Дело №2-2496/2020

11RS0005-01-2020-003885-93 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд в составе: 

председательствующего судьи Утянского В.И., 

при секретаре Евсеьевой Е.А.,

с участием прокурора Гомоновой А.В.,

рассмотрев 21 октября 2020 года в г. Ухте Республики Коми в открытом судебном заседании заявление ФИО1 к ОМВД России по г. Ухте и Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с указанным заявлением, в котором указал, что ему 26.05.2020г. стало известно о возбуждении в отношении него 22.01.2000г. уголовного дела №121106. Истца обвиняли в совершении тяжких и особо тяжких преступлений по пяти составам. В феврале 2000г. его заключили под стражу и освободили из СИЗО-2 в октябре 2001г. Никто никаких извинений ему никто не принес, не разъяснил право на возмещение морального вреда. Только в 2020г. истец узнал, что его права были нарушены незаконным содержанием под стражей в течение 20 месяцев. Истец просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 3 000000 руб.

Определениями суда к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство финансов РФ, в качестве третьего лица прокуратура РК.

Истец ФИО1, отбывающий уголовное наказание в виде лишения свободы, о времени и месте судебного разбирательства извещался надлежащим образом, своего представителя в суд не направил и о наличии лица, которое могло бы представлять его интересы, суду не сообщил. Ранее, будучи опрошенным в порядке ст. 155.1 ГПК РФ с использованием системы видеоконференц-связи, пояснял, что на иске настаивает.

Представители ответчиков Министерства финансов РФ и ОМВД России по г. Ухте в судебное заседание не прибыли, извещались надлежащим образом.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в письменном отзыве с исковыми требованиями не согласился.

Выслушав пояснения прокурора Гомоновой А.В., полагавшей отказать в иске ввиду отсутствия правовых оснований, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 4 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, вступившего в действие с 1 июля 2002г., его правила о реабилитации не распространяются на случаи, когда примененные в отношении лица меры процессуального принуждения или постановленный обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности, недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, или принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, за исключением случаев вынесения судом постановления, предусмотренного п. 1 ч. 3 ст. 125.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Согласно п. 3 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в случае истечения сроков давности уголовного преследования.

Согласно предоставленной суду информации, ФИО1 содержался под стражей в следственном изоляторе №2 (СИЗО-2) с 16.02.2000г., уголовное дело по обвинению ФИО1 (№1-726/2001) поступило в Ухтинский городской суд для рассмотрения по существу 18.04.2001г. 

28.09.2001г. уголовное дело судом возвращено для производства дополнительного расследования, при этом ФИО1 был освобожден из-под стражи 28.09.2001г. на основании постановления суда, с изменением меры пресечения на подписку о невыезде.

В ходе судебного разбирательства судом предпринимались меры к розыску доказательств, в том числе материалов уголовного дела №121106.

Как следует из представленных суду письменных доказательств, уголовное дело №121106 в отношении ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 158 ч. 3 УК РФ, было прекращено по основаниям, предусмотренным п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – за истечением сроков давности. Уголовное дело уничтожено по истечении сроков хранения, что подтверждается соответствующими документами ОМВД России по г. Ухте. 

Суд также обращает внимание на отсутствие в системе ИЦ МВД соответствующих сведений о привлечении истца к уголовной ответственности по ст. 158 ч. 2 либо ч. 3 ст. 158 УК РФ в указанный период (2000-2001гг.).

Несмотря на отсутствие процессуальных документов, подтверждающих основания прекращения уголовного дела (уголовного преследования) в отношении ФИО1, суд полагает при принятии решения принять в качестве доказательств представленные письменные документы, в том числе ответы на запросы, акты, справки ИЦ и другие сведения.

Оценивая доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ в их совокупности, суд полагает доказанным то обстоятельство, что уголовное дело в отношении истца было прекращено не по реабилитирующим основаниям, поскольку иное по делу не подтверждено.

В соответствии с разъяснениями п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011г. №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» судам следует иметь в виду, что согласноч. 4 ст. 133УПК РФ правила указаннойстатьине распространяются на лиц, в отношении которых меры процессуального принуждения или обвинительный приговор отменены или изменены ввиду истечения сроков давности.

С учетом того, что уголовное дело прекращено не по реабилитирующим обстоятельствам, и доказательств, подтверждающих обратное, суду не предоставлено, у истца отсутствуют основания возникновения прав на реабилитацию. Само по себе содержание истца под стражей, предъявление ему обвинений при указанных обстоятельствах не влечет у него прав на реабилитацию и возмещение компенсации морального вреда.

Суд также обращает внимание на следующее обстоятельство.

В соответствии со ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как предусмотрено ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

Исковое заявление ФИО1 поступило в суд только 13.07.2020г., то есть по истечении более 18 лет после событий, с которыми истец связывает возникновение оснований, влекущих право на реабилитацию и взыскание компенсации морального вреда. Однако, обращение в суд спустя столь продолжительное время не свидетельствует о том, что истцу были причинены нравственные страдания в достаточной степени, что позволило бы делать вывод о наличии оснований к взысканию компенсации морального вреда. Суд полагает, что обращение истца, последовавшее спустя длительный период после освобождения из-под стражи является, несомненно, злоупотреблением процессуальным правом, поскольку истец, инициируя судебный иск спустя столь продолжительное время, достоверно знал (должен был знать) о возможной затруднительности собирания доказательств в споре. Между тем, злоупотребление правом со стороны истца подтверждается и тем обстоятельством, что им в обоснование позиции в споре не были представлены достоверные доказательства в виде процессуальных документов по уголовному делу и прочее. Доводы иска о том, что заявитель узнал о нарушении своего права, лишь получив ответ ОМВД России по г. Ухте в 2020г., следует признать надуманными, поскольку по делу достоверно установлено, что истец неоднократно привлекался к уголовной ответственности, осуждался по различным статьям УК РФ, и, следовательно, ему достоверно известно о его процессуальных правах и обязанностях, а также гарантиях в рамках уголовно-процессуального закона.

При изложенных обстоятельствах в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ОМВД России по г. Ухте, МВД Российской Федерации и Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста решения (мотивированное решение – 25 октября 2020г.).

Судья В.И. Утянский