Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

31 августа 2017 года. п.Шаховская.

Шаховской районный суд Московской области в составе:

председательствующего судьи КАПРАЛОВА В.С.,

при секретаре РЕЙТЕР Е.С.,

с участием: 

истца ФИО1,

представителя истца – адвоката КОТОВА А.Г. (л.д.127),

ответчика ФИО2,

третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковым заявлениям ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 21.11.2014 года, договора купли-продажи земельного участка с сараем от 31.03.2015 года, свидетельств о государственной регистрации права на земельный участок, сарай, квартиру, записей регистрации прав на недвижимое имущество, восстановлении права собственности на земельный участок, сарай и квартиру,

у с т а н о в и л:

истец ФИО1 обратился в Шаховской районный суд с отдельными исками к одному и тому же ответчику - ФИО2 и с аналогичными друг другу требованиями, заявленным по одним и тем же основаниям, но в отношении различных предметов спора: признать недействительными заключенные между ним и ответчиком договор купли-продажи земельного участка с сараем от 31.03.2015 года и договор купли-продажи квартиры от 21.11.2014 года, а также свидетельства о государственной регистрации права ответчика на земельный участок, сарай, квартиру, записи регистрации прав ответчика на указанное недвижимое имущество, восстановить право собственности истца на земельный участок, сарай и квартиру (л.д.1,2, 78,79).

Определением Шаховского районного суда от 28.07.2017 года гражданские дела по вышеуказанным искам были объединены в одно производство для их совместного рассмотрения (л.д.129).

На судебной беседе по данному спору истцом суду были представлены письменные заявления, в которых истец, зная о предусмотренных законом последствиях отказа от иска, отказывается от вышеуказанных исковых требований к ответчику ФИО2 и просит прекратить производство по делу, поскольку каких-либо претензий по оспариваемым сделкам к ответчику он не имеет, а иски его заставила подписать его дочь – третье лицо ФИО3 (л.д.76,128).

Однако в судебном заседании истец отказался от указанных заявлений об отказе от иска и прекращении производства по делу и просил суд рассмотреть заявленные им исковые требования по существу, настаивая на их удовлетворении.

В связи с изложенным обстоятельством суд не принимает ранее заявленный истцом отказ от исков и рассматривает данный спор по существу заявленных истцом исковых требований.

В судебном заседании истец вышеуказанные исковые требования поддержал, суду пояснил, что 21.11.2014 года она заключил с ответчиком договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, а 31.03.2015 года – договор купли-продажи земельного участка с сараем, расположенных по адресу: 

<

адрес>. Полагает, что данные договора являются недействительными, поскольку истец не выплатил ему указанную в договорах стоимость проданного имущества, а также поскольку при заключении таких договоров он исходил из того, что его дочь (третье лицо ФИО3), совместно проживающая на момент заключения договоров с ответчиком, является супругой ответчика, и ничего не знал о том, что брак между его дочерью и ответчиком уже расторгнут. Также при заключении договоров они устно договорились с ответчиком о том, что после достижения 18-летия несовершеннолетним сыном ответчика и его дочери – ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ответчик подарит указанному ребенку проданное ему имущество и переоформит на него право собственности. Однако в дальнейшем ответчик перестал совместно проживать с его дочерью и поддерживать с ней семейные отношения. Если бы он знал о том, что ответчик не находится с его дочерью в зарегистрированном браке и перестанет в дальнейшем с ней проживать, он бы не продал ответчику вышеуказанное имущество.

В судебном заседании представитель истца, адвокат КОТОВ А.Г., вышеуказанные исковые требования истца поддержал, полагает, что заключенные между истцом и ответчиком договора являются недействительными в соответствии со ст.178 ГК РФ, как совершенные истцом под влиянием заблуждения.

В судебном заседании ответчик с заявленными истцом исковыми требованиями не согласился, суду пояснил, что истец без какого-либо принуждения или заблуждения сам добровольно по взаимному с ним согласию, а также с согласия своей дочери третьего лица ФИО3 продал ему по вышеуказанным договорам квартиру, сарай и земельный участок. Истец понимал суть заключенных договоров, и при их заключении каким-либо образом не интересовался у него, состоит ли он в законном браке с его дочерью и не заявлял ему какие-либо условия о том, что он (ответчик) должен быть зарегистрирован в браке с его дочерью. Указанная в договорах стоимость проданного имущества была оплачена им истцу до заключения договоров, и по взаимной договоренности с истцом была направлена на установление в квартире окон, дверей, проведение электричества, строительство бани, а также оформление прав истца на спорное имущество и самих сделок. Его совместный с третьим лицом сын - несовершеннолетний ФИО4 постоянно проживает вместе с ним (ответчиком), он занимается воспитанием и содержанием данного ребенка и после достижения его совершеннолетия подарит ему спорное имущество. Полагает, что у самого истца к нему нет каких-либо претензий относительно заключенных договоров, т.к. истец понимал последствия и суть таких договоров, вместе с ним оформлял такие договора, ходил в орган государственной регистрации, где сдавал документы и подписывал заявления на оформление. Действия же истца относительно обращения с вышеуказанными исками в суд обосновывает воздействием на истца со стороны дочери истца – третьего лица ФИО3, у которой по причине прекращения с ним (ответчиком) совместного проживания и семейных отношений имеются неприязненные к нему отношения. Просит суд в удовлетворении требований отказать.

В судебном заседании привлеченное к участию в деле судом (л.д.130) третье лицо ФИО3 заявленные истцом исковые требования поддержала, суду пояснила, что на момент заключения вышеуказанных договоров она совместно проживала с ответчиком, знала о заключенных между ответчиком и ее отцом договорах и положительно относилась к этому. Отец не знал, состоит ли она в браке с ответчиком и ничего не спрашивал ее об этом. Однако, в дальнейшем после заключения договоров совместная жизнь с ответчиком прекратилась, в связи с чем она осталась лишена спорного имущества. Просит суд удовлетворить заявленные ее отцом исковые требования.

Третье лицо: УФСГРКиК по МО о дате и времени рассмотрения дела извещено надлежащим образом (л.д.135), на судебное заседание представители третьего лица не явились, в суд направили заявления о рассмотрении дела в их отсутствие (л.д.136-138).

Выслушав истца и его представителя, ответчика, третье лицо, изучив материалы дела, суд считает, что исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 21.11.2014 года, договора купли-продажи земельного участка с сараем от 31.03.2015 года, свидетельств о государственной регистрации права на земельный участок, сарай, квартиру, записей регистрации прав на недвижимое имущество, восстановлении права собственности на земельный участок, сарай и квартиру не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно материалам гражданского дела, материалам регистрационных дел (л.д.8-10, 26-71, 87,88, 102-126) 21.11.2014 года истец и ответчик заключили договор купли-продажи квартиры, согласно которому истец продал ответчику принадлежавшую ему квартиру с кадастровым номером №, расположенную по адресу: 

<

адрес>; а 31.03.2015 года – договор купли-продажи земельного участка с сараем, согласно которому истец продал ответчику земельный участок площадью 2800 кв.м. с кадастровым номером № и находящийся на нем сарай с кадастровым номером № площадью 22,45 кв.м., расположенные по адресу: 

<

адрес> (л.д.8-10, 87,88). Указанные договоры совершены сторонами спора в надлежащей форме, подписаны непосредственно самим истцом и самим ответчиком, переход права собственности на указанное в них имущество также зарегистрирован в УФСГРКиК по МО в установленном законом порядке. 

Заявляя исковые требования о недействительности данных договоров, истец и его представитель ссылаются на те обстоятельства, что: 1) указанная в договорах стоимость проданного имущества в действительности не была получена истцом от ответчика; и 2) данные договора были заключены истцом под влиянием заблуждения, выразившегося в том, что истец исходил из того, что ответчик состоит с его дочерью (третьим лицом) в законном браке, утверждая, что в противном случае такие договора не были бы заключены истцом.

Однако, как следует из п.5 договора купли продажи земельного участка с сараем от 31.03.2015 года (л.д.9), п.2 акта приема-передачи к данному договору от 31.03.2015 года (л.д.10), п.6 договора купли-продажи квартиры от 21.11.2014 года (л.д.87), п.2 акта приема-передачи к данному договору от 21.11.2014 года (л.д.88), расчет по оплате указанной в названных договорах стоимости проданного имущества произведен на момент подписания таких договоров, стоимость его оплачена ответчиком. Как уже было выше указано, данные договора и акты приема-передачи к ним были подписаны непосредственно самим истцом, не имеющим каких-либо психических или физических недостатков, которые лишали бы его возможности ознакомиться с условиями таких договоров или понимать их. Кроме того, как следует из показаний ответчика, оплаченная по договорам стоимость проданного имущества по взаимной договоренности с истцом была направлена на установление в квартире окон, дверей, проведение электричества, строительство бани, а также оформление прав истца на спорное имущество и самих сделок. Данное обстоятельство подтверждается также показаниями самого истца, согласившегося в судебном заседании с данными доводами ответчика. Более того, как следует из правовых положений ч.2 ст.450, ст.486 ГК РФ в случае, если покупатель по договору не оплатил стоимость проданного и переданного ему продавцом имущества, такое обстоятельство является основанием для взыскания с покупателя задолженности по договору в судебном порядке, либо для обращения продавца в суд с иском к покупателю о расторжении договора, но само по себе не является правовым основанием для признания заключенного договора недействительным.

Следовательно, с учетом изложенного, заявленные истцом и его представителем доводы о неоплате ответчиком истцу по договорам стоимости проданного имущества не могут являться какими-либо правовыми основаниями для признания таких договоров недействительными.

В соответствии с ч.1 ст.178 ГК РФ, на которую ссылается истец в обосновании своих исковых требований относительно совершения им вышеуказанных договоров под влиянием заблуждения, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. В соответствии с ч.2 указанной правовой нормы, при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку. В соответствии с ч.3 и 5 ст.178 ГК РФ заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной. Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Однако, какие-либо оговорки, описки или опечатки в вышеуказанных сделках, которые могли бы на них повлиять, в данном случае отсутствуют. Истец, как следует из его показаний, не заблуждался относительно предмета, сути и природы сделки, самостоятельно подписывая оспариваемые договора, имея беспрепятственную возможность тщательно ознакомиться с условиями заключаемых им договоров. Истец понимал, что по данным договорам он продает ответчику указанное в них имущество за обусловленную договорами стоимость, а также какое конкретно имущество продает. Суд дополнительно отмечает, что, как следует из подписей истца в материалах регистрационных дел по государственной регистрации оспариваемых сделок, истец не только подписывал договора купли-продажи, но и наряду с ответчиком самостоятельно обращался в УФСГРКиК по МО с соответствующими заявлениями о регистрации сделок и перехода права собственности на ответчика на указанное в договорах имущество (л.д.39,42-44, 61, 67-69, 105, 112-114). Не заблуждался истец и относительно лица, с которым он вступил в данные сделки. Доказательств наличия заблуждения истца в отношении какого-либо обстоятельства, которое бы упоминал истец ответчику в своем волеизъявлении или из наличия которого истец с очевидностью для ответчика исходил при заключении вышеуказанных договоров, истцом и его представителем суду в порядке ст.56 ГПК РФ не предоставлено. Напротив, как следует из показаний сторон спора, при заключении оспариваемых договоров истец не заявлял ответчику какие-либо условия относительно того, что последний должен обязательно состоять в законном браке с дочерью истца – третьим лицом ФИО3, не интересовался у ответчика или у третьего лица, состоят ли они действительно в законном браке. При этом, согласно показаниям сторон спора и третьего лица, дочь истца ФИО3 была осведомлена о заключении между ее отцом и ответчиком оспариваемых договоров, и, более того, положительно относилась к факту их заключения. В то время, как согласно свидетельству о расторжении брака, брак между ответчиком и дочерью истца (третьим лицом) был расторгнут 26.01.2009 года, т.е. за более, чем 5 лет до заключения между сторонами спора вышеуказанных договоров (л.д.6). Какие-либо доказательства того, что ответчик с необходимой для него осмотрительностью, с учетом содержания договоров и сопутствующих им обстоятельств должен был знать и мог знать о том, что, имея сведения о его совместном проживании с третьим лицом без государственной регистрации брака, истец не станет заключать с ним вышеуказанные договора, истцом и его представителем суду в порядке ст.56 ГПК РФ также не предоставлены. Также не предоставлены и какие-либо доказательства, однозначно свидетельствующие о том, что волеизъявление истца заключать или не заключать вышеуказанные договора находилось в непосредственной зависимости от того факта, заключен ли законный брак между его дочерью и ответчиком.

В связи с изложенным, факт незнания истцом того обстоятельства, что брак между ответчиком и его дочерью расторгнут, равно как и самостоятельное заблуждение истца относительно такого факта, не являются какими-либо правовыми основаниями, по которым в соответствии со ст.178 ГК РФ вышеуказанные сделки могут быть признаны судом недействительными.

Суд также дополнительно отмечает, что, как следует из показаний ответчика, самого истца, а также ранее написанных им заявлений об отказе от иска (л.д.76,128) и письменных объяснений истца в адрес суда (л.д.73), фактически обращение истца с вышеуказанными исками в суд вызвано действиями третьего лица, совместное проживание и семейные отношения между которым и ответчиком прекращены и между которыми тем самым имеются личные неприязненные отношения.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства и их доказательства в совокупности, истцу в удовлетворении исковых заявлений о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 21.11.2014 года, договора купли-продажи земельного участка с сараем от 31.03.2015 года следует отказать. Поскольку исковые требования истца о признании договоров недействительными не удовлетворяются судом, то дополнительные требования истца о признании недействительным свидетельств о государственной регистрации права ответчика на земельный участок, сарай, квартиру, записи регистрации прав ответчика на указанное недвижимое имущество, восстановлении право собственности истца на земельный участок, сарай и квартиру, заявленные истцом в качестве применения последствий недействительности вышеуказанных сделок, также не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО2 о признании недействительными договора купли-продажи от 21.11.2014 года квартиры с кадастровым номером №, расположенной по адресу: 

<

адрес>, свидетельства о государственной регистрации права ФИО2 и записи о государственной регистрации права ФИО2 на указанную квартиру, восстановлении права собственности ФИО1 на указанную квартиру – отказать.

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО2 о признании недействительными договора купли-продажи от 31.03.2015 года земельного участка площадью 2800 кв.м. с кадастровым номером №, сарая с кадастровым номером № площадью 22,45 кв.м., расположенных по адресу: 

<

адрес>, свидетельства о государственной регистрации права ФИО2 и записи о государственной регистрации права ФИО2 на указанные сарай и земельный участок, восстановлении права собственности ФИО1 на указанные сарай и земельный участок – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд в течение одного месяца со дня его вынесения.

Председательствующий: