Судья Серазетдинов Д.Р. Дело № 22-552/2025 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 г. Томск 24 февраля 2025 года 

Томский областной суд 

в составе председательствующего Вельтмандера А.Т.,

при секретаре Савчуковой В.В.,

с участием прокурора Матыцына В.В.,

обвиняемой А.,

адвоката Марченко В.В.

рассмотрел в судебном заседании дело по апелляционной жалобе обвиняемой А. на постановление Кривошеинского районного суда Томской области от 13 февраля 2025 года, которым в отношении

А., 

/__/, несудимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.33, ч.4 ст.160 УК РФ

мера пресечения в виде домашнего ареста продлена на 24 суток, а всего на 4 месяца 1 сутки, до 17 марта 2025 года включительно, продлен ранее наложенный на обвиняемую А. запрет на выход за пределы жилого помещения, в котором она фактически проживает, за исключением тех дней, когда она будет участвовать в следственных действиях и в судебных заседаниях по настоящему уголовному делу; запрет получать и отправлять почтово-телеграфные отправления, за исключением корреспонденции от правоохранительных органов и суда; запрет пользоваться любыми средствами связи и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом, со следователем и с защитником, допущенным к участию в деле. О каждом таком звонке обвиняемая А. обязана информировать контролирующий орган; запрет общения с лицами, являющимися свидетелями по настоящему уголовному делу, иными лицами, за исключением проживающих вместе с ней по указанному адресу супруга, а также близких родственников (родителей, детей, братьев, сестер, внуков) и защитника. 

Заслушав пояснения обвиняемой и адвоката, поддержавших доводы жалобы, прокурора, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции 

установил:

22 января 2024 года органами предварительного следствия возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, по факту хищения путем обмана бюджетных средств в размере 137300 рублей с использованием служебного положения.

11 ноября 2024 года по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, в порядке ст.91, 92 УПК РФ была задержана А. В этот же день ей было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, и она была допрошена в качестве обвиняемой.

Постановлением Кривошеинского районного суда Томской области от 14 ноября 2024 года А. избрана мера пресечения в виде домашнего ареста до 12 января 2025 года, срок которого неоднократно продлялся в установленном законом порядке и продлен до 21 февраля 2025 года включительно.

23 декабря 2024 года А. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. 9 января 2025 года А. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 - ч. 4 ст. 160 УК РФ. 

Срок предварительного следствия по уголовному делу неоднократно был продлен, последний раз продлен 14 ноября 2024 года на 2 месяца 00 суток, а всего до 12 месяцев, то есть до 22 января 2025 года.

21 января 2025 года уголовное дело было передано руководителю Молчановского МСО СУ СК РФ по Томской области вместе с обвинительным заключением для его согласования и направления прокурору в порядке ст. 220 УПК РФ.

В связи с тем, что обвиняемые и их защитники не реализовали свое право на ознакомление с материалами дела, 21 января 2025 года руководителем Молчановского МСО СУ СК РФ по Томской области уголовное дело направлено на дополнительное расследование, установлен срок расследования 1 месяц с момента принятия уголовного дела к производству следователем, до 21 февраля 2025 года.

Согласно сопроводительному письму уголовное дело в отношении А. и З. направлено в прокуратуру Кривошеинского района Томской области, уголовное дело поступило в прокуратуру 21.02.2025.

Старший следователь Молчановского МСО СУ СК России по Томской области К. с согласия руководителя следственного органа возбудил перед судом ходатайство о продлении в отношении А. меры пресечения в виде домашнего ареста, указав, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания данной меры не отпали и не изменились, преступление, в совершении которого она обвиняется, относится к категории тяжких, в группе лиц с использованием своего служебного положения, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет, а также учитывают обстоятельства совершенного преступления, данные о личности обвиняемой. В ходе расследования установлено, что А. не судима, официально трудоустроена в должности /__/. Однако в момент совершения тяжкого преступления, совершенного в группе лиц, она использовала свое служебное положение, что дает следствию основания полагать, что, А. находясь на свободе, может скрыться от органов предварительного следствия и суда, оказать давление на свидетелей, из числе работников /__/, поскольку ей известны данные о личности таких свидетелей. В период с 24.01.2025 по 27.01.2025 в порядке ст. 215 УПК РФ обвиняемые З., А., их защитники – адвокаты Чупин Р.В. и Марченко В.В., а также представитель потерпевшего ФИО1 уведомлены об окончании следственных действий. ФИО1 от ознакомления с материалами уголовного дела отказалась. В период с 28.01.2025 по 07.02.2025 обвиняемая А. и защитники Марченко В.В. ознакомлены раздельно с материалами уголовного дела в полном объеме. В период с 28.01.2025 по 07.02.2025 обвиняемая З. и защитники Чупин Р.В. ознакомлены раздельно с материалами уголовного дела в полном объеме. Отмечает, что срок домашнего ареста заканчивается 21 февраля 2025 года, однако необходимо составить обвинительное заключение и направить уголовное дело прокурору в порядке ч. 6 ст. 220 УПК РФ, соблюсти положения ст. 221 УПК РФ и постановления Конституционного Суда РФ № 4–п от 22.03.2005 в целях направления уголовного дела прокурору не менее чем за 24 суток до окончания избранной меры пресечения. Уголовное дело включает в себя 49 томов без учета вещественных доказательств, к уголовной ответственности привлечено 2 лица, содержащихся под домашним арестом. Считает избрание в отношении обвиняемой любой иной более мягкой меры пресечения, нецелесообразным по вышеназванным основаниям. В связи, с чем ходатайствует о продлении меры пресечения на срок 24 суток, до 17 марта 2025 года включительно. 

Постановлением Кривошеинского районного суда Томской области от 13 февраля 2025 года мера пресечения в виде домашнего ареста А. продлена на 24 суток, а всего на 4 месяца 1 суток, до 17 марта 2025 года включительно, продлен ранее наложенный на обвиняемую А. запрет на выход за пределы жилого помещения, в котором она фактически проживает, за исключением тех дней, когда она будет участвовать в следственных действиях и в судебных заседаниях по настоящему уголовному делу; запрет получать и отправлять почтово-телеграфные отправления, за исключением корреспонденции от правоохранительных органов и суда; запрет пользоваться любыми средствами связи и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом, со следователем и с защитником, допущенным к участию в деле. О каждом таком звонке обвиняемая А. обязана информировать контролирующий орган; запрет общения с лицами, являющимися свидетелями по настоящему уголовному делу, иными лицами, за исключением проживающих вместе с ней по указанному адресу супруга, а также близких родственников (родителей, детей, братьев, сестер, внуков) и защитника.

В апелляционной жалобе обвиняемая А. выражает несогласие с постановлением, считает его немотивированным, необоснованным и незаконным. Указывает, что при вынесении решения суд допустил нарушения принципов законности и состязательности сторон, поскольку встал на сторону обвинения, взяв за основу предположение органа предварительного расследования о ее возможности оказать давление на ранее допрошенных свидетелей, иных участников уголовного судопроизводства, более того, указал на то, что в случае избрания меры пресечения, не связанной с ограничением свободы её передвижения и без соответствующих ограничений на общение с отдельными лицами, а также на пользование средствами связи, она может оказать давление на свидетелей, иных участников уголовного судопроизводства с целью изменения ими показаний, чем воспрепятствует производству по уголовному делу, при этом посчитал необоснованным довод следствия о возможности обвиняемой скрыться от органов предварительного следствия. Приводя анализ п. 21, 22 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации №41 от 19.12.2013 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определённых действий», полагает, что при продлении меры пресечения суду необходимо проверять наличие к тому оснований, которые должны подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами, а также учитывать обстоятельства, обосновывающие продление срока применения меры пресечения в виде заключения под стражу, также суд должен проанализировать иные значимые обстоятельства, такие, как результаты расследования или судебного разбирательства, личность подозреваемого, обвиняемого, его поведение до и после задержания, и другие конкретные данные, обосновывающие довод о том, что лицо может совершить действия. Кроме того, отмечает, что суд не проверил обоснованность доводов органов предварительного расследования о невозможности своевременного окончания расследования, в то время, как ни в материалах, направленных в обоснование ходатайства следователя, ни в материалах уголовного дела нет никаких достоверных сведений и доказательств, свидетельствующих о том, что А. может скрыться или оказать давление на свидетелей или иных участников судопроизводства. Однако суд взял за основу тяжесть предъявленного обвинения и голословные утверждения органа предварительного расследования, чем, по мнению стороны защиты, нарушил принцип состязательности сторон в уголовном процессе. Указывает, что она обвиняется в совершении тяжкого преступления, однако, никогда не привлекалась ни к уголовной, ни к административной ответственности, замужем, находится в предпенсионном возрасте, имеет ряд хронических заболеваний, таких как /__/, /__/, ей необходимы регулярные медицинские обследования, консультации врача, проведение соответствующих медицинских манипуляций и назначений, приобретение медицинских препаратов, что невозможно при соблюдении запрета на посещение лечебных учреждений, а возможности только вызова скорой медицинской помощи. Указывает, что обвинительное заключение по уголовному делу не составлено, уголовное дело прокурору не направляется. Ссылается в постановлении на необходимость выполнения органом расследования следственных и иных действий, направленных на окончание производства по делу и принимает во внимание выполнение запланированных процессуальных действий. Кроме того, судом не приняты во внимание доводы защиты о том, что органом предварительного следствия даже не применялась такая мера процессуального принуждения, предусмотренная ст. 114 УПК РФ как временное отстранение обвиняемой от должности и на этом основании как обвинение, так суд сделали выводы, что благодаря должностному положению (/__/) обвиняемая может воспрепятствовать уголовному судопроизводству.

Просит постановление Кривошеинского районного суда Томской области от 13 февраля 2025 года о продлении ей срока домашнего ареста на 24 дня, а всего на 4 месяца 1 суток, до 17 марта 2025 года включительно отменить.

В возражениях на апелляционную жалобу старший помощник прокурора Кривошеинского района Томской области выражает несогласие с апелляционной жалобой, просит оставить постановление без изменения, а жалобу – без удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции, выслушав мнение участников процесса, проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующему.

Исходя из Конституции Российской Федерации, ее статей 17 (часть 2), 21 (часть 1) и 22 (часть 1), право на свободу воплощает наиболее значимое социальное благо, которое исходя из признания государством достоинства личности предопределяет недопустимость произвольного вмешательства в сферу ее автономии, создает условия как для всестороннего развития человека, так и для демократического устройства общества. Именно поэтому, предусматривая повышенный уровень гарантий права каждого на свободу и личную неприкосновенность, Конституция Российской Федерации допускает возможность ограничения данного права лишь в той мере, в какой это необходимо в определенных ею целях, и лишь в установленном законом порядке (статья 55, часть 3). 

Закрепление в законе возможности ограничения свободы и личной неприкосновенности является, таким образом, результатом законодательного разрешения коллизии между правом каждого на свободу и обязанностью государства обеспечить посредством правосудия защиту значимых для общества ценностей. Его сущностные черты предопределяются непосредственно Конституцией Российской Федерации, устанавливающей, что ряд ограничений прав и свобод допускаются только по судебному решению (статья 22, часть 2). 

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2005 г. № 4-П меры пресечения могут применяться лишь при наличии оснований, соответствующих указанным в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации целям только в этом случае их применение будет отвечать конституционному смыслу данного вида мер уголовно-процессуального принуждения.

Согласно ст. 97 УПК РФ суд вправе избрать обвиняемому меру пресечения в, если имеются основания полагать, что тот может скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу. 

В соответствии со ст.99 УПК РФ при избрании в отношении обвиняемого меры пресечения и определения ее вида, должны учитываться тяжесть преступления, сведения о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Согласно статье 107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля. С учетом состояния здоровья подозреваемого или обвиняемого местом его содержания под домашним арестом может быть определено лечебное учреждение.

Согласно статье 110 УПК РФ мера пресечения изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 настоящего Кодекса.

Согласно ч.8.1 ст. 109 УПК Российской Федерации по уголовному делу, направляемому прокурору с обвинительным заключением по ходатайству следователя или дознавателя срок домашнего ареста может быть продлен для обеспечения принятия прокурором, а также судом решений по поступившему уголовному делу на срок, продолжительность которого определяется с учетом сроков, предусмотренных частью первой статьи 221, либо частью первой статьи 226, либо частью первой статьи 226.8, а также частью третьей статьи 227 настоящего Кодекса.

Из Постановления Конституционного Суда РФ от 22 марта 2005 года N 4-П следует, что уголовное дело, по которому в отношении обвиняемого избрана мера пресечения в виде заключение под стражу должно направляться в суд с обвинительным заключением не позднее 24 суток до истечения срока содержания под стражей, где законом определен срок, 10 суток - для утверждения обвинительного заключения и 14 суток - для поступления уголовного дела в суд.

А. органами предварительного расследования обвиняется в совершении покушения на преступление, относящееся к категории тяжких преступлений. Представленными суду материалами подтверждена обоснованность подозрения в причастности А. к деянию, в совершении которого она обвиняется, что усматривается из исследованных судом материалов. При этом суд первой инстанции при решении вопроса о мере пресечения обоснованно не входил в обсуждение вопросов о доказанности вины обвиняемой и правильности квалификации ее действий, поскольку они не являются предметом судебной проверки на досудебной стадии производства. Не входит в обсуждение этих вопросов и суд апелляционной инстанции. 

Как видно из представленных материалов, при решении вопроса о продлении меры пресечения в отношении А. суд первой инстанции тщательно исследовал имеющиеся в его распоряжении документы, выслушал участников процесса, учел все известные данные по делу, имеющие значение для решения вопроса о мере пресечения, включая обстоятельства, связанные с установлением оснований её продления и обоснованно удовлетворил ходатайство следователя о продлении срока домашнего ареста, которое подано уполномоченным на то должностным лицом, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.

Вопреки доводам жалобы, продляя срок домашнего ареста обвиняемой, суд первой инстанции верно учел данные о личности А., которая не судима, имеет постоянное место жительства – жилой дом по адресу: /__/, семью. Согласно характеристике, представленной УУП и ПДН ОМВД России по Кривошеинскому району, жалоб на А., проживающую с семьёй по месту жительства, от родственников, соседей и жителей села не поступало, по месту жительства характеризуется положительно, в потреблении психотропных и наркотических средств замечена не была, по характеру спокойная, общительная, официально трудоустроена в /__/, к административной и уголовной ответственности не привлекалась. 

При этом вопреки доводам апелляционной жалобы, следователем и судом приведены конкретные основания для продления меры пресечения.

В частности, судом обоснованно принято во внимание, что А. обвиняется в совершении покушения на тяжкое преступление, знакома с свидетелями по делу, основная часть из которых составляют работники /__/, в котором она работает /__/, что в совокупности дало суду основание полагать, что, находясь на свободе, А. может оказать давление на свидетелей, иных участников уголовного судопроизводства с целью изменения ими показаний, чем воспрепятствует производству по уголовному делу.

Данные о личности обвиняемой, в том числе приведенные в апелляционной жалобе, судом при принятии решения учитывались.

Неприменения меры принуждения в виде отстранения обвиняемой от должности не влияет на решение вопроса о домашнем аресте.

Эффективности организации предварительного расследования в постановлении оценка дана, сделаны обоснованные выводы об отсутствии волокиты. Как усматривается из представленных материалов, срок предварительного следствия по делу продлен до 21 февраля 2025 года в связи с тем, что необходимо составить обвинительное заключение и направить дело прокурору, с соблюдением сроков, установленных ст. 221 УПК РФ и Постановлением Конституционного Суда РФ от 22 марта 2005 года N 4-П. Данные обстоятельства были приняты во внимание судом с учетом привлечения к ответственности 2 лиц и объема дела – 49 томов.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы обвиняемой о несогласии с постановлением суда о продлении срока домашнего ареста суд апелляционной инстанции находит несостоятельными и не основанными на законе. Обжалуемое судебное решение принято судом с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих разрешение судом данного вопроса. Рассмотрение данного материала проведено с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон. 

Избранная А. мера пресечения не нарушает конституционных прав обвиняемой на защиту от уголовного преследования, которые она вправе реализовывать как лично, так и с помощью защитников.

Мера пресечения в виде домашнего ареста не ограничивает права обвиняемой на получение медицинской помощи при наличии к тому показаний с учетом состояния её здоровья. Состояние здоровья обвиняемой не препятствует нахождению ей под домашним арестом. С учетом состояния здоровья обвиняемой местом ее содержания под домашним арестом может быть определено лечебное учреждение.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального законодательства РФ, в том числе основополагающих принципов уголовного судопроизводства, а также нарушений прав, предусмотренных Конституцией РФ и Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, влекущих отмену или изменение данного постановления, в том числе и по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Кривошеинского районного суда Томской области от 13 февраля 2025 года в отношении А. оставить без изменения, а апелляционную жалобу обвиняемой А. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Вельтмандер А.Т.