Гражданское дело №2-101/2024

УИД 68RS0019-01-2024-000082-87

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

с. Петровское 03 мая 2024 года.

Петровский районный суд Тамбовской области в составе судьи Сысоева Д.В., при секретаре судебного заседания Бекреневой Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 и ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации, в лице Управления Федерального казначейства РФ по Тамбовской области о возмещении морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование,

установил:

ФИО1 и ФИО2 обратились в Петровский районный суд Тамбовской области с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации, в лице Управления Федерального казначейства РФ по Тамбовской области о возмещении морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование. 

Свои исковые требования обосновывают следующим: ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 159.2 УК РФ по факту хищения денежных средств в виде пособия по безработице. После чего в начале июля 2021 года они были допрошены в качестве подозреваемых, и в отношения них была применена иная мера уголовно-процессуального принуждения - в виде обязательства о явке.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 159.2 УК РФ по факту незаконного получения пособия по безработице.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением старшего следователя следственного отдела МОМВД России «Мичуринский» майора юстиции ФИО4 ФИО2 был привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу № по ч.1 ст. 159 УК РФ, а ФИО1 был привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу № по ч.1 ст.

159 УК РФ. 

ДД.ММ.ГГГГ постановлением старшего следователя следственного отдела МОМВД России «Мичуринский» майора юстиции ФИО4 ФИО2 был объявлен в федеральный розыск по уголовному делу № по ч.1 ст. 159 УК РФ, а ФИО1 был объявлен в федеральный розыск по уголовному делу № по ч.1 ст. 159 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением старшего следователя следственного отдела МОМВД России «Мичуринский» майора юстиции ФИО4 в отношении ФИО1 федеральный розыск был прекращён по уголовному делу № по ч.1 ст.159 УК РФ в связи с его задержанием.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением старшего следователя следственного отдела МОМВД России «Мичуринский» майора юстиции ФИО4 в отношении ФИО1 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением старшего следователя следственного отдела МОМВД России «Мичуринский» майора юстиции ФИО4 в отношении ФИО2 был прекращен федеральный розыск по уголовному делу № по ч.1 ст.159 УК РФ в связи с его задержанием в порядке ст.91, 92 УПК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ в ходатайстве старшего следователя следственного отдела МОМВД России «Мичуринский» майора юстиции ФИО4 перед судом об избрании в отношении ФИО2 меры пресечения в виде заключения под стражу было отказано.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением старшего следователя следственного отдела МОМВД России «Мичуринский» майора юстиции ФИО4 уголовные дела в отношении ФИО1 и ФИО2 были прекращены в связи с непричастностью к совершению преступлений по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ и им было разъяснено право на реабилитацию, предусмотренное главой 18 УПК РФ.

Таким образом ФИО1 был причинен моральный вред был причинён в результате:

- возбуждения уголовного дела № по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 159.2 УК РФ по факту хищения денежных средств в виде пособия по безработице, когда ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого в преступлении, которого не совершал и в отношении него была применена иная мера уголовно-процессуального принуждения в виде обязательства о явке;

- возбуждения уголовного дела № в отношении него с указанием того, что в действиях ФИО1 усматривается состав преступления, который он не совершал;

- нахождения ФИО1 в статусе подозреваемого в том преступлении, которое он не совершал;

- нахождение ФИО1 на протяжении одного месяца в федеральном розыске в статусе обвиняемого в том преступлении, которого он не совершал, при этом были распространены порочащие сведения о его преступной деятельности, что умаляло его честь, достоинство и доброе имя;

- неоднократные задержания ФИО1 и доставление под конвоем в МОМВД России «Мичуринский» с применением спецсредств «наручники», приведшее к лишению свободы с выдворением в КАЗ ОП № УМВД по 

<

адрес> по подозрению в том преступлении, которое он не совершал. ФИО1 в КАЗ испытывал нравственные страдания, был оторван от дома, семьи, работы, были распространены порочащие сведения о его преступной деятельности, что умаляло его честь, достоинство, доброе имя. Утрата дней, которые ФИО1 провёл в условиях изоляции от общества и ограничения свободы, невосполнима. Находясь в непривычных для себя условиях строгой изоляции от общества, испытал колоссальное стрессовое состояние от одиночества, общения с маргинальными элементами, совершившими правонарушения. 

<

адрес>не негативное отношение, граничащее с унижением личности и достоинства гражданина, со стороны должностного персонала ОП № УМВД по 

<

адрес>. Особую горечь и обиду разочарования истец испытал из-за безразличия следователя, пренебрежения с его стороны процессуальными правами истца, из-за явного негативного отношения к нему. Находясь в застенках, переосмыслил свои взгляды на справедливость и добропорядочность. Дополнительные страдания вызвало осознание неэффективности правоохранительной системы, отсутствие защиты интересов личности со стороны государства. Полученная моральная травма сказывается до сих пор на психологическом здоровье истца, а воспоминания об уголовном процессе и условиях содержания в КАЗ периодически служат причиной бессонницы и депрессий;

- избрание в отношении ФИО1 меры пресечения в виде подписки о невыезде, накладывающий ограничения на его жизнедеятельность, а именно не покидать постоянное или временное место жительства без разрешения дознавателя, следователя или суда, по подозрению в том преступлении, которое он не совершал;

- нахождение ФИО1 на протяжении более полутора лет в статусе обвиняемого в том преступлении, которое он не совершал. В этот период времени, на нервной почве после его задержания в январе истцу стало плохо, в связи с чем ФИО1 был вынужден обращаться за медицинской помощью. Затем после очередного задержания ФИО1 и доставления его в ОМВД к следователю ДД.ММ.ГГГГ истцу был поставлен диагноз «КОВИД-19». Данные факты, подтверждаются выпиской из медицинской карты (истории болезни), которая имеется в материалах уголовного дела № и выпиской из медицинской карты (истории болезни) от ДД.ММ.ГГГГ. До нахождения в кабинете следователя, который болел этой инфекцией в указанное время, признаков или подозрения на указанное заболевание у ФИО1 не было. Как следует из медицинской карты лечения больного, болезни выявлены впервые (новый случай), ранее ими не болел. Кроме того, в период его незаконного привлечения к уголовной ответственности умер его отец- ФИО5

В связи с чем ФИО1 просит взыскать в его пользу моральный вред за незаконное привлечение к уголовной ответственности в размере 2 000 000 рублей, а так же просит обязать прокурора принести официальное извинение в данном судебном процессе.

ФИО2 был причинен моральный вред в результате:

- возбуждения уголовного дела № по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 159.2 УК РФ по факту хищения денежных средств в виде пособия по безработице, когда ФИО2 был допрошен в качестве подозреваемого в преступлении, которое он не совершал и в отношении него была применена иная мера уголовно-процессуального принуждения в виде обязательства о явке;

- нахождения ФИО2 в статусе подозреваемого в том преступлении, которое он не совершал;

- нахождение ФИО2 на протяжении трёх месяцев в федеральном розыске в статусе обвиняемого в том преступлении, которое он не совершал,

- осуществлялось в течение длительного периода времени, за которое он потерял отца ФИО5 у которого на нервной почве и постоянного переживания за судьбу сыновей обострилось хроническое заболевание и он умер.

- задержание ФИО2 и заявление ходатайства об избрании в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу, применившее лишение свободы с выдворением в ИВС по подозрению в том преступлении, которое он не совершал. Истец в ИВС испытывал нравственные страдания, был оторван от дома, семьи, работы, были распространены порочащие сведения о его преступной деятельности, что умаляло его честь, достоинство, доброе имя. Утрата дней, которые Истец провёл в условиях изоляции от общества, невосполнима. Находясь в непривычных для себя условиях строгой изоляции от общества, испытал колоссальное стрессовое состояние от одиночества, общения с уголовными элементами, совершившими преступления. 

<

адрес>не негативное отношение, граничащее с унижением личности и достоинства гражданина, со стороны должностного персонала ИВС. Особую горечь и обиду разочарования истец испытал из-за безразличия следователя, пренебрежения с его стороны процессуальными правами истца, из-за явного негативного отношения к нему. Находясь в застенках, переосмыслил свои взгляды на справедливость и добропорядочность. Дополнительные страдания вызвало осознание неэффективности судебной системы, отсутствие защиты интересов личности со стороны государства. Полученная моральная травма сказывается до сих пор на психологическом здоровье истца, а воспоминания о судебных процессах и условиях содержания в камерах ИВС периодически служат причиной бессонницы и депрессий;

- нахождение ФИО2 на протяжении более полутора лет в статусе обвиняемого в том преступлении, которое он не совершал. 

В связи с чем ФИО2 просит взыскать в его пользу моральный вред за незаконное привлечение к уголовной ответственности в размере 2 000 000 рублей, а так же просит обязать прокурора принести официальное извинение в данном судебном процессе.

Истцы ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании поддержали заявленные ими исковые требования и просили удовлетворить их в полном объеме.

Представитель Министерства финансов РФ по доверенности ФИО3 в судебном заседании просила отказать в удовлетворении заявленных истцами исковых требованиях, предоставила суду письменные возражения, согласно которых Исходя из искового заявления, ДД.ММ.ГГГГ постановлением старшего следователя следственного отдела МОМВД России «Мичуринский» ФИО1 и ФИО2 были привлечены в качестве обвиняемых по уголовным делам, возбужденным по ч.1 ст. 159 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением старшего следователя следственного отдела МОМВД России «Мичуринский» уголовные дела в отношении ФИО1 и ФИО2 прекращены в связи с непричастностью к совершению преступлений предусмотренных ч. 1 ст. 159 УК РФ, им разъяснено право на реабилитацию.

Под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно и необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причинённого ему вреда (п. 34 ст. 5 УПК РФ).

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 4 и 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ.

В соответствии с ч.1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости, которые предполагают определение такого размера компенсации морального вреда, который позволит с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» также предусматривает, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Статья 56 ГПК РФ предусматривает обязанность сторон по доказыванию тех обстоятельств, на которые они ссылаются.

Как следует из искового заявления, в результате незаконного возбуждения уголовного дела, избрании меры пресечения, допросов в качестве подозреваемых, а в последующем и обвиняемых ФИО1 и ФИО2 причинены сильные нравственные и физические страдания.

Истцы связывают причинение морального вреда с распространением порочащих сведений о их преступной деятельности, что умаляло их честь, достоинство, доброе имя. Однако, в материалах дела отсутствуют какие - либо доказательства распространения сведений о возбуждении в отношении ФИО1 и ФИО2 уголовного дела.

Также истцы указывают, что испытывали «негативное отношение, граничащее с унижением личности и достоинства гражданина, со стороны должностного персонала ОП № УМВД по 

<

адрес>. Особую горечь и обиду разочарования истец испытывал из-за безразличия следователя, пренебрежения с его стороны процессуальными правами истца». Данные доводы не нашли своего подтверждения материалами дела, отсутствуют документы, подтверждающие обжалование истцами действий сотрудников органов внутренних дел.

Заявляя требования о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации, ФИО1 ссылается на то, что избранная в отношении него мера пресечения в виде подписки о невыезде накладывала ограничения на его жизнедеятельность, а именно отсутствие возможности покидать постоянное или временное место жительства без разрешения дознавателя, следователя, суда.

Избранная в отношении ФИО1 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, согласно ст. 102 УПК РФ не ограничивает право на передвижение гражданина, а лишь ставит это право в зависимость от разрешения дознавателя, следователя, суда. Данная мера способствовала надлежащему расследованию дела и не ограничивала конституционных прав истца на свободное передвижение по территории страны, а лишь ставила это право в зависимость от разрешения следователя.

Доказательств фактического ограничения жизнедеятельности истца, наступления каких - либо реальных ограничений в материалы дела не представлено, не представлены доказательства необходимости выезда за пределы места жительства, а также обращения истца к следователю за разрешением на выезд и получения отказа на данное обращение.

ФИО1 также указывает, что в период уголовного преследования на нервной почве после его задержания в январе ему стало плохо, в связи с чем истец был вынужден обратиться за медицинской помощью.

В качестве подтверждения ухудшения здоровья в результате незаконного уголовного преследования, истцом был представлен ответ ООО Медицинский оздоровительный центр «Галиум» из которого следует, что ФИО1 обратился к врачу - неврологу ДД.ММ.ГГГГ с жалобами на головные боли, периодическое повышение артериального давления, после осмотра выставлен предварительный диагноз - дорсопатия с умеренным цефалгическим, цервикалгическим сидромом на фоне шейного остеохондроза.

Диагноз, поставленный истцу, относится к группе заболеваний позвоночника, наступлению которого способствуют многие факторы, характеризуется хроническим течением и периодическими обострениями.

Доказательств отсутствия данного заболевания до возбуждения уголовного дела, а также наличия причинно - следственной связи между ухудшением здоровья истца и производством по уголовному делу ФИО1 представлено не было.

Кроме того, истец указывает, что после очередного задержания и доставления к следователю ДД.ММ.ГГГГ ему был поставлен диагноз «Ковид - 19», по мнению ФИО1, до нахождения в кабинете следователя, который уже болел этой инфекцией, признаков болезни у него не было. Однако, в материалах дела имеются данные с портала «Госуслуг», что ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 результат анализа методом ПЦР COVID - 19 уже был положительным. Также, исходя из информации, данной ТОГБУЗ «ГКБ № 

<

адрес>, следует, что в то же самое время и у брата истца - ФИО2 была обнаружена та же самая инфекция.

Доводы о том, что возбуждение уголовного дела в отношении ФИО1 и ФИО2 отразилось на взаимоотношениях с близкими, знакомыми также не подтверждены документами.

По мнению истцов, наличие судимости стало препятствием к дальнейшему трудоустройству. Данное обстоятельство не подтверждено доказательствами, к примеру, отказом работодателей в приеме на работу по причине незаконного уголовного преследования.

Минфин России считает, что ФИО1 и ФИО2 не представлено достаточных доказательств в обоснование заявленного размера компенсации морального вреда. Само по себе признание права на реабилитацию не влечет безусловной компенсации морального вреда, тем более в настолько завышенном размере.

Определение размера компенсации морального вреда производится индивидуально в каждом конкретном случае. При этом учитываются степень причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных страданий.

Обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Представитель прокуратуры 

<

адрес> по доверенности, прокурор 

<

адрес> Сайганов К.А. в судебном заседании пояснил, что исковые требования ФИО1 и ФИО2 о компенсации морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности подлежат удовлетворению в разумных пределах, а в части принесения официального извинения от органов прокуратуры в данном судебном заседании просит отказать, так как в адрес ФИО1 и ФИО2 были направлены официальные извинения в письменном виде, согласноУказаний Генеральной прокуратуры РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 267/12 "О порядке реализации положений части 1 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации", таким образом обязанность прокурора, установленная ст. 136 УПК РФ о принесении официального извинения реабилитированному за причиненный вред исполнена, в связи с чем прокурор просит отказать в удовлетворении исковых требований в данной части.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, а так же материалы уголовного дела № в отношении ФИО1 по ч.1 ст. 159.2 УК РФ, материалы уголовного дела № в отношении ФИО2 по ч.1 ст. 159 УК РФ, суд находит исковые требования ФИО1 и ФИО2 подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу положений п. 1 ст. 8 и ст. 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от ДД.ММ.ГГГГ (ратифицированной Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 54-ФЗ), каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции, а также право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено людьми, действовавшими в официальном качестве.

Как усматривается из п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В этих случаях от имени казны Российской Федерации выступает соответствующий финансовый орган (ст. 1071 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Таким образом, исходя из системного толкования вышеуказанных положений ГК РФ законодатель презюмирует причинение лицу морального вреда самим фактом незаконного уголовного преследования этого лица. Доказыванию в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 ГК РФ).

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применив положения ст. 1101 ГК РФ, должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что Права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации). Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ). Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований. (п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Согласно п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Из материалов уголовного дела № по обвинению ФИО1 следует, что ФИО1 привлекался к уголовной ответственности по ч.1 ст. 159.2 УК РФ в отношении него избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащим поведении, был допрошен в качестве подозреваемого и обвиняемого, объявлялся в федеральный розыск, после обнаружения принудительно доставлялся для допроса к следователю с использованием специальных средств «наручники». ДД.ММ.ГГГГ уголовное преследование ФИО1 было прекращено в связи с непричастностью обвиняемого к совершению преступления и разъяснено право на реабилитацию.

Из материалов уголовного дела № по обвинению ФИО2 следует, что ФИО2 привлекался к уголовной ответственности по ч.1 ст. 159 УК РФ, в отношении него избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащим поведении, ФИО2 был допрошен в качестве подозреваемого и обвиняемого, объявлялся в федеральный розыск, задерживался в порядке ст. 90-91 УПК РФ, ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО2 было прекращено в связи с непричастностью обвиняемого к совершению преступления и разъяснено право на реабилитацию.

Все выше исследованные материалы свидетельствуют о том, что ФИО1 и ФИО2 вправе рассчитывать на устранение последствий морального вреда за незаконное уголовное преследование, когда уголовное преследование по указанным статьям в отношении ФИО1 и ФИО2 было прекращено, в связи с непричастностью обвиняемых к совершению данных преступлений.

Принимая во внимание все представленные истцами доказательства, фактические обстоятельства дела, к которым, помимо прочего, относится продолжительный период (850 дней) их незаконного уголовного преследования, привлечение в качестве подозреваемых и обвиняемых, избрание меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащим поведении, объявление в федеральный розыск, незаконное задержание ФИО2 в порядке ст. 90-91 УПК РФ и незаконное принудительное доставление ФИО1 к следователю с применением специальных средств «наручники», тяжесть преступления в котором подозревались и обвинялись истцы (данная категория преступлений относится к категории небольшой тяжести), объем и характер нравственных страданий ФИО1 и ФИО2, выразившихся в переживаниях по незаконно вмененному им в вину преступлению, смерть близкого человека - отца ФИО5 в период незаконного уголовного преследования истцов, наличие заболеваний по обострению которых ФИО1 обращался в медицинские учреждения, страдания и переживания по поводу незаконного привлечения к уголовной ответственности, руководствуясь вышеуказанными положениями закона и разъяснениями к ним, а также принципами разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с Российской Федерации в лице Министерства финансов России за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда в размере по 70 000 рублей в пользу каждого истца.

Данная сумма соразмерна характеру и объему нравственных страданий, которые претерпели истцы, отвечает требованиям разумности и справедливости, а также обеспечивает баланс частных и публичных интересов, связанных с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Утверждения истцов о том, что они в период с момента возбуждения уголовных дел отразилось на взаимоотношениях с близкими, так как они стали замкнутыми, раздражительными и часть знакомых вообще перестала с ними общаться. Также во время уголовного преследования у истцов пропал аппетит, плохо спали, нервничали от допросов, после вызовов следователя было плохое самочувствие, стали вспыльчивыми, неуравновешенными. Положительный тест ПЦР COVID -19, неоднократное обжалование действий должностных лиц в порядке подчиненности и в суд, - оценены судом и, с учетом уже вышеприведенной позиции, не влияют на определение компенсации морального вреда в большем размере.

Каких-либо иных оснований для определения размера компенсации морального вреда, как в меньшем, так и в большем размере или для полного отказа в такой компенсации, вопреки доводам сторон, не имеется.

При этом, суд отмечает, что в соответствии со ст. 1071 ГК РФ, в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Кроме того, в соответствии с абз. пятым п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 мая 2019 г. № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса РФ, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы РФ», субъектом, обязанным возместить вред по правилам ст. 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность ГК РФ, БК РФ или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (ст. 1071 ГК РФ).

Таким образом, компенсация морального вреда ФИО1 и ФИО2 подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Министерства финансов России за счет казны Российской Федерации.

Исковые требования ФИО1 и ФИО2 о принесении прокурором официального извинения в настоящем суде, не подлежат удовлетворению по следующим основаниям:

Согласно ст. 136 УПК РФ Прокурор от имени государства приносит официальное извинение реабилитированному за причиненный ему вред.

Согласно Указаний Генеральной прокуратуры РФ от 3 июля 2013 г. N 267/12 "О порядке реализации положений части 1 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" Официальное извинение приносить в письменной форме в возможно короткий срок, но не позднее одного месяца со дня вынесения дознавателем либо следователем постановления о прекращении уголовного преследования подозреваемых или обвиняемых по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 или пунктами 1 и 4-6 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации,

Как установлено в судебном заседании и не оспаривается самими истцами, Официальное извинение прокурора от имени государства ФИО1 и ФИО2 было направлено в письменном виде 04.03.2024 года по почте, о чем свидетельствует чеки почтовых отправлений и копия выписки из журнала исходящей корреспонденции прокуратуры Петровского района Тамбовской области.

Таким образом, обязанность прокурора, установленная законом о принесении официального извинения за незаконное привлечение к уголовной ответственности ФИО1 и ФИО2 соблюдена в полном объеме, официальное извинение принесено, в связи с чем исковые требования в данной части не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 и ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации, в лице Управления Федерального казначейства РФ по Тамбовской области о возмещении морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 и ФИО2, компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования каждому в размере по 70 000 (семьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований в большем размере, а также в удовлетворении исковых требований к прокурору Петровского района Тамбовской области о принесении официального извинения в настоящем суде - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Петровский районный суд Тамбовской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Д.В. Сысоев

Решение в окончательной форме принято 14 мая 2024 года.

Судья Д.В. Сысоев