РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

9 декабря 2019 года

г. Великий Новгород

Великоновгородский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего судьи Слипченко В.И., при секретаре судебного заседания Соколик О.А., с участием помощника военного прокурора Новгородского гарнизона старшего лейтенанта юстиции ФИО1, административного истца ФИО2 и его представителя адвоката Маркина К.А., административного ответчика командира войсковой части № 

<

звание> ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело № 2а-37/2019 по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части № 

<

званине> запаса ФИО2 об оспаривании решений должностных лиц, связанных с исключением из списков личного состава части,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с административным иском, в котором уточнив требования просил:

- признать незаконными приказ руководителя ФКУ «Войсковая часть №» от 9 июля 2019 года № (в редакции приказа от 12 августа 2019 года №) и приказ командира войсковой части № от 9 июля 2019 года № (в редакции приказа от 13 августа 2019 года) в части исключения ФИО2 из списков личного состава войсковой части № без прохождения лечения и освидетельствования ВВК, без предоставления основного отпуска за 2019 год и дополнительных дней отдыха в полном объеме и отменить указанные приказы;

- восстановить ФИО2 в списках личного состава войсковой части № до полного обеспечения положенными видами довольствия, направить на лечение и прохождение ВВК, предоставить основной отпуск за 2019 год и дополнительные дни отдыха в полном объеме;

- взыскать с административных ответчиков в пользу ФИО2 судебные расходы, связанные с оплатой государственной пошлины, в размере 300 (триста) рублей.

В обоснование заявленных требований ФИО2 указал, что проходил военную службу по контракту в войсковой части № на должности 

<

должность>.

Приказом Министра обороны РФ от 29 апреля 2019 года № он уволен с военной службы в запас. В соответствии с приказом руководителя ФКУ «Войсковая часть №» от 9 июля 2019 года № и приказом командира войсковой части № от 9 июля 2019 года №, административный истец с 11 августа 2019 года исключен из списков личного состава войсковой части №. В последующем административные ответчики внесли изменения в вышеназванные приказы, перенеся дату исключения ФИО2 из списков личного состава части на 13 августа 2019 года.

Изданные руководителем ФКУ «Войсковая часть №» и командиром войсковой части № приказы ФИО2 считает незаконным и подлежащим отмене по следующим основаниям.

До исключения из списков личного состава части административный истец обратился к командиру войсковой части № с рапортами о предоставлении 46 суток отдыха за привлечение к исполнению обязанностей военной службы сверх установленной продолжительности еженедельного судебного времени и привлечение к исполнению обязанностей военной службы в выходные и праздничные дни в 2018 году, предоставлении 15 суток отдыха как военнослужащему, проходящему военную службу на должности, связанной с повышенной опасностью для жизни и здоровья, а также оставшейся части отпуска за 2019 год с предоставлением 4 суток на проезд к месту проведения отпуска и обратно. Вместе с тем согласно оспариваемым приказам ФИО2 был предоставлен отпуск по болезни с 10 по 14 июля 2019 года, 17 суток отдыха с 15 по 31 июля 2019 года и 13 суток основного отпуска за 2019 год с 1 по 13августа 2019 года.

ФИО2 считает, что его право на отдых не было реализовано, поскольку с 11 по 22 июля 2019 года он находился на лечении в Солецкой ЦРБ. Кроме того в период нахождения в отпуске он вынужден был прибывать в расположение воинской части для сдачи дел и должности, имущества и получения положенного при увольнении вещевого имущества. 

Кроме того, 12 августа 2019 года административный истец был направлен командиром войсковой части № на медицинское освидетельствование для определения категории годности к военной службе, в связи с чем 13 августа 2019 года гарнизонная военно-врачебная комиссия приняла решение о том, что ФИО2 подлежит обследованию с последующим освидетельствованием в условиях военно-медицинской академии им ФИО4. В госпитализации в указанное медицинское учреждение ФИО2 командованием войсковой части № было отказано. При этом административный истец считает, что в случае признания его негодным к военной службе имелись основания для изменения формулировки приказа о его увольнении.

В судебном заседании ФИО2 и его представитель Маркин К.А. заявленные требования поддержали в полном объеме и просили их удовлетворить.

Командир войсковой части № требования административного истца не признал и просил отказать в удовлетворении административного иска в полном объеме, пояснив, что ФИО2 досрочно уволен с военной службы в запас в связи с несоблюдением военнослужащим условий контракта (подп. «в» п. 2 статьи 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе»). При этом, согласно п. 31 Порядка деятельности должностных лиц и органов военного управления по организации прохождения военной службы по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 30 октября 2015 года № 660 (далее - Порядок), для подготовки документов к увольнению с военной службы в связи с несоблюдением военнослужащим условий контракта заключение ВВК не требуется. Административный ответчик считает, что доводы ФИО2 о том, что командир нарушил его права, не направив до исключения из списков личного состава части на ВВК являются надуманными, поскольку законом данная обязанность на командира воинской части не возлагается. Кроме того, исходя из положений п. 11 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 г. № 1237 (далее - Положение), при увольнении военнослужащего по подп. «в» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» у военнослужащего отсутствует право выбора основания увольнения. С учетом изложенного заключение ВВК никаким образом не могло повлиять на изменение основания, по которому ФИО2 уволен с военной службы. ФИО3 также указал, что основной отпуск за 2019 год и дополнительные сутки отдыха за исполнение обязанностей военной службы, связанных с повышенной опасностью для жизни и здоровья (согласно приказу Министра обороны Российской Федерации от 2016 г. №) предоставлены ФИО2 в соответствии с требованиями п. 3 ст. 29 Положения, с учетом количества полных месяцев военной службы, прошедших от начала календарного года до дня исключения ФИО2 из списков личного состава части и его общей продолжительности военной службы. Административному истцу также предоставлено 23 суток отдыха в связи с привлечением в 2018 году к исполнению обязанностей военной службы сверх установленной продолжительности еженедельного служебного времени и привлечением к исполнению обязанностей военной службы в выходные и праздничные дни. Нереализованное время отдыха в вышеуказанном количестве учтено в соответствующем журнале и подтверждено подписями ФИО2 При этом, по мнению административного ответчика, расчет представленный ФИО2, не соответствует действительности, а нахождение истца на стационарном лечении в период использования дополнительных суток отдыха не является основанием для их последующего продления.

Представитель руководителя ФКУ «Войсковая часть №» и ФКУ «Войсковая часть №» в судебное заседание не прибыл, просил рассмотреть дело в его отсутствие. В своих письменных возражениях просил отказать в удовлетворении административного иска ФИО2 в полном объеме, по аналогичным с командиром войсковой части № основаниям.

Помощник военного прокурора Новгородского гарнизона старший лейтенант юстиции ФИО1 в своем заключении полагал необходимым полностью отказать в удовлетворении требований административного истца ФИО2 в связи с необоснованностью.

Выслушав объяснения сторон, заключение помощника военного прокурора, исследовав доказательства и оценив их относимость, допустимость, достоверность каждого в отдельности, а также достаточность и взаимную связь в их совокупности, военный суд приходит к следующим выводам.

Статья 219 КАС РФ предусматривает трехмесячный срок обращения в суд со дня, когда гражданину стало известно о нарушении его прав и свобод. 

Согласно части 5 статьи 219 КАС РФ, пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании.

В соответствии с частью 7 статьи 219 КАС РФ, пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом.

Согласно части 8 статьи 219 КАС РФ, пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

Поскольку в приказы руководителя ФКУ «Войсковая часть №» от 9 июля 2019 года № и командира войсковой части № от 9 июля 2019 года №, в части касающейся исключения ФИО2 из списков личного состава части, вышеназванными должностными лицами внесены изменения 12 и 13 августа 2019 года соответственно, а административное исковое заявление направлено ФИО2 по почте 12 ноября 2018 года, то установленный ст. 219 КАС РФ срок, истцом не пропущен.

Согласно приказу Министра обороны Российской Федерации от 29 апреля 2019 года №, 

<

званине> ФИО2 досрочно уволен с военной службы в запас в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта (подп. «в» п. 2 статьи 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе»).

Как усматривается из приказов руководителя ФКУ «Войсковая часть №» от 9 июля 2019 года № и командира войсковой части № от 9 июля 2019 года №, ФИО2 в связи с увольнением с военной службы неразрывно предоставлены: отпуск по болезни с 10 по 12 июля, дополнительные сутки отдыха в количестве 17 суток, с 13 июля по 29 июля 2019 года и основной отпуск за 2019 год, пропорционально прослуженному времени сроком на 13 суток с 30 июля по 11 августа 2019 года. Кроме того согласно названным приказам ФИО2 с 9 июля 2019 года полагался сдавшим дела и должность.

Вышеназванные приказы в соответствии с приказами руководителя ФКУ «Войсковая часть №» от 12 августа 2019 года № и командира войсковой части 75365 от 13 августа 2019 года №, изложены в новых редакциях, согласно которым ФИО2 в связи с увольнением с военной службы неразрывно предоставлены: отпуск по болезни с 10 по 14 июля, дополнительные сутки отдыха в количестве 17 суток, с 15 июля по 31 июля 2019 года и основной отпуск за 2019 год, пропорционально прослуженному времени сроком на 13 суток с 01 по 13 августа 2019 года.

Оценивая законность приказов административных ответчиков в части исключении ФИО2 из списков личного состава без прохождения ВВК суд исходит из следующего.

Как усматривается из листа беседы от 1 марта 2019 года, проведенной с ФИО2 командиром войсковой части №, административный истец представлен к увольнению с военной службы в связи с невыполнением условий контракта. При этом в разделе о прохождении ВВК листа беседы имеется запись о том, что заключение ВВК при увольнении по указанному основанию не требуется.

Согласно п. 28 Порядка утвержденного приказом Министра обороны РФ от 30.10.2015 № 660, командир (начальник) воинской части направляет военнослужащего (по его желанию) на медицинское освидетельствование в соответствующую ВВК.

При этом п. 31 названного Порядка установлено, что для подготовки документов к увольнению с военной службы по основанию, предусмотренному подпунктом «в» пункта 2 статьи 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», заключение ВВК не требуется.

12 августа 2019 года ФИО2, будучи уволенным с военной службы в связи с невыполнением условий контракта, был направлен командиром войсковой части № на медицинское освидетельствование для определения категории годности к военной службе, что усматривается из соответствующего направления от указанной даты. При этом административный ответчик показал, что выдача ФИО2 указанного направления была обусловлена указаниями следователя ВСО, в связи с расследованием возбужденного в отношении административного истца уголовного дела.

В соответствии с п. 16 ст. 34 Положения, военнослужащий на день исключения из списков личного состава должен быть полностью обеспечен установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением. До проведения с военнослужащим всех необходимых расчетов он без его согласия из списков личного состава не исключается. Каких-либо запретов на исключение военнослужащего без заключения ВВК указанный нормативный акт не содержит.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что не прохождение административным истцом ВВК не является основанием для отмены приказов руководителя ФКУ «Войсковая часть №» и командира войсковой части № об исключении ФИО2 из списков личного состава части.

Доводы административного истца и его представителя о том, что признание ФИО2 не годным к военной службе породило бы иные правовые последствия для истца в связи с его увольнением с военной службы, суд признает несостоятельными, поскольку в силу положений п. 11 ст. 34 Положения, при увольнении военнослужащего по подпункту «в» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» право выбора основания для увольнения у такого военнослужащего отсутствует.

Оценивая законность приказов административных ответчиков об исключении ФИО2 из списков личного состава без предоставления основного отпуска и дополнительных суток отдыха суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 29 Положения, военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, общая продолжительность военной службы которыхв льготном исчислении составляет от 15 до 20 лет, предоставляется основной отпуск продолжительностью 40 суток. По просьбе военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, основной отпуск может быть предоставлен им по частям.

При этом согласно п. 3 ст. 29 Положения, продолжительность основного отпуска военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в год увольнения с военной службы исчисляется путем деления продолжительности основного отпуска, установленной военнослужащему, на 12 и умножения полученного количества суток на количество полных месяцев военной службы, прошедших от начала календарного года до предполагаемого дня исключения его из списков личного состава воинской части. Округление количества неполных суток и месяцев производится в сторону увеличения. В таком же порядке исчисляется продолжительность основного отпуска военнослужащего при досрочном (до истечения срока контракта) увольнении, если отпуск не использован ранее в соответствии с планом отпусков.

Согласно подп. «в» п.4 ст. 29 Положения, продолжительность основного отпуска увеличивается (предоставляются дополнительные сутки отдыха) военнослужащим, находящимся на воинских должностях (должностях), исполнение обязанностей военной службы на которых связано с повышенной опасностью для жизни и здоровья, - на 15 суток.

При невозможности предоставления основного и дополнительных отпусков до дня истечения срока военной службы они могут быть предоставлены военнослужащему при его увольнении последовательно, без разрыва между отпусками. 

Из приказа руководителя ФКУ «Войсковая часть №» от 9 июля 2019 года № (в редакции от 12 августа 2019 года) усматривается, что общая продолжительность военной службы ФИО2 в календарном исчислении на 13 августа 2019 года составляла 18 лет 8 месяцев 2 дня. Согласно расчету, представленному войсковой частью № общая продолжительность военной службы истца в льготном исчислении на 25 февраля 2019 года составляла 19 лет 2 месяца 17 дней и следовательно к дате исключения ФИО2 из списков личного состава части 20 лет не достигла.

Как видно из приказа командира войсковой части № от 15 марта 2019 года №, ФИО2 с 17 марта 2019 года по 9 апреля 2019 года предоставлена часть основного отпуска за 2019 год в количестве 24 суток.

В соответствии с приказами руководителя ФКУ «Войсковая часть №» от 9 июля 2019 года № и командира войсковой части № от 9 июля 2019 года № (с последующими изменениями), ФИО2 предоставлен основной отпуск за 2019 год пропорционально прослуженному времени сроком 13 суток, с 1 по 13 августа 2019 года.

Как следует из рапорта административного истца от 10 августа 2019 года, ФИО2 обратился к командиру войсковой части № с просьбой предоставить оставшуюся часть основного отпуска за 2019 год, 15 суток отдыха в связи с прохождением службы на воинской должности, исполнение обязанностей на которой связано с повышенной опасностью для жизни и здоровья и 4 суток на дорогу к месту поведения отпуска и обратно.

В судебном заседании ФИО2 пояснил, что указанный рапорт он направил командиру войсковой части № почтовым отправлением.

Согласно книге учета почтовой корреспонденции войсковой части № указанный рапорт поступил в адрес войсковой части № заказным письмом 21 августа 2019 года, т.е. после даты исключения административного истца из списков личного состава части.

Таким образом, ФИО2 с учетом общей продолжительности военной службы в льготном исчислении, прохождения службы на должности связанной с повышенной опасностью для жизни и здоровья и прослуженным в 2019 году временем (с января по август 2019 г.) имел право на предоставление отпуска в 2019 году в следующем размере: (40+15)/12х8=36,67, т. е. 37 суток, которые ему были предоставлены ответчиком. 

С учетом изложенного требования ФИО2 о предоставлении отпуска за 2019 год и дополнительных суток отдыха за исполнение должностных обязанностей, связанных с повышенной опасностью для жизни и здоровья не подлежат удовлетворению.

Доводы представителя истца Маркина К.А. о том, что дополнительные сутки отдыха за исполнение должностных обязанностей, связанных с повышенной опасностью для жизни и здоровья должны быть предоставлены ФИО2 в полном объеме, а не пропорционально прослуженному времени суд признает несостоятельными.

Расчет отпуска произведен ответчиком в соответствии с требованиями п. 3 ст. 29 Положения, который как указано в определении Конституционного Суда РФ от 20.02.2014 г. № 305-О направлен на обеспечение соотнесения продолжительности основного отпуска военнослужащего с продолжительностью его служебной деятельности в соответствующем календарном году.

Кроме того, суд принимает во внимание, что рапорт ФИО2 о предоставлении 15 суток отдыха в связи с прохождением службы на воинской должности, исполнение обязанностей на которой связано с повышенной опасностью для жизни и здоровья и 4 суток на дорогу к месту поведения отпуска и обратно, поступил в войсковую часть № после исключения истца из списков части.

Относительно требований ФИО2 о предоставлении 46 суток отдыха за привлечение к исполнению обязанностей военной службы сверх установленной продолжительности еженедельного судебного времени и привлечение к исполнению обязанностей военной службы в выходные и праздничные дни в 2018 году суд исходит из следующего.

На основании п. 1 и 3 ст. 11 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», общая продолжительность еженедельного служебного времени военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, не должна превышать нормальную продолжительность еженедельного рабочего времени, установленную федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ. Привлечение указанных военнослужащих к исполнению обязанностей военной службы сверх установленной продолжительности еженедельного служебного времени в иных случаях компенсируется отдыхом соответствующей продолжительности в другие дни недели. При невозможности предоставления указанной компенсации время исполнения обязанностей военной службы сверх установленной продолжительности еженедельного служебного времени суммируется и предоставляется военнослужащим в виде дополнительных суток отдыха, которые могут быть присоединены по желанию указанных военнослужащих к основному отпуску.

Порядок учета служебного времени и предоставления дополнительных суток отдыха определяется Положением.

Согласно п.1 и 2 приложения № 2 к Положению учет времени привлечения военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, к исполнению обязанностей военной службы в рабочие дни сверх установленного регламентом продолжительности еженедельного служебного времени (далее именуется сверхурочное время) и отдельно учет привлечения указанных военнослужащих к исполнению обязанностей военной службы в выходные и праздничные дни (в часах), а также учет (в сутках) предоставленных им дополнительных суток отдыха ведется командиром подразделения в журнале. Правильность записей в журнале еженедельно подтверждается подписью военнослужащего.

Из журнала учета времени привлечения военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, к исполнению обязанностей военной службы в рабочие дни сверх установленной продолжительности еженедельного служебного времени (далее - журнал) войсковой части № за период с 1 августа 2018 года по 30 декабря 2018 года видно, что количество не реализованного времени отдыха у ФИО2 составило 23 суток, которое было перенесено в журнал за инв. №.

Согласно записям, имеющимся в журнале войсковой части № (инв. №), за период с 1 января 2019 года по 3 февраля 2019 года количество не реализованного времени отдыха у ФИО2 составляло 23 суток, а с 3 февраля 2019 года по 15 июля 2019 года - 17 суток. При этом записи в указанном журнале подтверждены подписями административного истца.

Наличие у ФИО2 неиспользованного времени отдыха за 2018 год в количестве 23 суток также подтверждается расчетом, составленным помощником начальника штаба по кадрам и строевой части войсковой части №.

В судебном заседании административный истец пояснил, что при ознакомлении с указанным журналом вместо сведений о количестве неиспользованного времени отдыха в нем стояли прочерки.

Как видно из приказа командира войсковой части № от 22 января 2019 года №, ФИО2 с 3 февраля 2019 года предоставлено 9 суток основного отпуска за 2018 год и 6 суток отдыха за привлечение к исполнению обязанностей военной службы в рабочие дни сверх установленной продолжительности еженедельного служебного времени.

Из рапорта ФИО2 от 28 июня 2019 года усматривается, что он просил предоставить ему 46 суток отдыха за привлечение к исполнению обязанностей военной службы в рабочие дни сверх установленной продолжительности еженедельного служебного времени в 2018 году.

Согласно оспариваемым административным истцом приказами руководителя ФКУ «Войсковая часть №» от 9 июля 2019 года № и командира войсковой части № от 9 июля 2019 года № (с последующими изменениями) ФИО2 предоставлено 17 суток отдыха за привлечение к исполнению обязанностей военной службы в рабочие дни сверх установленной продолжительности еженедельного служебного времени.

Таким образом, на основании записей имеющихся в журнале и подтвержденных подписями административного истца, дополнительное время отдыха за привлечение к исполнению обязанностей военной службы в рабочие дни сверх установленной продолжительности еженедельного служебного времени в 2018 году, предоставлено ФИО2 командиром войсковой части № в полном объеме, в связи с чем требования истца о предоставлении 46 суток отдыха не подлежат удовлетворению.

Утверждение ФИО2 о том, что его право на отдых не было реализовано, в связи с нахождением с 11 по 22 июля 2019 года на стационарном лечении суд признает несостоятельным, поскольку п. 18 Положения продление дополнительных дней отдыха на соответствующее количество дней болезни не предусмотрено.

Доводы ФИО2 о том, что при ознакомлении в 2019 году с правильностью записей в журнале, напротив его фамилии вместо учтенного времени стояли прочерки, суд признает голословными и не подтвержденными какими-либо доказательствами. Более того, данным утверждением административный истец фактически опровергает факт наличия у него неиспользованных дополнительных дней отдыха. 

Доказательств, свидетельствующих о привлечении административного истца к исполнению обязанностей военной службы в период нахождения в отпусках, суду не представлено.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу, что приказы руководителя ФКУ «Войсковая часть №» от 9 июля 2019 года № (в редакции приказа от 12 августа 2019 года №) и командира войсковой части № от 9 июля 2019 года № (в редакции приказа от 13 августа 2019 года №), в части исключения ФИО2 из списков личного состава части являются законными и обоснованными и не нарушают права административного истца, в связи с чем требования ФИО2 об отмене вышеназванных приказов и восстановлении административного истца в списках личного состава части не подлежат удовлетворению.

Поскольку административному истцу в удовлетворении заявленных требований отказано, то в соответствии со ст. 111 КАС РФ, не подлежат возмещению и судебные расходы.

Руководствуясь ст. 111, 175-180, 227 КАС РФ, военный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований капитана запаса ФИО2:

- признать незаконными приказ руководителя ФКУ «Войсковая часть №» от 9 июля 2019 года № (в редакции приказа от 12 августа 2019 года №) и приказ командира войсковой части № от 9 июля 2019 года № (в редакции приказа от 13 августа 2019 года) в части исключения ФИО2 из списков личного состава войсковой части № без прохождения лечения и освидетельствования ВВК, без предоставления основного отпуска за 2019 год и дополнительных дней отдыха в полном объеме и отменить указанные приказы;

- восстановить ФИО2 в списках личного состава войсковой части № до полного обеспечения положенными видами довольствия, направить на лечение и прохождение ВВК, предоставить основной отпуск за 2019 год и дополнительные дни отдыха в полном объеме;

- взыскать с административных ответчиков в пользу ФИО2 судебные расходы, связанные с оплатой государственной пошлины, в размере 300 (триста) рублей - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 1-й Западный окружной военный суд через Великоновгородский гарнизонный военный суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий по делу В.И. Слипченко