Дело № 2-184/2019 

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

г. Бутурлиновка 05 июня 2019 года

Бутурлиновский районный суд Воронежской области в составе: председательствующего- судьи Панасенко В.И.

при секретаре судебного заседания Ныныч Е.А., 

с участием истца ФИО3, его представителя адвоката Лепехиной Н.А., 

а также представителя ответчика бюджетного учреждения здравоохранения Воронежской области «Бутурлиновская районная больница» ФИО4,

представителя государственного учреждения – Воронежского регионального отделения Фонда социального страхования РФ, ФИО5, 

помощника прокурора 

<

адрес> ФИО6, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО3 к бюджетному учреждению здравоохранения Воронежской области «Бутурлиновская районная больница» об установлении факта несчастного случая на производстве - получение травмы при выполнении служебных обязанностей, составлении акта о несчастном случае на производстве формы Н-1, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к бюджетному учреждению Воронежской области «Бутурлиновская районная больница» о признании факта несчастного случая на производстве, компенсации морального вреда. Свои требования мотивировал тем, что он работает в отделении скорой медицинской помощи 

<

адрес> в должности «фельдшер скорой медицинской помощи». 

18 августа 2018 года, находясь на дежурстве скорой помощи, по звонку от диспетчера скорой помощи выехал на срочный вызов по поводу оказания необходимой медицинской помощи человеку без сознания. По прибытию на вызов по указанному адресу, он обнаружил во дворе дома мужчину без сознания. Оказывая помощь, при введении лекарства внутривенно у мужчины возникло судорожное движение руки, из-за чего шприц из его вены выскочил и при падении вонзился иглой в правую ногу истца. Он вытащил шприц, обработал свою рану, при этом сообщил водителю, что укололся «грязным» шприцом. Затем больного госпитализировали в реанимационное отделение Бутурлиновской районной больницы с диагнозом «Кома II степени. Судорожный синдром». Далее он доложил о случившемся диспетчеру скорой помощи и дежурному врачу. 

Больной ФИО1, которого он доставил, длительное время находился на стационарном лечении, поэтому он был уверен, что тот полностью обследован, и при наличии у него каких-либо заболеваний, которые могут передаваться через кровь, ему бы сразу сообщили. Однако его все равно беспокоил произошедший случай, поэтому он неофициально обратился в кабинет к врачу-инфекционисту, чтобы узнать о наличии инфекционных заболеваний ФИО1, однако узнать ничего не удалось, так как не работал компьютер с базой данных пациентов.

В конце сентября 2018 года он почувствовал себя плохо и обратился за медицинской помощью к неврологу, с 28 сентября по 08 октября 2018 года он находился на стационарном лечении, при этом ему лечащий врач пояснила, что у него в несколько раз повышены показатели АЛТ. 

02 октября 2018 года у него взяли анализы на маркеры гепатита. С18 октября по 09 ноября 2018 года он находился на лечении в 

<

адрес> клинической больнице, где ему был поставлен диагноз: «острый вирусный гепатит С, желтушная форма, генотип 3», на фоне противовирусной терапии с 26 октября 2018 года. 

Полагает, что именно при выполнении служебных обязанностей, то есть при оказании медицинской помощи больному ФИО1, он заразился «вирусным гепатитом С», что относится к несчастным случаям на производстве.

Каких-либо других контактов с кровью человека у него до указанного несчастного случая и до установления диагноза, не было. 

17 октября 2018 года он обратился в БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» с заявлением об установлении факта несчастного случая – травмы на производстве, произошедшей 18 августа 2018 года.

14 ноября 2018 года ему специалистом по охране труда был дан ответ, в котором причиной отказа установления несчастного случая на производстве является его несвоевременное обращение по факту проведения самого расследования, что явно противоречит ст. 229.1 ТК РФ.

Считая, что данным отказом нарушено его право застрахованного лица на обеспечение по обязательному социальному страхованию, он вынужден за защитой своих прав обратиться в суд.

Кроме того, считает, что действиями работодателя ему нанесен моральный вред, который заключается в том, что на протяжении всех его обращений к работодателю ему не только не была оказана помощь в связи с установленным заболеванием, но и создавались различные препятствия в подготовке и сборе необходимых документов для обращения в суд, он не мог в полной мере осуществлять свое лечение, так как ему отказывали в его праве обращаться за медицинской помощью и выдаче листа временной нетрудоспособности, его вынудили взять отпуск за свой счет, в период которого он проходил лечение в БУЗ ВО «Воронежская областная клиническая инфекционная больница».

Также считает, что его заболевание является следствием ненадлежащих профилактических мероприятий работодателя по предупреждению заболеваний острым гепатитом С. 

В связи с изложенным просит суд признать фактом несчастного случая на производстве произошедшее с ним 18 августа 2018 года при выполнении служебных обязанностей, взыскать с БУЗ ВО «Бутурлиновская районная больница» компенсацию морального вреда в размере 750000 рублей.

В ходе рассмотрения дела по существу ФИО3 уточнил свои требования и просил установить факт несчастного случая на производстве - получение травмы 18 августа 2018 года при выполнении служебных обязанностей, обязать БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» составить акт о несчастном случае на производстве формы Н-1, взыскать в БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» компенсацию морального вреда в размере 750000 рублей. 

В судебном заседании ФИО3 поддержал исковые требования и настаивает на их удовлетворении. Пояснил, что 18 августа 2018 года во время дежурства на машине скорой помощи приезжал в 

<

адрес> и около 20 часов поступил вызов диспетчера на 

<

адрес> указанному диспетчером адресу находился мужчина, фамилия которого ФИО1. Последний был без сознания. На носилках вместе с водителем они поместили ФИО1 в машину скорой помощи, где он внутривенно стал вводить ему противосудорожный препарат. После введения препарата, при непроизвольном движении ФИО1 выбил из его руки шприц, которым он вводил лекарственный препарат. Шприц упал ему на ногу и иглой воткнулся в ногу, в области голеностопного сустава. Он вытащил шприц, обработал рану спиртом и сказал об этом водителю. ФИО1 они доставили в реанимацию. По приезду на станцию скорой помощи он сказал о том, что инфицированный шприц уколол его в ногу диспетчеру Свидетель №2, а в последующем дежурному врачу Свидетель №1. Последний сказал, что не знает, как поступать в сложившейся ситуации. В реанимационном отделении он узнал, что фамилия больного ФИО1. Поскольку ФИО1 длительное время находился на стационарном лечении, он был уверен, что тот полностью обследован и в случае какого-либо заболевания, которое передается через кровь, ему сразу сообщат об этом. Он неофициально обратился к врачу-инфекционисту Свидетель №7, чтобы узнать о наличии инфекционных заболеваний у ФИО1. Однако, ему ответили, что компьютер с базой пациентов не работает, и ему не удалось узнать о наличии заболеваний у ФИО1. 

В конце сентября 2018 года из-за плохого самочувствия он обратился за медицинской помощью в БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ». Из анализов ему стало известно, что у него в несколько раз превышены показатели АЛТ. 02 октября 2018 года у него взяли анализы на 

<

данные изъяты> 18 октября по 09 ноября 2018 года он находился на лечении в Воронежской областной клинической больнице, где ему был поставлен диагноз: «острый вирусный гепатит С, желтушечная форма, генотип 3», на фоне противовирусной терапии с 26 октября 2018 года. 

ФИО3 полагает, что именно при выполнении служебных обязанностей- оказание медицинской помощи, при проведении медицинских манипуляций больному ФИО1, он заразился вирусным гепатитом С, и что является несчастным случаем. Каких-либо иных контактов с кровью человека у него до указанного случая и до установления диагноза, не было.

17 октября 2018 года он обратился в БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» с заявлением об установлении факта несчастного случая-травмы на производстве, произошедшей 18 августа 2018 года. 

14 ноября 2018 года специалистом по охране труда ФИО7 ему был дан ответ, в котором причиной отказа в установлении несчастного случая на производстве является его несвоевременное обращение по факту проведения самого расследования.

ФИО3 полагает, что отказом нарушены требования ст. 229.1 ТК РФ и нарушено его право. Неправомерными действиями работодателя ему причинены моральные и нравственные страдания, размер компенсации которых он определяет в 750000 рублей. 

Просил удовлетворить его исковые требования с учетом уточнения в полном объеме, взыскать с ответчика в его пользу судебные расходы.

Представитель истца, адвокат Лепехина Н.А. полагает, что исковые требования ФИО3 обоснованы, подлежат удовлетворению. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4 исковые требования не признал, считает, что они удовлетворению не подлежат. Свои возражения мотивирует тем, что не установлено, что во время выполнения трудовой функции ФИО3 был инфицирован иглой от шприца, которым делал укол ФИО1. А поскольку не доказан факт заражения, то отсутствуют основания для установления факта несчастного случая на производстве. 

Представитель третьего лица Государственного учреждения - Воронежского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации полагает, что исковые требования не подлежат удовлетворению, так как согласно ст. 265 ГПК РФ, суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или невозможности восстановления утраченных документов. Нормами трудового законодательства определен досудебный порядок разрешения трудовых споров уполномоченным органом. Истцом не предоставлено суду доказательств его обращения в уполномоченный орган - Государственную инспекцию труда в 

<

адрес>, для решения спорного вопроса.

В ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» страховым случаем является подтвержденный в установленном законом порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания; несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору.

В соответствии со ст. 227 ТК РФ расследованию в установленном порядке как несчастные случаи на производстве подлежат несчастные случаи, происшедшие в работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой -либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем, либо совершаемых в его интересах.

В соответствии с пунктом 23 «Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях», утвержденного Постановлением Минтруда РФ 24.10.2002 № 73, несчастный случай квалифицируется как несчастный случай на производстве при установлении обстоятельств, которые бы указывали на то, что действия пострадавшего во время несчастного случая были непосредственно обусловлены его трудовыми отношениями с работодателем, в том числе при исполнении не входящих в трудовые обязанности действия, но совершенных в интересах работодателя или направленных на предотвращение аварий или несчастного случая. 

В процессе проводимых мероприятий, одной из основных задач комиссии по расследованию несчастного случая на производстве является задача - установить причинно- следственную связь повреждения здоровья застрахованного лица и несчастного случая, произошедшего с ним на производстве, в период исполнения своих обязанностей по трудовому договору, то есть установить является ли данный несчастный случай прямым следствием исполнения указанный трудовых обязанностей.

Таким образом, надлежащее документальное оформление факта несчастного случая, произошедшего при исполнении трудовых обязанностей, регламентировано Федеральными законами и специальными нормами права, соблюдение которых является обязательным для всех участников данного вида правоотношений. 

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств обосновывающих требования возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Гепатит –С, один из самых распространенных видов вирусных гепатитов, который проявляет склонность к длительному бессимптомному течению. 

Истцом не представлено надлежащих доказательств наличия причинно-следственной связи имеющегося у него заболевания с исполнением им трудовых обязанностей, с осуществлением им медицинских манипуляций, связанных с профессиональной деятельностью фельдшера. 

Из иска не следует, на каком основании фельдшер скорой медицинской помощи села В-

<

адрес> обслуживал больных в 

<

адрес>. На основании изложенного чтобы утверждать, что истец заразился в период работы в БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» при оказании им медицинской помощи инфицированному больному, необходимо документальное подтверждение. В материалах дела отсутствует документальное подтверждение уполномоченного органа, свидетельствующее о связи заболевания ФИО3 с оказанием им медицинской помощи. 

При указанных обстоятельствах отсутствуют правовые основания квалифицировать рассматриваемый несчастный случай как несчастный случай на производстве. 

ФИО3 пропущен срок исковой давности, установленный ст. 392 ТК РФ, на обращение в суд за защитой нарушенных прав, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. Несчастный случай имел место 18 августа 2018 года. В тот же день истец сообщил об этом работодателю, представитель которого отказал ему в официальном фиксировании произошедшего события. Как медицинский работник ФИО3 обязан был предположить возможные последствия якобы имевшего место заражения от больного ФИО1. С исковыми требованиями истец обратился ДД.ММ.ГГГГ, спустя 5 месяцев с после указанной истцом даты произошедшего с ним случая. 

Определением суда в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена Государственная инспекция труда в Воронежской области. 

Представитель третьего лица, Государственной инспекции труда в Воронежской области в судебное заседание не явился, о месте и времени извещен надлежащим образом. 

Суд, выслушав объяснения сторон, допросив свидетелей, исследовав материалы дела приходит к следующему.

В соответствии со ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;

при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве, предоставленном работодателем (его представителем), либо на личном транспортном средстве в случае использования личного транспортного средства в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) или по соглашению сторон трудового договора;

при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком;

при следовании на транспортном средстве в качестве сменщика во время междусменного отдыха (водитель-сменщик на транспортном средстве, проводник или механик рефрижераторной секции в поезде, член бригады почтового вагона и другие);

при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха, а также при нахождении на судне (воздушном, морском, речном) в свободное от вахты и судовых работ время;

при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая.

В силу статьи 228 ТК РФ при несчастных случаях, указанных в статье 227 настоящего Кодекса, работодатель (его представитель) обязан:

немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию;

принять неотложные меры по предотвращению развития аварийной или иной чрезвычайной ситуации и воздействия травмирующих факторов на других лиц;

сохранить до начала расследования несчастного случая обстановку, какой она была на момент происшествия, если это не угрожает жизни и здоровью других лиц и не ведет к катастрофе, аварии или возникновению иных чрезвычайных обстоятельств, а в случае невозможности ее сохранения - зафиксировать сложившуюся обстановку (составить схемы, провести фотографирование или видеосъемку, другие мероприятия);

немедленно проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные в настоящем Кодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а о тяжелом несчастном случае или несчастном случае со смертельным исходом - также родственников пострадавшего;

принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с настоящей главой.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии с разъяснениями, указанными в 9 Постановления Пленума ВС РФ от 10.03.2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ и статьи 227 ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

При этом следует учитывать, что событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком, также может быть отнесено к несчастным случаям на производстве.

В связи с этим для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:

относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 ТК РФ);

указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 ТК РФ);

соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 ТК РФ;

произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ);

имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 ТК РФ), и иные обстоятельства.

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 227 ТК РФ и п. 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 года № 73, расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены телесные повреждения (травмы), если указанные события произошли на территории организации, других объектах и площадях, закрепленных за организацией на правах владения либо аренды (далее - территория организации), либо в ином месте работы в течение рабочего времени (включая установленные перерывы), в том числе во время следования на рабочее место (с рабочего места), а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства, одежды и т.п. перед началом и после окончания работы, либо при выполнении работ за пределами нормальной продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

Специальная комиссия, руководствуясь при расследовании несчастного случая ст.ст. 229, 229.1, 229.2 229.3, 230, 230.1 ТК РФ и Положением «Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях», утвержденным Постановлением Минтруда РФ от 24.10.2002 № 73, устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая и определяет, были ли действия пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос об учете несчастного случая, руководствуясь требованиями п. п. 2, 3 Положения, и квалифицирует несчастный случай как связанный с производством или как несчастный случай, не связанный с производством.

Кроме того согласно разъяснений, содержащихся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу ст. 3 ФЗ от 24.07.1998 года № 125-ФЗ признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. При этом суду следует учитывать, что квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке; принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора.

При этом в п. 11 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснено, что под профессиональным заболеванием понимается острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

При рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате возникновения у застрахованного профессионального заболевания, необходимо иметь в виду, что в силу Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 года № 967, заключительный диагноз - профессиональное заболевание имеют право устанавливать впервые только специализированные лечебно - профилактические учреждения, клиники или отделы профессиональных заболеваний медицинских научных учреждений или их подразделения (далее - центр профессиональной патологии).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967 утверждено Положение о расследовании и учете профессиональных заболеваний.

В соответствии с п. 4 Положения под острым профессиональным заболеванием (отравлением) понимается заболевание, являющееся, как правило, результатом однократного (в течение не более одного рабочего дня, одной рабочей смены) воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности. Под хроническим профессиональным заболеванием (отравлением) понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности. 

Наличие трудовых отношений между ФИО3 и БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» подтверждается следующими доказательствами.

Так, согласно копии трудового договора № от 01 января 2018 года заключен он на неопределенный срок между БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» и ФИО3, который принят на работу фельдшером скорой медицинской помощи. Согласно п. 8 трудового договора, работник подчиняется непосредственно заведующему отделением скорой помощи, врачу скорой помощи отделения скорой медицинской помощи (т.1. л.д. 195).

На основании приказа о приеме на работу работника №л от 29 декабря 2017 года по БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» ФИО3 принят на работу фельдшером скорой медицинской помощи (т.1 л.д. 200). 

Согласно копии приказа о прекращении трудового договора с работником от 06 февраля 2019 года прекращено действие трудового договора между БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» с ФИО3 по пункту 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (т.1. л.д. 201). 

Должностная инструкция предусматривает, что фельдшер скорой медицинской помощи осуществляет оказание скорой медицинской помощи в объеме доврачебной помощи в соответствии с утвержденными стандартами, осуществляет осмотр и применяет объективные методы обследования больного (пострадавшего). Фельдшер скорой медицинской помощи подчиняется непосредственно старшему фельдшеру, заведующему отделением скорой медицинской помощи (т.1 л.д. 202-204). 

Согласно должностной инструкции ответственного дежурного врача-терапевта, назначается он из числа врачей –терапевтов и подчиняется он заместителю главного врача ЛПУ по медицинской части. в соответствии с п. 3.2 ведет запись в журнале дежурного врача о приеме и сдаче дежурства с указанием обо всех событиях, происшествиях и принятых мерах, а также обо всех летальных исходах (т.1 л.д. 219-220).

Как следует из копии «Журнала учета травм при выполнении медицинских манипуляций» по БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» в нем отсутствуют сведения о получении ФИО3 травмы при выполнении медицинских манипуляций (т.1 л.д. 224-226).

В «Журнале приема больных и отказов в госпитализации (амбулаторный)» БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» отсутствуют сведения об обращении ФИО3 за медицинской помощью в период с 18 по 19 августа 2018 года (т.1 л.д. 227-243).

Как следует из копии «Журнала записи вызовов скорой медицинской помощи» за период с 29 марта 2018 года по 22 октября 2018 года фельдшером ФИО3 осуществлены выезды по вызовам: 01 апреля 2018 года в 

<

адрес> по поводу родов, доставлена в родильное отделение; 13 июня 2018 года в 

<

адрес> по поводу алкогольного цирроза печени; ДД.ММ.ГГГГ по адресу 

<

адрес>, к больному ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, кома 2 степени, неясной этимологии, судороги, венозный катетер установить не удалось; 13 сентября 2018 года в 

<

адрес> по поводу обострения течения ВИЧ, с госпитализацией в инфекционное отделение (т.2 л.д. 1-15, 27-29). 

В представленной копии «Журнала учета травм при выполнении медицинских манипуляций» БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» отделения скорой медицинской помощи о получении травм ФИО3 записей не имеется (т.2 л.д. 20-23).

В «Журнале учета травм при выполнении медицинских манипуляций» терапевтического отделения БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ», представленном суду в виде копии записей о получении травм фельдшером ФИО3 не имеется (т.2. л.д. 26).

Согласно выпискам №№, 4579, 4906, 204 ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в период с 18 октября 2018 года по 08 февраля 2019 года проходил лечение в БУЗ ВО «Воронежская областная клиническая инфекционная больница» отделение № (гепатологическое) с диагнозом: 

<

данные изъяты> Состояние на фоне противовирусной терапии с 26 октября 2018 года БВО. Хронический панкреатит, обострение. Хронический холецистит, обострение» (т.2 л.д. 30).

Согласно ответа специалиста по охране труда БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» ФИО3 указано, что 17 октября 2018 года создана комиссия по проведению служебного расследования по поводу получения 18 августа 2018 года травмы на производстве. 31 октября 2018 года в ходе расследования установлено, что факт полученной им травмы не был зафиксирован (не сообщено заведующему отделением скорой медицинской помощи, или старшему фельдшеру скорой медицинской помощи). За медицинской помощью ФИО3 обратился в течение полутора месяцев спустя после получения травмы. Факт обращения к врачу-инфекционисту не зафиксирован. В журнале регистрации несчастных случаев на производстве записей о получении травмы не имеется. В положении о расследовании несчастных случаев на производстве от 24.10.2002 год № сказано, что работник организации обязан немедленно извещать своего непосредственного руководителя о каждом несчастном случае в течение суток в соответствии с медицинским заключением (т.1 л.д. 52). 

Согласно протоколу ВК № от 31 октября 2018 года комиссия БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» произвела разбор случая обращения в районную больницу фельдшера скорой медицинской помощи ФИО3 по вопросу получения им травмы во время выполнения функциональных обязанностей. Комиссия пришла к выводу о том, что ФИО3 при оказании медицинской помощи нарушил правила работы медицинскими инструментами, не обратился с официальным заявлением к старшему фельдшеру скорой медицинской помощи, заведующему скорой медицинской помощи, сразу после аварийной ситуации, не был обследован врачом инфекционистом, так как ФИО3 не обращался за медицинской помощью (т.1.л.д. 108). 

Как следует из копии результатов исследования крови на маркеры гепатитов от 04 мая 2018 года при определении методом ИФА у ФИО3 признаки вируса не обнаружен (т.1 л.д. 151) 

Как следует из копии результатов исследования крови на маркеры гепатитов от 04 мая 2018 года при определении методом ИФА у ФИО3 признаки вируса не обнаружен (т.1 л.д. 152).

Согласно копии личной медицинской книжки на имя ФИО3 по результатам медицинского обследования от ДД.ММ.ГГГГ он допущен к работе (т.1 л.д. 153).

Согласно п. 1.1 копии «Положения об организации скорой медицинской помощи ЛПУ Бутурлиновского муниципального района», отделение скорой медицинской помощи организуется в населенных пунктах с численностью до 50 тыс. человек при городских, центральных районных и других больницах и является их структурным подразделением, предназначенным для оказания круглосуточной скорой медицинской помощи взрослому и детскому населению, как на месте происшествия, так и в пути следования в стационар при состояниях, угрожающих здоровью или жизни граждан, или окружающих их лиц, вызванных внезапными заболеваниями, обострением хронических заболеваний, несчастными случаями, травмами и отравлениями осложнениями беременности и при родах. 

Основной функциональной единицей отделения скорой медицинской помощи является выездная бригада (фельдшерская, врачебная, интенсивной терапии и другие узкопрофильные специализированные бригады) п.1.3). (т.1 л.д. 154-157).

Согласно копии приказа Департамента здравоохранения 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № «Об организации мероприятий, направленных на предупреждение инфицирования медицинских работников гемокотактными инфекциями, при оказании медицинской помощи на территории 

<

адрес>» утвержден в том числе алгоритм организации первичных мероприятий на рабочем месте в аварийных ситуациях при попадании крови и биологических жидкостей во время проведения медицинской манипуляции (т.1 л.д. 158).

Этим же приказом утверждены «Правила учета получения травм, микротравм персоналом медицинских организаций при исполнении профессиональных обязанностей, а также аварийных ситуаций при попадании крови и биологических жидкостей на кожу и слизистые». Согласно п. 2 Правил о каждом аварийном случае незамедлительно сообщается руководителю медицинской организации, его заместителю или вышестоящему руководителю. В ночное время, выходные и праздничные дни - дежурному врачу. 

Травмы и аварийные ситуации, полученные медработниками, должны учитываться в каждой медицинской организации в «Журнале учета аварийных ситуаций при проведении медицинских манипуляций» (пункт 3 Правил) (т.1 л.д. 161-162). 

Также приказом департамента здравоохранения 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № утвержден «Алгоритм организации первичных мероприятий на рабочем месте в аварийных ситуациях при попадании крови и биологических жидкостей во время проведения медицинской манипуляции», из которого следует, что при повреждении кожи (порез, укол): немедленно снять перчатки, вымыть руки с мылом под проточной водой, обработать руки 70%-м спиртом, смазать рану 5%-м спиртовым настоем йода. При оказании медицинской помощи пациенту вне медицинской организации (работе бригады скорой помощи и неотложной медицинской помощи) необходимо иметь укладку для проведения первичной обработки, содержащую 70% спирт, 5% спиртовый раствор йода, упаковку ватных шариков, лейкопластырь, шприц (без иглы) емкостью 10-20 мл для струйного промывания слизистых. Для промывания (ополаскивания) слизистых иметь емкость питьевой воды. При оказании помощи заведомо известному ВИЧ- инфицированному пациенту рекомендуется выполнять манипуляции в присутствии второго специалиста, который в случае аварийной ситуации продолжит ее выполнение (т.1 л.д. 163-165).

Как следует из «Правил проведения постконтактной профилактики в аварийных ситуациях при манипуляциях с кровью и биологическими жидкостями пациента с гемоконтактными инфекциями», утвержденными приказом департамента здравоохранения 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ № при травме, аварийной ситуации и контакте с материалом заведомо ВИЧ-инфицированного пациента, обследованного пациента до получения результатов тестирования на ВИЧ, пациента в невозможностью установить ВИЧ-статус информацию о пострадавшем медработнике и согласование явки для назначения химиопрофилактики в БУЗ ВО «ВОКЦПиБС» осуществлять по телефону, работник в течение двух часов (не позднее 72 часов) для проведения профилактического курса антиретровирусной терапии в БУЗ ВО «ВОКЦПиБС» (т. 1 л.д. 166-168).

Компетентными органами не удостоверено, относится ли к страховому случаю выявленное у ФИО3 заболевание, и если относится, то каков его вид.

В судебном заседании свидетель Свидетель №3 пояснил, что 18 августа 2018 года он работал в составе бригады скорой помощи с фельдшером ФИО3. Около 20 часов поступил вызов на 

<

адрес>. Во дворе одного из домов в бессознательном состоянии лежал мужчина с признаками эпилепсии. По просьбе ФИО8 они поместили мужчину в машину скорой помощи, где ФИО8 стал оказывать первую помощь, стал делать укол. Он придерживал руку мужчины, так как тот дергался. ФИО8 ввел иглу шприца в руку мужичины и сделал укол. После того, как укол был сделан, он отвлекся. ФИО8 сказал, что мужчина выбил рукой шприц из его руки, и тот воткнулся ему в ногу. При этом он протирал место, в которое его уколол шприц. 

В судебном заседании свидетель Свидетель №2 пояснила, что 18 августа 2018 года поступил вызов по телефону, о том, что мужчине плохо. Все бригады были на вызовах. Она на вызов направила фельдшера ФИО3. Затем ФИО8 приехал на станцию скорой помощи и сообщил ей, что во время инъекции он укололся иголкой от шприца. Она сказала ФИО8, чтобы тот доложил о происшествии дежурному врачу. Рану ФИО8 она не видела. 

В судебном заседании свидетель Свидетель №1 пояснил, что 18 августа 2018 года он находился на дежурстве в качестве дежурного врача. Ночью к нему обратился фельдшер скорой помощи ФИО8 и сообщил, что он поранился иголкой от шприца, которым делал укол больному. Он осмотрел ногу ФИО8. Рану он не увидел. ФИО8 не нуждался в неотложной помощи, угрозы его жизни не было. 

Свидетель ФИО9 суду пояснила, что ее муж на работе был заражен гепатитом С, после чего он был вынужден уволиться с работы и проходить лечение от гепатита С. 

Свидетель ФИО1 суду пояснил, что болеет гепатитом С с 2013 года. В августе 2018 года он из-за потери сознания находился на лечении в БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ». Как ему в последующем стало известно, в больницу его доставил на машине скорой помощи фельдшер ФИО3

Свидетелем ФИО1 представлены суду копии результатов его анализа от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что в крови обнаружен 

<

данные изъяты> По результатам анализа ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ у него выявлен 

<

данные изъяты> (т.2. л.д. 33).

Согласно копии выписки из журнала вызовов отделения скорой медицинской помощи БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» выданной на имя ФИО1 о том, что он обращался за медицинской помощью в отделение скорой медицинской помощи 18 августа 2018 года в 20 час. 30 мин. с диагнозом: кома 2 степени неясной этимологии судорожный синдром (т.2 л.д. 32).

Как следует из сообщения Государственной инспекции труда в 

<

адрес> от 08 мая 2019 года на имя ФИО3, по его обращению была проведена проверка в БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» в ходе которой было установлено, что расследование несчастного случая произошедшего с ним 18 августа 2018 года проведено с нарушением ст. 229.2 ТК РФ и положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях.

В судебном заседании врач-инфекционист Свидетель №7 пояснила, что в августе 2018 года к нему обратился фельдшер скорой помощи ФИО8 и сообщил, что укололся шприцом, которым делал инъекцию больному. 

В судебном заседании свидетель Свидетель №5 пояснил, что он работает заведующим отделением скорой помощи и о том, что ФИО8 якобы был инфицирован иглой от шприца, ему стало известно только в конце августа 2018 года. Сам ФИО8 ему о случившемся ничего не говорил. 

В судебном заседании свидетель Свидетель №6 работающая старшим фельдшером отделения скорой помощи пояснила, что о том, что фельдшер ФИО3 был инфицирован иглой от шприца, которым делал укол больному, ей ничего не известно. Сам он об этом ей ничего не говорил. 

Врач-эпидемиолог БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» Свидетель №4 суду пояснил, что ФИО3 в случае получения травмы иголкой от шприца, которым дела укол больному должен был сообщить о случившемся руководителю подразделения и сделать соответствующую запись в журнале, после чего на производстве проводится расследование. 

В судебном заседании главный спецэксперт Роспотребнадзора ФИО10 суду показала, что 19 октября 2018 года в ТО Роспотребнадзора по 

<

адрес> поступила информация из ФФБУЗ «Центра гигиены и эипидемиологии в 

<

адрес> в Аннинском, Бутурлиновском, Таловском, 

<

адрес>х» об установлении диагноза «Острый гепатит С» у фельдшера скорой медицинской помощи БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» ФИО3. На основании приказа начальника ТО «Управления Роспотребнадзора по 

<

адрес> была проведена внеплановая выездная проверка в отношении отделения скорой медицинской помощи БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» в 

<

адрес> с целью установления источника инфекции, путей, факторов передачи заболевания «гепатитом С», с оценкой мероприятий по соблюдению санитарных правил. Согласно журналу вызовов скорой медицинской помощи в августе 2018 года был зарегистрирован вызов по адресу: Бутурлиновка, 

<

адрес>, причина вызова судороги. На месте венозный катетер установить не удалось, больной госпитализирован в реанимационное отделение. Запись в «Журнале о получении травм при выполнении медицинских манипуляций» о получении ФИО3 травмы отсутствует. В ходе проверки также установлено, что медицинский персонал бригад скорой медицинской помощи обеспечен медицинскими перчатками, необходимыми для защиты при контакте с кровью или с другими биологическими субстратами, потенциально или явно контаминированными микроорганизмами, слизистыми оболочками, повреждений кожи. При проведении проверки выявлены незначительные нарушения санитарных правил со стороны работодателя, в то же время не была установлена вина работодателя в заболевании ФИО3 

<

данные изъяты> 

В своем заключении прокурор Бутурлиновского района указывает, что 18 августа 2018 года во время дежурства на станции скорой медицинской помощи БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» при оказании неотложной медицинской помощи больному ФИО1, фельдшер скорой медицинской помощи ФИО3 уронил шприц с иглой, которая вонзилась ему в ногу, в результате чего истец заболел 

<

данные изъяты> После обнаружения заболевания он длительное время проходил лечение. О случившемся он руководству не доложил. Однако диспетчер Свидетель №2 и дежурный врач Свидетель №1 подтвердили факт обращения ФИО8 о том, что с ним произошел несчастный случай. Запись в журнале учета травм произведена не была. В выводах врачебной комиссии по факту получения травмы ФИО8 указано, что при оказании медицинской помощи ФИО8 нарушил правила работы с медицинскими инструментами, не обратился после аварийной ситуации к старшему фельдшеру СМП, заведующему СМП. Полагает, что в ходе рассмотрения дела установлена причинно следственная связь между событием и наступившими последствиями в виде заболевания ФИО8 гепатитом С. Полагает, что в судебном заседании доказан факт несчастного случая на производстве, который произошел с ФИО8 во время выполнения им своих должностных обязанностей. Полагает возможным взыскать с ответчика в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По данному делу требования предъявлены истцом, утверждавшим, что им при выполнении служебных обязанностей им получена травма на производстве, просит установить факт несчастного случая на производстве - получение травмы 18 августа 2018 года при выполнении служебных обязанностей, обязать БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» составить акт о несчастном случае на производстве формы Н-1, взыскать в БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» компенсацию морального вреда в размере 750000 рублей. 

Как установлено в судебном заседании у ФИО3 работавшего в должности фельдшера скорой медицинской помощи БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» 18 октября 2018 года был диагностирован 

<

данные изъяты> после чего он проходил лечение в БУЗ ВО «Воронежская областная клиническая инфекционная больница». ФИО3 связывает наличие выявленного у него заболевания с профессиональной деятельностью, а именно при оказании им скорой медицинской помощи ФИО1, который является носителем «гепатита С, генотип 3 а», во время которой он получил повреждение кожи на ноге, выпавшим из руки шприцем с иглой. Однако в судебном заседании не нашло своего подтверждение инфицирование ФИО2 в результате указанных им обстоятельств. Так находившийся во время оказания помощи ФИО1 водитель машины скорой медицинской помощи Свидетель №3 не видел, чтобы ФИО2 выронил шприц, который поранил бы последнему ногу. По приезду на станцию скорой помощи ФИО2 в устной форме сообщил диспетчеру Свидетель №2 и дежурному врачу Свидетель №1 о том, что укололся использованным шприцом. При осмотре Свидетель №1, тот не обнаружил травмы в указанном ФИО19 месте. В последующем ФИО19 о характере травмы старшему фельдшеру скорой медицинской помощи и заведующему скорой медицинской помощи не сообщил, в журнале о получении травм записи не сделал, заявления о проведении несчастного случая не писал, на прием к врачу-инфекционисту не обратился. Согласно записи в «Журнале записи вызовов скорой медицинской помощи» указано, что больному ФИО1 венозный катетер установить не удалось. При обследовании у ФИО3 диагностирован 

<

данные изъяты>, в то время как ФИО1 является носителем «гепатита С, генотип 3а». 

Оценив представленные доводы и доказательства в их совокупности, в том числе показания свидетелей и медицинскую документацию, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска, поскольку каких-либо достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих получение истцом именно травмы или иного повреждения здоровья непосредственно в результате несчастного случая на производстве, в материалах дела не имеется. Медицинские документы не подтверждают травматический характер заболевания истца, не содержат указания на причинение истцу каких-либо повреждений, вызванных воздействием внешних факторов (в том числе получение травм при падении шприца).

Оснований для взыскания компенсации морального вреда суд также не усматривает, трудовые и личные неимущественные права истца ответчики не нарушили. 

В своих возражениях на исковое заявление третье лицо Государственное учреждение Воронежское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, ссылается на пропуск истцом установленного ст. 392 ТК РФ срока на обращение в суд с заявлением за разрешением индивидуального трудового спора, который составляет три месяца со дня, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права. По мнению третьего лица о нарушении своего права ФИО8 узнал 18 августа 2018 года, а с заявлением обратился только спустя пять месяцев после указанной даты.

Суд признает доводы третьего лица о пропуске истцом срока на обращение в суд, не состоятельными, поскольку в соответствии со ст. 208 ГК РФ на требования о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина, исковая давность не распространяется.

В силу ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно абзацу 2 ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

По общему правилу, установленному ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 указанного кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в этой статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика понесенных им судебных расходов. Принимая во внимание, что суд отказывает ФИО3 в удовлетворении исковых требований, то и оснований для взыскания с БУЗ ВО «Бутурлиновская РБ» судебных расходов в его пользу не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ суд, 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к бюджетному учреждению здравоохранения Воронежской области «Бутурлиновская районная больница» об установлении факта несчастного случая на производстве-получении травмы при выполнении служебных обязанностей, составлении акта о несчастном случае на производстве формы Н-1, компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Воронежского областного суда через Бутурлиновский районный суд в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий Панасенко В.И.

СПРАВКА

Решение в окончательной форме изготовлено и подписано 05 июля 2019 года.

Судья Панасенко В.И.