Мотивированное 

решение

 изготовлено 09.12.2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 декабря 2019 года

Верх-Исетский районный суд 

<

адрес> в составе

председательствующего судьи Нецветаевой Н.А.,

при секретаре 

<

ФИО>2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску 

<

ФИО>1 к МАУ «ГКБ №» о взыскании расходов на лечение и обследования, недополученной заработной платы, оплаченной арендной платы, компенсации морального вреда, штраф, расходов на оплату услуг специалиста, 

УСТАНОВИЛ:

Истец 

<

ФИО>1 обратилась в суд с иском к МАУ «ГКБ №» о взыскании расходов на лечение и обследования, недополученной заработной платы, оплаченной арендной платы, компенсации морального вреда, штраф, расходов на оплату услуг специалиста.

В обоснование требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ истцу врачом гинекологом МБУ ЦГБ № выдано направление на госпитализацию в ГКБ № с диагнозом - кистома правого яичника. На момент госпитализации истец работала, но кабинет красоты закрыла. ДД.ММ.ГГГГ истец поступила в гинекологическое отделение ГКБ № г. Екатеринбурга для оперативного лечения в плановом порядке. Лечащим врачом истца являлась 

<

ФИО>9 Истцом было подписано добровольное согласие на медицинское вмешательство, где было указано, что ей будут делать лапароскопию, удаление придатков, а при необходимости, лапаротомию. ДД.ММ.ГГГГ истцу была сделана операция, выведен дренаж. Сначала самочувствие после операции было обычным, но дренаж не убирали, в мешке было сукровичная жидкость коричневого цвета, его вздутие. ДД.ММ.ГГГГ дренаж еще оставался, что истца настораживало. Дренаж доставлял дискомфорт, отсутствовал «стул», самочувствие истца ухудшилось, появились боли внизу живота в области дренажа, и в области груди. Врач порекомендовала принимать лекарственный препарат «Омез», что не повлияло на уменьшение боли, она нарастала. Прибывшие по просьбам истца врачи 

<

ФИО>9 и 

<

ФИО>3, после ее осмотра вызвали заведующего отделением калопроктологии 

<

ФИО>10, принявшим решение о необходимости срочной операции в связи с обнаружением неограниченного серозно-фибринозного калового перитонита. Истцу была проведена полостная операция по ушиванию кишки, выведена двуствольная сигмастома. После нахождения в течение суток в реанимации, ДД.ММ.ГГГГ истца перевели в отделение колопроктологии. Как оказалось, истцу вывели колостому. Таким образом, при первой операции истцу повредили кишку, в результате чего у нее начался каловый перитонит. Истец не могла ходить в туалет, были сильные боли, не могла спать, вставать, ходить, так как мешали мешки, многочисленные трубки впивались во внутренности. Все это время истец испытывала сильные душевные страдания. 

В связи с необходимостью посторонней помощи со стороны мужа истец была вынуждена оплатить нахождение в двухместной палате. ДД.ММ.ГГГГ в результате осложнений и на нервной почве у истца ухудшилось состояние. В отделении колопроктологии истец находилась до ДД.ММ.ГГГГ. Перед выпиской истцу в операционной собрали стому, и одели калоприемник, рассказали о необходимости проведения после заживления ран восстановительной операции, выписали под наблюдение хирурга по месту жительства. 

В связи с состоянием раны истец не могла делать перевязки самостоятельно, их отказались делать и по месту жительства. Тогда в течении некоторого времени истец ездила на перевязки в отделение калопроктологии.

Все перевязки сопровождались мучительными болями, стрессом, испугом. 

В июне истцу по результатам прохождения медика-социальной экспертизы была установлена 3 группа инвалидности сроком на 1 год.

в ходе подготовки к проведению восстановительной операции ДД.ММ.ГГГГ по результатам одного из обследований - ирригоскопии, был обнаружен дефект второй операции, а именно кишечно-вагинальный свищ. ДД.ММ.ГГГГ истец поступила вновь в отделение колопроктологии ГБ № для проведения плановой операции. В связи с чем, вновь испытывала моральные страдания.

После операции вновь начались боли, перевязки, восстановление. После выписки из ГКБ № ДД.ММ.ГГГГ истцу было дано направление для наблюдения у врачей по месту жительства: хирурга, эндокринолога, гастроэнтеролога, гинеколога. Все рекомендации истец выполняет до настоящего времени, обследуется, лечиться. После перенесенных операций повысился сахар в крови, появились проблемы с надпочечником, обнаружили камни в желчном пузыре. До операции истец была практически здоровым человеком.

В рамках рассмотрения заявления истца о привлечении врачей ГКБ № к уголовной ответственности, была проведена судебно-медицинская экспертиза, согласно выводам которой, перфорация стенки сигмовидной кишки являлась дефектом операции, проведенной ДД.ММ.ГГГГ. Характер повреждения сигмовидной кишки - травматический, при своевременном диагностировании перфорации каловый перитонит мог бы не развиться. Проведение повторной операции ДД.ММ.ГГГГ вызвало осложнение в виде формирования кишечно-вагинального свища, что также является дефектом операции. Данный свищ образовался в результате травматизации органов малого таза при операции ДД.ММ.ГГГГ, либо в результате калового перитонита, являющегося последствием операции ДД.ММ.ГГГГ. Указанные осложнения являются результатом механического повреждения, не результатом закономерного течения послеоперационного периода. При проведении операций ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ произошло травмирование стенки сигмовидной кишки с формированием калового перитонита, а затем формирование кишечно-вагинального свища, что, согласно п.25 Приказа Минздрава и Соцразвития РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» - ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, квалифицируется как тяжкий вред, причиненный здоровью человека.

ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ст. 118 УК РФ в отношении врачей 

<

ФИО>9 и 

<

ФИО>10 в связи с истечением сроков привлечения к уголовной ответственности.

Все длительное лечение и обследования требовали и требуют до настоящего времени значительных материальных средств. Истец не может полноценно работать, полноценно питаться и жить. Стала постоянным пациентом больниц.

В полной мере истец потеряла способность к труду на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, на 7 месяцев 28 дней, в связи с чем работа была приостановлена. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, согласно заключению врачей, истец была трудоспособна, Однако, истец является индивидуальным предпринимателем, предоставляет услуги солярия и др. в кабинете красоты, Состояние ее здоровья в этот промежуток трудоспособности было плохим, она ходила с калоприемником, и не могла себе позволить, чтобы клиенты в салоне красоты видели это. Поэтому до восстановительной операции истец просто не имела возможности работать. 

По причине некачественного оказания медицинской помощи, истец понесла убытки в виде утраченного заработка (не получен доход) за период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, т.е. за 7 месяцев и 28 дней, с учетом оплаты истцом единого вмененного налога, налоговая база исчисляется исходя из МРОТ в РФ, с ДД.ММ.ГГГГ в размере 6 204 руб., с ДД.ММ.ГГГГ в размере 7 500 руб. из расчета (6204 руб. х 4 мес.= 24 816 руб.; 6204 руб. : 30 дн. = 206 руб. 80 коп. (за 1 день), 206 руб. 80 коп. х 18 дней = 3 722 руб. 40 коп.) = 24 816 руб. + 3 722 руб. 40 коп.) размер утраченного заработка составляет 28 538 руб. 40 коп. За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (3 мес. 10 дн.) утерянная зарплата составила 7 500 руб. X 3 мес.= 22 500 руб.; 7 500 руб. : 30 дней= 250 руб. за 1 день; 250 руб. х 10 дней= 2 500 руб. Итого 22 500 руб. + 2 500 руб. = 25 000 руб. Общая сумма утерянной зарплаты (неполученного дохода) составила 50 538 руб. 40 коп.

Кроме того, приостановив работу, истец продолжала платить арендную плату составляющую 10 000 руб. в месяц, за 7 месяцев 28 дней размера арендной платы составляет 79 324 руб.

В связи с дефектами операций и назначенных в связи с ними лечений и обследований истцом понесены затраты на обследования, калоприемники, компоненты, вспомогательные средства, дренажные мешки, пластины, пластыри, перчатки, салфетки, лекарственные средства, всего на сумму 90 859 руб. 29 коп.

Причиненный ей моральный вред, в соответствии с вышеуказанными обоснованиями и на основании ст. 15 Закона «О защите прав потребителей», истец оценивает в 1 500 000 руб.

Кроме того, истцом понесены расходы на оплату услуг специалиста по подготовке заключения специалиста № экспертного управления Национального комитета противодействия коррупции в РФ в размере 65 000 руб.

Претензия, направленная в ГКБ № оставлена без удовлетворения.

Ссылаясь на изложенное, истец просила суд взыскать с ответчика в возмещение вреда здоровью в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи расходы на лечение и обследование в сумме 90 859 руб. 29 коп., недополученную заработную плату в сумме 50 538 руб. 40 коп., вынужденно оплаченную арендную плату в период нетрудоспособности в сумме 79 324 руб., компенсацию морального вреда в сумме 1 500 000 руб., расходы на оплату подготовки заключения специалиста (эксперта) в сумме 65 000 руб., штраф в размере 50% от взысканной суммы.

В судебном заседании истец, ее представитель требования и доводы искового заявления поддержали.

Представитель ответчика, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, поддержала доводы отзыва на иск (л.д. 198-202)

<

ФИО>9, 

<

ФИО>10, привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований. 

Заслушав участвующих лиц, пояснения специалистов, заключение прокурора, полагавшей требования истца в части компенсации морального вреда обоснованными, исследовав письменные материалы дела, медицинские документы, отказной материал КУСП 19937 о/м 6193/2017), суд считает необходимым указать следующее.

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ истец была госпитализирована в гинекологическое отделение ГКБ № в плановом порядке для оперативного лечения с диагнозом – «Кистома правого яичника». 

ДД.ММ.ГГГГ истцу выполнена операция – «аднексэктомия справа, адгезиолизис, дренирование брюшной полости».

ДД.ММ.ГГГГ истцу была выполнена операция: «Лапартомия. Ушивание перфорации. Двуствольная сигмостомия. Санация и дренирование брюшной полости». 

Истец в обоснование исковых требований, утверждает о ненадлежащем качестве медицинской помощи, оказанной ей в учреждении ответчика, с причинением вред ее здоровью при проведении указанных оперативных вмешательств.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены положениями ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, которые и подлежат применению в данном случае. 

Согласно п. 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Для наступления ответственности, необходимо наличие состава (совокупности условий) правонарушения, включающего: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между неправомерными действиями и наступившими последствиями и вину причинителя вреда.

В силу названной нормы, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Положения ч. 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" устанавливают, что вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 1 от ДД.ММ.ГГГГ "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному ч. 1 и ч. 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Согласно Конституции РФ в Российской Федерации, являющейся социальным государством, охраняются труд и здоровье людей, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ст. 7, ст. 41 Конституции Российской Федерации).

В силу статьи 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Согласно пунктам 3, 4 приведенной нормы права медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Под качеством медицинской помощи в соответствии с пунктом 21 указанной выше статьи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В силу ч. 1 ст. 37 названного Закона медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на адрес всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В силу ч.1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в частности из заключений экспертов.

В качестве доказательств своей позиции истец представляет:

Заключение специалиста 28/03/17-СМЭ, выполненное экспертами Экспертного управления Национального комитета противодействия коррупции в РФ, заключение (экспертизы по материалам дела) №-пк от ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, выполненного комиссией экспертов ГБУ 

<

адрес> «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению специалиста 28/03/17-СМЭ, выполненному экспертами Экспертного управления Национального комитета противодействия коррупции в РФ, на основании представленных медицинских документов эксперты пришли к выводам, что после проведенной 

<

ФИО>1 ДД.ММ.ГГГГ операции - «аднексэктомия справа, адгезиолизис, дренирование брюшной полости» у 

<

ФИО>1 развилось осложнение в виде перфорации нижней трети сигмовидной кишки, местного неограниченного серозно-фибринозного перитонита, калового перитонита, единственной причиной которого являлось поврежденность стенки сигмовидной кишки с нарушением ее целостности, произошедшем в результате непосредственного воздействия медицинскими инструментами с разрывом стенки кишки, либо в результате разрыва спаек, которое сопровождалось сквозным разрывом стенки или надрывом наружной оболочки. Экспертами отмечено, что повреждение только наружной оболочки кишечной стенки чревато частыми гнойно-септическими осложнениями, так же как и проникающее в просвет кишки повреждение. Не диагностированное повреждение стенки кишечника при проведении плановой операции является дефектом хирургического вмешательства. После выполнения 

<

ФИО>4 операции ДД.ММ.ГГГГ – «лапоротомия. Ушивание перфорации. Двуствольная сигмостомия. Санация и дренирование брюшной полости». У 

<

ФИО>1 отмечалось формирование вагинально-кишечного свища, ято является дефектом оперативного вмешательства и порядка проведения операции – сигмостомии. Исходя из медицинских документов причиной вызвавшей формирование кишечно-вагинального свища может быть как повреждение органов малого таза при проведении первой или второй операции, так и осумкование (ограничение) воспалительного процесса в брюшной полости (перитонита). В результате дефектов при проведении операций ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ у 

<

ФИО>1 образовались свищи сигмовидной кишки с развитием перитонита, а затем кишечно-вагинального свища, что согласно п. 25 Приказа от ДД.ММ.ГГГГ №н Минздрава и Соцразвития РФ «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека, является ухудшением состояния здоровья человека, обусловленным дефектом оказания медицинской помощи, рассматриваемым как причинение вреда здоровью, квалифицирующимся как тяжкий вред, причиненный здоровью человека.

Комиссией экспертов ГБУ 

<

адрес> «Бюро судебно-медицинской экспертизы» исходя из Заключения (экспертизы по материалам дела) №-пк от ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, также сделаны выводы об образовании при операции, проведенной истцу ДД.ММ.ГГГГ, осложнения в виде перфорации нижней трети сигмовидной кишки, местный неограниченный серозно-фиброзный перитонит, каловый перитонит, явившиеся следствием повреждения стенки сигмовидной кишки с нарушением ее целостности в результате механического воздействия медицинскими инструментами. Характер повреждений сигмовидной кишки травматический. Перфорация стенки сигмовидной кишки является дефектом проводимой ДД.ММ.ГГГГ операции. При своевременной диагностике перфорации развитие перитонита не обязательно. Проведении операции ДД.ММ.ГГГГ вызвало осложнение в виде формирования вагинально-кишечного свища, который мог образоваться как в результате травматизации органов малого таза, так и в результате воспалительного процесса (перитонита). Его формирование не является результатом закономерного течения после операционного периода при операциях сделанных 

<

ФИО>1, поскольку данное осложнение является результатом механического повреждения.

С учетом выводов экспертов суд считает обоснованной позицию истца об оказании ей медицинской помощи ненадлежащего качества, повлекшего причинение вреда здоровью.

Суд учитывает, что заключения были подготовлены компетентными специалистами в соответствующей области знаний, оснований сомневаться в квалификации экспертов, в их объективности и беспристрастности не имеется. Выводы экспертов основаны на данных, содержащихся в медицинской документации, сформулированы экспертами полно и ясно, мотивированы, сомнений в правильности и обоснованности не вызывают, в связи с чем принимаются судом и учитываются при вынесении решения по делу. 

Суд отмечает, что иными допустимыми и достаточными доказательствами обоснованность выводы экспертов, готовивших заключения, не опорочены.

Пояснения специалистов 

<

ФИО>5 и 

<

ФИО>6, допрошенных в ходе судебного разбирательства по ходатайству стороны истца, не могут быть расценены в качестве доказательств, опровергающих обоснованность выводов заключений экспертов.

При этом суд отмечает, что оба специалиста по существу давали пояснения об установленных стандартах проведения оперативных вмешательств, выполненных истцу, без оценки сведений медицинских документов относительно данного конкретного случая. Специалисты высказали свое мнение о соответствии действий врачей при проведении оперативного вмешательства и в после операционный период требованием стандартов оказания соответствующего вида медицинской помощи. Ни одним из специалистов не было дано аргументированных пояснений в опровержение выводов двух комиссий экспертов о травматической характере перфорации сигмоводиной кишки, как дефекта при проведении оперативного вмешательства, повлекшего необходимость дальнейших оперативных вмешательств.

Таким образом, поскольку в ходе судебного разбирательства установлено причинения истцу действиями работников ответчика вреда здоровью, требования истца о взыскании в пользу истца компенсации морального вреда на основании положений ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, а также с применением ст. 15 Закона «О защите прав потребителей», суд находит обоснованными.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. 

Суд соглашается с позицией истца, что правоотношения сторон регламентируются не только положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, но Законом «О защите прав потребителей», в соответствии с разъяснениями, данными в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

При оказании медицинских услуг истец выступала как потребитель, соответственно, при рассмотрении данного спора подлежит применению также Закон "О защите прав потребителей".

Взыскание компенсации морального вреда предусмотрено ст. 15 Закона "О защите прав потребителей", согласно которой моральный вред компенсируется при установлении факта нарушения прав потребителей. Так, согласно данной норме Закона моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом.

Об этом же указано в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем, размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости услуги, оказания ее на безвозмездной основе.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 6), суду следует выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, а также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Учитывая фактические обстоятельства по делу, о характере допущенного нарушения – дефект при оказании медицинской помощи, его последствиях, степени перенесенных истцом физических страданий и переживаний, суд полагает справедливым взыскать в пользу истца с ответчика в счет компенсации морального вреда сумму в размере 80 000 руб.

По требованиям истца о взыскании расходов на лечение и обследования суд считает необходимым указать следующее.

Согласно п. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

С учетом выводов суда об установлении факта причинения вреда здоровью истца в результат ненадлежащего оказания ей медицинской помощи, исходя из приведенной нормы ГК РФ, а также положений ст.ст. 4, 7 Закона «О защите прав потребителей», требования истца о возмещении расходов на прохождение обследований и приобретение изделий медицинского назначения, препаратов, необходимых для восстановления здоровья являются обоснованными.

Из положений ст. 1085 ГК РФ следует, что при решении вопроса о компенсации дополнительно понесенных расходов на лечение, приобретение лекарств и медицинских препаратов, обстоятельством, подлежащим доказыванию, является наличие причинно-следственной связи между полученной травмой и приобретенными препаратами и услугами, нуждаемость в данных препаратах и услугах, а также отсутствие права на их бесплатное получение.

Согласно разъяснениям, содержащимся в подпункте "б" пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако, если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

По смыслу приведенной нормы, возникновение у лица права требовать возмещения убытков обусловлено нарушением его прав.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками.

Между противоправным поведением одного лица и убытками, возникшими у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь.

Таким образом, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненные убытки необходимо установление факта несения убытков, их размера, противоправности и виновности (в форме умысла или неосторожности) поведения лица, повлекшего наступление неблагоприятных последствий в виде убытков, а также причинно-следственной связи между действиями этого лица и наступившими неблагоприятными последствиями.

Исследовав документы, представленные истцом в обоснование размера понесенных расходов, суд считает возможным взыскать с ответчика расходы, понесенные истцом в после операционный период, на приобретение: калоприемников, перевязочных средств на сумму 540 руб., 445 руб., 900 руб. (л.д. 76), адгезивных пластин, калостомных мешков пояса для калоприемников в сумме 364 руб., 255 руб. (л.д. 77), средств для антисептической обработки в сумме 319 руб. (л.д. 78 ), препарата для очищения ран (Пурилон), мешка и защитной пленки, геливойо повязки в сумме 2225 руб., 1335 руб., 590 руб. (л.д. 79), препарат для заживления ран (Трипсин) в сумме 627 руб. (л.д.80), ФИО1 крема, пеленок на сумму 522 руб. 50 коп. (л.д. 81), бальзама ФИО2 с пластырем в сумме 468 руб. (л.д. 82), послеоперационного бандажа на сумму 1510 руб. (л.д. 83), препарата (Пурилон) на сумму 445 руб., 801 руб., 1780 руб., 860 руб. (л.д. 84, 85, 86, 87), мази Левомиколь, раствора ФИО3 с влажными салфетками на сумму 766 руб. 30 коп. (л.д. 88), калоприемников на сумму 486 руб. (л.д. 89), стирильных салфеток и раствора ромашки на сумму 218 руб. (л.д. 90), калоприемников на сумму 900 руб., 486 руб. (л.д. 91, 93), адгезивных пластин на сумму 184, 276 руб., 276 руб. (л.д. 92,93, 94), послеоперационного бандажа на сумму 1168 руб. (л.д. 95), послеоперационного бандажа на сумму 1188 руб. (л.д. 96), мешка дренируемого на сумму 900 руб. (л.д. 97), препарата Пронтосан для заживления ран с пластырем на сумму 1374 руб. (л.д.98), адгезивных пластин и перчаток стерильных на сумму 652 руб. (л.д. 99), Клинзера. Нейтрализатора, перчаток, салфеток на сумму 946 руб. (л.д. 100), адгезивных пластин, стерильных перчаток, салфеток на сумму 200 руб. и 584 руб. (л.д. 101), адгезивных пластин, перчаток, пластыря на сумму 625 руб. и 158 руб. (л.д. 102), мешка дренируемого с защитной пленкой на сумму 678 руб. (л.д. 105, 106), ножниц калопроктологических, пасты-герметика, нейтрализатора запаха, калоприемников, мудры абсорбирующей, очистителя кожи, защитной пленки на сумму 8977 руб. (л.д. 107, 108, 109), бандажа на сумму 1920 руб. (л.д.110, 111.112), адгезивной пластины, мешка дренируемого, защитной пленки на сумму 2315 руб. (л.д. 113), на проведение проктографии, ирригоскопии на сумму 1650 руб. (л.д. 114), всего на сумму 40914 руб. 30 коп.

Поскольку данные расходы понесены истцом в целях лечения и последующей реабилитации по последствиям травмы.

Однако, суд не усматривает оснований для отнесения, к затратам, находящимся в причинно-следственной связи с обстоятельствами причинения вреда здоровью истца: 

Затрат, понесенных истцом до проведения операций, в частности, на оплату лабораторных исследований ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 64), проведение калонографии ДД.ММ.ГГГГ (л.д.65); прохождение ФГС ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 69) 

расходов на проведение ренгеноденситометрии ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 62), выполнение анализа мочи на метанефрин ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 63), анализа крови ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 70, 66, 67. 71, 72, 73, 74, 75). 

расходов на прохождение платного приема гинеколога ДД.ММ.ГГГГ (л.д.68).

Суд находит заслуживающими внимания возражения ответчика в данной части об отсутствии доказательств назначения истцу прохождения указанных исследований во взаимосвязи с проведениями операциями и причиненными в результате них осложнениями, а также возможность сдачи анализов и прохождение приема специалистов на безвозмездной основе.

В материалах дела отсутствуют медицинские рекомендации к применению указанных препаратов, проведению таких обследование в связи с последствиям травмы, в связи с чем, данные расходы не могут быть возмещены за счет ответчика.

Так же суд находит неубедительной позицию истца о возмещении с ответчика расходов на оплату пребывания в платной палате, не усматривая прямой причинно-следственной связи и вынужденного характера несения истцом данных затрат.

Суд отмечает, что согласно п. 2 ст. 19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

Одним из принципов охраны здоровья в соответствии с п. 6 ст. 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ является доступность и качество медицинской помощи, которые обеспечиваются, в том числе, организацией оказания медицинской помощи по принципу приближенности к месту жительства, месту работы или обучения; предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи; транспортной доступностью медицинских организаций для всех групп населения, в том числе инвалидов и других групп населения с ограниченными возможностями передвижения (ст. 10).

Доказательств отсутствия бесплатных палат, то есть вынужденности заключения договоров на платную палату, равно как невозможность получения бесплатного восстановительного лечения, стороной истца в материалы дела не предоставлено.

По требованиям истца о взыскании с ответчика суммы в размере 50 859 руб. 40 коп. в качестве утраченного заработка, суд считает необходимым указать следующее.

В силу п. 1 ст. 1085 Гражданского кодекса РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь.

По утраченному заработку с учетом разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации при определении размера утраченного заработка индивидуального предпринимателя должны приниматься во внимание реальные, то есть образующие экономическую выгоду, доходы, которыми определяются утраченные вследствие причинения вреда здоровью материальные возможности этого гражданина. 

Таким образом, истец в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ должен доказать утрату возможности получения доходов от предпринимательской деятельности вследствие неправомерных действий ответчика. 

Методика расчета утраченного заработка определена в ст. 1086 Гражданского кодекса РФ, согласно которой размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности.

Поскольку в данном случае применению подлежат положения ст. 1086 Гражданского кодекса РФ о вычислении среднемесячного заработка, расчет утраченного заработка, представленный истцом, произведенный исходя из размера МРОТ (минимального размера оплаты труда) не может быть признан обоснованным и доказывающим факт и размер утраченного истцом дохода.

Поскольку, в состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции. Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов.

Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев.

Истцом, являющейся индивидуальным предпринимателем, объективных, достоверных сведений о размере получаемого ею до причинения вреда дохода от предпринимательской деятельности для определения размера среднемесячного дохода, не предоставлено.

Сведения о размере оплачивавшегося истцом налога на доходы по форме – единого вмененного налога, не могут быть приняты в качестве основы для расчета получаемого истцом дохода.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о недоказанности истцом факта и размера утраты дохода, и отсутствии основания для взыскания с ответчика заявленной истцом суммы в качестве утраченного заработка.

Истец также просит о взыскании с ответчика суммы в размере 79 324 руб. как выплаченной истцом арендной платы в качестве убытков.

В подтверждение требования истцом представлены: договор аренды нежилого помещения с ООО «КООПЕРАТОР» от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 28-30), акты приема-передачи помещения и счета на оплату (л.д. 31-45)

Федеральным закона от ДД.ММ.ГГГГ N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", а также иными нормативными правовыми актами, регулирующими данные отношения, действие которых распространяются и на индивидуальных предпринимателей (часть 1 статьи 1, пункт 4 части 1 статьи 2 названного закона) установлены единые требования к бухгалтерскому учету, в том числе бухгалтерской (финансовой) отчетности,.

Согласно ст. 5 названного Закона, объектами бухгалтерского учета экономического субъекта являются: факты хозяйственной жизни; активы; обязательства; источники финансирования его деятельности; доходы и расходы.

В соответствии с п. 5 Указания Банка России от ДД.ММ.ГГГГ N 3210-У "О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства", прием наличных денег юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем, в том числе от лица, с которым заключен трудовой договор или договор гражданско-правового характера, проводится по приходным кассовым ордерам.

Факт производства расчетов в безналичной форме подтверждается платежным поручением.

В материалах дела отсутствуют относимые и допустимые доказательства реального поступления денежных средств.

Истцом по счетов на оплаты по договору аренды, документов, подтверждающих факт производства оплаты по этим счетам установленной формы свидетельствующих о производстве оплаты в наличном или безналичном порядке, по приходным кассовым ордерам (или по иным платежным документам), не предоставлено.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств, которые подтверждали бы факт несения истцом расходов по арендной платы в заявленный период и в заявленном размера в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Кроме того, суд находит заслуживающими внимания и доводы стороны ответчика о том, что внесение оплаты по договору аренды является обязанностью истца как арендатора по договору аренды независимо от обстоятельств, связанных с ее трудоспособностью.

В связи с чем, суд не усматривает оснований для удовлетворения требования истца о взыскании с ответчика суммы в размере 79 324 руб. в качестве вынужденной оплаченной арендной платы за период нетрудоспособности.

Поскольку на правоотношение истца и ответчика распространяются положения Закона «О защите прав потребителей», с учетом факта обращения истца к ответчику с претензией о выплате компенсации морального вреда и расходов на лечение в досудебном порядке, оставленной без удовлетворения, установлены основания для взыскания с ответчика штрафа, в соответствии с п. 6 ст. 13 Закона "О защите прав потребителей" за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу истца в счет компенсации морального вреда и расходов, что составит 60457 руб. 15 коп.

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса

Суд полагает расходы истца по оплате услуг по подготовке заключения специалиста в размере 65 000 руб. возможным отнести к категории судебных расходов понесенных для защиты нарушенного права с предоставлением данного заключения в качестве доказательства своей позиции в рамках судебного разбирательства и взыскать данные расходы с ответчика.

В соответствии с положениями ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика в доход местного бюджета суд взыскивает в счет государственной пошлины сумму в размере 1727 руб. 43 коп.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с МАУ «ГКБ №» в пользу 

<

ФИО>1 в счет расходов на лечение и обследования сумму в размере 40 914 руб. 30 коп., в счет компенсации морального вреда сумму в размере 80 000 руб., 60457 руб. 15 коп. в счет штрафа, 65 000 руб. в счет расходов на оплату услуг специалиста.

Взыскать с МАУ «ГКБ №» в доход местного бюджета 1727 руб. 43 коп. в счет государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья/подпись

Копия верна

Судья Н.А. Нецветаева

Помощник судьи: 

<

ФИО>8