Дело № 2-2260/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Белгород 05 июля 2018 года

Свердловский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи Маликовой М.А.,

при секретаре Конозенко М.С.,

с участием истца ФИО1

представителя истца ФИО2

ответчика ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 об освобождении имущества от ареста (исключении из описи),

установил:

ФИО1 (далее истец) обратился в суд с иском об освобождении имущества от ареста, в обоснование указывал на то, что 10 января 2018г. на основании договора купли – продажи за 450 000,00 руб. приобрел у ФИО3 автомобиль Рено Сандеро, 2012г. выпуска, государственный регистрационный знак №. С 2013 года фактически распоряжается и пользуется этим автомобилем. Через два дня автомобиль стал технически неисправен в связи, с чем он его поместил на СТО. В марте 2018г., двигаясь на автомобиле по 

<

адрес>, был остановлен сотрудниками ГИБДД, которые пояснили ему, что автомобиль находиться под арестом по исполнительному производству в отношении должника ФИО3 - продавца автомобиля. Просил суд освободить от ареста (исключить из акта описи) имущество автомобиль Рено Сандеро, 2012г. выпуска, государственный регистрационный знак 

<

***>, на который обращено взыскание в рамках исполнительного производства от 22.01.2018г. №, а также по исполнительному производству № от 09. 02. 2018г.

В судебном заседании истец и его представитель заявленный иск поддержали по доводам, указанным в нем. Обращали внимание суда на то, что при совершении сделки купли – продажи исполнительные производства возбуждены еще не были и о факте обращения взыскания на автомобиль и о принятом решении суда продавец в известность не поставил.

Ответчик ФИО3 не возражал против удовлетворения заявленных требований. Суду пояснял, что после продажи спорного автомобиля он без разрешения истца его брал со станции, где ремонтировался автомобиль на несколько дней в пользование.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, ходатайств об отложении не заявлял, о причинах неявки суд не поставил в известность, предоставил письменную позицию.

Третьи лица в судебное заседание не явились, о дате и времени рассмотрения дела извещались надлежащим образом.

Изучив материалы дела по представленным сторонами доказательствам, выслушав объяснения истца и его представителя, ответчика ФИО3 и свидетеля, изучив письменную позицию ответчика ФИО4, суд полагает возможным рассмотреть дело, признавая требования истца необоснованными и подлежащими отклонению по следующим основаниям. 

В соответствии со статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В силу статьи 305 Гражданского кодекса Российской Федерации аналогичным образом подлежат защите права владельца, не являющегося собственником.

Иски об освобождении имущества от ареста (исключении из описи) предъявляются к должнику и взыскателю. По смыслу названных норм иск об освобождении имущества от ареста или исключении его из описи может быть предъявлен собственником этого имущества или иным лицом, владеющим имуществом по основаниям, предусмотренным законом или договором (ст. 301-305 ГК РФ).

Так в судебном заседании установлено, что 26.03.2018г. СПИ отдела судебных приставов по взысканию административных штрафов по г. Белгороду и Белгородскому району УФССП по Белгородской области К.С.О. по исполнительному производству № от 22.01.2018г. о взыскании с ФИО3 в пользу ФИО4 в присутствии понятых произвел опись и арест автомобиля Рено Сандеро, 2012г. выпуска, государственный регистрационный знак №.

Из учетных данных Госавтоинспекции усматривается, что на вышеуказанный автомобиль наложен запрет на регистрационные действия 13.02.2018г. СПИ Я.Е.А. по двум исполнительным производствам от 22.01.2018г. №, и от 09.02.2018г. №.

Согласно сведениям официального сайта Федеральной службы судебных приставов в отношении ФИО3 возбуждено два исполнительных производства: первое 22.01.2018г. № по исполнительному листу от 07.12.2017г. с задолженностью 187072,00 руб. и 13095,04 руб. исполнительский сбор; второе 09.02.2018г. № по исполнительному листу от 02.02.2018г. с задолженностью 216472,53 руб. 

ФИО3 и ФИО1 подписали договор, датированный 10 января 2018г., купли – продажи автомобиль Рено Сандеро, 2012г. выпуска, государственный регистрационный знак №. Кроме того, ФИО3 составил расписку о получении от ФИО1 450 000,00 руб. в счет оплаты стоимости указанного в договоре автомобиля.

Согласно пункту 1 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии со ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости, в связи с чем относятся к движимому имуществу.

Следовательно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя - момент передачи транспортного средства.

Согласно п. 3 постановления Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 г. N 938 "О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации" собственники транспортных средств либо лица, от имени собственников владеющие, пользующиеся или распоряжающиеся на законных основаниях транспортными средствами, обязаны в установленном порядке зарегистрировать их или изменить регистрационные данные в Государственной инспекции, или военных автомобильных инспекциях (автомобильных службах), или органах гостехнадзора в течение срока действия регистрационного знака "Транзит" или в течение 10 суток после приобретения, выпуска в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза и законодательством Российской Федерации о таможенном деле, снятия с учета транспортных средств, замены номерных агрегатов или возникновения иных обстоятельств, потребовавших изменения регистрационных данных.

Аналогичные положения также содержатся в п. 4 приказа МВД России от 24 ноября 2008 г. N 1001 "О порядке регистрации транспортных средств".

Приведенными выше законоположениями предусмотрена регистрация самих транспортных средств, обусловливающая допуск транспортных средств к участию в дорожном движении. При этом регистрация транспортных средств носит учетный характер и не служит основанием для возникновения на них права собственности.

Таким образом, ссылка истца об отсутствии возможности перерегистрировать автомобиль с ответчика ФИО3 на истца в данном случае не имеет юридического значения по следующим основаниям.

Исходя из предоставленной письменной позиции ответчика Д.А.ИБ., усматривается, что он фактически ссылается на нарушение его прав и законных интересов как взыскателя в исполнительном производстве, ссылаясь на противоправность цели данной сделки. В обоснование своей позиции указывал на фактическое пользование автомобилем ФИО3 после подписания договора купли – продажи о чем свидетельствует неоднократное привлечение последнего к административной ответственности при управлении данным автомобилем. 

Так, из административного дела 5/4-182/2018, рассмотренного мировым судьей №4 Западного округа г. Белгорода 14.02.2018г. по ч.3 ст.12.16 КоАП РФ, усматривается, что 18.01.2018г. ФИО3, управляя спорным автомобилем в 15 часов 55 минут в 

<

адрес>, нарушил ч.3 ст. 12.16 КОАП РФ. В административном деле №2086 в отношении ФИО3 также зафиксировано административное правонарушение по ст. 12.18 КоАП РФ при управлении вышеуказанным автомобилем. 

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО1 фактически не передал автомобиль в пользовании покупателю следовательно, право собственности у приобретателя по договору не возникло.

При этом, суд отклоняет доводы истца о передаче автомобиля и показания свидетеля о нахождении его на ремонте в СТО, поскольку факт нарушения ПДД РФ при управлении спорным автомобилем ФИО3 были зафиксированы лично сотрудниками ОГИБДД УМВД России по г. Белгороду. 

Ссылка истца об управлении транспортным средством на дату ареста не нашла своего подтверждения в акте ареста от 26.03.2018г., поскольку данные обстоятельства СПИ при составлении акта ареста не зафиксированы. Имеется лишь указание об управлении другим гражданином, а кем именно не указано. О своем праве на спорное имущество при аресте истец также не заявлял СПИ, что следует из акта ареста (описи).

Гражданский кодекс Российской Федерации и другие федеральные законы не содержат норм, ограничивающих правомочия собственника по распоряжению транспортным средством в случаях, когда это транспортное средство не снято им с регистрационного учета.

Отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если прежний собственник не снял его с регистрационного учета.

Согласно п. 3, ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Пунктом 4, ст. 1 ГК РФ предусмотрено, что никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1, ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

По смыслу ст. 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В этой связи, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, является основанием для признания этих сделок ничтожными на основании ст. 168 ГК РФ как не соответствующих закону.

В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 и 2 статьи 168 ГК РФ).

Изучив вышеуказанные административные материалы, исходя из изложенного, руководствуясь указанными нормами закона, суд приходит к выводу о том, что договор купли-продажи арестованного автомобиля от 10.01.2018г., подписанный ФИО3 и ФИО1, совершен ее участниками исключительно с намерением причинить вред другому лицу – ФИО4, в обход закона с противоправной целью, а поэтому в силу ст. 10 ГК РФ право ФИО1 на спорный автомобиль защите не подлежит, имущество не подлежит исключению из-под ареста, а представленный ФИО1 договор купли-продажи транспортного является ничтожным.

Руководствуясь ст.ст. 98, 103,167, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО1 к ФИО3, ФИО4 об освобождении имущества от ареста (исключении из описи), признать необоснованным, в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Свердловский районный суд Белгородской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья – подпись 

Мотивированный текст решения изготовлен 11.07.2018г.