Судья Зарипов Т.Р. дело № 22-1096

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 марта 2020 года город Казань

Верховный Суд Республики Татарстан в составе 

председательствующего – судьи Марданова Р.Д., 

с участием

прокуроров Кокуйского А.В., ФИО1,

оправданного ФИО2 – посредством системы видео-конференц-связи,

защитников Гусева В.В., Гараевой С.И.,

при секретаре Шакировой Л.Р.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Кожевниковой Н.М. на приговор Приволжского районного суда города Казани от 27 декабря 2019 года, которым

ФИО2, 

<

данные изъяты>,

- оправдан по части 2 статьи 216 УК РФ в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.

За ФИО2 признано право на реабилитацию.

Заслушав мнение прокурора Кокуйского А.В., не поддержавшего доводы апелляционного представления, объяснение оправданного ФИО2 и выступления защитника Гусева В.В., Гараевой С.И., полагавших приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции 

установил:

ФИО2 органами предварительного следствия обвиняется в том, что, являясь учредителем и генеральным директором ООО «1», ООО «2», ООО «3», ООО «4 ООО «5», ООО «6», ООО «7», то есть организации, являющейся собственником здания, расположенного по адресу: 

<

адрес>, где был установлен обрабатывающий центр «Homag BOF 211 № 0-201-96-1062», будучи уведомлённым о том, что указанное оборудование, предназначенное для производства лестничных маршей, не введено в эксплуатацию в соответствии с эксплуатационной документацией завода изготовителя, непригодно для прямого использования и является опасным для проведения работ, дал указание М.М.Д.. и Г.В.Е.., которые в соответствии с трудовым законодательством осуществляли работу в должности операторов числового программного управления вышеуказанного оборудования, и у которых отсутствовали средства индивидуальной защиты, подключить обрабатывающий центр к электропитанию для последующего выполнения работ на данном станке по прямому назначению. 

При этом ФИО2, фактически выполнявший функции работодателя при организации работ на оборудовании «Homag BOF 211 № 0-201-96-1062», вопреки требованиям статьи 212 Трудового кодекса РФ, согласно которой обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, не организовал комплекс мероприятий, направленных на сохранение жизни и здоровья работников, в нарушении статьи 225 Трудового кодекса РФ и Постановления Минтруда РФ, Минобразования РФ от 13 января 2003 года № 1/29 «Об утверждении Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций», типовых норм выдачи средств индивидуальной защиты, утверждённых Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 22 июня 2009 года № 357н, положения «Обеспечение безопасности производственного оборудования» ПОТ РО – 14000 – 002 – 98, утверждённых Департаментом экономики машиностроения Министерства экономики РФ от 20 января 1998 года, допустил М.М.Д.., не прошедшего инструктажи по охране труда и технике безопасности, не имеющего знаний оператора числового программного управления, специальных навыков безопасного производства работ и правил безопасного использования оборудования, управления и правильной эксплуатации оборудования, осуществлять работы на не введённом в эксплуатацию и опасном для производства работ обрабатывающем центре «Homag BOF 211 № 0-201-96-1062». 

20 марта 2017 года М.М.Д.. во время проведения работ по производству лестничных маршей получил удар по голове от движущейся головной установки обрабатывающего центра «Homag BOF 211 № 0-201-96-1062», в результате чего ему был причинён тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в виде открытой травмы головы, от которого он скончался в медицинском учреждении. 

ФИО2 оправдан в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 216 УК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.

В суде первой инстанции ФИО2 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Кожевникова Н.М. просит приговор суда отменить и направить уголовное дело на новое рассмотрение в тот же в ином составе. В обоснование указывает, что вывод суда об отсутствии в действиях ФИО2 состава преступления не соответствует фактическим обстоятельствам по делу. Утверждает, что вывод суда о том, что обвинением не доказано, что имеется причинно-следственная связь между наступившими последствиями в виде смерти потерпевшего М.М.Д.. и действиями ФИО2 не основан на исследованных в судебном заседании доказательствах и сделан на основании неверной оценки собранных по делу доказательств. Поясняет, что судом за основу были взяты показания свидетелей обвинения в ходе судебного заседания, при этом дана неверная оценка их показаниям в ходе предварительного следствия, которые существенно отличаются от показаний в ходе судебного заседания. Считает, что анализ доказательств, приведенных в апелляционном представлении, указывает на то, что показания свидетелей П.С.И.. и Г.В.Е.., полученные в ходе предварительного следствия, согласуются с иными доказательствами по делу, и в полном объеме подтверждают тот факт, что всем производством руководил ФИО2, а также принимал потерпевшего М.М.Д.. на работу. Полагает, что к показаниям свидетелей К.А.П.., Г.П.В.., М.А.Г.., М.Г.Л.., С.Т.Г.. о том, что Б.И.Б.. якобы принимал заказы на производство работ необходимо отнестись критически.

В возражении на апелляционное представление государственного обвинителя Кожевниковой Н.М. адвокат Гусев В.В. в интересах оправданного ФИО2 просит приговор суда оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и возражение на него, суд апелляционной инстанции считает приговор суда законным, обоснованным и справедливым.

Согласно статье 49 Конституции РФ и статье 302 УПК РФ, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постанавливается лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

В апелляционном представлении апеллянтом предлагается собственная оценка доказательствам, исследованным в судебном заседании. 

Оценивая представленные органами следствия доказательства, суд пришел к убеждению, что указанное обвинение не нашло своего подтверждения, а представленные стороной обвинения доказательства не позволяют сделать вывод о виновности ФИО2 в инкриминируемом ему деянии.

К выводу об отсутствии в действиях ФИО2 состава инкриминируемого преступления суд пришел на основании всестороннего исследования с участием сторон в состязательном процессе всех доказательств. При этом суд привел в приговоре и дал оценку всем доказательствам, представленным стороной обвинения, в том числе и тем, на которые ссылается государственный обвинитель в апелляционном представлении.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о том, что в ходе судебного разбирательства не было добыто доказательств того, что ФИО2, по роду своей деятельности был связан с обрабатывающим центром «Homag BOF 211 № 0-201-96-1062», а также того, что М.М.Д. и Г.В.Е.. осуществляли трудовую деятельность под его руководством, и что он являлся лицом, обязанным соблюдать и обеспечивать соблюдение правил безопасности условий и охраны труда, правил безопасности на производстве при использовании вышеуказанного станка.

Кроме того, как правильно указал суд первой инстанции, отсутствуют какие-либо доказательства того, что работы на обрабатывающем центре «Homag BOF 211 № 0-201-96-1062» производились во исполнение распоряжений ФИО2, напротив, исходя из показаний многочисленных свидетелей, М.М.Д.. и Г.В.Е.. фактически выполняли работы по указаниям Б.И.Б.., который являлся представителем ООО «8», которое доставило в город Казань вышеуказанный обрабатывающий центр.

Помимо этого, не был доказан тот факт, что именно ФИО2 принял на работу и являлся работодателем М.М.Д.. и Г.В.Е.., выплачивал им заработную плату, являлся ответственным лицом за организацию мероприятий, направленных на сохранение жизни и здоровья данных работников, был обязан нести ответственность за организацию и производство работ на оборудовании «Homag BOF 211 № 0-201-96-1062», нарушил требования трудового законодательства Российской Федерации, а также норм и правил, направленных на обеспечение безопасных условий и охраны труда, безопасности производственного оборудования.

Как установлено в суде первой инстанции, ФИО2 является учредителем и генеральным директором ООО «1» и ряда иных организаций, то есть организаций, являющимися собственником помещений, расположенных по адресу: 

<

адрес>. При этом из договора о намерениях от 20 декабря 2016 года следует, что на ООО «1», кроме как предоставить производственные площади по указанному адресу, с последующим заключением договора аренды, каких-либо других обязанностей не возлагалось.

Напротив, вопросы поставки оборудования для производства лестничных маршей, произведение пусконаладочных работ с привлечением третьих лиц и подрядных организаций, поставку иного необходимого для работы оборудования, и заключения в последующем договора на производственную деятельность с ООО «9» были закреплены за ООО «8». 

Учитывая вышеизложенное, по мнению суда апелляционной инстанции, у суда не имелось оснований для уголовного преследования ФИО2 по части 2 статьи 216 УК РФ по факту причинения тяжкого вреда здоровью М.М.Д.., во время проведения работ на обрабатывающем центре «Homag BOF 211 № 0-201-96-1062», повлекшее по неосторожности его смерть. 

В судебном заседании исследованы имеющие значение по делу доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства. 

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов сторонам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или которые могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Суд дал оценку доказательствам, исследованным в ходе судебного разбирательства, в их совокупности, при этом указал основания, по которым одни доказательства приняты, а другие отвергнуты. Такая оценка произведена судом в соответствии с требованиями статей 87, 88, 307 УПК РФ, и тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией государственного обвинителя, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене судебного решения.

Кроме этого, при вынесении оправдательного приговора суд первой инстанции руководствовался и апелляционным постановлением Верховного Суда Республики Татарстан от 17 августа 2018 года, отменившим приговор Приволжского районного суда города Казани от 18 июня 2018 года, по которому ФИО2 был оправдан по части 2 статьи 216 УК РФ. 

Судебная коллегия отмечает, что поскольку в соответствии со статьей 14 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и все неустранимые сомнения толкуются в пользу обвиняемого, суд первой инстанции обоснованно и законно пришел к выводу об оправдании ФИО2 в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.

При таких обстоятельствах оснований для отмены приговора суда и направления уголовного дела на новое рассмотрение, о чем ставится вопрос в апелляционном представлении государственного обвинителя, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 38913, 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор Приволжского районного суда города Казани от 27 декабря 2019 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Кожевниковой Н.М. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в Шестой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья