РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 мая 2017 года г. Усть-Илимск, Иркутская область 

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Курахтановой Е.М., 

при секретаре судебного заседания Бурцевой А.С.,

с участием старшего помощника прокурора Тукмаковой О.В.,

истца ФИО1, его представителя ФИО2, действующей на основании доверенности № от ** ** **** сроком действия один год с полным объемом процессуальных прав,

представителя ответчика ООО «Илим Тимбер» ФИО3, действующего на основании доверенности № от ** ** **** сроком действия три года с полным объемом процессуальных прав,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-972/2017 по иску Усть-Илимского межрайонного прокурора действующего в защиту прав и законных интересов ФИО1 к ООО «Илим Тимбер» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

В обоснование исковых требований указано, что ФИО1 обратился в Усть-Илимскую межрайонную прокуратуру с заявлением о направлении в его интересах в суд иска о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью. ФИО1 с 1981г. по 2016г. работал в ОАО «Усть-Илимский ЛДЗ» 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>. Из общего стажа работы, его стаж в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 35 лет 07 месяцев. По результатам оценки трудового процесса вышеуказанные рабочие места отнесены к вредным условиям труда. Вредными производственными факторами являются: шум, общая вибрация. В местах производства работ в воздухе рабочей зоны содержатся вредные химические вещества. Медицинским заключением № от 25.01.2017г. ФИО1 установлен основной диагноз: 

<

данные изъяты>, установлена степень утраты трудоспособности 10%. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие производственного шума. В связи с профессиональным заболеванием ФИО1 причинен моральный вред, который выражается в его физических и нравственных страданиях. Его здоровью причинен невосполнимый ущерб. ФИО1 испытывает постоянное чувство беспокойства, тревоги, унижения, подавленности, отчаяния из-за невозможности продолжать активную общественную жизнь. Ощущает сильное сердцебиение, головокружение, шум и звон в ушах. Не может полноценно участвовать в быту семьи. Постоянно испытывает утомляемость, слабость, вялость. Все это причиняет ему нравственные страдания. Он переживает за свое здоровье, за будущее своей семьи, испытывает чувство раздражительности, обиды, тревоги, неудовлетворенности. Правопреемником ОАО «Усть-Илимский ЛДЗ» является ООО «Илим Тимбер». Просит суд взыскать с ООО «Илим Тимбер» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

сумма> рублей. 

В судебном заседании старший помощник Усть-Илимского межрайонного прокурора Тукмакова О.В., истец ФИО1 и его представитель ФИО2 заявленные требования поддержали в полном объеме, просили иск удовлетворить. 

Представитель ответчика ФИО3 требования истца не признал. Не оспаривая факта причинения вреда здоровью истца с учетом производственных факторов, полагал, что размер требуемой компенсации морального вреда ФИО1 чрезмерно завышен. Также пояснил, что в ООО «Илим Тимбер» охрана труда имеет приоритетное значение, все работники обеспечиваются спецодеждой, средствами индивидуальной защиты, работникам выдается молоко, также необходимые средства в зависимости от профессии. В настоящее время на предприятии разработано положение о выплате работникам в связи с установлением профессионального заболевания и процента утраты проф.трудоспособности денежной компенсации в размере 10% среднего заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности. Полагал разумным возмещение морального вреда исходя из такого расчета и приемлемой к взысканию сумму не более 

<

сумма> рублей. 

Заслушав объяснения сторон, показания свидетелей, исследовав и оценив их в совокупности с письменными доказательствами, в соответствии с требованиями статей 67, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с положениями статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу статьи 237 ТК РФ работник вправе требовать компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред, физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Статьей 1101 ГК РФ, предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей истца.

Из представленных суду письменных доказательств следует, что трудовая деятельность истца началась 22.12.1977г. в 

<

данные изъяты>, где он отработал по 31.01.1978г. 

<

данные изъяты>. С 28.03.1978г. по 26.09.1978г. истец проходил курсы 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты>, с 30.10.1978г. по 31.03.1979г. работал 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, с 01.04.1979г. по 29.07.1979г. - 

<

данные изъяты> Забайкальского 

<

данные изъяты> с 12.08.1979г. по 14.04.1980г. – 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>», с 15.04.1980г. по 09.07.1981г. – 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>». С 13.08.1981г. по 06.03.1984г. истец работал 

<

данные изъяты> с 07.03.1984г. по 08.04.1986г. – 

<

данные изъяты>, с 09.04.1986г. по 06.08.1986г. – 

<

данные изъяты> с 07.08.1986г. по 31.12.1987г. – в качестве 

<

данные изъяты> с 01.01.1988г. по 21.12.1992г. – работал 

<

данные изъяты> с 22.12.1992г. по 22.05.1996г. – 

<

данные изъяты> с 23.05.1996г. по 31.12.2005г. - 

<

данные изъяты>», с 01.01.2006г. по 04.03.2009г. - оператором 

<

данные изъяты> 05.03.2009г. по 13.04.2016г. 

<

данные изъяты> (л.д. 11-14).

Факт трудовых отношений со ФИО1 в ходе судебного разбирательства стороной ответчика не оспорен, подтвержден представленными суду трудовой книжкой 

<

данные изъяты> № от 21.12.1977г. (л.д. 11-14), трудовым договором № от 25.11.2004г., дополнительными соглашениями к трудовому договору, приказом о прекращении трудового договора № от 13.04.2016г.

Доводы истца о наличии у него профессионального заболевания, а также наличии оснований для компенсации морального вреда нашли подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Наличие у ФИО1, ** ** **** года рождения, профессионального заболевания подтверждается актом о случае профессионального заболевания № от 23.12.2014г. (л.д. 28-30), согласно которому стаж его работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 36 лет 01 месяц (из них в ОАО «УИ ЛДЗ» - 22 года). Профессиональное заболевание возникло в результате длительного стажа работы в условиях воздействия вредных производственных факторов (производственный шум, технологическая общая вибрация). Актом установлено, что заболевание является профессиональным и возникло в результате профессиональной деятельности работника. Непосредственной причиной возникновения профессионального заболевания послужило длительное воздействие вредного производственного фактора - общей вибрации, производственный шум. Наличие вины работника в возникновении профессионального заболевания не установлено (л.д. 28-30). 

Аналогичные сведения содержатся в санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от 24.06.2014г. № (л.д. 16-22).

Установленный ФИО1 диагноз подтверждается медицинским заключением ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» № (л.д. 31), делом освидетельствования МСЭ, историями болезни №, №, №, № «Усть-Илимской городской поликлиники № 1» (л.д. 21), № и № ФГБУ «Восточно-Сибирский научный центр экологии человека» (л.д. 22, 23), № и № ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» (л.д. 24, 25). 

ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 10 % с 28.03.2017г. до 01.04.2018г., что подтверждается справкой серии МСЭ-2009 № (л.д. 15). 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что представленными суду доказательствами подтверждается наличие у истца ФИО1 профессионального заболевания. 

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, изложенными в пункте 32 Постановления от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В ходе судебного разбирательства истец ФИО1 пояснил, что в результате профессионального заболевания он испытывает постоянное чувство беспокойства, тревоги, унижения, подавленности, отчаяния из-за невозможности продолжать трудовую деятельность и в достаточной степени быть материальной опорой для своей семьи. Вынужден принимать таблетки, ставить уколы для поддержания состояния здоровья. При этом положительных прогнозов относительно слуха ему никто не дает, становится только хуже. Все это причиняет ему нравственные страдания. Он переживает за свое здоровье, за будущее своей семьи, испытывает чувство раздражительности, обиды, тревоги, неудовлетворенности.

Доводы истца о наличии у него нравственных страданий по поводу утраты профессиональной трудоспособности и ухудшения слуха были подтверждены показаниями свидетелей Х.Т.Н. и С.Н.А., допрошенных в судебном заседании.

Оснований для критической оценки показаний свидетелей судом не установлено.

Обязанность по обеспечению здоровых и безопасных условий труда возложена на работодателя, равно как и обязанность проведения мероприятий по предупреждению возникновения профессиональных заболеваний. Сам факт установления истцу профессионального заболевания свидетельствует о том, что ответчиком такие обязанности не исполнялись. Доказательств, подтверждающих отсутствие вины в причинении вреда здоровью истца, ответчиком, как того требует статья 56 ГПК РФ, не представлено.

Указанные обстоятельства подтверждают выводы суда о законности требований истца и наличии оснований для их удовлетворения. 

При определении размера компенсации морального вреда, причиненного истцу конкретно ответчиком ООО «Илим Тимбер», необходимо принять во внимание, что общий стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 35 лет 07 месяцев, из которых 22 года в ОАО «Усть-Илимский ЛДЗ», правопреемником которого в соответствии с пунктом 1.1 Устава является ответчик ООО «Илим Тимбер». Соответствующих доказательств, свидетельствующих о том, что ранее, при работе у других работодателей, что на момент трудоустройства в ООО «Тимбер Илим» у истца имелись признаки профессионального заболевания, ответчиком суду не представлено.

Учитывая изложенное, а также индивидуальные особенности истца, обстоятельства причинения вреда, характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца 

<

сумма> рублей компенсации морального вреда. 

В силу статьи 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход городского бюджета в размере 

<

сумма> рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Усть-Илимского межрайонного прокурора действующего в защиту прав и законных интересов ФИО1 о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием удовлетворить.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Илим Тимбер Индастри» в пользу ФИО1 

<

сумма> рублей компенсации морального вреда.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Илим Тимбер» в пользу бюджета муниципального образования город Усть-Илимск 

<

сумма> рублей государственной пошлины.

Решение суда может быть обжаловано в Иркутский областной суд путем подачи апелляционных жалобы, представления через Усть-Илимский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья Е.М. Курахтанова