Дело № 2-651/2025

УИД 21RS0016-01-2025-000798-65

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

9 июня 2025 года пос. Кугеси

Чебоксарский районный суд Чувашской Республики в составе

председательствующего судьи Тяжевой А.Ю.,

при секретаре судебного заседания Сидоровой Л.А.,

с участием: ответчика ФИО1, представителя ответчика ФИО2, третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску финансового управляющего ФИО4, действующей в интересах ФИО5, к ФИО1

о взыскании неосновательного обогащения в сумме 310 000 рублей,

У С Т А Н О В И Л:

Финансовый управляющий ФИО4, действующая в интересах ФИО5, обратилась в суд с иском к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения в размере 310 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что решением Арбитражного суда Ростовской области от 19 июня 2024 года по делу №А53-14180/2024 ФИО5 признан банкротом, введена процедура реализации имущества должника сроком на 6 месяцев, финансовым управляющим утверждена ФИО4 

В ходе производства по делу о банкротстве финансовым управляющим установлено безналичное перечисление денежных средств в размере 310 000 рублей с расчетного счета должника ФИО5 на расчетный счет ФИО1 по платежному поручению №2 от 6 апреля 2023 года с назначением платежа «от ФИО5 перевод средств по номеру телефона». Из переданных от ФИО5 документов не было установлено наличие договора займа или иных договорных отношений с ФИО1, сведениями о встречном исполнении финансовый управляющий не располагает, возврат денежных средств не произведен, в связи с чем со стороны ответчика имеет место неосновательное обогащение в размере 310 000 рублей.

Финансовый управляющий ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, ходатайствовала о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Истец ФИО5, будучи надлежащим образом уведомленным о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, об уважительных причинах неявки не сообщил, о рассмотрении дела в свое отсутствие не просил, каких-либо ходатайств не заявлял. 

Ответчик ФИО1 и его представитель ФИО2, допущенный к участию в деле по устному ходатайству, исковые требования истца не признали, суду показали, что счет ФИО1, открытый в АО «Райффайзенбанк», был использован для перечисления денежных средств по заключенному между двумя пользователями платформы цифровых услуг ФИО5 и 

<

ФИО> по договору купли-продажи цифровой валюты (USDT): ФИО5. передал денежные средства 

<

ФИО>, а 

<

ФИО> передал права на цифровую валюту ФИО5, что подтверждается ордером и письмом цифровой платформы, которые в порядке обеспечения доказательств по делу осмотрены в установленном порядке нотариусом и протокол осмотра представлен в суд. Просил суд отказать в иске в полном объеме.

Привлеченное к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, 

<

ФИО> в судебном заседании показал, что действительно размещал объявление о продаже цифровой валюты на торговой площадке и, исполняя свои договорные обязательства, передал права на цифровую валюту в размере 3742,60 USDT ФИО5, исходя из курса 1 USDT = 82,83 рублей, что составило 310 000 рублей. В связи с тем, что на своем счете лимит по операциям был исчерпан, он воспользовался счетом ФИО1, который предоставил к нему доступ. 

Третье лицо - АО «Райффайзенбанк», извещенное о времени и месте судебного разбирательства, своего представителя в суд не направило, не известив о причинах неявки. 

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд признал возможным рассмотрение дела при имеющейся явке.

Заслушав объяснения ответчика, его представителя и третьего лица, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу положений ч. 1 ст. 46 Конституции РФ, ст. 12 ГК РФ, а также нормы ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованным лицам предоставлено право обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве.

В силу абз. 29 ст. 2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) финансовым управляющим признается арбитражный управляющий, утверждённый судом или арбитражным судом для участия в деле о банкротстве гражданина.

Арбитражный управляющий является профессиональным участником дела о банкротстве и на нем лежит обязанность действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве).

При этом в силу п. 7 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе, в частности, заявлять возражения относительно требований кредиторов; подавать заявления о признании недействительными подозрительных сделок и сделок, влекущих предпочтение одному из кредиторов перед другими кредиторами по основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 данного закона (подозрительные сделки и сделки, влекущие предпочтение одному из кредиторов перед другими кредиторами); участвовать в ходе процедуры реструктуризации долгов в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне гражданина во всех делах в судах по спорам, касающимся имущества (в том числе о взыскании денег с гражданина или в пользу гражданина, об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина).

В пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 года № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» разъяснено, что всем имуществом должника, признанного банкротом, распоряжается финансовый управляющий, который в ходе процедуры реализации имущества должника от имени должника ведёт в судах дела, касающиеся его имущественных прав.

В силу положений ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе, вследствие неосновательного обогащения.

На основании п.1 ст.1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.

Статьей 1109 ГК РФ установлено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения: имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное; имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности; заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки; денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

По смыслу вышеприведенных норм закона, иск о взыскании суммы неосновательного обогащения подлежит удовлетворению, если будут доказаны: факт получения (сбережения) имущества ответчиком; отсутствие для этого должного основания; а также то, что неосновательное обогащение произошло за счёт истца.

При этом для удовлетворения требований истца о взыскании неосновательного обогащения необходима доказанность всей совокупности указанных фактов.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 19 июня 2024 года по делу №А53-14180/2024 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура, применяемая в деле о банкротстве - реализации имущества гражданина сроком на 6 месяцев, финансовым управляющим утверждена ФИО4, являющаяся членом саморегулируемой организации ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса» (л.д. 6-8).

Согласно копии платежного поручения №2 от 6 апреля 2023 года ФИО5 осуществил перевод денежных средств по номеру телефона ФИО1 на счёт №, открытый в АО «Райффайзенбанк» г. Москва, в назначении платежа указано: «От ФИО5 Перевод средств по номеру телефона» (л.д.12).

Из копии ответа АО «Райффайзенбанк» на запрос арбитражного управляющего следует, что счёт № принадлежит ФИО1 (л.д.11).

Как регламентировано ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, наличие со стороны ответчика неосновательного обогащения, что неосновательное обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для приобретения или сбережения такого имущества, либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Финансовый управляющий указывает, что из переданных от ФИО5 в ходе процедуры банкротства документов не было установлено наличие договора займа или иных договорных отношений с ФИО1, сведениями о встречном исполнении финансовый управляющий не располагает, возврат денежных средств не произведен.

Проверяя доводы ответчика ФИО1 о том, что его счет был использован для перечисления денежных средств по договору купли-продажи цифровой валюты, заключенному между двумя пользователями платформы цифровых услуг, суд принимает во внимание следующие обстоятельства.

Так, 6 апреля 2023 года ФИО5 (истец), будучи зарегистрированным пользователем онлайн-сервиса обмена цифровых валют «Binance», предложил другому пользователю указанной платформы - 

<

ФИО> (третье лицо) приобрести у него цифровую валюту (USDT). 

В счет оплаты стоимости цифровой валюты ФИО5 перечислил денежные средства по номеру телефона на счет №, открытый в АО «Райффайзенбанк» на имя ФИО1 (ответчик), который предоставил свой счет для совершения договора купли-продажи между сторонами, то есть фактически принял от истца на свой банковский счет денежные средства в размере 310 000 рублей и в последствии, выполняя волеизъявление ФИО6 как покупателя, передал их, в счет оплаты по договору купли-продажи продавцу 

<

ФИО>

В свою очередь, продавец, исполняя свои договорные обязательства, передал права на цифровую валюту USDT истцу, исходя из курса 1 USDT=82,83 рублей в размере 3742,60 USDT.

Факт заключения договора купли-продажи подтверждается ордером № от 6 апреля 2023 года, который содержит цену договора, количество приобретенной цифровой валюты и логин (имя пользователя) покупателя - P2P-da4f00gn, который как следует из переписки в чате платформы «Binance» между сторонами договора, принадлежит ФИО5, официальным письмом цифровой платформы Binance с указанием указанных выше реквизитов и подтверждением факта исполнения сторонами условий заключенного договора.

Указанные электронные документы, осмотрены как доказательства необходимые в суде по делу о взыскании неосновательного обогащения, на смартфоне iPhone 16Pro, номер модели MYNH3QN/A серийный номер JQWN7PH46M, принадлежащем 

<

ФИО>, о чем 11 апреля 2025 года ФИО7, временно исполняющей обязанности нотариуса города Москвы ФИО8, составлен протокол осмотра доказательств, зарегистрированный в реестре за №50/684-н/77-2025-8-852 (л.д. 33-38).

Согласно Федеральному закону от 31 июля 2020 года № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», цифровой валютой признается совокупность электронных данных (цифрового кода или обозначения), содержащихся в информационной системе, которые предлагаются или могут быть приняты в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей РФ, денежной единицей иностранного государства или международной денежной или расчетной единицей.

Помимо этого, действующим законодательством, в частности ст. 2 Закона о банкротстве цифровая валюта признается имуществом.

В соответствии с п.1 ст.454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно п.4 указанной нормы, положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются к продаже имущественных, в том числе цифровых, прав, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав.

Понятие цифровых прав, закреплено в ч.1 ст. 141.1. ГК РФ, согласно которой цифровыми правами признаются названные в таком качестве в законе обязательственные и иные права, содержание и условия осуществления которых определяются в соответствии с правилами информационной системы, отвечающей установленным законом признакам. Осуществление, распоряжение, в том числе передача, залог, обременение цифрового права другими способами или ограничение распоряжения цифровым правом возможны только в информационной системе без обращения к третьему лицу.

Таким образом, перечисление денежных средств ФИО5 на счет ответчика нельзя признать неосновательным обогащениям, так как указанная операция являлась оплатой по договору купли-продажи имущества – цифровой валюты, по которому обязательства сторонами исполнены в полном объеме.

При этом, возложение исполнения обязательства на третье лицо (в данном случае на ответчика), не представляет собой перемену лица в обязательстве, поскольку не является переводом долга (ст. 391 ГК РФ). У третьего лица, на которое возложено исполнение, не возникает обязательства перед кредитором. Лицом, обязанным перед кредитором, остается должник.

Таким образом, ответчик ФИО1 в рассматриваемом случае стороной договора не являлся, какое-либо имущество в результате его исполнения не приобрел, зачисленные на принадлежащий ему счет денежные средства явились способом оплаты по договору купли-продажи, что образует на стороне ответчика неосновательного обогащения. 

Исходя из установленных обстоятельств, принимая во внимание, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих факт неосновательного обогащения на стороне ответчика за счет истца, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

На основании ч. 2 ст. 103 ГПК РФ с истца в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина, отсрочка уплаты которой была предоставлена при принятии иска, в размере, установленном подп. 1 п. 1 ст.333.19 Налогового кодекса Российской Федерации от цены иска, т.е. в сумме 10 250 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского-процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л:

Финансовому управляющему ФИО4, действующей в интересах ФИО5, в удовлетворении иска к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения в сумме 310 000 рублей отказать.

Взыскать с ФИО5 в лице финансового управляющего ФИО4 в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 10 250 (десять тысяч двести пятьдесят) рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Чувашской Республики в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме подачей апелляционной жалобы через Чебоксарский районный суд Чувашской Республики.

Председательствующий: А.Ю. Тяжева

Решение в окончательной форме принято 25 июня 2025 года.