Копия:

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Старый Оскол «19» апреля 2017 года

Старооскольский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Прокудина А.Ф.,

при секретаре судебного заседания Карапузовой О.Г.

с участием:

государственных обвинителей – заместителя Белгородского транспортного прокурора Л., старшего помощника Белгородского транспортного прокурора К.,

представителей потерпевших – Н. и Б.,

подсудимого ФИО1,

защитников – адвоката А., адвоката О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению ФИО1, не судимого,

в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 160 ч.3, 160 ч.3, 160 ч.3, 160 ч.3 УК РФ, 

установил:

ФИО1 органами предварительного расследования обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 160 ч.3, 160 ч.3, 160 ч.3, 160 ч.3 УК РФ, – присвоениях, то есть хищениях чужого имущества, вверенного виновному, с использованием своего служебного положения.

Согласно тексту предъявленного обвинения, приказом главного врача Федерального государственного учреждения здравоохранения « » № от 01.09.2008 года (которое в последующем переименовано в Федеральное бюджетное учреждение здравоохранения « » (далее ФБУЗ) на основании Федерального закона от 08.05.2010 года №85-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ и в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений», постановления Правительства РФ от 26.07.2010 года №539 «Об утверждении порядка создания, реорганизации, изменения типа и ликвидации федеральных государственных учреждений, а также утверждения уставов федеральных государственных учреждений и внесения в них изменений» и приказа руководителя Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 21.03.2011 года №284) ФИО1 назначен на должность главного врача Старооскольского филиала указанного учреждения.

В соответствии с пунктам 1, 5, 7-8 главы «Должностные обязанности» должностной инструкции главного врача Старооскольского филиала ФБУЗ « » (далее Старооскольский филиал) в обязанности ФИО1 входило: руководство в соответствии с действующим законодательством производственно-хозяйственной и финансово-экономической деятельностью филиала, неся всю полноту ответственности за последствия принимаемых решений, сохранности и эффективности использования имущества филиала, а также финансово-хозяйственные результаты его деятельности; обеспечение всех хозяйственных и трудовых договоров; принятие мер по обеспечению выполнения работниками филиала своих должностных обязанностей и правил внутреннего трудового распорядка, принятие мер по обеспечению филиала квалифицированными кадрами, рациональному использованию и развитию их профессиональных знаний и опыта; обеспечение правильного сочетания экономических и административных методов руководства.

ФИО1 при осуществлении своих должностных обязанностей главного врача, реализуя преступный умысел, направленный на хищение денежных средств, принадлежащих Старооскольскому филиалу, путем ежемесячного оформления фиктивных договоров гражданско-правового характера по уборке и охране помещений лаборатории Старооскольского филиала ФБУЗ « » (далее лаборатория) и актов на выполнение работы (услуги) к ним от имени М. и С., соответственно, которые не были осведомлены о преступных намерениях ФИО1, незаконно присваивал денежные средства, перечисленные на лицевые счета, оформленные на имена М. и С. за якобы выполненную работу.

Так, осознавая, что М. и С. не будут выполнять работы по уборке и охране указанных помещений, умышленно, незаконно используя свое служебное положение, из корыстных побуждений, с целью хищения вверенных ему денежных средств, принадлежащих филиалу бюджетного учреждения, в период с 01.11.2010 года по 31.03.2012 года подписал фиктивные договоры гражданско-правового характера и акты на выполнение работы (услуги) к ним, согласно которым М. якобы выполняла работы по уборке помещений лаборатории, а С. якобы выполнял услуги по охране помещений лаборатории, содержащие заведомо ложные сведения о фактическом выполнении М. и С. указанных работ, а также расчетно-платежные ведомости на начисление и выплату вознаграждения на имя М. и С., которые ФИО1 передавал в бухгалтерию Старооскольского филиала.

В период времени с 30.11.2010 года по 31.03.2012 года из фондов денежных средств, полученных Старооскольским филиалом от предпринимательской деятельности, на основании платежных поручений и реестров к ним были незаконно перечислены на открытые в Старооскольском дополнительном офисе № Белгородского отделения банка России, расположенном по адресу: 

<

...> лицевой счет, незаконно оформленный на М., денежные средства в сумме 62875 рублей, и лицевой счет, незаконно оформленный на С., денежные средства в сумме 103530 рублей.

Таким образом, за вышеуказанный период ФИО1, используя свое служебное положение, руководствуясь единым преступным умыслом, из корыстных побуждений, путем присвоения, похитил денежные средства путем перечисления на лицевые счета, незаконно оформленные на М. и С., на общую сумму 166405 рублей, которыми распорядился по своему усмотрению.

Кроме этого, ФИО1, реализуя свой преступный умысел на хищение денежных средств, принадлежащих Старооскольскому филиалу путем ежемесячного оформления фиктивных договоров гражданско-правового характера по уборке и охране помещений лаборатории и актов на выполнение работы (услуги) к ним от имени Д. и Ч., соответственно, которые не были осведомлены о преступных намерениях ФИО1, незаконно присваивал денежные средства, перечисленные на лицевые счета, оформленные на имена Д. и Ч. за якобы выполненную работу.

Так, осознавая, что Д. и Ч. не будут выполнять работы по уборке и охране указанных помещений, умышленно, незаконно используя свое служебное положение, из корыстных побуждений, с целью хищения вверенных ему денежных средств, принадлежащих филиалу бюджетного учреждения, в период с 01.04.2012 по 31.12.2014 года подписал фиктивные договоры гражданско-правового характера и акты на выполнение работы (услуги) к ним, согласно которым Д. якобы выполняла работы по уборке помещений лаборатории, а Ч. якобы выполнял услуги по охране помещений лаборатории, содержащие заведомо ложные сведения о фактическом выполнении Д. и С. указанных работ, а также расчетно-платежные ведомости на начисление и выплату вознаграждения на имя Д. и С., которые ФИО1 передавал в бухгалтерию Старооскольского филиала.

В период времени с 30.04.2012 года по 31.12.2014 года из фондов денежных средств, полученных Старооскольским филиалом от предпринимательской деятельности, на основании платежных поручений и реестров к ним были незаконно перечислены на открытые в Старооскольском дополнительном офисе № Белгородского отделения банка России, расположенном по адресу: 

<

...> лицевой счет, незаконно оформленный на Д., денежные средства в сумме 161384 рублей, и лицевой счет, незаконно оформленный на Ч., денежные средства в сумме 263610 рублей.

Таким образом, за вышеуказанный период времени ФИО1, используя свое служебное положение, руководствуясь единым преступным умыслом, из корыстных побуждений, путем присвоения, похитил денежные средства путем перечисления на лицевые счета, незаконно оформленные на Д. и Ч., на общую сумму 424994 рубля, которыми распорядился по своему усмотрению.

Также, 29.12.2012 года главный врач Старооскольского филиала ФИО1 умышленно, незаконно используя свое служебное положение, из корыстных побуждений, с целью хищения вверенных ему денежных средств, принадлежащих филиалу бюджетного учреждения, путем их присвоения, заведомо зная, что его супруга В. не будет исполнять трудовые функции в возглавляемом им филиале, издал приказ № от 29.12.2012 года о приеме на работу В. на должность юрисконсульта по основному месту работы с условиями труда, предусматривающими 5-дневную 20-часовую рабочую неделю.

В продолжение своего преступного умысла, направленного на хищение денежных средств филиала путем их присвоения, ФИО1 умышленно, незаконно используя свое служебное положение, ежемесячно в период времени с 31.01.2013 года по 30.06.2013 года утверждал табели учета рабочего времени, содержащие заведомо ложные сведения о фактическом нахождении на рабочем месте В., а также расчетно-платежные ведомости на начисление и выплату заработной платы В., фактически не осуществлявшей трудовые функции, которые передавал в бухгалтерию Старооскольского филиала. Затем из фонда заработной платы, финансируемого за счет средств Старооскольского филиала, на основании платежных поручений и реестров к ним были незаконно перечислены на открытый в Старооскольском дополнительном офисе № Белгородского отделения банка России лицевой счет В. денежные средства в сумме 27877 рублей 52 копеек.

14.06.2013 года ФИО1, действуя с единым преступным умыслом, приняв от В. заявление с просьбой установить последней заведомо незаконные условия труда, издал приказ № об изменении размера ставки последней, числящейся в учреждении в качестве юрисконсульта, но фактически трудовые функции не выполняющей, с 0,5 ставки на полную ставку с 17.06.2013 года, и устанавливающего В. заведомо незаконные условия труда, предусматривающие выполнение должностных обязанностей якобы в выходные дни, в рабочие дни после работы, и на дому, в связи с отсутствием возможности устроить ребенка в детское дошкольное учреждение.

Продолжая реализовывать свой преступный умысел, ежемесячно в период времени с 31.07.2013 года по 31.05.2015 года ФИО1 утверждал табели учета рабочего времени, содержащие заведомо ложные сведения о фактическом нахождении на рабочем месте В., а также расчетно-платежные ведомости на начисление и выплату заработной платы В., фактически не осуществлявшей трудовые функции, которые передавал в бухгалтерию Старооскольского филиала. На основании платежных поручений и реестров к ним из фонда заработной платы, финансируемого за счет средств Старооскольского филиала, были незаконно перечислены на открытый в Старооскольском дополнительном офисе № лицевой счет В. денежные средства в сумме 344079 рублей 55 копеек.

Таким образом, в период времени с 31.01.2013 года по 30.06.2015 года ФИО1 действуя единым преступным умыслом, незаконно используя свое служебное положение, из корыстных побуждений, путем присвоения, похитил денежные средства, принадлежащие Старооскольскому филиалу, в общей сумме 371957 рублей 07 копеек, которыми распорядился по своему усмотрению.

Кроме этого, ФИО1, наряду с должностью главного врача Старооскольского филиала, на основании приказа главного врача ФБУЗ № от 30.12.2011 года назначен по совместительству на должность врача по общей гигиене в отдел руководимого им филиала.

При осуществлении своих должностных обязанностей ФИО1, наделенный административно-хозяйственными и организационно-распорядительными полномочиями, достоверно зная, что правом начисления ему премий и стимулирующих выплат в соответствии с п.2.12 Положения о премировании работников ФБУЗ « », утвержденному 30.12.2011 года главным врачом ФБУЗ, обладает только главный врач ФБУЗ, реализуя преступный умысел на присвоение денежных средств, принадлежащих ФБУЗ и Старооскольского филиала, незаконно и необоснованно начислял сам себе стимулирующие надбавки и премии, в том числе по совмещаемой должности врача по общей гигиене.

Так, 08.11.2013 года главный врач ФИО1, действуя из корыстных побуждений, в нарушение своих должностных полномочий, заведомо незаконно издал приказ № от 08.11.2013 года «Об установлении стимулирующих надбавок в соответствии с Временным Положением по оценке показателей эффективности работы структурных подразделений филиала за первый квартал 2013 года», которым незаконно распорядился выплатить самому себе стимулирующую надбавку как врачу по общей гигиене в сумме 21462 рубля 03 копейки (в ходе судебных прений государственный обвинитель уменьшил объём обвинения, отказавшись от подержания обвинения в части начисления ФИО1 этим же приказом самому себе стимулирующей надбавки как главному врачу в сумме 4192 рубля 34 копейки).

В результате из фонда заработной платы, финансируемого за счет средств Старооскольского филиала ФБУЗ, на открытый в Старооскольском дополнительном офисе № Белгородского отделения банка России, расположенном по адресу: 

<

...> лицевой счет ФИО1 на основании платежного поручения и реестра к нему были перечислены денежные средства в сумме 21462 рубля 03 копейки, которыми последний распорядился по своему усмотрению. 

Действуя единым умыслом, направленным на хищение денежных средств, 23.12.2013 года ФИО1 издал заведомо незаконный приказ № от 23.12.2013 года «О премировании за счет фонда экономии бюджетных средств по итогам работы за 2013 год», которым без имевшихся к тому оснований незаконно премировал самого себя, как главного врача Старооскольского филиала указанного бюджетного учреждения на сумму 51572 рубля 68 копеек, и приказ № от 23.12.2013 года «О выплате стимулирующих надбавок за показатели эффективности работы во втором, третьем и четвертом квартале 2013 года», которым незаконно распорядился начислить самому себе стимулирующие надбавки как врачу по общей гигиене в сумме 59370 рублей 15 копеек и как главному врачу руководимого им филиала в сумме 29452 рубля 30 копеек.

В результате издания приказов на открытый лицевой счет ФИО1 на основании платежных поручений и реестров к ним были перечислены денежные средства из фонда заработной платы, финансируемого за счет средств ФБУЗ, в сумме 51572 рубля 68 копеек, а из фонда заработной платы, финансируемого за счет средств Старооскольского филиала, – 88822 рубля 45 копеек, которыми после снятия ФИО1 распорядился по своему усмотрению.

Таким образом, ФИО1, используя свое служебное положение, действуя единым преступным умыслом, из корыстных побуждений, путем присвоения, похитил денежные средства в сумме 166049 рублей 50 копеек, причинив имущественный вред ФБУЗ « » на сумму 51572 рубля 68 копеек, Старооскольскому филиалу ФБУЗ « » на сумму 110284 рубля 48 копеек (с учётом изменения объёма обвинения государственным обвинителем в судебных прениях).

Допросив подсудимого ФИО1, представителей потерпевших, свидетелей обвинения и защиты, огласив показания свидетелей Д. и Ч. в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, исследовав письменные и иные доказательства, имеющиеся в материалах уголовного дела, а также дополнительно представленные сторонами, суд установил следующие обстоятельства.

Приказом главного врача ФБУЗ № от 01.09.2008 года ФИО1 назначен на должность главного врача Старооскольского филиала ФБУЗ « ».

ФИО1, во исполнение своих должностных обязанностей главного врача, ежемесячно в период с 01.11.2010 года по 31.03.2012 года подписывал: договоры гражданско-правового характера по уборке и охране помещений лаборатории Старооскольского филиала ФБУЗ «» и акты на выполнение работы (услуги) к ним от имени М. и С., соответственно.

Кроме этого, ФИО1, также исполняя свои должностные обязанности, ежемесячно в период с 01.04.2012 по 31.12.2014 года подписывал: договоры гражданско-правового характера по уборке и охране помещений лаборатории Старооскольского филиала ФБУЗ « » и акты на выполнение работы (услуги) к ним от имени Д. и Ч., соответственно.

Помимо этого, он, 29.12.2012 года издал приказ № о приеме на работу В. на должность юрисконсульта по основному месту работы с условиями труда, предусматривающими 5-дневную 20-часовую рабочую неделю и выполнение должностных обязанностей ею в выходные дни, в рабочие дни после работы, и на дому, в связи с отсутствием возможности устроить ребенка в детское дошкольное учреждение. 14.06.2013 года ФИО1 издал приказ № об изменении размера ставки юрисконсульта, с 0,5 ставки на полную ставку с 17.06.2013 года. Также он ежемесячно в период времени с февраля 2013 года по май 2015 года (за исключением: за май и сентябрь 2013 года; февраль, апрель и сентябрь 2014 года) утверждал табели учета рабочего времени, содержащие сведения об отработанном В. времени.

Также, ФИО1, наряду с должностью главного врача Старооскольского филиала, на основании приказа главного врача ФБУЗ № от 30.12.2011 года назначен по совместительству на должность врача по общей гигиене в отдел руководимого им филиала.

При осуществлении своих должностных обязанностей ФИО1, не преследуя корыстной цели, издал приказы:

№ от 08.11.2013 года «Об установлении стимулирующих надбавок в соответствии с Временным Положением по оценке показателей эффективности работы структурных подразделений филиала за первый квартал 2013 года», которым распорядился выплатить самому себе стимулирующую надбавку как врачу по общей гигиене в сумме 21462 рубля 03 копейки;

- № от 23.12.2013 года «О премировании за счет фонда экономии бюджетных средств по итогам работы за 2013 год», которым премировал самого себя, как главного врача Старооскольского филиала указанного бюджетного учреждения на сумму 51572 рубля 68 копеек;

- № от 23.12.2013 года «О выплате стимулирующих надбавок за показатели эффективности работы во втором, третьем и четвертом квартале 2013 года», которым распорядился начислить самому себе стимулирующие надбавки как врачу по общей гигиене в сумме 59370 рублей 15 копеек и как главному врачу руководимого им филиала в сумме 29452 рубля 30 копеек.

При допросе в судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении инкриминируемых ему преступлений не признал.

Показал, что с 01.09.2008 года работает в Старооскольском филиале в должности главного врача филиала, а с 2011 года также и врачом по общей гигиене по совместительству. Должностные обязанности как главного врача были определены должностной инструкцией. В филиале имеется бухгалтерия, специалист по кадрам, санитарные отделы, юрист, водитель. В структуру Старооскольского филиала также входит санитарный участок, который осуществляет объем работы по профдезинфекции объектов РЖД на станции.

Контроль за работой бухгалтерии, которая осуществляет налоговые платежи, работу с банковскими счетами, распределением и начислением заработной платы, оплатой услуг по договорам, включая договоры гражданско-правового характера на разные виды работ и актов к ним, вела главный бухгалтер Е. в соответствии со своими должностными обязанностями.

Ввиду отсутствия познаний в области бухгалтерии, он не контролировал главного бухгалтера Е., работавшую в указанной должности и до него, во многих вопросах доверял ей, в том числе при расчёте и выплате заработной платы, как ему, так и сотрудникам филиала. Расчётами заработной платы всегда занималась Е., этот вопрос никому не доверяла, даже находясь в отпуске. На компьютере Е. стоял пароль, известный лишь ей.

Оформлением М. и С. на работу уборщицей и сторожем помещений участка, соответственно, занималась главный бухгалтер Е. В конце 2010 года она довела до его сведения жалобы работниц участка – К1. и Т., поступавшие ей (Е.), что им приходится самостоятельно убираться в помещении лаборатории. В связи с этим необходимо было принять на работу уборщицу помещений, а также сторожа, поскольку ФБУЗ требовало обеспечения охраны зданий. 

В приемной главного врача имелась папка «На подпись», в которую, по мере необходимости, складывалась вся документация от работников филиала, требующая его подписи, как главврача. При подписании договоров и актов выполненных работ по уборщице и сторожу участка, он обратил внимание на их фамилии – М. и С. Ранее они работали в участке фельдшером-лаборантом и бактериологом, соответственно, после ушли на пенсию. После этого лично они к нему для трудоустройства не обращались. Каких-либо подозрений у него не возникло. М. и С. зарекомендовали себя положительно.

Предоставляемые ему на подпись договоры оказания услуг и акты выполненных работ он подписывал первым. Затем возвращал документы в папку «На подпись». Вторая сторона по договору – работник подписывал договор в конце месяца, при получении заработной платы, так было заведено в филиале. Практика по заключению договоров сроком на 1 месяц со сторожами была в филиале и ранее, до того, как он стал руководить Старооскольским филиалом. Дальнейшую судьбу данных документов, а также фактическое выполнение работ по договорам оказания услуг, он не контролировал. Периодически приезжая на участок по работе, жалоб на уборку помещений от К1. и Т. ему не поступало. Сторожа не видел, так как приезжал в г. в дневное время.

О фиктивности договоров с М. и С. он не знал. Инициатором этих договоров была Е., она их готовила. Гербовая печать филиала всегда хранилась в ящике стола в кабинете главного бухгалтера Е. Печать на документы ставилась после его подписи.

Лично он, как главврач, не требовал от работников при увольнении сдавать в организацию свои зарплатные банковские карты. О возврате М. и С. при выходе на пенсию своих карт в филиал, а также, что на них позднее были оформлены банковские карты, ему стало известно в ходе следствия. С банковских карт М. и С. он денежные средства не снимал и не присваивал.

Весной 2012 года завхоз филиала или главный бухгалтер сообщили ему, что в качестве уборщицы и сторожа помещений участка требуются другие люди, поскольку прежние работники уволились. Кто конкретно занимался поиском работников, он не знает, но вскоре главный бухгалтер Е. ему сообщила, что нашла новые кандидатуры на место сторожа и уборщицы помещений. Ими оказались Д. и Ч. Указанные работники к нему для трудоустройства не обращались. О том, что Ч. является соседом Е., ему стало известно в ходе проведения очной ставки на следствии. Как и ранее, он лишь подписывал договоры на оказание услуг, которые ему передавались через папку «На подпись». Доверенности на получение банковских карт, выпущенных банком на имя Д. и Ч., он не выдавал. Денежные средства с банковских карт указанных работников, он не снимал. Кто присвоил эти деньги ему неизвестно. В дни снятия в банкоматах г. денежных средств с карт указанных лиц, он находился в различных местах: на рабочем месте, в командировках в г., в районе, в г., что также подтверждается сведениями о местонахождении базовых станций, фиксировавших нахождение его телефонного номера, полученными в ходе предварительного расследования. 05.12.2013 года по рабочим вопросам он действительно ездил в г. вместе с главным бухгалтером Е. и другими работниками филиала. Ему известно, что в пользовании Е. на тот момент имелось более 5 телефонных номеров.

В 2012 году в штатном расписании филиала были изменения, появилась свободная ставка юриста. Ранее в филиале юристом работала В. по аутстаффингу (договору оказания услуг по предоставлению персонала с ООО « »), затем ушла в декретный отпуск. В декабре 2012 года она была принята на 0,5 ставки юриста, а с июня 2013 года переведена на полную ставку, с выполнением работы на дому, дистанционным путем, в связи с наличием малолетнего ребенка и отсутствием возможности устройства его в детский сад. В ее должностные обязанности входило: проверка договоров об оказании услуг, как филиалом, так и филиалу, при необходимости подготовка текста договоров, представительство в суде и прочее. Документы, которые требовали правового анализа привозились ей на дом или передавались посредством электронных носителей, а так же лично им в обеденный перерыв. Кроме того, В. в рабочее время и в вечернее время на работе проверяла договоры, осуществляла работу непосредственно на компьютере, установленного в его служебном кабинете. В обязанности юриста не входило обязательное визирование договоров перед их заключением. С 2015 года юрист стала входить в состав комиссии по закупкам материалов для нужд филиала. 

Утверждал, что работа юристом выполнялась. В качестве примера сообщил, что в 2013 году в пристройке к гаражам, после новогодних праздников, был прорыв отопительной системы по вине энерго, обслуживающего филиал. В. вела претензионную переписку с указанной организацией, после чего участок поврежденной отопительной системы был восстановлен работниками энерго на безвозмездной основе. 

В филиале ни для кого не было секретом, что юрист работает на дому, что подтверждается единым табелем учета рабочего времени, в котором расписывались все работники лично.

В. оплату за выполненную работу получала на банковскую карту, оформленную на нее ею самой в отделении банка. Её средства в виде заработной платы юриста он не похищал. 

В июле 2013 года главврачом ФБУЗ было утверждено Временное Положение по оценке показателей эффективности работы структурных подразделений учреждения (филиала). Оценку эффективности работы необходимо было производить с января 2013 года, а денежные средства из бюджета на выплату стимулирующей надбавки по дорожным картам по категориям работников согласно указанному Положению поступили лишь в ноябре-декабре 2013 года. Расчёты производились по балльной системе, затем бухгалтерией рассчитывалась стоимость одного балла и выводилась сумма выплаты на конкретного работника. После этого готовился приказ на выплату стимулирующей надбавки.

На него, как на врача по общей гигиене расчеты осуществлял помощник санитарного врача З., исполнявший на тот момент обязанности заведующего отделом, исходя из выполненных объемов государственного задания и его (ФИО1) участия в них, что отражено в ежеквартальных дорожных картах.

Утверждал, что денежные средства, выплаченные ему за работу врачом по общей гигиене, он заработал при выполнении объемов проводимых исследований и измерений, а также всевозможных экспертиз на объектах запланированных в госзадании на 2013 год. Приказ по филиалу о выплате стимулирующих надбавок, в том числе и ему как совместителю, был подготовлен филиалом в связи с тем, что практики по выплатам по дорожным картам ранее не было, а сумма была перечислена в филиал за весь год работы и без приказа главврача А1. на такую выплату. Допускает, что при начислении и выплате ему как врачу по общей гигиене стимулирующей надбавки была неумышленно нарушена процедура оформления указанной выплаты, то есть в отсутствие приказа главврача ФБУЗ, так как на тот момент правильность такого оформления никто не знал. Вместе с тем, никакого ущерба учреждению им нанесено не было. Средства были им заработаны, а не присвоены.

Относительно денежных средств, полученных им в виде стимулирующей надбавки как главврачом филиала, указал, что на указанные выплаты имелись приказы главврача А1. за 2013 год, а именно №№. В данном случае никаких нарушений допущено не было.

В декабре 2013 года главный бухгалтер Е. сообщила об образовавшейся экономии бюджетных средств, в связи с тем, что на протяжении года в штатном расписании филиала находились свободные, не занятые бюджетные ставки, на которые перечислялось финансирование. Ранее такая экономия не образовывалась. Главный бухгалтер сообщила ему, что узнавала в других филиалах, как поступать в этом случае – деньги можно распределить между работниками филиала, находящимися на бюджетном финансировании. Она произвела расчет между всеми работниками, включая и его (ФИО1), как врача по общей гигиене. Сомнений в правильности действий главного бухгалтера у него не было. Кроме этого, согласно положению о премировании главврач филиала вправе был премировать своих работников. Руководствуясь этим, он ошибочно считал, что имел право выплатить данную премию себе, как врачу по общей гигиене, наравне с другими работниками филиала. В настоящее время он возместил в кассу филиала в полном объёме сумму денежных средств, полученную по приказу № от 23.12.2013 года «О премировании за счет фонда экономии бюджетных средств по итогам работы за 2013 год», так как намерений похищать данные средства у него не было.

Оценивая показания ФИО1, которые согласуются с иными доказательствами, суд признаёт их достоверными и достаточными для разрешения уголовного дела.

Государственными обвинителями в обоснование вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ, – присвоение денежных средств, перечисленных на банковские карты М. и С., представлены следующие доказательства.

Представитель потерпевшего ФБУЗ « » Н. показал, что обстоятельства трудоустройства М. и С. ему известны из материалов уголовного дела.

Б., работающий с 18.07.2016 года по внешнему совместительству главврачом Старооскольского филиала и признанный представителем потерпевшего, сославшись, что события, инкриминируемых деяний ФИО1, происходили до назначения его на указанную должность, в связи с чем причинён ли ущерб Старооскольском филиалу при трудоустройстве М. и С., пояснить не может.

Н1. утверждала, что её мать М. работала химлаборантом санитарного участка Старооскольского филиала ФБУЗ. 28.11.2008 года уволилась в связи с выходом на пенсию и более нигде не работала. О трудоустройстве М. и выполнении ею работ по уборке помещений санитарного участка в период с 01.11.2010 года по 01.03.2012 года ей стало известно от следователя.

С. сообщил, что до февраля 2010 года – до момента ликвидации баклаборатории, работал врачом-бактериологом санитарного участка Старооскольского филиала ФБУЗ. Уже находясь на пенсии, в марте 2010 года он и М. по указанию руководства филиала, передали через Ш. свои зарплатные банковские карты вместе с пин-кодами к ним в Старооскольский филиал ФБУЗ. Сторожем на данном участке он не работал, в том числе в период с 01.11.2010 года по 01.03.2012 года, никаких договоров об этом не подписывал. О факте своего трудоустройства в указанное время сторожем помещений ему стало известно от сотрудников полиции. М, с которой он до её смерти в феврале 2015 года поддерживал связь, ему не сообщала, что выполняла работы по уборке помещений Валуйского санитарного участка. 

Ш. показала, что до сентября 2010 года работала помощником санитарного врача участка, являлась материально-ответственным лицом участка. В марте-апреле 2010 года по требованию кого-то из бухгалтерии филиала (либо главного бухгалтера Е., либо бухгалтера Я.) она собрала у М. и С. их зарплатные банковские карты, которые они передали ей с пин-кодами, и посредством почтовой экспедиции отправила в филиал г., так как ей пояснили, что карты являются собственностью организации. После ухода М. и С. на пенсию и до сентября 2010 года на участке они больше не работали. О выполнении ими работ по уборке и охраны помещений с 01.11.2010 года по 01.03.2012 года ей ничего не известно.

К1. и Т., работающие меддезинфекторами участка, заявили в суде, что после выхода М. и С. на пенсию они не работали в участке. До января 2015 года охрану помещений участка никто не осуществлял, а уборка помещений участка осуществлялась ими самостоятельно. С января 2015 года по август 2016 года работали по совместительству: К1. – сторожем, а Т. – уборщицей помещений. С каждой из них был заключён главврачом филиала договор гражданско-правового характера о выполнении указанных работ.

Е., главный бухгалтер Старооскольского филиала ФБУЗ с 2005 года по май 2016 года, показала, что занималась составлением отчётов, ведением первичной документации, начислением заработной платы и пр. При необходимости на основании доверенности, выданной ей главврачом филиала, она получала в отделении банка банковские карты, выпущенные на сотрудников филиала, для начисления на указанные карты заработной платы. Затем банковские карты она передавала либо работникам, на чьё имя они выпущены, либо главврачу. Не исключает, что таким образом могла получить банковские карты на работников санитарного участка, в том числе М. и С. В период её работы требования сдавать банковские карты при увольнении к работникам руководством филиала не предъявлялось. М. и С. до выхода на пенсию работали на санитарном участке фельдшером и врачом-бактериологом, соответственно. О работе М. и С. после этого уборщицей и сторожем на том же участке ей было известно из документов, которые ей представлялись для начисления заработной платы (ежемесячные договоры, акты выполненных работ). Кто готовил на указанных лиц такие документы, не знает. Считает, что их подготовкой могли заниматься работники отдела кадров. На период отпуска Е. обязанности главного бухгалтера исполняла Я. Также подтвердила свои показания на предварительном следствии, оглашённые защитником подсудимого в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, в части того, что были случаи, когда она, по указанию главврача ФИО1, подготавливала договоры гражданско-правового характера, среди которых могли быть и на имя М. и С. (т.11 л.д.7).

Г., специалист по кадрам Старооскольского филиала ФБУЗ с 2004 года по апрель 2013 года, сообщила, что в её обязанности входило, в том числе, ведение кадрового делопроизводства в филиале и на участке, ведение табеля учёта рабочего времени, подготовка проектов приказов, должностных инструкций работников, договоров на выполнение работ. Показала, что сотрудники санитарного участка М. и С. после выхода на пенсию в 2008 году и 2010 году, соответственно, более не трудоустраивались на указанный санитарный участок. Документов об этом на М. и С. она не готовила. В филиале был установлен следующий порядок подписания документов главврачом ФИО1: проекты договоров и прочие документы складывались в общую папку «На подпись», которая находилась в приёмной, из которой, подписанные документы разбирались исполнителями самостоятельно. 

С1. работала с апреля 2013 года по апрель 2015 года специалистом по кадрам Старооскольского филиала ФБУЗ. М. и С., как работники филиала, ей не знакомы.

Из показаний Б1., которая с 2003 года по август 2014 года работала в должностях бухгалтера-кассира, бухгалтера, экономиста, следует, что в различные периоды работы она вела практически всю бухгалтерию, осуществляла выдачу из кассы наличных денежных средств за работы, выполненные по договорам гражданско-правового характера (охрана и уборка здания филиала в г. ), за исключением начисления заработной платы, чем занималась только главный бухгалтер Е. Ей известны М. и С., но только как химлаборант и врач-бактериолог санитарного участка Старооскольского филиала ФБУЗ, соответственно. О работе указанных лиц в качестве уборщицы и сторожа помещений ей ничего не известно.

Я. в период с 22.03.2006 года по 21.12.2015 года работала в должности бухгалтера. Показала, что начислением и выплатой заработной платы занималась главный бухгалтер Е. с использованием программного обеспечения 1С. Списки работников (реестр по заработной плате) передавался в банк на флэш-носителе в закодированном виде. О необходимости сдавать по требованию руководства филиала зарплатные банковские карты в организацию при увольнении работника она ничего не знает, такого требования не слышала. О том, что сотрудники санитарного участка М. и С., после выхода их на пенсию вновь устраивались на указанный участок для работы уборщицей и сторожем помещений ей ничего не известно. Договоры гражданско-правового характера на оказание услуг и акты выполненных работ готовили либо работники отдела кадров, либо главный бухгалтер.

П., работавшая в филиале завхозом с 2007 года по июнь 2013 года, показала, что в её обязанности входило обеспечение материально-технической оснащённости филиала, контроль за работой сторожей филиала, которые работали на основании договоров гражданско-правового характера заключаемых с ними на месяц. Подготовкой таких договоров занимался отдел кадров. Кем составлялись акты выполненных работ она не знает. Утверждала, что в период её работы сторожей на санитарном участке не было. Работники участка М. и С. после ухода на пенсию уборкой и охраной помещений участка не занимались. Уборку помещений осуществляли самостоятельно меддезинфекторы. 

З., помощник врача по общей гигиене с 2007 года по настоящее время, показал, что уборка помещений санитарного участка осуществляется меддезинфекторами К1. и Т. О работе М. и С. на указанном участке уборщицей и сторожем ему ничего не известно.

С2., работавший с октября 2012 года по август 2014 года водителем Старооскольского филиала ФБУЗ, показал, что по указанию главврача осуществлял перевозку врачей, бухгалтеров, завхоза, секретаря. Бывали поездки и на санитарный участок, где находясь, в том числе и в вечернее время, сторожей он там не видел. Поскольку его не устроила заработная плата, он уволился. Обстановка в коллективе была напряжённая, в связи с низкой оплатой труда.

Р. и К2., с 2010 года работающие сторожами филиала, показали, что указанную работу осуществляют по договорам гражданско-правового характера, заключаемым с ними ежемесячно. Заявление о приёме на работу они передавали завхозу. В договорах и актах выполненных работ они расписывались в конце месяца, как и в ведомостях при получении оплаты. О работе сторожей санитарного участка им ничего не известно.

Работавшие сторожами Старооскольского филиала ФБУЗ: Д1. – с мая по июнь 2011 года, И. и М1. – в 2012 году, А2. – с августа 2011 года по июль 2012 года, указали аналогичный Р. и К2. порядок оформления их на работу и получения оплаты труда. По работе они не контактировали со сторожем санитарного участка.

М2., с октября 2014 по июль 2015 года руководитель подразделения – отдела ОЭБ и ПК ЛО МВД России на транспорте, сообщил суду о поступлении оперативной информации, а позднее и жалобы работников Старооскольского филиала о злоупотреблениях главврача филиала ФИО1, в связи с чем проводились мероприятия. Результаты доследственной проверки были переданы в следственный орган. 

Щ., ведущий юрисконсульт отделения № ПАО банк России, показал, что между банком и Старооскольским филиалом ФБУЗ был заключён договор на обслуживание клиентов по заработной плате, в рамках которого производился выпуск банковских карт. Согласно распоряжению главврача филиала ФИО1, он единолично распоряжался денежными средствами филиала, предназначавшимися для выплаты заработной платы работникам организации. Несмотря на то, что в данном случае нет никаких нарушений, однако ситуация является странной, так как обычно в организациях такого рода документы подписываются руководителем и главным бухгалтером, который отвечает за обоснованность начисления заработной платы. Согласно мемориальным ордерам на выдачу банковских карт на имя М. и С., после их перевыпуска в связи с истечением срока их действия, они были получены 21.10.2011 года главным бухгалтером филиала Е. по доверенности, выданной главврачом филиала. Карты на указанных лиц были действующими до 30.09.2014 года, после этого в отделение банка не сдавались и новые не выдавались. Указанные доверенности в архиве банка не сохранились в связи с неоднократной реорганизацией отделения. 

Показания Щ. подтверждаются документами, изъятыми на основании постановления суда о производстве выемки документов, содержащих информацию о вкладах и счетах в банке (т.17 л.д.146-148) в ходе выемки в отделении № ПАО банк России (протокол выемки т.17 л.д.151-158), которые были осмотрены протоколом осмотра документов (т.17 л.д.159-161), а также документами, представленными отделением банка по запросу следователя (т.12 л.д.84-86).

Оценивая показания свидетелей, суд признает их допустимыми, достоверными, и приходит к следующим выводам.

Фактически М. и С. в период с 01.11.2010 года по 31.03.2011 года в качестве уборщицы и сторожа помещений санитарного участка Старооскольского филиала ФБУЗ, соответственно, не работали, о чём категорично утверждали как сам С., так и дочь М. – Н1.

Свидетелям Ш., К1., Т., Г., Б1., Я., П. и З. известны М. и С. лишь как химлаборант и врач-бактериолог санитарного участка Старооскольского филиала ФБУЗ. О работе указанных лиц уборщицей и сторожем помещений они не знали. Документы о трудоустройстве М. и С., которые могли попасть в их распоряжение в силу исполнения трудовых обязанностей, они не видели.

В свою очередь именно из документов, как следует из показаний подсудимого ФИО1, которые не подвергались критике государственными обвинителями, ему было известно о работе М. и С. в качестве уборщицы и сторожа помещений участка. Он не отрицал, что подписывал договоры, которые ему передавались через папку «На подпись», об оказании таких услуг данными лицами. Инициатором заключения договоров была Е., подтвердившая в свою очередь, что могла готовить данные документы, но по указанию главврача ФИО1, что последним в суде отрицалось.

Вместе с тем Г., в обязанности которой входило обеспечение кадрового делопроизводства, в том числе и в отношении работников участка, подготовкой документов в отношении М. и С. не занималась.

Показания подсудимого полностью согласуются с показаниями Б1. и Я. утверждавших, что начислением и выплатой заработной платы занималась исключительно главный бухгалтер Е. Только она, используя программное обеспечение, готовила списки работников (реестры по заработной плате), которые передавались в банк на флэш-носителе в закодированном виде.

Данное обстоятельство не опровергалось и самой Е., которая также свидетельствовала, что о работе М. и С. в качестве уборщицы и сторожа помещений участка, ей было известно из документов (договоры гражданско-правового-характера и акты на выполненные работы), по которым она производила начисление оплаты М. и С.

В ходе предварительного следствия не добыты и дополнительно в судебном заседании не представлены доказательства того, что ФИО1 фактически осуществлял удостоверение электронной цифровой подписью главного врача филиала списков на начисление заработной платы сотрудникам филиала, в частности М. и С., то есть распоряжался денежными средствами филиала, а также у кого находилась данная цифровая подпись. Указанное обстоятельство, с учётом пояснений свидетеля Щ., порождает определенные сомнения в виновности подсудимого ФИО1 в части выводов обвинения о передаче им лично в бухгалтерию Старооскольского филиала расчетно-платежных ведомостей на начисление и выплату вознаграждения на имя М. и С. В данной части показания подсудимого о том, что начислением заработной платы занималась Е., подтверждаются показаниями свидетелей, которые также указывали, что зашифрованные списки на флэш-носителях передавались Е. в банк для зачисления на карты работникам.

Стороной защиты в качестве доказательства представлены показания У., работающей главным бухгалтером филиала с 26.05.2016 года, до неё в указанной должности работала Е., которая свидетельствовала, что на компьютере главного бухгалтера уже была установлена программа 1С, её компьютер является для этой работы главным, с ограниченным правом доступа других бухгалтеров.

Банковские карты с пин-кодами к ним, открытые на имя М. и С., в марте-апреле 2010 года были переданы Ш. в бухгалтерию филиала.

Однако ни Е., ни Я., которые по свидетельствам Ш., требовали передачи карт на имя М. и С. в филиал, данный факт не подтвердили.

Банковские карты на имя М. и С., после их перевыпуска банком, получены 21.10.2011 года главным бухгалтером филиала Е. по доверенности, выданной главврачом филиала, что она подтвердила в суде. Однако указанные доверенности в отделении банка не сохранились. Подсудимый отрицал, что выдавал Е. данные доверенности.

Таким образом, в ходе предварительного, а также судебного следствия не установлено, кто в марте-апреле 2010 года получил карты на имя М. и С., адресованные в бухгалтерию Старооскольского филиала, кто конкретно ими пользовался, а также кто ими продолжал пользоваться после их перевыпуска банком в октябре 2011 года, в том числе снимал с них денежные средства. Фиксировалась ли передача Е. полученных ею карт их владельцам либо руководителю филиала, как она утверждала, когда и каким образом, также не установлено.

Достоверных свидетельств получения подсудимым банковских карт на имя М. и С. и владения ими материалы уголовного дела не содержат, дополнительно суду не представлено, что исключает вывод о хищении подсудимым денежных средств с карт, открытых на указанных лиц.

В порядке ст.284 УПК РФ государственными обвинителями представлены вещественные доказательства, анализируя которые, суд также приходит к выводу о невиновности ФИО1 в совершении преступления.

Согласно материалам личного дела, изъятого протоколом выемки в ФБУЗ « », осмотренного протоколом осмотра (т.17 л.д.233-234, фототаблица л.д.235-236), ФИО1 с 01.09.2008 года принят на должность главного врача Старооскольского филиала и с ним заключён трудовой договор.

Протоколом осмотрены книги с договорами гражданско-правового характера за 2010 год, 2011 год и 2012 год, которые прошиты, пронумерованы, скреплены пояснительными записками с подписью главного бухгалтера Е. Среди прочих документов в книгах содержатся:

- договоры, заключённые от имени главврача филиала ФИО1 и М. о выполнении последней работ по уборке помещений лаборатории, с актами на выполнение работ, содержащие подписи от имени указанных лиц. Договоры заключались ежемесячно в период с 01.11.2010 года до 01.03.2012 года;

- договоры, заключённые от имени главврача филиала ФИО1 и С. о выполнении последним работ в качестве сторожа помещений лаборатории, с актами на выполнение работ, содержащие подписи от имени указанных лиц. Договоры заключались ежемесячно в период с 01.11.2010 года до 01.03.2012 года (т.18 л.д.159-262).

Согласно выводам почерковедческих судебных экспертиз:

- заключение № от 27.01.2016 года – подписи от имени С., расположенные в договорах гражданско-правового характера и актах на выполнение работ за период времени с 01.11.2010 года по 31.03.2012 года, вероятно выполнены не С., а другим лицом (т.15 л.д.79-82);

- заключение № от 10.02.2016 года – подписи от имени главного врача ФИО1, расположенные в договорах гражданско-правового характера и актах на выполнение работ, заключенных с М. и С., за период времени с 01.11.2010 года по 31.03.2012 года, выполнены ФИО1 (т.15 л.д.120-124). 

Указанное обстоятельство им не отрицалось в судебном заседании.

Протоколом осмотра предметов (документов) осмотрены изъятые в отделении банка оригиналы мемориальных ордеров на выдачу банковских карт на имя М. и С., где в графе лицо, получившее указанные карты, стоит подпись от имени Е. (т.18 л.д.74-76, фототаблица л.д.77-79).

Заключениями бухгалтерских судебных экспертиз установлены размеры выплаченных средств: 

- № от 24.03.2016 года – за период времени с 01.11.2010 года по 31.03.2012 года Старооскольским филиалом ФБУЗ « » работнику М. в виде оплаты по договору подряда (за выполнение работ по уборке помещений по договорам гражданско-правового характера) начислены денежные средства в общей сумме 72270 рублей, удержан НДФЛ в общей сумме 9395 рублей. Путем перечисления на карточный лицевой счет № М. за период с 01.11.2010 года по 31.03.2012 года выплачены денежные средства в общей сумме 62875 рублей (т.16 л.д.7-16);

- № от 24.03.2016 года – за период времени с 01.11.2010 года по 31.03.2012 года Старооскольским филиалом ФБУЗ « » работнику С. в виде оплаты по договору подряда (за выполнение работ по охране помещений по договорам гражданско-правового характера) начислены денежные средства в общей сумме 119000 рублей, удержан НДФЛ в общей сумме 15470 рублей. Путем перечисления на карточный лицевой счет № С. за период с 01.11.2010 года по 31.03.2012 года выплачены денежные средства в общей сумме 103530 рублей (т.16 л.д.47-56).

Согласно сведениям, изъятым в ПАО «банк России» (т.7 л.д.185-188, т.12 л.д.30-32, 44, 59-61, 67-74), содержащим информацию о движении денежных средств по банковским картам: № (счет №) открытой на имя М. и № (счет №) открытой на имя С., осмотренным протоколом осмотра предметов (т.18 л.д.81-87, т.19 л.д.15-25), установлено, что денежные средства с указанных банковских карт снимались с небольшим разрывом во времени, как правило, не превышающем 1-5 минут в различных банкоматах г. в период с 16.12.2010 года по 27.04.2012 года.

Протоколы следственных действий составлены уполномоченными должностными лицами, существенных нарушений норм УПК РФ при их составлении не допущено. 

Выводы проведенных в рамках уголовного дела экспертиз научно обоснованы, их правильность и объективность сомнений у суда не вызывает, они основаны на непосредственном исследовании материалов уголовного дела, документов и предметов.

Кроме этого, в качестве доказательств виновности подсудимого государственными обвинителями представлены:

- протокол осмотра предметов, которым осмотрен оптический DVD-R диск, содержащий видеозаписи оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение», проводимого в период с 27.07.2016 года по 29.07.2016 года, в ходе которого установлено, что в каждый из трех вышеуказанных дней с 20 часов до 00 часов здание санитарного участка никто не посещал (т.19 л.д.10-13);

- заключение эксперта № от 12.07.2016 года, согласно выводам которого подписи от имени М., расположенные в договорах гражданско-правового характера и актах на выполнение работ за период времени с 01.04.2012 года по 30.12.2012 года, выполнены не М., а другим лицом (т.16 л.д.98-102);

- протокол осмотра детализации телефонных переговоров абонентского номера, находящегося в пользовании С., за период с 12.12.2013 года по 31.12.2015 года (т.13 л.д.43-53).

Указанные доказательства суд признает не имеющими отношения к уголовному делу, поскольку согласно обвинению, периодом инкриминируемого ФИО1 преступления, связанного с присвоением денежных средств путём перечисления на банковские карты М. и С., является период с 30.11.2010 года по 31.03.2012 года.

Таким образом, лишь показания Е.: о подготовке по указанию ФИО1 договоров и актов на выполненные работы на имя М. и С.; о получении банковских карт по доверенностям, выданным ей главврачом ФИО1, которые не подтверждены совокупностью иных, представленных обвинением, доказательств, не свидетельствуют о виновности подсудимого в совершении преступления.

Вывод обвинения о виновных действиях ФИО1, а именно, что он подписал фиктивные договоры гражданско-правового характера и акты на выполнение работы (услуги) к ним, согласно которым М. якобы выполняла работы по уборке помещений лаборатории, а С. якобы выполнял услуги по охране помещений лаборатории, содержащие заведомо ложные сведения о фактическом выполнении М. и С. указанных работ, а также расчетно-платежные ведомости на начисление и выплату вознаграждения на имя М. и С., которые ФИО1 передавал в бухгалтерию Старооскольского филиала, не основан на материалах дела, совокупностью исследованных судом доказательств не подтверждён.

В силу требований ч.4 ст.302 УПК РФ обвинительный приговор постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств. 

Таких доказательств стороной обвинения представлено не было. 

Все исследованные в судебном заседании доказательства, как отдельно, так и в совокупности, не подтверждают факт хищения главным врачом филиала ФИО1 денежных средств, зачисляемых на счета и банковские карты на имя М. и С., и не доказывают его виновность в этом, в том числе с использованием служебного положения.

В силу требований ст.ст. 14 ч.4, 302 ч.4 УПК РФ предположение о виновности лица в совершении преступления при отсутствии достоверных доказательств не может служить основанием для вынесения обвинительного приговора.

Принимая во внимание, что бремя опровержения доводов стороны защиты лежит на прокуроре, которым утверждения подсудимого, что: он не располагал сведениями о фиктивности договоров с М. и С., вопросами начисления заработной платы занималась главный бухгалтер, не выдавал доверенности Е. для получения банковских карт на указанных лиц, их банковскими картами не владел и денежные средства с них не снимал и не присваивал, не опровергнуты, в связи с чем, ФИО1 подлежит оправданию по преступлению, квалифицированному государственным обвинителем по ч.3 ст.160 УК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Государственными обвинителями в обоснование вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ, – присвоение денежных средств, перечисленных на банковские карты Д. и Ч., представлены следующие доказательства.

Представитель потерпевшего ФБУЗ Н. показал, что обстоятельства трудоустройства Д. и Ч. ему известны из материалов уголовного дела. 

Б., сославшись, что события, инкриминируемых деяний ФИО1, происходили до назначения его на должность главврача Старооскольского филиала по внешнему совместительству с 18.07.2016 года, в связи с чем причинён ли ущерб Старооскольском филиалу при трудоустройстве М. и С., пояснить не может.

Согласно показаниям Д., данным ею на предварительном следствии и оглашённым в судебном заседании государственным обвинителем в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что с 27.01.2004 года она находится на пенсии и нигде не работает. Пенсия ей начисляется на сберкнижку банка России. Основным средством ее существования является помощь ее сына – Д1. С 2002 года по 2013 года она являлась индивидуальным предпринимателем, в 2011-2012 годах, точного времени не помнит, снимала помещение под офис в здании филиала ФБУЗ, в связи с чем заключала договор на аренду помещения с главврачом указанного филиала. В данном договоре аренды были указаны ее паспортные данные, среди других документов прилагалась копия ее паспорта. В Старооскольском филиале ФБУЗ она никогда не работала. О том, что числилась уборщицей санитарного участка, за что получала заработную плату, узнала от сотрудников полиции в июне 2015 года. Никогда в лаборатории не была и уборщицей там не работала. Договоров гражданско-правового характера об этом не подписывала, зарплатную карту в банке, а также деньги на неё из филиала никогда не получала (т.7 л.д.86-87).

Нарушений УПК РФ при допросе свидетеля Д. следователем не допущено.

Д1. сообщил, что его мать Д. находится на пенсии. В отделе полиции ему стало известно, что в период с апреля 2012 года по декабрь 2014 года она числилась уборщицей в санитарном участке. Проживают они по одному адресу, и в указанный период времени в г. она не ездила, ни регулярно, ни разово. До выхода на пенсию Д., как индивидуальный предприниматель, получала в Старооскольском филиале ФБУЗ медицинскую книжку в связи с прохождением санминимума. Считает, что только таким образом сведения о ней могли оказаться в распоряжении работников филиала. Банковские карты она на своё имя никогда не заводила, из банковских учреждений ей никаких уведомлений не поступало. 

З, помощник врача по общей гигиене, показал, что Ч. ему не знаком. Подтвердил свои показания на следствии в части того, что Д. ему знакома из документов. В 2011 году филиалом заключался договор на дезинфекционную обработку автомобилей ИП Д., также её сын арендовал помещение на третьем этаже филиала и ему выдавались санитарные книжки (т.10 л.д.248). Договор и иные документы о выполнении филиалом указанных услуг хранятся в общем архиве филиала, который находился в ведении завхоза, а также ключи от архива хранились в приёмной.

Е., главный бухгалтер Старооскольского филиала ФБУЗ, не отрицала, что по доверенности, выданной ей главврачом филиала, она получала в отделении банка банковские карты, выпущенные на имя Д. и Ч. Показала, что Д. ей лично не знакома, а Ч. является её соседом по площадке по месту жительства. Из документов, она знала, что он работал сторожем на участке. При этом на работу она его не устраивала. Выполнял ли он указанную работу фактически, не знает. Договоры вместе с актами выполненных работ на указанных лиц представлялись ей для начисления оплаты труда. Подтвердила свои показания на предварительном следствии, оглашённые защитником подсудимого в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ: в части того, что могла расписываться в договорах и актах выполненных работ за Ч., а также, что указанные документы носила ему домой, где Ч. сам в них расписывался (т.10 л.д.116); о том, что были случаи, когда она, по указанию главврача ФИО1, подготавливала договоры гражданско-правового характера, среди которых могли быть и на имя Д. и Ч. (т.11 л.д.7).

Щ., ведущий юрисконсульт отделения № ПАО банк России, показал, что согласно мемориальным ордерам на выдачу банковских карт на имя Д. и Ч. карты были впервые выпущены и получены 07.06.2012 года главным бухгалтером филиала Е. по доверенности, выданной главврачом филиала. 31.05.2015 года был перевыпуск карт на указанных лиц, по истечении 3-х месяцев они были невостребованы и уничтожены. Указанные доверенности в архиве банка не сохранились в связи с неоднократной реорганизацией отделения. 

Показания Щ. подтверждаются документами, изъятыми на основании постановления суда о производстве выемки документов, содержащих информацию о вкладах и счетах в банке (т.17 л.д.146-148) в ходе выемки в отделении № ПАО банк России (протокол выемки т.17 л.д.151-158), которые были осмотрены протоколом осмотра документов (т.17 л.д.159-161), а также представленными отделением банка по запросу следователя (т.12 л.д.84-86). 

Г., специалист по кадрам Старооскольского филиала ФБУЗ с 2004 года по апрель 2013 года, сообщила, что Д. и С. она не знает, никогда про них не слышала.

С1., работала с апреля 2013 года по апрель 2015 года специалистом по кадрам Старооскольского филиала ФБУЗ, показала, что занималась, в том числе, подготовкой договоров гражданско-правового характера и актов выполненных работ в отношении сторожей филиала. Д. и Ч. она не знает, в том числе как работников санитарного участка, и в отношении них документы не готовила. 

Б1. с 2003 года по август 2014 года работала в разных должностях (бухгалтера-кассира, бухгалтера, экономиста). Показала, что Д. и Ч. она не знает, о работе этих лиц в санитарном участке Старооскольского филиала ФБУЗ уборщицей и сторожем помещений ей ничего не известно.

Я. в период с 22.03.2006 года по 21.12.2015 года работала в должности бухгалтера. Показала, что начислением и выплатой заработной платы занималась главный бухгалтер Е. с использованием программного обеспечения 1С. Списки работников (реестр по заработной плате) передавался в банк на флэш-носителе в закодированной виде. Д. и Ч. ей не знакомы. 

П., работавшая в филиале завхозом с 2007 года по июнь 2013 года, А3., завхоз филиала с июня 2013 года по сентябрь 2015 года, показали, что Д. и С. им не знакомы.

К3. показал, что с Ч. он знаком с 2000-х годов, они соседи по даче. В период времени с апреля по ноябрь он (К3.) находится на даче, зимой там появляется редко. В указанное время часто встречал Ч. на дачном участке. Чем конкретно занимался Ч. в период с 2012 года по 2014 год, он пояснить не может, о работе в Ч. ему ничего не рассказывал. Ч. передвигается на личном транспорте.

В опровержение доказательств стороны обвинения защитой в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ представлены показания Ч., который на предварительном следствии сообщал: 

- при допросе в качестве свидетеля 17.11.2015 года – увидев в газете «Оскольские новости» сообщение о вакансии сторожа, обратился в отдел кадров Старооскольского филиала, где подписал договор о работе сторожем санитарного участкам. Для этого передал все свои паспортные данные. Выходя из кабинета отдела кадров, встретил Е., которая проживает с ним по соседству, и рассказал ей о своём трудоустройстве. Спустя пару дней Е. домой занесла ему ключ от навесного замка от входной двери в помещение санитарного участка в г., которое он должен был охранять. В этот же день около 17 часов на электричке сообщением « » со станции Старый Оскол он отправился в г.. По прибытии около 20 часов, открыл двери помещения имевшимся у него ключом, стал охранять указанный объект. Утром, около 5 часов, также на электричке уехал в г.. Таким образом обязанности сторожа он исполнял в период с весны 2012 года по декабрь 2014 года. За всё это время работников санитарного участка не встречал. В связи с тем, что его никто не проверял, он приезжал на охраняемый объект иногда раз либо два раза в неделю. За всё время работы сторожем подписывал договор три раза, каждый раз сроком на три года. Заработную плату в сумме 7800 рублей он получал ежемесячно по банковской карте, которую ему передала Е. спустя месяц после его трудоустройства. После увольнения банковскую карту уничтожил и выбросил (т.7 л.д.106-108);

- 17.11.2015 года в ходе очной ставки с участием свидетеля ФИО1 он (Ч.) подтвердил свои показания в качестве свидетеля. После предъявления следователем ему на обозрение договоров о трудоустройстве, уточнил показания в части их подписания. Показал, что подписывал договоры №№ за 2012 год; №№ за 2013 год; №№ за 2014 год. В остальных договорах и актах выполненных работ стоит не его подпись (т.7 л.д.116-117);

- при допросе в качестве свидетеля 10.05.2016 года, сославшись на забывчивость и неточности, изменил ранее данные показания: в части размера заработной платы, указал, что ежемесячно за работу в качестве сторожа он получал 8700 рублей; а также, что Е. приносила ему домой документы на выдачу банковской карты, после чего он самостоятельно в отделении банка её получил. После предъявления следователем Ч. заключения почерковедческой судебной экспертизы № от 08.12.2015 года, согласно выводам которой в договорах о трудоустройстве подписи выполнены не им, показал, что не редко разрешал главному бухгалтеру Е. подписывать указанные документы, чтоб лишний раз не появляться в Старооскольском филиале ФБУЗ (т.10 л.д.26-34).

Анализируя как в отдельности, так и в совокупности показания свидетелей обвинения и защиты, сопоставляя их с показаниями подсудимого, суд признает их допустимыми, достаточными, и приходит к выводам об отсутствии вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ.

Д. не выполняла работу в качестве уборщицы помещений санитарного участка, о чём она категорично утверждала в показаниях на следствии, которые оглашены в суде, а также подтверждены показаниями её сына Д1. в судебном заседании.

Данное обстоятельство подтверждается и показаниями иных свидетелей – работников как Старооскольского филиала, так и участка.

Подготовкой договоров на имя Д. и Ч. занималась Е. Подсудимый при этом отрицал, что давал ей указания на этот счёт.

Из показаний З., которые согласуются с показаниями свидетелей Д, данные о личности Д. находились в распоряжении сотрудников Старооскольского филиала.

Показания свидетеля Ч. согласуются с показаниями: Е. в части подписания договоров гражданско-правового характера; ФИО1, что знакомы они между собой не были; факт выполнения им работ на участке, что никем не контролировалось, не опровергнут иными доказательствами. Учитывая изложенное, суд не соглашается с доводами обвинения о признании их недостоверными доказательствами.

В порядке ст.284 УПК РФ государственными обвинителями представлены вещественные доказательства, анализируя которые, суд также приходит к выводу о невиновности ФИО1 в совершении указанного преступления.

Протоколом осмотрены книги с договорами гражданско-правового характера за 2012 год, 2013 год и 2014 год, которые прошиты, пронумерованы, скреплены пояснительными записками с подписью главного бухгалтера Е. Среди прочих документов в книгах содержатся:

- договоры, заключённые от имени главврача филиала ФИО1 и Д. о выполнении последней работ по уборке помещений лаборатории, с актами на выполнение работ, содержащие подписи данных лиц. Договоры заключались ежемесячно в период с 01.04.2012 года до 01.12.2014 года;

- договоры, заключённые от имени главврача филиала ФИО1 и Ч. о выполнении последним работ в качестве сторожа помещений лаборатории, с актами на выполнение работ, содержащие подписи тех же лиц. Договоры заключались ежемесячно в период с 01.04.2012 года до 01.12.2014 года (т.18 л.д.159-262).

Согласно выводам почерковедческих судебных экспертиз:

- заключение № от 18.01.2016 года – подписи от имени Д., расположенные в договорах гражданско-правового характера и актах на выполнение работ за период времени с 01.04.2012 года по 31.12.2014 года, выполнены не Д., а другим лицом (т.15 л.д.46-52);

- заключение № от 02.02.2016 года – подписи от имени С., расположенные в договорах гражданско-правового характера и актах на выполнение работ за период времени с 01.04.2012 года по 31.12.2014 года, выполнены не С., а другим лицом (т.15 л.д.93-97);

- заключение № от 10.02.2016 года – подписи от имени главного врача ФИО1, расположенные в договорах гражданско-правового характера и актах на выполнение работ, заключенных с Д. и Ч. за период времени с 01.04.2012 года по 31.12.2014 года, выполнены ФИО1 (т.15 л.д.120-124).

Протоколом осмотра предметов документов осмотрены изъятые в отделении банка мемориальные ордера на выдачу банковских карт на имя Д. и Ч., где в графе лицо, получившее указанные карты, стоит подпись лица без расшифровки данных о личности (т.18 л.д.74-76, фототаблица л.д.77-79).

Протоколы следственных действий составлены уполномоченными должностными лицами, существенных нарушений норм УПК РФ при их составлении не допущено. 

Заключениями бухгалтерских судебных экспертиз установлено: 

- № от 22.04.2016 года – за период времени с 01.04.2012 года по 31.12.2014 года Старооскольским филиалом ФБУЗ « » работнику Д. в виде оплаты по договору подряда (за выполнение работ по уборке помещений по договорам гражданско-правового характера) начислены денежные средства в общей сумме 185499 рублей, удержан НДФЛ в общей сумме 24115 рублей. Путем перечисления на карточный лицевой счет № Д. за период с 01.04.2012 года по 31.12.2014 года выплачены денежные средства в общей сумме 161384 рубля (т.15 л.д.192-205);

- № от 29.03.2016 года – за период времени с 01.04.2012 года по 31.12.2014 года Старооскольским филиалом ФБУЗ « » работнику Ч. в виде оплаты по договору подряда (за выполнение работ по уборке помещений по договорам гражданско-правового характера) начислены денежные средства в общей сумме 303000 рублей, удержан НДФЛ в общей сумме 39390 рублей. Путем перечисления на карточный лицевой счет № Ч. за период с 01.04.2012 года по 31.12.2014 года выплачены денежные средства в общей сумме 263610 рублей (т.16 л.д.26-38).

Выводы проведенных в рамках уголовного дела экспертиз научно обоснованны, их правильность и объективность сомнений у суда не вызывает, они основаны на непосредственном исследовании материалов уголовного дела, документов и предметов.

Согласно сведениям, изъятым в ПАО «банк России» (т.7 л.д.185-188, т.12 л.д.30-34, 45-46, 67-74), содержащим информацию о движении денежных средств по банковским картам: № (счет №) открытой на имя Д. и № (счет №) открытой на имя Ч., осмотренным протоколом осмотра предметов (т.18 л.д.81-87, т.19 л.д.15-25), установлено, что денежные средства с указанных банковских карт снимались с небольшим разрывом во времени, как правило, не превышающем 1-5 минут в различных банкоматах г. в период с 07.06.2012 года по 12.01.2015 года, в том числе 05.12.2013 года в банкомате г.. 

В судебном заседании осмотрены CD-диски, содержащие детализацию телефонных соединений:

- абонентского номера, находящегося в пользовании Ч., и абонентского номера, находящегося в пользовании Д., и установлено, что указанные телефонные номера в периоды снятия с банковских карт, открытых на их имена, денежных средств, не регистрировались в точках местности г., соответствующих расположению банкоматов ПАО банк России. Кроме этого не регистрировались в зоне действия базовых станций г., в том числе и 05.12.2013 года (протокол осмотра т.13 л.д.7-23, 28-38);

- абонентских номеров,, и, находящихся в пользовании ФИО1, и установлено, что указанные телефонные номера в периоды снятия с банковских карт, открытых на имя Д. и С., денежных средств, не регистрировались в точках местности г., соответствующих расположению банкоматов ПАО банк России, за исключением номеров и. Номер был зарегистрирован в сети 05.12.2013 года в период времени с 10 ч. 22 м. по 13 ч. 44 м. в г. в зоне действия базовых станций по адресам: г. переулок, и улица,, а денежные средства с банковских карт, открытых на имя Д. и С. были сняты 05.12.2013 года в 11 ч. 33 м., 11 ч. 34 м. и 11 ч. 35 м. в банкомате, расположенном по адресу: г., улица,. Номер был зарегистрирован в сети 28.10.2014 года в 08 ч. 43 м. и 08 ч. 48 м. по адресу базовой станции: проспект,, а денежные средства с банковских карт Д. и С. в этот же день в 08 ч. 51 м. и 08 ч. 52 м. были сняты в банкомате расположенному на микрорайоне (остановочный комплекс) (протокол осмотра т.13 л.д.58-67, 73-76, т.14 л.д.35-72, 77-94, 98-101, 102-104);

- абонентских номеров,, ,, ,, , находящихся в пользовании Е., и установлено, что указанные телефонные номера в периоды снятия с банковских карт, открытых на имя Д. и Ч., денежных средств, не регистрировались в точках местности г., соответствующих расположению банкоматов ПАО банк России (т.13 л.д.84-104, 113-115).

Утверждения государственного обвинителя, что нахождение ФИО1 05.12.2013 года в период времени с 10 ч. 22 м. по 13 ч. 44 м. в г., что подтверждается регистрацией абонентского номера в зоне действия базовых станций по адресам: г. переулок, и улица,, свидетельствует о том, что он имел возможность снять лично денежные средства с банковских карт, открытых на имя Д. и Ч. 05.12.2013 года в 11 ч. 33 м., 11 ч. 34 м. и 11 ч. 35 м. в банкомате, расположенном по адресу: г., улица,, то есть в 11-14 километрах от мест регистрации его абонентского номера, основаны на предположениях, которые в соответствии с положениями ст.14 УПК РФ, толкуются в пользу подсудимого.

Регистрация абонентского номера, находящегося в пользовании ФИО1, свидетельствует лишь о месте его пребывания, в данном случае с рабочим визитом в г. вместе с главным бухгалтеров Е. и другими сотрудниками филиала, но не указывает о его виновности в совершении преступления, в частности снятии денежных средств с банковских карт, не находившихся в его пользовании, что обвинением не опровергнуто.

Аналогичные выводы о снятии денежных средств с банковских карт, открытых на имя Д. и Ч., в различных банкоматах г. при регистрации абонентских номеров ФИО1 также в различных местах г., в том числе, вне зоны расположения банкоматов, суд расценивает как предположения.

Стороной защиты акцентировано внимание, что следствием установлен факт регистрации на имя Е. 9 телефонных номеров операторов сотовой связи (постановление суда от 19.04.2016 года, которым разрешено производство следственного действия – получение информации о соединениях между абонентскими устройствами, принадлежащими ей (т.11 л.д.178-179). 

Защитниками подсудимого представлен в качестве доказательства протокол осмотра места происшествия – кабинета главного бухгалтера филиала, с участием Е., которым зафиксировано изъятие, в том числе, системного блока компьютера, который она использовала в работе, а также двух флэш-носителей (т.1 л.д.200-201). В ходе осмотра с участием специалиста двух жёстких дисков с изъятого у Е. системного блока компьютера, среди содержащихся на них файлах обнаружен файл под именем « », дата его изменения 03.12.2013 года 14:55, в котором содержится информация на 3 листах о заключении договора гражданско-правового характера от 01.11.2013 года без номера с Ч. и Старооскольским ФБУЗ; а также информация об акте на выполнение работ (услуг) от 30.11.2013 года без номера, заказчик Старооскольский ФБУЗ, исполнитель Р. (т.9 л.д.202-204, копии осмотренных файлов л.д.205-207). 

Таким образом, вывод обвинения о виновных действиях ФИО1, а именно, что он подписал фиктивные договоры гражданско-правового характера и акты на выполнение работы (услуги) к ним, согласно которым Д. якобы выполняла работы по уборке помещений лаборатории, а Ч. якобы выполнял услуги по охране помещений лаборатории, содержащие заведомо ложные сведения о фактическом выполнении Д. и Ч. указанных работ, а также расчетно-платежные ведомости на начисление и выплату вознаграждения на имя Д. и Ч., которые ФИО1 передавал в бухгалтерию Старооскольского филиала, не основан на материалах дела.

Совокупностью исследованных судом доказательств, которые судом признаны допустимыми, свидетельствует об отсутствии вины ФИО1

Все исследованные в судебном заседании доказательства, как отдельно, так и в совокупности, не подтверждают факт хищения главным врачом филиала ФИО1 денежных средств, зачисляемых на счета и банковские карты на имя Д. и С., и не доказывают его виновность в этом, в том числе с использованием служебного положения.

В силу требований ст.ст. 14 ч.4, 302 ч.4 УПК РФ предположение о виновности лица в совершении преступления при отсутствии достоверных доказательств не может служить основанием для вынесения обвинительного приговора.

Принимая во внимание, что бремя опровержения доводов стороны защиты лежит на прокуроре, которым утверждения подсудимого, что: он не располагал сведениями о фиктивности договоров, вопросами начисления заработной платы занималась главный бухгалтер, не выдавал доверенности Е. для получения банковских карт на указанных лиц, их банковскими картами не владел и денежные средства с них не снимал и не присваивал, не опровергнуты, в связи с чем, ФИО1 подлежит оправданию по преступлению, квалифицированному государственным обвинителем по ч.3 ст.160 УК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Государственными обвинителями в обоснование вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ – присвоение денежных средств, перечисленных на лицевой счёт В., представлены следующие доказательства.

Представитель потерпевшего Н. показал, что обстоятельства трудоустройства в Старооскольский филиал В. в качестве юриста ему известны из материалов уголовного дела. Главврач филиала, как руководитель, самостоятельно принимает решение о приёме на работу в филиал юриста, согласования с ФБУЗ в этом случае не требуется.

Е., главный бухгалтер Старооскольского филиала ФБУЗ, показала, что В. была штатным работником филиала, работу юриста выполняла на дому. Заработную плату ей начисляла на основании табеля учёта рабочего времени. По своей работе она не контактировала с В.

Г., специалист по кадрам Старооскольского филиала ФБУЗ с 2004 года по апрель 2013 года, указала, что В. работала в филиале до декретного отпуска в должности юриста. У неё было определено рабочее место. С декабря 2012 года по апрель 2013 года на рабочем месте её не видела. Необходимости встречаться с юристом по производственным вопросам у неё (Г.) не было. Со слов главного бухгалтера Е. ей было известно о выполнении юристом В. работы на дому, поэтому при составлении табеля учёта рабочего времени указывала сведения об отработанном юристом времени. В её (Г.) обязанности не входила проверка фактического выполнения юристом работы.

С1., работала с апреля 2013 года по апрель 2015 года специалистом по кадрам Старооскольского филиала ФБУЗ, свидетельствовала, что за весь период работы она несколько раз видела юриста В. в здании филиала. Ей было известно, что В. выполняла работу на дому, ей был установлен сначала 4-х часовой, а позднее 8-и часовой рабочий день.

Б1. с 2003 года по август 2014 года работала в филиале на должностях бухгалтера-кассира, бухгалтера, экономиста. Показала, что в различные периоды работы вела практически всю бухгалтерию, за исключением начисления заработной платы, чем занималась только главный бухгалтер Е. О работе юриста филиала В. ей ничего не известно. Несколько раз ей начислялась заработная плата с выдачей наличными средствами, которые она, как кассир, передавала главврачу ФИО1 На следующий день он возвращал ей уже подписанные документы о получении денежных средств В.

О1., помощник врача по общей гигиене, сообщила о работе в качестве юриста В. до ухода в декретный отпуск. С ней согласовывались условия договоров, подлежащих заключению филиалом с организациями. После ухода В. подготовкой договоров и передачей на подпись главврачу она (О1.) занималась самостоятельно.

Л1., медицинский дезинфектор филиала, показала, что её работа связана с посещением проверяемых объектов, в связи с чем в здании филиала бывает редко. Сообщила, что на должности юриста филиала работала В., она занималась заключением договоров. После её ухода в декретный отпуск встречала 1 раз.

Л2., фельдшер лаборант филиала, сообщила, что её работа связана с проведением исследований в баклаборатории, в силу чего она не покидает своё рабочее место. Необходимости взаимодействовать по работе с юристом филиала у неё нет. Юрист В. работала до своего ухода в декретный отпуск, после этого она видела её уже в 2015 году на работе.

Из показаний Я., бухгалтера филиала в период с 22.03.2006 года по 21.12.2015 года, следует, что за весь период работы коллектив филиала, за исключением главного врача и главного бухгалтера, по указанию руководства ФБУЗ «» несколько раз переводили на работу в аутстаффинговую компанию. Указанные обстоятельства способствовали снижению заработной платы работников, чем они были недовольны. Начислением и выплатой заработной платы занималась главный бухгалтер Е. с использованием программного обеспечения. Списки работников (реестр по заработной плате) передавались в банк на флэш-носителе в закодированном виде. О работе В. в качестве юриста ей известно, что до ухода в декретный отпуск она работала, у неё было отдельное рабочее место. После ухода в декрет работу юриста (подготовку договоров и пр.) стали осуществлять сотрудники отделов филиала. В 2015 году В. вновь вышла на работу.

М3., работавшая с августа 2014 года по август 2015 года экономистом филиала, сообщила, что юриста В. на рабочем месте в филиале впервые увидела 11.05.2015 года. В этот день работников филиала переводили в аутстаффинговую компанию. С этого времени рабочим местом юриста стал общий кабинет бухгалтерии. Начислением заработной платы работникам филиала занималась главный бухгалтер Е.

П., работавшая в филиале завхозом с 2007 года по июнь 2013 года, показала, что В. работала в филиале юристом, после ушла в декретный отпуск. Её кабинет был расформирован, оргтехника распределена среди работников филиала. Работу по договорам филиала с организациями стали осуществлять сотрудники отделов самостоятельно.

А3., завхоз филиала с июня 2013 года по сентябрь 2015 года, указала, что 12-13 мая 2015 года юрист филиала В. вышла на работу, стала заниматься закупками материалов для нужд филиала.

З., помощник врача по общей гигиене, не отрицал в судебном заседании о наличии разногласий с главврачом по производственным вопросам. Сообщил, что В. с 2010 года работала юристом филиала, осуществляла сопровождение договоров, составление соглашений. В 2011 году ушла в декретный отпуск и составлением договоров с организациями по оказанию филиалом услуг стали заниматься он, О1. и У1. После подготовки проекта договора, он передавался на подпись главному врачу филиала. С мая 2015 года В. вышла на работу в должности юриста. Кроме этого сообщил, что на период отсутствия ФИО1 исполнял обязанности главврача, с оговоренными ограничениями (без права приёма, увольнения и наказания сотрудников). Как и.о. главврача в сентябре 2013 года утверждал табеля учёта рабочего времени, где в числе прочих сотрудников филиала было указано время, отработанное юристом В. Табель учёта рабочего времени составлялся специалистом по кадрам. В апреле и сентябре 2014 года также был исполняющим обязанности, но ввиду выезда в г. по производственной необходимости табель учёта рабочего времени был утверждён Ф.

У1. с 2006 года по конец 2013 года работал помощником санитарного врача. Заявил, что помимо проведения производственного контроля, осуществлял подготовку проектов договоров об оказании филиалом услуг, которые передавал на подпись главврачу либо лично, либо складывал в папку «На подпись», которая имелась в приёмной филиала. В период 2011-2012 годы юриста В. на рабочем месте не видел. Характеризовал ФИО1 как своеобразного, немного надменного человека по отношению к людям, коллектив филиала ему выражал недовольства по поводу оплаты их труда.

Х., заведующая отделом организации дезинфекционной деятельности филиала, показала, что она самостоятельно, используя имеющиеся в филиале типовые образцы, занимается подготовкой проектов договоров по дезинфекции, которые затем передаёт в приёмную на подпись главврачу. Время подписания главврачом ФИО1 составляло от 2-х часов до 2-х дней. До 2011 года в филиале работала юристом В., затем ушла в декретный отпуск и вышла на работу в середине мая 2015 года. После этого она стала замечать на договорах отметки об их согласовании с юристом.

О2., в период с октября 2012 года по январь 2015 года фельдшер-лаборант санитарно-гигиенической лаборатории, сообщила, что по роду деятельности не имела никакого отношения к подготовке договоров на выполнение филиалом работ. В период её работы обстановка в кабинете юриста была нерабочей, поскольку та находилась в декретном отпуске.

В1., с 2011 года врач-бактериолог филиала ФБУЗ по внешнему совместительству, показала, что на работу в филиал ежедневно приходит в 16-ом часу. Для приобретения расходных материалов для проведения микробиологических исследований, она находила поставщиков, составляла служебную записку с перечнем необходимого и суммой, которую передавала главврачу, рассмотрев которую, он направлял её в бухгалтерию. Кто из сотрудников конкретно составлял договоры о приобретении расходных материалов, не знает. Такая практика приобретения материалов изменилась в 2015 году, поскольку для закупки требовалось проведение торгов, и она стала контактировать с юристом В. Утверждать, работала или нет до этого юрист филиала, она не может.

Согласно показаниям Ф., заведующей лабораторией филиала, после майских праздников 2015 года на рабочем месте увидела юриста В., с которой стала взаимодействовать при осуществлении закупок расходных материалов для нужд лаборатории. До появления на работе юриста по подготовленным ею и предварительно согласованным с главврачом заявкам расходные материалы закупала завхоз.

А1., главный врач ФБУЗ « », показал, что в связи с обращением следственных органов в ФБУЗ была организована проверка деятельности Старооскольского филиала, в ходе которой нарушений при приёме на работу в филиал сотрудников, в том числе юриста, которая имела право работать на дому, установлено не было. Было изучено большое количество документов, по которым юристом проведена работа, стояла её виза. Главный врач филиала, как руководитель юридического лица, самостоятельно принимает/увольняет работников.

Щ1. сообщил о выполнении в 2008-2011 годах им, как частным лицом, различных работ в Старооскольском филиале по договорам подряда, заключённым с главврачом ФИО1 Тексты договоров готовили работники филиала, контактировал он в основном с главным бухгалтером Е., которая готовила акты выполненных работ.

П1., директор магазина ПАО « », показала о периодическом заключении с 2013 года договоров с филиалом о прохождении гигиенического обучения сотрудников, оформления им медицинских книжек. Кто занимался подготовкой договоров в Старооскольском филиале ей не известно, она подписывала договоры после проверки их юридической службой магазина. По вопросам исполнения договоров она контактировала с З. 

И1., заместитель директора ООО « », свидетельствовала о заключении с 2007 года по настоящее время с филиалом ФБУЗ ежегодных договоров на осуществление производственного контроля (анализ рыбной продукции). Заключаемый договор является однотипным. Договор уже с подписью главврача филиала ФИО1 для подписания ей предоставляет З., с которым она и взаимодействует.

Ч1., работавшая до 2015 года в должности начальника отдела по назначению и выплате пособий и компенсаций Управления социальной защиты населения администрации городского округа, показала о получении В., как безработной, пособия по уходу за ребёнком до достижения им полутора лет. Право на получение указанного пособия также имеют трудоустроенные граждане при условии неполного рабочего дня, но только по месту работы.

Согласно личному делу №, изъятому протоколом выемки в Управлении социальной защиты населения (т.18 л.д.57-64), о выплате В. ежемесячного пособия по уходу за ребёнком, осмотренному в судебном заседании, указанное пособие выплачивалось ей в период с 16.03.2012 года по 29.06.2013 года (протокол осмотра т.18 л.д.65-66, фототаблица л.д.67-72).

В опровержение обвинения подсудимого судом по ходатайству защиты допрошена В., которая утверждала, что с 2009 года работала в должности юриста филиала. Её обязанности – составление и анализ договоров на оказание филиалом услуг, исковая и претензионная работа, консультирование. Сначала её рабочее место было в отдельном кабинете, затем в 2015 году – в кабинете бухгалтерии. Филиалом заключались с заказчиками типовые договоры, тексты которых нарабатывались ею с 2009 года, которыми пользовались все сотрудники филиала, так как были размещены в общедоступной папке компьютерной сети филиала. 29.12.2011 года у неё родился ребёнок, она ушла в декретный отпуск. По условиям договора стала выполнять работу юриста на дому с 01.01.2013 года на 0,5 ставки, а с июля 2013 года на полную ставку. Осуществляла юридическую проверку (оценку) договоров и иных документов, которые домой привозил ФИО1 Договорами гражданско-правового характера занималась главный бухгалтер Е., их проверкой она не занималась. При необходимости приезжала на работу в обеденное либо вечернее время. Обязательного визирования проверенных ею документов не требовалось. В 2013 году какое-то время заработную плату получала наличными, а после на банковскую карту, которую самостоятельно получала в банке. В связи с тем, что выполняла работу юриста на дому (дистанционно), поэтому выезжала по личным вопросам за пределы Белгородской области, при этом с ней всегда находился ноутбук и она также осуществляла проверку поступавших ей документов.

Согласно копии трудовой книжки на имя В., с 01.01.2013 года на основании приказа № от 29.12.2012 года она принята в отдел административно-управленческого персонала на должность юрисконсульта филиала (т.5 л.д.156-158).

В судебном заседании осмотрены:

- личное дело № на В., изъятое протоколом выемки в Старооскольском филиале ФБУЗ (т.18 л.д.28-35), из документов которого следует, что приказом главврача филиала № от 29.12.2012 года она принята в должности юрисконсульта филиала на 0,5 ставки с 01.01.2013 года с возможностью выполнения должностных обязанностей в рабочие дни после работы, в выходные дни, на дому. Основанием издания приказа указаны: заявление В. и трудовой договор №, заключенный с ней 29.12.2012 года. Приказом № от 14.06.2013 года на основании заявления В. изменён размер ставки в должности юрисконсульта с 0,5 на полную. Приказом № от 12.05.2015 года трудовой договор с В. расторгнут по инициативе работника. С 12.05.2015 года В. уволена с указанной должности (протокол осмотра т.18 л.д.39-40, фототаблица л.д.41-54);

- изъятые в ходе выемки в Старооскольском филиале (протокол выемки т.17 л.д.124-131) табеля учёта рабочего времени за период с февраля 2013 года по май 2015 года, утверждённых главврачом ФИО1 (за исключением: за май и сентябрь 2013 года утверждён врио. главврача З.; февраль, апрель и сентябрь 2014 года – врио. главврача Ф.), в которых под № в списке работников указана юрисконсульт В. (протокол осмотра т.17 л.д.132,135, фототаблица л.д.136). 

Согласно выводам бухгалтерской судебной экспертизы № от 30.06.2016 года – за период времени с 01.01.2013 года по 30.06.2015 года юристу Старооскольского филиала В. начислена и из кассы организации получена заработная плата (за вычетом НДФЛ) на лицевой счет № в сумме 371957 рублей 07 копеек (т.15 л.д.149-178).

Выводы экспертного исследования научно обоснованы и сомнений у суда не вызывают. Они сделаны экспертом, имеющим высшее образование, значительный стаж экспертной работы.

Из копий контрольных купонов к проездным документам РЖД следует, что В. приобретала билеты на поезд по маршрутам следования: 24.09.2013 года и 05.08.2014 года; 08.10.2013 года и 22.08.2014 года, соответственно (т.5 л.д.139, 142, 145, 149).

В судебном заседании осмотрен CD-диск, содержащий детализацию телефонных соединений за период с 11.12.2013 года по 31.12.2015 года абонентского номера, находящегося в пользовании В., и установлено, что указанный телефонный номер в периоды рабочего времени, указанные в табелях учёта рабочего времени на В., регистрировались в основном в зоне действия базовой станции, расположенной по адресу: микрорайон (что со слов В. указывает о нахождении её по месту жительства), а также регистрировались 13 мая, 30 июля и несколько дней августа 2014 года в зоне действия базовых станций расположенных в г., области, области (протокол осмотра т.13 л.д.113-123, т.14 л.д.4-12).

Актом по результатам проверки финансово-хозяйственной деятельности Старооскольского филиала ФБУЗ, проведенной на основании писем руководителя Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека П2. от 16.06.2015 года № и начальника Управления на транспорте МВД России по ЦФО Ш3. от 29.05.2015 №, установлено, что юридическая работа в филиале юрисконсультом В. выполнялась, претензий со стороны контролирующих органов и контрагентов по договорам не поступало, серьёзных недочетов в юридической работе филиала не выявлено. Денежные средства, направляемые на оплату труда В. выплачивались не из государственного бюджета, а из поступлений филиала от приносящей доход деятельности, в связи с чем нет оснований считать, что был причинен какой-либо материальный ущерб ФБУЗу (т.7 л.д.47-58, т.5 л.д.248-250).

Проанализировав все представленные и исследованные по уголовному делу доказательства, суд оценивает их с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточными для разрешения уголовного дела и считает вину ФИО1 в совершении преступления не установленной.

Так, главврач филиала ФИО1 был компетентен принимать на работу в филиал юрисконсульта, в связи с чем им изданы приказы № от 29.12.2012 года и № от 14.06.2013 года в отношении В.

Условия её труда оговорены трудовым договором, согласно которому она выполняла свои должностные обязанности в выходные дни, в рабочие дни после работы, и на дому.

Показаниями свидетелей не опровергнуты утверждения подсудимого и В. о действительном выполнении последней обязанностей юриста филиала в инкриминируемый обвинением период. Присутствие В. в Старооскольском филиале, согласно условиям её труда, не требовалось.

Суду не представлено доказательств в части исследования давности подписи юриста В. на договорах филиала со сторонними организациями, в связи с чем утверждения государственного обвинителя о визировании юристом указанных договоров в иное время, а не перед их заключением, не основан на доказательствах.

Учёт рабочего времени работников филиала, в том числе и юриста, фиксировался в табелях. 

Сведения об отсутствии В. в определённые дни 2013 года и 2014 года в г. Старый Оскол, в то время как в табелях учёта рабочего времени, такие дни указаны как рабочие, может лишь указывать о нарушении ей трудовой дисциплины, но не свидетельствует о преступном характере действий подсудимого ФИО1

Доводы государственного обвинителя об утверждении документов об оплате труда В., с учётом ранее сделанных судом выводов об отсутствии доказательства, что ФИО1 фактически осуществлял удостоверение электронной цифровой подписью главного врача филиала списков на зачисление заработной платы сотрудникам филиала, суд расценивает как необоснованные.

Таким образом, вывод обвинения о незаконном использовании своего служебного положения, из корыстных побуждений, с целью хищения вверенных ему денежных средств, принадлежащих филиалу бюджетного учреждения, путем их присвоения, заведомо зная, что его супруга В. не будет исполнять трудовые функции в возглавляемом им филиале, издал приказ о приеме её на работу на должность юрисконсульта; утверждал табели учета рабочего времени, содержащие заведомо ложные сведения о фактическом нахождении на рабочем месте В., а также расчетно-платежные ведомости на начисление и выплату заработной платы В., фактически не осуществлявшей трудовые функции, которые передавал в бухгалтерию Старооскольского филиала, не основан на материалах дела.

Согласно части 4 ст.302 УПК РФ обвинительный приговор постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Стороной обвинения таких доказательств представлено не было. 

Все исследованные в судебном заседании доказательства, как отдельно, так и в совокупности, не устанавливают факт хищения подсудимым денежных средств, зачисляемых на счет В., и не доказывают виновность главного врача филиала ФИО1 в этом, в том числе с использованием служебного положения.

Принимая во внимание, что бремя опровержения доводов стороны защиты лежит на прокуроре, которым утверждения подсудимого, что он не принимал на работу В. с целью хищения средств, полагавшихся ей в качестве заработной платы, не присваивал указанные денежные средства, не опровергнуты, в связи с чем, ФИО1 подлежит оправданию по преступлению, квалифицированному государственным обвинителем по ч.3 ст.160 УК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Государственными обвинителями в обоснование вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ, – присвоение денежных средств, начисленных ему в качестве премий как главному врачу филиала и врачу по общей гигиене по совместительству, представлены следующие доказательства.

Представитель потерпевшего ФБУЗ « » Н. утверждал, что ФИО1 как главврач имел право на получение стимулирующих надбавок по дорожным картам. Несмотря на то, что при начислении ему указанных выплат был нарушен порядок их начисления (не имелся приказ главврача ФБУЗ), действиями главврача ФИО1 ущерб ФБУЗ не причинён.

Б., сославшись, что события, инкриминируемых деяний ФИО1, происходили до назначения его на должность главврача Старооскольского филиала по внешнему совместительству с 18.07.2016 года, в связи с чем причинён ли ущерб Старооскольском филиалу при начислении главврачом филиала ФИО1 премий, пояснить не может.

Е., главный бухгалтер Старооскольского филиала ФБУЗ, пояснила, что начисление и выплата стимулирующей надбавки работникам филиала производилась по бальной системе на основании дорожных карт, в которых отражались показатели эффективности работы по выполнению государственного задания на год. Размер данной надбавки, выплаченный ФИО1: как главврачу был определен приказом главврача ФБУЗ А1., а как врачу по общей гигиене (работал по совместительству) рассчитан по бальной системе, и сумма поступивших бюджетных средств распределена между всеми врачами филиала. Кто занимался подготовкой приказов о выплате стимулирующей надбавки по дорожным картам, она не знает. Помимо этого, по итогам 2013 года ФИО1 как главврачу была выплачена премия из фонда экономии заработной платы. Была ли эта выплата согласована с ФБУЗ, она не помнит.

З., помощник врача по общей гигиене, указал, что в числе прочих обязанностей составлял индивидуальные карты оценки показателей эффективности работы на ФИО1 как на врача по общей гигиене за четыре квартала 2013 года. Оценка показателей эффективности работы являлась основанием для выплаты стимулирующей надбавки.

В1., с 2011 года врач-бактериолог филиала ФБУЗ по внешнему совместительству, показала, что в конце 2013 года работники филиала стали получать стимулирующие выплаты по дорожным картам, что было связано с выполнение филиалом государственного заказа. Расчёт сумм, подлежащих выплате, производился на основании индивидуальных карт, содержащих определённые коэффициенты. Она заполняла подобные карты на себя, как на врача, а также на лаборанта, работавшего с ней.

А1., главный врач ФБУЗ « », сообщил, что в связи с обращением следственных органов в ФБУЗ была организована проверка деятельности Старооскольского филиала, в ходе которой в части премирования ФИО1 установлено лишь неправильное оформление выплаты ему денежных средств (премирование главврача филиала допускается по приказу главврача ФБУЗ), но, поскольку работа была фактически им выполнена, и он имел право на получение премий, то никакого ущерба ФБУЗ такими действиями главврача ФИО1 не причинено. За нарушения ФИО1 был подвергнут дисциплинарному взысканию. Несмотря на это, характеризовал ФИО1 как руководителя филиала, нормализовавшего работу в коллективе, который до его прихода был проблемный.

Г2., начальник планово-экономического отдела ФБУЗ, и К4., её заместитель, показали, что премирование главврачей филиалов осуществляется на основании приказа главврача ФБУЗ, как из бюджетных средств, так и внебюджетных источников (доходы от предпринимательской деятельности филиала). Такое премирование осуществляется по ходатайству главврача дорожного филиала, рассмотрев которое ФБУЗ определяет размер премий, подлежащих выплате работнику как главврачу филиала, а при совместительстве (в случае с ФИО1) и как врачу по общей гигиене. В ходе проведённой проверки установлено, что ходатайство главврача дорожного филиала о премировании ФИО1 как врача по общей гигиене в ФБУЗ не поступало, что указывает на нарушение порядка премирования, однако ФИО1 имел право на получение данной выплаты, поскольку выполнил определённый объём работ. Начисление премий (стимулирующих надбавок) производится по результатам анализа эффективности работы филиала, показатели эффективности отражаются в дорожной карте каждого сотрудника индивидуально по бальной системе от 1 до 10 баллов. Распределение стимулирующих надбавок регламентировано Временным положением по оценке показателей эффективности работы структурных подразделений учреждения (филиала), которое действует с 01.01.2013 года. 

Ш4., начальник отдела кадров ФБУЗ, а также П3., заместитель начальника отдела кадров ФБУЗ, показали, что стимулирующие выплаты главврачам филиалов производятся только на основании приказа главврача ФБУЗ и дублируются приказом по конкретному филиалу.

Стороной защиты в качестве доказательства представлены показания свидетеля У. Она показала, что работает главным бухгалтером филиала с 26.05.2016 года, до неё в указанной должности работала Е. При увольнении последней акты приёма/передачи не составлялись, так как последняя находилась на больничном, аудиторская проверка не проводилась. Выплаты стимулирующих надбавок по дорожным картам производятся по настоящее время, премии за счёт фонда экономии средств не выплачивались.

В ходе изучения в судебном заседании материалов личного дела, изъятого протоколом выемки в Старооскольском филиале ФБУЗ (т.17 л.д.165-172, фототаблица л.д.173-182), осмотренного протоколом осмотра (т.17 л.д.194-198, фототаблица л.д.199-216), ФИО1, наряду с должностью главного врача Старооскольского филиала с 01.09.2008 года, был принят на должность врача по общей гигиене того же филиала с 01.02.2011 года и с ним заключён трудовой договор. Кроме этого, приказом главврача ФБУЗ № от 17.03.2015 года за допущенные кадровые нарушения, а также за не устранение в указанный срок недостатков, выявленных по результатам комплексной проверки филиала в 2014 году, за нарушения при распределении внебюджетных средств в соответствии с локальными нормативными актами учреждения, регулирующими оплату труда, главному врачу ФИО1 и главному бухгалтеру Е. объявлены выговор и предупреждения о не полном служебном соответствии (т.17 л.д.206).

Из акта по результатам проверки финансово-хозяйственной деятельности Старооскольского филиала ФБУЗ, проведенной на основании писем руководителя Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека П2. от 16.06.2015 года № и начальника Управления на транспорте МВД России по ЦФО Ш3. от 29.05.2015 №, следует, что ФИО1 издал приказ № от 23.12.2013 года о премировании за счёт фонда экономии бюджетных средств по итогам работы за 2013 год, которым премировал в том числе и себя, как врача по общей гигиене. Неправомерность приказа заключается в том, что приказы, которые касаются главного врача филиала, в том числе и по внутреннему совместительству, издаются непосредственно Работодателем, а именно главным врачом ФБУЗ (т.7 л.д.47-58).

Согласно копиям выписок из приказов главврача ФБУЗ №№ от 19.12.2013 года,, и от 25.12.2013 года о выплате стимулирующих надбавок за показатели эффективности работы в I, II, III и IV кварталах 2013 года, соответственно, главному врачу филиала ФИО1 выплачены указанные надбавки в следующих размерах: 4818 рублей 78 копеек, 11311 рублей 50 копеек, 11311 рублей 50 копеек, 11230 рублей, соответственно по кварталам за 2013 год (т.3 л.д.246-249).

Протоколом осмотра предметов осмотрена, в том числе, книга приказов по личному составу Старооскольского филиала ФБУЗ за 2013 год, изъятая в ходе выемки в филиале (т.19 л.д.27-72). Так, согласно приказам главврача филиала:

- № от 08.11.2013 года ФИО1 как главврачу филиала выплачена стимулирующая надбавка за I квартал 2013 года в размере 4818 рублей 78 копеек; как врачу по общей гигиене – 24669 рублей (т.19 л.д.50);

- № от 23.12.2013 года сотрудникам филиала, находящимся на бюджетном финансировании, выплачены премии за счёт фонда экономии заработной платы по бюджетному финансировании (т.19 л.д.49); 

- № от 23.12.2013 года работникам филиала выплачена стимулирующая надбавка за II, III и IV кварталы 2013 года в размерах, указанных в Приложении. Основанием для выплаты указано Временное Положение по оценке показателей эффективности работы структурных подразделений учреждения (филиала) и их работников в целях установления стимулирующих надбавок (т.19 л.д.49).

Заключением почерковедческой судебной экспертизы № от 08.02.2016 года установлено, что в приказе №с от 23.12.2013 года подписи от имени главного врача ФИО1 выполнены ФИО1, а подписи от имени главного бухгалтера Е. выполнены Е. (т.15 л.д.7-34).

Согласно сведениям, представленным ФБУЗ в ходе расследования дела, в Старооскольский филиал направлены средства на выплату стимулирующих надбавок по численности работников на 2013 год по категориям медицинских работников в следующих размерах: «Главный врач» – 38671 рубль 79 копеек, «Врачи» – 149522 рубля (т.12 л.д.228-236, т.3 л.д.256). 

Согласно заключению бухгалтерской судебной экспертизы № от 07.07.2016 года главному врачу Старооскольского филиала ФБУЗ ФИО1 за период с 01.11.2013 года по 31.12.2013 года начислены и выплачены (за вычетом НДФЛ), в том числе: премия разовая в сумме 51572 рубля 68 копеек, стимулирующая надбавка в сумме 114476 рублей 82 копейки (т.16 л.д.112-120).

Согласно Временному Положению по оценке показателей эффективности работы структурных подразделений учреждения (филиала) и их работников в целях установления стимулирующих надбавок, утвержденному приказом главврача ФБУЗ « » № от 22.07.2013 года (т.3 л.д.215-220, приложения к Временному Положению л.д.221-245): источником финансирования стимулирующих надбавок являются средства федерального бюджета в виде основных субсидий (п.1.6), оценка показателей эффективности деятельности работников и выплаты им стимулирующих надбавок осуществляется один раз в квартал (п.1.7), по каждому работнику в соответствии с индивидуальной картой оценки эффективности его работы за квартал (п.3.1), для начисления и выплаты стимулирующих надбавок применяется система оценки показателей по десятибалльной шкале, а также стоимости одного балла в денежном выражении (п.3.4), стоимость одного балла определяется как величина, рассчитанная путём деления общего объёма финансирования на общее количество баллов по каждой категории работников в отдельности (п.3.5), стоимость одного балла определяется за каждый квартал, в зависимости от объёмов финансирования учреждения (филиала) на эти цели, ежеквартально по мере поступления соответствующего объема денежных средств. Стоимость одного балла рассчитывается в планово-экономическом отделе учреждения (планово-экономическом отделе/бухгалтерии филиала), после предоставления индивидуальных карт работников учреждения, филиала (п.3.6), оценка показателей эффективности руководителей структурными подразделениями осуществляется заместителями главного врача по своему направлению, по другим работникам – руководителями структурных подразделений, в соответствии с индивидуальной картой учёта оценки показателей эффективности работы (п.4.2), основанием для выплаты стимулирующих надбавок является приказ главного врача учреждения (филиала). Для главных врачей филиалов – приказ главного врача учреждения, после представления индивидуальных карт (п.4.3), заполненные и подписанные руководителями структурных подразделений, заместителями главных врачей индивидуальные карты на своих работников с начисленными баллами не позднее 5 числа месяца, следующего за отчётным кварталом, сдаются в планово-экономический отдел (бухгалтерию) для начисления стимулирующих надбавок и подготовки проекта приказа на их выплату (п.4.4), заполненная и завизированная на главного врача филиала ФБУЗ индивидуальная карта с начисленными баллами не позднее 7 числа месяца, следующего за отчётным кварталом, направляется в планово-экономический отдел ФБУЗ « » для начисления стимулирующих надбавок и подготовки проекта приказа на их выплату (п.4.5).

Согласно п.п. 2.11 и 2.12 Положения о премировании работников ФБУЗ « » и его филиалов, утверждённому главврачом ФБУЗ 30.12.2011 года, премирование работников ФБУЗ и филиалов производится на основании приказа главного врача ФБУЗ (филиала), а премирование главных врачей филиалов производится на основании приказа главного врача ФБУЗ по итогам работы за квартал, полугодие, девять месяцев, год при условии качественного, своевременного и в полном объёме выполнения функций, возложенных на ФБУЗ (филиал) (т.3 л.д.126-128, т.5 л.д.39-47).

В опровержение обвинения защитой представлены:

- расчётные листы на ФИО1 за 2013 года, согласно которым ему начислены в ноябре: стимулирующая надбавка – 4818 рублей 78 копеек, стимулирующая надбавка по внутреннему совместительству – 24669 рублей; в декабре: стимулирующая надбавка – 33 853 рубля 22 копейки, стимулирующая надбавка по внутреннему совместительству – 68241 рубль 55 копеек, премия разовая по внутреннему совместительству – 59278 рублей 94 копейки;

- индивидуальные карты оценки показателей эффективности работы за I, II, III и IV кварталы 2013 года, согласно которым З., как руководителем структурного подразделения, определена индивидуальная оценка эффективности работы врача по общей гигиене ФИО1 Также данные карты содержат сведения о стоимости 1 балла, как единицы измерения стимулирующей выплаты;

- сводные сведения о выплате за I, II, III и IV кварталы 2013 года стимулирующей надбавки сотрудникам филиала, в которых указаны, в том числе выплаты ФИО1: как главному врачу – 4818 рублей 78 копеек, 11311 рублей 61 копейка, 11311 рублей 61 копейка, 11230 рублей, соответственно по кварталам за 2013 год; как врачу по общей гигиене – 24669 рублей, 21160 рублей 92 копейки, 21783 рубля 30 копеек, 25297 рублей 33 копейки, соответственно.

Протоколом № от 20.12.2013 года заседания комиссии по распределению денежных средств Фонда экономии заработной платы по субсидиарному финансированию Старооскольского филиала по итогам работы за 2013 год в составе главврача ФИО1, главного бухгалтера Е., специалиста по кадрам С1. и заведующей ОПД Х. единогласно был рассмотрен вопрос повестки дня – решили распределить фонд экономии заработной платы по бюджетному финансированию согласно утвержденным коэффициентам (т.3 л.д.145).

Таким образом, проанализировав все представленные и исследованные по делу доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Показания свидетелей последовательны, полностью согласуются между собой и с письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании. У суда нет оснований не доверять им. 

Все доказательства получены в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса РФ, являются относимыми и допустимыми, в своей совокупности не доказывают вину подсудимого в совершении преступления.

Представленные стороной обвинения и защиты доказательства достоверно свидетельствуют о том, что ФИО1 были получены указанные в обвинении средства в качестве премий.

Так, получение ФИО1 как главврачом филиала стимулирующей надбавки в размерах, указанных в приказах главного врача ФБУЗ (№№ от 19.12.2013 года,, и от 25.12.2013 года – 4818 рублей 78 копеек, 11311 рублей 50 копеек, 11311 рублей 50 копеек, 11230 рублей) и продублированных в приказах № от 08.11.2013 года и № от 23.12.2013 года по Старооскольском филиалу, не образуют в действиях подсудимого состава преступления, поскольку их начисление и выплата произведены законно, что подтверждается показаниями свидетелей и Временным Положением по оценке показателей эффективности работы, утвержденным приказом главврача ФБУЗ №129 от 22.07.2013 года.

Помимо этого от части суммы стимулирующей надбавки, инкриминируемой ФИО1 как незаконно присвоенную, в судебных прениях отказался государственный обвинитель, со ссылкой на необоснованность её вменения – 4192 рубля 34 копейки (а с учётом НДФЛ – 4818 рублей 78 копеек по приказу №48л/с от 08.11.2013 года). 

Уменьшение обвинения в этой части суд признаёт обоснованным.

Порядок начисления стимулирующей надбавки ФИО1 как врачу по общей гигиене (по приказам № от 08.11.2013 года и № от 23.12.2013 года), предусмотренный Временным Положением по оценке показателей эффективности работы, утвержденным приказом главврача ФБУЗ № от 22.07.2013 года, соблюден, что свидетельствует из представленных стороной защиты индивидуальных карт оценки показателей эффективности работы за I, II, III и IV кварталы 2013 года, расчётных листов на ФИО1 за 2013 года, а также сведений об объёмах средств, направленных ФБУЗ в Старооскольский филиал на выплату стимулирующих надбавок по численности работников на 2013 год по категориям медицинских работников. Аналогичный вывод следует и из показаний представителя потерпевшего Н., свидетелей Е., З., А1., Г2., К4., Ш4., П3.

Правильность и обоснованность начисленных сумм ФИО1 как врачу по общей гигиене стороной обвинения не опровергнута.

Однако денежные средства в этой части были выплачены подсудимому без приказа главного врача ФБУЗ, чем была нарушена процедура их выплаты, право на получение которых подсудимый имел, что также следует из показаний вышеперечисленных свидетелей и представителя потерпевшего, и объёмов выполненных им работ как врачом по общей гигиене, что не оспаривалось в судебном заседании.

Кроме этого, как следует из приказа № от 23.12.2013 года, подсудимому выплачена премия в размере 51572 рубля 68 копеек (с учётом НДФЛ). Решение о распределении средств экономии принято на заседании комиссии филиала по распределению денежных средств Фонда экономии заработной платы по субсидиарному финансированию Старооскольского филиала по итогам работы за 2013 год, что следует из протокола № от 20.12.2013 года.

Из показаний подсудимого следует, что им ошибочно были восприняты нормы Положения о премировании работников ФБУЗ, утверждённых главврачом ФБУЗ 30.12.2011 года, о том, что он, премируя работников филиала как главврач, вправе поощрить и самого себя как врача по общей гигиене. Такой факт распределения средств экономии в филиале был впервые за время его руководства и он, полагался на главного бухгалтера.

Доводы подсудимого в этой части стороной обвинения критике не подвергались. Доказательств, в опровержение этого, суду не представлено.

Также суд принимает во внимание, что подсудимым на стадии судебного следствия указанная сумма средств возмещена в добровольном порядке в кассу организации.

Из дословного содержания указанного Положения о премировании следует, что вопрос премирования сотрудников при совмещении работ не регламентирован.

Согласно нормам трудового законодательства, правом поощрения сотрудников, наделён работодатель. Однако, в данном случае, общая норма права, не может свидетельствовать о преступном умысле подсудимого, направленного на хищение средств, путём присвоения, используя служебное положение.

Разрешая вопрос о наличии в деянии лица состава хищения в форме присвоения, суд должен установить обстоятельства, подтверждающие, что умыслом лица охватывался противоправный, безвозмездный характер действий, совершаемых с целью обратить вверенное ему имущество в свою пользу или пользу других лиц.

Указанных обстоятельств, как следует из совокупности исследованных доказательств, установлено не было.

Обязательным признаком хищения, в том числе в форме присвоения, является наличие у лица корыстной цели, то есть стремления изъять и (или) обратить чужое имущество в свою пользу либо распорядиться указанным имуществом как своим собственным.

От хищения следует отличать случаи, когда лицо, изымая и (или) обращая в свою пользу или пользу других лиц чужое имущество, действовало в целях осуществления своего действительного или предполагаемого права на это имущество. При наличии оснований, предусмотренных ст.330 УК РФ, виновное лицо в указанных случаях должно быть привлечено к уголовной ответственности за самоуправство. Однако представителем потерпевшего не оспаривалась правомерность действий главного врача ФИО1 в вопросах премирования, что также не образует состава самоуправства.

При таких обстоятельствах, суд признаёт, что подсудимый, подписывая приказы о премировании №№, не преследовал корыстную цель, а, следовательно, не действовал противоправно, что исключает наличие в его действиях вины и состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ.

В связи с изложенным, ФИО1 подлежит оправданию по преступлению, квалифицированному государственным обвинителем по ч.3 ст.160 УК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Вместе с тем, на выводы суда об отсутствии вины ФИО1 в инкриминируемых ему четырёх преступлениях не влияют представленные в качестве доказательств обвинением: сведения о контроле и записи телефонных переговоров по абонентским номерам, зарегистрированным на имя ФИО1, В., Е. (т.18 л.д.89, 90, 91-92, 93-94, 95-97, 98-99, 100-102, 103-104, 105-107, 108-109); протокол осмотра предметов (документов), в ходе которого осмотрены оптические диски с записями телефонных переговоров по абонентским номерам, зарегистрированным на имя ФИО1, В., Е. (т.18 л.д.110-156); протокол осмотра предметов, которым осмотрены восемь книг, содержащих приказы о премировании работников Старооскольского филиала ФБУЗ с 2008 года по 2015 год, и восемь полимерных файлов, содержащих приказы о премировании главных врачей филиалов ФБУЗ « » с 2008 года по 2015 год (т.19 л.д.27-72); постановления и протоколы получения образцов подписи и подчерка у свидетелей Д., Ч., подозреваемого ФИО1 (т.7 л.д.88-91, 92-94, 102-105, 110-114); копия приказа главврача ФБУЗ № от 30.12.2011 года «О делегировании прав главным врачам филиалов» (т.5 л.д.51); копия Правил внутреннего распорядка ФБУЗ (т.5 л.д.52-64); копия коллективного договора (т.45 л.д.65-86); копия Положения о Старооскольском филиале ФБУЗ « » (т.5 л.д.87-92); копия доверенности № от 25.11.2013 года, которой главврач ФБУЗ уполномочивает ФИО1 представлять интересы Учреждения со всеми юридическими и физическими лицами (т.5 л.д.93-94); копии Положения об установлении персонального повышающего коэффициента к окладу работников ФБУЗ и приказов об установлении указанных коэффициентов (т.5 л.д.97-125); копия Устава ФБУЗ и приказа об его утверждении № от 21.03.2011 года (т.5 л.д.159-170); сведения Управления социальной защиты населения о выплате В. пособия по уходу за ребёнком (т.5 л.д.226-228); протоколы обысков (выемок) в служебных помещениях Старооскольского филиала, которыми изъяты: кассовые документы за март, апрель, май 2013 года, апрель и сентябрь 2013 года; выписки по счетам 2008-2009 годы (т.12 л.д.168-171), кассовые и расходные документы филиала за 2014 год (т.12 л.д.174-177), приказы филиала, списки перечисляемых в банк денежных средств, лицевых счетов, расчетных ведомостей, платежных поручений за 2008-2015 годы (т.7 л.д.189-197, 203-205); постановления о производстве выемок документов, содержащих информацию о вкладах и счетах в банке (т.7 л.д.166-181, 183-184); протокол выемки в ФБУЗ приказов о поощрении главврача Старооскольского филиала (т.7 л.д.209-213).

Что касается личности ФИО1, то он ранее не судим, на учётах у врачей не состоит. Согласно характеристике главврача ФБУЗ, зарекомендовал себя в должности главврача Старооскольского филиала как добросовестный, ответственный, инициативный руководитель (8 л.д.76).

Гражданский иск, заявленный в порядке, предусмотренном ч.3 ст.44 УПК РФ, в защиту интересов государства и поддержанный государственным обвинителем в части взыскания с ФИО1 в счёт возмещения причинённого ущерба в пользу Старооскольского филиала ФБУЗ « » рублей копейки, суд в соответствии с ч.2 ст.306 УПК РФ оставляет без рассмотрения, поскольку подсудимый подлежит оправданию по преступлениям, предусмотренным ч.3 ст.160 УК РФ (4 преступления).

Меру процессуального принуждения, примененную постановлением Старооскольского городского суда от 08.07.2016 года, в отношении ФИО1 в виде временного отстранения от должности главного врача Старооскольского филиала Федерального бюджетного учреждения здравоохранения « » отменить.

Процессуальных издержек по уголовному делу нет.

Вопрос о вещественных доказательствах разрешить в соответствии со ст.ст. 81, 82 УПК РФ, разъяснив, при этом заинтересованным лицам, их право ходатайствовать о возвращении им документов.

Вещественные доказательства, хранящиеся: 

- при материалах дела документы, изъятые в ходе производства следственных действий в ФБУЗ « », Старооскольском филиале ФБУЗ, Управлении социальной защиты населения, в отделениях банка – оставить хранить там же; 

- хранящиеся в материалах дела оптические диски; документы, содержащие: информацию о движении денежных средств, детализацию телефонных переговоров – оставить хранить там же;

- в следственном отделе на транспорте – два жестких диска: объемом 80 ГБ; объемом 40 ГБ, изъятые в ходе выемки в Старооскольском филиале ФБУЗ – возвратить по принадлежности в Старооскольский филиал ФБУЗ « ».

Руководствуясь ст.ст. 302, 304-306, 309 УПК РФ, суд

приговорил:

Признать ФИО1 невиновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 160 ч.3 (хищение заработной платы М. и С.), 160 ч.3 (хищение заработной платы Д. и Ч.), 160 ч.3 (хищение заработной платы В.), 160 ч.3 (хищение средств путём начисления премий самому себе) УК РФ и оправдать его в соответствии с п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ в связи с отсутствием в каждом деянии состава преступления.

Признать за ФИО1 на основании ст.ст. 133-134 УПК РФ право на реабилитацию, направив ему извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Меру процессуального принуждения в виде временного отстранения ФИО1 от должности главного врача Старооскольского филиала Федерального бюджетного учреждения здравоохранения « » отменить.

Гражданский иск о взыскании с ФИО1 в пользу Старооскольского филиала ФБУЗ « » рублей копейки в соответствии с ч.2 ст.306 УПК РФ оставить без рассмотрения. 

Вещественные доказательства, хранящиеся: 

1) при материалах дела:

- личные дела, изъятые в Старооскольском филиале ФБУЗ на имя: М., Х., В., ФИО1, а также личное дело на него же, изъятое в ФБУЗ « »;

- архивное дело, изъятое из Управления социальной защиты населения, на имя В.;

- восемь книг, содержащих приказы о премировании работников филиала с 2008 года по 2015 год и восемь полимерных файлов содержащих приказы о премировании главных врачей филиалов ФБУЗ с 2008 года по 2015 год; сшивку документов к уголовному делу № на 34 листа; 

- книги, имеющие на обложке надпись: Договоры гражданско-правового характера 2010 год, 2011 год, 2012 год, 2013 год, 2014 год;

- табеля учета рабочего времени Старооскольского филиала ФБУЗ « » за период с января 2013 года по май 2015 года;

- договор № () о порядке выпуска и обслуживания международных дебетовых карт для сотрудников организации от 28.12.2007 года с приложениями к нему на 12 листах; акты по международным банковским картам и ценностям, направленным на уничтожение: от 29.09.2015 года на 1 листе, от 23.03.2015г. на 4 листах, от 07.05.2015 года на 3 листах; ксерокопии сведений банка РФ о клиентах: М. на 3 листах, С. на 3 листах, Д. на 3 листах, Ч. на 3 листах; распоряжением главного врача ФИО1 от 03.06.2011г. на 1 листе, ксерокопия карточки образцов подписей к лицевым счетам на 1 листе, сообщение банка ФИО1 на 1 листе, дополнительное соглашением № от 28.06.2011 года к договору № от 28.12.2007 года на 1 листе, – оставить хранить там же;

2) в материалах уголовного дела:

- 34 листа формата А4, поступившие сопроводительными письмами из ПАО «банк России», содержащие информацию о движении денежных средств по банковским картам, открытым на имя: Д., ФИО1, М., С., Ч.;

- десять листов формата А4, содержащие детализацию телефонных переговоров абонентского номера, находящегося в пользовании С.;

- оптические диски, содержащие: результаты оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» за зданием санитарного участка, а также материалы оперативно-розыскных мероприятий «прослушивание телефонных переговоров» в отношении ФИО1, В. и Е.; бухгалтерскую документацию;

- оптический диск, содержащий информацию об абонентских номерах ПАО « », регистрировавшихся 15.05.2013, 16.05.2013, 03.07.2013, 27.08.2013, 11.10.2013, 05.11.2013, 05.12.2013, 27.12.2013, 05.02.2014, 03.03.2014, 01.04.2014, 06.05.2014, 19.06.2014, 03.07.2014, 31.07.2014, 18.08.2014, 25.09.2014, 28.10.2014, 25.11.2014, 12.01.2015 в зоне действия сетей базовых станций, покрывающих местонахождение банкоматов, с которых происходило снятие денежных средств с банковских карт, оформленных на Д. и Ч.;

- оптический диск, содержащий детализацию телефонных переговоров абонентских номеров, а также информацию об абонентских номерах ПАО « », регистрировавшихся 27.12.2013, 19.06.2014, 03.07.2014, 31.07.2014 и 25.09.2014 в зоне действия сетей базовых станций, покрывающих местонахождение банкоматов, с которых происходило снятие денежных средств с банковских карт, оформленных на Д. и Ч.;

- оптический диск, содержащий детализацию телефонных переговоров абонентского номера, и два листа формата А4 с детализацией телефонных переговоров абонентского номера ;

- оптические диски, содержащие детализацию телефонных переговоров абонентских номеров: ;

- оптический диск, содержащий информацию об абонентских номерах ПАО « », регистрировавшихся 03.07.2013, 27.08.2013, 11.10.2013, 05.11.2013, 05.12.2013, 27.12.2013, 05.02.2014, 03.03.2014, 01.04.2014, 06.05.2014, 03.07.2014, 31.07.2014, 18.08.2014, 25.09.2014, 28.10.2014, 25.11.2014 и 12.01.2015 в зоне действия сетей базовых станций, покрывающих местонахождение банкоматов, с которых происходило снятие денежных средств с банковских карт, оформленных на Д. и Ч.;

- оптический диск, содержащий информацию об абонентских номерах ООО « », регистрировавшихся 15.05.2013, 16.05.2013, 03.07.2013, 27.08.2013, 11.10.2013, 05.11.2013, 27.12.2013, 05.02.2014, 03.03.2014, 01.04.2014, 06.05.2014, 19.06.2014, 03.07.2014, 03.07.2014, 31.07.2014, 18.08.2014, 25.09.2014, 28.10.2014, 25.11.2014, 12.01.2015 в зоне действия сетей базовых станций, покрывающих местонахождение банкоматов, с которых происходило снятие денежных средств с банковских карт, оформленных на Д. и Ч., – оставить хранить там же;

3) в следственном отделе на транспорте – два жестких диска: объемом 80 ГБ; объемом 40 ГБ, изъятые в ходе выемки в Старооскольском филиале ФБУЗ, – возвратить по принадлежности в Старооскольский филиал ФБУЗ « ».

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда в течение 10 суток со дня постановления приговора путем подачи апелляционной жалобы и (или) представления через Старооскольский городской суд.

Судья А.Ф. Прокудин