Дело № 2-337/17

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Октябрьский районный суд Волгоградской области

в составе председательствующего Коноваловой С.А.,

с участием прокурора прокуратуры Октябрьского района Волгоградской области ФИО3,

истицы ФИО4, 

при секретаре Фирсовой С.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании 19 декабря 2017 года в р.

<

адрес> дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Сварочно-монтажный трест» об обязании предоставить оригинал акта о несчастном случае на производстве и взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к АО «Сварочно-монтажный трест» об обязании предоставить оригинал акта о несчастном случае на производстве и взыскании компенсации морального вреда, в обоснование иска указывая следующее.

Истица является матерью ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Ее сын был работником акционерного общества «Сварочно-монтажный трест». В результате полученной на производстве травмы он погиб ДД.ММ.ГГГГ. По имеющейся информации травма, в результате которой он погиб признана полученной на производстве.

Однако, она как ближайшая родственница (доверенное лицо пострадавшего), так и не получила Акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, оригинал которого в соответствии с Постановлением Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и Положения «Об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях» должен был быть вручен ей под роспись.

В адрес ответчика ДД.ММ.ГГГГ направлялось заявление с требованием предоставить I экземпляр оригинала акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1. Данное заявление получено ответчиком ДД.ММ.ГГГГ, но оставлено без ответа.

Факт составления ДД.ММ.ГГГГ Акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1, подтверждается прилагаемым к исковому заявлению постановлением о прекращении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ.

Данный документ необходим ей для дальнейшего получения мер социальной поддержки и подтверждения законности заявления требований о взыскании компенсации морального вреда, связанного с потерей кормильца.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с повреждением здоровья. В связи с тем, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за понесенные страдания. Определяя размер компенсации морального вреда, суд должен в полной мере учитывать предусмотренные статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации требования разумности и справедливости, позволяющие с одной стороны максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Моральные вред, требуемый в настоящем исковом заявлении, выражается в причинении моральных страданий, в чувстве беспомощности, беззащитности, безысходности, отчаяния, подавленности, паники ввиду невозможности возвращения к жизни ее сына ФИО2, единственного ее кормильца. Ей никогда уже не удастся вернуть прежнее психологическое состояние, надежду на достойное завершение жизненного пути в окружении семьи сына и его, не родившихся детей, ее не рожденных внуков. Сложившаяся ситуация отрицательно сказалась и на ее здоровье. Согласно прилагаемой медицинской справки от ДД.ММ.ГГГГ, выданной ГБУЗ «Октябрьская ЦРБ» она состоит на учете «Д», с диагнозом гипертоническая болезнь. В результате вынуждена постоянно принимать лекарственные препараты, достаточно для нее дорогостоящие. На основании вышеизложенного компенсацию морального вреда оценивает в сумму в размере - 500 000 рублей. Данная сумма, хоть немного возместит ее ежеминутные не прерывные душевные и физические страдания.

Просит обязать ответчика АО «Сварочно-монтажный трест» ИНН 

<

***>, предоставить истцу ФИО1 оригинал Акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ, составленный по факту смерти ФИО2 и взыскать с Акционерного общества «Сварочно-монтажный трест», ИНН 

<

***>, в пользу истца ФИО1 компенсацию морального вреда в связи со смертью сына ФИО2, в результате травмы, полученной им на производстве в размере 500 000 рублей.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ истица ФИО1 исковые требования в части компенсации морального вреда увеличила, просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

Определением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований на предмет спора привлечено ГУ – Московское региональное отделение Фонда социального страхования РФ. 

Истица ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала по доводам указанным в иске и пояснила, что ее погибший сын – ФИО2 состоял в трудовых отношения с ответчиком. ДД.ММ.ГГГГ находясь на рабочем месте он получил травму, от которой впоследствии скончался. Факт несчастного случая подтверждается Актом о несчастном случае формы Н-1, однако ей до настоящего времени экземпляр такого акта ответчиком не выдан, хотя она обращалась к нему путем направления заявления почтовым отправлением, которое оставлено без ответа. Ответчик указывает, что копию акта получил ее старший сын, однако ей известно, что старший сын к ответчику не обращался по указанному поводу и акта не получал, кроме того со старшим сыном она не общается и до этого также не общалась. 

Моральные страдания в связи со смертью сына, выражаются в чувстве беспомощности, беззащитности, безысходности, отчаяния, подавленности, паники ввиду невозможности возвращения к жизни ее сына ФИО2, единственного ее кормильца. Ей никогда уже не удастся вернуть прежнее психологическое состояние, надежду на достойное завершение жизненного пути в окружении семьи сына и его, не родившихся детей, ее не рожденных внуков. Сложившаяся ситуация отрицательно сказалась и на ее здоровье. Просит иск удовлетворить.

Представитель ответчика – АО «Сварочно-монтажный трест» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах своей неявки суд не уведомил, в суд представив письменные пояснения, в которых указал, что согласно служебной записки службы охраны труда ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве передан ФИО1 через сына. Сумма морального вреда является необоснованной, поскольку истцом не указано в чем выражались физические и нравственные страдания, в связи с чем моральный вред заявлен именно в указанной сумме.

Представитель третьего лица – ГУ – Волгоградское региональное отделение Фонда социального страхования РФ в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах своей неявки суд не уведомил.

Представитель третьего лица – ГУ – Московское региональное отделение Фонда социального страхования РФ в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах своей неявки суд не уведомил.

Выслушав истицу ФИО1, прокурора, полагавшую исковые требования в части обязания ответчика предоставить акт о несчастном случае подлежащим удовлетворению, а в части компенсации морального вреда удовлетворению частично в разумных пределах в размере 500000 рублей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Согласно копии свидетельства о рождении серия IV-РК № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного 

<

адрес> бюро ЗАГС 

<

адрес> ФИО2 родился ДД.ММ.ГГГГ, матерью указана истица ФИО1.

Согласно свидетельства о смерти серии II-РК № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>.

Из копии акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного представителем АО «Сварочно-монтажный трест» следует, что ДД.ММ.ГГГГ прораб ФИО6 получил задание, на утреннем оперативном совещании у начальника участка «Октябрьский» ФИО7 на производство работ по разгрузке плетей труб на трассе строительства и выкладке её на брусья, для последующего монтажа в нитку трубопровода. Для выполнения работ были определены работники и техника.

Примерно 7 часов 35 минут бригада выехала с базы на место производства работ на вахтовом автобусе и прибыла на трассу в 7 часов 55 минут.

Перед началом производства работ, прораб ФИО6 провел инструктаж по охране труда и безопасным приемам работ при выгрузке плетей с трубовоза, ознакомил членов бригады по выгрузке плетей с Технологической картой № под роспись, распределил обязанности стропальщиков ФИО2 и ФИО8

Выполнение производственного задания заключалось в выгрузке плети трубы с трубовозов и последующей укладкой плетей на деревянные брусья. Для организации работ, согласно технологической карте №, необходимо было задействовать 1 кран-трубоукладчик, 1 трубовоз и двух стропальщиков для строповки и разгрузки плетей труб.

С 8 часов 10 минут и до 15 часов 25 минут ДД.ММ.ГГГГ работы проходили в штатном режиме и никаких нарушений технологии выгрузки трубы не было. За это время было принято и выгружено 15 плетей труб.

При очередном прибытии, примерно в 15 часов 15 минут, трубовоза ФИО9 с плетью трубы на трассу строительства, для последующей разгрузки плети на место производства работ, стропальщик ФИО2 указал место остановки трубовоза с прицепом для разгрузки плети трубы водителю ФИО9

Со слов водителя ФИО9, он установил автомобиль на указанное место, поставил автомобиль на стояночный тормоз, снял знак габаритного груза с заднего торца плети прицепа. Двигатель трубовоза работал. Коробка передач находилась в нейтральном положении.

Трубовоз стоял на неровной поверхности (с уклоном), в овраге. Из протокола опроса водителя ФИО9 следует, что он подложил под задние колеса прицепа упорные башмаки. Другие свидетели утверждают обратное башмаков тормозных не было.

В это время машинист крана трубоукладчика ФИО10 переместил кран трубоукладчик для подъема плети трубы. Для этого он опустил стрелу трубоукладчика с траверсой с мягкими полотенцами типа ПМ 1423, выдерживающих нагрузку до 60 тн. Длина плети составляла 24 метра, весом 22 тн. Строповку и балансировку плети трубы осуществляли стропальщики ФИО11 и ФИО2

После осуществления строповки и балансировки плети, стропальщик ФИО11 отправился на подготовку рабочего места для укладки следующей трубы. Плеть трубы машинистом трубоукладчика ФИО10 была отбалансирована по центру плети.

Во время разгрузки плети трубы, прораб ФИО6 отсутствовал на месте производства работ по выгрузке плети с трубовоза. Он определял места для последующей укладки плетей, примерно, в 10-15 метров от стоящего под выгрузкой трубовоза ФИО9

Стропальщик ФИО2 находился у трубовоза со стороны водителя автомобиля для подачи команд машинисту трубоукладчика, на противоположной стороне от трубоукладчика.

По команде стропальщика ФИО2, который в этот момент находился в прямой видимости машиниста трубоукладчика ФИО10, дал команду на подъем плети над кониками. Машинист крана- трубоукладчика ФИО10 приподнял с помощью стрелы крана плеть трубы на высоту, примерно, на 5-10 см от опорной части коников трубовоза и стал отводить плеть назад (в сторону прицепа), примерно, на 20 см.

Стропальщик ФИО2 в момент подъема плети подошел к кабине трубовоза с водительской стороны, где находилась специальная лестница для подъема на технологическую площадку трубовоза для снятия чекеров с плети. В момент подъема плети машинист ФИО10 не мог видеть стропальщика ФИО2, так как он находился в «мертвой зоне».

ФИО2 не дожидаясь окончания маневра машинистом трубоукладчика ФИО10 по опуску плети и фиксации ее на кониках для безопасного снятия чекеров залез на технологическую площадку.

В этот момент тягач трубовоза, без участия водителя, начал, самопроизвольное перемещение тягача в сторону прицепа. Поднятая плеть (торец) находилась в состоянии покоя. Вследствии перемещения тягача трубовоза назад предохранительный щит трубовоза стал приближаться к трубе. Находящийся на технологической площадке стропальщик ФИО2 в это время закончил операцию по снятию чекера с плети трубы, и должен был покинуть технологическую площадку.

В результате внезапного сближения предохранительного щита тягача трубовоза с неподвижной плетью, произошло зажатие стропальщика ФИО2 между предохранительным щитом тягача трубовоза, и торцом плети трубы.

Стропальщик ФИО2 во время зажатия старался самостоятельно покинуть площадку уже стоя спиной к щиту трубовоза.

Увидев, что трубовоз начал самостоятельное движение назад и услышав крик стропальщика ФИО2, водитель ФИО9 запрыгнул в кабину трубовоза, включил передачу и быстро отъехал вперед, а машинист крана трубоукладчика ФИО10 тоже включил передачу и отъехал трубоукладчиком вместе с плетью назад в сторону прицепа.

Водитель ФИО9 самовольно уехал с прицепом с места несчастного случая на базу участка.

На автомашине УАЗ пострадавший ФИО2 был доставлен в ГБУЗ «Октябрьская ЦРБ» в сопровождении прораба ФИО6 и мастера СМР ФИО12 A.IO. В момент поступления в больницу пострадавший ФИО2 находился в сознании.

В 11 часов 23.05.2015г., пострадавший ФИО2 от полученных травм скончался в ГУЗ ГКБ СМП №.

Причинами несчастного случая указаны: неудовлетворительная организация производства работ со стороны водителя трубовоза, неудовлетворительная организация производства работ со стороны производителя работ (прораба), личная неосторожность пострадавшего стропольщика. 

Из постановления о прекращении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в результате описанных событий ФИО2 причинены телесные повреждения в виде множественных переломов 6-11 ребер справа по околопозвоночной линии, с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани, без повреждения пристеночной плевры и ткани легких; кровоподтек на наружной боковой поверхности живота слева в нижней трети, повреждения тонкого кишечника и брыжейки; перелом поперечных отростков 1-2 поясничных позвонков, с кровоизлияниями темно-красного цвета под оболочки спинного мозга и в окружающие мягкие ткани, которые по своей совокупности квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни, от которых ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 скончался. 

Факт наличия трудовых отношений ФИО2 с АО «Сварочно-монтажный трест» подтверждается приказом о приеме на работу №-к от ДД.ММ.ГГГГ, копией трудового договора №-д от ДД.ММ.ГГГГ из которого следует, что он заключен между АО «Сварочно-монтажный трест» и ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ на период производства работ на объекте «Южно-Европейский газопровод, участок Починки-Анапа, км.834-978» (Октябрьский). ФИО2 принят на работу в качестве стропольщика 3 разряда.

Статья 2 Трудового кодекса РФ содержит основные принципы правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений, согласно которых работодатель обязан обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, осуществлять обязательное социальное страхование работника в порядке, установленном федеральным законом и гарантировать выплату компенсаций, установленных действующим законодательством РФ.

В части требований ФИО1 об обязании ответчика предоставить акт о несчастном случае на производстве в отношении ФИО2, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с п. 4 ст. 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (в ред. ДД.ММ.ГГГГ) назначение обеспечения по страхованию осуществляется страховщиком на основании заявления застрахованного, его доверенного лица или лица, имеющего право на получение страховых выплат, на получение обеспечения по страхованию, подаваемого на бумажном носителе или в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью, и представляемых страхователем. Одновременно с заявлением страхователем или вышеуказанными лицами представляются следующие документы (их копии, заверенные в установленном порядке): документ, удостоверяющий личность гражданина; акт о несчастном случае на производстве или профессиональном заболевании; заключение государственного инспектора труда; судебное решение об установлении юридического факта несчастного случая на производстве (профессионального заболевания) - при отсутствии документов, указанных в абзацах третьем и четвертом настоящего пункта, либо для установления факта несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, произошедших с лицом, осуществляющим работу по гражданско-правовому договору, предметом которого являются выполнение работ и (или) оказание услуг, по договору авторского заказа; трудовая книжка или иной документ, подтверждающий нахождение пострадавшего в трудовых отношениях со страхователем; гражданско-правовой договор, предметом которого являются выполнение работ и (или) оказание услуг, договор авторского заказа, предусматривающие уплату страховых взносов страховщику; свидетельство о смерти застрахованного, иные свидетельства о государственной регистрации актов гражданского состояния; выданное в установленном порядке заключение о связи смерти застрахованного с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием; справка (иной документ) о заработке застрахованного за период, выбранный им для расчета ежемесячных страховых выплат; документы, содержащие сведения о составе семьи умершего застрахованного; решение суда, подтверждающее факт нахождения на иждивении; документ, подтверждающий полномочия законного или уполномоченного представителя застрахованного или законного или уполномоченного представителя лица, имеющего право на получение страховых выплат в случае смерти застрахованного, - в случае подачи заявления таким представителем.

В соответствии с абз. 6 ст. 230 ТК РФ, работодатель (его представитель) в трехдневный срок после завершения расследования несчастного случая на производстве обязан выдать один экземпляр утвержденного им акта о несчастном случае на производстве пострадавшему (его законному представителю или иному доверенному лицу), а при несчастном случае на производстве со смертельным исходом - лицам, состоявшим на иждивении погибшего, либо лицам, состоявшим с ним в близком родстве или свойстве (их законному представителю или иному доверенному лицу), по их требованию. Второй экземпляр указанного акта вместе с материалами расследования хранится в течение 45 лет работодателем (его представителем), осуществляющим по решению комиссии учет данного несчастного случая на производстве. При страховых случаях третий экземпляр акта о несчастном случае на производстве и копии материалов расследования работодатель (его представитель) в трехдневный срок после завершения расследования несчастного случая на производстве направляет в исполнительный орган страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя).

Таким образом, суд считает исковые требования истицы об обязании ответчика предоставить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ подлежащими удовлетворению.

Доводы представителя ответчика о том, что спорный акт о несчастном случае был передан истице через ее сына, суд принять во внимание не может, поскольку в нарушение требований ст.56 ГПК РФ стороной ответчика доказательств подтверждающих указанные обстоятельства суду не предоставлено.

Кроме того, истица просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей, за причиненные ей нравственные страдания в связи со смертью ее сына ФИО2 

При разрешении указанных исковых требований, суд руководствуется следующим. 

Исходя из положений ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств и др.) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

Пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 15 минут на 909 км. объекта «Южно-Европейский газопровод, участок Починки-Анапа, км.834-978» в 

<

адрес> при производстве работ произошел несчастный случай, в результате которого ФИО2, работающий в ООО «Сварочно-монтажный трест» стропальщиков 3 разряда, получил телесные повреждения, от которых впоследствии скончался в лечебном учреждении ДД.ММ.ГГГГ.

Данное происшествие было признано несчастным случаем на производстве, обстоятельства несчастного случая на производстве указаны в акте, утвержденном ДД.ММ.ГГГГ руководителем ООО «СМТ».

ФИО1 является матерью погибшего.

Вышеуказанные обстоятельства сторонами не оспариваются и подтверждаются исследованными в судебном заседании допустимыми и достоверными доказательствами, а именно копиями: свидетельства о смерти; актом о несчастном случае; постановлениями о прекращении уголовного преследования и уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, соответственно.

Согласно обстоятельствам дела и объяснениям истца, в связи со смертью ФИО2 ей, безусловно, причинен моральный вред, что не нуждается в дополнительном доказывании.

При таких обстоятельствах, с учетом вышеизложенных правовых норм, суд приходит к выводу, что у истицы возникло право требования с ответчика компенсации морального вреда.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд принимает во внимание существо, объем и характер допущенных нарушений прав истицы, ее личность, личность и поведение погибшего ФИО2, в действиях которого также имелись нарушения производственной и трудовой дисциплины, принцип разумности и справедливости и другие заслуживающие внимание обстоятельства. 

В судебном заседании истица пояснила, что перенесла глубокие нравственные страдания. Гибель сына - невосполнимая утрата, приведшая к глубокому длительному нервному стрессу. ФИО2 был единственной опорой, помогал по хозяйству, поддерживал ее морально. Нравственные страдания, которые ей причинены гибелью сына, невыносимы и утрата невосполнима. 

У суда не имеется оснований сомневаться в достоверности объяснений истицы относительно перенесенных ее нравственных страданий.

Однако, с учетом всех изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что размер компенсации морального вреда истицей завышен. Суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу ФИО1 разумную и справедливую компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей. В остальной части иска ФИО1 о компенсации морального вреда отказать.

Согласно п. 8 ч. 1 ст. 333.20 НК РФ в случае, если истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с главой 25.3 НК РФ, государственная пошлина уплачивается ответчиком (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Поскольку ответчик АО «СМТ» не является лицом, освобожденным от уплаты государственной пошлины, суд приходит к выводу о взыскании с АО «СМТ» государственной пошлины в доход местного бюджета, в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ в размере 6000 рублей.

На основании изложенного, ст.ст.151, 1101, 1064, ч. 1 ст. 1079 ГК РФ, ст. 230 ТК РФ, п.8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", п. 4 ст. 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п.3 ч.1 ст.333.19, п. 8 ч. 1 ст. 333.20 НК РФ, руководствуясь ст. 194-199 ГПК, суд,

Р Е Ш И Л:

Обязать акционерное общество «Сварочно-монтажный трест» ИНН 

<

***> предоставить ФИО1 оригинал Акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ, составленный по факту смерти ФИО2.

Взыскать с акционерного общества «Сварочно-монтажный трест» ИНН 

<

***> в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи со смертью сына - ФИО2, в результате травмы, полученной им на производстве в размере 500 000 (пятьсот тысяч рублей) рублей, в остальной части иска о компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с акционерного общества «Сварочно-монтажный трест» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 6000 (шесть тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Волгоградского областного суда в течении месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Председательствующий С.А. Коновалова