САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 22-7486/2020

Дело № 1-80/2020 Судья Клюкина Е.В. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 23 декабря 2020 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Цепляевой Н.Г., 

при секретаре Софроновой А.А., 

с участием прокурора отдела прокуратуры Санкт-Петербурга Рамазанова В.В.,

защитника - адвоката Барсукова Д.А., действующего в защиту интересов осужденного ФИО1 

рассмотрела в апелляционном порядке материалы уголовного дела по апелляционной жалобе и дополнениям к ней адвоката Барсукова Д.А. на приговор Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 29 сентября 2020 года, которым 

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженец Ленинграда, зарегистрированный и проживающий в Санкт-Петербурге по адресу: 

<

адрес>, с высшим образованием, разведенный, имеющий четверых малолетних детей, ранее не судимый,

осужден 

по ст. 177 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 200 (двести) часов;

по ч. 2 ст. 315 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 200 (двести) часов.

на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений, путём частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено наказание в виде обязательных работ на срок 300 (триста) часов. 

Заслушав доклад судьи Цепляевой Н.Г., мнение адвоката Барсукова Д.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней, мнение прокурора Рамазанова В.В., полагавшего, что приговор не подлежит отмене либо изменению, а апелляционная жалоба и дополнениям к ней не подлежат удовлетворению, суд,

УСТАНОВИЛ:

Приговором Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 29 сентября 2020 года ФИО2 признан виновным и осужден за совершение злостного уклонения руководителем организации от погашения кредиторской задолженности в крупном размере после вступления в законную силу соответствующего судебного акта.

Также признан виновным и осужден за совершение злостного неисполнения служащим коммерческой организации вступившего в законную силу решения суда.

Преступления совершенны в Санкт-Петербурге при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Барсуков Д.А. просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В обоснование доводов адвокат указывает на то, что вина ФИО1 в совершении преступления предусмотренного ст. 177 УК РФ, не подтверждена материалами уголовного дела, поскольку исследованная усечённая выписка по банковскому счету ЗАО «ИК «СУ» (т. 6 л.д. 149-156, т. 6, л.д. 180-209), демонстрируют лишь перечисления денежных средств физическим лицам персонально и по реестру и, как следствие - полное отсутствие переводов денежных средств указанным в обвинении юридическим лицам. Выписки по счетам подтвердили отсутствие переводов в адрес ООО «Строительное управление», ООО «Управление механизации», ООО «Первый проект», ООО «Строй капитал», ООО «Олимп», ООО «Рускаталан» и указали на конечных получателей переводов - конкретных физических лиц.

Также полагает, что вина ФИО1 не подтверждается показаниями свидетеля Ю.Ю. так как ни материалами дела ни самим свидетелем так и не представлено сведений о перечислениях денежных средств на счета сторонних организаций, что никак не связывается ни со способом совершения преступления, ни с понятием «злостного уклонения». Понятие преимущественного удовлетворения требований одного кредитора перед другим применимо лишь при процедуре банкротства компании, а в период руководства компанией ФИО1 ЗАО «ПК «СУ» в банкротстве не находилось и судебные решения исполнялись в порядке календарной очередности.

Указывает, что суд сделав вывод о том, что ФИО1, будучи генеральным директором ЗАО «ИК «СУ», достоверно зная о решениях судов, сознательно, не предпринял все возможные меры, направленные на погашение кредиторской задолженности, исполнение решений судов, умышленно организовал перечисление денежных средств в пользу сотрудников другой организации, по устной договоренности со счета, о котором судебному приставу было не известно что свидетельствует о злостности уклонения от погашения задолженности и длительном злостном неисполнении решений судов, необоснованно отверг довод стороны защиты о том, что наличие реальной возможности исполнения решений суда и погашения кредиторской задолженности является предметом экспертного исследования.

Обращает внимание, что ЗАО «ИК «СУ» не могла распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению поскольку требования ст.18 ФЗ «об участии в долевом строительстве...» действовавшие на тот момент, не позволяли ФИО1 использовать эти денежные средства для погашения долгов компании и на цели, не связанные с возведение многоквартирного дома, и при таких обстоятельствах, у ФИО1 не было реальной возможности исполнения судебных решений. 

Полагает, что принятие ФИО1 решения о перечислении денежных средств своим контрагентам, непосредственно задействованным на строительстве объекта недвижимого имущества, по которому компанией приняты на себя обязательства входит в объем полномочий и обязанностей ФИО1 С целью исполнения своих обязательств перед дольщиками, ФИО1 продолжал исполнение своих обязательств по договорам, прямо связанным со строительством многоэтажного дома, закрывая перед ними свои обязательства. Принятие решения о предусмотренном законом исполнении своих обязательств перед контрагентом не может считаться преступным деянием. Таким образом, кредитная организация (банк) определяет очередность исполнения платежей в соответствии с действующим законодательством и внутренними документами. ФИО1 на очередность исполнения платежей влиять не мог, очевидно и достоверно при помощи специалиста было установлено, что обвинительный довод о подмене ФИО1 юридически значимых понятий несостоятелен. ФИО1 не является субъектом, определяющим очередность исполнения взыскания, так как ФИО1 не имел возможности распорядиться поступающими на счет денежными средствами иначе, чем на строительство. Однако, вопрос возможности исполнения обязательств подлежит экспертной оценке.

Обращает внимание, что у ЗАО «ИК «СУ» имелись обязательств перед ООО «Монтаж оборудование плюс», которые возникли на основании решений Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06 марта 2017 года и 20 апреля 2017 года. Указанные решения суда вступили в законную силу значительно раньше (2017 год), чем ФИО1 совершил действия, которые ему вменяются как якобы преступные. 18.10.2018 года меду ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление» и ООО «Монтаж оборудование плюс» было заключено соглашение о зачете взаимных требований №1810-1/18 ИКСУ. В соответствии с данным соглашением ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление» и ООО «Монтаж оборудование плюс» пришли к соглашению о погашении взаимных претензий на сумму 5 557 500 (пять миллионов пятьсот пятьдесят семь тысяч пятьсот) рублей путем заключения договора купли-продажи и передачи в пользу ООО «Монтаж оборудование плюс» помещения по адресу: 

<

адрес>, с последующим погашением задолженности ООО «МОП» перед ЗАО «ИК «СУ» путем зачета взаимных долговых обязательств переданным помещением. Данное соглашение было принято и зарегистрировано в Управлении Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу в межрайонном отделе по исполнению особых исполнительных производств 19 ноября 2018 года. На этот момент уже имелись исполнительные производства в отношении ЗАО «ИК «СУ» и ФССП могла остановить сделку. Таким образом, с учетом регистрации сделки, на данное соглашение не было наложено каких-либо ограничений, связанных с невозможностью или противоправностью, как самого исполнения обязательств, так и конкретного отчуждения имущества, аналоги которого имелись в распоряжении ЗАО «ИК «СУ» и были пригодны для наложений арестов и обращений во взыскание в пользу третьих лиц. 

Также указывает, что решениями Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области и Арбитражного суда Северо-Западного округа, вынесенными после приговора суда, сделка купли-продажи между ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление» и ООО «Монтаж оборудование плюс» и соглашение о зачете взаимных требований, а также решение судебного пристава-исполнителя в части передачи жилого помещения взыскателю Н.М. были признаны законными.

Указывает, что уголовное дела рассмотрено не тем судом, которому оно подсудно, поскольку юридическим адресом ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление» на момент вменяемых ФИО1 преступлений был: 

<

адрес>», что относиться к подсудности Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга. 

Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и дополнениях, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Доводы жалобы об отсутствии в действиях ФИО1 составов вмененных преступлений являются несостоятельными и опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств, приведенных в приговоре, на основании которой суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых ему деяний:

показаниями потерпевшего К.В., по обстоятельствам заключения 30.12.2015 году договора долевого участия с ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление», последующего расторжения указанного договора на основании решения Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 29.01.2018, вступившего 05.03.2018 в законную силу, выдачи исполнительного листа о взыскании с ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление» в его пользу 3 855 768 рублей 21 копейки, передачи указанного исполнительного листа в отдел судебных приставов Красногвардейского района УФССП России по Санкт-Петербургу. Также по обстоятельствам встречи с ФИО1 сентябре- октябре 2018 года. 

показаниями свидетеля А.Е.., о том, что в период с 2015 года по сентябрь 2018 года он являлся генеральным директором ООО «Монтаж Оборудование Плюс», учредителем которого является ФИО1 ООО «Монтаж Оборудование Плюс» по договору осуществляла управление и эксплуатацию домов построенных ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление», которая имела долговые обязательства перед директором ООО «Монтаж Оборудование Плюс». В связи с чем, было подано исковое заявление, которое было удовлетворено. В последующем обсуждался вопрос о погашении задолженности путем зачета встречных взаимных обязательств; 

показаниями свидетеля А.Н..,по обстоятельствам заключения договора между ООО «Строительно-монтажное эксплуатационное управление «Заневка и ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление» на оказание услуг по подготовке централизованной системы водоотведения к подключению и договора по обеспечению возможности подключения к системе теплоснабжения, взыскания задолженности по указанным договорам на основании решения Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.03.2018, 

показаниями свидетелей П.А.., А.Е., А.А., Д.И., О.П., А.И., С.И., Н.А., В.М., И.Ю., К.В., В.Г., О.В., С.С., В.Н., А.В., С.В., В.С., К.А., А.Е., Е.Ш., А.В., Т.Л., О.Г., О.Г., Я.Н., И.С., Е.В., С.А., П.В., И.Ю.., М.В., Л.М., Е.А., А.Е., по обстоятельствам заключения договоров долевого участия с ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление» на приобретение квартир, взыскания неустоек с ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление».

показаниями свидетеля Ю.Ю. по обстоятельствам исполнения сводного исполнительного производства № 31232/18/78022-СД. Установления факта нарушения очередности, установленной ст.855 ГК РФ, и перечисления денежных средств по заработной плате в организации ООО «Строительное управление»; ООО «Строй Капитал»; ООО «Олимп»; ООО «Рускаталан»; ООО «Управление Механизации»; ООО «Первый проект». 

Кроме показаний потерпевшего и свидетелей обвинения, в обоснование вины осужденного ФИО1 судом положены и другие доказательства по уголовному делу, исследованные в судебном заседании: заявление о преступлении, копиями решений судов, выписками с расчетных счетов, копиями исполнительных производств, и иными заключения экспертиз, протоколы осмотров документов. 

Указанные и иные положенные в основу приговора доказательства, вопреки доводам жалобы, полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства, их анализ, а равно оценка подробно изложены в приговоре.

Вопреки доводам адвоката все исследованные доказательства суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Показания потерпевшего и свидетелей не только взаимно подтверждаются и дополняют друг друга, но и согласуются с другими приведенными в приговоре доказательствами. 

Не усматривается оснований к оговору осужденного со стороны потерпевшего и свидетелей, личной заинтересованности указанных лиц в привлечении ФИО1 к уголовной ответственности. Обстоятельств, порочащих показания потерпевшего и свидетелей не установлено. Существенных противоречий в данных показаниях по значимым обстоятельствам дела, которые могли бы поставить их под сомнение и повлиять на правильное установление судом фактических обстоятельств по делу и на выводы суда о виновности ФИО1, данные доказательства, положенные судом в основу приговора, в себе не содержат и судом не установлены.

Показания потерпевшего и свидетелей, положенные в основу приговора, суд апелляционной инстанции признает достоверными, подтверждающими причастность ФИО1 к совершению инкриминируемых преступлений. Признавая показания указанных лиц достоверными, суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что сведения, сообщенные данными лицами, в полной мере подтверждаются материалами уголовного дела.

Следует отметить, что приведенная адвокатом оценка показаний свидетеля Ю.Ю. носит односторонний характер, не отражает в полной мере существо этих доказательств, показания оценены осужденным в отрыве от других имеющихся по делу доказательств. Исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, что и сделано судом в приговоре. Существенных противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, не имеется.

Суд должным образом проверил версию осужденного и стороны защиты о его непричастности к вмененным деяниям, и обоснованно признал ее не соответствующей действительности, не нашедшей своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Судом дана надлежащая оценка показаниям осужденного ФИО1, установлено, что его показания не подтверждены совокупностью доказательств. При этом суд указал, по каким основаниям, при наличии противоречивых доказательств, принял одни доказательства и отверг другие. Мотивы принятия судом таких решений подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора. Заявление осужденного ФИО1 о непричастности к совершению преступления высказано вопреки материалам дела и фактическим обстоятельствам. 

Суд апелляционной инстанции, также отмечает, что органами предварительного следствия в ходе расследования уголовного дела не допущено нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора. Доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности ФИО1, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства и являются допустимыми. Кроме того, в материалах дела не имеется и в суде не представлено доказательств, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения. 

Суд оценил и проанализировал все исследованные в суде доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, в их совокупности. Все изложенные в приговоре доказательства суд, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, поэтому доводы жалоб об отсутствии доказательства виновности ФИО1 в инкриминируемых преступлениях, а также о том, что суд не дал надлежащей оценки доказательствам, являются несостоятельными. 

Доводы жалобы о том, что судом первой инстанции было необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств о проведении экспертиз для решения вопроса о наличии реальной возможности исполнения решений суда,, являются несостоятельными, поскольку рассмотрение ходатайств является процессуальной функцией суда, а отказ в их удовлетворении не свидетельствует о допущенных судом нарушениях уголовно-процессуального закона и прав осужденной на защиту. Кроме того, вопреки утверждению защиты об обратном не проведение по делу указанной экспертизы не влияет на доказанность вины ФИО1 в совершении инкриминируемых ему преступлений и квалификацию его действий.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что дело рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Показания всех лиц, допрошенных в суде, изложены в приговоре в соответствии с протоколом судебного заседания и материалами уголовного дела. Кроме того, все заявленные сторонами в ходе судебного заседания ходатайства рассмотрены судом с указанием мотивов принятого решения, не согласиться с которыми оснований у судебной коллегии не имеется. Суд апелляционной инстанции также отмечает, что суд оказывал сторонам содействие в представлении доказательств, и каких-либо ограничений в реализации стороной защиты прав по представлению доказательств со стороны суда допущено не было.

Действия осужденного ФИО1 судом квалифицированы по ст. 177 УК РФ и по ч. 2 ст. 315 УК РФ, т.е. как самостоятельные составы преступлений. 

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу об обоснованности данной квалификации, поскольку указанные действия не носят тождественный характер.

Объектами преступлений выступают различные правоотношения - злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности в крупном размере по судебному решению Красногвардейского районного суда, а также злостное неисполнение вступивших в законную силу различных решений судебных органов, как Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области, так Красногвардейского, Василеостровского, Фрунзенского, Кировского, Выборгского, Приморского, Московского районных судов Санкт-Петербурга, Новоуренгойского городского суда.

Изложенное выше свидетельствует о том, что преступные действия ФИО1 носят различный характер, не могут считаться продолжаемым преступлением и подлежат юридической оценке, как отдельные составы преступлений.

Кроме того, суд учитывает, что по первому преступлению ФИО1, являясь генеральным директором ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление», т.е. руководителем организации, после вступления в законную силу соответствующего судебного акта совершил злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности перед К.В. на сумму свыше 2 250 000 рублей (Примечание к ст. 170.2 УК РФ), т.е. в крупном размере.

В свою очередь по преступлению предусмотренному ч.2 ст.315 УК РФ, будучи генеральным директором ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление», т.е. являясь служащим коммерческой организации (Примечание к ст. 201 УК РФ), злостно не исполнял вступившие в законную силу решения судов, где размер кредиторских задолженностей составляет суммы менее 2 250 000 рублей.

Таким образом, действия ФИО1 подлежат квалификации, как злостное уклонение руководителя организации от погашения кредиторской задолженности в крупном размере после вступления в законную силу соответствующего судебного акта, по ст. 177 УК РФ.

Также содеянное ФИО1 надлежит квалифицировать как злостное неисполнение служащим коммерческой организации вступившего в законную силу решения суда по ч. 2 ст. 315 УК РФ.

Суд обоснованно указал, что в силу установленных законодателем требований на должника возлагается обязанность добровольного исполнения возложенных на него судебным актом обязательств, и ответственность за неисполнение судебных актов, вступивших в законную силу, предусмотрена требованиями действующего законодательства.

Вопреки доводам защиты, суд первой инстанции верно установил, что ФИО1 16.07.2018 заключил договор купли продажи с ООО «Монтаж оборудование плюс» в соответствии с которым ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление» получило выручку, которая была оформлена путем зачета взаимных требований. Таким образом, ФИО1, будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст.177, 315 УК РФ, уклонился от движения денежных средств по счету с целью избежания их списания в очередном порядке по исполнительным документам. 

У ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление» имелись обязательства перед ООО «Монтаж оборудование плюс», подтвержденные решениями суда. Однако согласно соглашению о зачете взаимных требований № 1810-1/18 ИКСУ от 18.10.2019 между ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление» (сторона 1) и ООО Монтаж оборудование плюс (сторона 2), путем зачета встречных требований стороны погашают задолженность друг перед другом по оплате 5 557 500 рублей. При этом Сторона 1 имела задолженность перед стороной 2 по договорам: 

<

адрес>; 

<

адрес>., 

<

адрес> (корп. 1, 2, 3) по оплате за коммунальные услуги. Сторона 2 имеет задолженность перед стороной 1 по оплате договора купли-продажи нежилого помещения от 16.07.2018, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Реальных движений денежных средств по счетам не было.

На основании изложенного обоснован вывод, суда, о том, что ФИО1 нарушена очередность предусмотренная ст. 855 ГК РФ, поскольку исполнение решений по взысканию по исполнительным листам содержащим, в том числе, требования о компенсации морального вреда, подлежит исполнению в первую очередь, взыскание же по вышеуказанным решениям арбитражных судом были бы отнесены к четвертой очереди. Денежные средства фактически не поступили на счет ввиду зачета взаимных требований, таким образом, ФИО1 уклонился от уплаты по предъявленным исполнительным документам. 

Вопреки довода стороны защиты ч.2 ст. 855 ГУК РФ устанавливает очередность списания денежных средств со счета, при недостаточности денежных средств на счете для удовлетворения всех предъявленных требований. А установленная ст. 855 ГК очередность списания изменяется нормами законодательства о несостоятельности (банкротстве). Если арбитражным судом вынесено определение о введении наблюдения или решение о несостоятельности (банкротстве) юридического лица или индивидуального предпринимателя, применению подлежит ст. 64 ГК или ст. 134 Закона о банкротстве.

Выводы суда имеют надлежащее обоснование и убедительно мотивированы в приговоре - как в части оценки доказательств и доказанности вины, так и по квалификации действий осужденного, которым дана правильная юридическая оценка.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену приговора, в том числе, нарушения права на защиту ФИО1, допущено не было. Доказательств того, что осужденный в ходе судебного разбирательства был лишен возможности участвовать в исследовании доказательств и в полной мере не смог реализовать свои процессуальные права, в материалах уголовного дела не имеется.

Несостоятельна ссылка стороны защиты и на положения ст. 18 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации». 

Поскольку запрет на списание банком с расчетного счета застройщика денежных средств в целях обеспечения исполнения собственных обязательств застройщика перед третьими лицами, не связанных с привлечением денежных средств участников долевого строительства и со строительством (созданием) многоквартирного дома, установленный п.2 ч. 3 и п. 2 ч. 7 ст. 18 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. №214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», не относится к обстоятельствам непреодолимой силы, и отсутствию реальной возможности исполнения судебных решений. 

В силу ч. 3 с. 25 Федерального закона от 29 июля 2017 г. № 218-ФЗ «О публично-правовой компании по защите прав граждан - участников долевого строительства при несостоятельности (банкротстве) застройщиков и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», если разрешение на строительство получено до 1 июля 2018 года, положения статьи 18 Федерального закона от 30 декабря 2004 года № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» применяются без учета изменений, внесенных настоящим Федеральным законом.

Также из материалов уголовного дела следует, что судебные решения вынесены в отношении дольщиков по различным объектам расположенным на территории Ленинградской области, строительство по которым должно быть окончено 3,4 квартале 2016 года и 2 квартале 2017 года, следователь разрешения на строительства были получены до 1 июля 2018 г.

Также несостоятельны доводы стороны защиты о том, что обязанность по контролю на списание денежных средств возложена на банк, поскольку из ответа полученного и АО Банк «Северный морской путь»в связи с непредставлением разрешения на строительство домов, при открытии счета №40702810102050000060, контроль за целевым расходованием денежных средств не осуществлялся. При этом судом апелляционной инстанции также принимается во внимание, тот факт, что согласно ответа полученного 

Нельзя также согласиться и с доводом адвоката Барсукова, о наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору, по мотивам нарушения права ФИО1 на защиту, в связи установлением факта перечисления денежных средств физическим лицам персонально и отсутствие переводов денежных средств указанным в обвинении юридическим лицам, поскольку в соответствии со ст. 237 УПК РФ судья возвращает уголовное дело прокурору, в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Суд первой инстанции обосновано пришел к выводу, что в каждом случае в назначении платежа было указано о перечислении заработной платы за соответствующую организацию, и ссылка в приговоре на указанное выше обстоятельство при оценке доказательств и доводов сторон, несмотря на мнение адвоката, не свидетельствует о нарушении судом положений ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что нарушений требований ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, а также нарушение права на защиту не усматривается, поскольку обстоятельства дела были установлены на основании непосредственно исследованных судом доказательств, и изложенные в обвинительном заключении и приговоре суда обстоятельства, не имеют существенных противоречий с обстоятельствами установленными судом при рассмотрении уголовного дела. 

Оценивая доводы защиты в части наличия решений Арбитражных судов о признании законными сделок купли-продажи между ЗАО «Инвестиционная компания «Строительное управление» и ООО «Монтаж оборудование плюс» и соглашение о зачете взаимных требований, а также решение судебного пристава-исполнителя в части передачи жилого помещения взыскателю ФИО3, суд апелляционной инстанции учитывает, Постановление Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2011 года № 30-П «По делу о проверке конституционности положений ст. 90 УПК РФ в связи с жалобой граждан ФИО4 и ФИО5», согласно которому как признание, так и отрицание преюдициального значения окончательных судебных решений не могут быть абсолютными и имеют определенные, установленные процессуальным законом пределы.

Пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства.

Поэтому в уголовном судопроизводстве результатом межотраслевой преюдиции может быть принятие судом данных только о наличии либо об отсутствии какого-либо деяния или события, установленного в порядке гражданского судопроизводства, но не его квалификация как противоправного, которая с точки зрения уголовного закона имеет место только в судопроизводстве по уголовному делу.

При этом закрепление в процессуальном законе преюдициального значения обстоятельств по ранее рассмотренному делу не означает предопределенности окончательных выводов суда по уголовному делу ранее состоявшимся судебным решением, принятым в другом виде судопроизводства в иных правовых процедурах.

В системе норм, предусматривающих условия и порядок доказывания по уголовным делам это означает, что принятые в порядке гражданского судопроизводства и вступившие в законную силу решения судов по гражданским делам не могут рассматриваться как предрешающие выводы суда при осуществлении уголовного судопроизводства о том, содержит ли деяние признаки преступления, а также о виновности обвиняемого, которые должны основываться на всей совокупности доказательств по уголовному делу.

Судом апелляционной инстанции, также установлено, что постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13 октября 2020 года, не содержит сведений о том, что ЗАО «ИК»СУ» в лице генерального директора злостно не уклонялось от погашения кредиторской задолженности и исполняло решения судов надлежащим образов. При этом судом апелляционной инстанции принимается во внимание, тот факт, что постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13 октября 2020 года установлено, что оспариваемое конкурсным управляющим действие по регистрации права собственности на квартиру совершены после возбужденного производства по банкротству, т.е. после вмененного в вину Русаковау периода, также судом установлено, что конкурный управляющий не представил доказательств, что имеющееся у общества имущества недостойно для расчетов и с иными участниками долевого строительства. Таким образом, постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13 октября 2020 года не опровергает наличие в действиях ФИО1 составов преступлений предусмотренных ст. 177, ч.2 ст. 315 УК РФ. Все подлежащие доказыванию обстоятельства, указывающие на наличие составов преступлений, подтверждающие виновность обвиняемого, основаны на совокупности доказательств, исследованных в рамках настоящего уголовного дела. 

Судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, показания лиц, допрошенных в суде, изложены в приговоре в соответствии с протоколом судебного заседания и материалами уголовного дела.

При определении осужденному ФИО1 вида и размера наказания, судом в соответствии с требованиями ст.6, ст. 60 УК РФ учтены характер и степень общественной опасности содеянного, смягчающие наказание обстоятельства, данные о личности виновного, влияние наказания на исправление осужденного. Нарушений требований ст.43 УК РФ судом не допущено. 

Назначенное ФИО1 наказание, как за совершение каждого преступления, так и по совокупности преступлений, соответствует требованиям ст.6 УК РФ, является справедливым по своему виду и размеру, соответствует характеру и степени общественной опасности совершенных преступлений, обстоятельствам их совершения, и личности осужденного. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 29 сентября 2020 года в отношении ФИО1 – оставить без изменения.

Апелляционную жалобу и дополнения к ней адвоката Барсукова Д.А. – оставить без удовлетворения. 

Судья: