалобы, учитывает следующее.

Пункт 5 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающий возможность уменьшения судом размера процентов за пользование займом по договору, заключенному между гражданами или между юридическим лицом, не осуществляющим профессиональной деятельности по предоставлению потребительских займов, и заемщиком-гражданином, представляет собой предусмотренное законом ограничение свободы договора, направленное на преодоление неравенства переговорных возможностей сторон договора займа с участием заемщика-гражданина и тем самым - на обеспечение баланса их конституционно значимых интересов.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Сама по себе возможность установления размера процентов на сумму займа по соглашению сторон не может рассматриваться как нарушающая принцип свободы договора, в том числе во взаимосвязи со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации о пределах осуществления гражданских прав.

Вместе с тем принцип свободы договора, сочетаясь с принципом добросовестного поведения участников гражданских правоотношений, не исключает обязанности суда оценивать условия конкретного договора с точки зрения их разумности и справедливости, учитывая при этом, что условия договора займа, с одной стороны, не должны быть явно обременительными для заемщика, а с другой стороны, они должны учитывать интересы кредитора как стороны, права которой нарушены в связи с неисполнением обязательства.

Таким образом, встречное предоставление не может быть основано на несправедливых договорных условиях, наличие которых следует квалифицировать как недобросовестное поведение.

Судебная коллегия, оценив условия договоров займа, установила, что установленный договорами размер процентов за пользование займом – 60 % годовых, и приходит к выводу о том, что такой размер процентов не отвечает принципу разумности и добросовестности, ведет к существенному нарушению баланса интересов сторон договора и является явно обременительным для заемщика.

Судебная коллегия принимает во внимание, что установленный договором размер процента 60 % годовых превышает более чем в три раз предельное значение полной стоимости потребительских кредитов (займов) для договоров, заключаемых в III квартале 2022 г. на срок до 1 года по нецелевым потребительским кредитам в размере свыше 300 000 руб. которое составляет - 18,983 % годовых.

Приходя к выводу, что проценты за пользования займом являются чрезмерно обременительными для должника, судебная коллегия учитывает значения предельной процентной ставки для нецелевых кредитов наличными в III квартале 2022 г. и считает возможным их определить в размере 18,983 % (в размере стоимости потребительских кредитов, установленной Банком России в III квартале 2022 г., на дату заключения договора), что соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, и установленным фактическим обстоятельствам данного дела.

Судебная коллегия не находит оснований для сопоставления договорных процентов с предельной стоимостью кредитов для микро финансовых учреждений - это 292 % годовых (0,8 % в день), поскольку стороны договора являлись субъектами малого предпринимательства, были индивидуальными предпринимателями, заемщик ведет предпринимательскую деятельность в социально-значимой сфере – крестьянско-фермерское хозяйство, основным видом деятельности является выращивание семян масличных культур.

Таким образом, суду первой инстанции, рассматривая спор, следовало проверить договоры займа на предмет установления в них ростовщических процентов, не применяя к сравнению в отношении спорных договоров сверхвысокий лимит процентной ставки для микрофинансовых организаций, который на тот момент составлял 292% годовых, поскольку стороны договора (кредитор и заемщик) являлись индивидуальными предпринимателями, к их отношениям неприменимы специальные правила для микрофинансовых организаций, которые допускают гораздо более высокие проценты, а также с учетом социальной значимости деятельности заемщика (крестьянско-фермерское хозяйство); а следовало сопоставить проценты по договорам займа – 60 % годовых с общим предельным значением полной стоимости потребительского кредита, установленным Банком России для нецелевых потребительских кредитов наличными на III квартал 2022 г.; установив, что договорная ставка в 60 % годовых более чем в три раза превышает установленный Банком России лимит для подобных кредитов (18,983 %) и такое превышение делает проценты чрезмерно обременительными для заемщика, определить к взысканию проценты по договорам займа в размере 18,983 % по день фактического исполнения.

Судебной коллегией произведены расчеты процентов.

Расчёт процентов по договору займа на 2 000 000 руб. из процентной ставки 18,268 % в год за период 8 июля 2022 г. – 22 января 2026 г. в следующем порядке: сумма займа ? (годовая ставка ? количество дней в платежном периоде) / число дней в году:

Период

Дней

Сумма займа

Проценты

Сумма %

09.07.2022 – 31.12.2022

176

2 000 000,00

176 173,59

176 173,59

01.01.2023 – 31.12.2023

365

2 000 000,00

365 360,00

541 533,59

01.01.2024 – 31.12.2024

366

2 000 000,00

365 360,00

906 893,59

01.01.2025 – 31.12.2025

365

2 000 000,00

365 360,00

1 272 253,59

01.01.2026 – 22.01.2026

22

2 000 000,00

22 021,70

1 294 275,29

Расчёт процентов по договору займа на 6 000 000 руб. из процентной ставки 18,268 % в год за период 15 ноября 2021 г. – 22 января 2026 г. в следующем порядке: сумма займа ? (годовая ставка ? количество дней в платежном периоде) / число дней в году:

Период

Дней

Сумма займа

Проценты

Сумма %

16.11.2021 – 31.12.2021

46

6 000 000,00

138 136,11

138 136,11

01.01.2022 – 31.12.2022

365

6 000 000,00

1 096 080,00

1 234 216,11

01.01.2023 – 31.12.2023

365

6 000 000,00

1 096 080,00

2 330 296,11

01.01.2024 – 31.12.2024

366

6 000 000,00

1 096 080,00

3 426 376,11

01.01.2025 – 31.12.2025

365

6 000 000,00

1 096 080,00

4 522 456,11

01.01.2026 – 22.01.2026

22

6 000 000,00

66 065,10

4 588 521,21

С учетом изложенного, решение Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от 17 сентября 2025 г. с учетом определения того же суда от 21 октября 2025 г. об исправлении описки следует изменить в части и взыскать с ИП ФИО7 КФХ ФИО3 (паспорт №... ОГРНИП №...) в пользу ФИО2 (паспорт №...)

проценты по договору займа от 8 июля 2022 г. за период по 22 января 2026 г. – 1 294 275,29 руб. (расчет исходя их ставки 18,983 % годовых),

проценты по договору займа от 8 июня 2022 г. исходя из ставки 18,983 % годовых начисляя на сумму основного долга в размере 2 000 000 руб., начиная с 23 января 2026 г. и по день фактического исполнения обязательств по выплате основного долга, в случае, частичного исполнения обязательств, с начислением на остаток суммы,

проценты по договору займа от 15 ноября 2021 г. за период по 22 января 2026 г. – 4 588 521,21 руб. (расчет исходя их ставки 18,983 % годовых),

проценты по договору займа от 15 ноября 2021 г. исходя из ставки 18,983 % годовых начисляя на сумму основного долга в размере 6 000 000 руб., начиная с 23 января 2026 г. и по день фактического исполнения обязательств по выплате основного долга, в случае, частичного исполнения обязательств, с начислением на остаток суммы.

В остальной части оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Альшеевского районного суда Республики Башкортостан от 17 сентября 2025 г. с учетом определения того же суда от 21 октября 2025 г. об исправлении описки изменить в части взыскания с Индивидуального предпринимателя ФИО7 КФХ ФИО3 (паспорт №... ОГРНИП №...) в пользу ФИО2 (паспорт №...) процентов по договору займа от 8 июля 2022 г. – 2 352 191,65 руб., процентов по договору займа от 8 июня 2022 г. исходя из ставки 60 % годовых начисляя на сумму основного долга в размере 2 000 000 руб., начиная с 18 сентября 2025 г. и по день фактического исполнения обязательств по выплате основного долга, в случае, частичного исполнения обязательств, с начислением на остаток суммы, процентов по договору займа от 15 ноября 2021 г. – 4 898 505,03 руб., процентов по договору займа от 15 ноября 2021 г. исходя из ставки 60 % годовых начисляя на сумму основного долга в размере 6 000 000 руб., начиная с 18 сентября 2025 г. и по день фактического исполнения обязательств по выплате основного долга, в случае, частичного исполнения обязательств, с начислением на остаток суммы.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО7 КФХ ФИО3 (паспорт №... ОГРНИП №...) в пользу ФИО2 (паспорт №...) проценты по договору займа от 8 июля 2022 г. за период по 22 января 2026 г. – 1 294 275,29 руб.; проценты по договору займа от 8 июня 2022 г. исходя из ставки 18,983 % годовых начисляя на сумму основного долга в размере 2 000 000 руб., начиная с 23 января 2026 г. и по день фактического исполнения обязательств по выплате основного долга, в случае, частичного исполнения обязательств, с начислением на остаток суммы; проценты по договору займа от 15 ноября 2021 г. за период по 22 января 2026 г. – 4 588 521,21 руб.; проценты по договору займа от 15 ноября 2021 г. исходя из ставки 18,983 % годовых начисляя на сумму основного долга в размере 6 000 000 руб., начиная с 23 января 2026 г. и по день фактического исполнения обязательств по выплате основного долга, в случае, частичного исполнения обязательств, с начислением на остаток суммы.

В остальной части решение того же суда оставить без изменения.

Председательствующий: Судьи:

И.Я. И. ФИО8 Фахрисламова

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 5 февраля 2026 г.