Дело №2-217/2017

Р Е Ш Е Н И Е

 

именем Российской Федерации

26 мая 2017 года г. Инза, суд

Судья Инзенского районного суда Ульяновской области Росляков В.Ю.,

при секретаре Просвирниной Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Стройтрансгаз Трубопроводстрой» о взыскании невыплаченной премии, взыскании задолженности по заработной плате, взыскании компенсации морального вреда, расходов по оплате услуг представителя, 

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Стройтрансгаз Трубопроводстрой» о взыскании невыплаченной премии, взыскании задолженности по заработной плате, взыскании компенсации морального вреда, расходов по оплате услуг представителя. 

В обоснование иска указал, что с 11 мая 2016 года истец приступил к работе в ООО «Стройтрансгаз Трубопроводстрой» в качестве механика по транспорту в Управлении подводнотехнических работ (УПТР) с местом нахождения в п.г.т. Ленск- Северная Нуя Республики Саха ( Якутия). В соответствии с условиями трудового договора он должен был работать вахтовым методом 10-часовой рабочий день без выходных по два месяца непрерывного исполнения трудовых обязанностей с межвахтовым периодом на один месяц (время отдыха с временным возвращением к месту своего постоянного жительства в г.Инзу на период так называемого краткосрочного отпуска). Согласно установленному порядку вызова на работу на очередную вахту осуществлялся путём приобретения работодателем ему авиабилета из г.Москвы до г.Мирный республики Саха, который, как и железнодорожный билет, высылался истцу в обязательном порядке, что и являлось подтверждением факта продолжения с ним трудовых отношений. Такой порядок вызова на вахту действовал и в отношении других работников. Заработная плата выплачивлась дважды в месяц путём перечисления на банковскую карточку.

Проработав в УПТР с мая по август, из-за давления со стороны начальника УПТР В.Г.С. и его заместителя Ч.В.Г.., отвечавшего за начисление заработной платы, истец вынужден был перейти на работу в Управление специальных работ, где отработал с сентября по ноябрь. Однако, официально данный перевод так и не был оформлен, в связи с чем истец продолжал числиться в УПТР, где специалистом по кадрам работала Ч.Н.Б..

Истец проработал две вахты : первая вахта с 11.05.2016 г. по 03.08.2016 г. (84 дн.), вторая вахта с 06.09.2016 по 05.11.2016 ( 58 дн.) Принимая во внимание, что за общее количество 142-х рабочих дней ему было перечислено 352 150 руб., оплата одного рабочего дня составляла 2 480 руб.

Однако, за время работы ему не доплатили 90 000 руб. в качестве премиальных выплат.

Подтверждением данного факта является служебная записка заместителя директора по механизации Ш.О.В.. от 06.09.2016, который на основании заявления истца ходатайствовал перед первым заместителем директора ООО «СТГ Трубопроводстрой» Ф.М.О. о выплате ему 60 000 руб.

Данная выплата, несмотря на её законность, так и не была произведена.

07.11.2016 г. истец после завершения очередной вахты вылетел в Москву, а затем прибыл в г.Инза для межвахтового пребывания дома в течение ноября и использования затем очередного отпуска в декабре. Однако, по завершению отпуска ему для того, чтобы вылететь в первых числах января 2017 года на очередную вахту, авиабилет работодателем не был предоставлен и о причинах этого ни в какой форме ему сообщено не было. Данные действия работодателя были расценены истцом как нарушение его трудовых прав, так как в соответствии со ст.22 ТК РФ работодатель обязан предоставить работнику работу, обусловленную трудовым договором.

Никакого письменного уведомления о предстоящем расторжении трудового договора, электронного сообщения или телефонограммы о временном приостановлении работы (простое), уменьшении объёма работ либо прекращении с ним трудовых отношений, например, в связи с сокращением штата, истец не получал.

10.01.2017 г. истец направил по электронной почте специалисту по кадрам запрос о причине не вызова на работу, на что также не получил ответа.

За период работы истец нарушений трудовой дисциплины не допускал, дисциплинарных взысканий не имел. 

На основании изложенного, просил суд взыскать с ответчика в его пользу не выплаченную премию в размере 90000 рублей, задолженность по заработной плате, начиная с 1 января 2017 г. по день вынесения решения суда, в случае предоставления ответчиком бесспорных доказательств введения на предприятии процедуры простоя просил суд взыскать с ответчика оплату времени простоя за период с 01.01.2017 по день вынесения судебного решения, проценты за нарушение сроков выплаты заработной платы в соответствии со ст. 236 ТК РФ, компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей. Также просил суд обязать ответчика произвести ему перерасчет оплаты отпуска с учетом недоплаченной премии. 

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 заявленные требования уточнили. Пояснили, что истец уволен по собственному желанию с 6 мая 2017 года. Просили суд взыскать задолженность по заработной плате за период с 1 января 2017 г. по 6 мая 2017 г. в размере 385 830 рублей, расходы на оплату услуг представителя. От ранее заявленных требований о возложении обязанности произвести перерасчет отпускных, взыскании процентов за нарушение сроком выплаты денежных средств отказались, о чем судом вынесено отдельное определение о прекращении гражданского дела в части заявленных требований. В остальной части заявленные требования поддержали. 

В судебном заседании представитель ответчика – ФИО3 с заявленными исковыми требованиями не согласилась и по делу пояснила, что 9 мая 2016 года между ФИО1 и Обществом был заключен Трудовой договор № 3099. 

Согласно п. 4.7 Договора размер и порядок выплаты премий, компенсаций и других вознаграждений (выплат) регулируется Положением об оплате труда и иными нормативными актами работодателя.

В соответствии с п. 3.1 Положения об оплате труда работников ООО «Стройтрансгаз Трубопроводстрой» премирование работников Общества осуществляется исходя из финансовых результатов работы Общества. Размер премии устанавливается приказом директора Общества.

В обоснование выплаты премии в размере 60 000 рублей Истец ссылается на служебную записку заместителя директора по механизации Ш.О.В.. Между тем о данной служебной записке Ответчику ничего не известно, в Обществе она отсутствует.

На основании вышеизложенного, с учетом условий, предусмотренных Положением об оплате труда работников ООО «Стройтрансгаз Трубопроводстрой», служебная записка не может быть основанием для выплаты Истцу премии.

В соответствии с графиком работы Истец должен был приступить к выполнению своих трудовых обязанностей со 2 января 2017 года. Однако в указанный день на работу он не явился. Истец отсутствовал на рабочем месте весь январь 2017, с 28 марта 2017 по 31 марта 2017, а также апрель 2017, что подтверждается Актами об отсутствии работника на рабочем месте.30 января 2017 в адрес Истца было направлено уведомление с просьбой сообщить причину отсутствия на рабочем месте. Ответа на данное уведомление не последовало.

28 марта 2017 в адрес Истца было направлено письмо, в котором Ответчик сообщил Истцу о том, что уволить его не представляется возможным в связи с тем, что направленная им телеграмма не заверена оператором связи.

19 апреля 2017 в адрес Истца было направлено письмо с требованием явиться на рабочее место в срок до 1 мая 2017.

25 апреля 2017 в адрес Истца был направлен ответ на его запрос и очередной раз доведено до сведения о необходимости приступить к выполнению трудовых обязанностей.

3 мая 2017 от Истца поступила телеграмма с просьбой уволить его 6 мая 2017. Трудовые отношения между Истцом и Ответчиком были прекращены 6 мая 2017.

Таким образом, Истец отсутствовал на рабочем месте по личной инициативе, простой в Обществе не вводился, в связи с чем требование об оплате времени простоя удовлетворению не подлежит.

Действительно, истцу в начале января электронные билеты для проезда к месту работы не предоставлялись, однако это было связано с тем, что истец по телефону не подтвердить свое намерение прибыть на вахту. 

Заслушав стороны, исследовав представленные материалы, судья приходит к следующему.

Согласно трудовой книжке истца, 9 мая 2016 г. он был принят на работу механиком в Механизированную колонну в Участок подводно-технических работ Строительно-монтажное управление №1 Общества с ограниченной ответственностью Стройтрансгаз Трубопроводстрой».

Согласно статье 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В соответствии с п 1.5 заключенного между сторонами трудового договора метод работы истца – вахтовый в соответствии с утвержденныим графиком работ с доставкой из пункта сбора в г. Ульяновск. 

Согласно п. 4.7 Договора размер и порядок выплаты премий, компенсаций и других вознаграждений (выплат) регулируется Положением об оплате труда и иными нормативными актами работодателя.

В соответствии с п. 3.1 Положения об оплате труда работников ООО «Стройтрансгаз Трубопроводстрой» премирование работников Общества осуществляется исходя из финансовых результатов работы Общества. Размер премии устанавливается приказом директора Общества.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона обязана доказать обстоятельства, на которые она ссылается в качестве своих требований и возражений.

Каких-либо доказательств того, что ответчик должен был выплатить истцу премию в размере 90 000 рублей, суду не представлено. 

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно ст. 129 ТК РФ заработная плата - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии с п.п. 4.1, 4.2 Трудового договора, заключенного с истцом, за исполнение трудовых обязанностей, предусмотренных настоящим Трудовым договором, работнику устанавливается часовая тарифная ставка в размере 63 рубля в час. Заработная плата выплачивается работнику с учетом фактически отработанного времени. 

В соответствии с п. 2.2 Положения об оплате труда работников Общества с ограниченной ответственностью «Стройтрансгаз Трудопроводстрой», заработная плата работников Общества состоит из повременной части (должностного ок4лада или тарифной ставки).

Как указано выше, должностной оклад истцу не устанавливался, оплата труда производилась согласно тарифной ставке. 

В соответствии с п. 2.3 Положения об оплате труда, повременная оплата предусматривает оплату по установленным тарифным ставкам и должностным окладам за фактически отработанное время. 

Из представленных материалов, в том числе табелей учета рабочего времени следует, что истец в период времени 1 января 2017 г. по 6 мая 2017 г. отработал 0 часов. 

Следовательно, задолженности по заработной плате перед ним за указанный период у ответчика не имеется.

Довод истца, что ответчик умышленно препятствовал прибытию ФИО1 на рабочее место путем не предоставления электронных билетов, в судебном заседании не доказан. 

Представитель ответчика, не оспаривая сам факт не предоставления билетов, в судебном заседании пояснил, как указано выше, что ответчик путем телефонных переговоров выразил свое несогласие прибыть на вахту. 

Кроме того, сама процедура предоставления проездных билетов работникам Общества не предусмотрена ни трудовыми договорами, ни иными внутренними актами.

В соответствии с частью 3 статьи 72.2 Трудового кодекса Российской Федерации под простоем понимается временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера. При этом обязанность доказать наличие указанных обстоятельств возлагается на работодателя (п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

Процедура простоя на предприятии, как установлено в судебном заседании, ответчиком не вводилась. 

При таких обстоятельствах, у суда отсутствуют правовые основания для взыскания в пользу ФИО1 с ООО «Стройтрансгаз Трубопроводстрой» задолженности по заработной плате за период с 1 января 2017 г. по 6 мая 2017 г. ввиду отсутствия таковой. 

Согласно п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ», в соответствии с частью четвертой статьи 3 ТК РФ суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, о компенсации морального вреда.

Поскольку факт нарушений трудовых прав истца со стороны ответчика в судебном заседании своего подтверждения не нашел, суд не находит также оснований для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. 

Оснований для взыскания с ответчика в пользу ФИО1 расходов на оплату услуг представителя у суда также не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.56, 194-198 ГПК РФ, судья

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Стройтрансгаз Трубопроводстрой» о взыскании невыплаченной премии, взыскании задолженности по заработной плате, взыскании компенсации морального вреда, расходов по оплате услуг представителя, оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Инзенский районный суд в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья: