Решение

именем Российской Федерации

 

дело № 2-485/2019

05 ноября 2019 года

г. Сольцы

Солецкий районный суд Новгородской области в составе

председательствующего - судьи Кулёвой Н.В., 

при секретаре Тереховой Н.Н.,

с участием прокурора Солецкого района Новгородской области Кабеева И.А.,

истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к федеральному казённому учреждению «Объединённое стратегическое командование Южного военного округа» о компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с данным иском, указав, что является матерью Ш,Р.А. погибшего 07 апреля 2018 года, проходившего службу по контракту в войсковой части № 31853. В его гибели виновен ФИО2, который был осуждён Владикавказским гарнизонным военным судом 20 августа 2018 года за совершение преступления предусмотренного ч. 2 ст. 349 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде шести месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении. Сын был для неё единственной надеждой на то, что он будет ей помогать. Гибелью сына ей причинён моральный вред, компенсацию которого в размере 1 000 000 рублей она просит взыскать с правопреемника войсковой части № 31853 - Федерального казенного учреждения «Объединенное стратегическое командование Южного военного округа». 

Определением Солецкого районного суда Новгородской области от 10 сентября 2019 года к участию в деле в качестве третьего лица привлечён ФИО2 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, пояснив, что потеря сына - это невосполнимая утрата. Она до настоящего времени переживает из-за происшедшего, постоянно принимает успокаивающие препараты. 

Представитель ответчика федерального казённого учреждения «Объединённое стратегическое командование Южного военного округа» о дате, месте и времени судебного заседания извещён надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело без своего участия, в возражениях на исковое заявление просит в иске отказать, поскольку полагает, что перед потерпевшим ответственность по возмещению причинённого вреда несёт лицо, причинившее вред. По данному факту в связи с совершением уголовного преступления ФИО2 был привлечён к уголовной ответственности, ответчик не являлся участником уголовного дела, таким образом, считает, что требование о компенсации морального вреда может быть возложено исключительно на ФИО2 Кроме того, обращает внимание, что военнослужащий считается исполняющим обязанности военной службы в случаях, прямо предусмотренных ст. 37 ФЗ от 06.03.1998 № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», в число которых уголовно наказуемые противоправные действия не входят. Также в соответствии со ст. 8 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ, утверждённого Указом Президента РФ от 10.11.2007 № 1495 военнослужащие, совершающие предусмотренные уголовным законодательством общественно опасные деяния, а также самовольно находящиеся вне расположения воинской части или установленного за пределами воинской части места службы, не признаются исполняющими обязанности военной службы, в связи с чем полагает, что ФИО2 в момент совершения преступления не исполнял обязанности военной службы и что в данном случае ответчик не несет ответственность за вред, причинённый военнослужащим, совершившим уголовное преступление. Кроме того, Министерство обороны РФ компенсирует причинённый материальный и моральный вред посредством обязательного государственного страхования и осуществления единовременных выплат военнослужащим или членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего. 

Третье лицо ФИО2 о дате, месте и времени судебного заседания извещён надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело без своего участия. 

Согласно ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело без участия не явившихся лиц.

Выслушав истца, исследовав материалы гражданского дела, заслушав заключение прокурора Солецкого района Новгородской области, полагавшего требования истца подлежащими удовлетворению в полном объёме, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что Ш,Р.А., ДД.ММ.ГГГГ, призван на военную службу ВК Шимского, Волотовского и Солецкого районов Новгородской области 29 июня 2017 года, проходил военную службу в качестве механика-водителя расчета (хранения и транспортирования) отделения транспортирования и перегрузки 4 ракетного дивизиона войсковой части 31853, погиб 07 апреля 2018 года при исполнении служебных обязанностей (л.д. 132).

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 04 июля 2019 года правопреемником Федерального бюджетного учреждения - войсковая часть 31853 является Федеральное казённое учреждение «Объединённое стратегическое командование Южного военного округа» (л.д. 14-18). 

В отношении ФИО2 было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 349 Уголовного кодекса Российской Федерации, согласно приговору Владикавказского гарнизонного военного суда от 20 августа 2018 года ФИО2 признан виновным в совершении указанного преступления, ему назначено наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, приговор вступил в законную силу 31 августа 2018 года (л.д. 25-29, 107).

Согласно сведениям страховой группы «СОГАЗ» от 12 сентября 2019 года (л.д. 97) в связи со смертью Ш,Р.А. его матери ФИО1 24 января 2019 года произведена выплата страховой суммы в соответствии с Федеральным законом от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих» в размере 

<

данные изъяты>. 

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причинённого незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со статьёй 59 Конституции Российской Федерации защита Отечества является долгом и обязанностью гражданина Российской Федерации. Гражданин Российской Федерации несёт военную службу в соответствии с федеральным законом.

Статьёй 2 Федерального закона от 27.05.1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" установлено, что военнослужащие проходят военную службу по контракту или военную службу по призыву в соответствии с Федеральным законом от 28 марта 1998 года N 53-ФЗ "О воинской обязанности и военной службы".

Права, свободы, обязанности и ответственность военнослужащих, а также основы государственной политики в области правовой и социальной защиты военнослужащих, граждан Российской Федерации, уволенных с военной службы, и членов их семей определены Федеральным законом от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих".

Охрана здоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных условий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных факторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с органами государственной власти. Забота о сохранении и об укреплении здоровья военнослужащих - обязанность командиров. На них возлагается обеспечение требований безопасности при проведении учений, иных мероприятий боевой подготовки, во время эксплуатации вооружения и военной техники, при производстве работ, исполнении других обязанностей военной службы (пункт 1 статьи 16 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ).

Согласно п. 2 статьи 27 указанного закона командиры являются единоначальниками и отвечают в мирное и военное время за постоянную боевую и мобилизационную готовность, успешное выполнение боевых задач, боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, правопорядок, морально-психологическое состояние подчинённого личного состава и безопасность военной службы, состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества, материальное, техническое, финансовое, бытовое обеспечение и медицинское обеспечение.

Аналогичные требования к обеспечению сохранения жизни и здоровья военнослужащих закреплены и в Уставе внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утверждённом Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 г. N 1495. В частности, в соответствии со статьёй 75 данного устава командир является единоначальником, в мирное и военное время отвечает за боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, морально-психологическое состояние подчинённого личного состава и безопасность военной службы; за внутренний порядок, состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества.

Командир (начальник) в целях обеспечения безопасности военной службы обязан: в своей служебной деятельности отдавать приоритет сохранению жизни и здоровья подчинённых военнослужащих; руководствуясь положениями главы 7 Устава внутренней службы, принимать все возможные меры по обеспечению защищённости военнослужащих от воздействия на них опасных факторов военной службы при исполнении ими своих обязанностей, предупреждению их гибели (смерти) и увечий (ранений, травм, контузий), а также осуществлять мероприятия по предотвращению причинения вреда жизни, здоровью, имуществу местного населения и окружающей среде в ходе повседневной деятельности воинской части (подразделения) (статья 81 Устава внутренней службы).

Одними из основных проводимых в полку (подразделении) мероприятий по предупреждению гибели (смерти), увечий (ранений, травм, контузий) и снижению заболеваемости военнослужащих являются регулярная подготовка личного состава к выполнению мероприятий повседневной деятельности с изучением перед их проведением необходимых требований безопасности военной службы, контроль за выполнением личным составом требований безопасности военной службы (абзацы первый третий, четвёртый статьи 322 Устава внутренней службы).

Статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет общие основания ответственности за причинение вреда. Вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно статье 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 (статьи 1064-1101) данного кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности.

С соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счёт соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причинённый вред являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 20 октября 2010 г. N 18-П, нормы статьи 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с нормами статей 1064 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации означают, что обязанность по возмещению вреда жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц в порядке главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации за счёт соответствующей казны возникает в случаях установления вины государственных органов и их должностных лиц в причинении данного вреда. Следовательно, статья 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет использовать дополнительно к публично-правовым средствам социальной защиты военнослужащих и членов их семей меры гражданско-правовой ответственности в тех случаях, когда вина органов и должностных лиц государства в причинении вреда жизни или здоровью гражданина при исполнении им обязанностей военной службы установлена. В данной статье реализуется конституционный принцип равенства, поскольку все военнослужащие (и члены их семей) имеют равную с другими гражданами возможность использования гражданско-правовых механизмов возмещения вреда с соблюдением принципов и условий такого возмещения.

Компенсация морального вреда согласно п. 5 ст. 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» осуществляется по правилам гражданского законодательства.

При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинён не по его вине (статья 1064 ГК РФ). Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 11 постановления от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснил, что предусмотренная статьёй 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия своей вины должен представить сам ответчик.

Компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи со смертью сына, заявлена ФИО1, является одним из видов гражданско-правовой ответственности. 

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. N 6), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесённых им страданий (абзац второй пункта 8 названного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10).

Кроме того, необходимо учитывать законодательство, регламентирующее прохождение службы в Вооруженных Силах Российской Федерации и определяющее, в том числе, обязанности должностных лиц воинской части по обеспечению безопасности военной службы и сохранению здоровья военнослужащих.

Таким образом, исходя из требований п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1, принимая во внимание доказанность факта причинения вреда, учитывая, что ФИО2 при причинении вреда исполнял обязанности военной службы - нёс службу в составе суточного наряда, то есть действовал по приказу командиров, а потому имеется причинная связь между действиями (бездействием) ответчика и наступлением вреда, именно на ответчике ФКУ «Объединённое стратегическое командование Южного военного округа», вина которого презюмируется, лежит обязанность доказывания отсутствия вины должностных лиц войсковой части 31853 в не обеспечении безопасности военной службы и не сохранении жизни Ш,Р.А. при исполнении им обязанностей военной службы, однако, таких доказательств, несмотря на запрашиваемые судом сведения, ответчиком не представлено.

Довод ответчика о том, что обязанность компенсации морального вреда не может быть возложена на Министерство обороны Российской Федерации, поскольку непосредственный причинитель вреда был установлен в ходе предварительного следствия по уголовному делу, им является военнослужащий, проходивший службу по контракту в войсковой части 31853 - младший сержант ФИО2, суд признаёт несостоятельным, поскольку получение травмы рядовым Ш,Р.А. 07 апреля 2018 года имело место при исполнении им и ФИО2 обязанностей военной службы, а именно несения службы в составе суточного наряда (п. «в» ст. 8 Устава внутренней службы ВС РФ). Между тем, именно на командиров (должностных лиц войсковой части 31853) в силу абзаца второго пункта 1 статьи 16, пункта 2 статьи 27 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ возлагается обязанность по охране жизни и здоровья военнослужащих, обеспечению требований безопасности при исполнении обязанностей военной службы.

Факт гибели ФИО3 при исполнении обязанностей военной службы по призыву установлен материалами дела, при этом ответчиком ФКУ «Объединённое стратегическое командование Южного военного округа» не представлено доказательств отсутствия своей вины в не обеспечении надлежащих условий прохождения службы погибшего военнослужащего.

Таким образом, именно Министерство обороны Российской Федерации в лице ФКУ «Объединённое стратегическое командование Южного военного округа» несёт гражданско-правовую ответственность в виде компенсации морального вреда матери погибшего военнослужащего.

Довод ответчика о том, что Министерство обороны Российской Федерации компенсирует причинённый материальный и моральный вред посредством обязательного государственного страхования и осуществления единовременных выплат военнослужащим или членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего, не может быть принят во внимание, поскольку данные выплаты имеют иную правовую природу, и не носят компенсационного характера относительно причинённых нравственных страданий истца. Истец, получившая выплаты в рамках публично-правовых средств социальной защиты, не лишена возможности дополнительно использовать для защиты своих прав меры гражданско-правовой ответственности. 

Определяя размер компенсации морального вреда в связи с гибелью сына суд учитывает положения статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктов 2, 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. N 10, характер нравственных и физических страданий истца в результате гибели сына. При этом принимает во внимание, что его гибель сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие матери, влекущим состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, нарушающим неимущественное право на семейные связи. Сам по себе факт потери близкого человека, учитывая, что жизнь и здоровье человека относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей (ст. 3 Всеобщей Декларации прав человека), свидетельствует о наличии у его родственников нравственных страданий. 

При указанных обстоятельствах суд определяет к взысканию с учётом требований разумности и справедливости размер компенсации морального вреда 800000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Истцом при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 300 рублей.

Поскольку исковые требования о взыскании морального вреда удовлетворены, судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь ст.ст. 11, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с федерального казённого учреждения «Объединённое стратегическое командование Южного военного округа» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с федерального казённого учреждения «Объединённое стратегическое командование Южного военного округа» в пользу ФИО1 судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Новгородского областного суда через Солецкий районный суд Новгородской области в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Председательствующий Н.В. Кулёва 

Мотивированное решение составлено 11 ноября 2019 года.