Дело № 2-299/2020

УИД 13RS0023-01-2020-000183-10

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Саранск 20 февраля 2020 года 

Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия в составе:

председательствующего – судьи Селезневой О.В.,

с участием секретаря судебного заседания – ФИО1

с участием в деле:

истца – ФИО2, ее представителей адвокатов Евдокимовой О. В., представившей ордер № 37 от 6 февраля 2020 года, ФИО3, представившего ордер № 18 от 14 февраля 2020 года, 

ответчика – Государственного автономного учреждения здравоохранения Республики Мордовия «Мордовская республиканская стоматологическая поликлиника», его представителей ФИО4, действующей на основании доверенности № 42 от 3 февраля 2020 года, ФИО5, действующей на основании доверенности № 43 от 3 февраля 2020 года, 

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, относительно предмета спора, на стороне ответчика - ФИО5,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, относительно предмета спора, на стороне ответчика - ФИО6,

прокурора – старшего помощника прокурора Ленинского района г. Саранска Мещеряковой И. М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Республики Мордовия «Мордовская республиканская стоматологическая поликлиника» о признании недействительными приказов ответчика № 371-к от 12 сентября 2019 года и № 65-л от 24 декабря 2019 года, о восстановлении на работе в должности начальника отдела кадров Государственного автономного учреждения здравоохранения Республики Мордовия «Мордовская республиканская стоматологическая поликлиника», о взыскании с ответчика в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к Государственному автономному учреждению здравоохранения Республики Мордовия «Мордовская республиканская стоматологическая поликлиника» (далее - ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП») о признании недействительными приказов ответчика № 371-к от 12 сентября 2019 года и № 65-л от 24 декабря 2019 года, о восстановлении на работе в должности начальника отдела кадров Государственного автономного учреждения здравоохранения Республики Мордовия «Мордовская республиканская стоматологическая поликлиника», о взыскании в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей.

В обоснование исковых требований указала, что 3 июля 2017 года она принята на должность администратора ГАУЗ РМ «Республиканская стоматологическая поликлиника» по внешнему совместительству на 0,5 ставки. Позднее она переведена специалистом по кадрам, трудилась в этой должности до 3 июля 2018 года. 29 июня 2018 года деятельность ГАУЗ РМ «Республиканская стоматологическая поликлиника» прекращена путем реорганизации в форме слияния с ГАУЗ РМ «Стоматологическая поликлиника № 1». С 3 июля 2018 года она переведена на должность начальника отдела кадров ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» (приказ ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» № 5г-к от 3 июля 2018 года). С 9 ноября 2018 года по 21 февраля 2020 года она находится в отпуске по уходу за ребенком. 12 сентября 2019 года ответчиком в одностороннем порядке приказ № 5г-к от 3 июля 2018 года признан недействительным, в связи с чем ответчик посчитал ее работающей в должности специалиста по кадрам на 0,5 ставки по внешнему совместительству, о чем она не была своевременно уведомлена, до 30 декабря 2019 года с указанным приказом ее никто не ознакомил. 24 декабря 2019 года она была уволена с должности специалиста по кадрам на 0,5 ставки по основаниям статьи 288 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с приемом на работу работника, для которого эта работа будет являться основной. Полагает, что приказы № 371-к от 12 сентября 2019 года и № 65-л от 24 декабря 2019 года являются недействительными, поскольку изданы с нарушениями. Также считает, что у работодателя отсутствовали объективные причины для увольнения по указанному в приказе основанию, так как на момент увольнения она находилась в отпуске по уходу за ребенком (т.д. 1, л.д. 1-4).

Определением судьи Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 6 февраля 2020 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на сторону ответчика привлечена ФИО5

Определением Ленинского районного суда г. Саранска от 20 февраля 2020 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на сторону ответчика привлечена ФИО6

В судебном заседании истец ФИО2 и ее представители Евдокимова О.В., ФИО3 исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просили суд удовлетворить требования в полном объеме.

В судебном заседании представители ответчика ФИО4, ФИО5 исковые требования ФИО2 возразили по основаниям, изложенным в письменных возражениях, просили суд отказать в их удовлетворении. 

В судебном заседании третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика ФИО5 и ФИО6 относительно исковых требований ФИО2 возразили по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства по делу, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования ФИО2 подлежат частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ФИО2 с 3 июля 2017 года принята на работу в ГАУЗ РМ «Республиканская стоматологическая поликлиника» на должность администратора постоянно по внешнему совместительству на 0,5 ставки (приказ № 14-л от 3 июля 2017 года). С ФИО2 3 июля 2017 года ГАУЗ РМ «Республиканская стоматологическая поликлиника» заключен трудовой договор, согласно пункту 4 которого работа является для нее работой по внешнему совместительству.

При этом основным местом работы для ФИО2 являлось ООО «Центр репродуктивного здоровья», в котором она работала с 27 октября 2011 года в должности юрисконсульта (приказ общества № 9 от 27 октября 2011 года) на полную ставку. 

Приказом ГАУЗ РМ «Республиканская стоматологическая поликлиника» № 41-к от 30 марта 2018 года ФИО2 разрешено работать со 2 апреля 2018 года на 1,0 ставки в занимаемой должности администратора.

Приказом ГАУЗ РМ «Республиканская стоматологическая поликлиника» № 83-к от 13 июня 2018 года администратору ФИО2 предоставлен отпуск по беременности и родам с 13 июня 2018 года по 30 октября 2018 года.

13 июня 2018 года ФИО2 по ее заявлению переведена на должность специалиста по кадрам на 0,5 ставки постоянно (приказ ГАУЗ РМ «Республиканская стоматологическая поликлиника» № 83а-к от 13 июня 2018 года). 

Согласно распоряжению Правительства Республики Мордовия № 679-Р от 15 ноября 2017 года и выписке из ЕГРЮЛ от 20 января 2020 года в отношении ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП», 29 июня 2018 года произведена реорганизация в форме слияния ГАУЗ РМ «Республиканская стоматологическая поликлиника» и ГАУЗ РМ «Стоматологическая поликлиника № 1», в результате реорганизации создано ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП».

Приказом ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» № 5в-к от 2 июля 2018 года ФИО5 переведена по инициативе работника с должности начальника отдела кадров поликлинического отделения № 1 на должность специалиста по кадрам поликлинического отделения № 1 

Приказом ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» № 5г-к от 3 июля 2018 года ФИО2 переведена по инициативе работника с должности специалиста по кадрам поликлинического отделения № 1 на должность начальника отдела кадров поликлинического отделения № 1.

Приказом ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» № 5д-к от 2 июля 2018 года ФИО5 переведена на должность начальника отдела кадров временно, на время исполнения обязанностей отсутствующего работника ФИО2 

Приказом ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» № 249а-к от 31 октября 2018 года начальнику отдела кадров ФИО2, работающей на условиях внешнего совместительства, предоставлен отпуск по беременности и родам сроком на 16 календарных дней с 31 октября 2018 года по 15 ноября 2018 года включительно.

Приказом ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» № 270а-к от 9 ноября 2018 года начальнику отдела кадров ФИО2 предоставлен отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста 1,5 лет с 16 ноября 2018 года по 21 февраля 2020 года.

Согласно приказу ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» № 371-к от 12 сентября 2019 года на основании служебной записки ФИО5 от 9 сентября 2019 года приказ № 5г-к от 3 июля 2018 года о переводе внешнего совместителя ФИО2 на должность начальника отдела кадров на 1,0 ставку признан недействительным ввиду нарушения норм трудового права при его издании. Также признан недействительным приказ ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» от 2 июля 2018 года № 5в-к, устанавливающий с 2 июля 2018 года перевод ФИО5 на должность специалиста по кадрам на 1,0 ставку, и приказ ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» от 4 июля 2018 года № 5д-к, устанавливающий с 4 июля 2018 года перевод ФИО5 на должность начальника отдела кадров временно на 1 ставку. В соответствии с указанным приказом ФИО2, внешнего совместителя, следует считать работающей в должности специалиста по кадрам на 0,5 ставки и находящейся по уходу за ребенком до достижения им возраста 1,5 лет на период с 16 ноября 2018 года по 21 февраля 2020 года, а ФИО5 – работающей в должности начальника отдела кадров, характер работы – постоянный. 

Письмами ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» от 12 сентября 2019 года № 315, от 1 октября 2019 года № 330 ФИО2 предложено явиться в отдел кадров для ознакомления с приказом № 371-к от 12 сентября 2019 года, которые истцом не получены по независящим от ответчика обстоятельствам.

Из объяснений ФИО2 следует, что 4 октября 2019 года ею получено уведомление, направленное в ее адрес ответчиком, согласно которому ей необходимо явиться в отдел кадров ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» для ознакомления с приказом № 371-к от 12 сентября 2019 года. Однако по состоянию своего здоровья явиться в отдел кадров организации она не могла. У нее состоялся телефонный разговор с ФИО5, в котором она пыталась выяснить содержание приказа, однако ФИО5 пояснила, что ей необходимо явиться в отдел кадров организации и ознакомиться с приказом, в телефонном разговоре сообщить содержание приказа отказалась. Данное обстоятельство подтверждается докладной запиской ФИО5 от 4 октября 2019 года и объяснениями ФИО5, данными ею в ходе судебного разбирательства. О содержании приказа № 371-к от 12 сентября 2019 года ей стало известно 31 декабря 2019 года, поскольку по ее просьбе работодатель предоставил ей его копию. 

Из предупреждений от 15 ноября 2019 года, от 29 ноября 2019 года следует, что работодатель уведомил истца о предстоящем увольнении по статье 288 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с приемом на работу другого работника, для которого данная работа будет являться основной. При этом на должность специалиста по кадрам новый работник, претендующий на замещение должности на постоянной основе, на момент уведомлений истца и его увольнения не приглашался. ФИО6 заместила должность специалиста по кадрам на 1,0 ставку на основании ее личного заявления от 9 января 2020 года только 13 января 2020 года, что подтверждается приказом ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» № 1-л от 13 января 2020 года. 

Конституция Российской Федерации признает право каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (статья 37, часть 1), что не означает, однако, обязанности кого бы то ни было предоставить гражданину определенную должность или конкретную работу. Свобода труда проявляется, прежде всего, в его договорном характере, и вопрос о работе лица по определенной профессии, специальности, квалификации или должности решается именно в рамках трудового договора. Эта свобода, вместе с тем, предполагает обеспечение каждому возможности на равных с другими лицами условиях и без какой-либо дискриминации вступать в трудовые отношения (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27 декабря 1999 года № 19-П и от 15 марта 2005 года № 3-П, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 12 июля 2006 года № 263-О).

В соответствии со статьями 15, 57 Трудового кодекса Российской Федерации под трудовой функцией понимается работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы.

Согласно части первой статьи 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации перевод на другую работу - это постоянное или временное изменение трудовой функции работника или структурного подразделения (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре) при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса.

Заключив трудовой договор о работе по совместительству, работник приобретает по этому договору соответствующий правовой статус, который не меняется автоматически в связи с изменениями, происходящими как по основному месту работы, так и по месту работы по совместительству. Чтобы правовой статус работника изменился, необходимо расторгнуть с ним трудовой договор, заключенный на условиях совместительства, и заключить новый договор о приеме на основную работу. Такой вывод следует из содержания части 4 статьи 282 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой в трудовом договоре обязательно указание на то, что работа является совместительством.

В соответствии со статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (статья 56 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацами первым и вторым части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены данным Кодексом, иными федеральными законами.

Кроме того, согласно статье 72 Трудового кодекса Российской Федерации изменения определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускает только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме. 

Трудовой договор с ФИО2 заключен ГАУЗ РМ «Республиканская стоматологическая поликлиника» 3 июля 2017 года на неопределенный срок на условиях внешнего совместительства. Впоследствии данный трудовой договор сторонами не расторгался, дополнительных соглашений к нему не заключалось и условия работы истца по совместительству сторонами спора не оспаривались и не изменялись, что дает основания считать трудовой договор от 3 июля 2017 года № 6 действующим на условиях его заключения – работа по внешнему совместительству. 

При этом правопреемником ГАУЗ РМ «Республиканская стоматологическая поликлиника» в силу пункта 1 статьи 58 Гражданского кодекса Российской Федерации является ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП».

Основным местом работы ФИО2 на момент заключения указанного трудового договора и на момент увольнения являлось ООО «Центр репродуктивного здоровья», в котором ФИО2 работала в должности юрисконсульта на полную ставку (приказ ООО «Центр репродуктивного здоровья» № 9 от 27 октября 2011 года).

Доказательств в подтверждение того, что ФИО2 была переведена в ООО «Центр репродуктивного здоровья» на 0,5 ставки, о чем поясняла истец в ходе судебного разбирательства, суду не представлено. 

Из сообщения ООО «Центр репродуктивного здоровья» от 14 февраля 2020 года следует, что ФИО2 является постоянным основным работником по должности юрисконсульт на 1,0 ставку, заявлений об увольнении или переводе от нее не поступало, приказов об этом не выносилось. 

Таким образом, исходя из совокупного толкования вышеприведенных норм материального права, по своим правовым последствиям, перевод на постоянную работу, при продолжении работы у того же работодателя, идентичен приему на работу, так как с момента перевода у работника изменяется трудовая функция и существенные условия труда, что производится на основании соглашения сторон и заключенного между ними трудового договора.

Согласно статье 60.1 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право заключать трудовые договоры о выполнении в свободное от основной работы время другой регулярной оплачиваемой работы у того же работодателя (внутреннее совместительство) и (или) у другого работодателя (внешнее совместительство).

Совместительство - выполнение работником другой регулярной оплачиваемой работы на условиях трудового договора в свободное от основной работы время. Заключение трудовых договоров о работе по совместительству допускается с неограниченным числом работодателей, если иное не предусмотрено федеральным законом. Работа по совместительству может выполняться работником как по месту его основной работы, так и у других работодателей. В трудовом договоре обязательно указание на то, что работа является совместительством (статья 282 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 284 Трудового кодекса Российской Федерации продолжительность рабочего времени при работе по совместительству не должна превышать четырех часов в день. В дни, когда по основному месту работы работник свободен от исполнения трудовых обязанностей, он может работать по совместительству полный рабочий день (смену). В течение одного месяца (другого учетного периода) продолжительность рабочего времени при работе по совместительству не должна превышать половины месячной нормы рабочего времени (нормы рабочего времени за другой учетный период), установленной для соответствующей категории работников.

Ограничения продолжительности рабочего времени при работе по совместительству, установленные частью первой настоящей статьи, не применяются только в случаях, когда по основному месту работы работник приостановил работу в соответствии с частью второй статьи 142 настоящего Кодекса или отстранен от работы в соответствии с частями второй или четвертой статьи 73 настоящего Кодекса.

Таким образом, законодатель в интересах работника во избежание нарушения его прав и дискриминации в сфере труда, ограничил продолжительность работы по совместительству при наличии основного места работы. 

Имея основное место работы, ФИО2, принятая на условиях внешнего совместительства на работу в ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП», не могла быть принята или переведена ответчиком на основное место работы начальником отдела кадров на 1,0 ставки. Обстоятельства основного трудоустройства ФИО2 на полную ставку в ООО «Центр репродуктивного здоровья» ответчику и истцу по состоянию на 3 июля 2018 года были известны. 

Реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (статья 34, часть 1; статья 35, часть 2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения, обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.

Решение вопроса о распределении вакантных ставок между работниками, претендующими на них, относится к компетенции работодателя. Однако такое распределение возможно в соответствии с действующим законодательством на условиях заключенного трудового договора. 

Издание приказа № 5г-к от 3 июля 2018 года о переводе внешнего совместителя ФИО2 на работу в должности начальника отдела кадров на полную ставку при наличии имеющегося у нее основного места работы в ООО «Центр репродуктивного здоровья» без заключения каких-либо соглашений об условиях трудовой деятельности работника, не основано на нормах трудового законодательства.

Принимая во внимание установленные обстоятельства и требования трудового законодательства, приведенные выше, приказ № 371-к от 12 сентября 2018 года о признании приказа № 5г-к от 3 июля 2018 года о переводе внешнего совместителя ФИО2 на должность начальника отдела кадров на 1,0 ставку недействительным с констатацией ее работы в должности специалиста по кадрам на 0,5 ставки является обоснованным и законным и признанию недействительным не подлежит. 

Более того, нахождение ФИО2 в отпуске по беременности и родам с 13 июня 2018 года по 15 ноября 2018 года и в отпуске по уходу за ребенком в возрасте до 1,5 лет с 16 ноября 2018 года по 21 февраля 2020 года как по основному месту работы, так и по месту работы по совместительству, не повлияло на объем ее трудовых прав и социальных гарантий, которые ею были получены в полном объеме, независимо от произведенных сторонами действий. 

В соответствии со статьей 288 Трудового кодекса Российской Федерации помимо оснований, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, трудовой договор, заключенный на неопределенный срок с лицом, работающим по совместительству, может быть прекращен в случае приема на работу работника, для которого эта работа будет являться основной, о чем работодатель в письменной форме предупреждает указанное лицо не менее чем за две недели до прекращения трудового договора.

Судом установлено, что приказом от 24 декабря 2019 года № 65-л трудовой договор с ФИО2 от 3 июля 2017 года № 6 прекращен по основаниям статьи 288 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Заявление о приеме на работу ФИО6 представила в ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» 9 января 2020 года. Приказ о приеме на работу ФИО6 издан ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» 13 января 2020 года. 

Фактически прием на работу ФИО6 на должность специалиста по кадрам на 1,0 ставки осуществлен работодателем в то время, как увольнение истца уже было произведено. 

Это свидетельствует об отсутствии правовых оснований для расторжения трудового договора по статье 288 Трудового кодекса Российской Федерации с ФИО2

Кроме того, статьей 261 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрены гарантии лиц с семейными обязанностями при расторжении трудового договора, в частности, в части четвертой настоящей статьи содержится запрет на расторжение трудового договора по инициативе работодателя с женщиной, имеющей ребенка в возрасте до трех лет.

<

данные изъяты>

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 29 постановления от 28 января 2014 года № 1 «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних» разъяснил, что при расторжении трудового договора с женщинами, лицами с семейными обязанностями и несовершеннолетними, работающими по совместительству (за исключением лиц, совмещающих работу с получением образования, а также лиц, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях) по смыслу статьи 287 Трудового кодекса Российской Федерации на них распространяются в полном объеме гарантии, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами.

В этой связи, подлежит принятию во внимание довод истца о том, что на момент увольнения она являлась матерью малолетнего ребенка, не достигшего возраста трех лет. Соответственно, на нее распространялись гарантии для лиц с семейными обязанностями, предусмотренные при расторжении трудового договора.

Довод представителя ответчика о том, что увольнение по основанию, предусмотренному статьей 288 Трудового кодекса Российской Федерации, не является увольнением по инициативе работодателя, несостоятелен.

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя предусмотрены статьей 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, пункт 14 части первой указанной статьи в качестве оснований для расторжения трудового договора по инициативе работодателя предусматривает иные случаи, установленные настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

К такому случаю законодатель относит основание, предусмотренное статьей 288 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку именно работодатель самостоятельно принимает решение о принятии на работу по трудовому договору основного работника, что является причиной для расторжения трудового договора с работником-совместителем. Увольнение такого работника происходит по инициативе работодателя.

При таких обстоятельствах расторжение трудового договора с ФИО2 и ее увольнение по указанному выше основанию произведено ответчиком с нарушением в том числе и требований части 4 статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации, что влечет за собой признание увольнения истца незаконным и ее восстановление на работе на условиях внешнего совместительства в должности специалиста по кадрам на 0,5 ставки с 25 декабря 2019 года. 

В соответствии с частью 1 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Согласно части 9 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

При определении размера компенсации следует исходить из степени вины работодателя, а также степени причиненных истцу нравственных страданий, руководствуясь принципом разумности и справедливости. 

С учетом требований действующего законодательства, суд считает, что требования истца о взыскании в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей подлежат частичному удовлетворению. Исходя из установленных судом обстоятельств, разумной, обоснованной, отвечающей характеру причиненных нравственных истцу страданий, суд считает денежную компенсацию в размере 5000 рублей, которая подлежит взысканию с ответчика. 

Согласно статье 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации немедленному исполнению подлежит решение суда о восстановлении на работе и выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев.

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

С учетом требований части первой статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, статей 61.1, 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета городского округа Саранск государственная пошлина в размере 600 рублей (300 рублей (по требованию о компенсации морального вреда) + 300 рублей (по взаимосвязанным требованиям о признании недействительным приказа о прекращении трудового договора и восстановлении на работе)).

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, и руководствуясь статьями 194-199, 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО2 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Республики Мордовия «Мордовская республиканская стоматологическая поликлиника» о признании недействительными приказов ответчика № 371-к от 12 сентября 2019 года и № 65-л от 24 декабря 2019 года, о восстановлении на работе в должности начальника отдела кадров Государственного автономного учреждения здравоохранения Республики Мордовия «Мордовская республиканская стоматологическая поликлиника», о взыскании с ответчика в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей, удовлетворить частично.

Исковое требование ФИО2 о признании недействительным приказа Государственного автономного учреждения здравоохранения Республики Мордовия «Мордовская республиканская стоматологическая поликлиника» № 371-к от 12 сентября 2019 года оставить без удовлетворения.

Признать недействительным приказ Государственного автономного учреждения здравоохранения Республики Мордовия «Мордовская республиканская стоматологическая поликлиника» № 65-л от 24 декабря 2019 года о прекращении трудового договора с ФИО2, специалистом по кадрам, внешним совместителем на 0,5 ставки в связи с приемом на работу работника, для которого эта работа будет являться основной, статья 288 Трудового кодекса Российской Федерации.

Отказать ФИО2 в восстановлении на работе в Государственном автономном учреждении здравоохранения Республики Мордовия «Мордовская республиканская стоматологическая поликлиника», в должности начальника отдела кадров. 

Восстановить ФИО2 на работе в Государственном автономном учреждении здравоохранения Республики Мордовия «Мордовская республиканская стоматологическая поликлиника» в должности специалиста по кадрам на условиях внешнего совместительства на 0,5 ставки с 25 декабря 2019 года.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Республики Мордовия «Мордовская республиканская стоматологическая поликлиника» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 5000 (пять тысяч) рублей. 

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Республики Мордовия «Мордовская республиканская стоматологическая поликлиника» в доход бюджета городского округа Саранск государственную пошлину в сумме 600 (шестисот) рублей.

Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

На решение суда могут быть поданы апелляционная жалоба, представление прокурора в Верховный Суд Республики Мордовия через Ленинский районный суд 

<

адрес> Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Ленинского районного суда 

г. Саранска Республики Мордовия О.В. Селезнева

Мотивированное решение суда составлено 25 февраля 2020 года. 

Судья О.В. Селезнева