№ 2-603/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 ноября 2019 г. с. Азово

Азовский районный суд Омской области в составе председательствующего судьи Иордан Н.А., при секретаре Демьяновой Е.В., при помощнике судьи Логиновой Ю.А., которая осуществляла подготовку и организацию судебного процесса, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного пожаром,

у с т а н о в и л :

ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратились в суд с иском к ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного пожаром, указывая на то, что .... около 04-00 часов произошло возгорание жилого дома, принадлежащего истцам на праве общей долевой собственности, расположенного в ...., Азовского немецкого национального района ..... В результате пожара истцам причинен материальный ущерб на сумму 1 760 000 руб. Просят взыскать с ответчика причиненный ущерб в пользу ФИО1, ФИО3 и ФИО4 по 377 142,86 руб. каждому, в пользу ФИО2 - 251 428,57 руб., а также в пользу ФИО1 судебные расходы в виде оплаты госпошлины в размере 17 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах других истцов по доверенности, а также представитель истцов ФИО6, действующий на основании доверенности, на заявленных исковых требованиях настаивают.

Ответчик ФИО5 и его представитель ФИО7 иск не признают. 

Выслушав доводы лиц, участвующих в рассмотрении дела, исследовав материалы делу, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ, защита гражданских прав осуществляется путем: восстановления положения, существовавшего до нарушения права или создающего угрозу его нарушения, возмещения ущерба и другими способами, предусмотренными законом. 

Согласно ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

В силу п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Частью 1 статьи 38 ФЗ "О пожарной безопасности" ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут, в частности, собственники имущества, а также лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом.

С учетом разъяснений, содержащихся в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в ст. 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

На основании п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу п. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). 

Таким образом, особенность предусмотренной приведенными нормами закона ответственности заключается в том, что для ее возложения необходимо наличие трех условий: установленного факта причинения вреда и его размера; противоправности поведения причинителя вреда; наличия причинной связи между противоправным поведением и наступлением вреда. В случае отсутствия одного из трех условий ответственность не наступает.

Учитывая специфику предмета доказывания по спорам, вытекающим из обязательств, возникших вследствие причинения вреда, на стороне истцов лежит бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на стороне ответчика. При этом вина причинителя вреда предполагается, пока не доказано обратное. 

Как установлено в судебном заседании, истцы являются собственниками земельного участка и расположенного на нем жилого дома по адресу: ...., .... ...., на праве общей долевой собственности.

С .... в указанном жилом доме с устного согласия собственников проживал ФИО5 Ежемесячная плата за пользование домом составляла 1000 руб., но в общей сложности он произвел оплату в размере 4000 руб., после чего собственники не требовали с него платы. Потребленную электроэнергию оплачивал ответчик, также он приобретал твердое топливо в виде угля и дров для печного отопления.

Из показаний ФИО5 следует, что накануне .... он затопил печь дровами около 17-00 часов, перед уходом засыпал туда полведра угля, и около 19-30 часов ушел на работу.

Истец ФИО1 суду пояснила, что котел для отопления используется более 20 лет. За две недели до пожара печь начала коптить, и она совместно с сыном собственными усилиями чистили дымоход и колодцы, на стыке крыши и трубы образовавшиеся трещины обработали монтажной пеной. В доме с 16-.... проживал с ее согласия ФИО5 Как пользоваться печью, она ему рассказывала. Летом навещала дом чаще (раз в неделю), в другое время года приезжал либо сын, либо она, но не реже одного раза в месяц. Она не замечала, чтобы ФИО5 производил какие-либо работы по дому, в том числе по ремонту (чистке) печи.

Из материалов дела следует, что .... в 04-05 часов диспетчеру ДДС 44-ПСЧ ФПС по охране поступило сообщение о возгорании жилого дома по адресу: ...., .... ..... В результате пожара жилой дом полностью уничтожен огнем и разобран при ликвидации на всей площади.

В судебном заседании изучен отказной материал №, из которого следует, что по прибытию первого пожарного подразделения наблюдалось горение открытым пламенем стропил, обрешетки и потолочных перекрытий двускатной крыши дома на всей площади около 88 м2 с частичным обрушением. Наиболее интенсивное пламенное горение потолочного перекрытия с частичным обрушением наблюдалось преимущественно вокруг дымохода эксплуатировавшейся печи отопления дома. Пожар ликвидирован .... в 07-53 час.

Из осмотра места происшествия, имеющихся объяснений ФИО8, ФИО9, ФИО10 следует, что первоначальное и наиболее интенсивное пламенное горение происходило на потолочном перекрытии, вокруг дымохода печи. 

Согласно сведениям, содержащимся в отказном материале, печь отопления дома металлическая, заводского исполнения на твердом топливе, дымоход выполнен из глиняного кирпича, однако не имеющий противопожарной разделки (отступки) от горючих материалов с прогарами в кирпичной кладке на уровне потолочного перекрытия.

Из технического заключения № от ...., проведенного в рамках проверки, следует, что установить, где находился очаг пожара и, что могло послужить причиной пожара, не представляется возможным.

Постановлением от .... отказано в возбуждении уголовного дела в отношении квартиросъемщика ФИО5 за отсутствием состава преступления.

При подаче иска истцами предоставлено техническое заключение №, из которого следует, что очаг пожара в жилом доме, расположенном в ...., Азовского немецкого национального района, сформировался в помещении кочегарки, на уровне расположения корпуса котла отопления. Причиной пожара в жилом доме послужило перекаливание котла отопления и загорание горючих материалов перегородки в результате попадания за пределы котла раскаленных топочных газов и частиц несгоревшего твердого топлива. При эксплуатации печи отопления в жилом доме имелись нарушения п. 84 Постановления Правительства РФ от 25.04.2012 г. № 390 «О противопожарном режиме», которые находятся в прямой причинно-следственной связи с причиной пожара.

В рамках настоящего гражданского дела назначена судебная пожарно-техническая экспертиза.

При производстве экспертизы эксперт выезжал на место происшествие, где путем осмотра дымохода котла отопления в районе разделки установлено, что

- наружные грани кирпичей в кладке имеются признаки, характерные для резкого теплового воздействия в виде приобретения ими более светлых оттенков, местами серо-стального цвета, и отсутствия налета сажи;

- судя по выполненной кладке, толщина стенки дымохода в районе разделки явно не превышает 0.75 кирпича, то есть порядка 200 мм, что значительно меньше требуемой, т.к. согласно п. 5.14 Свода правил СП 7.13130.2013 «Отопление, вентиляция и кондиционирование. Противопожарные требования» - размеры разделок печей и дымовых каналов с учетом толщины стенки печи следует принимать равными 500 мм до конструкций зданий из горючих материалов и 380 мм – до конструкций, защищенных в соответствии с подпунктом «б» пункта 5.21;

- в кирпичной кладке дымохода, судя по ее внешнему виду, явно отсутствует перевязка швов, а заполнение их раствором – недостаточное.

Кроме того, в нижней части металлической трубы дымохода, сохранившейся на месте пожара сверху пожарного мусора, имеются явные признаки неисправности в виде сквозной коррозии стенок на протяженном участке.

Из заключения следует, что очаг пожара (место возникновения первоначального горения) находился на уровне перекрытия кочегарки, в непосредственной близости от дымохода котла отопления, со стороны перегородки с комнатой 1 (план-схема пожара). Причиной пожара послужило загорание горючих материалов перекрытия в результате их непосредственного контакта с нагретой до высоких температур поверхностью дымохода котла отопления (из-за устройства недостаточной разделки), либо в результате непосредственного воздействия на них пламени, искр или раскаленных топочных газов через случайные отверстия, трещины и не плотности в дымоходе котла отопления (из-за его неисправности либо неправильного выполнения кирпичной кладки).

Указанное выше экспертное заключение в данном случае отвечает принципам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Оснований не доверять заключению экспертизы у суда не имеется, поскольку заключение содержит подробное описание проведенного исследования, в ходе экспертизы осмотрен поврежденный объект, с целью осмотра места происшествия выезжал на место пожара, сделанные выводы и ответы мотивированы, эксперт имеет соответствующую квалификацию, опыт работы и предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. В установленном порядке отводов эксперту или экспертной организации стороны не заявляли. Выводы, изложенные в заключении судебной экспертизы, научно обоснованы и объективны, последовательны и не противоречивы, согласуются как между собой, так и с иными имеющимися в материалах дела доказательствами. В связи с чем, оснований для критической оценки указанного выше экспертного заключения суд не усматривает, как и не находит оснований считать его необоснованным или противоречивым.

В техническом заключении необоснованно указано на перекал котла ввиду интенсивной топки печи. ФИО5 в своих пояснениях, содержащих в отказном материале, пояснял, что «вчера весь день находился дома и топил печь березовыми дровами. Перед уходом на работу около 19-30 часов засыпал в печь около ? ведра угля и ушел». В судебном заседании ФИО5 уточнил, что печь затопил около 17-00 часов. При этом согласно имеющимся сведениям, температура воздуха в ночь на .... составляла -14-15 градусов С ниже нуля. Тем самым, доказательств интенсивности топки материалы дела не содержат. В техническом заключении также отсутствуют выводы на состояние дымохода и разделки в районе перекрытия, где экспертом выявлены явные неисправности и несоответствия требуемым нормам. При этом экспертом верно мотивируются выводы, что разрушение самого котла отопления и топливного канала могло образоваться вследствие обрушения на них горящих конструкций крыши и перекрытия, то время как в техническом заключении данное обстоятельство расценивается как однозначные признаки перекала.

Также в техническом заключении некорректен вывод по вопросу причины пожара, поскольку механизм возникновения пожара от перекала котла и от раскаленных топочных газов и частиц несгоревшего твердого топлива являются разными процессами. Суд соглашается с обоснованием, имеющемся в экспертизе, что «перекал тепла» - это когда тепло сгораемым конструкциям передается при непосредственном контакте с нагретой поверхностью за счет кондукции либо на расстоянии за счет излучения, в то время как «от раскаленных топочных газов и частиц несгоревшего твердого топлива» - при непосредственном воздействии продуктов горения за счет конвекции.

Тем самым, выводы технического заключения о причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшим пожаром являются неубедительными по изложенным выше обстоятельствам. 

При этом как в экспертном заключении, так и в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела указывается на нарушение п. 5.14 Свода правил СП 7.13130.2013 «Отопление, вентиляция и кондиционирование. Противопожарные требования», согласно которому размеры разделок печей и дымовых каналов с учетом толщины стенки печи следует принимать равными 500 мм до конструкций зданий из горючих материалов и 380 мм – до конструкций, защищенных в соответствии с подпунктом «б» пункта 5.21. Вследствие нарушения данного требования произошло тепловое воздействие на горючие материалы перекрытия нагретой до высоких температур поверхности дымохода котла отопления.

В соответствии с п. 81 Правил противопожарного режима в Российской Федерации перед началом отопительного сезона собственники жилых домов (домовладений) обязаны осуществить проверки и ремонт печей, котельных, теплогенераторных, калориферных установок и каминов, а также других отопительных приборов и систем. Запрещается эксплуатировать печи и другие отопительные приборы без противопожарных разделок (отступок) от горючих конструкций, предтопочных листов, изготовленных из негорючего материала размером не менее 0,5 x 0,7 метра (на деревянном или другом полу из горючих материалов), а также при наличии прогаров и повреждений в разделках (отступках) и предтопочных листах. Неисправные печи и другие отопительные приборы к эксплуатации не допускаются.

Вследствие нарушения данных требований появляется возможность теплового воздействия на горючие материалы перекрытия пламени, искр или раскаленных топочных газов.

В судебном заседании истец пояснила, что за две недели до пожара чистили самостоятельно печь, на стыке крыши и трубы образовавшиеся трещины со стороны улицы сын обработал монтажной пеной, чтобы не проникала вода. 

Тем самым, в нарушение п. 81 ППБ проверка и ремонт печи произведена истцом самостоятельно, не имея специальных познаний и навыков, без привлечения специалистов.

Ссылка в техническом заключении на п. 84 ППБ, а именно: при эксплуатации печного отопления запрещается оставлять без присмотра печи, которые топятся, несостоятельна. 

Исходя из динамики развития пожара, первоначальное горение, возникшее из-за указанных выше нарушений, могло начаться в перекрытии еще при ответчике, но быть не замеченным, поскольку интенсивное распространение огня произошло в ночное время.

Доводы истцов, что вина ответчика заключается в ненадлежащем поведении, связанным с оставлением без присмотра растопленной печи, являются неубедительными.

С учетом требований ст. 401 ГК РФ вина выражается в форме умысла или неосторожности. Под умыслом понимается предвидение вредного результата противоправного поведения и желание либо сознательное допущение его наступления. Неосторожность выражается в отсутствии требуемой при определенных обстоятельствах внимательности, предусмотрительности, заботливости. То есть противоправное поведение может проявляться в двух формах - действия или бездействия. Бездействие должно признаваться противоправным лишь тогда, когда на причинителе лежала обязанность совершить определенное действие.

Сам по себе факт проживания ФИО5 в доме на момент пожара значения для определения лица, ответственного за последствия пожара, не имеет. Возможность привлечения ответчика к материальной ответственности имеет место в случае, если эксплуатация печи без противопожарной разделки, а также при наличии в ней прогаров и повреждений было известно заранее лицу, протапливающему печь.

Однако между сторонами договор коммерческого найма жилого помещения не заключался, акт передачи жилого дома, в том числе исправного печного отопления, не составлялся, обязанность по несению бремя по содержанию и ремонту имущества на ответчика не возлагалась, документальных доказательств проведения инструктажа с ответчиком по пользованию печи не имеется. Обратного суду не представлено. В связи с чем на ответчике не лежала обязанность по обнаружению неисправностей и ремонту печи.

Доказательств иной причины пожара и виновных действий ответчика, находящихся в причинной связи с причинением ущерба, истцами не представлено.

Возгорание строения из-за неисправного печного отопления, само по себе не свидетельствует о том, что ответчик как пользователь не принял необходимых и достаточных мер к тому, чтобы исключить возникновение такой ситуации.

В силу ст. 210 ГК Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из смысла данной нормы следует, что бремя содержания имущества может быть выражено не только в необходимости несения расходов, связанных с обладанием имуществом, но и в обязании субъекта собственности совершать в отношении такого имущества те или иные действия. Так, несение бремени содержания имущества может предусматривать необходимость совершения действий по обеспечению сохранности имущества; соблюдению прав и законных интересов других граждан, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства.

Поскольку истцы, являясь собственниками загоревшегося имущества, в силу приведенных выше положений закона, обязаны осуществлять заботу о принадлежащем им строении, поддерживать в пригодном состоянии, устранять различные угрозы и опасности, исходящие от тех или иных качеств вещей, находящихся в доме, то именно они несут деликтную ответственность перед третьими лицами за пожар, произошедший на принадлежащем им имуществе. 

Суд не может делать выводы на предположениях, а иные доказательства о причинно-следственной связи между возгоранием и действиями ответчика отсутствуют. Поскольку доказательств, подтверждающих, что непосредственно ответчик является причинителем вреда, виновным в возникновении пожара, суду не представлено, то и нельзя признать законным возложение на ответчика обязанности по возмещению ущерба, причиненного истцам в результате повреждения имущества.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Истцами не представлено убедительных и достаточных доказательств для удовлетворения заявленных требований.

При таких обстоятельствах в заявленных исковых требованиях к ответчику следует отказать.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Отказать ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 в исковых требованиях к ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного пожаром, и взыскании судебных расходов.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Омский областной суд через Азовский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Н.А. Иордан