Судья Е.. Дело № 12-65/2020

(дело (****)) 

ПСКОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Р Е Ш Е Н И Е

22 июня 2020 года г.Псков

Судья Псковского областного суда Малыгина Г.В.,

при помощнике судьи Ефимовой А.С.,

рассмотрев жалобу Б. на постановление судьи Невельского районного суда Псковской области от 15 мая 2020 года, вынесенное по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ, в отношении Б., (дд.мм.гг.) года рождения, 

У С Т А Н О В И Л:

постановлением судьи Невельского районного суда Псковской области от 15 мая 2020 года Б. признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ, с назначением административного наказания, с учетом положения статьи 4.1 КоАП РФ, в виде административного штрафа в размере 7 500 рублей.

В жалобе, поданной в Псковский областной суд, Б. ставит вопрос об отмене постановления судьи как незаконного и необоснованного. В обоснование своей позиции указывает, что не была извещена о месте и времени составления протокола об административном правонарушении. Также, ссылаясь на нарушение статьи 29.121 КоАП РФ, считает, что в протокол об административном правонарушении незаконно внесены изменения, которые не могли быть внесены, поскольку не являются способом исправления ошибки или описки. Указывает, что предписание (постановление) или требование уполномоченного органа государственного санитарно - эпидемиологического надзора о самоизоляции ей не вручалось, в связи с чем режим карантинных мероприятий ею не мог быть нарушен по причине отсутствия такового. Нахождение на улице, при обстоятельствах, изложенных в протоколе об административном правонарушении, было обусловлено необходимостью выгула собаки.

Выслушав Б., поддержавшую доводы жалобы, возражения должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении – полицейского отделения ППСП МО МВД России «Невельский» Ш., проверив материалы дела, изучив доводы жалобы, прихожу к следующим выводам.

Нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившееся в нарушении действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий, совершенные в период режима чрезвычайной ситуации или при возникновении угрозы распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, либо в период осуществления на соответствующей территории ограничительных мероприятий (карантина), либо невыполнение в установленный срок выданного в указанные периоды законного предписания (постановления) или требования органа (должностного лица), осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, о проведении санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий, образует состав административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ, и влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от пятнадцати тысяч до сорока тысяч рублей.

В силу статей 6 и 31 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» к полномочиям субъектов Российской Федерации в области санитарно-эпидемиологического благополучия населения относится, в том числе введение и отмена на территории субъекта Российской Федерации ограничительных мероприятий (карантина) в случае угрозы возникновения и распространения инфекционных заболеваний на основании предложений, предписаний главных государственных санитарных врачей и их заместителей.

Согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от 01 декабря 2004 года № 715 «Об утверждении перечня социально значимых заболеваний и перечня заболеваний, представляющих опасность для окружающих» (в редакции Постановления Правительства Российской Федерации от 31 января 2020 года № 66), в Перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих, включена коронавирусная инфекция (2019-nCoV).

Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 02 марта 2020 года № 5 «О дополнительных мерах по снижению рисков завоза и распространения новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV)» высшим должностным лицам субъектов Российской Федерации (руководителям высшего исполнительного органа государственной власти субъектов Российской Федерации) постановлено обеспечить организацию и проведение мероприятий, направленных на предупреждение завоза и распространения, своевременное выявление и изоляцию лиц с признаками новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV), а также, с учётом складывающейся эпидемиологической ситуации в регионе и прогнозе её развития, вводить ограничительные мероприятия (подпункты 1.1, 1.2 пункта 1).

Указом Губернатора Псковской области от 15 марта 2020 года № 30-УГ «О мерах по противодействию распространению на территории Псковской области новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV)» на территории Псковской области с 15 марта 2020 года введены ограничительные мероприятия (карантин).

Подпунктом 1.1 пункта 1 Постановления Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 18 марта 2020 года № 7 «Об обеспечении режима изоляции в целях предотвращения распространения COVID-2019» высшие должностные лица субъектов Российской Федерации (руководители высшего исполнительного органа государственной власти субъектов Российской Федерации) обязаны обеспечить изоляцию всех лиц, прибывающих на территорию Российской Федерации, продолжительностью 14 календарных дней со дня их прибытия.

Лица, прибывшие на территорию Российской Федерации, обязаны выполнять требования по изоляции в домашних условиях (нахождению в изолированном помещении, позволяющем исключить контакты с членами семьи и иными лицами, не подвергнутыми изоляции) сроком на 14 календарных дней со дня прибытия на территорию Российской Федерации (подпункт 2.3 пункта 2).

Указом Губернатора Псковской области от 31 марта 2020 года № 38-УГ в указ Губернатора Псковской области от 15 марта 2020 года № 30-УГ внесены изменения, в частности, граждане Российской Федерации, проживающие или временно находящиеся на территории Псковской области, прибывшие после 17 марта 2020 года в Российскую Федерацию (в том числе транзитом) из стран, где зарегистрированы случаи новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV), обязаны пребывать на карантине (на дому) в течение 14 календарных дней со дня возвращения в Российскую Федерацию из стран, где зарегистрированы случаи новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV): не посещать работу, учёбу, общественные места (подпункт 2 пункта 3 указа Губернатора Псковской области от 31 марта 2020 года № 38-УГ).

Из дела следует, что в связи с прибытием с территории Р.Б., в которой зарегистрированы случаи новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV), (дд.мм.гг.) Б. вручено уведомление главного врача ГБУЗ «Невельская межрайонная больница» о соблюдении требований самоизоляции в целях обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия в связи с угрозой завоза и распространения новой коронавирусной инфекции в период с (дд.мм.гг.) по (дд.мм.гг.). Данное уведомление сопровождалось приложением с разъяснением основных принципов самоизоляции, в том числе: исключением контактов с членами своей семьи и другими лицами, запретом прогулок (за исключением случаев использования своего участка); не рекомендацией пребывания домашних животных в квартире, где осуществляется самоизоляция.

Вместе с тем, (дд.мм.гг.) в 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут должностным лицом МО МВД России «Невельский» установлено, что Б. нарушила требования самоизоляции - отсутствовала по месту проживания, находясь в общественном месте - возле подъезда дома (****) по переулку 

<

****>, где общалась с другими гражданами, в том числе с Г., которой также установлено требование по соблюдению самоизоляции в связи с прибытием из Р.Б., и иным лицом (П.).

Указанные обстоятельства послужили основанием для составления (дд.мм.гг.) в отношении Б. протокола об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ, которым привлекаемому к административной ответственности лицу вменено невыполнение подпункта 2 пункта 3 Указа Губернатора области от 15 марта 2020 года № 38-УГ.

При рассмотрении дела судья Невельского районного суда пришел к обоснованному выводу о наличии в действиях Б. состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ.

Фактические обстоятельства дела подтверждаются собранными по делу доказательствами: протоколом об административном правонарушении (****) от (дд.мм.гг.); рапортом полицейского отделения ППСП МО МВД России «Невельский» Ш. от (дд.мм.гг.); объяснением Б. от (дд.мм.гг.); объяснением П. от (дд.мм.гг.); списками лиц, находящихся на самоизоляции по Невельскому району под наблюдением; уведомлением о соблюдении требований самоизоляции главного врача ГБУЗ «Невельский МБ» от (дд.мм.гг.); фотографиями и другими материалами дела, которым судьёй дана оценка на предмет допустимости и достоверности, по правилам статьи 26.11 КоАП РФ.

В соответствии с требованиями статьи 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства его совершения, предусмотренные статьей 26.1 данного Кодекса.

Рассматривая дело по существу, судья районного суда установил фактические обстоятельства полно и всесторонне, они полностью подтверждаются представленными доказательствами, исследованными в ходе рассмотрения дела и получившими правильную оценку в постановлении. Таким образом, все предъявленные доказательства были оценены судьей в совокупности, в связи с чем, вывод о наличии события правонарушения и виновности Б.. в совершении правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ, является правильным и обоснованным.

При назначении наказания судья Невельского районного суда обоснованно принял во внимание характер совершенного правонарушения, а также другие обстоятельства, и пришел к выводу о возможности применения положений части 2.2, 2.3 статьи 4.1 КоАП РФ, в связи с чем снизил размер административного штрафа, предусмотренный санкцией части 2 статьи 6.3 КоАП РФ, до половины его минимального размера.

Довод жалобы о процессуальных нарушениях при составлении протокола об административном правонарушении подлежит отклонению в связи с неправильным толкованием заявителем норм процессуального права.

Так, из дела усматривается, что указанный протокол от (дд.мм.гг.) года был составлен с участием Б., с разъяснением ей прав и обязанностей, в том числе положений статьи 51 Конституции РФ, и вручением копии протокола, что подтверждается подписями лица, привлекаемого к административной ответственности, в соответствующих графах протокола и отсутствием её замечаний и возражений. 

Кроме того, вопреки доводам заявителя, заполнение должностным лицом ОМВД России «Невельский» бланка протокола без личного присутствия лица, привлекаемого к административной ответственности, до его ознакомления с протоколом, не относится к грубым процессуальным нарушениям, влекущим недопустимость протокола об административном правонарушении, так как в соответствии с пунктом 3 части 4 статьи 28.1, частями 2-6 статьи 28.2 КоАП РФ, гарантированный законом объём процессуальных прав лица, привлекаемого к административной ответственности, при составлении протокола об административном правонарушении, заключается в его правах: на дачу объяснения, разъяснение его прав и обязанностей, предоставления возможности ознакомления с протоколом с правом подачи объяснений и замечаний по его содержанию, получения копии протокола об административном правонарушении. 

Данные процессуальные требования при составлении протокола об административном правонарушении должностным лицом ОМВД России «Невельский» были выполнены, что, по существу, не оспаривается и заявителем.

Довод жалобы о незаконности внесения в протокол об административном правонарушении дополнения, которое заявителем относится к нарушению нормы статьи 29.12.1 КоАП РФ, также подлежит отклонению по аналогичному основанию.

Из дела следует, что протокол об административном правонарушении определением судьи Невельского районного суда Псковской области от (дд.мм.гг.), в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 29.4 КоАП РФ, был возвращён в административный орган в связи с тем, что в нём, в нарушение части 2 статьи 28.2 КоАП РФ, не было указано какие конкретно нормы действующих санитарных правил и гигиенических нормативы были нарушены Б., какие и кем установленные санитарно-гигиенические и противоэпидемические мероприятия ею не выполнены, то есть в описательно-мотивировочной части протокола об административном правонарушении отсутствовало описание части объективной стороны административного правонарушения, которое являлось существенным недостатком протокола, невосполнимом в судебном заседании.

В связи с возвращением протокола об административном правонарушении для устранения недостатков, препятствующих его рассмотрению по существу, должностным лицом ОМВД России «Невельский» протокол об административном правонарушении в описательной части был дополнен указанием на нарушение Б. нормативно-правового акта, содержащего санитарно-противоэпидемические требования – нарушение подпункта 2 пункта 3 указа Губернатора Псковской области от 31 марта 2020 года № 38-УГ.

О внесении данного дополнения в протокол об административном правонарушении Б. была надлежащим образом уведомлена в письменной форме и по существу данное обстоятельство также не оспаривается заявителем,

Устранение должностным лицом, составившим протокол об административном правонарушении, недостатков этого протокола на основании определения судьи, вынесенного в порядке пункта 4 части 1 статьи 29.4 КоАП РФ, соответствует требованиям Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и пункту 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», и, вопреки мнению заявителя, не является формой исправления описок, опечаток и арифметических ошибок в соответствии со статьёй 29.121 КоАП РФ.

Таким образом, нарушений процессуальных требований Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по делу не установлено.

Довод жалобы заявителя, что нахождение в общественном месте было обусловлено необходимостью выгула собаки, не опровергает того обстоятельства, что, помимо выгула собаки, Б. на улице контактировала с иными лицами, в частности, общалась с П. и Г., то есть нарушила такие требования самоизоляции как исключение контактов с членами семьи и другими лицами, запрет выхода в общественные места и на прогулки.

Кроме того, с учётом этих требований самоизоляции и не рекомендации пребывания домашних животных в квартире, где осуществляется самоизоляция, Б., при разумной осмотрительности, должна была принять меры к содержанию собаки до (дд.мм.гг.) иными лицами, в отношении которых не установлены такие ограничения, и доказательств невозможности принятия ею таких мер не имеется.

Отсутствие предписания (постановления) или требования органа (должностного лица), осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, об установлении Б. карантина не свидетельствует об отсутствии у неё обязанности по соблюдению требований самоизоляции в домашних условиях, поскольку такая её обязанность, как лица, прибывшего на территорию Российской Федерации после (дд.мм.гг.), с территории страны, в которой зарегистрированы случаи новой коронавирусной инфекции (2019-nCOV), установлена подпунктом 2.3 пункта 2 Постановления Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 18 марта 2020 года № 7 и подпунктом 2 пункта 3 указа Губернатора Псковской области от 31 марта 2020 года № 38-УГ, принятого во исполнение требований статей 6, 31 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения».

Таким образом, оснований для отмены постановления судьи по доводам жалобы не установлено.

Нарушений норм материального и процессуального закона при рассмотрении настоящего дела об административном правонарушении не допущено.

Порядок и срок давности привлечения к административной ответственности не нарушены.

Обстоятельств, которые в силу пунктов 2-4 части 1 статьи 30.7 КоАП РФ могли бы служить основанием к отмене или изменению судебного постановления, не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 30.7 КоАП РФ, судья Псковского областного суда

Р Е Ш И Л:

постановление судьи Невельского районного суда Псковской области от 15 мая 2020 года, вынесенное по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ, в отношении Б., оставить без изменения, жалобу Б. – без удовлетворения. 

Настоящее решение может быть обжаловано непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Псковского областного суда Г.В.Малыгина