КОПИЯ

Дело № 2-25/2024

УИД: 56RS0013-01-2022-000421-44

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 мая 2024 года п. Домбаровский

Домбаровский районный суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Горященко В.Н.,

при секретаре Силибиной Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным исковым заявлением, мотивируя свои требования тем, что 10 ноября 2023 года в 16 часов 10 минут 

<

адрес> 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3 (собственник – ФИО2) и автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4 (собственник – ФИО1), в результате которого автомобили получили повреждения. Водитель ФИО3, управляя автомобилем «

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №, при движении задним ходом не убедился в безопасности своего маневра и допустил наезд на стоящее транспортное средство 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № составляет 573 281 рубль, что подтверждается заключением эксперта. Гражданская ответственность виновного водителя на момент дорожно-транспортного происшествия не была застрахована. 

Окончательно, с учетом уточнения исковых требований, истец ФИО1 просит суд взыскать с ФИО2 в качестве ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием сумму в размере 310 419 рублей, расходы по проведению независимой экспертизы в размере 8 000 рублей, сумму уплаченной истцом государственной пошлины в размере 8 933 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 40 000 рублей.

Определением суда от 10 января 2024 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены СПАО «Ингосстрах», ФИО3, ФИО4

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом. В своем ходатайстве указала, что просит провести судебное заседание без ее участия. Заявленные требования с учетом уточнения поддерживает в полном объеме.

В судебное заседание представитель истца ФИО5 не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом. Представил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. Исковые требования с учетом уточнения поддерживает, просит удовлетворить в полном объеме. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дате времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом. В своем заявлении просила рассмотреть дело в ее отсутствие. Исковые требования и уточненные исковые требования не признает.

Представитель ответчика Байтенов М.Ш. в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании пояснил, что исковые требования не признает в полном объеме. Собственником автомобиля является ФИО2, автомобилем управлял ФИО3 Вину ФИО3 в дорожно-транспортном происшествии не оспаривает, но в случае удовлетворения исковых требований просил учесть вину ФИО3 Полагает, что ФИО3 должен платить либо в солидарном порядке, либо в ином порядке. Просит снизить оплату услуг представителя с учетом разумности, и отказать в удовлетворении требований по взысканию расходов по проведению независимой экспертизы. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. В своем ходатайстве просил провести судебное заседание в его отсутствие. Заявленные требования с учетом уточнения поддерживает в полном объеме.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, СПАО «Ингосстрах» в своем ходатайстве просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных надлежащим образом о дате, времени и месте судебного разбирательства.

Суд, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. п. 2, 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

На основании ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для ы восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Как указал в пункте 3 Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 10 марта 2017 года «О проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан фио, фио, и других» к основным положениям гражданского законодательства относится и статья 15 ГК Российской Федерации, позволяющая лицу, право которого нарушено, требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). Обязательства, возникающие из причинения вреда (деликтные обязательства), включая вред, причиненный имуществу гражданина при эксплуатации транспортных средств другими лицами, регламентируются главой 59 данного Кодекса, закрепляющей в статье 1064 общее правило, согласно которому в этих случаях вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1). В развитие приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации его статья 1072 предусматривает необходимость возмещения потерпевшему разницы между страховым возмещением и фактическим размером ущерба в случае, когда гражданская ответственность владельца транспортного средства была застрахована и страхового возмещения недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред.

В силу закрепленного в статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Приведенное гражданско-правовое регулирование основано на предписаниях Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 35 (часть 1) и 52, и направлено на защиту прав и законных интересов граждан, право собственности которых оказалось нарушенным иными лицами при осуществлении деятельности, связанной с использованием источника повышенной опасности.

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, т.е. ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Согласно п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 декабря 2017 года № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» если гражданская ответственность причинителя вреда не застрахована по договору обязательного страхования, осуществление страхового возмещения в порядке прямого возмещения ущерба не производится. В этом случае вред, причиненный имуществу потерпевших, возмещается владельцами транспортных средств в соответствии с гражданским законодательством (глава 59 ГК РФ и пункт 6 статьи 4 Закона об ОСАГО).

С учетом вышеизложенных положений закона, в случае если риск гражданской ответственности владельца транспортного средства не застрахован в рамках обязательного гражданского страхования (ОСАГО), то ответственность за возмещение причиненного вреда определяется с учетом положений статей 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 4.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 10 марта 2017 года, давая в Постановлении от 31 мая 2005 года № 6-П оценку Федеральному закону «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в целом исходя из его взаимосвязи с положениями главы 59 ГК Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к следующим выводам: требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения (об осуществлении страховой выплаты) в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда; выплату страхового возмещения обязан осуществить непосредственно страховщик, причем наступление страхового случая, влекущее такую обязанность, само по себе не освобождает страхователя от гражданско-правовой ответственности перед потерпевшим за причинение ему вреда; различия в юридической природе и целевом назначении вытекающей из договора обязательного страхования обязанности страховщика по выплате страхового возмещения и деликтного обязательства обусловливают и различия в механизмах возмещения вреда в рамках соответствующих правоотношений; смешение различных обязательств и их элементов, одним их которых является порядок реализации потерпевшим своего права, приводит к подмене одного гражданско-правового института другим и может повлечь неблагоприятные последствия для стороны, в интересах которой он устанавливался, в данном случае - потерпевшего (выгодоприобретателя), и тем самым ущемление его конституционных прав и свобод.

Приведенные правовые позиции, из которых следует, что институт обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, введенный в действующее законодательство с целью повышения уровня защиты прав потерпевших при причинении им вреда при использовании транспортных средств иными лицами, не может подменять собой институт деликтных обязательств, регламентируемый главой 59 ГК Российской Федерации, и не может приводить к снижению размера возмещения вреда, на которое вправе рассчитывать потерпевший на основании общих положений гражданского законодательства, получили свое развитие в последующих решениях Конституционного Суда Российской Федерации.

Согласно п. п. 11,13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25, применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством. При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Следует также учитывать, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия).

Судом установлено, что 10 ноября 2023 года в 16 часов 10 минут у 

<

адрес> 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО4 и автомобиля ответчика 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3 

Автомобиль 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № принадлежит ФИО1, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства №, паспортом транспортного средства № 

<

адрес>, карточкой учета транспортного средства.

Автомобиль 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак № принадлежит ФИО2, что подтверждается карточкой учета транспортного средства и пояснениями представителя ответчика в судебном заседании.

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобили получили механические повреждения.

Автогражданская ответственность истца на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в СПАО «Ингосстрах», что подтверждается страховым полисом серии ХХХ №.

Автогражданская ответственность виновника дорожно-транспортного происшествия – ФИО3 на момент дорожно-транспортного происшествия не была застрахована.

Определением инспектора по пропаганде БДД ОГИБДД УМВД России по г. Стерлитамаку от 13 ноября 2023 года отказано в возбуждении дела об административном правонарушении по факту дорожно - транспортного происшествия, произошедшего 10 ноября 2023 года в 16 часов 10 минут у 

<

адрес> на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ – в связи с отсутствием состава административного правонарушения. В указанном определении отражены сведения о водителях и собственниках транспортных средств, из которого следует, что собственником транспортного средства 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак № является ФИО2, автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № – ФИО1

Из рапорта дежурного по ОГИБДД УМВД России по г. Стерлитамаку Республики Башкортостан следует, что 10 ноября 2023 года в 16 часов 10 минут у 

<

адрес> 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие. Установлено, что водитель ФИО3, управляя автомобилем 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №, при движении задним ходом не обеспечил безопасность дорожного движения и допустил наезд на стоящее транспортное средство – автомобиль 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №

Из письменных объяснений ФИО3 следует, что 10 ноября 2023 года в 15 часов 55 минут он, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, двигался назад на погрузку, при маневре не заметил микроавтобус 

<

данные изъяты>. Въехал в левую заднюю часть, поскольку он оказался в слепой зоне.

Из письменных объяснений ФИО4 следует, что 10 ноября 2023 года в 15 часов 55 минут, он, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, приехал на территорию ООО «ЮжУралГрупп», припарковал автобус за автомобилем «Газель», хотел выйти с автобуса, но получил удар сзади. Тягач 

<

данные изъяты> сдавая назад, полуприцепом совершил столкновение с автобусом. Автобус получил повреждения: левая задняя стойка, левое боковое стекло, заднее стекло левой двери, левая дверь, левый задний фонарь, внутри салона пластик обшивки, возможны скрытые дефекты.

Таким образом, исходя из письменных пояснений ФИО3 и ФИО4, столкновение транспортных средств произошло при совершении ФИО3 маневра движения задним ходом, то есть ФИО3 при движении задним ходом, не убедился в безопасности своего маневра, не прибегнул к помощи других лиц, совершил столкновение с автомобилем 

<

данные изъяты>.

Данное обстоятельство также следует из схемы места совершения дорожно-транспортного происшествия, которая подписана обоими участниками дорожно-транспортного происшествия.

В соответствии с пунктом 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 «О Правилах дорожного движения» (далее - ПДД РФ, Правила дорожного движения), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В соответствии с пунктом 1.5 Правил дорожного движения участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с п. 8.1 Правил дорожного движения при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Как следует из пункта 8.12 Правил дорожного движения, движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения. При необходимости водитель должен прибегнуть к помощи других лиц.

Движение задним ходом запрещается на перекрестках и в местах, где запрещен разворот согласно пункту 8.11 Правил.

Проанализировав представленные сторонами доказательства (дело об административном правонарушении, показания представителя истца, представителя ответчика, суд приходит к выводу, что именно действия ФИО3, управлявшего транспортным средством 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №, при движении задним ходом не обеспечил безопасность дорожного движения и допустил наезд на стоящее транспортное средство – автомобиль 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, принадлежащей ФИО1, состоят в причинно-следственной связи со столкновением транспортных средств. При этом суд исходит из того, что ФИО3 допущены нарушения Правила дорожного движения, так как последним не были соблюдены требования пунктов 1.3, 1.5, 8.1, 8.12 Правил дорожного движения. Исходя из характера рассматриваемой дорожной ситуации, при должной степени осмотрительности и внимательности, которая требуется от лица, управляющего источником повышенной опасности, а также при неукоснительном соблюдении комплекса требований, содержащихся в Правилах дорожного движения, ФИО3 имел возможность действовать таким образом, чтобы не создавать опасность для движения и не причинить вреда. Характер механических повреждений, полученных транспортными средствами в дорожно-транспортном происшествии, подтверждает то обстоятельство, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ФИО3, и состоит в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, суд устанавливает вину в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии – 100 %.

Таким образом, действия водителя ФИО3 находятся в прямой причинно-следственной связи с последствиями произошедшего дорожно-транспортного происшествия и причинением механических повреждений автомобилю истца. Доказательств того, что последний не имел технической возможности избежать дорожно-транспортное происшествие материалы дела не содержат.

Данных о том, что ФИО4, находящимся в автомобиле 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, допущены нарушения Правил дорожного движения, которые бы находились в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, не усматривается.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что именно действия ФИО3, нарушившего при управлении транспортным средством требования пунктов 1.3, 1.5, 8.1, 8.12 Правил дорожного движения, привели к столкновению транспортных средств, и между его действиями и наступившими последствиями в виде дорожно-транспортного происшествия, имеется прямая причинно-следственная связь. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу пункта 1 статьи 209 этого же кодекса собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Таким образом, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником перешло к иному лицу по какому-либо из указанных выше законных оснований либо источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

Установление факта перехода владения относится к исследованию и оценке доказательств и, соответственно, к установлению фактических обстоятельств дела.

В соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действия (бездействия) которого причинен ущерб, а также факты нарушения обязательства и наличия убытков.

Судом установлено, что риск гражданской ответственности причинителя вреда по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевшего при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации на момент происшествия в соответствии с Федеральным законом от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» не застрахован.

Пунктом 6 статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» установлено, что владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Из материалов дела следует, что автомобиль 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №, принадлежит ФИО2, что подтверждается карточкой учета транспортного средства и пояснениями представителя ответчика в судебном заседании.

В судебном заседании установлено, что договор аренды между ФИО2 и ФИО3 не заключался, данные обстоятельства подтверждаются пояснениями представителя ответчика.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу что, на момент дорожно-транспортного происшествия ФИО2 являлась законным владельцем транспортного средства 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №, следовательно ответственность за причинение вреда должна быть возложена на указанное лицо, как законного владельца транспортного средства 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №.

Суд, исследовав и оценив доказательства, не нашел оснований для вывода о том, что на момент дорожно-транспортного происшествия ФИО3 являлся законным владельцем транспортного средства.

Доводы представителя ответчика о взыскании ущерба в солидарном порядке, подлежат отклонению, поскольку факт управления автомобилем в момент дорожно-транспортного происшествия ФИО3 не является безусловным основанием для признания водителя владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Допуск к управлению транспортным средством не свидетельствует о том, что такое лицо становится владельцем источника повышенной опасности.

Доводы представителя ответчика относительно того, что владельцем автомобиля является ФИО6 являются несостоятельными, поскольку опровергаются материалами дела.

Согласно части 1 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).

Письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию. Если копии документов представлены в суд в электронном виде, суд может потребовать представления подлинников этих документов (часть 2).

Ответчик ФИО2 в соответствии со ст. 56 ГПК РФ доказательств в обоснование данной позиции не представила. Каких-либо подтверждающих документов об иных законных владельцах данного источника повышенной опасности ответчиком представлено не было. При этом ФИО2 также не было представлено и доказательств того, что автомобиль выбыл из ее владения в результате противоправных действий других лиц.

На основании установленных обстоятельств, принимая во внимание, что ответственность за причиненный истцу ущерб подлежит возмещению согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации причинителем вреда, суд приходит к выводу о том, что ФИО2, как владелец транспортного средства, действия которого находятся в прямой причинной связи с причинением ущерба истцу, обязана его возместить.

В обоснование стоимости восстановительного ремонта автомобиля истцом в материалы дела представлено экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, составленное экспертом ИП ФИО7, согласно которому расчетная стоимость восстановительного ремонта на дату дорожно-транспортного происшествия 10 ноября 2023 года, без учета износа составляет 573 281 рублей, с учетом износа – 159 934 рубля.

В ходе судебного разбирательства представителем ответчика адвокатом Байтеновым М.Ш. оспаривались стоимость восстановительного ремонта автомобиля, в связи с чем, определением суда от 30 января 2024 года по делу была назначена судебная автотехническая оценочная экспертиза, производство которой поручено эксперту ФИО8

В соответствии с заключением эксперта ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ № рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, то есть наиболее вероятная сумма затрат, достаточная для восстановления доаварийных свойств транспортного средства: полная стоимость восстановительного ремонта (без учета падения стоимости заменяемых запчастей из-за износа) равна 310 419 рублей; стоимость восстановительного ремонта (с учетом падения стоимости заменяемых запчастей из-за их износа) – 102 089 рублей.

Результаты указанного экспертного заключения стороны не оспаривали, ходатайств о назначении повторной либо дополнительной экспертизы в суд не поступило.

Суд принимает в качестве надлежащего доказательства данное экспертное заключение, так как заключение в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59 - 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание исследований материалов дела, оснований не доверять выводам указанной экспертизы у суда не имеется. Эксперт имеет необходимую квалификацию, предупрежден об уголовной ответственности и не заинтересован в исходе дела. Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено.

Суд считает возможным принять его за основу при определении размера ущерба, причиненного истцу в результате дорожно-транспортного виновными действиями ответчика.

Согласно пункту 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Таким образом, с учетом представленных в судебное заседание доказательств, не опровергнутых ответчиком, суд приходит к выводу о том, что в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 10 ноября 2023 года ФИО1 причинены убытки в сумме 310 419 рублей - стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства без учета износа.

Учитывая изложенное, суд взыскивает с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО1 в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 310 419 рублей. 

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Согласно части первой статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Таким образом, суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя критерий разумности понесенных расходов. При этом неразумными могут быть сочтены значительные расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права либо несложностью дела.

При этом разумность расходов по оплате услуг представителя является оценочной категорией, поэтому в каждом конкретном случае суд исследует обстоятельства, связанные с участием представителя в споре.

Оказание услуг представителя подтверждается договором № от ДД.ММ.ГГГГ, квитанцией от ДД.ММ.ГГГГ (Т. 1 л.д. 44-46).

С учетом изложенного, исходя из положений статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным взыскать с ФИО2 расходы на оплату услуг представителя с учетом степени сложности рассматриваемого дела, количества судебных заседаний, в которых принимал участие представитель истца, удовлетворение заявленных исковых требований, суд считает необходимым взыскать расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований по взысканию расходов на оплату услуг представителя суд с учетом разумности отказывает.

Истец просит взыскать стоимость проведенной независимой экспертизы в размере 8 000 рублей. Указанные затраты истцом понесены обосновано. Определить в ином порядке стоимость восстановительного ремонта по методике Минюста, истец, кроме как провести собственную экспертизу, не мог.

Стоимость оказания услуг по проведению экспертизы составила 8 000 рублей, что подтверждается квитанцией № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 14). 

С ответчика подлежат взысканию понесенные расходы в размере 8 000 рублей.

Также истцом при обращении в суд была уплачена государственная пошлина в размере 8 933 рублей, что подтверждается чеком-ордером от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, которая подлежит взысканию с ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием удовлетворить.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии №, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии №, в качестве ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием сумму в размере 310 419 рублей, расходы по проведению независимой экспертизы в размере 8 000 рублей, сумму уплаченной истцом государственной пошлины в размере 8 933 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд через Домбаровский районный суд Оренбургской области в течение одного месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 15 мая 2024 года.

Судья подпись В.Н. Горященко